Лимонадное лето / Lemon-hot Summer

Полтора года спустя…

Рей въехала два дня назад, и на следующий день объявила, что в их доме недостаёт кое-каких вещей. Вчера прошло как в тумане — за составлением списка, прощанием со старой мебелью; кипа постельного белья и полотенец была отправлена в переработку. Сегодня у них шоппинг. После того как они нагрузили пикап и перед возвращением из третьей по счёту поездки в торговый центр за день Кайло убеждает Рей, что им необходимо пообедать и отдохнуть. Он беспокоится: коробочка в кармане теперь какая-то слишком тяжёлая. Пока они с аппетитом втягивают фо, его ноша увеличивает вес до таких значений, что кажется почти неподъёмной. У него на примете есть идеальный магазинчик, в который они наведаются, как только Кайло её спросит. Остаётся лишь надеяться, что она скажет «да». — Рей, — говорит он серьёзно, откладывая палочки. Она поднимает на него глаза, втягивая длинную лапшу сложенными бантиком губами. Вдруг она откажет? Надо было сначала обсудить это с ней, а не заказывать без её спроса, не зная, какой дизайн она бы предпочла. А ещё они сидят посреди ресторанного дворика в торговом, сука, центре! Вокруг столиков носятся орущие дети. Скучающие тинейджеры нехотя подметают рассыпанную картошку фри. Воздух пропитан той самой странной смесью запахов от переизбытка жареных разностей. Она скажет «нет». «Соберись, тряпка», — говорит себе Кайло. Он сдвигает в стороны их пиалы и берёт Рей за руку; сердце в груди ходит ходуном. Он тянется к карману и достаёт оттуда футлярчик — матово-чёрный, с изысканным золотым тиснением на крышке. — Рей, ты… Её глаза расширяются, блестящие в предвкушении, и она уже заранее кивает. — Конечно, Кайло. — Она принимает коробку, открывает крышку и ахает при виде того, что лежит внутри. — Ох, больше, чем я ожидала. — Это… значит, не подойдёт? — Больше — не всегда лучше. Цыпочкам нравится, когда изящно. Он это знает, но изящность просто… не его конёк. Она улыбается той широкой, ослепительной улыбкой, от которой у него до сих пор перехватывает дыхание. — То что надо! И цвет, и форма… Я в восторге! Он вздыхает с облегчением. Она смотрит в коробочку, и её щёки алеют всё ярче. — Знаешь, время пришло, — поддразнивает он. — Да? Ладно, погоди. Дай мне минутку. Я сейчас вернусь.  Она встаёт, берёт футляр и кладёт его в сумочку. Кайло притягивает Рей для поцелуя. — Я так тебя люблю, — говорит он. — Я тоже тебя люблю. Она убегает, улыбаясь и сжимая в руке телефон. Зная Рей, он уверен, что она тут же растрезвонит подругам. Сначала то, что она делится с ними всем на свете, казалось ему неправильным и доставляло дискомфорт, но Кайло уже давно привык. За последние полтора года было много взлётов и падений. Их первое публичное свидание оставило приятные воспоминания; он наконец-то смог взять её за руку и одарить всей той романтикой, которой она достойна. Она решила, будет ещё интереснее, если вечер напролёт обжиматься везде, где только можно (и нельзя), и это в каком-то смысле испортило послевкусие от запланированного им милого романтического ужина. Но перепихон в кузове пикапа исправил дело. День, когда они сообщили Пэтти и Гарольду, что встречаются, был… не из приятных. Гарольд переменился в лице, потемнел до тревожного оттенка фиолетового и скрылся в сарае на удивительно долгое время. Пэтти расплакалась, хотя позже Рей настаивала, что это были слёзы радости. Когда Гарольд вернулся, уже успокоившись, Рей заверила их, что первый год собирается жить в общежитии, а затем какое-то время с ними, прежде чем они с Кайло осмелятся заглядывать дальше. Перспектива рассказать родителям Рей щекотала нервишки ровно до тех пор, пока он не встретился с ними лично. Глядя то на седовласого отца Рей, то на сногсшибательную, гораздо более молодую мать, он понял, что всё будет кока-кола. А его собственные предки приняли Рей, как давно утраченную и вновь обретённую дочь. Некоторое время понадобилось на то, чтобы уравновесить их встречи и личные занятия. Ладно, время понадобилось в основном одному только Кайло. На второй раз, когда он «чисто случайно» зашёл выпить именно в тот бар, где тусовались она и её подружки, его уведомили, что если он ещё раз затеет свои шпионские игры, то будет послан далеко и надолго. Когда хочет, Рей может напугать до усрачки. Зато она с радостью дала собой похвастаться на встрече выпускников (правда, аж трое спросили, не из службы ли эскорта она) и временами не возражала, чтобы он зависал с ней и её друзьями. Те сперва благоговейно перед ним трепетали, но, увидев, что Рей никак не поощряет образ взрослого мужика и не обращается с ним как-то по-особенному учтиво, они уже менее чем через час выяснили, что он — ходячая катастрофа. В общем, с этим всё кое-как наладилось. Всё равно ему интереснее общаться с ними, чем с товарищами по студенческому братству, пытаясь вписаться в их придурковатую тусу. Дела с учёбой у Рей обстоят замечательно. Она обожает свою физиотерапию и состоит в команде по плаванию. Он просто счастлив становиться её «пациентом», когда бы она этого ни пожелала. На самом деле игра в физиотерапевта и пациента навела их на мысль о том, как снять видео, которое точно соответствовало бы запросу Мэтта. Тот попросил Кайло показать правильное и неправильное выполнение физических упражнений. В ответ Кайло попросил Рей критически оценить его осанку и положение тела во время поднятия веса. Это позволило их видео достичь новых высот. В ролике Кайло демонстрирует неправильное выполнение различных упражнений, а Рей (которая попадает в кадр от плеч и ниже и не показывает лицо, зато выставляет на обозрение свой скульптурный пресс под укороченным топом) сурово критикует и исправляет его позицию. Каждый раз, когда она ругала его за неправильное действие, член в его узких шортах набухал. Но стоило Кайло наконец выполнить упражнение верно, как она, пробегая прохладной рукой по его плечам или груди, хвалила его за то, что он справился. Это только сильнее его распаляло. Под конец он умывался потом и трясся от желания. В финале видео Кайло произносит «пожалуйста», и Рей начинает стягивать с себя штаны. Мэтт был просто счастлив, но Кайло… Кайло, пожалуй, был ещё счастливей. Рей возвращается к нему с широкой улыбкой на лице. Присаживаясь, она толкает коробочку через стол. Та призывно гремит, стоит Кайло её поднять. — Твоя очередь, — говорит Рей. Когда он выкатил футляр на стол, её сердце замерло. Она тайно грезила об этом, кажется, целую вечность, чуть ли не с первой встречи, с тех пор, как Кайло показал ей, какими могут быть чувства. Однако она не знала, как поднять этот вопрос, как попросить об этом следующем шаге. Хотя Кайло, который как обычно с ней на одной волне, предвосхитил её желание прежде, чем у неё появился шанс его озвучить. Трясущимися руками она взяла чёрную коробочку, глупо улыбаясь во всю ширь рта. Ну как можно быть таким совершенством? В туалете она сделала миллион фоток для подружек — группа в «Снэпчате» всегда рада обновлениям истории сказочных отношений Рей с её