Под другим углом

Проверяя крепление установленных им с Уиллом трёх палаток, Майк, всё чаще поддаваясь атакующей его усталости, меланхолически выслушивал недовольную ругань у костра, которая с каждым словом не переставала набирать обороты. — Я говорю, что не намерена спать ещё с двумя людьми в духоте и тесноте! — громко верещала возмущённая, как и бОльшую часть времени, Эмили. Широко зевнув, Майк присел на корточки, дотрагиваясь до вбитых в землю колышек, удерживающих палатку. Если она продолжит так орать, дикие животные примут её за представителя своего класса и заберут в лес. Майк весело фыркнул. Пусть забирают, вот нисколечко не жалко. — А я тебе говорю, что мы всегда так ложимся, — втолковывала Макс, пытаясь донести до твердолобой Эмили разумную мысль, и Майк буквально затылком ощутил, как подруга утомлённо закатила глаза, добившись лишь очередной порции недовольства. — Но я хочу спать со своим парнем, а не с вами! — Эмили капризно топнула ногой. — Послушай, Эми, — не в меру услужливый Дастин тоже попытался утихомирить разбушевавшуюся девушку, как был перебит морозным и твёрдым голосом Джейн: — Нет, ты не будешь спать с Дастином. — Да как ты смеешь так со мной разговаривать?! Майк, удостоверившись, что все палатки стоят надёжно и не рухнут посреди ночи, поднялся на ноги и размял спину. Если уже Джейн, умеющая быть невероятно сдержанной практически в любой ситуации, которую бы ни подкинула ей жизнь, начала злиться и выходить из себя, пора вмешаться, пока не произошло кое-что непоправимое. Майк посмотрел на главную причину всех сегодняшних конфликтов в их компании. Что ж, теперь он знает, как выглядит человеческая версия головной боли. — Что у вас тут? — подавив очередной зевок, вяло спросил он, подходя ближе. Лукас, молчаливой тенью сидящий на прежнем месте и перебирающий длинной палкой угольки в костре, поднял глаза, с затаенной надеждой смотря на Майка. — Кое-кто слишком гордый, чтобы спать в одной палатке с ещё двумя людьми, — фыркнув, Макс сложила руки на груди и отвернулась. Распущенные под вечер длинные рыжие волосы дёрнулись следом за ней, ложась на спину красивыми волнами. Засмотревшись, усталый и мечтающий о скором сне Майк моргнул и перевёл взгляд на насупленную Эмили. Трэйс, видимо, нутром почувствовав, что битва проиграна заранее, упёрла руки в бока и не так уверенно, как хотелось, задрала подбородок. Во всей её позе, поджатом лице и стройной фигуре теперь действительно прослеживалось что-то змеиное. Майк в сотый раз за день утомлённо вздохнул и возвёл глаза к небу, как бы спрашивая, за какие грехи ему такое наказание. — Вы с ним уже спали вместе? — спросил он у Эмили, облокачиваясь на толстый ствол дерева и давая гудящим ногам передышку. — Майк! — негодующе воскликнул Дастин, неловко краснея. Майк опять тяжко вздохнул, не удосуживая друга даже взглядом. — Да не в этом смысле, придурок, — он вернул своё внимание Эмили. — Вы спали в одной кровати? — Н-нет ещё, — растерянно ответила та, не понимая, к чему ведёт Майк. Зато Лукас сообразил моментально: — Тогда я буду счастлив, если ты поменяешься со мной. Последний раз, когда мы с Дастином ночевали в одной палатке, он понаставил мне своими ногами столько синяков, что они месяц потом сойти не могли. — Я просто беспокойно сплю! — защитился сконфуженный своей «особенностью» Дастин. Явно стушевавшаяся, Эмили не нашлась, что ответить, поэтому, дёрнув плечами, демонстративно подошла к самой большой палатке, собираясь начать готовиться ко сну. И стоило только устраивать весь этот концерт… Майк отошёл от дерева и уселся на бревно. Нет, всё-таки он никогда не поймёт, чем руководствовался, если вообще руководствовался, Дастин, останавливая свой выбор именно на этой мерзопакостной девчонке. — Ты уверена, что справишься сама? — Майк, обеспокоенный идеей