Под другим углом

Майк Уилер уверен, что, принимая решение, надо уметь нести ответственность такой, какой бы она ни была. Он нёсся на всех парусах, опрокинув по пути маленькую старосту с огромной кучей книг и предварительно почти не свалив мистера Наймона — их хмурого завуча по воспитательным работам. Проигнорировав недовольное «не бегать!» и злостный взгляд, брошенный в спину, Майк почти запутался в собственных ногах и сгрёб носом землю, когда увидел вдалеке невысокую фигуру лучшего друга и вышагивающего рядом с ним ненавистного старшеклассника. Моментально замедлившись, Майк настроил удобный темп шага, отдышался и, держась чуть поодаль, принялся мерить два силуэта недовольными, хмурыми взглядами, словно заколачивая в спину одного из них гвозди. И когда только он успел докатиться до слежки за лучшим другом и его потенциальным партнёром? От последнего определения Майк поморщился и в сотый раз решил, что обязательно вытащит Уилла из того вязкого болота, в которое тот сам неосознанно забрёл, и не позволит наделать глупостей. Парочка тем временем успешно завернула за угол и двинулась в сторону кафе, продолжая оживлённо переговариваться. Рука Бреда благополучно улеглась Уиллу на плечо, а сам он всё чаще наклонялся подозрительно низко, оказываясь в опасной близости к его лицу. Майк захлебнулся возмущением, прищурился, словно опасный хищник, готовящийся к прыжку, и невольно ускорился, каждый раз напоминая себе одну простую мысль: надо соблюдать осторожность. С другой стороны, какая тут осторожность, когда счастливый дуэт шёл в проклятое царство разнообразных напитков и сладостей! Уж Майк знал это кафе не понаслышке. Да все знали кафе на Вол-стрит! Территория ненормальных парочек, желающих пообниматься и посюсюкаться на глазах у всех, не спеша потягивая коктейль и поедая пирожное. По отдельности туда не ходят, а если и ходят, то смотрятся нелепыми белыми воронами. Сразу же вспомнились разглагольствования Лукаса. У них с Макс приближалась годовщина отношений, и друг спал и видел, как поведёт её в это самое кафе. Цены там приемлемые, ассортимент и обслуживание вопросов не вызывали, ну чем не место для идеального свидания? Свидание… у запутавшегося в себе Уилла и мерзкого гада, решившего воспользоваться смятением и открытостью его друга! Майк нырнул за дерево и негодующе плюхнулся на скамейку, как специально для него поставленную. Кусты надёжно укрывали от посторонних глаз (без вглядывания и не рассмотришь), открывали идеальный вид на открытую террасу кафе. Белые столики, миниатюрные стульчики, везде какие-то рюшечки и сердечки — одна только атмосфера чего стоила! Оставалось только надеяться, что усядутся они именно под открытым небом, и Майк сможет контролировать ситуацию, всегда готовый вмешаться. Думать и разбираться, какого хрена он вообще лезет в личную жизнь Байерса, Майку хотелось меньше всего, поэтому от претензий к себе самому он благополучно отмахнулся, подбадриваясь мыслью, что делает всё правильно и вообще он самый заботливый друг на свете. Подперев подбородок руками, он принялся терпеливо ждать. Прогуливающаяся мимо симпатичная ровесница с шикарными кудрями мило улыбнулась ему, но Майк даже глазом не повел, а завидев его раздражение, сквозящее на несколько километров вперёд, девушка зябко повела плечами, как от сильного мороза, и поспешила скрыться восвояси. Майк замер в одной позе, напряжённо меряя взглядом злополучную террасу. Куда же они запропастились?! В такую погоду только гулять да гулять, неужели кому-то в голову могла прийти мысль засиживать в душном помещении? Только если проклятому Бреду, ни с какого ракурса не выглядящего нормальным. Слишком высокий, улыбчивый, сладкий, фальшивый. Всё в нём для Майка