Говорящая с призраками

Мама, сложи мое оружие на землю, Мне уже не придется из него стрелять, На меня надвигается темнота, Похоже я стучусь в небесные врата. Bob Dylan — Knocking on Heaven's Door

      Адреналин не даёт ей даже шанса понять, что произошло. Ева опускает взгляд к своей рубашке и заторможено прикасается пальцами к темному пятну. Внезапно становится ясно, почему так болело всё тело от кончиков пят до макушки, и металлический запах крови ударяет в ноздри, убеждая Браун, что это не обман зрения. А как бы хотелось.       Она чувствует неожиданную слабость в ногах: они совершенно перестают её держать, словно сдались совсем. Девушка начинает оседать на пол, но Дин подхватывает её, падая вместе с ней. Ева чувствует его прикосновения не сразу, будто и кожа сдалась вслед за ногами. Винчестер притягивает её к своей груди, прислоняясь своей спиной к стене, и кладёт руки на рану. Сэм, оцепенев ранее от шока, очень быстро оказывается рядом, и оба брата склоняются над ней.       Ева глубоко дышит, и каждый вдох — это сгусток острой, невыносимой боли. В уголках глаз собираются слёзы, которые она сдержать не в силах, только ей пока не понятно, это слёзы боли или же отчаянья.       — Чёрт, чёрт, чёрт, — бормочет Дин, и голос его дрожит. Браун еще никогда не слышала ничего подобного за всё это время рядом с ним. — Сэм? — мужчина поднимает взгляд полный страха на брата.       — Нужно остановить кровь, — бормочет младший Винчестер. Одной ладонью он зажимает рану девушки, второй касается её спины и судорожно выдыхает. — Пуля прошла навылет. — Сэм поднимает взгляд на Дина, и два океана ужаса встречаются между собой. — Её нельзя перемещать.       — Где Генри? Он в порядке? — подаёт голос Ева, внимательно слушая разговор охотников. Сэм, совершенно забыв про детектива, не сводит с Дина глаз.       — Оскар укусил его за ногу, чтобы выманить из дома его и миссис Фоули, — бормочет мужчина.       — Так, он теперь… — говорит младший Винчестер.       — Да, кажется, — отвечает охотник и опускает взгляд на Браун.       Девушка не совсем понимает, что теперь с Россом, но ей хочется, чтобы с ним всё было в порядке.       — Я была неправа, Сэм, — слабо говорит Ева. Силы будто прощаются с ней навсегда, и она знает, что это конец. Чувствует. Но где-то внутри, наивная Ева Браун надеялась, что сейчас волшебным образом она исцелится. Сэм смотрит на неё с ужасом, словно говоря «молчи, ничего не говори, заткнись», но Браун продолжает, — когда сказала, что у нас есть время. Что мы, — она перевела дух и поморщилась, — будем вместе. Кажется, это конец.       — Нет! — восклицает Дин. Ева поднимает взгляд на своего мужчину, склонившегося над её лицом, и видит его блестящие от влаги глаза. — Надо позвать Каса! — он умоляюще смотрит на Сэма. — Он точно сможет исцелить её. Его ведь силы вернулись. Телефон! Дай телефон!       Браун прикрывает глаза, тяжело дыша. Она не может смотреть ему в глаза. Ей так больно видеть его таким уязвленным, избитым внутри, и Ева ужасается от мысли, насколько она была ему дорога. И Сэму тоже.       