Джейн остаться у незатушенного костра ещё немного, вопросительно смотрел на подругу. Джейн улыбнулась и кивнула. Устроившись на месте Лукаса, она орудовала его потемневшей от сажи палкой и задумчиво мешала светящиеся рыжим угольки. — Иди к Уиллу, он ждёт тебя, — тихо сказала она, больше не смотря на друга и полностью абстрагировавшись от внешнего мира. Удивлённый, Майк пожелал спокойной ночи и на уставших желейных ногах побрёл в сторону палатки. Счастье виделось в скором отрубе… Осторожно, чтобы не разбудить друга, Майк забрался внутрь; аккуратно, не создавая лишнего шума, он привёл в действие замок на входе и залез в спальный мешок, блаженно прикрывая глаза. Ну наконец-то… — Спокойной ночи, Майк, — тихо сказал Уилл, будто вовсе не спал, а всё время дожидался Майка, задержавшегося у костра и контролирующего, чтобы друзья успешно разбрелись по своим местам. Еле волочившимся языком Майк пробормотал ответное пожелание, укутался в тепло спального мешка и провалился в блаженный сон, не думая ни о ком и ни о чём. Холодный воздух продувал до самых костей, колючий снег забивался в глаза и нос, залетал под одежду и колол чувствительную кожу шеи. Собрав последние силы, Майк Уилер, альпинист со стажем, сделал широкий шаг вперёд. Неожиданно поскользнувшись, он был почти готов удариться носом в жестокий зловещий лёд и покатиться на животе вниз, как неизвестная рука схватила его за шиворот и грубо дёрнула на себя, ставя обратно на землю. Оглянувшись, Майк никого не увидел. Сжав кулаки, он соорудил из ладони какое-то подобие козырька, закрывавшего глаза. Стиснув зубы, Майк сделал ещё один шаг. И вот! Это случилось! Альпинист Майк Уилер покорил Эверест! Единственный из своего малюсенького города, кому поддалась горная вершина, унёсшая и запорошившая на своих склонах множество человеческих жизней. Майка вели к пьедесталу победителей, когда в его счастливое сновидение, словно точёный нож, ворвался тихий, но настолько пронизывающий всхлип, что Майк моментально распахнул глаза. Немного приподнявшись на локтях, он ошалело заморгал, пытаясь прийти в себя, распрощаться со статусом человека, вошедшего в историю, а ещё понять, что происходит. Рядом, совсем под боком, тихонько всхлипывали. Смотря, как сквозь плотную ткань палатки виднеется яркое пятно горящего вдалеке костра, Майк растерянно прислушивался, как его лучший друг заливается слезами, находясь на расстоянии вытянутой руки. Майк знал, что должен немедленно повернуться и узнать, в чём дело, но отчего-то никак не получалось заставить себя двинуть хотя бы пальцем ноги. Словно окоченев, он беспомощно закусил губу, чувствуя, что сам вдруг готов разрыдаться в полный голос. Уилл, между тем, совсем перестал себя сдерживать: всхлипы стали громкими и болезненными, словно его кожу прошивали и штопали иголкой. Майк больше не мог этого терпеть. Тело, как налитое свинцом, с огромным трудом перевернулось на другой бок. Глаза, привыкшие к темноте, уставились на сгорбленную спину. Уилл, сжавшись комочком, подрагивал и жалобно всхлипывал. Майк смотрел какое-то время, не решаясь вымолвить ни слова, а когда друг всхлипнул особенно глухо и отчаянно, не выдержал: — Уилл? Всё хорошо? Ответа не последовало. Лишь плач стал звонче и проникновенней. Майк позвал ещё и ещё. Уилл, явно не слыша ничего вокруг, задрожал и заметался в спальном мешке. Отодрав будто приросшую к земле руку, Майк положил её на чужое плечо и резко перевернул друга лицом к себе. Уилл спал. На его подрагивающих ресницах дрожали слезы, мокрые дорожки даже в темноте мистически блестели на щеках. Приложив ладонь, Майк принялся бережно стирать солёную воду. — Уилл. Уилл. Проснись. Всё хорошо, — настойчиво потряхивая друга, раз за разом повторял он. — Ну же! Давай! — повысил голос Майк, и Уилл, заёрзав, с трудом распахнул опухшие