Небо в ... алмазах? Неверно. В ромашках.

Хаято сидел за столом и внимательно штудировал учебник по истории. Он любил историю, впрочем, как и все остальные предметы. Парень учился хорошо, даже не так, он учился отлично и шёл на золотую медаль. Но при этом не был ботаником. Пусть у него не было сильной тяги к мечу, зато он очень любил мотоциклы. Отец гордился сыном и знал о его увлечении, а поэтому возил его на всякие соревнования и даже купил ему уличный спорт-байк Kawasaki Z800. Откуда деньги? А вот это отдельный секрет. Или вы думаете, сейчас так легко прожить на зарплату учителя итальянского и литературы? Конечно можно... Но дополнительный доход ещё никому не помешал. Закончив читать параграф о периоде революционных войн 1792—1815 годов, блондин фыркнул. — И это учебник? Да чему тут вообще можно научиться? — в который раз Хаято возмущался нынешней системе образования, — Самое интересное как всегда упускают. Его ворчание прервал звонок в дверь. Он поднял взгляд на часы - для отца рано, да у него ключи есть. Кого могло принести? Лениво поднявшись на ноги и потянувшись, парень пошёл в коридор. Открыв дверь, он удивился. Напротив него стояла женщина лет тридцати пяти с каштановыми волосами и зелёными глазами. На ней туфли на невысоком каблучке, синее атласное платье строгого фасона, чёрный пиджак и золотые серьги. Шикарная укладка и идеальный макияж. Вот только улыбка на губах какая-то натянутая. — Хаято? Боже, дорогой, как ты вырос! — спохватилась она, шире улыбаясь и обнимая мальчишку. Суперби младший в шоке смотрел на женщину. Когда та выпустила его из крепких объятий, он, недоумевая, произнёс: — Простите, мы знакомы?.. Брюнетка звонко засмеялась: — Ты что, уже собственную мать не узнаёшь? Сколько лет мы не виделись? — она, не спрашивая разрешения, прошла в квартиру и осмотрелась. — М-мама? Женщина молча кивнула и, не снимая дорогих туфель, прошла в большую комнату. Ничего необычного. Светлые обои, большой угловой диван, два пуфа-кресла, плазменный телевизор, ниши с разными фотографиями отца и сына, цветы в горшках на подоконнике. Очень тепло и уютно, даже не скажешь, что квартира принадлежит двум мужчинам. — Неплохо устроились, — она пробежалась по интерьеру изучающим и оценивающим взглядом. — Что тебе нужно? Хаято не знал как вести себя с ней. По рассказам отца он знал её как женщину, предавшую Скуало и бросившую и забывшую про сына. Но он был рад. Рад, что она всё-таки пришла. — Напоишь маму чаем? — она, все также улыбаясь, посмотрела на парня. — Да конечно... — неуверенно ответил тот и пошёл ставить чайник. Когда чайник вскипел, двое расположились в зале на мягком диване, поставив кружки с ароматным чаем и вазочку с печеньем на стеклянный журнальный столик. — Какой ты взрослый. Тебе уже шестнадцать? — женщина провела рукой по щеке сына. — Да, — кивок в ответ, — Мама... И, не выдержав, Хаято кидается в её объятия. Он скучал. Он ужасно скучал. Хоть отец и отзывался о ней крайне не лестно, но где-то в глубине души блондин не мог злиться на неё, он ждал, что настанет день и она вернётся к ним. Женщина крепко обняла сына в ответ. — Ты вернёшься к нам, да? — Думаю, твой отец это не одобрит, — усмешка. — Папа будет рад! Хотя... — Да уж. Суперби очень обрадуется. — А почему вы вообще разбежались? — он знал, но хотел выслушать и её версию. — А отец не рассказывал? — парень помотал головой, — ещё бы он рассказал. Я думала, наплёл тебе, что я такая плохая... — Так почему? — Да отец твой... — она пробежалась взглядом по стенке, — Давай не будем об этом? Где сейчас Скуало? Хаято утвердительно кивнул. Раз она не хочет рассказывать, он не будет заставлять. — Отец