было слишком. И как только Уилл не замечает? Пару раз Майк вознамеривался оставить своё укрытие и самому ворваться внутрь, и когда эта идея почти воплотилась в жизнь, на террасе таки появился объект его наблюдений. Уилл, сжимая в одной руке бумажный стаканчик кофе, а в другой тарелку с тирамису, больше не выглядел таким довольным жизнью, чего точно не скажешь о его собеседнике. Улыбаясь всё так же приторно и сахарно, парень шёл рядом, ограничившись огромной порцией гляссе. Майк мог поклясться, что от одной его улыбки можно было получить кариес. Подавшись вперёд, он прищурился, надеясь рассмотреть эмоции на лице лучшего друга получше, но расстояние как было главным препятствием, так и оставалось. Самое обидное: ведь и ближе не подойдёшь, если не хочешь себя выдать. А Майк ой как не хотел. По крайней мере, пока. Кто знает, что треклятому старшекласснику в голову придёт, когда вон та парочка за соседним столиком уйдёт и Уилл с ним останется совсем наедине. Секунды тянулись, как часы, а минуты, как года. Майк напряжённо ловил каждое движение, высматривал каждый взгляд так, что заболели глаза, но ничего подозрительного, как ни пытался, не замечал. Лучший друг и Бред сидели друг напротив друга, разбирались в каких-то тетрадях, потягивали свои напитки и, в общем-то, выглядели крайне мирно. Почти нетронутое пирожное Уилла стояло совсем на краю, готовое полететь на пол любым неаккуратным движением локтя, и даже это приковывало в разы больше внимания. Неужели Майк ошибался? Неужели приписал невинному, как белое облачко, старшекласснику несуществующие грешки и помыслы? Да быть такого не может! Взгляды, недвусмысленные прикосновения и улыбочки — списывать всё это на игру собственного воображения Майк был не готов абсолютно точно. И словно подписываясь под его мыслями и подтверждая опасения, Бред подался вперёд, подцепил подбородок Уилла двумя пальцами и наклонился близко-близко, что между их губами осталось не больше шести сантиметров. Это и стало спусковым крючком. Майк соскочил с насиженного места, готовый вот-вот накинуться на парня с кулаками и обвинениями в развращении и домогательстве. В крови циркулировал адреналин, била мелкая дрожь, руки сжимались в кулаки, а мысль, что подумает о его внезапном появлении лучший друг, терзала Майка в последнюю очередь. Сейчас ему хотелось рвать и метать. Проклятый старшеклассник! Лучше бы экзаменами занимался! Первые эмоциональные всплески и желания вполне себе могли воплотиться в жизнь уже через полминуты, если бы не сам Уилл, который вдруг отстранился от парня, опасливо оглянулся по сторонам, задержал свой взгляд на кустах, что Майку на секунду показалось, будто его заметили, и кивком указал в сторону выхода. Чего это он удумал? Майк сделал глубокий вдох, снабжая мозг необходимой порцией кислорода и приказывая себе наконец опомниться и включить голову. Его появление только всё испортит. Нужно последить ещё и точно убедиться, что парня в его друге интересует далеко не учёба и чистые помыслы нового знакомства. Галантно отодвинув своему спутнику стул, проклятый похититель чужих друзей улыбнулся Уиллу своей одной из самых сахарных улыбок и потянулся за кошельком, выкладывая на стол парочку гладких купюр. Когда рука Уилла потянулась к карманам, желая, судя по всему, тоже достать наличку и оплатить свой заказ, то была быстро остановлена на полпути. Майк наблюдал за происходящим, как чёртов зритель в погорелом театре. Вот парень запрещает Уиллу заплатить за себя, а вот уже помогает спуститься с малюсенькой лестницы. Сомнений, что за его другом ухаживают самым что ни на есть натуральным образом, у Майка Уилера больше не оставалось. Вцепившись руками в край рубашки, он скрипнул зубами и раздражённо