покрасневшие глаза. Не понимая, где он и что происходит, Уилл инстинктивно прижался мокрой щекой к руке, гладящей его, ища защиты, опуская свою ладонь поверх и крепко сжимая. — Изнанка? — пересохшими от волнения губами шепнул Майк, немного выпутываясь из своего мешка и пододвигаясь ближе. Сдавленно кивнув, Уилл тоже подвинулся, не давая другу убрать ладонь со своей щеки и почти прижимаясь лбом к его плечу. — Всё хорошо, — притянув его к себе, Майк успокаивающе прошёлся другой ладонью между его лопаток, — ты в безопасности. Не нужно бояться леса. Его больше нет в тебе. Мы победили, Уилл, победили… Он шептал что-то ещё, сам не заметив, как склонился к его голове, оставляя лёгкие поцелуи на висках и солёных щеках. От этой незатейливой ласки Уилла тряхнуло и он спрятался лицом в тёплом плече, отчаянно прижимаясь к груди друга. Подвинувшись и освободив больше места, Майк помог ему перебраться в свой спальный мешок окончательно и плотно притиснул тонкое тело к себе. Положив подбородок на мягкие волосы, он вдохнул тонкий запах, отмечая, что Уилл всё-таки вернулся обратно к своему яблочному шампуню. Майк прикрыл глаза. Ещё раз успокаивающе погладив напряжённую спину, он робко, отчаянно боясь, прижался губами к виднеющемуся через волосы трогательному уху. Уилл немного вздрогнул, и Майк почувствовал, как его целуют в ключицу, а потом в шею, чуть прихватывая чувствительную кожу. Негромкий стон слетел с губ. До крови прикусив внутреннюю сторону щеки и ощутив во рту металлический привкус, Майк тяжело выдохнул: — Спи. Подняв стеклянные, с расширенными зрачками глаза, Уилл сцепил руки у него на талии и качнулся вперёд, почти целуя дуреющего Майка в подбородок. — Я не хочу больше спать… Прижавшись друг к другу, они соприкасались всеми частями тела, и Майк с ужасом понял, что от дикости ситуации, странности места действия и такого вот Уилла начинает заводиться. Горячая лава растеклась внизу живота, явно не предвещая ничего хорошего. В завершение картины ещё и Уилл, как назло, неспокойно заёрзал, откровенно притираясь к Майку через слои одежды. — Думаю, нам не помешает подышать свежим воздухом, — задыхаясь, пролепетал Майк, отстраняя от себя удивлённого друга и спешно, чуть не выдрав замок, выскакивая из палатки и путаясь в своих же ботинках. Сердце колотилось где-то в горле. Похлопав себя по красным щекам и стараясь протрезветь умом, Майк ломанулся вперёд. Низко опустив голову, он бормотал себе под нос ободряющие слова, надеясь, что это немного приведёт его в чувства. Оказавшись у костра и только тогда подняв глаза, Майк наткнулся на внимательный взгляд Джейн. — Ты всё ещё здесь? — ахнул он, заторможенно соображая, что да, конечно, Джейн здесь, а иначе почему огонь до сих пор не потушен. Подруга медленно кивнула. Всё на том же месте и в той же позе, она повернула к огню свой немигающий взгляд и спросила: — Не спится? Потирая глаза, Майк упал на своё любимое бревно и вытянул ноги к костру. Удивительно, как невыносимо жарко может быть днём, и холодно — ночью. Тело немного знобило. Обхватив себя за плечи, он потёр их, пытаясь отогреться. — Да, решили немного подышать, — снизошёл до ответа он, когда увидел Уилла, неуклюже выбирающегося из палатки. Угловатыми резкими шагами, друг медленно подошёл к ним и, примерившись, куда сесть, всё-таки опустился рядом с Майком. — Всё в порядке? — спросила Джейн у них обоих, и Майк, утомлённый слишком частой необходимостью врать, посмотрел на подругу усталыми глазами, спокойно признаваясь: — Нет. Уилл рядом скорбно вздохнул, тоже принимаясь зябко потирать себя вдоль руки. Майк недовольно сгорбился. И как можно было выпереться без верхней одежды? Расстегнув кофту, которую он, спешно покидая палатку, каким-то образом умудрился захватить, Майк накинул её на чужие подрагивающие плечи, не слушая