Под другим углом

Майк увидел подругу издалека: Джейн сидела на пороге, уперев локти в колени, а ладонями обхватив лицо. Красивая и родная, она подпрыгнула с места и, стоило Майку махнуть рукой, понеслась навстречу. Широко улыбаясь, он с чувством дежавю подхватил её, обнял за талию и крепко прижал к себе, утыкаясь носом в собранные вьющиеся волосы. Как же давно они не виделись… Почти с того самого злополучного похода, навсегда изменившего жизнь Майка Уилера. Чувство вины посчитало нужным напомнить о себе именно сейчас, поэтому Майк, шепнув сбивчивые извинения, уставился на подругу с обожанием в глазах. Джейн рассмеялась, привычно беря его руки в свои: — Не смотри на меня так, люди подумают, что мы вместе. Майк хмыкнул, ехидно склоняя голову: — А ты против? Как-никак мы почти два года вместе были. Подруга вздохнула, развернулась спиной и, продолжая сжимать его руку в своей, повела в дом, на ходу небрежно бросив: — Будь я и не против, твоё сердце мне никогда не принадлежало и не будет принадлежать. Майк сначала открыл рот, чтобы возразить, но резко одумался и замолчал, закусывая нижнюю губу. Обернувшись через плечо, Джейн ободряюще улыбнулась и, сбросив кеды, прошла в гостиную. Медленно разуваясь, Майк, словно магнитофон, зажевавший плёнку, прокручивал в голове её слова. Расстаться было обоюдным, хорошо обдуманным решением. Майк не поступал как мудак, он не обманывал Джейн или самого себя. Стоило в один момент понять, насколько сильно его привязанность отличается от романтического влечения, Уилер расставил все точки над «i». Джейн была как младшая сестра. Как Нэнси или Холли, только ближе. Её хотелось защищать, советоваться и утешать, поэтому Майк не стал медлить и сразу обозначил свои чувства. Подруга, конечно, расстроилась, но, будучи самой лучшей на свете, быстро приняла текущую реальность и смирилась с ней. Сейчас Майк точно знал: у Джейн к нему не осталось ничего, кроме бескорыстного желания дружить, но тогда, почти год назад, Майк, судя по всему, разбил ей сердце. Пройдя в гостиную, максимально сконфуженный, он плюхнулся на ковёр, скрещивая ноги и подтягивая к себе кружку ароматного чая, подготовленного хозяйкой. Джейн улыбнулась, обнажая небольшие клычки, и отхлебнула напиток. Они молчали, думая о своём. Наконец Майк прокашлялся. — Так… как у тебя дела? — задал самый тупой вопрос в мире он и мгновенно пожалел об этом. Подругу, однако, ничего не смутило, и она принялась рассказывать о школьной программе, о своих успехах и новых прочитанных книгах. Майк слушал внимательно, искренне восхищался и широко улыбался, радуясь за увлечения одного из самых близких людей в своей жизни. — Кстати! — Джейн хлопнула в ладоши и достала откуда-то из-под дивана толстую книгу с нарисованными звёздами. — Вернёшь её Уиллу, хорошо? Майк поперхнулся чаем, обжёгся и едва не уронил горячую кружку на себя, уставившись на подругу распахнутыми глазами. — А? Почему я? Джейн склонила голову, как обычно делала, когда чего-то не понимала или узнавала новое. Разгладив складки на воздушном розовом платье, в котором она была похожа на зефирку, подруга невинно спросила: — В последнее время вы сильно сблизились, я права? Майк запустил руку в волосы, растрепал их и почесал затылок, пряча взгляд. Чуткая девушка накрыла его руку своей и переплела пальцы, приподнимая брови. Глубоко вздохнув, Майк на секунду прикрыл глаза, собираясь с силами и сжимая свободную руку в кулак. Джейн хорошая, она не осудит, всегда поймёт и выслушает. — Да… насчёт этого… — Майк запнулся, сглатывая, — недавно