чудиком-качком. Она осторожно вытащила его из коробки и поднесла телефон, чтобы запечатлеть со всех ракурсов. Такая сияющая, почти переливающаяся в свете флуоресцентных ламп вещица! Рей не могла дождаться мгновения, когда вернётся к Кайло и позволит ему выставить её на всеобщее обозрение, как он и хотел. Она провела ещё минутку, любуясь, привыкая и в восхищении регулируя его на себе, а затем огладила юбочку, подхватила пустой футляр и вернулась к их столику. Место для подобного события выбрано, быть может, слегка нестандартное, но Рей всё равно; зато выбор времени идеален. За столом Кайло берёт коробочку в руки, открывает её и с осторожностью извлекает оставшуюся половинку блаженства, которое они разделят на двоих. — Они так здорово сочетаются, — говорит она, и он отвечает улыбкой, вертя вещицу между пальцами, играясь с ней и теребя. От этого что-то внутри трепещет — лёгкое, ласкающее ощущение, от которого Рей выпрямляется, тянется через стол и проводит пальцами по его рукам. Он спрашивает, нравится ли ей, и она многозначительно кивает. — Конечно, ещё как нравится. Как ты догадался? Он пожимает плечами, и трепет внутри переходит на новую ступень, заставляя её немного сместиться на стуле. — Тебе ещё куда-нибудь нужно? — Она поднимает стакан с остатками напитка, цедит жидкость через соломинку и наблюдает, стиснув ноги вместе, как Кайло продолжает поигрывать со своей половиной комплекта из футляра. — Я закончила, так что давай, время пришло, — передразнивает она его. — Надевай его, и пошли. Он улыбается, и внутренний трепет превращается в… зуд. Немного более ощутимый, чем раньше. Божечки, как же она его любит! Ходить туда-сюда на виду у всех и, чувствуя на себе взгляды окружающих, давать понять, что она — его… Всего лишь мысль об этом — и та наполняет райской негой. Наконец Кайло надевает его, затем собирает их подносы и направляется с ними к урне. Рей бросает в неё свой стакан, но внезапно у неё перехватывает дыхание, и она прислоняется к стойке, чтобы устоять на ногах. Ляжки немного трясёт, и она стискивает зубы, едва сдерживая стон. Зуд внутри вырастает неимоверно и внезапно становится невыносим. — Кайло, — говорит она сквозь сжатые челюсти. — Это слишком… слишком сильно, слишком! Я не смогу так идти. Уменьши немного. — Ой, чёрт, извини. — Он хватается за крошечный пульт управления. — Лучше? Она кивает, переводя дух. Это необыкновенно горячо — даже лучше, чем он надеялся. Член в узких джинсах пытается затвердеть, и Кайло необходимо что-то сделать, чтобы незаметно поправить его и избавить себя от дискомфорта. Приобняв Рей одной рукой, он уводит её с ресторанного дворика обратно в торговую зону. Он притягивает её ближе и говорит хриплым голосом: — В наш дом нужно ещё одно украшение. Она поднимает голову, глядит на него потемневшими глазами, и её губы приоткрываются. Вибратор переключён в слабый режим, но Кайло протестировал его и удостоверился, что она ощутит внутри себя даже лёгкий трепет. Он судорожно вздыхает при мысли о том, какая она, наверное, сейчас мокрая. Блядь, это он, вообще-то, здесь всё держит под контролем. И это она предположительно должна терять самообладание. — Украшение? — выдыхает она. — Ага. Ты. В кои-то веки у них есть время, и он может отвести её прямёхонько в отдел эротического нижнего белья. «Гладко», — поздравляет себя он. Лучше и быть не могло. Это довольно люксовое место, в котором представлено не так уж много моделей. Рей озирается по сторонам округлившимися глазами. Она со скрипом позволяет ему покупать ей хоть что-то. На её девятнадцатый день рождения они на неделю ездили во Флориду — на пару дней зарулили в Диснейленд, а остальное время провели на пляже. Хоть она и возмущалась, за всё платил только он. Кайло — не её богатый папик или типа того. Они избегали любых проявлений подобного так тщательно, как только возможно. Ему просто хочется её баловать. Отдел практически пуст, не считая парочки переодевающих манекен консультантов. Рей набредает на ладью с корсетами и начинает их рассматривать. Прошлой ночью Кайло обмолвился, что очень хотел бы видеть её в одном из таких, и эта мысль её захватила. Она глядит на корсеты, немного растерявшись. Он подходит к ней сзади и обнимает, кладя подбородок ей на плечо. Затем протягивает руку к надетому на пояс пульту и немного прибавляет мощность. Рей рвано вздыхает и выгибается в его руках. — Помочь тебе с выбором, милая? — шепчет он ей на ушко. — Эм-м, возможно, — отвечает она, переставляя ноги и пытаясь скрыть то, как они дрожат. — Какие цвета предпочитаешь? Он не делает ничего, чтобы скрыть усмешку, в которой растягиваются его губы; её щёки пылают, но Кайло даже не думает снизить мощность вибраций. Рей оглядывается по сторонам, тревожась, что кто-нибудь внезапно может увидеть её такой. Их сексуальная жизнь никогда раньше не вгоняла её в краску, но перспектива содрогаться от оргазма посреди полного людей торгового центра, покупая эротическое бельё… Хо-хо, щёки горят, стоит лишь задуматься об этом. Но Кайло же не позволит ей кончить вот так, правда? Правда? Рей вновь поднимает взгляд на ладью, не в силах сосредоточиться, хоть она и умирает от желания примерить корсет с той минуты, как Кайло на это намекнул. Её пальцы сжимают его цепче, и она смотрит на него снизу вверх с застывшим в глазах отчаянием. Может, это и слишком. Он хочет подразнить её, а не лишить рассудка посреди магазина. Кроме того, есть ещё дела. Он уменьшает мощность, и Рей издаёт короткий, тоненький стон, от которого у Кайло пересыхает во рту. Ещё раз, зачем они сюда пришли? Да, точно. За корсетом. Он отрывается от неё взглядом и пробегает пальцами по ряду. Есть три-четыре корсета, вид которых ему по душе, и после её одобрительного кивка он берёт каждого по одному её размера. На соседнем стеллаже представлены подходящие в пару трусики. Их они с Рей подберут позже, когда определятся с этим. Он берёт её руку в свою и успокаивающе поглаживает, а она — крепко сжимает его. Член в джинсах напрягается. Трудно сосредоточиться на чём-то, кроме острого желания увидеть, как она кончает за примеркой эротического белья. Теперь остаётся только договориться с консультантом, и Кайло пропустят в примерочную вместе с ней. Ему нужно просто сохранять спокойствие. Они проходят вглубь отдела. Приближаясь к зоне комнат для примерки, они видят элегантно одетую девушку, отчитывающую мужчину в уродливом костюме цвета хаки. Мужчина согнут в три погибели и стоит спиной к ним, наклонившись над вешалками с бюстгальтерами. — Да что с тобой такое? Почему тебе так трудно это понять? — вопрошает девушка с явным раздражением в голосе. — Размеры бюстгальтеров идут в алфавитном порядке! — Я не знаю, но не могли бы вы, пожалуйста, на меня не орать? Вы начинаете вгонять меня в стресс, — отвечает мужчина. Его глубокий голос кажется смутно знакомым. Так же, как и неопрятная копна светлых волос. О нет. Нет. Нет. Нет. Им надо уносить ноги, но Кайло держит в руках все эти корсеты и руку Рей, и его конечности в ужасе деревенеют. — Ладно, теперь