никаких возражений. — Вы можете мне об этом рассказать? — коротко спросила Джейн, и, получив в ответ синхронное качание голов, слабо улыбнулась. — Хорошо, я понимаю. — Резко поднявшись, она пригладила вьющиеся волосы и посмотрела на друзей со смесью тоски и надежды. — Разберитесь здесь без меня, ладно? Не став дожидаться ответной реакции, Джейн развернулась спиной, быстрыми шагами направляясь к своей палатке. Майк проводил её долгим взглядом, и только когда подруга скрылась в палатке окончательно, вернулся обратно к разглядыванию прекрасного, но опасного пламени. Меняясь, извиваясь и переливаясь, то словно красиво танцевало. Майка успокаивало это зрелище, и уже через какое-то время он стал видеть не огонь, а прекрасную девушку в красном одеянии, махавшую руками и выгибавшую назад спину. Наблюдая за ней, Майк перестал моргать и что-либо соображать вообще; он пришёл в себя только тогда, когда глаза зажгло, они заболели и заслезились. Отведя смазавшийся взгляд, Майк перевёл его на сидящего рядом лучшего друга, тут же встречаясь с глубокими тёмными глазами напротив. В них Майк неожиданно увидел отголоски той девушки. Её рыжие волосы и красную юбку. В голове что-то щёлкнуло и перевернулось. Опуская взгляд ниже, он рассматривал ровный нос и блестящие приоткрытые губы, которые помутили рассудок Майка Уилера окончательно. Наклонившись вперёд, он смотрел на них, как зачарованный. В голове вместо мозгов оказался вязкий клей, и набатом бились ВопросыВопросыВопросы: какие они? Мягкие или суховатые? Как ощущаются трещинки на них? Целуя Джейн, Майку казалось, словно он прикасается не к девушке, а к какому-то экзотичному, но вкусному фрукту. Сейчас же думалось, что ощущения будут другими. Совсем другими. Узнать, какой вкус у губ Уилла Байерса показалось ему вопросом, который надо разрешить хотя бы раз в этой жизни. Прикрыв глаза, Майк подался вперёд, бросаясь в омут с головой. Когда его губы неловко соприкоснулись с губами напротив, вселенная рассыпалась. Так показалось Майку. Словно всё вокруг разобралось на атомы и в один момент собралось по новой. Не было больше леса и костра, не было ночи и холодного ветра. Был только он, Майк Уилер, целующий своего лучшего друга, будто тот — самое дорогое, что могло появиться в его жизни. Руки Уилла обхватили его за шею, и Майк ощутил, как тело двигается само, как язык осторожно проходится по мягким покусанным губам. Уилл приглушённо застонал, послушно раскрываясь и доверчиво впуская в себя. Их языки осторожно коснулись друг друга, переплелись, и внутри Майка взорвался салют, обдавая искрами всё вокруг. Целуя Уилла медленно и сладко, ему почти до болезненной судороги хотелось запечатать и стереть с дорогих губ вкус ненавистного старшеклассника, воспоминания о котором так не вовремя всплыли в туманной голове. Воздуха стало не хватать, и они неловко столкнулись носами. Отстранившись с явной неохотой, Майк удовлетворённо оглядел красивое лицо, особо задерживаясь на тонкой дорожке слюны, стекающей к низу подбородка. Усмехнувшись, он, не ведая, что творит, слизнул её кончиком языка, прижимая тяжело дышащего Уилла ближе к себе и чувствуя его возбуждение рядом со своим. — Что теперь будет?.. — хрипло вопросил то ли у Майка, то ли у самого себя Уилл, очумело прикасаясь подушечками пальцев к зацелованным губам. — Я не знаю, — тихо и честно признался Майк, с трудом разжимая руки, поднимаясь на ненадёжных ногах и подходя к приготовленному заранее ведру воды. — Возвращайся в палатку. Не проронив ни слова, Уилл покорно побрёл прочь, предварительно споткнувшись о корень очередного дерева и чуть не полетев лицом вниз. Майк же, всё ещё не осознав до конца, что поцелуй произошёл на самом деле, поднял ведро и механически вылил содержимое на пышущий жаром костёр, беспощадно уничтожая его душу и красивую