Под другим углом

Солнце клонилось к закату, окрашивая небо в мягкие жёлто-оранжевые оттенки, обещающие не менее приятные деньки на ближайшую неделю. Тёплый ветер с крупицами дорожной пыли обдал лицо, Майк прикрыл один глаз, приложил ребро ладони ко лбу, образуя козырёк, и посмотрел в сторону ворот, которые они недавно преодолели. В груди щипалось волнение, мешаясь с тревогой и страхом не столько за себя, сколько за друзей. Если ничего не выйдет… об оставшихся годах, которые они все вынуждены провести в захолустье Хоукинс, посещая школу — рассадник злых и старомодных подростков, страшно думать. Майк обхватил себя за плечи и мелко вздрогнул, смотря на широкую спину Дастина, нерешительно замершего на пороге. — Эй, — похолодевшие пальцы Уилла коснулись его локтя, ободряюще сжимая, — всё будет хорошо, уверен, мы больше волнуемся. Колеблясь, но всеми силами стараясь этого не показывать, Майк кивнул и заторможенно повернулся, вглядываясь в любимое, правильное каждой чёрточкой лицо. Уилл встревоженно приподнял брови и робко улыбнулся, медленно водя пальцами по руке, под его прикосновениями покрывающейся мурашками, поднимаясь выше и сжимая плечо. — Всё будет хорошо, — как мантру повторил он, и Майку как никогда захотелось в это поверить. Зачесав кудрявую чёлку на бок, Дастин поправил кепку и обернулся: — К счастью, от нас требуется не так много. Майк кивнул: — Вперёд, парни, время поджимает. — Надеюсь, они не изменили свои планы… — негромко вздохнул Уилл, следуя позади. Без труда миновав удачно пустующий пост охраны, друзья двинулись вдоль длинных одиноких коридоров, улавливая редкое шелестение и шуршание за дверьми тематических клубов, готовящихся к завтрашней выставке и надеющихся получить главный приз. На секунду Майк задумался, что если бы не сложности с самоидентификацией, Уиллом и его персональными тиранами, в выставку они бы вложили куда больше сил, времени и энергии. И пусть общей разработкой все, включая отдалившегося Лукаса, оставались довольны, нутром Майк чувствовал — конкуренция в этом году предстоит нешуточная, поэтому лучше заранее подготовить себя к наихудшему исходу. В конце концов, это всего лишь выставка. Не первая и не последняя в его, Майка, жизни, да и по сравнению с тем, что они делают сейчас… ерунда, одним словом. За друзей лишь обидно. Весна последнего года средней школы потрепала их всех. Дастин и Макс не без потерь вышли из своих первых серьёзных отношений, Лукас вовсе покинул компанию, не в силах смириться с новым порядком вещей, Джейн… Майк вспомнил, как подруга смотрела на него, какие мысли, словно вскользь, транслировала. Если бы Майк умел понимать девушек, то наверняка понял бы, что это было. К сожалению, пока он с трудом понимал разве что самого себя. Ясно одно: Джейн пришлось нелегко. Последние месяцы изменили их всех, странно это отрицать. В старшую школу они войдут с новым багажом знаний, бывшие дети, пережившие ужас времени, когда Уилл был в Изнанке, а Джейн именовалась Одиннадцатой, и продолжающие переживать новые потрясения каждый грёбаный день. Видимо, такая у них судьба. Или часть взросления, которое у всех проходит похоже, а вроде нет. — Скоро явятся, — остановившись у кабинета химии, вынес вердикт Дастин. — Уилл, директор на месте? — Должен быть, — кивнул лучший друг, от волнения заламывая пальцы, — мне сходить, проверить? По идее, он сегодня с документацией разбирается допоздна, я сам в пятницу слышал, как он мистеру Скотту, завучу, жаловался. До последнего сомневаясь, Майк прикусил губу и кивнул: — Лучше быть уверенным наверняка... Будь осторожен, хорошо? Поддержав здравую мысль, Дастин кивнул, а когда Уилл, сглотнув, торопливыми шагами удалился в сторону кабинета директора, осторожно толкнул дверь: — Открыто… — Позаботились заранее, — Майк нахмурился. По окончании занятий кабинет химии, как и в случае со спортзалом, закрывали, опасаясь за здоровье и безопасность излишне любопытных учеников, которым захочется исследовать мир реакций и взрывоопасных веществ самостоятельно. — По крайней мере то, что я слышал, всё ещё