давай приведём бюстгальтеры в порядок, чтобы я смогла съесть свой маффин, — язвительно произносит девушка. — Я так и не съела свой маффин, Мэтт. Плечи Мэтта поникают. Он неуверенно вытаскивает один лифчик и засовывает его за другой под зорким оком своей визави, которая в нетерпении постукивает ногой по полу. Его глаза сосредоточены на процессе. Ладно. Может, их и пронесёт. — Прошу прощения, — говорит Кайло, — можно ей примерить вот это? — Он взмахивает рукой с корсетами, указывая в сторону примерочных. От звука его голоса девушка подпрыгивает и оборачивается к нему. Выражение её лица преображается из сурового и надменного в доброжелательное, а губы расползаются в фальшивой улыбке. Затем она присматривается к нему получше, и её глаза распахиваются шире. — Мэтт, — рявкает она, — пришёл твой парень. Я пошла на обед. Качая головой, она шествует на выход, и Кайло готов поклясться, что слышит, как она бормочет себе под нос его собственное имя. Тем временем Мэтт вскакивает на ноги и резко оборачивается. Его лицо озаряет радость. — Кайло! — Он оглядывает Кайло сверху донизу, задерживаясь при этом взглядом на (быстро сдувшейся) выпуклости в джинсах. — Это я, Мэтт. Установщик гидромассажной ванны, — добавляет он, видя, что Кайло никак не реагирует. — Правда, я потерял ту работу и начал заново здесь. Сегодня. Некоторые не одобряют настоящее искусство — не то, что мы. Мэтт тянется к карману и вытаскивает свой смартфон. Он протягивает его и показывает Кайло экран блокировки. На заставке красуется кадр из того самого видео, которое заказывал Мэтт: покрытая потом грудь Кайло, на которой покоится миниатюрная ручка Рей. Вообще-то скриншот прекрасен: пот стекает меж грудных мышц, по коже бегут мурашки, вызванные моментом, а соски тверды, словно два камешка. Присутствие Мэтта явно выбивает Кайло из колеи, и, пока он смотрит на экран телефона, его свободная рука сжимается. А свободная рука его сжимается прямо на пульте управления; мягкая часть ладони надавливает на контрольную панель и взвивает интенсивность вибраций до некомфортно высокого уровня. Ошеломлённая силой вибраций, Рей наклоняется и упирается руками в колени. Она едва осознаёт, что это движение существенно углубляет вырез блузки и выставляет напоказ всё то, что раньше было скрыто. Краешком сознания Рей отмечает, что Мэтт наконец-то отрывает свой голодный взгляд от Кайло и вперивается в её декольте. Она не может перестать дрожать, её киска в огне. Вибрации жестоко терзают её изнутри. Её щёки пылают, однако она умудряется выпрямиться. Если бы Рей могла мыслить здраво, то сказала бы что-нибудь, но вместо этого она лишь облокачивается на Кайло, зажимаясь и тяжело дыша. Мэтт пялится на Рей, как грязный извращенец. Уж Кайло знает, о чём речь, потому что сам постоянно так делает. Она вся дрожит перед ним, бедняжка, видимо, едва снося ползающий по ней мерзкий взгляд Мэтта. Наверняка думает о том, как Мэтт передёргивал на её сексуальное тело и суровый тон. Или на совершенный, сладкий голосок, которым она говорила Кайло, какой он молодец. Он сжимает руку в кулак, и Рей издаёт писк. Ой-ой, он, видать, слишком сильно стиснул ей руку. Его другая рука обхватывает вешалки и что-то ещё. Что-то… О боже. Рей дрожит не от отвращения, она сейчас грохнется на пол из-за вибратора, включённого на полную! Кайло быстро сбрасывает мощность, и Рей повисает на нём. Ёбаный Мэтт. Конечно, то видео покрыло половину расходов на Диснейленд, но стоит ли оно того, если ты вот так напарываешься на его заказчика? Взгляд Мэтта переползает на свисающие с руки Кайло корсеты. Он вновь смотрит на Рей, возможно, представляя её в них, больной ублюдок. Наконец его глаза возвращаются к Кайло, и Мэтт вспыхивает. Совесть замучила, да? Рей может дышать, она может дышать, теперь всё в порядке. Мэтт больше на неё не смотрит, сейчас его внимание обращено к Кайло — зрачки расширены, на лице выражение щенячьего восторга. Рей наблюдает, как Мэтт пялится на её парня, как взглядом практически лапает его плечи, впадины ключиц, выглядывающие из-под рубашки, рельеф бицепсов. Вот взгляд соскальзывает к пространству между ног Кайло, где тот (обычно безуспешно) пытается спрятать стояк. Удивительно, что, хоть Рей две секунды назад едва не кончила прямо у них на глазах, у Кайло не стоит. Она смотрит ему в лицо. О, ну конечно, Мэтт его вымораживает. «У меня та же проблема, дружище». Вообще-то логично: когда тебя мысленно раздевает самый душный человек на планете, возбуждение как рукой снимает. Рей откашливается. — Эм-м, можно мы зайдём в примерочную? Боюсь, мы слегка спешим. Кайло торопится домой, у него работа. Ты же не хочешь отрывать его от работы, правда? Мэтт подскакивает и поворачивается к ней; трясущейся рукой он поправляет очки на носу и треплет шевелюру, которая после этого выглядит ещё более безобразно. Он неловко пробирается за кассовый стол, тянется вниз за парой ключей на розовом колечке и, выпрямившись, комично застывает. — Так. Э-э, идите за мной к примерочным. Пожалуйста, не снимайте с трусиков пластиковые стикеры. И… И только один человек может находиться в примерочной за раз. — Он снова взъерошивает волосы, и те превращаются в практически однородную массу соломы, в которой почти не различимы отдельные пряди. Рей кривится с досады. Серьёзно? Не было такого правила, когда они с подружкой, две девчонки, хихикая и задевая друг друга плечами, спрашивали консультанта, можно ли им занять одну примерочную, чтобы поделиться в ней друг с дружкой мнением о каждой детали. Не было такого правила, когда мама притащила в магазин белья её, угрюмую тринадцатилетнюю девочку-подростка, удручённую процедурой выбора своего первого бюстгальтера. Не было такого правила, когда в прошлом году Пэтти настояла на том, чтобы Рей помогла ей с выбором гарнитура на золотую свадьбу, тьфу ты ну ты! Нет. Не было никогда такого правила. Его и сейчас не будет. Она не позволит Мэтту, этому грёбаному умнику, портить ей всю малину только потому, что он изнемогает от желания отсосать её парню. Она мило улыбается. — Что ж, Мэтти. Можно называть тебя Мэтти? Супер. Рей прикасается к ладони Кайло и ободряюще её пожимает, после чего протягивает руку к Мэтту и смахивает с его плеча невидимую соринку. — Мы с тобой оба знаем, что в реальности всё немного иначе. Смотри, эти комплекты — подарок для Кайло, и у него должна быть возможность помочь мне выбрать лучший, так? И будет очень скверно, если ему придётся терпеть, что его девушка, чтобы показаться ему, выходит почти голышом из примерочной сюда, где её могут увидеть посторонние. Мэтт сглатывает. — Полагаю, он может немножко из-за этого разозлиться, — произносит она, прикрыв рот ладонью, словно выдаёт это Мэтту по секрету. — Я просто хочу, чтобы Кайло был абсолютно счастлив, понимаешь? Так счастлив, как только возможно. Мэтт весь забавно розовеет, а Рей, удовлетворившись, оборачивается к Кайло. — Дорогой, что думаешь? Это же наилучший вариант, если ты зайдёшь и посидишь на пуфике, да? Он не мог бы любить эту