девушку, живущую глубоко внутри. Подождав какое-то время и палкой поперебирав золу, убеждаясь, что огонь потух полностью, Майк потёр руки друг о друга и посмотрел в ночное небо с яркими точками-звёздочками. Где-то там живёт кто-то, кто наверняка знает, как сложится судьба Майка Уилера дальше. Везёт ему. Аккуратно забравшись в палатку, Майк устроился в своём спальном мешке и с опаской посмотрел на лучшего друга, лежащего на спине и, подложив руки под голову, смотрящего наверх. Наплевав на всё и всех, Майк осторожно притянул его к себе. С благодарностью вцепившись в его футболку, Уилл мерно задышал, утыкаясь лбом в уютное плечо лучшего друга и позволяя усталости навалиться в полной мере. Майк не мог заснуть до самого рассвета. Он бездумно пропускал сквозь пальцы шёлк мягких волос, слушал ровное дыхание и неподвижно лежал с распахнутыми, устремлёнными в никуда глазами.

***

Коварный солнечный луч, проникший в палатку через верхнее сетчатое окошко, мазнул по щеке и ударил мирно посапывающего Майка прямо в лицо. Поморщившись, он разлепил сначала один, а потом и второй глаз, переворачиваясь на спину и разминая затёкшие конечности. Широко зевнув, Майк оглянулся, делая для себя неприятное открытие: в залитой солнцем палатке он совсем один. Приняв сидячее положение, Майк помассировал виски. Голова ощутимо побаливала: давал о себе знать сбитый режим сна. По внутренним часам время приближалось к десяти утра, поэтому Майк, вообще-то привыкший вставать одним из первых, поспешил показаться белому свету. Выглянув из палатки, первое, что он увидел: негромко переговаривающихся друзей, в полном составе сидящих на брёвнах и греющихся в лучах восходящего солнца, которое ещё не стало ненормальным и не принялось печь так, будто уже наступила середина лета. — Доброе утро! — бодро поприветствовал компанию Майк. Захватив необходимые принадлежности гигиены, он собрался отправиться к ручью немедленно. Вода должна освежить и помочь прийти в себя. Джейн улыбнулась и кивнула, передавая Макс, расчёсывающей густые волнистые волосы, несколько заколок-крабиков. — Ты сегодня поздно, — ухмыльнулся Лукас, лениво и широко зевая. Пожав плечами, Майк скользнул быстрым взглядом по ничего не замечавшему Дастину. Влюблённо смотря на Эмили, тот намазывал на кусок хлеба небольшой ломтик масла, и Майк даже испугался, как бы друг не резанул себе по пальцу, но, к счастью, быстро покончив с нехитрым занятием, Дастин протянул бутерброд девушке и подпёр голову рукой, смотря, как она ест. Завтрак друга, в виде яблока и шоколадного батончика, нетронутый покоился на его коленях, не в силах привлечь его внимание. Говорят, что любовь меняет людей до неузнаваемости. Видимо, так оно и есть, даже если это любовь к кому-то, вроде Эмили. Рядом с поглощённой друг другом парочкой сидел притихший Уилл. Майк чувствовал, как друг сканирует его выжидающим взглядом, но посмотреть на него в ответ Майк так и не решился. Опустив голову с порозовевшими щеками, он медленно обернулся и поспешил добраться до ручья. Ледяная вода немного привела в себя и охладила горящее неловкостью лицо. Забрав волосы назад, Майк механически водил щёткой по зубам. Вчера или уже сегодня? (сколько тогда было времени?). Ладно, неважно, это всё равно не отменяло того, что он натворил. Уилл его не простит. Они больше не будут лучшими друзьями. Никогда. От страшного осознания Майка передёрнуло и перекосило. Сердце как заморозили. Прополоскав рот, он медленно опустился на землю, будто из тела разом высосали все силы. Погрязнув в переживаниях, Майк не заметил, как сзади к нему подошли и осторожно присели поближе. Медленно повернув голову, он почти не удивился, обнаружив рядом с собой Уилла, обнявшего колени и грустно смотрящего на журчащую прозрачную воду. Тёплый ветер трепал и путал его волосы, ресницы