Сердцеедка со стажем, моя милая Саша.

***

      Всю дорогу до больницы мы ехали молча. Англичанин положил мне руку на колено и большим пальцем нежно гладил внутреннюю сторону бедра. Я изредка бросала на него свой взгляд, его лицо было напряжено, скулы выделялись, выдавая всю силу, с которой он сжал челюсть от напряжения. Когда машина наконец остановилась на парковке гинекологической поликлиники, Сащеко поставил машину на ручник и сразу же взял в руки телефон и начал спокойно листать ленту социальных сетей, совсем не собираясь выходить из авто. — И чего ты сидишь? — нарушила утомительную тишину своим вопросом я. — А чо ты сама не дойдешь? — не отрывая взгляда от своего мобильного ответил Рома. — Мне казалось, что в твоих интересах знать результат. — Ребенок не мой, я лишь из-за своей доброты душевной помогаю тебе избавиться от этой проблемы. — он наконец поднял на меня свой взгляд и с, как мне тогда казалось, самой противной усмешкой в мире, потянулся и открыл дверь автомобиля с моей стороны. — Давай там не задерживайся, ты же знаешь, я не люблю ждать. — Это твой ребенок, Ром. Ты своего ребенка называешь проблемой. Он не может быть ничьим другим, я в этом уверена на все сто. — проигнорировав его жест с дверью, упиралась я. Лицо Сащеко, казалось, после этих слов стало еще злее. — Блядь, не еби мне мозг. — Гаркнув, швырнул телефон парень. — Знаю я блядух, которые наебутся по всем углам, а потом вешают детей на кого попадется. — он кричал, он был в гневе. — Я думал ты не такая, но как оказалось все красивые и с виду умные бабы оказываются обычными шалавами. Не вздумай меня втягивать в это, ищи другого из своего списка ёбырей.

***

      Я впервые прочувствовала на себе фразу «Мир рухнул». Мой мир рухнул именно в этот момент, в этой машине, перед больницей. Этот человек просто взял и втоптал меня в грязь, присыпав сверху горсткой говна. Плакать даже не хотелось, но слезы почему-то сами стекали по подбородку и капали на грудь. Я не чувствовала боли сильнее, чем эта душевная. Я готова была переломать себе все ребра, руки и ноги, лишь бы не слышать этого больше никогда. Рома после этих слов изменился в лице, теперь я могла увидеть его страх и, наверно, даже некую неловкость. — Саш, стой. — Сащеко попытался меня остановить в тот момент, когда я пулей вылетела из машины, но я даже не хотела его слышать. В ушах стоял гул, глаза покрыты пеленой, я не заметила, как шаги переросли в бег.

***

— Не беременна. — вынесла вердикт врач, сняв с себя перчатки. — Пугающие совпадения, согласна. Но задержка у вас из-за смены цикла, такое бывает. А тошнота, наверно, отравление, а может что еще, тут уже я вам ничего не скажу, я лишь гинеколог. — Увидев мою похуистическую реакцию на ее слова и молчание в ответ, врач лишь подписала мне бумажку, в которой опровергла мои подозрения на залет и протянула мне. — Удачи. — будто посочувствовав, произнесла та и погладила меня по плечу.

***

Усевшись в машину, я кинула бумагу от врача в лицо Англичанина. Я была зла, внутри все горело от обиды, но я предпочла молчать. Он неисправим, на него нельзя надеяться, и мы никогда не будем вместе. Поразмышляв все то время, что я пробыла в больнице, я приняла решение окончательно разорвать все контакты с Ромой и остаться с Олегом. Я подумала, что лучше быть любимой, чем любить. Чувства — это блядская хуйня, которая лишь мешает тебе жить. Это как рак в последней стадии, медленно разрушает тебя изнутри и неизлечим. Я больше никогда не хочу любить. Взяв в руки листок и прочитав написанное в нем, Рома скомкал его и выбросил в окно. — Ну вот видишь, все обошлось. — не увидев никакой реакции от меня, парень положил руку на мою коленку и потянулся за поцелуем. Но моя обида сыграла роль, несмотря на то, что я таяла от каждого его прикосновения, я сложила руки на груди и отвернулась к окну, всем видом показав свою злость. — Саааша, ну прости. — протянул тот, поцеловав меня в плечо. — Ну вырвалось, блять, я долбаёб, не подумал, что говорю. — На эмоциях все говорят правду. — наконец заговорила я, повернувшись к нему с усмешкой. — Не правда ли? — он молчал, но я не стала ждать от него ответа, который и так был для меня известен. — Отвези меня домой, я устала. — он не произнес ни слова больше.

***

— Олег, я вернулась. — увидев в прихожей обувь Леры, я насторожилась и быстро прошла в дом. Увидев на кухне за столом я увидела пару, которые что-то с интересом изучали в телефоне. — И чем это вы тут занимаетесь? — с улыбкой я приблизилась к столу, чтобы выяснить причину их столь сильной заинтересованности. Но, увидев, что это был мой телефон, а на экране переписка с Ромой, я тут же осела. Олег посмотрел на меня с огромной ненавистью в глазах, а Лера с ехидной ухмылкой размешивала сахар в чае, звонка стуча ложечкой по кружке. Этот стух эхом раздавался в моей голове. — Зови сюда Рому. — я вздрогнула от голоса Леры, который нарушил неловкую тишину. Олег показал что присоединяется к словам Леры и молча протянул мне мой телефон. Пойманы с поличным.