в силе, — Дастин прошёл вовнутрь, внимательно оглядываясь и останавливаясь взглядом на халтурно задвинутых под стол вёдрах. — Скорее всего решили не создавать лишнего шума и пронесли после занятий, пока школа не опустела. Майк подошёл ближе, присел на корточки и пододвинул к себе одно из небольших пластиковых вёдер, заглядывая внутрь. Моток лески, скотч, верёвка. Эти ребята продумали систему до мелочей. Дверь негромко хлопнула, оповещая о возвращении Уилла: — Мистер Миллер на месте, сидит, копошится с завучем в бумажках. Кажется, они переживают, что завтрашняя проверка может не ограничиться походом по кабинетам, — восстанавливая дыхание, отрапортовал он, подходя к Майку и через плечо заглядывая в содержимое ведра. — Это всё, что нужно для их плана? Дастин зашуршал пакетом, припрятанным за учительским столом, извлекая на свет несколько химических растворов для мытья полов, видимо, украденных из каморки уборщиц. Майк тряхнул головой, выкидывая воспоминания, связанные с этой самой каморкой, не вовремя подкинутые подсознанием. — Это же опасно! — негодующе повысил голос Уилл. — Если это всё попадёт на открытую кожу, неизвестно, чем может закончиться. Неужели они настолько хотят подставить нас?.. Подойдя, Майк осторожно взял тонкую ладонь в свою и ободряюще сжал, улыбаясь уголками губ: — Ничего не случится, мы им помешаем. — Мне кажется, мотивы есть у этого… как его… — убирая растворы обратно в пакет, Дастин задумчиво почесал подбородок, — который гомик… — Бред, — опустил глаза Уилл. — Да! У Бреда. Я, когда подслушивал их план, понял, что его задел какой-то твой отказ. Уж не знаю, в чём именно дело, но обозлился он сильно. Так же мотивы есть у брата Эмили. Рой сказал, что никто до этого не бросал его сестру… Эмили натравила его на меня. — Дастин вымучено оскалился. — Ну и педиков он ненавидит, говорил, что лично займётся тем, чтобы с Уиллом было покончено. Сказал, раз тогда он всё-таки нашёлся, теперь так не повезёт… Содрогнувшись, Уилл распахнул глаза и пошатнулся, рискуя потерять точку опоры. Не растерявшись, Майк торопливо притянул его ближе и обнял, позволяя облокотиться на свою грудь. Дастин испуганно замер, не зная, что предпринять. — П-простите, что не сказал раньше, не хотел вас пугать… — Ты не виноват, — негромко ответил Майк, ослабляя объятья и осторожно убирая с лица Уилла непослушную чёлку. — Я не понимаю, почему им помогает племянник директора. Какая ему выгода с этой авантюры? — не сразу пришёл в себя Байерс. — Его же вроде за стукача считали, нет? — Дастин поясницей облокотился на одну из парт. — Помните, год назад он старшеклассников с алкоголем директору сдал? — Хочешь сказать, решил исправить подмоченную репутацию в глазах «крутых» ребят? — догадался Майк, на что друг философски пожал плечами. — В любом случае, почти десять, они вот-вот придут. Я на место, а вы в коридор, ждать сигнала. Уилл закусил внутреннюю сторону щеки. Предстоящая часть ненадёжного плана нравилась ему меньше всего. Лучший друг не понимал, почему именно Майку предстоит прятаться в кабинете и смотреть, какие махинации эти уроды проводят с вёдрами и химией. Майк не стал объяснять, насколько боится провала или дальнейшей расплаты. Дастин и Уилл останутся в тени, их задача — заманить директора в нужный кабинет. Всё внимание мудаков достанется Майку: именно он подаст сигнал о начале, раскрывая своё присутствие. Поэтому и мстить, в случае чего, будут Майку. Главное — смягчить удар для друзей и обеспечить какую-никакую безопасность. Дастин возвёл глаза к потолку, словно обращаясь к высшим силам, и тут же посмотрел в сторону двери, на ходу снимая рюкзак и доставая оттуда рацию. Майк последовал его примеру. — Мы готовы? — не своим голосом спросил обычно жизнерадостный и лёгкий на подъём Хендерсон. — Готовы, — кивнул Майк, отдавая рюкзак другу и проверяя работу рации. Уилл взволнованно обтёр взмокшие ладони о ткань джинс, подошёл к Майку и быстро, пока Дастин уничтожал последние улики их пребывания в кабинете, поцеловал его в гладкую щёку: — Ты всегда был самым храбрым, кого я