Время лечит

      Утром в штабе было зябко. Джереми шел по коридору, ежась от холодка и обхватив плечи руками. Он встал раньше всех, потому что никак не мог нормально заснуть после возвращения с вылазки, хотя дико устал.       До подъема было еще далеко и замок казался пустым. Только часовые стояли на постах, сонно протирая глаза. С некоторыми Джереми даже перебросился парой слов, направляясь к столовой, все уже давно привыкли, что он рано встает. На кухне он напился кипяченой воды прямо из чайника и отправился бродить по штабу.       Было тихо. Но эта тишина не приносила Джереми спокойствия, потому что уставшее тело требовало восполнить недостаток сна.       Внезапно парень услышал шаги и поднял голову. По коридору, идущему перпендикулярно тому, в котором находился Джереми, торопливо прошел капитан Аккерман, не замечая парня.       Джереми дошел до поворота и, прислонившись к стене, посмотрел Леви вслед. Через несколько секунд тот скрылся в другом коридоре, но юноше казалось, что он все еще слышит тихие шаги. Перестав пялиться в то место, где только что был капитан, Джереми тяжело вздохнул. Вчера он узнал, что отряд Леви погиб.       Парень не общался с его членами, но догадывался, что они наверняка многое значат для капитана, ведь этот отряд вместе пережил столько вылазок. Джереми знал, что такое потерять кого-то и сейчас думал о том, как бы не ляпнуть чего-нибудь лишнего при Леви. Парень и сам не знал, чего вообще опасается, просто почему-то казалось, что любое слово сейчас может задеть Аккермана, хоть юноша и не пересекался с ним с самой вылазки и никак мог уловить его состояние.       После экспедиции Джереми долго не мог прийти в себя. Перед глазами все вставала та титанша с холодными глазами. Появление Женской Особи, как назвали ее разведчики, вызвало много вопросов, и парня передергивало, когда он думал, что может ждать дальше, ведь это их не последняя встреча: Легион собирался нанести ответный удар. Но сейчас думать об этом не хотелось.       Утро тянулось медленно, и день обещал быть наполненным привычной рутиной. Но ближе к завтраку случилось то, что немного развеяло унылую атмосферу, царившую в штабе.       Возвращаясь из конюшни, Джереми застал в коридоре, ведущем в жилое крыло, Ирму, которая отчитывала Вика. Не успел Джереми удивиться тому, что друг здесь делает, ведь должен быть в лазарете, как тот сразу же полез обниматься.       — Хей, дружище, мы будто сотню лет не виделись, как ты тут? — спросил он, отлипая от Джереми.       — Вик! Вот чего ты примчался сюда? — продолжила ругаться Ирма. — Медсестра говорила, что тебе еще долго в лазарете лежать, а ты приехал! Как тебя вообще отпустили?       — Ну хватит паниковать! — вздохнул Вик и поскреб жесткую щетину, успевшую отрасти за время пребывания в госпитале. — Я в порядке, не надо за меня волноваться. Меня ведь не отпустили бы, если б я не мог сражаться.       — Ну смотри, если ты упадешь посреди коридора… Да ну тебя! — разозлилась девушка.       — Вик, Ирма все-таки права… — тихо проговорил Джереми.       — Друг, все в порядке, — сказал Вик. — Я в норме, честно. Здесь мне будет лучше, а то в лазарете холодина лютая. Окна повыбивало же. Их забили, конечно, но… Ай, ладно. Побриться бы… — он нахмурился и провел ладонью по щеке.       Потом Вик стал рассказывать какие-то забавные истории, услышанные в лазарете. Друг делал это эмоционально, обильно жестикулируя и смеясь, похоже, пытаясь подбодрить сестру и показать, что с ним действительно все нормально. Когда запас историй иссяк, он стал рассказывать, как они пытались развеять скуку с соседями по палате, отхватывая при этом нагоняй от медсестер. Мастерства рассказчика Вику было точно не занимать, и вскоре Ирма перестала злиться, смеясь на весь коридор. Хоть и отругала брата за то, что не давал другим нормально лечиться.       Мимо прошел Джонсон, заметно хромая, и неприязненно глянул на разведчиков, явно недовольный шумом, который они производят.       — Он тоже вернулся? — удивленно проговорил Джереми.       — Ага, еще один недолеченный… — проворчала Ирма, скрестив руки на груди.       — Он рвался в штаб, — пожал плечами Вик. — В конце концов, медсестры плюнули и отпустили.       На завтрак пошли вместе. В столовой было меньше народа чем обычно: почти всех новобранцев отправили подальше из замка. Стол, за которым обычно сидели члены отряда наблюдения, пустовал. Капитана Аккермана, майора Зоэ и командора Смита тоже не было видно. Видимо, офицеры обсуждали план грядущей операции. Было понятно, что Женская Особь является человеком, способным обращаться в титана, а раз она человек, то пойти ей кроме стен некуда. Подозревалось, что сейчас она находится в Стохессе.       — Ну рассказывайте, что тут без меня было? — проговорил Вик, плюхнувшись за стол.       — Вылазка, — коротко сказал Джереми.       — И все?       — Объявилась разумная титанша и положила кучу наших, — вздохнула Ирма.       Вик поперхнулся супом и уставился на сестру.       — Чего? В смысле разумная титанша? Еще одна?       — Говорят, она искала Йегера, — пожала плечами девушка. — Джереми лучше знает, он был практически в центре событий.       Вик вопросительно взглянул на друга.       Джереми глубоко вздохнул и рассказал все, что было на вылазке. Вспоминать взгляд Женской Особи было неприятно, но он никак не хотел выходить из головы, когда парень возвращался мыслями в Лес гигантских деревьев.       — И ты так спокойно об этом говоришь? — вскинул брови Вик, выслушав рассказ. — Ты помог спасти Йегера! Это же… Это ж круто! — друг взмахнул рукой, чуть не скинув тарелку со стола.       — Это вышло случайно… — пробормотал Джереми, вжимая голову в плечи и озираясь вокруг в страхе, что на них пялятся. — Я потерял отряд, наткнулся на титаншу… Что я еще мог сделать?       — Вик, успокойся, а то суп разольешь, — Джереми на помощь пришла Ирма, выразительно посмотрев на брата.       — И что теперь с Йегером будет? — спросил Вик.       — Ну так-то его должны передать Полиции, — пожала плечами Ирма. — Но вряд ли командор Эрвин это допустит… Джереми, ты ведь теперь в отряде майора Ханджи?       — Временно, — кивнул юноша. Так как Джереми потерял отряд на вылазке, его нужно было приписать куда-нибудь, чтоб не болтался как неприкаянный. Поэтому майор Зоэ сразу же заграбастала такого способного по ее словам солдата к себе.       — Получается, на операции ты снова будешь в центре событий?       — Выходит так, — парень пожал плечами и поморщился. С той титаншей встречаться ужасно не хотелось. А еще он знал, что Йегера Военной Полиции точно не передадут, потому что он занимает важное место в плане по поимке Женской Особи, но разговаривать об этом с кем-то вне отряда было нельзя.       После завтрака появилось много дел. И если от обычных поручений рядовых вроде перетаскивания ящиков или подметания двора Джереми был освобожден по просьбе Леви, с которым они заполняли бумаги, тренировки никто не отменял.       Начали с легкой разминки, а потом перешли на отработку рукопашного боя.       — Ты уверен, что тебе можно напрягаться? — спросил Джереми, нерешительно поднимая кулаки.       — Не волнуйся, все хорошо, — с улыбкой заверил Вик.       — Джереми, отделай его как следует, чтоб он захотел вернуться в лазарет, — сказала Ирма, которая сидела на земле, скрестив руки на груди и хмурясь.       — Э-э-э-эй, вот, значит, как ты любишь своего брата? — рассмеялся друг.       Но все-таки Джереми так и не смог серьезно отработать на нем какой-нибудь прием. Юноша боялся навредить Вику и раз за разом падал на землю, не решаясь отразить атаку.       — Ну Джереми, давай нормально! — проныл друг.       И прежде чем парень успел что-то ответить, Ирма поднялась со своего места, сказав:       — Давай лучше поменяемся, я-то его щадить не стану! — скинув куртку, она закатала рукава рубашки и двинулась на брата. Джереми отошел, оставляя Вика на растерзание его сестре.       Ирма церемониться правда не стала: удар, уворот, подсечка — и Вик валяется в пыли. Но вскоре тренировка переросла в балаган с заваливанием друг друга в песок и попытками защекотать. Расположившись там, где недавно сидела Ирма, и наблюдая за друзьями, Джереми невольно погрузился в воспоминания.       Это было где-то полгода назад, когда друзья взяли отпуск для того, чтобы съездить домой, и уговорили на отгул Джереми, пригласив к себе, потому что не хотели, чтобы он без них скучал в штабе. Отпуск юноше охотно дали, потому что он трудился за троих и всегда просил дополнительную работу. Командир отряда даже порадовался, что парень наконец-то захотел отдохнуть, и без лишних вопросов дал несколько выходных.       Жили друзья на хорошенькой зеленой улице в небольшом городке в пределах Розы. Дом был обставлен небогато, но опрятно убран, а по обеденному столу расстелилась белоснежная скатерть.       — Это все Ирма! — гордо сказал Вик, кивая на вышитые цветы и скидывая форменную куртку куда-то на стул.       Пока друзья были на службе, их бабушка следила за домом. Джереми она встретила тепло, тут же захлопотав над ним и накормив с дороги. Юноша отчаянно краснел, не привыкнув к столь доброму отношению, а Вик с Ирмой только улыбались и хлопали его по плечам, пытаясь как-то сбить с друга смущение.       К столу Ирма оделась в простое светлое платье с кружевами, которое красиво контрастировало с ее черными косами, и даже Вик откопал где-то рубашку и парадные брюки. А потом Джереми понял, что ничего друг не откапывал, а так было всегда, и Вик с Ирмой имеют жизнь за пределами Разведки. Он осознал, что они люди, у которых есть семья и дом. В штабе он тоже понимал это, но теперь, когда увидел их такими, как никогда захотел защитить. Раз Джереми потерял все, то не хочет, чтобы такое произошло с кем-то другим. Чтобы исчезли кружева, вышивка на скатертях и запах свежей выпечки.       Сидя здесь, чувствуя всю эту семейную атмосферу, Джереми тосковал, потому что у него такого больше никогда не будет, но в то же время радовался, что у него есть друзья, которые не оставят одного.       — Не смущайся, если бабушка сильно опекает, просто она не может сидеть спокойно, когда видит усталого похожего на тень разведчика, — сказала Ирма после обеда. — Не волнуйся и чувствуй себя как дома!       — Все в порядке, спасибо, правда!.. — Джереми уставился на носки сапог, чувствуя, как горят щеки. — Мисс Моррисон просто замечательная!       — После того, как мама умерла от болезни, а отец не вернулся с вылазки, она одна о нас заботилась и мы рады, что вы поладили, — вздохнул Вик, положив другу руку на плечо.       И все-таки Джереми мучился вопросом: а нужна ли друзьям Разведка? Ему самому терять было нечего, он и пошел, но ребята…       — Может быть… — нерешительно проговорил юноша, но осекся, наткнувшись на вопросительные взгляды друзей. Вздохнув, он начал заново, вцепившись пальцами в стул. — Я не хочу, чтобы вы погибли. Я знаю, почему вы пошли в Легион, но…       Ирма как всегда все поняла, хоть Джереми не договорил.       — Я понимаю, лучше, если бы мы служили где-нибудь в Гарнизоне, — сказала она, поправив платье.       — Говорят, что в Легионе только психи и те, кому терять нечего, — начал Вик, — но это не совсем так. По большей части он состоит из таких же как и мы, у которых есть то, что дорого. Мы хотим защитить друг друга, свою семью, ребят, с которыми играли в детстве во дворе… — он вздохнул, опустился на корточки перед Джереми, который уставился в пол, и, снова положив тому руку на плечо, продолжил. — Звучит, наверно, слишком высокопарно? — Вик засмеялся, похоже, пытаясь разрядить обстановку. — Но если мы не будем что-нибудь делать, то рано или поздно случится беда. Ведь кто-то же должен. Можно верить, что стены вечны, но как ни крути, делать вид, что титанов нет, не получится.       — Не волнуйся за нас, Джереми, — сказала Ирма. — Когда наш отец приходил с ранами, мы понимали, что рано или поздно он вообще не вернется. И понимаем, что сами можем погибнуть, но… Мы сделали выбор и имеем на него право.       Воспоминание прервал чей-то заливистый смех, и Джереми вспомнил, что вообще-то сейчас тренировка.       Вик плюхнулся рядом, пытаясь отдышаться.       — Ну все, твоя очередь! Иначе она меня убьет.       После отработки ударов ждало маневрирование. К концу тренировок юноша выглядел помятым и вспотел, перед миссией солдаты должны быть в форме, и рядовых гоняли нещадно. Освободившись, Джереми наконец мог идти к Леви, но прежде умылся и кое-как попытался привести себя в порядок.       