Поломанная игрушка

      Эрик Стивенс не помнит момента, когда он понимает, что любит боль. Возможно это происходит после того, как его партнер случайно дает ему по лицу во время секса, и им обоим это нравится. А может, это случается еще раньше, в приюте, где он никогда не упускает возможности подраться. Весь подростковый период Эрик ходит с синяками разной степени заживания; ему дважды ломают нос, но оба раза ему везет - нос срастается хорошо, почти ничего не заметно. После окончания школы, Эрик решает: нахуй Калифорнию. Масачусетский университет славится своей неподкупностью, и Эрик гордится тем, что поступает туда. Он чувствует себя важным и особенным ровно до первого занятия. Масачусетский учит его выживать в условиях сумасшедшей конкуренции. Именно там Эрик встречает своего первого дома, им становится один из преподавателей университета. Стивенс прилежно учится днём и, не менее прилежно - ночью. Ощущение чужого контроля опьяняет и вместе с тем, успокаивает его, привносит в жизнь упорядоченность и покой. Когда ему остается учиться всего год - случается страшное. Его профессор неожиданно умирает. Инсульт. ...Такое с каждым может произойти, столько стресса... ...скорбим больше всех... ...он был таким молодым, всего сорок семь лет... ...невосполнимая утрата для университета... ...навсегда в наших сердцах... Эрик сидит на похоронах, и эти избитые фразы обтекают его, как водяные капли, скользящие по слишком плотной маслянистой поверхности. Кое-как Стивенс заставляет себя закончить университет (Он бы этого хотел, так нужно) и записывается в армию. Сосущее чувство пустоты и отсутствие контроля толкают его на этот шаг. Но, вопреки ожиданиям, армейский режим не приносит должного облегчения, а лишь усугубляет ситуацию. Армия ожесточает его, закаляет и без того сложный характер. Характер, с которым может справиться только по-настоящему сильный и властный топ. И Эрик находит его в лице Улисса Кло. С этого момента весь мир Стивенса сводится к одному единственному человеку, который полностью контролирует все аспекты его жизни, включая карьеру. Кло намного старше, опытнее, ему нет равных в подчинении себе людей, и поначалу Эрику нравится роль его саба. Предложение оставить его метку на теле звучит невинно, даже возбуждающе, и Стивенс почти сразу соглашается. Со временем, меток становится все больше, но Эрика это не беспокоит, это ничего. Даже как-то необычно - грязный маленький секрет только для них двоих. Эрику приходится носить одежду с длинным рукавом и отказаться от рашгардов - подумаешь. Благодаря протекции Кло Эрик получает должность в Вибраниум Индастриз. Он уже давно не был так счастлив: отличная работа, которая ему нравится, топ, который его удовлетворяет, новый друг в лице В'Каби... Внезапно всё рушится в один момент, когда Эрик узнаёт о двойной игре Кло. Нет, он не сдаёт его, не направляет письмо руководителю Вибраниум Индастриз, не шантажирует Кло угрозами сообщить обо всём в полицию. Но тот факт, что Улисс Кло оказывается нечестным человеком, меняет между ними всё. И когда правда наконец вскрывается, а Улисс бежит из страны, Эрик чувствует облегчение и пустоту внутри. Как первый заместитель Кло, Эрик становится новым руководителем Нью-йоркского филиала Вибраниум Индастриз. Это очень важная должность, и он не хочет облажаться. После ухода Улисса на Эрика обрушивают лавину проверок. В'Каби помогает ему во всём разобраться, и Эрик думает, как же ему повезло с В'Каби. Отныне, Стивенс с головой погружается в работу, только она спасает его от всепоглощающего мрака одиночества. И так происходит до тех пор, пока он не отправляется на совет директоров в Ваканду, и не встречает там Т'Чаллу Удаку.

***

Эрик сидит в самолёте, увозящем его в Нью-Йорк, и смотрит, как мимо иллюминатора проплывают облака. Его сердце разбито вдребезги, а осколки засели в груди, не давая как следует вздохнуть. Эрик сильный и не будет плакать, даже бровью не поведёт, не покажет своих истинных чувств. Но всякий раз, как он закрывает глаза, перед ним возникает перекошенное от гнева лицо Т'Чаллы, а в ушах звучат его слова: "Я не верю, мистер Стивенс, что вы не принимали в этом участия. Ваш любовник много месяцев подряд обкрадывал Вибраниум Индастриз. Хотите сказать, вы ничего об этом не знали? Какая ложь". Конечно, Т'Чалла ему не поверил. Да он бы и сам не поверил в эту историю, уж больно она глупо выглядит. Он, Эрик, глупо в ней выглядит. Сложно поверить в то, что он был таким тупицей, но он был. И до сих пор такой. Как иначе объяснить тот факт, что когда месяц назад Кло вдруг прислал ему смс, вознамерившись напомнить о себе, Эрик не удалил её, а оставил в своём телефоне. Чем, блять, он думал? Зачем решил сохранить эти тупые Соскучился-по-твоим-крикам строчки? Неужто из-за светлых воспоминаний? Разумеется, Т'Чалла сразу нашёл это проклятое смс и пришёл в такую ярость, что переминающемуся рядом с ним с ноги на ногу Эверетту Россу стало совсем не по себе, но он никуда не ушел. Уж лучше бы ушёл, честное слово! И позволил бы Т'Чалле сорваться, выпустить пар, избить его, Эрика, до потери сознания. Эрик бы не стал защищаться, даже руки бы не поднял, чтобы закрыться от ударов. Но Т'Чалла Удаку не избил его, вместо этого он сказал, голосом чужим и холодным, как лёд: - По этому вопросу будет проведено тщательное расследование. Вы временно отстраняетесь от работы, без сохранения жалования. Пожалуйста, покиньте здание, мистер Стивенс. Пропуск можете оставить на выходе. От этих горестных воспоминаний Эрик тяжело вздыхает и отворачивается от окна. До Нью-Йорка ещё лететь и лететь, нужно попробовать немного поспать. Но сон не идёт, и Эрику кажется, что он ещё очень долго вообще не сможет спать.