знал. Ты говорил, что я — твой пример для подражания. Это забавно, потому что ты — мой. С самого детства. И, не давая опомниться, вышел в коридор. — Зло всегда получает по заслугам, так говорила моя бабушка, — Дастин хлопнул его по плечу, скрываясь следом. Дверь закрылась. Придя в себя (времени на размазывание соплей не было), Майк сжал рацию, подходя к намеченному месту. Просвет между окном, прикрытым плотными жалюзями, и стеллажом с учебниками, макетами, склянками и прочей ерундой, необходимой на любом уроке химии, выглядел как нельзя подходящим. Он был небольшим, к счастью, Майк отличался высоким ростом и очень на данный момент удачной худобой. Осторожно протиснувшись, он поправил жалюзи, раздвигая тканевые полоски для комфортного просмотра, и приготовил рацию, предварительно, на всякий случай, ощупав карман брюк. На месте. Хорошо. В коридоре послышались шаги нескольких ног и приглушённые голоса. Дверь распахнулась. — Вы так и не ответили, что будет, если нас засекут, — невысокий парень, со странными рыжими волосами, падающими на веснушчатый лоб, скрестил руки на груди и сжался, опуская голову. Именно ему предстояло внушить дяде, кто на самом деле подстроил обрушение химикатов на головы проверки. И, кажется, он уже жалел о своей значимой роли в запланированном беспределе. Майк вжался в стену, чувствуя, как пальцы сводит судорога напряжения. Главное, по неосторожности себя не выдать. — Если засекут, ты сделаешь всё, чтобы нас отмазать, — угрожающе прошипел главарь, вытаскивая на свет вёдра и подготовленный пакет. Его движения показались Майку странно дёргаными, хаотичными и неровными. — Я согласен с Чарли и тоже не в восторге от нашего плана. Это опасно, — Бред вздохнул, с неохотой вынимая резиновые перчатки и принимаясь медленно откручивать крышки вонючих растворов. — Когда Зомбёнка и остальных обвинят, их исключат из школы и могут даже отправить на исправительные работы в колонию для несовершеннолетних… Подобных слов, какой-то иллюзии беспокойства за судьбу Уилла, а тем более, их всех, от этого парня Майк ожидал меньше всего. От парня, с которым когда-то, словно это было в другой реальности, увидел у злополучного фонарного столба Уилла. Своего милого доброго Уилла, думающего, что он, со своей ориентацией, остался один против всего мира, что только такой же изгой, переживший подобное, может его понять. С того момента Уилл так и не рассказал, что именно произошло. Теперь это неважно. Майк и сам понимает. Бред предложил встречаться или, того хуже, переспать, а Уилл отказал. Видимо, поцелуя с нелюбимым человеком, которого он знает от силы пару дней, более чем хватило для первого опыта и понимания, насколько ему этого не надо. А Бреда задело. Настолько, что он собственноручно ввязался в это дерьмо. — Гомиков никто не спрашивает, — Рой схватил одну из бутылок средства для мытья полов, неожиданно и подло выливая часть на чужую светлую рубашку. Бред вскрикнул, зажимая рот, и попятился назад, пока не упёрся в парту, — ты слишком далеко зашёл. Если сейчас свалишь, мы с Чарли сами всё провернём, а после пойдём в полицейский участок и анонимно расскажем, как ты с парочкой тупых малолеток подкараулил и избил Байерса, а после пробрался на его задний двор и сломал ту халупу. Думаешь, нам не поверят? Ты сам распинался, как шериф трахает его мамашу. Да они будут счастливы отомстить хоть кому-нибудь. Тем более после обвинений, которые завтра свалятся на их дорогого Зомбёнка и его друзей. Бред выпучил глаза, в ужасе прижимая руки к груди: — Ты просто чудовище! Да все будут знать, что Байерс со своими друзьями-неудачниками не способны подвесить вёдра в кабинете химии и облить какой-то хернёй комиссию из Форт-Уэйна! Шериф Хоппер возьмётся за это дело и оправдает их! Ты даже не знаешь, чем они сейчас занимаются, у них наверняка будет алиби. То, что мы делаем — бесполезно! — Ты правда думаешь, этот идиот Миллер не поверит своему племянничку? — Рой нахмурился, становясь в разы устрашающей, его отталкивающее лицо исказилось в гримасе ярости. — Доказательств «за» и «против» толком