одёрнул её вниз, двигаясь за парочкой незаметной мрачной тенью. Казалось, один его силуэт разносил по улице тёмную устрашающую ауру. Ну что, какими сюрпризами его ещё удивит сегодняшний день? За осторожностью Майк больше не следил. Идя поодаль, как ничем не примечательный прохожий, он даже думать не думал, что будет делать и говорить, если кто-то из объектов его наблюдений решит обернуться. Хотя лучше бы обернулись хоть оба и наконец положили конец этому фарсу! Беззаботный трёп Бреда и приглушённый смех Уилла прекрасно слышались даже с такого расстояния, и каждый раз они не колыхали в душе Майка ничего, кроме неприязни и злости. Он уже не мог держать себя в руках. Постепенно улица всё сужалась. Без того редкие прохожие незаметно исчезли, посворачивая кто куда, а парочка замерла на перекрёстке. Тогда-то Майку всё-таки пришлось вспомнить об осторожности и неловко скользнуть за фонарный столб. Волнение и предчувствие чего-то нехорошего поднялось изнутри и холодило душу. Хоть бы не заметили! Отвернувшись буквально на секунду, он прижался лбом к прохладному, непонятно почему не нагревшемуся металлу, и устало прикрыл глаза. Привычная жизнь сыпалась, как старая ёлка после Рождества. Вот только собирать её в мешок и сжигать на заднем дворе Майку совсем не хотелось. Выглянув из-за своего укрытия, как снайпер на важном задании, Майк так и замер, с приоткрытым ртом вцепившись пальцами в мертвенно-холодное железо и не находя нужных слов. Уилл и ненавистный старшеклассник самозабвенно целовались.

***

Теперь, когда Нэнси училась в куче километров от родного дома, всё внимание родителей на семейном ужине было приковано к нему одному, и Майк каждый раз считал минуты до окончания трапезы и возможности сбежать в свою комнату. Так и сейчас он вяло ковырялся в тарелке с брокколи и слушал бесконечные разглагольствования отца о совершенной американской политике. Состроить страшное лицо ему не позволяло уважение, поэтому приходилось довольствоваться периодическими жалостливыми взглядами в сторону матери. Быстрее бы эта персональная пытка уже подошла к концу. В горло кусок не лез, и Майк распластал несчастное брокколи по всей тарелке, не зная, как ещё к нему подступиться и попытаться проглотить. Отхлебнув молока, Майк невидящими глазами смотрел в белоснежную скатерть, не очень успешно пытаясь разложить новую информацию по нужным полочкам. Итак, Уилл сказал, что ему нравятся исключительно парни. Мало того, Уилл целовался с парнем! Его! Лучший! Друг! Целовался! С парнем! Майк в очередной раз скривился, как от зубной боли. — Майк, дорогой, подай мне соль. Не вникая, что он делает, Майк механически потянулся за солонкой и неудачно что-то задел. Раздался звук удара и стеклянное бряканье. Белое молоко разлилось по такой же белой скатерти. — Майк! — Майкл! — следом рявкнул отец. Два недовольных взгляда упёрлись в него одного, и Майк мотнул головой, отгоняя наваждение и смотря на угрожающе подбирающуюся к нему белую лужу. Уилл… с этим мерзким парнем! Он больше не может думать об этом здесь! — Я буду у себя, — соскочив со своего места, на ходу бросил он, игнорируя летящие в спину строгие, призывающие к порядку окрики отца и непонимающие матери. Сломя голову бросившись вверх по лестнице, Майк хлопнул дверью комнаты, щёлкнул замком и упал на кровать, утыкаясь лицом в подушку. Как же так. Как же он проглядел. Когда с лучшим другом начали происходить кардинальные изменения, а он даже не заметил? Лицезрев страшную картину, навсегда запечатлевшуюся на сетчатке глаза, Майку хотелось расписаться в собственной глупости и проанализировать поведение Уилла за последние несколько месяцев вдоль и поперёк. Этим он и решил заняться одиноким весенним вечером.