подрагивали, а покусанные губы, которые Майк с таким самозабвением целовал, были приоткрыты, словно Уиллу не хватало воздуха и он начал глотать его ртом. — То, что произошло, — неуверенно начал Майк, запнулся, испугался, что сбился с мысли, поэтому поспешил продолжить: — это ничего не значит. Уилл посмотрел на него больными глазами, и Майк понял: он знал. С самого начала знал, что этим закончится, но всё равно пришёл, чтобы принять правду лицом к лицу. — Я понимаю. — Уилл поморщился, отмахиваясь от привязавшейся к нему мошки. — Ты жалеешь? — Да, — Майк стряхнул с рук воду, поднимаясь на ватных ногах. От волнения колени подогнулись, и он чуть не рухнул обратно, но всё-таки сумел удержать тело в шатком вертикальном положении. — Тебе понравилось? Майк посмотрел на друга и честно, не желая больше прятаться ни от него, ни от самого себя, односложно ответил: — Да. Вглядываясь в голубое светлое небо с оборванными ватками-облаками, как будто что-то там действительно могло его заинтересовать, Майк засунул руки в карманы штанов. Ветер развевал его просторную футболку, охлаждая грудь и взмокшую спину. На секунду прикрыв глаза, он сделал глубокий вздох, словно начал заниматься дыхательной гимнастикой. У них проблемы. Серьёзные проблемы. Но всё ещё можно исправить. Сейчас Майк стоял на очень вязкой почве, шаг влево, шаг вправо — провалишься по подбородок и уже никогда не выберешься. Как песок сквозь пальцы он терял остатки драгоценных отношений и болезненно не знал, как вернуть их обратно. Однако... если быть предельно осторожным, взвешивая каждый из малюсеньких шагов, можно выбраться. Майк верил, что справится. В конце концов, если подумать, не произошло ничего страшного. Да, поцелуй, да, с лучшим другом. Понравилось, ну что он? Он просто испугался за Уилла и перенервничал. Такое бывает, когда переживаешь за друзей. От мысли, что он так же целует Лукаса или Дастина Майка передёрнуло в суеверном ужасе. Но что же это получается? Он невольно выделяет Уилла? Но почему? Он любит его, как любит остальных своих друзей, ради любого из которых бесстрашно отдаст жизнь. Но никого из них Майку целовать не хотелось... а Уилла... прямо безумно. До ненормального желания и подрагивающих конечностей. Особенно сейчас, когда Уилл сидит на земле и тоскливо смотрит на журчащую воду. Майк представил, что бы случилось, если бы он сейчас завалил друга на спину и целовал, целовал, целовал. До потемневшего взора, припухших губ и стона, ласкающего слух. Он бы запускал руки под его одежду, гладил впалый живот, сжимая горошины сосков. Он бы вылизывал его шею и плечи... да хоть его всего! Видения оказались настолько реальными и почти осязаемыми, что Майк, перепугавшись неожиданного возбуждения, резко бросился прочь, желая вернуться к друзьям и найти себе какое-нибудь занятие, способное хоть на время отвлечь от греховных мыслей. Потерянно упав на первое попавшееся место, Майк обречённо принял протянутую ему Джейн булочку, начиная намазывать на неё клубничный джем. Вещи остались у ручья, и оставалось надеяться, что Уилл захватил их с собой. Кусая мягкую пахучую булочку, Майк буквально заставлял свои челюсти работать нормально, молясь, чтобы непрожёванный кусок не встал в горле и не преградил ему дыхание. Друзья о чём-то переговаривались, что-то спрашивали и интересовались, но Майку было не до светских бесед. Кивая невпопад, он еле как, даже не запивая, доел свой скромный завтрак, которого сейчас показалось более чем достаточно. Майк чувствовал тяжесть и тошноту, будто съел слона. — Уилл, иди сюда! Я планирую сделать Джейн за вчерашнее! — закричала Макс, размахивая ракеткой и озираясь по сторонам. — А где Уилл? — удивлённая, она посмотрела на Майка. — Он же за тобой ушёл? Майк, оторвав расфокусированный взгляд от пепелища костра, поднял голову и тоже