женщину ещё сильнее. Рей неудержима, когда чего-то хочет. И именно на это он и надеялся. — Да. — Он зыркает на Мэтта, и тот краснеет, стоя с открытым ртом. — Не хочу, чтобы кто-то увидел больше, чем уже успел, — говорит он многозначительно. Рот Мэтта захлопывается, а сам он вспыхивает ещё сильнее. Он неловко топчется на месте, и Кайло прищуривается. Он скользит взглядом в район паха Мэтта — да, тот возбуждён. Тоже природой не обижен. Может, у него и не такой большой, как у Кайло, но всё же крупнее, чем у большинства. Впрочем, Кайло даже не может ставить ему в вину его реакцию: Рей крышесносна. Даже спустя полтора года Кайло по-прежнему не верится, что она позволила ему к ней притронуться. Что она любит его. Рей — лучшее, что случилось в его жизни. Мэтт точно думает о Рей, облачённой в один из корсетов. Поначалу он не может оторвать взгляда от моделей для примерки, а когда ему это удаётся, виновато смотрит на Кайло. Делая это, он даже губу от стыда прикусывает. Как такой извращенец вообще смог устроиться сюда на работу?! Хорош работничек! Кайло бы воспользовался возможностью и навис над Мэттом, давая ему понять, кому здесь принадлежит Рей, но вдруг выясняется, что Мэтт на пару сантиметров выше самого Кайло, и это делает нависание… проблематичным. Кайло делает шаг вперёд и немного наклоняется. Мэтт истекает потом — Кайло видит бисеринки влаги по контуру роста волос. Вот и славно. Правильно делает, что боится. Мэтт облизывает губы. Он пялится на рот Кайло. Ха. Слишком испуган, чтобы взглянуть ему в глаза. «Знаю я, что у тебя на уме», — думает Кайло. Теперь он сожалеет о том, что включил Рей в то видео, раз это привлекает к ней такого рода внимание. По крайней мере, сейчас Мэтт смотрит только на Кайло. До него по-любому дошёл посыл держаться от Рей подальше. — Могу я помочь вам подержать выбранное? — спрашивает Мэтт странно высоким голосом, протягивая ладонь к руке Кайло. Хера с два. Мэтт не дотронется ни до чего, что будет на теле Рей. — Не надо, — чеканит Кайло. — Открой дверь. Он отступает на шаг, позволяя Мэтту, повозившись с ключом, отпереть дверь примерочной. Передавая корсеты Рей, Кайло пропускает её вперёд и встаёт между нею и Мэттом. — Дайте знать, если понадобится помощь, — говорит Мэтт. Он стоит слишком близко к Кайло, очевидно, пытаясь ещё разок окинуть Рей алчущим взглядом, прежде чем дверь закроется. — Не надо, — повторяет Кайло. Проходя в примерочную, он намеренно толкает Мэтта плечом, просто чтобы тот поостерёгся пялиться. К его удивлению, Мэтт издаёт придушенный звук — нечто похожее на… стон? Он, должно быть, дико чувствительный, потому что не так уж и сильно Кайло его пихнул. Едва оказавшись внутри примерочной, он захлопывает за собой дверь. У этой комнатки хотя бы не штора, а настоящая, твёрдая дверь, что предотвращает возможное подглядывание. Примерочная выполнена в красном цвете. Обитая тканью мягкая скамья тянется вдоль стены, противоположной двери. Над скамьёй виднеется рядок крючков, на которые развешивают модели для примерки. С одного конца комнатки всю стену занимает огромное, в полный рост зеркало, обрамлённое массивной золочёной рамой. Совокупный эффект даёт ощущение будуара или типа того. Всё это смотрелось бы довольно вульгарно, если бы не безупречное освещение, тёплое и камерное. Рей уже стягивает с себя блузку с юбкой, и в этом свете её кожа сияет. Он забывает к чёртовой матери про Мэтта, глядя в зеркало на Рей, которая раздевается специально для него. Наблюдать за маленьким противоборством Кайло и Мэтта в сотню раз забавнее, если знаешь, что Мэтт не пытается залезть под юбку Рей, как воображает себе Кайло. Это до смешного очевидно, когда смотришь на то, как Мэтт подходит к Кайло вплотную, как тянется к его руке и постоянно неуместно подолгу таращится на Кайло, о чём бы тот ни говорил. Она стягивает с себя блузку, избавляется от юбки и, стоя лишь в бюстгальтере и трусиках, поворачивается к Кайло. Он щёлкает пультом, и сила вибраций на пару ступеней вырастает. Её обнажённые ляжки сходятся вместе, а внизу живота вздымается волна тепла. Стоять ровно сложно, так что она облокачивается на стену, стараясь держаться прямее. — Подашь мне первый? Рей протягивает руку, и Кайло передаёт ей корсет. Она тянется себе за спину, расстёгивает лифчик, позволяет ему упасть с плеч и обнажить груди. Взгляд её парня голодный, обжигающий; глаза шарят по её телу вверх и вниз, задерживаясь на затвердевших тёмных сосках. Это пьянит так, будто выжимаешь педаль газа в шикарной спортивной машине. Чувство знакомое — флиртовать, обмениваться взглядами в предвкушении того, что неминуемо станет чем-то сокровенным и памятным. Раньше она перебирала эти воспоминания ночами, когда жила сама, в общежитии, с соседкой по комнате, без Кайло поблизости. Она закусывала край простыни, прокрадывалась руками в пижамные штаны и думала о том, что они пережили вместе. Когда Рей кончала, она делала это тихо, трясясь и содрогаясь под своим стёганым одеяльцем. Это не было так же хорошо, как тогда, с Кайло; но это позволяло ей держаться. Ей больше не обязательно копить эти воспоминания. Прошли те дни, когда она сидела в своей комнатушке в доме бабули и дедули, отчаянно желая, чтобы рядом появился тот, кто полюбит. Надеясь, что этим кем-то будет Кайло. Прошли ночи, проведённые в одиночестве на дрянной односпальной кровати. Для Рей всё это позади. Тепло этой мысли окутывает, пропитывает насквозь, смешиваясь с жаром, охватившим её лоно. Две волны ощущений сходятся, смешиваются, напоминая ей, что она не одинока, что она больше никогда не будет одна. Вибрации становятся мощнее, вырывая из неё низкий стон. Кайло поигрывает кнопками вверх-вниз: сильнее, слабее, сильнее вновь. Если она поддастся, ощущения поставят её на колени. Но заканчивать игру ещё слишком рано. Рей разворачивается, придерживая корсет и пытаясь прикинуть, каким образом он надевается. На пять секунд вибратор ускоряется, а затем возвращается в более спокойный режим. Она вдыхает и выдыхает, затем обхватывает своё тело корсетом, и, застегнув его, поворачивается к Кайло. Какой-то странный звук доносится снаружи примерочной, но она не обращает на него внимания, ожидая реакции Кайло. Такое чувство, что Мэтт тащит по полу что-то металлическое. Оно натужно скрежещет и взвизгивает, скользя по линолеуму, и Мэтт матерится. Хотя это неважно; значение имеет только Рей. Одной рукой она опирается о стену и наклоняется к ней, её голова откинута в сторону, пока она ждёт его реакции на корсет. Он нежно-розового цвета, с алой вышивкой, застёгивается спереди, но сзади свисают ленточки для утяжки по фигуре. — Повернись к зеркалу, — говорит он. Голос звучит грубо. Он думал об этом минувшей ночью — всё время, пока трахал её. Если не считать Мэтта, всё происходящее так близко к его фантазии, что выглядит почти ненастоящим. Она разворачивается — так, что теперь стоит к нему спиной, другой рукой опираясь о стену. Что-то есть в том, как её облегает гладкий атлас, в том, как ленточки крест-накрест пересекают спину — так эротично! Он снова надевает пульт управления на пояс и берётся за ленты. Медленно он сводит их ближе, спускаясь всё ниже и затягивая по очереди каждый ромб, пока не достигает самого низа, где завязывает ленты на изящный бантик. Талия, и без того узкая, теперь туго перехвачена и затянута, что подчёркивает изгибы бёдер и выпуклости ягодиц. Спереди корсет возвышается до нижней стороны грудей, слегка их приподнимая. Вновь затвердев, член пульсирует в джинсах. Вся она — словно красиво упакованный для него подарок. Он кладёт ладони ей на талию, и его большие руки выглядят ещё больше, более неуклюжими в сравнении с её миниатюрностью. Она наблюдает в зеркале за его лицом, и её глаза сверкают. Он не в силах сдерживаться, ему необходимо потрогать её груди. Они открыты, выставлены напоказ абсолютно вызывающим образом, как бы призывая подразнить их, взять в рот. Она трепещет, когда пальцы приближаются к соскам, и он играет с ними, нежно оттягивая, крутя. Кажется таким неправильным тереться членом о её поясницу — словно он портит нечто драгоценное, — но Рей стонет и льнёт ближе к нему. — Тебе нравится? — интересуется он, не зная, имеет в виду корсет или то, что делают его руки, а может, то, как они трутся друг о друга. — Да, — выдыхает она, запрокидывая голову и укладывая её к нему на плечо. — Нравится. Снаружи что-то дребезжит, но Рей слишком включена в то, как Кайло сжимает её груди, как перекатывает их в своих ладонях и как жёсткие соски задевают его мягкую кожу. Затвердевший член неспешно бороздит её поясницу, и если бы она просто встала на цыпочки и подалась назад, то смогла бы впустить эту длину внутрь себя. От этой мысли сводит пальцы ног. Только она решается потянуться к нему, как Кайло отстраняется, оставляя одну руку на её бедре, дотягивается до другого корсета и снимает его с вешалки. Он подаёт его ей и отступает на шаг, жестами прося продолжать — надеть теперь этот. Закатывая глаза, она отворачивается от зеркала и распускает шнуровку, медленно ослабляя корсет. Он провисает спереди, и она выскальзывает из него. Следующий вариант — чёрный, кружевной и нестерпимо роскошный. Когда она прикладывает его к телу, то чувствует себя королевой, богиней. Этот, в отличие от предыдущего, прикрывает груди, приподнимая их и создавая тем самым впечатляющую ложбинку между её маленьких сисек. Этот застёгивается сзади крючками, поверх которых затем зашнуровывается тесьмой, и, как делала до этого, Рей поворачивается к Кайло спиной, чтобы он помог ей облачиться. Целуя её плечи, он затягивает шнуровку. Рей едва может стоять неподвижно, поэтому её ладони упираются в зеркало перед ней. — Тебе нравится? — спрашивает она, пробегаясь руками по передней части и чувствуя подушечками пальцев кружево. — Мне, кажется, нравится. Если первый корсет был прекрасен, то этот — просто бешено, неоспоримо сексуален. Шик, блеск, красота. Кайло представляет Рей, одетую в него и в маленькие кружевные трусики, и, может, чулки. Ебать. — Да, — выдыхает он. — Ты так горяча! Теперь ему кажется, что он твёрд уже целую вечность. Он так неистово хочет её трахнуть… но она должна кончить первой. Она наверняка уже сходит с ума от вибратора, дразнящего её так долго. Кайло теснит её к стене. Обхватив оба запястья одной своей ладонью, он поднимает её руки над головой и держит её так, втираясь членом в её живот. Другой рукой он хватает пульт и увеличивает мощность вибраций. Её бёдра дёргаются, но он прижимается к ней ближе, и она не может двигаться. Он наклоняется и целует её, находя удовольствие в том, как она стонет и извивается, не имея возможности выйти из-под его контроля. — Я хочу, чтобы ты кончила для меня, — говорит он ей в рот. Рей глухо стонет и корчится, отчаянно желая растянуть эту игру, но не в силах найти в себе и толики непослушания. По команде Кайло собственное тело толкает её за край, и, кончая, она едва сдерживает внутри хриплый вой, выталкиваемый спазмами наружу. Оргазм длится долго, растягиваемый жужжанием в киске. Она уверена, что упала бы, если бы Кайло её не держал. Под конец жужжит уже всё её тело целиком, а соски практически обдирает кружевом изнутри корсета, пока она корчится, ещё не придя в себя. Тело перевозбуждено, и в тех места, где Кайло к ней прикасается, кожу чуть ли не саднит. Она вскидывает голову и целует его, на этот раз так, как надо. Пока её язык у него во рту, она ведёт рукой по твёрдой длине члена, запертого в ловушке джинсов, и не может сдержать улыбку, когда Кайло со стоном вжимается в её ладонь. — Давай-ка посмотрим, что можно с этим сделать. Рей расстёгивает ремень, прикусывая и оттягивая его нижнюю губу. Громыхание за стенкой кажется… каким-то образом знакомым… Сложно с этим разобраться, пока она настолько занята. Закончив со штанами, она опускается на колени и сжимает в руке его длину; Рей берёт в рот только головку и слегка её посасывает. К счастью, вид с его ракурса так же хорош, как и ощущения, которые дарит её рот; корсет приподнимает груди гораздо выше обычного, приоткрывая соски. Глядя на него снизу вверх сквозь ресницы, она высовывает язычок и дразнит уздечку прямо под головкой. Его кожа здесь нежная, бархатистая, и ласка кончиком языка в этом месте изощрённа, почти невыносима. Его глаза закатываются, и он протягивает к ней руки и кладёт их ей на макушку. — Смотри на меня, — требует она, наклоняясь, чтобы взять член глубже в рот, не разрывая при этом зрительного контакта. Его ноги начинают дрожать, а длина каким-то образом становится ещё жёстче. Рей не может дать ему кончить вот так; ему необходимо быть внутри неё. Отпуская его, она встаёт и стягивает с себя трусики. — Можно тебя трахнуть? — спрашивает он, едва успевая удержать рвущееся наружу «пожалуйста». Она смотрит на него взглядом, который очень ему знаком: будто он круглый дурак. Ладно, она вытащила изо рта его член и сняла трусики, но Кайло предпочитает знать наверняка. Она поворачивается к нему спиной и вскарабкивается на мягкую скамью, после чего задирает руки над собой, опираясь ими в стену. Презентуя ему себя. Он сглатывает и пару раз оглаживает член, мучительно напряжённый и влажный от её слюны. Что-то свисает между её ног — ой, точно. Вибратор. Он хотя бы не забыл выключить его после того, как она кончила. Но его надо вытащить, чтобы заменить собой. Под стон Рей Кайло медленно извлекает вибратор. Тот покрыт её соками. Есть только одна мысль, что с этим делать. Кайло кладёт его в рот, пробует вкус — её и мягкого силикона, облизывает и обсасывает его так, чтобы можно было убрать в карман. Широко раскрытыми глазами она наблюдает за ним в зеркале. Он приближается на шаг, кладёт руки ей на бёдра и толкается членом ей между ног, а затем немного меняет её позицию — так, что теперь она находится на нужной высоте. Она такая мокрая! Член скользит не в неё, а между губ киски, отчего Рей дёргается. Она выгибает спину от прикосновений к чувствительному клитору, и Кайло подаётся назад, а затем направляет себя рукою внутрь. Сейчас эти жар и влага привычны, но он никогда