Девушка не замечает, как Сэм дрожащими пальцами ищет Кастиэля в своих контактах, как спустя время бессмысленных звонков, Дин во всё горло зовёт его. Ева думает, что этот чертов козёл не появится, ведь зачем ему спасать её? У них друг к другу взаимная подозрительность, а может, дело в ревности к Дину. Даже ангелы бывают собственниками, что уж тут. Но Кас появляется, шурша своими перышками, и Ева приоткрывает глаза, чтобы никто не подумал, что она уже умерла.       Она еще жива. Удивительно, но жизнь слишком медленно уходит из её тела. Когда боль утихает, даже кажется, что у неё есть шанс подняться, заклеить рану пластырем со «Скуби-Ду», что очень ей подходит, и снова войти в жизни. Но эта сказка такая фантастическая и смешная, что Браун плачет еще сильнее.       Кастиэль склоняется над ней, а Ева усмехается бледными губами.       — Что? Наконец, дождался, когда я коньки отброшу, а? — спрашивает она и замолкает, почувствовав по рту привкус крови.       — Я никогда не хотел твоей смерти, — спокойно отвечает Кас.       — А вот узнал бы меня поближе, обязательно бы захотел. Жалко, у нас так мало времени, — хмыкает Браун на эту откровенность. Если не хотел, то почему всегда смотрел так, будто готов был испепелить в любую секунду.       Ангел не отвечает, присаживается на корточки и касается её лба. Сэм и Дин с надеждой наблюдают за другом: как он хмурится, слегка напрягается, а потом резко отдергивает руку, будто его ударяет током.       — Я не могу, — говорит он, удивленно глядя в бледное лицо девушки. — Может, у меня недостаточно сил. Я не знаю.       — А у кого достаточно? — громко спрашивает Дин, и Ева слышит в его голосе злость. Нет, совершенно ни таким она хочет запомнить охотника. Хотя на драку мужчины и ангела она бы посмотрела — лучший подарок на день её смерти, ведь до дня рождения пару недель не дожила.       — Ну вот, пернатый, никакой от тебя пользы, — хрипит Браун и усмехается. Боль новой волной проносится по телу, и улыбка искажается гримасой боли. — Я оставила письмо в своем дневнике, — добавляет она, взглянув на Сэма. — Отправьте брату. Тони, в Лондон. Пожалуйста. Дин? — Ева поднимает взгляд на Винчестера, но тот, сцепив челюсти, выдавливает из себя лишь пару слов.       — Хорошо, я обещаю.       — И флэшка. В моих вещах. Посмотрите. Вы должны посмотреть, — через силу говорит она, сжимая чью-то руку. Руку Дина. Она прижимает его ладонь к груди, будто это самое дорогое, что есть в её жизни, и всхлипывает. — Мне холодно и больно. Я не хочу умирать.       Ей кажется, будто на улице наступила ночь — так было темно вокруг. Ева не хочет в темноту, не хочет быть там в одиночку. Ей страшно, и она прикрывает глаза, пока слёзы катятся по щекам, мешая говорить.       — Всё хорошо, Ева, — бормочет Дин, прижимая её голову к груди, — всё будет хорошо.       Ева ему верит. Как всегда.       Мир будто замирает. Или же движется в замедленной съемке. Браун ощущает, как вертится Земля; она слышит, как оседает пыль на мебель, но это, наверняка, лишь небольшая галлюцинация, чтобы не так мрачно умирать. Звуки будто исчезают. Лишь глухой стук пистолета о деревянный пол доносится до неё, и другие руки обхватывают её за плечи. Кто-то глухо зовёт её по имени, и она жаждет откликнуться на зов, набирая воздух в легкие для крика. Но он застревает в груди, так и не вырвавшись наружу.       Из четверых живых в комнате остаётся трое.