***

— Майк? — чей-то наглый локоть шибанул его прямо в рёбра, и Майк поморщился, нехотя поворачиваясь к Дастину и вопросительно приподнимая бровь. — Не хочешь обратить на нас внимание и помочь своему другу в решении очень важного вопроса? — Лукас ухмыльнулся и закинул ногу на ногу. Еле заметно поморщившись, Майк смотрел на Дастина с вежливым интересом на лице и ожиданием, когда восхитительное повествование начнётся. Как же ему хотелось вернуться в свой привычный мир, где не было лучшего друга, целующегося с парнем, а вопросы об этом не занимали всю его голову. Можно было бы, как раньше, беззаботно болтать с друзьями, озадачиваясь лишь тем, где раздобыть побольше денег на банальные подростковые радости и какую жилетку надеть завтра. Заметив наконец какое-то подобие интереса к своей проблеме, Дастин принялся воодушевлённо болтать, прерываясь лишь на то, чтобы сделать вдох и сглотнуть слюну. Майк слушал, невпопад кивал, плохо понимал, чего от него хотят, но переспрашивать не решался, так пугающе светились глаза друга и ходили из стороны в сторону его желваки. Перемена между уроками подходила к концу, когда Дастин всё-таки закончил свой вдохновенный рассказ и уставился на Майка с молчаливым ожиданием дельного совета. Дастин молчал, остальные друзья молчали тоже, молчал и Майк. Только шум школьной перемены заполнял и немного перебивал отчего-то вдруг возникшую неловкость. Большая часть проблемы друга благополучно прошла мимо Майка и сознание, предсказуемо, совсем не взбудоражила. Слова в одно ухо влетали, а через другое вылетали, информация не устаивалась, а проблема Дастина, на самом деле, волновала его меньше всего на свете. Со своими бы, чёрт возьми, разобраться. — Так, — прочистил горло Майк, — что ты от меня хочешь? Лукас иронично хмыкнул, Дастин закашлялся, видимо, осознав, что Майк его проблемой так и не проникся, а Уилл выглядел обеспокоенным. — Я хочу, чтобы ты помог мне! — Помог с чем? — абсолютно тупо переспросил Майк. Лукас, в отличие от встревоженного Уилла, продолжал веселиться, но уже в открытую. Дастин нахмурился: — Майк, я пытаюсь придумать, куда сводить Эмили, чтобы покорить её сердце. Помоги мне придумать! У тебя же был опыт с Джейн! При упоминании «опыта с Джейн» Майк нахмурился уже сам и смерил друга невесёлым взглядом. — Джейн — это другое, — веско напомнил он, сам невольно погружаясь в воспоминания. Им с Джейн лишний пафос был не нужен. Они получали удовольствие от банальных вещей, вроде просмотра новинок кино вдвоём или любования каплями дождя. С Джейн по-другому не получалось. — И всё же, — не сдавал позиций Дастин, — есть варианты? Майк задумался. Посоветовать бы уже чего-нибудь. Вдруг гениальная идея пронзила сознание, и Майк исподволь глянул на лучшего друга, который немедленно ответил ему обеспокоенным взглядом. Майк посмотрел на его губы, что ещё вчера целовали не того, и на глаза, что ещё вчера смотрели не туда. Тёмные круги под ними так никуда и не девались, стали ещё больше и насыщенней. — А ты своди её в кафе на Вол-стрит, — вдруг усмехнулся он, не сводя с Уилла прямого взгляда и стараясь передать им всё своё неодобрение и непонимание. — Я слышал, парочки любят там зависать. А потом можешь завести её в тёмный переулок. От его насмешливых, почти нараспев сказанных слов Уилл вздрогнул и с ужасом отшатнулся в сторону. Его большие глаза неверяще распахнулись, зрачки расширились, а ладони он уместил на коленях, мигом как-то сжавшись и потерявшись. — А дальше что? — не понял Дастин, смотря с настороженностью и подозрением. — А ты догадайся, — Майк холодно усмехнулся, с интересом наблюдая, как краснеют щёки Дастина и щурится Лукас. — Да и вообще, спросите у Макс, уж она должна знать, чего там девчонкам нравится больше всего. Напоследок смерив лучшего друга тяжёлым разочарованным взглядом, словно примеряя, каким словом его лучше уничтожить, Майк поднялся с подоконника, сунул руки в карманы, отвернулся и двинулся в сторону класса, не смотря больше ни на кого. Раздался звонок, но догонять его никто не спешил.