я кое-что понял… Джейн кивнула, показывая, что информация зафиксирована. — Дело в том, что в моих отношениях с Уиллом многое изменилось… — Я заметила. — Если проще, я хочу сказать, что… думаю… я… — Майк потёр горло, в котором встал противный ком, мешающий нормально составлять слова в предложения, — я думаю, что мне нравится Уилл. — Просто нравится? — переспросила Джейн, пододвигаясь поближе и включая режим а-ля психолога со стажем. Для Майка, по крайней мере, это выглядело именно так, но это лишь помогало настроиться на нужный лад. — Нет, не просто, я люблю его! — воскликнул Майк, шарахнулся назад, натыкаясь спиной на сиденье дивана и сам удивляясь своим словам. Вот он и произнёс это второй раз за день, но до сих пор не Уиллу в лицо. Джейн медленно кивнула. — А Уилл об этом знает? Майк помотал головой, краснея щеками и кончиками ушей. — Я признаюсь ему завтра. Прямо в школе. Возьму и признаюсь! — Отличный настрой! Робко улыбнувшись, Майк промямлил слова благодарности и, вновь перехватив кисть подруги, поцеловал её пальцы. Джейн охнула и отдёрнула руку. — Совсем дурак? — рассмеялась она. — Если Уилл узнает — тебе несдобровать. — Я же по-дружески, — Майк подмигнул и они синхронно рассмеялись, прекрасно понимая скрытые мотивы друг друга. Точнее их отсутствие. Исключительно дружеский стёб. — Кстати, почему такая спокойная реакция? Мне дорогого стоило тебе рассказать! Джейн весело приподняла уголки губ и, откинув волосы, весело спросила: — Ты же не обидишься, если я скажу, что не удивлена? Майк скрестил руки на груди и демонстративно выпятил нижнюю губу. — Вообще-то обижусь. Покачав головой, подруга легонько пихнула в плечо: — Я видела, как ты смотришь на него. — И как? Она печально улыбнулась: — Как никогда не смотрел на меня. Майку показалось, что язык прилип к нёбу, а Джейн тем временем продолжила: — Я правда любила тебя, Майк, и благодарна, что эти чувства оставили меня. Ты же подсознательно любил лишь его одного, только на него смотрел и только его видел. Я счастлива, что тебе хватило смелости признаться в этом самому себе. Майк бездумно смотрел в ответ. — Помнишь, в лесу я пошла к Уиллу, когда он сидел один-одинёшенек у ручья? — Дождавшись кивка, Джейн уставилась на свои тонкие пальцы, будто размышляя, стоит ли продолжать. — Тогда он спросил, всегда ли любить тебя настолько больно, и я ответила, что рано или поздно эта боль обязательно окупится. — Джейн… — огорошенный, Майк только и мог, что облизывать губы и нервно потряхивать ногой, напряжённо вслушиваясь в каждое слово. — Он ждёт этого, Майк, поверь мне. Ты ведь хочешь сделать его счастливым? Ответ был очевиден. Качнувшись вперёд, Уилер крепко обнял подругу, притаскивая её к себе и молчаливо благодаря за всё. Слова были лишними. Джейн прикрыла глаза и прижалась к парню, в котором несколько лет назад видела смысл всей своей странной жизни.

***

Закончив с утренней подработкой, благополучно сделав всё дома и придя в школу на двадцать минут раньше, Майк попинывал камешек, смотря себе под ноги. Внутри всё сжималось и бурлило от накатывающей тошноты и волнения. Сегодня он сделает это. Джейн обещала, что всё пройдёт хорошо. Они всю ночь провели вместе, читали книги, много обнимались и разговаривали, смотря друг другу в глаза. Джейн призналась, что больше не хочет быть одна, и Майк пообещал, что летом они обязательно займутся этим вопросом. Девушка робко улыбнулась. Под утро, смотря на спящую подругу, Майк тихонько выбрался из-под одеяла, поцеловал её в лоб и бесшумно покинул дом, отправляясь за