***

      Ева очень быстро остыла. Положив её тело на заднее сидение импалы, Дин не может откинуть мысль, что она похожа на статую — такая же холодная, словно мрамор, и недвижимая. Старший Винчестер отказывается от предложения брата похоронить её, ведь ему кажется, что можно что-то сделать, как-то вернуть её. Они сами десяток раз возвращались. Не может быть, чтобы не было выхода. Винчестеры садятся в машину и гонят домой.        Без Браун становится безжизненно вокруг. Никто из братьев до конца не может поверить, что это действительно произошло. Ева умерла — та, которая не любила брать на себя ответственность за отнятую жизнь, не гналась за лаврами, предпочитая безопасность геройской смерти. А теперь её нет. Нет той, которой Дин обещал спасение.        Он подвёл её.        — Может, можно что-то сделать, — говорит старший Винчестер брату.        — Ты имеешь в виду продать душу? — переспрашивает Сэм. — Дин, ты…        — Никому не сдалась моя душа, Сэм, — отмахивается мужчина. — Даже если я вызову демона перекрёстка, увидев меня, он помашет ручкой и исчезнет, — объясняет Дин. — Я говорю о Кроули.       — Не думаю, что это хорошая идея, Дин, — отвечает Сэм. — Я тоже люблю Еву, но Кроули…       Охотник тяжело вздыхает и со всей силы обхватывает руль. Он не знает, что теперь делать. Вчера казалось, что они со всем справятся, а сегодня его девушка мертва, и это никак не исправить.        Кажется, финал был ясен с самого начала, ведь рано или поздно все близкие Винчестеров умирают. Наверное, Дин не должен был позволять себе любить её. Может, оттолкнув её и позволив жить своей жизнью после смерти её отца, было бы лучшим для неё вариантом? Безопасным. Вот только забывает охотник, что виной тому не знакомство с ними или охота, а судьба. Или даже та женщина, которая преследовала Еву. Браун должна была умереть, только случилось это слишком рано.       Вдвоём братья возвращаются в бункер. Дин поднимается по ступенькам в библиотеку, снимая с себя куртку. На столе всё осталось так же, как они оставили, уезжая все вместе: книги, дневники хранителей, старый полароид, который Ева пару дней назад притащила в комнату к старшему Винчестеру, а рядом снимок, сделанный Сэмом, когда они проверяли, работает ли фотоаппарат.       — Черт! — восклицает Дин, откидывая полароид в сторону, и он разбивается о книжные полки. Мужчина смахивает все вещи со стола на пол, опрокидывает стул. Сэм, наблюдая за этим погромом, прикрывает глаза от неожиданных громких звуков, но поднимается к брату по ступенькам, повернув его к себе лицом за плечо.       Охотник не знает, что сказать, как подобрать слова, а Дин стоит посреди комнаты, тяжело дыша и прикрывая ладонью лицо. Винчестер младший заключает брата в объятия, в знак поддержки, похлопывая его по спине. Это всё, что он может сделать.       Дину тяжело. Слёзы накатываются каждый раз, когда он вспоминает её безжизненное лицо, или как она истекала кровью на полу чужой гостиной. Девушка не была охотницей, но она — часть их семьи, боец; Браун спасала умерших, в то время, как Винчестеры спасали живых, и это было идеальное равновесие.       — Мне нужно на воздух, — хрипит Винчестер и, разрывая объятия, не глядя на брата, идёт в сторону лестницы.       Он должен попытаться что-нибудь сделать. Пока Сэм собирается искать чертову флэшку, о которой говорила Ева и которая сейчас не имеет никакого значения, Дин выходит из бункера и набирает номер Кроули.       Демон появляется через пару секунд в неизменном идеально-выглаженном черном костюме и с насмешливой улыбкой.        — Соскучился, Бельчонок?        Охотника съедает изнутри злость. Он не может винить в смерти Евы никого, кроме себя самого. А, может, стоило бы. Кулаки чешутся выбрать цель и долбить, долбить, пока хватит сил.       Ему больно. И даже Королю Ада он не знает, как сказать о случившемся. Кроули плевать по большому счету, но если он не сможет что-нибудь выяснить, никто не сможет.       — Есть дело, — отвечает Винчестер, нахмурив брови. Его лицо в ссадинах, глаза, покрасневшие и тусклые, от чего демон хмыкает себе под нос, засовывая руки в карманы брюк.       — Думаешь, что можешь вот так просто позвонить мне, вызвать в это захолустье, чтобы решить твою проблему? Это так не работает, Дин.       — И тем ни менее, ты пришел.       Кроули вздыхает. Ему кажется, что он сдает позиции, нужно быть настоящим Королём Ада и разорвать охотника на куски щелчком пальцев, но мужчина лишь закатывает глаза и дает знак рукой:       — Ну, что там у тебя?       — Ева умерла, и я хочу знать, что с ней стало, или можно ли её вернуть.       Демон в удивлении выгибает брови.       — Та твоя блондиночка? — переспрашивает Кроули. — И ты думаешь, она сменила место жительства, поселившись на адской улице в котле под номером «пять»?       — Надеюсь, что нет. Мне нужно, чтобы ты выяснил, — говорит Дин, но добавляет, — пожалуйста.       — Вау, нужно, чтобы чаще кто-то умирал, ты становишься таким вежливым.       Винчестер сжимает ладони в кулаки и смотрит на демона убийственным взглядом. Ему хватает самообладания, чтобы не вытащить Первый клинок и не изрезать тело мужчины на кусочки. Король Ада поджимает губы и высовывает руки из карманов.       — Подожди, я наведу справки, — серьезно отвечает он и исчезает.