в школе. У него сегодня секция по фехтованию. — Секция? Школа? — женщина была поражена, — Давненько мы не общались... Помнится, он учился в полицейской академии. — Полиция? — Хаято был в шоке, — Он никогда не рассказывал... Ну ладно, я ему сейчас позвоню, скажу, чтобы домой поторапливался. Он любил и уважал своего отца. Он знал, что в своё время Суперби многим пожертвовал, чтобы поднять сына на ноги. Они зачастую сидели вместе, говорили о том, о сём. Суперби рассказывал истории из молодости, но ни разу не упоминал о том, что учился на полисмена. Он позвонил отцу и с радостью сообщил, что мама вернулась и что она хочет с ним поговорить. Как и ожидалось, Скуало был в шоке и, кажется, даже немного разозлился. Прошло около двух с небольшим часов, когда они услышали звук открывающегося замка и голос мужчины. — Хаято? Парень радостно улыбнулся, а женщина бросилась на встречу блондину, вновь вернув себе беззаботную улыбку. — Боже, Суперби, что с твоим лицом? — Дебора, что тебе нужно? — Что-то ты совсем не рад меня видеть. — Я не вижу в этом ничего удивительного, — оскал. — Я пришла по делу, — лицо девушки стало серьёзным. — Я не желаю тебя видеть. Выметайся, — он потащил её к дверям. — Скуало, выслушай! — на зелёных глазах появились слёзы. Чертыхнувшись, мужчина остановился. Он мог перенести многое, но не женские слёзы, и она это знала. Затолкнув брюнетку на кухню, он попросил сына подняться уйти к себе в комнату. — Ну? — он сел на стул, и взглядом велел сесть женщине напротив. — Я хочу вернуться. Суперби закатил глаза и чуть слышно рассмеялся. Он ожидал многого, да хотя бы присмотреть за её фикусом, но Деборе всё же удалось его удивить. — Я серьёзно, — она посмотрела в глаза бывшего мужа. От прежних слез не осталось и следа. Зелёные глаза смотрели с явной надеждой, — Я скучала, я хочу вернуться. — Что? — Суперби даже прифигел от такой наглости, — Ты с ума сошла? — Почему же? — она удивлённо уставилась на него, как на неразумное дитя. — Дебора, — в глазах мужчины появился стальной блеск, — Ты забрала у меня всё что можно, не появлялась в течении четырнадцати лет, а сейчас заявляешь, что хочешь вернуться?! — Суперби, как ты не понимаешь! Я была молодой. Конечно, сын в девятнадцать лет мне не был нужен! Я признаю, что была не права, глупа, да как хочешь... — Уходи, — мужчине стало тошно находиться возле неё. Он прекрасно понимал, что ничего уже быть не может. Он никогда не прощал предательства. Конечно же, тогда он был молод и горяч. Наверное, именно поэтому так остро среагировал на измену с её стороны. Но, если бы брюнетка хоть раз за это время появилась в его жизни, Скуало смог бы её простить. Ведь он любил её. По-настоящему любил и готов был каждый день носить на руках. Когда они развелись, Скуало долго пил и переживал, а за сыном приглядывала его мама. Из этого состояния его выдернул старый друг и бывший одноклассник. Блондин до сих пор считает себя обязанным Кавалоне. — Скуало, я хочу начать новую жизнь. С тобой и нашим сыном, — она положила свою руку поверх его и заглянула в глаза мужчины. Занзас зашёл в трёхэтажный особняк, громко хлопнув дверью. Дом милый дом. Тишина и покой. Он облегчённо выдохнул и всучил пиджак подошедшему дворецкому. — С возвращением домой. Будете ужинать? — Нет, и прошу сегодня меня больше не беспокоить, — краем глаза он заметил мальчишеские кроссовки. — Дома? — Да. Такеши вернулся с тренировки два часа назад. Его привёз Освальдо. Брюнет кивнул и разрешил мужчине удалиться. Вытащив из кармана брюк чековую книжку и повестку в суд, швырнул их на стол, находившийся в коридоре. — Глаза б мои вас не видели. Он направился прямиком к