Шагая по коридору, парень вспоминал вчерашнюю вылазку. Точнее то, как они с капитаном сражались бок о бок. Джереми надеялся, что все сделал правильно и не стал мистеру Аккерману обузой. А еще юноша вспоминал слова Леви. Капитан вчера сказал много всего, о чем парень думал до сих пор.       Остановившись перед дверью в кабинет, юноша глубоко вдохнул, пригладил волосы и наконец постучал. С другой стороны донеслось разрешение войти.       Леви уже был занят заполнением бумаг, склонившись за столом над каким-то отчетом.       — Добрый день, капитан! — поприветствовал Джереми.       В комнате было светло и уютно. Солнечные лучи из окна заливали все помещение, падали на стол, путались в темных волосах капитана. Джереми мог бы заглядеться на пылинки, парящие в воздухе, которые обычно становятся видны при таком освещении, но в этом кабинете пыли не было никогда. Поэтому юноша загляделся на капитана, сосредоточенно заполняющего документы. Почему-то Джереми овладела какая-то робость, и он не мог сделать пару шагов ближе, чтобы приступить к работе.       — Долго там топтаться будешь?       Юноша вздрогнул от слов капитана, пробормотал какие-то извинения, переминаясь с ноги на ногу, и наконец-то сел за стол.       Бумаг было как обычно много: одних только отчетов о расходе клинков, газов и медикаментов целая стопка! Сидеть над этим придется долго… Конечно, офицерам сейчас вообще не до этого, операция в Стохессе требовала отдать все силы на ее подготовку, но позже просто может не быть времени разгребать все это, поэтому отложить отчеты не получится.       Вздохнув, Джереми взял верхний документ из стопки и принялся работать. Самое бесполезное занятие, которое только можно придумать перед важной операцией. Черт, завтра Йегера должны были передать властям, а вместе с этим отправить под суд командиров Разведки! А они сидят тут, бумажки заполняют… Возможно, капитану Аккерману тоже выдвинут обвинение, с Военной Полиции станется, но он был так спокоен… Конечно, командор Смит этого не допустит, ведь планировалась поимка Женской Особи, но…       Непонятно, сколько они так сидели, но через некоторое время в глазах начало рябить от непрекращающегося потока бумаг, а ровные строчки будто расплывались, не давая сосредоточить на себе взгляд. Кое-как разжав пальцы и отложив перо, Джереми поднял голову, во всей красе ощущая, как затекла шея.       Капитан продолжал сосредоточенно работать, не отвлекаясь ни на что. Даже просто занимаясь отчетами, он выглядел уверенно: прямая спина, четкие движения рук. Да, Леви просто перекладывал бумажки, но для Джереми он лучше всех на свете перекладывал бумажки! С капитаном было спокойно и поэтому он казался таким… Родным?       В документы Джереми больше смотреть не мог, глаза устали. Поэтому юноша залип на Леви: спустился взглядом от темной макушки к лицу, задержался на ресницах, посмотрел на нашивку с крыльями свободы. И, успев среагировать благодаря внутреннему чутью, взялся за перо и отвел взгляд перед тем, как капитан поднял свой.       А потом Джереми взглянул вновь, задержавшись на руках Леви, снова посмотрев в лицо и опять в сторону, перед тем как капитан взглянул в ответ.       Проворачивая это в третий раз, юноша задавался вопросом: неужели ему и так не хватает в жизни острых ощущений?..       Эти гляделки повторились еще несколько раз: Джереми разглядывал Леви, капитан поднимал глаза, а юноша уже смотрел в документы, делая вид, что ничего не было. Но постоянно так продолжаться не могло, парень допустил ошибку, засмотревшись дольше положенного. Капитан оторвался от документов и внезапно зыркнул на юношу исподлобья, пригвоздив к месту. Джереми прошиб ток от пяток до кончиков пальцев, и он замер, поперхнувшись воздухом. А потом его затянуло в бездну глаз капитана.       Опомнился парень лишь когда услышал:       — Опять задумался, Харрис?       — Да… — еле слышно выдохнул юноша.       Капитан отодвинул кресло, поднялся и подошел к окну, разминая шею. Джереми казалось, что даже из-за стола он слышит ее хруст — не один юноша устал.       — О чем? — спросил Леви, взглянув на парня.       — А?       — О чем задумался, спрашиваю?       И тут Джереми запаниковал, чувствуя, что тупит и не знает, как ответить. Он мог выдумать любой ответ: сказать, что думает об отчетах, погоде, бровях командора, но вместо этого серьезно задумался и попытался понять, что его сегодня волнует больше всего.       — Я… — неуверенно начал парень. — Я думал о ваших словах. На вылазке… Я слышал, как… Вы говорили, что погибший товарищ не должен тащить за собой, но в то же время вы помните обо всех… И… Хотел бы я тоже не думать постоянно… — Джереми со вздохом опустил голову, а рука сама потянулась к сережке. И что он, дурачок, несет? Лучше бы молчал.       — Придет со временем, — мрачно, но совсем не враждебно сказал капитан.       Джереми поднял голову. Леви стоял у окна, сложив руки на груди и смотря на юношу через плечо.       Придет, конечно придет, но... Надоело просыпаться от кошмаров. Хочется, чтобы ничего больше не хотелось, чтобы не было ни чувств, ни воспоминаний. И, черт... Какое же дерьмо этот мир. Разве Нейтан заслужил умереть? Разве родители и тетя Дженни заслужили такого? А Леви? Леви заслужил? Нет, черт возьми, никто такого не заслуживает!       Что-то внезапно ударило в голову. Джереми поднялся, сделал два шага к капитану и бережно заключил его в объятия. Парень не знал на что надеялся и ожидал удара, толчка, но на удивление ничего такого не последовало — Леви не оттолкнул парня, хоть и не ответил. Джереми прикрыл глаза, уткнувшись в темную макушку. Капитан никогда не нуждался в защите, но всегда хотелось просто его обнять, ведь он столько всего пережил и заслужил простого человеческого тепла. Джереми на секунду ощутил, как внутри не остается больше тревоги.       Но она нахлынула с новой силой, когда парень осознал, что он сделал. Поборов желание отпрыгнуть подальше, Джереми отошел от капитана и начал нести какую-то чепуху, извиняясь. Он уставился в пол, боясь поднять глаза, и хотел провалиться сквозь него аж до самого подвала.       — Харрис, — голос капитана заставил вздрогнуть и все-таки оторваться от разглядывания паркета.       Джереми медленно поднял взгляд, посмотрев на Леви. Тот несколько секунд разглядывал юношу, а потом сказал:       — Отчеты. Просто садись за отчеты.       