не будет, достаточно слов Чарли, который скажет, что видел их здесь накануне, когда возвращался за учебником химии. Этого с лихвой хватит минимум на исключение. Потому что кого-то обвинить всё равно придётся, иначе у школы будут проблемы, почему бы и не их? Майк судорожно втянул носом воздух, невольно сжимая карман брюк. С ума сойти. Ситуация и без всех деталей казалась серьёзной, а сейчас и подавно — форменное безумие. Всё, что начиналось с маленьких ниточек, сплелось в огромный толстый канат, который им предстоит распутать с минимальными потерями. Бред тем временем подскочил к Чарли, хватая испуганного парня за плечи и остервенело встряхивая: — Мы должны уйти отсюда, пока не поздно! Рой свихнулся! — на глазах Бреда выступили слёзы, руки и губы мелко подрагивали: — Я, блять, признаюсь! Признаюсь, что поступил подло, когда после отказа Уилла встречаться со мной напал на него и разрушил его замок! Но я был в отчаянии! Вы не знаете, какого это — быть единственным педиком на всю школу, когда каждая собака смотрит на тебя, как на урода!!! Я думал, получится переключить внимание на Байерса! — Ты заплатил мне, чтобы я распустил слухи, якобы он отсасывает старшеклассникам… — тихо прошелестел Чарли, перебирая пальцы. — Уилл никому не рассказал, — Бред медленно осел на пол, руками вцепляясь в отросшие светлые волосы, — не рассказал, кто с ним так поступил… он понимал мою боль, а я отплатил ему… побоями, сломанным замком, этим всем, — он обречённо махнул рукой в сторону заполненных раствором вёдер. — Знаешь, что, Рой? Иди, куда хочешь! Я больше в этом не участвую, — и, закрыв лицо руками, неожиданно разрыдался. На Роя истерика и душевные метания не произвели никакого впечатления. Холодно криво оскалившись, он схватил одно из вёдер с плескавшейся в нём мутной жидкостью и медленно направился к бывшим товарищам. — Да вы совсем с ума посходили? — проговаривая каждое слово, безумно вращал глазами он. — Да я утоплю тебя в луже кислоты и собственной рвоты за эти пидорские сопли. Я согласился присоединиться к вам лишь из-за твоих россказней о том, как ты изменился и какой план придумал, а теперь отступаешь?! Икнув, Чарли, путаясь в ногах, рванул к выходу, но запнувшись, мешком с сомнительным содержанием полетел на пол, судорожно вставая на колени и прижимаясь к стене. Майка, замершего соляным столбом, словно парализовало от количества новой информации. Смотря, как Рой подходит к Бреду, готовясь облить его непонятно чем, он судорожно включил рацию: — Приём. Дастин. Скорее. Тащите директора. Тут такое… — Приём. Поняли. Приём, — служило лаконичным ответом. Рой заторможенно, словно во время трансляции по телевизору зажевало плёнку, обернулся на источник звука: — Тут есть кто-то ещё. Выходи! Отодвинув жалюзи, Майк, больше не видя смысла скрывать своё присутствие, показался всем присутствующим странной сцены в самом обыкновенном кабинете химии. Рой смотрел на него абсолютно безумным остекленевшим взглядом. — Что ты здесь делаешь?.. — Бред ухватился за край парты, тяжело поднимаясь. — Пытаюсь разобраться во всём. Кажется, у меня получилось. Роковая на сегодняшний вечер дверь распахнулась с оглушающим хлопком: — Какого чёрта происходит?! — мистер Миллер осоловело огляделся по сторонам, первым делом задерживаясь взглядом на странных вёдрах, потом на перепуганном племяннике и только после на всех остальных. За его спиной маячил завуч, пытаясь удержать обеспокоенных Дастина и Уилла, то и дело норовивших пролезть через руки и попасть в кабинет. Майк предусмотрительно отошёл подальше, извлекая из кармана старый тяжёлый диктофон: — Здесь всё записано. С опаской приподняв руки, мистер Миллер сделал осторожный шаг к неподвижному отстранённому Рою: — Ты. Да, ты. Немедленно убери это чёртово ведро, мы не знаем, что в нём находится. На мгновение помещение погрузилось в странную тишину, от которой резало уши. — Вызывайте полицию! — не своим голосом заорал Бред. Майк вздрогнул, невольно хватаясь за руку прорвавшегося к нему Уилла. Всплеск. Директора окатило мутно-голубой жидкостью.