***

Голос их молоденькой, ещё совсем неопытной исторички звенел, отражался от стен класса и оседал на плечи утомлённых долгим днём учеников. Майк подпирал подбородок пяточкой ладони и смотрел ничего не выражающим взглядом куда-то сквозь. Сквозь сгорбленные спины, сквозь миссис… как же её? Неважно. И сквозь доску, исписанную вдоль и поперёк материалом новой темы. Голова трещала и раскалывалась, словно кто-то методично ударял по вискам маленькими молоточками; ноги отчего-то затекли, и Майк не знал, как ещё уместить их под неудобной партой; глаза, с тяжёлыми веками, нещадно слипались, а в горле першило так, словно со дня на день готовься брать больничный. Взлохматив свои обычно прибранные и находящиеся в определённой причёске волосы, Майк на минуту прикрыл глаза. Чтоб он ещё хоть раз ложился с первыми лучами солнца! Минута затянулась, зацепила за собой ещё одну, а потом ещё пять и ещё десять. Так или иначе, Майк не понял, как позволил себе вырубиться на последнем уроке, уложив неспокойную голову на скрещённые руки. Мало того, ему даже умудрилось присниться что-то непонятное, сумбурное. Какие-то тёмные переулки, в них незнакомые люди с хлопушками в руках. Картинки скользили, сменяли друг друга, как секундные наваждения, и от каждой из них Майк испытывал такой дискомфорт, словно вернулся обратно в четырнадцать лет, когда закрывал глаза и не видел ничего, кроме исчезающей в тёмном дыму Джейн и поднимаемого со дна озера тела лучшего друга. — Майк, — раздался словно из другого мира знакомый шелестящий голос, — Майкл Уилер, приём! Вынырнув из океана сновидений, Майк поморщился и сонно посмотрел на Дастина. — Ты же знаешь, я не люблю, когда меня так называют, — вполголоса недовольно просипел он. — Когда ты вырастешь, люди будут называть тебя полным именем, — Дастин пожал плечами. Он всё ещё обижался на сцену, устроенную Майком в начале дня, но старался не подавать виду. Получалось плохо. Он вообще не умел скрывать своих чувств. — Но сейчас я не с другими людьми, а со своими друзьями, — раздражённо отозвался Майк и тут же отвернулся к окну, тем самым давая понять, что разговор окончен. Такими темпами он ещё до конца дня успеет перессориться со всеми близкими людьми. Как в подтверждение этой мысли, Уилл, весь сегодняшний день сидевший с Лукасом, обернулся и посмотрел долгим нечитаемым взглядом. Майк отворачиваться принципиально не стал. Смотря в ответ прохладно и осуждающе, он ждал, пока Уилл сдаст позиции первым, однако не тут-то было: большие глаза друга заволоклись дымкой, но отступать он явно не спешил. Так они и вцепились глазами, словно пытаясь подавить и столкнуть друг друга. — Эй? Э-э-эй! — в самый неподходящий момент протянул Дастин, отвлекая Майка и вынуждая его первым закончить зрительный контакт. — Что ещё? — раздражение достигло пика. Майк злобно сверкнул глазами, да так, что Дастин испуганно отшатнулся. — Да ты что, с ума сошёл, что ли? — окрысился Дастин, повышая голос и привлекая к ним лишнее внимание. — Вы поссорились или как? — С кем? — хмуро уточнил Майк и ещё раз сверкнул в сторону Уилла, но тот уже прилежно переписывал с доски, словно ничего не случилось и