огляделся. Джейн и Макс стояли с ракетками, недоумённо смотря на него, Дастин крутился рядом со своей ненаглядной Эмили, показывая ей фокус с ложкой, а Лукас рылся в рюкзаке неподалёку. Уилл взглядом не находился. — Я не знаю, где он, — наконец сказал он. Убегая, Майк никак не мог предположить, что Уилл не последует за ним. — Наверное, остался у ручья. Майк поднялся, думая уже отправиться за другом, как Джейн, вручив Макс свою ракетку, помотала головой. — Я найду его! — на ходу обронила она, скрываясь за деревьями. Майк озадаченно смотрел подруге вслед. Наверное, даже лучше, если именно Джейн поговорит с Уиллом сейчас. Может, получится его подбодрить, потому что как смотреть на лучшего друга после случившегося, Майк не знал категорически. — Поиграем? — Макс протянула вторую ракетку. Кивнув, Майк встал напротив неё, готовясь принимать удар и отголосками сознания понимая, что он, должно быть, просто трус. Палатки Майк собирал уже с Лукасом. Осторожно вынимая колышки и превращая места их ночёвки в более компактный вариант, Майк был сам не свой. Отточенными движениями сворачивая и складывая последнюю палатку, Майк невольно, не в силах противостоять самому себе, поглядывал в сторону костра, где остальные ребята тоже не страдали от безделия и заняли себя либо рюкзаками, либо приборкой всего периметра поляны. Посмотрев на Уилла, сидящего перед своим рюкзаком и прикрепляющего к нему одну из собранных палаток, Майк замедлился и отвлёкся. Как Уилл ни старался улыбаться, смеяться и вести себя максимально непринуждённо, тёмная тень то и дело ложилась на его лицо, и пусть друзья ничего не замечали, но Майк-то хорошо видел, насколько упадническим было настроение Байерса на самом деле. Даже Джейн, вместе с которой он вернулся через какое-то время, не помогла. Не сговариваясь, они старались не пересекаться и не разговаривать, однако, периодически оборачиваясь, всё равно ловили непонятные взгляды друг друга, тут же торопливо пряча глаза. — Майк, подай мне каркас, — попросил Лукас и, когда Майк никак не отреагировал, цокнул языком, беря его самому. — Как дела в вашем пари? — Каком пари? — удивился Майк, поймавший глаза Уилла и поэтому опять судорожно отвернувшийся. Придерживая шуршащую упаковку, чтобы Майк смог убрать палатку без повреждений, Лукас иронично хмыкнул, как бы насмехаясь над его вопросом. — Сегодня я спросил у Уилла, какого чёрта вы пялитесь друг на друга, но ни слова не говорите. Он сказал, что вы поспорили, кто первый заговорит с другим, повезёт его на спине. Вот так фантазия... Хмыкнув, Майк пожал плечами, решая поддержать своеобразную «игру»: — Как видишь, никто не намерен сдаваться без боя. — Ставлю, что ты не выдержишь первым. — Я?! — Ты! — Лукас весело рассмеялся и шуточно пихнул Майка плечом, на мгновение становясь прежним Лукасом, которого Майк знал и к которому привык. Широко улыбнувшись в ответ, Майк сам вдруг поверил, что пари с Уиллом действительно было и именно поэтому они не разговаривают. Не из-за напряжённой атмосферы и давления после случившегося, а из-за глупого пари. Только и всего. Не успел Майк додумать привлекательную мысль до конца, как за спиной раздался грохот, болезненный вскрик и звуки общей суматохи. Лукас, с искажённым от волнения лицом, бросился к суетящимся друзьям, кидая не убранную до конца палатку, и Майк, чуть не запутавшись в собственных ногах, рванул следом, поскальзываясь на зеленом мягком мху. Скользнув пальцами по земле, он, тряхнув волосами, не позволил себе свалиться. В два шага подскочив к остальным, Майк обеспокоенно выглянул из-за плеча Дастина. Макс сидела на земле. Болезненно потирая лодыжку, она скривила веснушчатое лицо в болезненной восковой маске. Губы чуть подрагивали, щёки покраснели, а в светлых глазах выступили слёзы. Приобнимая свою девушку за плечо, Лукас