***

Переведя дыхание после недолгого, но эмоционального и тяжелого рассказа, Майк подвёл итоги: — У директора, судя по всему, ожоги второй степени: этот придурок Рой додумался подмешать кислоту в жидкость для мытья полов... Бред и Чарли в голос утверждают, что не знали об этом. С делом будет разбираться Хоппер, диктофон у него на расшифровке. Впечатленная, Макс сложила ладони лодочкой и прижала ко рту: — С ума сойти, никогда бы не подумала, что брат Эмили настолько чокнутый! — глухо воскликнула она. Дастин нахмурился: — Вы ведь тоже думаете, что он так себя вёл не потому, что очень хотел мне за разрыв со своей сестрой отомстить? Подсев поближе, Джейн осторожно коснулась его ладони, накрывая своей — небольшой, с аккуратно подпиленными ногтями. Она подбадривающе улыбнулась, обнажая очаровательные клычки, и чуть стиснула пальцы: — Мне кажется, он был не в себе... — Ты хочешь сказать... — ошарашенно начал Майк, не до конца осознавая и принимая, к чему ведёт подруга. Джейн перебила, торопливая выбрасывая слова, будто ей было неприятно даже думать и как-то соприкасаться с затронутой темой: — Да, я читала. Наркотики. Они могут объяснить его неконтролируемое поведение в последние месяцы. Надеюсь, Джим поймёт, что его следует проверить. Не удивлюсь, если... — Джейн опустила глаза и передёрнула плечами, — если вчера он тоже был под дозой. Гостиная погрузилась в тишину. Каждый обдумывал услышанное. — Не могу поверить, что ты, — первой из ступора вышла Макс, презрительно ткнув Майка в грудь тонким пальцем, — и ты, — указала на съёжившегося Уилла, — нам ничего толком не рассказывали. Возможно, если бы мы все раньше взялись за решение проблемы, она бы не приобрела такие масштабы. Майк виновато улыбнулся, стискивая её загорелое плечо, покрытое милыми веснушками: — Прости, Макс, но мы должны были решить этот вопрос самостоятельно. — Понимаю, — Мэйфилд раздосадованно кивнула, поджимая губы. Она всегда отличалась проницательностью и умом, особенно когда того требовала ситуация. — В любом случае, я рада, что это конец. — Всё ещё не верится, — подал голос Уилл, осторожно прижимаясь к Майку. Теперь, когда друзья знали картину в полной мере, знали, что произошло в последние месяцы и чем всё закончилось, можно было не скрывать подлинные чувства. В их кругу остались самые понимающие, искренние и преданные. Те, кто знают Майка и Уилла такими, какие они есть. Которые любят их, несмотря на «неправильность» этих отношений. Их настоящие друзья. — Уилл, теперь Хоппер и Джойс узнали о твоей ориентации, как они... — Дастин замолчал, старательно подбирая слова: — отнеслись к этому? Уилл еле заметно повёл плечами, и Майк ощутил, как Байерс сжался, становясь в разы меньше и беззащитней. Дастин выбрал неудачный вопрос, второй день висевший над Уиллом тёмной тучей, в любой момент готовой пролиться долгими осадками. Майку оставалось тихонько надеяться: не для того, чтобы быть отвергнутыми самыми близкими людьми, они с Уиллом прошли этот чёртов дохрена сложный путь. — Нам ещё предстоит разговор на эту тему. Джонатан знает, он поможет, если что-то пойдёт не так... — помедлив, ответил Уилл, заметно нервничая. Друзья переглянулись, оказывая молчаливую и такую нужную сейчас поддержку. Слова были лишними, потому что, кажется, неприятности наконец-то закончились. И Майк всё ещё не мог в это поверить. Чарли сделали выговор за неполное, но участие в опасной деятельности; Бреда вместе с Роем взяли под стражу до выяснения обстоятельств. И если Бреда отпустили на следующее же утро — Уилл настоял, решительно отказавшись писать заявление и привлекать старшеклассника к заслуженной отвественности — то Роя накажут по всей строгости закона. Если Джейн права, и в деле с самого начала были замешаны наркотики, арест может спасти его жизнь, или, на крайний случай, хотя бы её продлить. — Через пару часов выставка, готовы? — прервал молчание Дастин, возвращая компанию в текущую реальность. Будто и не было вчерашнего вечера, полного новой информации, стресса и трёх часов в полицейском участке. — На первое место, к сожалению, в этом году рассчитывать странно, может, хотя бы в тройку войдём, — вздохнув, озвучила общую мысль Макс, и тепло, по-солнечному, улыбнулась. Джейн, приглашённая для моральной поддержки, рассмеялась первой, заявив, что не всегда им забирать славу у других, не менее талантливых команд. Её смех подхватили остальные.