не устанет от них, от ощущения того, как она растягивается, сжимается вокруг него и держит глубоко внутри себя. Он со стоном закусывает губу и погружается ещё глубже. Её голова всё так же повёрнута в сторону зеркала, и теперь он тоже смотрит, как член исчезает внутри её лона, как её лицо цепенеет, когда она толкается ему навстречу, чтобы впустить в себя его длину, всю без остатка. Его большие руки сжимают её бёдра, а корсет обхватывает её тело так тесно!.. Член пульсирует, когда Кайло всаживается на полную, и киска вокруг него ответно трепещет. Если бы это всё ещё был старт их отношений, Кайло бы наверняка уже кончил. Он и сейчас может кончить, если не будет осторожен. Его добытый ценой огромных усилий самоконтроль по-прежнему зыбок при таком количестве стимуляции. Он слышит снаружи комнаты металлический грохот, от которого у него волосы на голове шевелятся. Это напоминает ему о Гарольде с его ёбаной лестницей. Но Гарольд и Пэтти сейчас в каком-то круизе, который выиграли в викторине по радио, так что он и Рей здесь в безопасности. Это просто придурок Мэтт устанавливает направляющие или типа того. Отвлечение внимания оказывается как нельзя кстати; это отрезвляет достаточно, чтобы начать движение. Он подаётся назад так далеко, как может, наблюдая за появлением тёмно-красного члена, блестящего от её влаги. Рей прислоняется головой к стене и прикрывает глаза. — Смотри на нас, — шепчет он. Она вновь открывает глаза, когда он выходит из неё, а затем одним резким движением с силой врывается обратно. Он находит её глаза в зеркале и не может отвести взгляд, видя, как она улыбается ему, нежно и мечтательно. Дверь гремит от их движений. Он пытается не шуметь, но не может сдержать тонкий стон. Это так приятно, что невозможно остановиться. Он наблюдает за своими движениями внутрь и наружу, как его толщина скользит вглубь её изящного тела, словно внутри у неё есть потаённое местечко, предназначенное только для него. Корсет… Кайло с трудом отрывает взгляд от зеркала, чтобы полюбоваться всеми этими кружевами, которые он собственноручно на ней затянул. То, что он испытывал несколько минут назад, когда тёрся о неё, словно разрушал, портил её красоту своим огромным членом, — это чувство возвращается. Рядом с ним она выглядит такой хрупкой! Ему — эдакой большой, уродливой штуковине — позволено засовывать в неё свой член, позволено иметь удовольствие удовлетворять её. Она сжимается на нём, когда он снова пытается выйти, находясь на самом краю, и его зрение меркнет. Надо дышать. Он с трудом вдыхает воздух, видя звёзды. Рей обожает то, насколько он огромен, и речь не только про член, но и про рост, и про мускулатуру. Она говорила это так часто, что он должен ей верить. Вопреки тому, как она мала, Рей так сильна! Он не может навредить ей, даже больно ни разу не сделал. Кайло наклоняется над ней, вновь берёт оба запястья одной рукой, приподнимает и держит их у стены. Другой рукой он обхватывает одну из прикрытых кружевом грудей и дразнит сосок до тех пор, пока Рей не начинает задыхаться. — Хочешь, чтобы я кончил в тебя? — говорит он ей на ухо хриплым, царапающим голосом, зная, что от этого её бросит в дрожь. Произнося это, он смотрит на неё — на то, как она прикусывает губу, на то, как жадно она постанывает. Впервые за всё время их отношений Рей не может полностью сосредоточиться на том, как Кайло ощущается внутри. Она рассматривает их в зеркале, дивится тому, сколь огромно клубящееся, нависающее над нею тело, состыкованное с её, и это всё, что её сейчас занимает. Разница в их размерах ошеломляет, когда смотришь таким образом, словно ты непричастный зритель. Эта мысль будоражит. Одна его рука вжимает её запястья в стену, а другая располагается на её груди, что накрыта его ладонью целиком, хоть и приподнята корсетом. Самая завораживающая часть — точка между её бёдер, где член исчезает внутри. Отчего-то он выглядит ещё больше, вот так появляясь и пропадая в пространстве у неё между ног. Эта мысль пронзает, посылая сквозь неё импульсы удовольствия, достигающие тех мест, где она уже и так к нему слишком чувствительна. — Прошу, — шепчет она. — Прошу, кончи в меня. Наполни, Кайло, прошу. Он отпускает грудь, чтобы схватить бедро, и вбивается грубее. Он не может сопротивляться, когда она лепечет что-то, опьянённая тем, что ощущает его внутри. Ебать. Его заклинивает на картине в зеркале, и он чувствует себя выпадающим из реальности от того, насколько хорошо они смотрятся и как наслаждение взвивается всё выше и выше. Кайло кончит так мощно! Он близко, всё его тело подбирается, яйца втягиваются. Любая видимость попыток быть тихими и незаметными канула в небытие. Он ебёт её жёстко, их тела звонко схлёстываются, дверь гремит от каждого рывка. Они оба стонут, и… Стоп. Что-то было там, в зеркале: какое-то движение. Он останавливается. Член умоляет продолжать, Кайло невыносимо близко, но… Грохот. Это — не просто дверь, и он был ближе, чем за пару минут до этого. Кайло поворачивает голову к стене напротив зеркала. Примерочная кубичнее обычной комнаты. Стены здесь нормальной высоты, но между ними и потолком есть неширокий прогал. В этом пространстве виднеются лицо и плечи. И у самой кромки стены в их сторону протянута рука, сжимающая телефон. Мэтт. Ёбаный Мэтт. Лицо Мэтта пунцовое, челюсть отвисла, полная нижняя губа мокрая и красная. Глаза закрыты, а рука по ту сторону стены… двигается. Ёбаный стыд, да он на них дрочит! Он подглядывает за ними. Снимает их на камеру. И на всё это дрочит. Член предательски дёргается, когда Кайло анализирует ситуацию. Часть его — ладно, часть в форме члена — довольно-таки польщена. В конце концов, они уже сделали для этого парня то, что, по сути, является порнороликом. Мэтт отправил им длинное письмо с благодарностями и впечатлениями о том, как сильно ему зашло, в мельчайших подробностях. Так что да, Мэтту понравилась Рей и то, как она заставила Кайло возбудиться. Мэтт намеренно просил её участия. Тогда сама идея казалась забавной, но этот фрик был где-то там, на расстоянии. Просто мысль о человеке, а не он сам. Не мудак, который стоит на блядской стремянке в соседней комнате и передёргивает, глядя на халявную клубничку. Наконец внезапная тишина обращает на себя внимание Мэтта. Он открывает глаза и замечает, что Кайло смотрит прямо на него. Рей оборачивается посмотреть, на что обращён взгляд Кайло, и застывает, когда тоже это видит. Глаза Мэтта в ужасе выпучиваются, рука с телефоном приходит в движение, словно он судорожно пытается остановить съёмку. Телефон выскальзывает из его хватки и шмякается об пол с характерным треском разбивающегося экрана. Скрытая стенкой рука Мэтта останавливает своё движение. Его рот открывается и закрывается, а сам он выглядит так, будто ему дурно. Один долгий миг он и Кайло замыкаются глазами друг на друге. Кайло погружён в Рей, и она опускает руки, чтобы прикрыть ладонями груди. Похоже, никто не знает, что делать дальше. Кайло не знает даже, что ему положено по этому поводу чувствовать. Он не хочет