Джереми сконфуженно кивнул и сел обратно, уткнувшись в бумаги. Некоторое время он вообще не поднимал глаз, пытаясь сосредоточиться, но работать не получалось совсем. Юноша пытался убедить себя, что ничего не было минуту назад и все в порядке, но нет. Ничего не было в порядке.       — Капитан, извините меня! За… Это, — Джереми вскинулся так резко, что Леви от неожиданности, похоже, чуть не пролил чернила, но это парню показалось лишь на долю секунды.       — Харрис… — проговорил капитан, собираясь успокоить парня.       — Простите, я… Просто в моей жизни был человек, который мне дорог, и я не могу его отпустить, и поэтому ваши слова на на меня так подействовали, — затараторил Джереми. — Вы для меня как пример что ли или как учитель, или… И вообще вы такой… — а вот тут до юноши наконец-то дошло, что пора бы заткнуться.       Капитан молчал. Джереми опустил голову, но все равно чувствовал на себе прожигающий взгляд. Парень был готов, что над ним посмеются, что его выгонят, но следующего вопроса совсем не ожидал.       — В память о нем ты носишь эту сережку? — спокойно и как-то даже осторожно спросил капитан.       Будто холодной водой окатило. Джереми замер, потом поднял голову и кивнул.       Некоторое время помолчали. Нервы были на пределе и тишина давила как никогда, но успокаивало то, что капитан, вроде, не злился на юношу. Про бумаги оба уже даже и не вспоминали. Капитан отложил перо, откинулся на спинку кресла, сложив руки на груди.       — Удобно с ней ходить? — спросил он.       — В смысле? — не понял Джереми.       — Не мешает, не цепляется ни за что?       — Э… Нет, а что?       — Думаю просто: мне бы пошло?       Джереми моргнул пару раз, взглянул на капитана, подумал и удивленно распахнул глаза, когда понял, что не ослышался. Погодите, что? Зачем он спрашивает?       — Харрис, не отключайся, — напомнил о своем присутствии капитан, потому что парень опять залип.       Юноша вышел из ступора, еще раз взглянул на Леви, пытаясь представить его с подобным аксессуаром, и тихо ответил:       — Да. Вам бы пошло, капитан.       Они оба опять замолчали и, чтобы тишина опять не напрягала, Джереми спросил:       — Капитан, а вам… Зачем?       — Захотелось, — кратко ответил Леви. — Не бери в голову, — сказал он, видя замешательство парня. — Не до этого сейчас.       — Я могу помочь, — брякнул Джереми. Это вырвалось быстрее, чем он смог подумать. Просто парень вспомнил, как это делали ему, и подумал, что это, наверно, несложно.       Капитан, который уже давно взял перо и продолжал заполнять отчеты, только спросил:       — И что для этого нужно? — похоже, он даже не удивился.       — Ну… — замялся парень, припоминая процесс. — Спирт или перекись… Игла… Вата…       Капитан кивнул.       — Яблоко… — продолжал парень. — Или пробка из бутылки… Или мыло…       — Это еще зачем? — спросил Леви.       — А, ну это под мочку положить, чтоб случайно в шею не уколоть, — пояснил парень.       — Понятно.       Джереми вздохнул и взялся за перо, собираясь продолжить работать, но капитан его остановил:       — Иди отдыхай, Харрис.       — В смысле?       — Хреново выглядишь, говорю. Иди отдыхай, — повторил Леви.       — Но…       — Вот, передай это Зоэ, пусть она спирт и вату тебе даст. Придешь сегодня сюда после ужина, — капитан протянул парню записку, сложенную вчетверо, похоже, успел написать ее, пока Джереми перечислял нужные предметы.       — Э… — пробормотал парень, забирая бумажку.       — Свободен.       Выйдя из кабинета, Джереми прислонился спиной к двери и уставился на записку, зажатую в руке, чувствуя, как в груди быстро бьется сердце. И что это все только что было?       Несколько минут послонявшись по штабу в прострации, парень все-таки решил пойти искать нужные вещи. Яблоко с кухни красть было совестно, поэтому он взял в душевых кусок мыла, потом вернет на место.       Юноша собрался уже пойти к майору Зоэ, но вспомнил, что у него, вообще-то, самого главного нет. Сережки. И где ее взять Джереми не имеет ни малейшего понятия. Черт, что он теперь скажет капитану? И зачем он вообще завел разговор о том, что что-то сможет сделать… Вот ведь дурак!       Настроение испортилось, Джереми не представлял, как выходить из этой ситуации. Время обеда подошло незаметно, и парень, погруженный в грустные мысли, отправился в столовую.       — Что-то ты невеселый, — сказал Вик, как только завидел Джереми. — Капитан Аккерман совсем замучил со своими бумагами?       — Да ладно, не думаю, что Джереми когда-нибудь разонравится с ним работать, — сказала Ирма.       — В смысле? — не понял Вик.       — Не важно, — загадочно улыбнулась девушка.       — Ой, опять ты… — отмахнулся парень.       О чем они говорят, Джереми не совсем понимал, но и не до этого ему было сейчас. Не виделись они с друзьями с самого завтрака: Вик и Ирма тренировались, выполняли какие-то поручения, а Джереми после недолгого заполнения бумаг… Ходил по штабу и воровал мыло, да.       — Джереми, ну правда, что случилось? — спросила Ирма.       — Ничего, — мотнул головой юноша.       — Ну мы же видим! — сказал Вик.       Джереми вздохнул, отодвинул от себя тарелку и лег на сложенные руки. Наверное, он имеет право сказать друзьям? Так ведь поступают нормальные люди — делятся переживаниями?       — Ну… — начал парень, посмотрев на товарищей. — Вышло так, что мне срочно нужна одна вещь, но у меня ее нет.       — Что именно? — спросила Ирма.       — Сережка… — неуверенно проговорил парень. — Какая-нибудь максимально простенькая, без украшений…       — Зачем? — удивился Вик. — Хочешь второе ухо проколоть?       — Нет… Я не могу сказать, простите.       Друзья переглянулись, Вик хотел что-то сказать, но Ирма его опередила:       — Будут тебе сережки, — уверенно заявила она.       Джереми удивленно посмотрел на подругу, а Вик спросил:       — Откуда?       — Ой, да у девчонок в казармах поспрашиваю, может, у кого есть ненужные, велика проблема, — махнула рукой девушка.       — Спасибо, — улыбнулся Джереми.       — Да ладно, когда найду, тогда и поблагодаришь.       После приема пищи Джереми отправился к кабинету майора Ханджи. Раз был шанс, что все получится, то пора раздобыть спирт. Тем более Зоэ все равно просила юношу зайти к ней, чтобы объяснить суть задания, порученного исследовательскому отряду во время операции в Стохессе.       Постучав, Джереми дождался разрешения войти и, оказавшись в кабинете, отдал честь.       — Майор Зоэ!.. — не успел парень договорить, как женщина тут же радостно отреагировала на его появление.       — Джереми! — сказала она, передавая планшет с какими-то записями Моблиту, который тоже был в кабинете. — Отлично, что ты зашел! Теперь все в сборе.       — Ну, это же был приказ… — промямлил Джереми, замечая в кабинете Джонсона и понимая, что и его майор Зоэ взяла под крыло, ведь разведчик тоже числился в отряде, погибшем на вылазке, а значит, должен быть куда-то распределен, чтоб не шататься без дела. Черт.       — Пошли, я вам кое-что покажу! — приобняв юношу за плечи, майор вытащила его из кабинета, на ходу бросив. — Джонсон, за мной! Моблит, тоже пошли с нами!       Пролетев по коридорам и оказавшись во дворе, Ханджи привела разведчиков к накрытым полотном телегам, которые стояли у ворот. Майор уверенно откинула ткань, открывая взору несколько устройств, по форме напоминающих бочки. В каждом из них были круглые отверстия.       — Смотрите, ребята! — сказала майор, запуская руку в одно из них и, приложив небольшое усилие, достав гарпун, за котором потянулся трос. — Это устройство захвата цели, мы уже использовали его во время пятьдесят седьмой вылазки, чтобы поймать Женскую Особь.       — Но не поймали, — мрачно проговорил Джонсон.       — Как сказать… — вздохнул Моблит. — Мы схватили ее, но не могли предположить, что она выйдет из своей титанической формы. И нет, мы не видели как она сбежала, — сказал разведчик, предупреждая следующий вопрос. — Женская Особь созвала титанов, которые начали пожирать тело, так что из-за пара было ничего не разглядеть, — развел он руками.       — В этот раз мы не допустим такой ошибки, — сказала майор. — В Стохессе некому будет съесть ее тело.       — Как оно работает? — спросил Джереми.       — Берешься вот за это, — женщина вернула гарпун на место и взялась за небольшую рукоятку, от которой тоже отходила веревка, — и что есть силы тянешь на себя. Порох делает свое дело, и вылетают гарпуны, обездвиживая цель, — с полубезумной улыбкой закончила она.       Джереми представил, как работают множество таких орудий, лишая возможности двигаться пятнадцатиметрового шифтера. Если на вылазке исследовательскому отряду действительно это удалось, то такое не может не восхищать.       — Впечатляет, — сказал Джереми.       — Еще бы, — усмехнулась Ханджи.       Джонсон тяжелым взглядом окинул телеги, но ничего не сказал.       — В чем же будет состоять наша задача? — спросил Джереми, незаметно отходя от него подальше.       — Мы установим их в городе, — сказала Зоэ, похлопав ладонью по бочке. — Часть на земле, часть на крышах. Если у Эрена и его друзей не получится заманить Женскую Особь в подземные туннели, мы используем наше устройство. За одно из них будете отвечать вы, главное подгадать момент, когда титанша будет рядом. Мы рассчитаем все так, что она завалится на землю, а потом в ход пойдет сетка, — женщина отошла к другой повозке, убирая полотно и демонстрируя сложенную крепкую на вид сеть с прикрепленными к ней шипами. — Накинем ее сверху и закрепим как следует, тогда-то точно не сбежит, — закончила майора и, оглядев разведчиков, спросила. — Вопросы есть?       Джереми мотнул головой, а Джонсон проговорил:       — Это точно ее удержит?       — Да, — кивнул Моблит. — Если не случится ничего непредвиденного.       — Если повезет, нам вообще не придется это использовать, но не вздумайте расслабляться. А теперь вольно! — майор пошла в штаб, хлопнув Джонсона по плечу.       Моблит принялся поправлять ткань на телегах, а задира зыркнул на Джереми. Тот посмотрел в ответ и через несколько секунд таких переглядываний развернулся и пошел к замку, стараясь идти как можно быстрее и надеясь, что хулиган к нему не пристанет. Услышав позади шаги, юноша чуть не сорвался на бег.       «Черт-черт-черт, — подумал Джереми, — просто пройди мимо!»       Юноша не заметил, как Джонсон оказался рядом, и чуть не подпрыгнул от неожиданности, когда на плечо опустилась его рука.       — Спасибо, Харрис, — жутким голосом проскрежетал задира, склонившись к самому уху, от чего волоски на шее встали дыбом.       Не дожидаясь ответа, Джонсон обогнал парня и быстрым шагом пошел в штаб, сунув руки в карманы. Джереми же только таращился ему вслед, пытаясь понять, что это сейчас было. За что этот сумасшедший его благодарит?       Простояв так, пока задира не скрылся за дверями замка, Джереми не сразу, но сообразил, что, наверно, за спасение, тогда, в Тросте, больше и не за что. Ничего себе, конечно, новости — Джонсон умеет благодарить.       Тряхнув головой и выйдя из ступора, Джереми снова отправился к майору Зоэ. Спирт-то он так и не попросил.       — О, Джереми, ты что-то хотел спросить? — сказала Ханджи, как только парень снова появился на пороге кабинета.       — Да, я… — пробормотал парень, подойдя ближе. — В общем, вот, — он достал из кармана записку и протянул майору. — Я по поручению капитана Аккермана…       — «Ханджи, дай парнишке что попросит», — прочитала она, развернув бумажку. — Да, почерк Леви. Эм… И что тебе дать?       — А, спирт и вату! — спохватился юноша. — П-пожалуйста…       — Ладно, — сказала майор, шаря по кабинету в поисках нужных вещей. — Вам зачем? Поранился кто?       — Ну… Э… — пробормотал парень. Сказать? Или лучше не надо? — Капитан поручил… — повторил Джереми, так и не найдя ответ.       — Хорошо, столько хватит? — спросила Ханджи, достав откуда-то здоровенную такую бутыль.       — Э… Нам нужно не так много…       — Возьми вату вон там в аптечке, — Зоэ кивнула на стеллаж за спиной Джереми, найдя в шкафу пузатую колбу.       Парень кивнул, принимаясь копаться в коробке с лекарствами. Майор наполнила колбу чуть больше, чем наполовину, и протянула Джереми.       — Спирт технический, девяносто пять градусов, — сказала она. — Пить нельзя. Но можно развести…       — Нет, я нет! — забормотал Джереми, замахав руками перед собой.       — Да шучу я, не волнуйся! — усмехнулась Ханджи. — Держи!       Юноша сунул вату в карман, взял колбу из рук майора и, поблагодарив, вышел из кабинета.       Озадаченно взглянув на емкость со спиртом, Джереми сунул ее за пазуху и пошел к казармам. Нужно спрятать ее получше от любящей выпить солдатни.       В казарме никого не было. Парень подошел к своей тумбочке, присел на корточки, открыл дверцу, тут же задвинув колбу поглубже и обложив одеждой. В принципе, мог бы и так поставить, у них вроде никто по чужим вещам не лазает, но мало ли.       Вздохнув, Джереми так и остался сидеть на полу, привалившись спиной к тумбочке. Он до сих пор не мог понять, что происходит. Попроси о таком майор Ханджи, например, Джереми бы не удивился, но Леви… Ведь это же капитан Аккерман, от него такого точно не ждешь! Парень не знал, что вообще будет делать, когда придет к нему вечером, и старался даже не представлять этого, чтоб хоть как-то сохранить душевное равновесие.       Джереми в раздумьях потрогал свою сережку. Он решил сосредоточиться на поиске нужных вещей, а потом уже как-то справляться с эмоциями.       — Эй, ты чего тут?       Юноша поднял голову и увидел перед собой Вика.       — Да ничего… — пожал Джереми плечами. — Просто… Сижу.       — Понятно, — проговорил друг. — Ирма, кстати, просила сказать, если тебя увижу, что она нашла сережки… В общем, подойди к ней, спроси.       — Хорошо, спасибо, — кивнул юноша.       — Не скажешь, зачем они тебе? — улыбнувшись и хитро прищурившись, спросил Вик.       Джереми пробормотал что-то невнятное, потупил взгляд и опустил голову.       — Ладно, — усмехнулся друг и хлопнул парня по плечу, — иди Ирму ищи.       Джереми решительно кивнул, поднялся и вышел из казармы.       Юноша посмотрел во дворе, в столовой, но подруги нигде не было. Стоило хотя бы спросить у Вика, где он в последний раз видел сестру, но что уж теперь. Продолжив поиски в восточном крыле и поднявшись на второй этаж, Джереми забрел в библиотеку. Да, в замке было хранилище книг. Не сказать, что огромное, но почитать тут было что. К тому же сюда при переезде снесли все ненужные книги со стеллажей из кабинетов, чтобы было куда поставить папки с документами или оборудование, так что шкафы в библиотеке не пустовали. Сюда мало кто ходил, поэтому искать здесь Ирму было бессмысленно, но Джереми задержался, увидев у дальнего стеллажа светловолосого парнишку, который тянулся за книгой, лежащей слишком высоко.       Рост юноши позволял помочь, поэтому он подошел ближе, взял с полки пыльный том и вручил удивленному разведчику.       — Ой, спасибо, — проговорил парнишка, взглянув на Джереми большими голубыми глазами.       — Не за что, — пожал плечами юноша.       — Армин? — послышался чей-то голос, и из-за стеллажей вышла девушка. По красному шарфу, который сразу бросился в глаза, Джереми узнал разведчицу, которую встретил в лесу на вылазке. Весь сто четвертый набор отправили на другую базу, исключая друзей Йегера, у которых было свое задание во время предстоящей операции, поэтому в том, что девушка находится в замке, не было ничего удивительного. Парнишка, видимо, тоже товарищ Эрена.       — Привет… — нерешительно проговорил Джереми.       Разведчица задержала на парне взгляд и кивнула в ответ.       — Вы знакомы? — спросил Армин.       — Ну как сказать… — пробормотал юноша. В время битвы с Женской Особью было не до любезностей, поэтому он даже имя разведчицы не знал.       — Он помог спасти Эрена, — коротко и безэмоционально пояснила девушка.       Армин снова удивленно взглянул на Джереми.       — Вы сражались с Женской Особью? — спросил парнишка.       — Да, — кивнул юноша. — И не надо на вы… — проговорил он, чувствуя себя неловко. — Я ненамного старше вас…       — Как вас… Как тебя зовут? — дружелюбно спросил Армин.       — Джереми Харрис, отряд номер… Исследовательский отряд.       — Ты тоже участвуешь в операции, — сказала девушка. От ее тяжелого взгляда Джереми было не по себе.       — А… Как тебя зовут? — спросил парень, нервно почесав голову.       — Микаса.       — Очень приятно… — неуверенно сказал юноша.       — Вы же знакомы, — удивился Армин.       — Да, но узнать имена друг друга времени не было, — сказал Джереми.       Армин понимающе кивнул.       Перед тем как задать следующий вопрос, парень поморщился, подумав, что, возможно, он неприятный, ведь подозревается, что Женская Особь одна из сто четвертого набора, но юноша не мог не думать о предстоящей операции, поэтому старался узнать побольше о противнике, раз была такая возможность.       — Скажите… Вы ведь знакомы с Женской Особью? Она может стать еще опаснее, если попытаться загнать ее в угол?       — Да, — уверенно ответила Микаса.       Армин весь как-то поник и сказал:       — На самом деле нам хотелось бы, чтоб мы ошиблись в своих предположениях…       — Простите, — вздохнул Джереми. — Я понимаю, вы учились вместе.       — Все в порядке, — Армин замахал руками перед собой, — не стоит извиняться.       — Ладно, мне… Мне нужно идти, — сказал Джереми, вспомнив, что вообще-то искал Ирму. — Спасибо, что ответили…       — Удачи, — сказал Армин.       — Спасибо, — парень кивнул ему, потом Микасе и пошел дальше искать подругу.       Ирма обнаружилась прогуливающейся со знакомыми разведчиками по одному из многочисленных коридоров замка.       — Джереми, я тебя искала, — сказала она, отстав от компании.       — Я тебя тоже, — проговорил парень. — Вик сказал, что ты нашла серьги.       Девушка похлопала по карманам, запустила руку в один из них и достала платочек, сложенный несколько раз. Потом развернула его, продемонстрировав юноше пару простых сережек-колечек, таких же как у Джереми.       — Нифе из исследовательского отряда ухажер подарил, вот только не рассчитал, что у нее уши не проколоты, — со смехом пояснила подруга.       — Ирма, спасибо тебе большое, — на выдохе произнес Джереми, чувствуя какое-то облегчение. Ему было проще убить сотню титанов, чем попросить что-то у незнакомых людей, поэтому парень был неимоверно благодарен подруге.       — Не за что, держи, — сказала Ирма, вложив сверток с сережками юноше в руку.       Что ж, теперь, кажется, все было собрано.       До ужина оставалось еще прилично, и Джереми пытался себя чем-то занять, с нетерпением ожидая вечера и вместе с этим мечтая, чтобы время тянулось как можно медленнее. Сегодня не везло: хоть все готовились к операции, поручений было мало. Оставалось только работать в конюшнях, но парень там быстро управился.       Присев на перевернутое ведро рядом со стойлом Ромашки, Джереми подпер подбородок рукой и просто думал. Размышления постоянно уходили в сторону Аккермана и сегодняшнего вечера, но юноша не хотел доводить себя до паники, поэтому пытался переключиться на что-то отстраненное.       