всё происходящее было в порядке вещей. — С Уиллом! Вы сегодня совсем не разговаривали, да ещё и смотрели друг на друга так, словно… — Дастин запнулся, — словно девушку перед балом не поделили! Майк закатил глаза: — У тебя всё к девушкам сводится, — пробурчал он, стараясь не пересекаться глазами с историчкой и не вызвать очередную порцию истерик. Отчего-то она жуть как эмоционально реагировала на нарушение дисциплины и всех болтунов незамедлительно отправляла к директору. Майк не хотел оказаться в их числе. — Я не виноват, что вы с Джейн расстались! — прикрикнул Дастин, затрагивая запретную тему. — Если так страдаешь без неё, иди и предложи попробовать ещё раз, а не срывайся на нас. От неожиданной злости потемнело в глазах, и Майк сипло втянул носом затхлый воздух. — Клянусь, ещё одно слово, и я рассеку тебе нос… Видимо, слова прозвучали действительно устрашающе, потому что Дастин захлопал глазами, мигом отодвинулся на самый край парты, нахохлился и пробурчал что-то про «друга-идиота». Таки словив раздражённый взгляд миссис «как же её там», Майк уткнулся в тетрадь, считая минуты до конца урока и не понимая, какого чёрта каждый считает своим долгом сунуть нос куда не надо и вспомнить его разрыв с Джейн.

***

Бредя домой рядом с Лукасом и Макс, Майк, невольно вслушиваясь в их разговоры, чередующиеся со сладкими речами и влюблёнными взглядами, ощущал себя пятым колесом в телеге, но деться никуда не мог. Дастин с ними принципиально не пошёл. Не забыв смерить Майка обиженным взглядом, он заявил, что дождётся окончания уроков Эмили и проводит её до дома, поэтому, пожелав ему короткое «удачи», Майка утащила Макс и предложила вместе, как и всегда, отправиться домой. Ну, точнее, Майк к себе домой, а она домой к Лукасу. — Так вы поссорились или что? — спросил Майка уже второй человек за сегодня, и тому вдруг отчаянно захотелось броситься под ближайшую машину. — Мы не ссорились, — выделив частицу «не» особенно сильно, он умоляюще посмотрел на Макс, как бы прося её отвлечь своего парня от щекотливой темы. Понятливая Макс смерила его изучающим внимательным взглядом и, видимо, что-то решив для себя, повернулась обратно к Лукасу, как тот уже раскрыл рот по новой: — Уилл переживает, что обидел тебя. При упоминании имени лучшего друга, наверняка выбравшего общению с ними общение со своим дорогим старшеклассником, Майк скривился, словно ему в рот засунули кусок лимона. — А ты что, типа посыльный? — зло усмехнулся он, сам не узнавая своей интонации. Желчная, ядовитая, она точно могла составить конкуренцию звукам капель кислотного дождя. Макс уставилась на него во все глаза, а Лукас резко остановился. — Да что с тобой такое? — нахмурился он. — Сначала не пойми из-за чего начал игнорировать Уилла, потом поругался с Дастином, теперь вот я… Ты нормально себя чувствуешь? — Лучше всех, — в тон ему огрызнулся Майк и резко развернулся на пятках, уходя прочь. — Увидимся завтра, — напоследок бросил он, низко опуская голову. Да что же это такое… В копилку испорченных за один день отношений благополучно прибавлялся ещё один друг. Лукас и Макс ошарашено смотрели ему вслед и не могли сдвинуться с места.