вытаскивать и показывать себя во всей красе, но и продолжать двигаться точно не собирается. Затем Мэтт слегка дёргается, а его глаза на секунду закрываются, трепеща ресницами. Этот грязный ублюдок до сих пор себя трогает. Кайло в этом уверен, потому что видел в зеркале то же выражение на собственном лице, когда пытался дразнить себя, когда тёр большим пальцем свою щель, стараясь удержать градус возбуждения. Вот же мерзкий гад! Язык Мэтта высовывается между зубами, а рука снова ускоряется. Он что, думает, что так и надо? Что они хотят, чтобы он смотрел? Не иначе как он дрочит на сам факт, что его поймали за подглядыванием. Гнев, которого раньше не было, сейчас вспенивается в венах Кайло. — Пшёл на хуй отсюда, — шипит он. Мэтт вздрагивает, его рука замирает. Похоже, всё его тело застыло, потому что он неподвижен как статуя. — Отъебись от нас, падла! Теперь Кайло кричит, и он опять повторяет свои слова, глядя, как Мэтт просто стоит там, выкатив зенки. Кайло его отхуярит. Он дрался в старших классах. Самое смешное, что пару раз (ладно, каждый раз) это было именно из-за того, что он слишком нагло таращился на подружку одного мажора. Прошли годы с тех пор, как он кого-либо бил или был бит, но его кровь бурлит, а этот говнюк пялился на Рей, видел её прекрасное тело в корсете, предназначенное только для Кайло. Это было нечто особенное, чтобы отметить начало совместной жизни. Теперь всё испорчено, потому что воспоминания будут включать это. Он выходит из Рей, поворачиваясь так, чтобы спрятать член, который твёрд как никогда. Это непросто — засунуть его обратно в штаны и застегнуть пуговицу и ширинку. Рей суетится за его спиной, прикрываясь им как щитом, прыгая на месте и натягивая нижнее бельё с юбкой. Мэтт снова вздрагивает, когда Кайло начинает втаптывать упавший телефон в пол, ликуя от хруста под ногой. Он продолжает это делать, а затем растирает его подошвой ботинка до тех пор, пока кусочки металла и пластмассы не разлетаются во все стороны. — Мэтт, — откуда-то издалека зовёт голос. Та девушка. Она возвращается; Кайло слышен звонкий стук её каблуков. Мэтт хватает ртом воздух — так, словно не вдыхал с тех пор, как увидел устремлённый на него взгляд Кайло, — после чего исчезает из поля зрения. Слышится лязг металла: Мэтт спускается вниз по лестнице. Кайло в ярости выскакивает из примерочной и в коридоре сталкивается нос к носу с уже виденной им до этого дамочкой. — Что происходит? — спрашивает та. — Этот говнюк снимал на видео, как моя девушка примеряет бельё, — рычит Кайло. — Я щас прибью его к ебеням. — Что? Где он? — Тут. Кайло распахивает дверь и демонстрирует Мэтта, который стоит рядом со стремянкой. Он красный, его лохмы в полном беспорядке, но, учитывая выражение искреннего замешательства на лице, он всё ещё мог бы всё отрицать… если бы не твёрдый член, торчащий из расстёгнутой ширинки его штанов. Мэтт беззвучно разевает рот, а его руки парят над членом, будто он ещё не решил, спрятать его или всё же потрогать. Кайло не может удержаться от оценочного взгляда на член Мэтта. Ха! Меньше, чем у Кайло, как он и предвидел. Мэтт замечает этот взгляд, и его член подёргивается. Кайло усмехается в ответ. — Мэтт! Какого хуя? — Девушка выпадает в осадок. — Ну-ка иди отсюда! И убери свой пенис, никто не хочет на него смотреть! Тот судорожно запихивает себя в трусы и застёгивает молнию. Кайло и девушка отступают на шаг, давая Мэтту пройти по коридору. Девушка оборачивается к Кайло. — Мне так жаль, сэр. Это его первый день. Не имею понятия, как он получил здесь работу. Разумеется, он уволен. Желаете, чтобы я вызвала полицию? — Просто дайте мне пять минут с ним наедине, и я всё улажу. Кайло сжимает руки в кулаки и делает шаг вперёд. Мэтт шарахается в сторону. Хорошо. Стоя рядом с ним, Кайло вспоминает, что Мэтт выше его и такой же мускулистый. Не то, чтобы Кайло боялся честного поединка, но он гораздо чаще бывал тем, кто бьёт, а не кого бьют. По крайней мере, не при подобных обстоятельствах. Маленькая ладошка смыкается на его запястье. Рядом с Кайло появляется Рей. — Оставь его, — говорит она. Мозг кипит, и Кайло сложно думать о чём-либо, кроме того, как Мэтт будет смотреться с окровавленным носом и чёрными кругами под глазами. Было бы очень, очень приятно ему врезать. Очень приятно. На самом деле это просто необходимо. Никто бы его за это не осудил. Дьявол, он слегка удивлён, что Рей его в этом не поддерживает. Она обхватывает ладонью его запястье и тянет на себя, но безрезультатно. У неё нет той силы и массы, чтобы сдвинуть его, если он встанет как вкопанный. — Он того не стоит, Кайло. Пойдём, — уговаривает его она. Теперь все уставились на него. Все ждут, что он будет делать. Мэтт отступает на шаг и шныряет взглядом к дверному проёму, что ведёт обратно в магазин. Он сейчас убежит, Кайло нутром это чует. Надо дать ему уйти, как говорит Рей. Это было бы умно. Лишь начав наносить удары, он не остановится до тех пор, пока Мэтт не упадёт на пол. Или пока Кайло сам на этом полу не очутится. Приговор к сроку за нападение разлучил бы их с Рей, и нары — не такая уж заманчивая перспектива. Цыпочки не теряют времени даром и не ждут, пока тебя выпустят из-за решётки. Голос разума напоминает ему обо всех этих умных разумностях. С другой стороны, цыпочкам не нравятся слабаки. Он думает о Мэтте, передёргивающем на образ Рей, и о том, как тот слышал стоны, которые она издавала только для Кайло. О том, как тот видел её выгибающей спину и вжимающейся в Кайло, и интимное шнурование корсета крест-накрест — как акт защиты, окружения её заботой только для него и совсем не как ограничение свободы. Нет, он не поступит умно. Не-а, вообще ни разу. Его кулак молниеносно вскидывается, задевая больше щёку Мэтта, нежели нос, так как Мэтт уже разворачивался, чтобы бежать. Боль расцветает в его костяшках, за этим на пару к ней следует выброс адреналина. Мэтт вскрикивает, как раненый зверь, и делает два длинных, неуклюжих шага к выходу из зоны примерочных, после чего Кайло его нагоняет. Он хватает Мэтта за ворот рубашки и, пользуясь силой инерции, разворачивает его к себе. На этот раз его кулак врезается в нос Мэтта. Тот разражается проклятиями и внезапно даёт сдачи, задевая челюсть Кайло. Боль не стихает, и Кайло мотает головой, стараясь стряхнуть с себя оцепенение. Тело бросает то в жар, то в холод, пойманное между внутренними призывами: к сражению и к бегству. «Дерись», — говорит он себе, прищуриваясь и стараясь сосредоточиться. Позади него Рей что-то орёт, и ещё та тётка мельтешит неподалёку, но он остаётся глух к их крикам. Когда Мэтт приподнимает руки, Кайло уже готов блокировать удар. Но Мэтт не пытается ему врезать. Он лишь завывает и пихает Кайло, чьи ноги слишком трясутся от переполняющего адреналина, чтобы держать его ровно. Кайло тяжело заваливается назад и, чтобы замедлить падение, хватается за стоящую перед ним перекладину с бюстгальтерами, отчего та обрушивается на него сверху. Когда он вновь кое-как встаёт на ноги, один лифчик свисает с его плеча, а