испуганно смотрел на вывернутую под неестественным углом лодыжку, не понимая, что может сделать со своей стороны и как помочь любимой. — Чёрт, как же больно, — прошипела Макс, принимая попытку подняться, не увенчавшуюся успехом. Лукас придержал её, бережно помогая усесться обратно и вытянуть повреждённую ногу. — Пропустите меня, — Эмили, с небывалой прытью оттолкнув Дастина и Майка, опустилась перед Макс на колени, осторожно осматривая повреждение. Макс поморщилась, когда Эмили бережно и аккуратно, что никак не вязалось с её образом, расшнуровала кроссовок и стянула его, отбрасывая в сторону. Лукас подозрительно смотрел на её манипуляции, но вмешиваться не решался. Кажется, Эмили действительно знала, что делать, и чувствовала себя как рыба в воде. Стянув свою новомодную кофточку с кучей страз, она ловко скатала её валиком и положила под лодыжку, удобно устраивая её. Ещё раз осмотрев вспухшее и начавшее синеть место, она уверенно констатировала: — Перелом. Трещина небольшая, но затягивать всё равно не стоит. Лукас ахнул, Джейн прижала ладони ко рту, негромко выдыхая. — Как... я доберусь до дома? — Я тебя донесу! — уверенно, как отрезал, заявил Лукас, бережно заглядывая расстроенной Макс в глаза и отводя с её лица рыжие вьющиеся прядки. Благодарно, но грустно улыбнувшись, она вздохнула: — Можно подумать, ты справишься. — Справится, — уверенно кивнул Майк, выйдя у Дастина из-за спины и присаживаясь рядом с Макс, но с другой стороны, — потому что мы поможем и будем нести тебя по очереди. Опустив голову, Майк увидел, как подруга покраснела и даже её уши, скрытые за волосами, залились краской смущения. Затеребив пальцы, она, кажется, позабыв о боли, хотела что-то сказать, но оказалась опережена раздражённой Эмили: — Это всё, конечно, очень мило, но может, кто-нибудь принесёт мне нормальную ветку и каких-нибудь тряпок, чтобы сделать шину? — Не надо этого, — тихо сказал Уилл, голосом останавливая Лукаса, уже готового подорваться на поиски необходимых средств первой помощи. Не пойми когда успевший добежать до своих вещей, Уилл держал на весу небольшую аптечку, — есть эластичный бинт и небольшая доска. Она должна подойти в качестве шины... Посмотрев на него оценивающим взглядом, в котором промелькнуло какое-то подобие уважения, Эмили требовательно протянула руку, и Уилл передал ей всё необходимое. Несколько пар глаз напряжённо уставились на ловкие манипуляции со сломанной лодыжкой. Сначала Эмили придала ей удобное положение, осторожно натянула носок, чтобы не произошло натирания, и с наружной, а потом внутренней стороны голени надёжно примотала шину бинтом. Проверив итоговую работу, она удовлетворённо кивнула сама себе. — Готово. А теперь собираем вещички и в темпе добираемся до дома. — Она посмотрела на Макс. — В больнице тебе наложат гипс и через три недели будешь как новенькая. — А... откуда ты умеешь? — подал голос Дастин, с обожанием, будто перед ним только что произошло третье явление Христа народу, смотря на свою девушку. Эмили цокнула, в притворной обиде сложила руки на груди и горделиво поправила волосы. — Мой отец травматолог, забыл? Умение оказывать первую помощь у нас с братом в крови! Так что вам очень повезло, что я согласилась отправиться с вами! Макс, стоящая на одной ноге и поддерживаемая с двух сторон Лукасом и Майком, негромко, но её всё равно все услышали, искренне пробормотала: — Спасибо. — Да чего уж там, — пренебрежительно отмахнулась от её благодарностей Эмили, становясь привычной собой. Помогая Макс присесть на бревно, пока они быстро соберутся в путь, Майк подумал, что в каждом человеке на самом деле есть что-то хорошее, даже если это «что-то» скрыто глубоко внутри и без телескопа его не рассмотришь. Хорошо, что Эмили пошла с ними, и хорошо, что у Уилла оказалась аптечка первой помощи.