***

Он боится, что к тому времени, как он приземлится в Нью-Йорке, его доступ к документации компании будет уже закрыт, но ему везёт. Похоже, здесь еще никому не известно, что его отстранили, что ж, это всё упрощает. Эрик скачивает все отчёты Нью-Йоркского филиала за последние пять лет и принимается за работу. На разбор всего этого добра уходит масса времени, но Эрик не отступает, он не привык сдаваться без боя. И пусть его отношений с Т'Чаллой это не восстановит, он должен узнать правду. Ведь если Улисс Кло покинул Вибраниум Индастриз больше двух лет назад, а грузы всё равно продолжают исчезать, значит, он действовал не один, и его сообщник по-прежнему работает в компании Т'Чаллы. И Эрик узнает кто это. Его квартира медленно, но верно превращается в уютное холостяцкое гнездышко. Стивенс всегда предельно аккуратен, каждая вещь у него лежит на своём месте, однако теперь это нечто среднее между помойкой и офисным складом бумаг. Диван заваливается несвежей одеждой и пустыми коробками из под пиццы, столы заставляются пустыми чашками с присохшими к стенкам остатками чая, жестяными банками из под энергетиков и кипами листов с вычислениями. Посреди всего этого хаоса высятся три монитора, к которым неотрывно приковано внимание Эрика Стивенса. Недельная щетина и порванная на локте светлая водолазка лишь добавляет ему сексуальности, но оценить её некому. Эрик проверяет и перепроверяет сметы поставок двухлетней давности, и всё больше убеждается в том, что нашёл человека, стящего за всем этим. Он уже знает его имя, но ещё не хочет признаваться в этом себе. Он отказывается в это верить, но сухие цифры не оставляют ему другого выбора.