Вышло не очень хорошо — Джереми погряз в воспоминаниях о человеке, на память о котором у него осталась его собственная сережка.       Их, дворовых ребят, в Шиганшине было много. Они сновали под ногами у прохожих, выдумывая на ходу игры, и залезали на спор на чужие чердаки, отхватывая у взрослых, а когда начинало темнеть, возвращались домой, где их ждал теплый ужин.       И Джереми был таким же, даже одним из самых бойких, которые в числе первых рвались осуществлять все шалости и безумные идеи.       Ему было, наверно, лет двенадцать, когда он задался вопросом, за что местные мальчишки задирают щуплого светловолосого мальчика в очках, который даже сдачи давать не хочет.       — Да не думай ты про этого чудаковатого, — ответили ему тогда. — Пойдем лучше в футбол гонять.       И он пошел, а где-то через неделю палкой, которой пару минут назад бил траву, разогнал свору мальчишек, которые зачем-то хотели того бедолагу отлупить. Пройти мимо бы не смог — мама и папа ведь учили, что слабых надо защищать! Благодарности не дождался — пацан убежал сверкая пятками в ту же секунду, как получил эту возможность.       На следующий день Джереми нашел его сидящим под деревом где-то на задворках, где никто не играл. Парень казался поглощенным чтением книги, которая была у него в руках, но как только Джереми сделал шаг ближе, резко поднял голову. Под этим уверенным прямым взглядом Джереми почему-то даже растерялся.       — Я должен был поблагодарить тебя еще вчера, но решил тогда, что лучше скрыться. Делаю это сейчас — спасибо, — сказал парень, поправив очки.       — Эм… Не за что, — проговорил Джереми, почесав макушку. — Как тебя зовут?       — Нейтан.       Слово за слово они разговорились, сидя рядом в тени раскидистой кроны и болтая обо всем на свете.       — Эй, а что это у тебя в ухе? — спросил Джереми, приглядевшись получше.       — Сережка, — просто ответил Нейтан.       — Но ведь их носят только девчонки! — удивился Джереми.       — Глупости! Кто угодно их может носить! — услышал он в ответ.       Джереми надолго задумался и решил, что и правда. Нейтана сережка хуже не делает, наоборот с ним очень интересно, так что их действительно может носить кто угодно. По крайней мере, Джереми она точно не мешает общаться с новым знакомым.       — Это из-за нее они вчера тебя так? — сочувственно спросил он.       — Может быть, — пожал плечами Нейтан.       В общем, мальчишки поладили. Джереми имел некоторый авторитет среди дворовых ребят, поэтому хулиганы стали реже приставать к Нейтану, потому что он дружит с ним. Они бегали друг к другу в гости, одалживали вещи, обменивались всякими безделушками. Джереми таскал другу все найденные стеклянные шарики, очень уж они нравились приятелю. Еще парень познакомился с тетушкой Дженни, у которой Нейтан жил. Она умела готовить вкусный тыквенный суп, хотя до знакомства с ней Джереми тыквенный суп совсем не любил. А еще у Нейтана в комнате было очень много книг, которые не помещались на полки и стопками лежали прямо на полу. С новым другом было очень легко: не нужно было постоянно доказывать свое превосходство, как с ребятами во дворе, и он мог поддержать любую тему для разговора. А еще он всегда слушал и не перебивал, не обзывался и не пытался по-глупому подшутить, засунув Джереми лягушку за шиворот.       — Что ты читаешь все время? — однажды спросил парень, кивнув в сторону книги, лежащей на коленях друга.       — Я люблю книги про приключения, — ответил Нейтан. — Моя любимая про путешествия в дальние земли. Жаль, похожих я больше не нашел… Зато у меня есть сказки про волшебное королевство и русалок!       — В дальние земли? — задумчиво проговорил Джереми. — Как Легион Разведки что ли?       — Нет, там не про них. Хотя, можно сказать, я ими восхищаюсь.       — Почему?       — Ну они ведь за стены выходят, а это страшно, наверно. Они смелые. Хотел бы я тоже увидеть, что там за стенами.       — Ты хочешь стать разведчиком? — спросил Джереми.       — Нет, — качнул головой Нейтан, — я бы не смог.       Джереми не было интересно, что там за стенами, ему хватало и тех чудес, которые были вокруг: найти красивого жука под камнем, выйти с утра на улицу и увидеть радужные блики в каплях росы. Мир для маленького мальчика и так казался огромным: поход на соседнюю улицу в гости к друзьям родителей воспринимался как целое путешествие. Но Джереми нравился Нейтан, которого хотелось порадовать, поэтому однажды мальчишка пристал к одному из солдат Гарнизона.       — Дядя солдат, ну дядя солдат, подождите! — повторял он, пока военный не остановился и с кислым лицом не посмотрел на парня.       — Чего тебе?       — А вы на стены поднимались?       — Ну поднимался.       — А что там с них видно?       — Ну поле чистое во все стороны, — призадумавшись, почесал голову солдат. — И… Да и все, в принципе, — про титанов, которые обычно ошиваются под стенами, тот солдат тогда не сказал, вероятно, не собираясь расстраивать мальчишку.       — Спасибо! — поблагодарил Джереми и тут же понесся рассказывать все Нейтану.       Из размышлений парня вывела Ромашка, которая фыркнула рядом с его головой, взъерошив шевелюру. Джереми чуть не свалился с ведра, инстинктивно прикрывая голову руками и что-то злобно бормоча. Поднявшись, он погладил лошадь по гриве и тяжело вздохнул.       «Я бы не смог», — сказал тогда Нейтан. А Джереми вот стал разведчиком.       «Восхищался бы ты мной?» — подумал юноша.       Остаток дня тянулся медленно, и это выводило из себя, но как только приблизился назначенный час, Джереми показалось, что время прошло предательски быстро.       Запихав в себя по-быстрому ужин, юноша поспешил в казарму. Нужно было оказаться там, пока комнату не заполнили другие солдаты, которые могут заинтересоваться банкой со спиртом.       — Быстро ты, — сказал Вик, когда Джереми встал из-за стола.       — Да… Мне просто нужно выполнить одно поручение.       — Поручение? Тебе уже и во время ужина покоя не дают? — удивленно-возмущенно проговорила Ирма. — Кому в это время понадобилась твоя помощь?       — Да так, там дел на пять минут, — пятясь назад и подняв руки в защитном жесте ответил Джереми.       