***

      Сэм бросается на поиски флэшки после того, как Дин скрывается за входной дверью бункера. Мужчина входит в комнату Евы, клацнув выключатель на стене. Здесь было всё так, как она оставила, когда уезжала: пару её вещей, разбросанных на кровати, книги на столе, раскрытые на нужных страницах, дневник на тумбочке у кровати с лежащим внутри продолговатым конвертом. Взяв в руки дневник, Винчестер вытягивает письмо для Тони и вертит его в руках, задумчиво отводя взгляд. Они с Дином стольких потеряли, чтобы пора бы писать имена на стенах, вот только каждый раз это также больно, как в первый.       Взяв с кровати ноутбук Браун, Сэм замечает вставленную в него флэшку, поэтому берёт компьютер под мышку и, захватив дневник со всеми его внутренностями, выходит из комнаты, выключив свет. Сегодня Дин не осмелится зайти в её комнату. И не завтра. Скорее всего, даже не на этой неделе. И Сэм его понимает.       Дойдя до кухни, охотник окликает старшего Винчестера, но ни в одной из комнат его не оказывается. Еще не вернулся. Может, даже сидит рядом с не похороненным телом Евы. Им всем нужно попрощаться.       Он входит в библиотеку, где его брат устроил погром, и поднимает с пола опрокинутый стул. Поставив компьютер на стол, он присаживается и, включив ноутбук, переводит взгляд на дверь. Нужно дождаться Дина и тогда оценить важность этой флэшки вместе с ним, но почему-то Сэму кажется, что брату далеко плевать сейчас на всё, кроме Евы.       На её ноутбуке не было много информации: папки с фото, методички из университета её брата, которые спустя годы никак не могла удалить, забывая о них, и на середине рабочего стола один единственный файл, который Сэм и открывает.       «Оно хотя бы работает? Господи! Не стать мне видео-блоггером, — на экране появляется Ева, сидящая перед камерой ноутбука. Она усмехается и смотрит куда-то в сторону, будто проверяя отсутствие свидетелей. Сэм отодвигает компьютер чуть дальше от себя и опускает локти на стол. — В общем, если вы смотрите это видео, значит Костлявая достала меня, и я умерла, — Браун поджимает губы и опускает взгляд к клавиатуре ноутбука. У Сэма внутренности скручивает. Тяжело видеть её живой, когда пару часов назад она, истекая кровью, умирала. — Я не узнаю, как это случилось, но, надеюсь, что это было небанально. Эффектно было бы умереть во время секса, например, — она смеется, и Сэм видит, как у неё блестят глаза. — Успела ли я вам рассказать о женщине, предвещавшей мне смерть, я тоже не узнаю. Если всё-таки нет, то я уверена, что она — часть той беды, что со мной случилась. В книгах я вычитала, что это — вещий дух, который предвещает большие катастрофы или смерть кому-то, но иногда я задавалась вопросом, почему за мной не приходит обычный жнец, как всем остальным. Если захотите разобраться, то те книги я сложила в библиотеке на полке о призраках. — Ева замолкает и прикрывает глаза, тихо чертыхаясь. — Не такие должны быть мои последние слова, да? Мы через многое прошли с вами, парни, — через плохое, хорошее, странное даже для нас с вами, и я не уверена, что смогу попрощаться. Я оставила моему брату письмо в своём дневнике. Спросите, почему я вам записала видео? Не думайте, что на смертном одре я рисую красным маркером сердечки вокруг вас обоих,— она фыркает и улыбается, — у меня просто рука устала. Пять листов накатать — это не шутки. — Девушка вновь опускает взгляд и судорожно вздыхает.  — Я люблю вас. Очень сильно. Я плохо схожусь с людьми, да и с нечистью не очень — ваш ангел мне абсолютно не нравился, кстати, — но вы приняли меня. Я благодарна за то, что провела последние месяцы своей жизни в вашей компании. Я не была одинока. Вы стали частью моей семьи, парни. Надеюсь, вы любили меня также сильно, как я вас. — Она улыбается уголком губ прямо в камеру. Сэм трёт заслезившиеся глаза и вновь смотрит на экран. Тут на видео глухо звучит голос Дина за дверью её комнаты, который зовёт девушку куда-то ехать, но каждое слово было отчётливо слышно в такой тишине. — Да иду я, Винчестер! «Почему ты заперлась?» С любовником развлекаюсь, чтобы ты не вошёл случайно, и я успела спрятать его в шкаф. «За такие шутки можно и по заднице получить» Жду с нетерпением, солнышко. «Давай, быстрее, нам пора». Иду. — Ева замирает, глядя на дверь в ожидании, когда мужчина уйдёт, а потом снова смотрит в камеру. — Видишь, Винчестер, даже предсмертное видео записать не даёшь. И за что я тебя полюбила, такого оленя? — Она усмехается, обхватывая свои плечи руками, будто ей холодно. — Будьте счастливы, ладно? Снимите чертову метку, возьмите отпуск, наконец-то. Только не стриптиз-клуб, Дин! — Браун говорит как-то по-детски, возмущенно, от чего Сэм грустно улыбается, а потом слышит своё имя и слегка вздрагивает от неожиданности. — Присмотри за ним, Сэм. Без тебя он не справится. Дин рассказывал, что ты только ему позволяешь называть себя «Сэмми», а мне, наверняка, так и не хватило времени, чтобы втиснуться в этот круг избранных, — Сэм шмыгает носом и обхватывает ладонями ноутбук, замечая, что видео почти подходит к концу. — Надеюсь, вы проживёте долгую жизнь с вашей-то способностью воскресать. И если мы встретимся на той стороне, надеюсь, вы меня не забудете за это время. Я люблю вас, — она улыбается и быстрым движением утирает покатившуюся слезу. — Прощайте».       Видео заканчивается, и Сэм мгновенно подрывается на ноги.       — Дин!