снэками для автоматов. Обойдя фонтан, охлаждающий приятными брызгами, Майк довольно прищурился, глубоко вдыхая влажный воздух. Неподалёку, смотря в свои колени, сидел Лукас и тяжело размышлял, что было понятно по залёгшей складочке на его лбу и затянутым задумчивой дымкой глазам. Взвесив за и против, Майк медленно подошёл к нему и уселся на противоположный край скамьи, сохраняя молчание. Вздрогнув, Лукас поднял голову, смеряя Майка удивлённым взглядом. — Привет. Как дела? — он вновь обратился к своим коленям и закусил губу. Майк неопределённо передёрнул плечами. Сейчас они с Лукасом находились по разные стороны баррикад, и от осознания этого становилось настолько паршиво, что болела душа и сжималось сердце. Первый друг, бывший сосед и человек, отказавшийся от совместных счастливых воспоминаний ради своих узколобых принципов. — Я знаю насчёт Макс, — Майк постучал носком кроссовка по каменной декоративной дорожке. Лукас еле заметно вздрогнул и поёжился, словно его обдало потоками холодного ветра. — Она сказала, что не хочет встречаться с человеком, не принимающим людей такими, какие они есть. Майк резко вскинул подбородок, замирая на месте. — Это она про?.. — Да, Уилла. Тут Лукас с пылом обернулся, пододвигаясь ближе, и Майк с удивлением обнаружил, как повлажнели его карие глаза. — Я не понимаю, Майк... не понимаю, почему вы все отвернулись от меня... Почему... почему вы такие?! — воскликнул бывший друг, на что Уилер недоуменно приподнял бровь. — Вы, блять, серьёзно думаете, что это нормально! Вы думаете, что я не прав! — Потому что ты действительно не прав, — негромко сказал Майк, и Лукас дёрнулся, как от пощёчины, тараща глаза. — Да почему?! Помнишь, мы разговаривали у тебя дома? Помнишь? — дождавшись кивка, он судорожно продолжил: — Ты сказал, что Уилл нормальный, что ему нравятся девушки! Ты защищал его! А теперь мне кажется, что ты изначально всё знал! Знал, что он болен! Как ты можешь, Майк? Как ты можешь называть себя его другом, если ты даже не пытался ему помочь! Как ты смотришь ему в глаза? Или... На мгновенье Майку показалось, словно его пронзили копьём и прибили к скамье, парализовав по рукам и ногам. Скинув дурман, он рванул навстречу, вцепился Лукасу в ворот рубашки, наклоняясь низко-низко к его лицу, щуря глаза и зло выдыхая через нос. — Он не болен, слышишь?.. Не болен! Растерявшись, Лукас испуганно упёрся руками в чужую грудь и, толкаясь, попытался высвободиться. — Ты не знаешь, о чём говоришь! — Майк отстранился так же резко, как перешёл в наступление, прикрыл глаза и втянул носом воздух, снабжая мозг необходимой порцией кислорода и приходя в себя. — Сначала я тоже думал, что это неправильно, что Уилл запутался, но теперь я понимаю, что запутался во всём этом только я сам. Лукас, отдышавшись, поправив рубашку и на всякий случай отойдя подальше, непонимающе нахмурился, нутром чувствуя, к чему всё идёт. — Мы разговаривали у тебя в комнате, — Лукас сунул руки в карман джинс, — ты утверждал, что ситуация под контролем, но ты просто обманывал меня и прикрывал его! Знаешь, что? Я думаю, ты такой же! Тебе тоже не нравятся девушки! Ну же, Майк! Признай это уже! Вот так и теряешь друзей. — Держись от нас с Уиллом подальше, ясно? Тебя больше не должно волновать, кто нам нравится. Развернувшись, Майк медленно побрёл к школе, чувствуя, как полный беспомощной ярости взгляд прожигает его спину. — Из-за вас, педиков, Макс бросила меня! Майк не ответил, а лишь сильнее сгорбился, скорбя по такой хорошей, не прошедшей испытание искренностью дружбе.