В казарме никого не было. Парень достал спирт, запихал в карманы вату с мылом и присел на кровать, собираясь с мыслями. Наконец, сунув спирт за пазуху и прихватив большую иглу, которой штопал одежду, он отправился к Аккерману.       Проскользнув по темным коридорам, он оказался перед дверью в кабинет Леви и сделал несколько глубоких вдохов перед тем, как постучать. Некстати вспомнилось, как он сегодня полез обнимать капитана. Вот ведь дурак.       И что сейчас делать? Джереми ведь такой неловкий и глупый, когда дело доходит до общения с Аккерманом… Но, черт, Леви все-таки его ждет.       Кивнув самому себе, Джереми решительно постучал в дверь и, дождавшись разрешения войти, толкнул дверь.       Капитан стоял, опершись на столешницу и скрестив руки на груди. Когда парень вошел, он поднял голову, встречаясь с Джереми взглядом. Кабинет освещала только одна свеча на столе, отбрасывая сполохи на лицо Леви.       Юноша хотел поздороваться по уставу, мол, рядовой Харрис по вашему приказанию прибыл, но в итоге только выдохнул тихое «здрасьте». В ответ капитан кивнул.       — Нашел все что нужно? — спросил Леви.       — Так точно! — ответил Джереми.       — Вольно, Харрис. Давай без вот этого.       — Так т… Хм… — замялся парень.       — Чай будешь? — спросил капитан.       — А?       — Иди воду вскипяти, — Леви вручил парню чайник и забрал колбу со спиртом, чтоб не мешалась.       Потом Джереми снова крался по штабу к кухне, стараясь обходить часовых, набирал воду, разводил огонь в печке и ждал, пока вода закипит. Но подобная отсрочка не помогла успокоиться.       Вернувшись в кабинет, парень нервно ерзал на стуле, наблюдая, как Аккерман заливает кипятком заварку.       — Капитан, — решился спросить Джереми, — а почему вам захотелось?.. — голос предательски сел, не дав договорить предложение.       — Просто так, — ответил Леви.       Юноша сперва замер в какой-то нерешительности, а потом достал из-за пазухи сверточек с серьгами и протянул Аккерману.       — Капитан, вам нравится? — спросил Джереми.       Леви взглянул на сережки и как-то неопределенно пожал плечами.       — Успеем, пока чай заваривается? — спросил он, кивнув на чашки.       — Да… Наверно… — задумчиво проговорил юноша.       — Мне сесть?       — Ну… — засуетился Джереми. — Сядьте вот на свет, чтоб видно было, — сказал юноша, вскакивая со стула и двигая его в круг света от свечи.       Капитан выполнил просьбу, а парень глубоко вдохнул, пытаясь вспомнить, что нужно делать. Сам-то он не прокалывал, прокалывали ему, поэтому Джереми боялся что-то напутать.       — А вам с какой стороны: с правой или с левой? — спросил юноша.       Капитан снова пожал плечами.       — С какой лучше по-твоему? — сказал он.       — Ну… — неуверенно протянул Джереми. Разницы-то и не было в принципе, но для юноши сейчас это было самым важным выбором в жизни.       — Давай в правом тогда, как у тебя, — решил капитан.       Парень кивнул, подходя к Аккерману со спины. После своего необдуманного поступка Джереми боялся прикоснуться к капитану и сделать что-то не так. Но нужно было было набраться смелости и успокоиться.       Достав из кармана вату, Джереми смочил кусочек в спирте и аккуратно протер Леви мочку, стараясь не выдать, что дрожат руки. Все должно быть стерильно.       Капитан запрокинул голову, встречаясь взглядом с Джереми. Юноша тихо выдохнул от неожиданности. Поколебавшись, он позволил себе заглянуть Леви в глаза, тут же утопая в них.       Капитан смотрел так… Как-то так, что сразу стало спокойней и легче. Разве что руки продолжали слегка подрагивать. А еще юноша старался вообще не двигаться, чтоб не вспугнуть момент.       Неосознанно Джереми положил Леви руки на плечи и склонился ближе.       Но тут же вздрогнул и отстранился, приходя в себя и вспоминая, что еще не закончил.       Неловко кашлянув, парень нашарил в кармане иголку и протер спиртом и ее. Немного подумав, один конец замотал в платок, чтоб не обжечься, а другой занес над пламенем свечи. Через минуту кончик накалился до покраснения.       Джереми снова подошел к капитану, достал из кармана мыло, приложил его к мочке снизу. Парень перехватил иголку покрепче, примеряясь и готовясь сделать прокол. Нужно, чтобы получилось ровно. Освещение, конечно, было не очень, но ничего не поделаешь. Руки все еще дрожали.       Нет, так не пойдет. Юноша не хотел причинить капитану даже немного боли. Ерунда, казалось бы, — неумелый укол иголкой, — но даже от этой ерунды Леви хотелось уберечь, догадываясь, сколько он и так за всю жизнь насмотрелся.       Сосредоточившись, Джереми унял волнение, и на выдохе резко и точно вонзил острие в мочку. Игла прошла сквозь хрящ, вонзившись в мыло.       Таким же четким движением парень вынул ее, тут же аккуратно вдевая в свежий прокол серьгу.       Убрав мыло и иглу, парень переместил руку от уха на шею капитана, заставив того еще немного повернуть голову и рассматривая, что получилось. И, что скрывать, пользуясь моментом: ощущая тепло тела капитана Джереми чувствовал, как внутри все трепещет, а к лицу приливает кровь. Завороженный, он медленно провел большим пальцем по щеке Леви, ощущая прилив какой-то внезапной нежности и молясь, чтобы это действие не было слишком явным. Но не позволил себе продолжить, возвращаясь взглядом к сережке. Вышло ровно.       — Все, — пробормотал парень, отойдя.       Леви взглянул на Джереми, потом медленно поднял руку, коснувшись сережки.       — Может быть вам, ну… Зеркало? — предложил юноша.       — Насмотрюсь еще, — сказал капитан, поднимаясь со стула и подходя к чайнику.       Потом они пили чай и Джереми, глядя на капитана, не мог отвести взгляд от поблескивающего в свете свечи колечка в его ухе. Выглядело это непривычно, но Леви правда шло.       Капитан молчал, юноша тоже не знал, что сказать, грея руки об теплую чашку. Чай был крепкий, почти галимая заварка. Не стоит, наверно, такой на ночь пить, но Джереми все равно уже не заснет.       — Отбой скоро, я пойду… — через некоторое время пробормотал парень.       — Да… Спасибо, Харрис, — кивнул Аккерман.       Джереми распихал по карманам вещи, которые принес с собой. Леви сказал, что банку со спиртом вернет Ханджи сам.       — Спокойной ночи, капитан, — проговорил юноша перед тем, как уйти. Оказавшись в коридоре, он улыбнулся чему-то, уставившись в пол, и направился в казармы.