***

      Кроули не заставил себя долго ждать: Винчестеру даже времени не хватает подготовиться к тому, что он услышит от демона. Может, просить Короля Ада о помощи было не лучшей идеей, в частности из-за его корысти и полного безразличия к судьбе малознакомой ему девчонки, но для Дина это был единственный выход. Они с Сэмом знают, что смерть Браун — далеко не случайность, ведь она рассказывала, что скоро должна умереть, только охотники не видели в этом смысла, они не хотели признавать, что как бы они не старались спасти Еву, у них бы не вышло. Поэтому сейчас всё, что они могут сделать, это либо попытаться вернуть блондинку проверенными способами, либо хотя бы узнать, обрела ли она покой, ведь покой после смерти — то, что действительно важно. Для них всех.       Кроули появляется у Дина за спиной, кашлянув, чтобы привлечь к себе внимание. Мужчина резко оборачивается и делает шаг к демону в нетерпении.       — Тебе не понравится то, что я скажу, — начинает Король, отряхнув руки, будто только что посетил очень пыльную библиотеку, а у охотника поселяется в голове мысль, неужели Ева попала на адское шоссе. Да, она не была обычным, нормальным человеком, и именно это могло повлиять на распределение её души между раем и адом. — Так как рай до сих пор закрыт, и большая часть душ ошивается здесь, после смерти твоя девушка не отправилась пить мартини на пушистых облаках. Но, хорошие новости, Белка, в аду её тоже нет. У нас оборот душ слишком большой, но у меня получилось это выяснить. Король я или нет? — Демон ухмыляется и поправляет лацканы пиджака.       — Тогда, где же она? — Дин разводит руками в стороны в нетерпении. Если не в раю или аду, значит, до сих пор среди живых, совсем как Кевин?       — Я не знаю, — фыркает Кроули. — Всё, что я мог выяснить, я сделал, хотя даже не понимаю, зачем. Надо завязывать помогать Винчестерам, — бормочет он себе под нос.       — Спасибо, — неожиданно тихо говорит охотник и опускает взгляд. Демон хмыкает себе под нос и осматривает мужчину с ног до головы. Увидеть такого уязвленного Дина Винчестера дорогого стоит.       — Дин!       Кроули быстро исчезает, услышав голос младшего Винчестера, а охотник оборачивается к спешащему к нему брату. Он тяжело дышит, будто очень сильно торопился, и на ходу указывает пальцем на дверь в бункер.       — Та флэшка, что оставила Ева…       — Плевать на флэшку, Сэм!       — Она записала видео на случай, если погибнет. Ты должен взглянуть.       Дин мгновенно срывается с места.

Её тело хоронят на лебанонском кладбище, хотя и очень надеялись возле её отца. Винчестерам хочется ощутить присутствие Евы, хотя бы, как призрака, но ЭМП молчит.