***

На политологии они с Уиллом по привычке сидели вместе. Тему урока Майк едва уловил, занятый вырисовыванием на полях тетради непонятных зигзагов и поглядыванием на сосредоточенного Уилла, ведущего подробный конспект. Друг периодически отвлекался и утешающе улыбался, подсознательно чувствуя упадническое настроение соседа. Когда Майк, задумавшись особенно сильно, продрал в тетради нешуточную дыру, Уилл осторожно накрыл его пальцы и извлёк ручку, откладывая её в сторону. Майк вопросительно кивнул головой. — Что-то случилось? — осторожно спросил Уилл, наклоняясь к чужому лицу. Майк задумался. Лгать не хотелось, но правда кололась длинными ядовитыми шипами, да и Уилла, лелеющего надежду на примирение с Лукасом, она только сильнее расстроит. Придя к выводу, что утаить действительность будет проще для них обоих, Майк качнул головой и улыбнулся, опуская руку под парту и ласково проводя по чужому бедру. Дёрнувшись, Уилл легко ударил его по руке, пряча покрасневшие щёки. Такой очаровательный. Майк расплылся во влюблённой улыбке, перемещая руку на внутреннюю сторону его бедра. Уилл учащённо задышал и заёрзал, подставляясь под прикосновения. — Это неподходящее место, — смотря в глаза, он призывно облизал верхнюю губу, явно намекая на обратное. Майк поддержал правила игры: пальцы замерли на ширинке, а указательный пробежался вверх-вниз. — Согласен, — и отдёрнул руку, с преувеличенным интересом вслушиваясь в слова учителя. Байерс обиженно засопел, пихаясь плечом и нехотя возвращаясь к написанию конспекта. На обеденной перемене Майк собирался с силами. Уилл, предпринявший попытку затащить загруженного друга в любимую подсобку, потерпел неудачу и сейчас выслушивал жалобы Дастина на Эмили, требующую на приближающуюся годовщину золотое кольцо. Вот проблемы у людей... Уилл, однако, нахмурился и серьёзно раздумывал, как помочь приятелю. Макс, очищая апельсин, безучастно смотрела в стол, полностью уйдя в себя. Майку не нравилось, что подруга, отходя от болезненного разрыва с Лукасом, переживала это совсем одна. Такая вот Макс Мэйфилд, в тяжёлые моменты замкнутая и отчуждённая даже от самых близких. С трудом поймав её стеклянный взгляд, Майк улыбнулся и протянул неловкую розочку, сложенную из салфетки минутой ранее. Впервые за день Макс просветлела лицом и искренне улыбнулась, прижимая цветок к груди. Майк уже было открыл рот, чтобы завязать разговор и продолжить отвлекать подругу от тяжёлых размышлений, как неподалёку раздался звон стекла и грохот от падения человеческого тела. Дастин вскрикнул, в ужасе прижимая руки к груди. — Уилл! — Макс соскочила, да так и замерла в нелепой позе с апельсином в руке. Лукас, в одиночестве обедающий неподалеку, осоловело выпучил глаза, забыв донести ложку до рта. Майк, не медля ни секунды, подорвался из-за стола и побежал на помощь лучшему другу. Уилл, не добравшись до пункта приёма грязной посуды, сидел на полу в окружении разбитого стекла и снизу вверх беспомощно смотрел на высокого ухмыляющегося парня. — Как делишки, Байерс? Надеюсь, ты не думал, что избавился от нас? К блядскому брату блядской Эмили подошли ещё трое парней, среди которых Майк с удивлением узнал главного гея школы, по совместительству ухажёра Уилла, с которого всё началось и которым, видимо, всё закончится. — О, вы перестали караулить меня после школы и пробираться на мой задний двор. Большой прогресс, — съязвил Уилл, болезненно потирая ушибленную руку, на которую приземлился. Майк, тем временем, успешно достиг цели и опустился перед другом на корточки, помогая подняться и с ненавистью смотря на компанию старшеклассников. Теперь понятно, кто терроризировал Уилла всё это время, кто совершал групповое нападение и кто превратил в щепки замок Байерсов. Пазл сложился в единую картинку. Пацан, тот самый известный всем «гомик школы», брезгливо поморщился и пояснил товарищам: — А вот и принц пожаловал... Вечно они вместе шатаются, как сиамские близнецы, хрен по отдельности подкараулишь... Сделав шаг вперёд и прикрывая плечом лучшего друга, Майк принял воинственную позу, освежая в памяти всё маломальское, что они с Уиллом вычитали в книге по боевой подготовке. — Теперь я знаю, кто во всём виноват, не думайте, что это сойдёт вам с рук! Брат Эмили уничтожающе расхохотался, и в эту секунду Майк оказался облит сладким компотом, так не вовремя подвернувшимся под руку сопернику. — Мы превратим вашу жизнь в ад, обещаю. Майк сжал руки в кулаки и стиснул зубы, чувствуя, как сладкая дорожка воды стекает по лбу. Вокруг них успела образоваться приличная толпа, ожидающая разрешения конфликта путём привычного и любимого многими мордобоя. — Майк, идём, мы что-нибудь придумаем, — тихонько зашептал друг, дёргая за запястье. Прекрасно оценивая свои шансы на победу и видя, что силы неравны, Майк совершил роковую ошибку — обернулся спиной, тут же получая подлый толчок такой силы, что их с Уиллом, как тряпичных кукол, бросило в толпу и они едва удержались на ногах. — Вы ещё пожалеете! — из ниоткуда возник Дастин и, обращаясь к главарю, воскликнул: — У твоей сестры больше нет парня, так ей и передай! Ублюдок сделал то, что у него получалось угрожающей всего: расхохотался.