другой умудрился обернуться вокруг локтя. Мэтт выглядит обезумевшим от страха, снова застывший, когда Кайло наступает, раскидывая лифчики в стороны. Он не сопротивляется, когда Кайло вцепляется ему в плечи, разворачивается относительно него и жёстко подсекает его ногой под колено. Приёмчик, которому его научил отец. Ноги Мэтта складываются, и он хватается за рубашку Кайло в попытке не упасть, но только утягивает его за собой. Они валяются по полу, раздавая друг другу тумаки, по большей части идущие мимо цели. Мэтт умудряется довольно ощутимо двинуть Кайло в живот, а Кайло каким-то образом засовывает Мэтту в рот трусики. После борьбы за господство превосходящие размеры и вес Мэтта всё же дают ему преимущество, и он пригвождает Кайло к полу. Мэтт по-прежнему твёрд и трётся о бедро Кайло. Трусики всё ещё находятся в его рту подобно кляпу — должно быть, думает о Рей в них. В замешательстве оттого, что его скрутили и вжали в пол, а также из-за всей этой боли, Кайло тоже затвердевает, и он видит тот самый момент, когда это вдруг чувствует Мэтт. Его глаза вспыхивают чем-то — не иначе как весельем. Он выплёвывает трусики и облизывает свои мокрые губы. Блядь. Кайло уже никогда этого не развидеть. Всё это просто смешно. Рей смотрит по сторонам в поисках хоть чего-нибудь — чего угодно. Она примечает на кассовом столе на вид увесистую пластиковую лопатку для порки, ещё с биркой, и подхватывает её. Аккуратно подойдя к парням и подкараулив момент, она обрушивает на их задницы быструю серию ударов, один за другим, дважды, трижды, пока не ощущает, что напряжение её отпускает. — Стоп! — пронзительно выкрикивает Рей, притопывая для пущего эффекта ногой. Застывает весь отдел, включая Мэтта и Кайло. Эти кучей лежат на полу, с нелепо переплетёнными конечностями. У Мэтта через ткань проглядывает ощутимая выпуклость, и мерзкое влажное пятно красуется в паху его брюк. Вообще, неудивительно, что и у Кайло присутствует всё то же самое. Ну, саб — он и в Африке саб. Рей закатывает глаза, затем нагибается и подтягивает Мэтта за ворот рубашки. — Слушай, ты, чмо. Не знаю, с какого быка ты упал и какого хрена так себя ведёшь, но если ещё хоть раз ты со своим стояком на моего парня покажешься на горизонте, лучше разворачивайся и иди в обратном направлении, иначе я самолично вышибу твой зад в соседнюю галактику. Изогнув губы в отвращении, Рей отпускает его, затем делает шаг в сторону и хватает за шкирку уже Кайло. — Это было совершенно ни к чему, дикарь ты психованный. — У Кайло хватает ума приобрести сконфуженный, пристыжённый вид. — Твоё счастье, что я чертовски сильно тебя люблю. Она подтягивает его на один уровень с собой и пробегает рукой по его битому лицу. Его глаза наполнены искренним сожалением и глядят проникновенно. Весь воинственный настрой, руководивший им лишь пару мгновений назад, испарился. Им приходится сидеть в кабинетике службы безопасности, пока охранник составляет рапорт и спрашивает обе стороны, хочет ли кто-нибудь из них выдвинуть обвинения. Рей качает головой, сжимая руку Кайло достаточно сильно, чтобы стало понятно, что у него нет иного выбора. Мэтт ничего не говорит, а только сидит, свесив голову, на сиденье рядом с Рей, с вытянутым лицом и красными от стыда щеками. На покупку корсета нужно ещё несколько минут, и это довольно нервный момент, потому что Кайло бросает испепеляющие взгляды на Мэтта, который собирает свои вещи. Рей не представляет, когда теперь захочет надеть этот корсет после всего, что произошло. Но её застукали в нём во время секса, и она не может его не купить. Они вновь выходят в вестибюль торгового центра, ощущая себя так, словно прожили миллион лет; у Кайло в руках пакет, в котором лежат дорогущий корсет и бесплатные трусики из комплекта, презентованные магазином в качестве извинений. Кайло без понятия, как скоро Рей вновь наденет что-либо из приобретённого, но в глубине души лелеет надежду, что она облачится во всё это, когда будет наказывать его за непростительное поведение. У них есть дома лопатка — такая добрая, кожаная, — которой Рей его шлёпает… Господи Иисусе. Какой он гадкий, а ведь ему должно быть стыдно. — Прости меня, — начинает он, когда они уже в шаге от выхода на улицу. Она вздыхает, но позволяет притянуть себя ближе и кладёт голову ему на плечо — в местечко, которое идеально ей подходит. — Ты как, милая? — спрашивает он, почти невесомо целуя её в макушку. Она разворачивает лицо к его груди и трётся о него носом. — М-м-м. Не разговаривая больше, они садятся в пикап Кайло. Он опускает взгляд на свои сбитые кулаки, обхватившие руль, и заводит мотор. В одном месте кожа ссажена, там подсыхает кровь. Костяшку пощипывает, и он, благодарный за боль, поворачивает руль. В молчании, они едут домой. Заехав на подъездную дорожку, они выгружают покупки — пару мелких предметов мебели и новую кровать, которой требуется сборка. Когда утром они собирались за вещами для дома, Рей воображала себе нечто ужасное: Кайло, ругающийся на чём свет стоит и пинками гоняющий куски разобранной кровати по комнате. Выясняется, что она ошибалась и что Кайло внимательно изучает инструкцию, отслеживает и правильно фиксирует все составляющие и складывает каркас почти без её помощи. Рей сидит на полу позади него с маленькой пачкой шурупов и большим стаканом лимонада для них обоих. Занос матраса по лестнице наверх оборачивается настоящим приключением. Кайло не может решить, будет ли Рей толкать снизу или направлять сверху. Сначала они пробуют Рей сверху, чтобы Кайло приложил свою недюжинную силу к толканию; но Рей сложно тащить эту бандуру на себя, и заканчивается тем, что матрас цепляется за одну из ступеней и отправляет Кайло в непродолжительное падение, которое оставляет его распластанным на полу, неуклюже раскинувшим руки и ноги. Они меняются, и дело идёт гораздо более споро, когда Кайло тянет сверху, а Рей направляет снизу, действуя подобно рулю поворота. Внутренне ликуя, Рей разрывает упаковку нового постельного белья и натягивает простыню на углы кровати; затем она взбивает и стелет поверх пуховое одеяло, подпихивая его под подушки. Она отступает на шаг, чтобы взглянуть на это — на огромную кровать, на изысканное пушистое одеяло, на дополняющую всё это композицию из пышных подушек в изголовье. Она не может поверить, что это её. Их. Она будет делить эту постель с Кайло. Семнадцатилетняя Рей ни за что бы в такое не поверила. Пока она, отойдя чуть поодаль, восхищается открывшимся видом, Кайло берёт разбег и с диким кличем прыгает на постель животом вниз. Рей хихикает, впервые вскарабкиваясь на свою кровать, а затем — и на спину Кайло. Уютно устроившись лицом в пространстве у него между лопаток, она ерошит пальцами его шевелюру. Они лежат так долгий миг; Рей чувствует под своим животом его дыхание — вдох, выдох. Внезапно Кайло переворачивается, подминает Рей под себя и, сжимая в объятиях, запечатлевает на её губах поцелуй. — Ох, как ловко, — говорит Рей. Он ухмыляется, глядя на неё сверху вниз. Ага. Реально, блядь, складно.