***

— Я одним глазом посмотрел разработки остальных, — тяжело дыша, Дастин разочарованно выпалил, — у нас нет шансов. Команда издала синхронный вздох и покосилась на скромненькую конструкцию из досок, горящей лампочки, проводов и переливающейся из одного места в другое воды. Выглядело, в принципе, достойно. Для работы их команды в начальной школе. — Я пытался, — развёл руками Уилл. Именно его идею взяли за основу, но, к сожалению, не смогли достойно реализовать. Майк любовно усмехнулся: лучшего друга не особо волновал факт предстоящего поражения. И правильно. Может, в выставке они не выиграли, зато выиграли в любви. А это в миллион раз важнее. Есть стимул в следующем году постараться на славу. Правильно Джейн сказала: не всегда их команде быть первой, да и скучно это. — Главное не победа, а участие, — глубокомысленно изрёк Дастин и тут же прыснул, отворачиваясь в сторону. Следом за ним посыпались остальные, смотря, как важные дяденьки и тётеньки, присланные из местного научного комитета, ходят от одного стенда к другому, пугая без того взволнованных участников, и загадочно кивая друг другу. — Я немного слышал о том, что произошло вчера, — неожиданно сказал Лукас, до этого стоявший в стороне, словно он и не из этой команды, и хранивший пасмурное молчание, — что теперь с комитетом из Форт-Уэйна? Мистер Миллер в больнице. Майк посмотрел в его осунувшееся печальное лицо и ощутил острый прилив жалости к бывшему другу. Пусть Лукас не понял, пусть сам отрёкся от их дружбы, в итоге оставшись особняком, Майк не чувствовал злости. Он в любой момент готов принять Лукаса обратно. Слишком дорожит, слишком привязан. Хотелось верить, что однажды Синклер поймёт. Поймёт и вернётся. — Они приехали, — ответил Уилл, смотря себе под ноги, — завуч должен был провести их по школе и показать нужную документацию. — Ясно, — Лукас тоже опустил глаза и замолчал. Майк подумал, что сегодня больше не услышит его голоса, как вдруг Лукас подошёл прямо к нему, встал напротив, и негромко начал: — Я взял в библиотеке книгу Френсиса Мондимора. В ней он исследует проблемы сексуальной ориентации и анализирует историю гомосексуальности с античных времен, понимаешь? Я знаю, вы все злитесь на меня, и это, наверное, заслуженно, — не прерываемый никем, Лукас набрал в лёгкие побольше воздуха, — мне по-прежнему неприятны подобные отношения, но сейчас я стараюсь разобраться в своей гомофобии. Это важно. Вы с Уиллом мои друзья, несмотря ни на что, и я начинаю догадываться, что проблемы не в вашей ориентации. Проблема во мне. — Лукас... — шокированно произнёс Майк. — Не нужно, Майк, я знаю, как сильно обидел вас, и мне жаль. Мне чертовски жаль, что я такой. Я буду меняться, честное слово, — он бросил быстрый взгляд на Макс, низко-низко опустившую голову и ловившую каждое его слово, — и, может, однажды вы сможете простить меня. Он улыбнулся, и пусть получилось устало и расстроенно, но по-настоящему искренне. — Ты всегда можешь проводить с нами время, правда, ребята? — подняв глаза, улыбнулся в ответ Уилл, остальные энергично закивали. — Тогда ты поймёшь, что мы с Майком совсем не изменились. Мы прежние. Прежние твои друзья. Лукас протянул руку, Уилл вложил в неё свою. Контраст тёмной и светлой кожи показался Майку самым красивым контрастом, которое он видел в жизни. — Спасибо, Уилл, — Лукас чуть стиснул его ладонь, тут же отпуская. К ним подошла комиссия, до которой сейчас никому не было дела. Майк почувствовал, как в груди расправляет крылья вера в настоящее лучшее будущее для них всех. Это было прекрасное завершение всех проблем и недомолвок.