***

- Не знал, что тебя уволили, - говорит В'Каби слегка морща нос; кислый запах вчерашней еды и чужих носков бьёт ему в нос прямо с порога. - Не против тут слегка проветрить? - спрашивает он подходя к окну и поворачивая ручку. - Сколько ты уже здесь торчишь? Почему не позвонил сразу, как приехал? - Я был занят, В'Каби, - отвечает Эрик прохладно. - Сперва надо было кое в чём разобраться. В'Каби окидывает комнату пристальным взглядом, на какую-то долю секунды задержавшись на кипе бумажных расчетов и трёх негорящих мониторах. - И как, разобрался? - Почти. Эрик встаёт прямо напротив друга, взгляд его чёрных; неподвижных глаз не предвещает ничего хорошего. - Когда ты планировал рассказать мне, что проворачиваешь за моей спиной грязные делишки с Кло? В'Каби смотрит в ответ без страха. Он большой и сильный, и знает Эрика, как облупленного. Так чего ему бояться? - Я бы рассказал, - тянет он медленно. - Но ты никогда меня об этом не спрашивал. Стивенс шутку не ценит и подступает к мужчине ещё на шаг. - Да ну? - говорит он отрывисто. - Интересно, почему? Может потому, что доверял тебе и всегда считал тебя лучшим другом? Мне и в голову не могло прийти, что мой друг и мой... мой... - Любовник, - подсказывает В'Каби. - Твой любовник и твой лучший, - он показывает пальцами кавычки, - друг сговорились за твоей спиной, ты это хотел сказать? - Да, это, - Эрик выглядит злым и потрясённым одновременно. - За что, В'Каби? Я думал мы друзья. - Ох, блять, Эрик! - не выдерживает В'Каби. - Кончай эту херню, брат, не еби мозги! - его толстые губы расплываются в злорадной улыбке. - Кло, хоть и был извращенцем и педиком, но ты в сто раз его хуже. Ты просто шлюха, которую он имел во все дырки. А место в компании ты получил только благодаря своим талантам в постели, и все это знают. На виске у Эрика начинает биться жилка - недобрый знак. - Что ты сказал? - спрашивает он тихо, и его голос сейчас полон смертельной угрозы. - Что слышал, мудила, - В'Каби делает шаг назад и едва уловимым движением достаёт откуда-то ствол. Мощное дуло упирается Эрику прямо в лицо, и тот замирает на месте, недоверчиво уставившись на человека, которого еще минуту назад считал своим другом. - Думал я с тобой шутки шутить пришёл? - говорит В'Каби. - Нетушки, заебало! Друзья, блять! Столько лет за всеми вами хвосты заносил, сначала за Кло, чуть ли не жопу ему подтирал, а он взял, да и отдал мою должность тому, кто подставил ему свою жопу. Злой смех В'Каби вызывает у Стивенса новый приступ отвращения. - О чём ты говоришь, - морщится он. - Кло и не собирался делать тебя своим замом. Он не доверял тебе, говорил, что ты не справишься. - Вот как? - лицо мужчины искажает болезненная гримаса. - И ты в это веришь? Надо же. А мне он совсем другое говорил. Знаешь, он вообще много чего мне говорил, Эрик. Думаешь, я не был в курсе вашего порно-попурри? Да Улисс мне всё время хвастался, фотки, там, всякие показывал, постоянно рассказывал, как он сладко тебя ебал. Да я, блять, такое видел, что потом глаза с мылом мыть приходилось! - голос В'Каби снова срывается на крик, а могучая грудь тяжело вздымается. Но потом он берёт себя в руки и говорит уже спокойнее, чеканя слова. - Ты, Эрик, может и считал меня другом, но мне таких друзей, как ты и даром не надо, понял? Несколько мгновений в квартире стоит звенящая тишина, с улицы доносится отдалённый звук полицейской сирены и шум машин. Нью-Йорк продолжает жить своей жизнью, но для Эрика время замирает. Он оцепенело смотрит на В'Каби, на лице которого отражается смесь отвращения и ненависти, которые он, без сомнения, уже давно питает к нему. - Зачем тогда всё это? - говорит наконец Эрик, и голос его предательски дрожит от едва сдерживаемых эмоций. - Зачем тебе понадобилось притворяться так долго? Почему сразу не открыл все карты, как только Кло ушёл из компании? - Зачем? - фыркает В'Каби. - А как иначе мне было заполучить эту должность? Кло сбежал, ты получил его место, а я что? Или ты сделал бы меня своим замом несмотря на то, что я тебя, сука, не перевариваю? - Сделал бы, - твёрдо говорит Стивенс. - В первую очередь я оцениваю сотрудников и их поступки с точки зрения пользы для компании. - Ну да, - снова фыркает В'Каби, и ствол в его руке едва заметно дёргается. - До тех пор, пока очередной ёбарь не нарисуется на горизонте и не поманит плетью, или что там тебя сильнее всего заводит? Ты ведь именно так и поступил, да? Увидел Т'Чаллу Удаку и потёк, как сучка... - Заткнись, - прорычал Эрик, не дав В'Каби закончить. - Слышь, ты, гандон, полегче тут затыкай, а то я тебя так заткну, мало не покажется! В'Каби злится и размахивает стволом перед носом у бывшего друга, но он и в половину не так сердит, как Эрик Стивенс, по-прозвищу Киллмонгер. Прозвище, которое он получил в армии, вполне заслуженно, но Эрик не любит вспоминать об этом. Эрик Стивенс любит подчинение и контроль, потому что он знает: если он не станет подчиняться, если его некому будет контролировать, то вся его сила, вся мощь, тщательно сдерживаемая ярость, вырвутся на свободу и будут разрушать его изнутри, пока сам он будет разрушать всё то, что снаружи. Эрик не хочет этого, не хочет больше никого убивать. Он уже совершил достаточно плохих поступков в жизни, и смерть В'Каби пока не входила в это число. Пока тот не упомянул Т'Чаллу Удаку. Эрик дышит глубоко, стараясь успокоиться, но кровь уже стучит в висках, когда он произносит медленно: - Не смей говорить о Т'Чалле, никогда. В'Каби собирается что-то ему ответить, но тут неожиданно раздаётся стук в дверь. Оба мужчины замирают на месте. - Кого-нибудь ждёшь? - спрашивает В'Каби тихо. Эрик в ответ напряжённо качает головой; несколько дредов падают ему на глаза, но он не решается их убрать. Пистолет в руке В'Каби дёргается в сторону двери. - Открывай. Медленно. Без глупостей. Эрик направляется к двери, чувствуя спиной упирающееся меж лопаток дуло. Адреналин кипит в его крови, но когда он видит, кто стоит на пороге, его сердце обрывается. Т'Чалла Удаку. Эрик молча смотрит на него, одетого в простую толстовку и джинсы. Курчавые волосы, бородка, внимательные, блестящие глаза. За долгие месяцы расставания Стивенс успел позабыть, как же красив Т'Чалла Удаку. А может, он никогда и не знал этого по-настоящему. Ещё никогда Т'Чалла не выглядел настолько привлекательно в глазах Эрика. И ещё никогда в своей жизни, Эрик не был так не рад его видеть.