себе в кабинет. Но, как говорится — покой нам только снится. — Папа! С возвращением! — прозвенел радостный голос возле него. — Такеши, сколько раз просил, давай потише, — Занзас чуть сморщился, понимая, что двух громкоорущих существ за один день он не выдержит. — Да, было дело, — звонкий смех. Парень запустил руку в каштановые волосы, — А мы сегодня в школе контрольную писали по геометрии. Ты не представляешь, что это был за ужас! Мужчина стоял, держась за ручку двери в свой кабинет и глядя на сына. Тот рассказывал о том, как провёл свой день, кто какие перлы сегодня отпускал в классе, что ел на обед и что-то ещё. Причём всё это произносилось громко, быстро и сопровождалось активной жестикуляцией. — А на тренировке семпай, сказал, что у него для меня какой-то сюрприз, но так и не рассказал какой! — смех, — Ну вот как так? Он специально, чтобы меня помучить ожиданием? Наверно на выдержку проверяет! А потом... — Такеши! — громко произнёс брюнет. Нет, он больше не выдержит. Занзас прекрасно знал, что про своего обожаемого учителя из додзё сынок мог болтать часами, — Прекрати. У меня был тяжёлый день и сейчас абсолютно не до тебя. Занзас открыл дверь в кабинет и тут же закрыл, не давая парню возможности даже вставить слово. Расслабив галстук на рубашке, он прошёл к бару, достал стакан и излюбленный виски. Удобно устроился на диване и включил телевизор. Пощёлкав каналы и, так и не найдя ничего путного, оставил канал новостей. Для фона. Нет, Занзас не был бесчувственным чурбаном, он понимал, что слишком резко и грубо ответил сыну. А они и так редко видятся в последнее время. Тяжёлый вздох и пара глотков крепкого напитка. Да, пожалуй, он слишком много уделяет внимание бизнесу и отдаляется от семьи. А Такеши был его единственной семьёй. Пусть парень ненавидит его (именно так порой думал Занзас), пусть говорит про него всякие гадости, но он любил сына и старался сделать всё, чтобы у того было самое прекрасное будущее, он старался накопить как можно больше, чтобы у сына после него осталась надёжная финансовая платформа. Но нужно ли это самому Такеши? Кажется, об этом он спросить забыл. И заглушая ненужную головную боль и мысли, мужчина делает ещё пару глотков дорого виски. Парень стоял перед захлопнутой дверью пару минут, а потом чуть горько улыбнулся. Да, в последнее время захлопывающуюся дверь отцовского кабинета, он видел чаще, чем самого мужчину. Выдохнув, он пошёл к себе в комнату. Завалившись на большую двуспальную кровать, брюнет уставился в потолок. Он понимал, что у отца сейчас какие-то проблемы на работе, что у него дела, но было ужасно больно. Всё же он подросток и хочет хоть толику внимания к себе. Ещё раз горько усмехнувшись, Такеши перевернулся на живот. Несмотря на всё это, он любил отца и был ему благодарен. Он с огромным счастьем вспоминал те моменты, когда они проводили время вместе. Когда отец играл с ним в детстве, как катал на закорках, как возил на море или учил ловить рыбу, когда Такеши было двенадцать лет. Как они вместе смотрели по вечерам фильмы и всегда завтракали вместе... Скуало перевёл взгляд на часы. Уже одиннадцатый час. Как долго они просидели на кухне? Проведя рукой по волосам, зачёсывая чёлку, он поднялся на ноги. Нужно выгонять Хаято из-за компьютера и отправлять спать. Завтра ещё учебный и рабочий день. — Дебора, прошу тебя, уходи. — Скуало, — она потупила взгляд в пол. — Ну что ещё? — Мне некуда идти. Можно я останусь тут... Хотя бы на одну ночь, — и на зелёных глазах вновь блеснули слёзы. _____________ Знаю, что этот вариант не лучше, но всё же :О Кидайте тапки, чешки, сапоги и шпильки, но я остановлюсь на этом варианте С: