Демоны ищут тепла и участья

Не бечено — Какого чёрта? — Рудбой в его голове практически кричит, но Охра даже не морщится, продолжая высматривать среди толпы студентов одного очень даже определенного. Тот находится не сразу, но как только демон видит мелкую заразу, устроившую ему столько проблем, он тут же срывается с места. Ванечка его замечает сразу же, и даже пытается сбежать, но естественно так ни хрена и не успевает. Охра видит порхающие испуганными птицами мысли, и едва удерживается от того, что бы не сожрать их все, оставив Фаллену только те, которые были бы выгодны ему самому. — Нам нужно поговорить, — нехорошо ухмыляется, стискивая Ванин локоть, и волочет его в сторону жилого корпуса. Ванечка вроде как пытается вырваться, но Охра слишком зол, чтобы обращать на это внимание. — Я не думаю, что это хорошая идея, — парень делает ещё одну отчаянную попытку вырваться. Впрочем, как и минутой ранее, у него абсолютно ничего не выходит. — Это не имеет значения, — голос у демона практически срывается на рык, и Ваня резко перестаёт сопротивляться. Он наконец-то осознаёт, что Охра даже не думает шутить, когда тот затаскивает его в свою, скорее всего, комнату. — Мне надоело то, что ты постоянно убегаешь, — Ваня с трудом отслеживает момент, когда он оказывается вжатым в кровать. Демон абсолютно точно пьян и возможно это причина его неадекватного состояния. Ваня надеется на это. Он всматривается в чёрные глаза и мысленно зовёт Рудбоя. Не то, чтобы тот лучше к Ване относится, даже скорее хуже, но на самом деле, в этом весь смысл и был. — Даже не надейся, — Охра морщится, слышит, конечно же слышит. — Он тебя не услышит, не он читает здесь мысли, я. — Ты можешь прочитать мои, — «и понять, как я тебя сейчас ненавижу» — это подразумевается, но Охра никак не реагирует, не собираясь ослаблять хватку. — Как же вы оба меня заебали! — говорит вместо этого, и Ваню немного царапает это «оба», Неужели он ухитряется сраться даже с Рудбоем. — Он ничего не понимает, — Охра продолжает. — Да, пожалуйста, — внезапно фыркает, будто бы отвечает совсем не Ване, и чёрные глаза вновь сменяются голубыми. — Прости, — то, что Рудбой первым делом извиняется, становится нехеровым таким сюрпризом. — Тебя-то за что? — Ваня потирает покрасневшие запястья, болезненно морщится. — Я хотел его остановить, — почему-то Рудбой всегда выглядит грустным. Фаллен думает, что скорее бы вздёрнулся, чем постоянно пребывать в такой депрессии, и радуется, что в отличие от Охры Рудбой не умеет читать мысли. — - Он нас слышит? — спрашивает так тихо как может, будто это смогло бы спасти их. Рудбой лишь пожимает плечами, он не чувствует чужого присутствия впервые за много лет. Но почему-то это не кажется хорошим признаком, он скорее может с минуты на минуту начать паниковать. — Без понятия, — всё же озвучивает. Стать вновь контролирующим ситуацию приятно, но не настолько, чтобы отринуть все остальные факторы. — За что он так тебя? — откуда Ванечка знает, что всё последнее время Рудбой сидел «под замком» — не ясно. — Пытался не давать ему за тобой таскаться, — в голосе Рудбоя внезапно слышится оттенок презрения, будто бы Ваня — шлюшка, внезапно позабывшая правила игры. Фаллен едва не вспыхивает, но всё же вовремя берёт себя в руки. В конце концов, стремление Рудбоя развести их по разным углам ему только на руку. Так что Ваня только улыбается приторно. — Не получилось? — спрашивает с мнимым сочувствием. — Нет, — Рудбой устало фыркает в ответ. Оба знают, что не вызывают друг у друга положительных эмоций, но кажется, сейчас их единственный шанс обсудить текущую ситуацию. — Зачем я ему понадобился? — Ванечка страдальчески морщится, всем весом плюхается на стоящую позади кровать. С Рудбоем, как ни странно, ему абсолютно спокойно. — Потрахаться не с кем, — явно что-то не договаривает, но Ваня лишь понятливо кивает, потому что ну этот-то пункт в их дальнейших взаимоотношениях демон прописал точно. Так что, даже если у Охры есть в придачу ещё какие-то скрытые мотивы — Ванечку это явно не спасёт. — А если я не хочу? — даже возмущение выходит каким-то наигранным, потому что… — Если не хотел бы, он к тебе и не подошёл бы, — Рудбой закатывает глаза, всё же садится рядом. — Он мысли твои читает, помнишь? Не все и не всегда, но говорить, что ты его не хочешь — чушь, — чувствуется, что на Фаллена он злится именно поэтому, из-за невозможности всё поменять. — Лучше бы не помнил, — отвечает честно, облокачиваясь на Рудбоя. Не слишком- то безопасно — зато удобно. И подразнить хочется. Тот, как ни странно, даже не думает отталкивать. *** — И когда ты успел вернуться? — переступив директорский кабинет, Замай меньше всего ожидает увидеть там Шокка. — Несколько дней назад, — тот ему в ответ ухмыляется широко, внимательно осматривает мнущихся рядом с Андреем эльфов. Их всего пятеро — смельчаки, которых выпинали из родительского дома ради налаживания дружеских отношений. Они — совсем ещё мелочь, но нос задирают, просто потому что просто не могут иначе. Эльфы же. Замай, фактически, пытался закрыть их своей спиной, и Диме было очень интересно, как именно прошли его «каникулы». — Пополнение? — он знает, что пройдёт некоторое время, прежде чем они сумеют смириться с мыслью, что директор вернулся. Как ни странно, ему была дорога эта работа и, несмотря на то, что теперь Мирон для него был потерян окончательно (ой, как будто бы он этого не понял ещё тогда), сейчас, учитывая прибывших эльфов, необходимо было сделать вид, что Академия работает в штатном режиме. И Оксимирон, который в ближайшее время явно не сможет отлепиться от своего ненаглядного, этого обеспечить не мог. Охра с Рудбоем походу вообще ебанулись окончательно… Жене можно было вообще доверить всё что угодно, но Дима её не знал. Все почему-то никогда не брали во внимание, что ему тоже дорога Академия, чёрт, он, между прочим, принимал участие в её создании. — Им уже выделили комнаты, — он попытался дружелюбно улыбнуться эльфяткам, но тут заметил её. Тоненькую светловолосую эльфийку, единственную девчонку из всей группы. Замер на мгновение, отказываясь верить, что ухитрился встретить свою судьбу именно здесь. Ирония судьбы, пока он всеми силами пытался вызвать Окси на разговор, страдал по нему, делал, наконец, вид, что ему глубоко похуй, выхлоп был откровенно хуёвый. Но стоило ему только приехать сюда, между прочим, только с мирными намерениями, как тут же пришлось спасать того, кого спасать не слишком-то хотелось. И всё это привело к тому, что он встретил эльфийку, на которой тут же захотел жениться. — Я провожу их и вернусь, — Замай кажется заметил его остекленевший взгляд и поспешил утащить своих подопечных подальше. *** — Что здесь происходит? — однако он действительно вернулся. Дима фыркнул пьяненько, протягивая Андрею ещё один стакан. — Всего лишь я, — Шокк поморщился, заливая в себя ещё и ещё. — Но ведь парой демона может быть только человек? — Замай свой стакан всё-таки забрал и теперь решился задать интересующий вопрос. Вообще-то вопросов было куда больше, но конкретно этот был наиболее насущным. — Я тоже так думал, — Дима пожал плечами. — Представляешь, после стольких лет это всё-таки девушка. — Да уж, у нас теперь, похоже, половина преподавательского состава правила внутреннего распорядка нарушает, — Андрей тяжело вздохнул, а Дима наконец-то заметил на его запястье брачный браслет. Эта традиция была распространена только у эльфов, и Шокк удивлённо вскинул брови. — Это долгая история, — серьёзно предупредил Андрей, так сильно сжимая стакан, что казалось, ещё секунда, и он треснет. — Никуда не тороплюсь, — Дима развёл руками. Они не были врагами, даже наоборот, вполне нормально общались, если встречались. Тем более, как директор, Шокк явно намерен был защищать своих сотрудников. Да и просто алкоголь на голодный желудок… — Окей, — Замай собрался с разбегающимися мыслями и начал: «Мотивы Оксимирона Замай понимал прекрасно. Возможно, он действительно слишком нарывался. Но, к чёрту, Мирону необходимо было что-то пересмотреть в своих со Славой отношениях, пока это всё не закончилось бедой. Поэтому Андрей и не хотел уезжать, боялся, что за время его отсутствия случится что-то непоправимое. В любом случае, теперь выбора у него не оставалось. Ехать к эльфам казалось очередной безумной идеей, просто поводом, чтобы убрать его подальше. Но Мирон всё ещё был тем, кто нанял на работу охотника, не побоявшись, что, тот слетит с катушек. Андрей умел быть благодарным. На месте его встретил хмурый пограничник, предложивший ему отдохнуть с дороги. У Андрея создалось такое впечатление, что они попросту не ожидали, что он приедет так быстро. И видимо, никто их не предупредил, что он — охотник. Он правда всё понимал, но если Мирон в ближайшее время не разберется в личных проблемах, вся Академия пойдёт по пизде. Так что он просто вежливо улыбнулся и проследовал за парнем. Тот оказался не таким уж хмурым, скорее испуганным. Ещё бы, у них слишком долго не было никаких визитёров. Комната оказалась чудесная. Большая и светлая. — Извините, если что, мы можем поменять ваш комнаты, — и тут до Андрея дошло. Чертова слава охотника. Ну конечно, он же должен жить исключительно в бункерах с сотней уровней защиты. — Меня всё устраивает, — едва сдержался, чтобы не закатить глаза, но мальчишка не был виноват в том, что прислушивается к мнению старших. Как и в том, что Замай во все эти рамки откровенно не вписывался. Единственное, он действительно практически нуждался в том, чтобы кого-нибудь защищать. Но с этим, при работе с детишками, проблем вообще никогда не было. — Я приду за вами, как только король будет готов принять вас. Еду вам принесут через некоторое время, — Замай лишь кивнул, надеясь, что эльфы не догадаются принести ему сырого мяса. А комната действительно была хороша. Она была очень светлой благодаря большим окнам, из которых открывался великолепный вид на сады. Возможно, там были ещё и грядки, Замай слышал, что эльфы практически всё, что едят, выращивают сами. К тому, их отвары ценились крайне высоко. Он уселся на мягкую кровать, думая, чем бы заняться. Парочка книг, которые он увидел на столике, были на эльфийском, но в каждой были крайне занимательные картинки. Он не был так уж уверен, что они полностью соответствуют содержанию книги, но, по крайней мере, по ним он мог представить, о чём она. Конечно же, он мог бы ещё сотню раз обдумать, о чём говорить с Ардхонадаром, но у него был едва ли не расписанный сценарий, и больше даже думать он об этом не хотел. Через некоторое время в дверь постучались, и вошла миленькая эльфийка с подносом. Заметно было, что она не прислуга, а просто любопытная девчонка, пришедшая своими глазами взглянуть на нечто интересное. Самым классным было то, что она совершенно его не боялась. Возможно, их затея и не была такой повальной. Девушка была как раз подходящего возраста. Из радужных мыслей его вырвал голосок прелестного создания. — Мы не знали, что вам понравится, поэтому, если вас что-то не устроит, позвоните в колокольчик, — она улыбнулась ему, ставя поднос на столик и достав из кармана маленький серебристый колокольчик. Судя по всему, это был вполне себе артефакт. Он не понимал, почему бы ей не остаться, пока он не снимет с подноса крышку и не скажет ей всё сам, но девушка ушла слишком быстро, чтобы он хотя бы мог спросить её об этом. Видимо, если не боялась, то, по крайней мере, не должна была здесь находиться. На подносе оказались фрукты и вино. В принципе, он был вполне себе доволен, кроме, конечно, того, что на нормальный прием пищи это тянуло слабо. К счастью, эльфийское вино было скорее вкусным, чем пьянким. Так что, когда ему наконец-то сообщают, что Ардхонадар готов его принять, он совсем не чувствует себя пьяным. — Я рад, что вы нормально добрались до нас, — король оказывается самым типичным эльфом, которого только можно было ожидать. Высокий, красивый холодной красотой блондин. Замай едва сдерживает смешливое фырканье. Возможно, он не так уж и не пьян. — Спасибо, дорога действительно была лёгкой, — он усаживается на указанное ему кресло напротив короля. — Вы должны понимать, насколько страшно моим людям отправлять своих детей в враждебную среду, — видимо, наконец-то они поговорят о деле. — В Академии дети будут в безопасности, — Замай пытается говорить убедительно. — Я верю в ваши слова, я доверяю Оксимирону, — судя по лицу, ничуть. — Но как я могу быть уверен, что кто угодно из других детей не захочет причинить им вред? — В том-то и дело, они всего лишь дети, — Андрей мягко улыбается, вспоминая обитателей Академии. — Несмотря на то, что большинству из них больше двадцати, они всё ещё готовы нас услышать. Вы же знаете, одна из целей Академии, не допустить повторения войны. — Знаю. Нам понадобится ещё какое-то время, чтобы выбрать кандидатов, — Замаяя это удивляет, вроде как они знали о его приезде задолго до этого дня, почему ещё никого не выбрали. — Нам необходим был взгляд со стороны, — будто бы в ответ на его мысли. — Очень сложно понять, кто и как будет реагировать оказавшись на совершенно чужой территории, — а вот это Замай понять вполне способен. Буквально все, кто мог бы поехать с ним, за всю свою жизнь не видели ничего кроме эльфийских земель. Так как они почувствуют себя, оказавшись вдали от родного дома? — Мы отобрали человек пятнадцать, завтра покажу вам каждого из них, и вместе постараемся оценить, как они справятся. У всех замечательные успехи, все вроде как смелые, умные и так далее, — чувствовалось, что эта необходимость выматывает Ардхонадара. Эти студенты будут представлять в стенах Академии всех эльфов и ясно было, что король не хочет облажаться. Это было вполне естественным. — Почему именно завтра? — Андрею не слишком-то хотелось здесь задерживаться. Дела в Академии подгоняли, не давая расслабиться. — Завтра выходной день, не стоит срывать их посреди занятий, — а вот тут заметно было, что юлит король, потому что конкретно для него — это явно не являлось проблемой. Только вот ему как раз торопиться не хотелось, хотелось как можно лучше узнать странного охотника, убедиться, что в его намерения не входит какая-нибудь пакость. — Да, хорошо, — Андрею явно оставалось просто смириться, вряд ли бы Ардхонадара удалось бы переубедить. — Вечером будет приём в честь вашего приезда. Вы обязаны там присутствовать. Познакомитесь с родителями кандидатов, — ага, чтобы те потом знали, кого убивать, если с их чадами драгоценными что-нибудь стрясётся. Это было просто кошмарной идеей, на самом деле, но Замаю ничего не оставалось, кроме как кивнуть, соглашаясь. — Тогда не смею вас больше задерживать, — и Ардхонадар позвонил в колокольчик, так похожий на тот, что сейчас лежал у Андрея в кармане. Обратно в комнату его проводила уже служанка. К счастью, они с Мироном предвидели это и парадная одежда у Андрея с собой была. Так что, когда та же служанка явилась за ним под вечер, он был вполне готов. На приёме, кажется, собралось всё высшее эльфийское общество. Всем интересно было глянуть на охотника. Красивые, изящные, практически все они были для Андрея одинаковыми. За вечер его представили многим, и все они, хоть и поддерживали разговор, и улыбались вежливо, все боялись его. Если и их дети были такими… Неужели Мирон настолько сильно ошибся? Вернулся к себе он в ужасном расположении духа, так и хотелось что-нибудь расколошматить. Как они собираются завоёвывать расположение тех, кто заочно считает их монстрами? На следующее утро поднос с завтраком ему вновь принесла вчерашняя девушка (та, которая не служанка). Очевидно было, что она хочет его о чём-то попросить, но ей было неловко. — Чего-то случилось? — он улыбнулся ей. Кто-то когда-то сказал ему, что он умеет располагать к себе, дарить чувство безопасности. Он не знал так ли это на самом деле, но обитатели Академии любили его. — Я хочу войти в состав группы! — она говорила уверенно, да и ему казалось самой подходящей на эту роль. Так в чём же была проблема? — Я племянница Ардхонадара, мои родители погибли на войне, и мой дядя приютил меня. И он никогда не отпустит меня в Академию, — она казалась отчаявшейся. — Я попробую тебе помочь, — он не собирался давать никаких обещаний, вполне возможно, он прямо сейчас наберёт себе группу и сможет отправиться с ними домой. — Спасибо, — она светло улыбнулась, явно и не рассчитывая на что-то другое. Ей достаточно было хотя бы надежды. Поев, к счастью, на этот раз еда была больше похожа на еду, а не на десерт он спустился в один из залов, где и стояли, сбившись в кучку, претенденты. Он едва некрасиво не заржал. Они так тряслись, что напомнили ему небольшую рощицу. Возможно, следовало брать кого-то более взрослого? В любом случае, на первый взгляд он не видел никого подходящего. Они по очереди представились, рассказав о себе, и пояснив, почему хотели бы поехать в Академию. Кажется ни для одного это не было добровольным решением. Более или менее его устроил лишь один парень, кажущийся слишком пофигистичным, чтобы трусить. Он указал на него, предлагая другим пока ещё немного доучится. Кажется, никто кроме Ардхонадара не расстроился. Хотя, судя по их вчерашнему разговору, король чего-то подобного и ожидал. Парня они тоже через некоторое время отправили восвояси, но Замай окончательно решил, что тот вполне подходит. — Есть другие варианты? — спросил у Ардхонадара, когда они оказались в его кабинете. — Да, мы выберем ещё пятнадцать человек к завтрашнему дню, — кажется, мысленно король уже создавал список. — А ваша племянница? — он мог бы подождать, не заявлять этого прямо, но на самом деле, то что он говорил о ней сейчас, могло наоборот развязать ему руки в будущем. Она — племянница короля, так почему Ардхонадар, который заставляет участвовать в этой «программе по обмену» буквально всех, не хочет, чтобы в ней участвовала она? Стоило вынести это на всеобщее обсуждение и добром бы это не кончилось. — Откуда вы о ней знаете? — глупый вопрос, но Андрей не стал на него отвечать, не стоило подставлять девушку ещё больше. — Она помолвлена, — король сам продолжил их разговор. — Так в чём проблема, можем взять и жениха, — судя по всему, тема была больная, почему-то Андрей не сомневался, что особой любовью будущие молодожены друг к другу не питают. А значит, король видимо и боится, что оказавшись за пределами его досягаемости детки наделают глупостей. — Я включу их в завтрашний список, — судя потому, как Ардхонадар стиснул зубы, сделает всё, чтобы Андрей их не выбрал. И вообще-то тому бы не ссориться с властьимущими, но с трусливыми зайчиками, которых он встречал до этого, каши явно не сваришь. Дальнейший разговор как-то не задался и вот Замай вновь оказался в своей комнате. А на завтра случилось странное. Он вдруг почувствовал, что девушка, оказавшаяся в следующей партии «добровольцев», самое лучшее, что могло с ним случиться за всю жизнь. Старательно отгоняя от себя мысли о «любви с первого взгляда» он осмотрел всех остальных претендентов, тут же заметив свою протеже, и видимо её жениха. Оба единственные выглядели здесь в своей тарелке. Между собой они тоже вроде как ладили, и Андрей не очень понимал опасения Ардхонадара. Остальные, даже услада его сердца, вновь выглядели крайне напуганными. Впрочем, он решительно взял троих, Алиниэль, покорившую его сердце, племянницу короля и её жениха. Имена у тех были те ещё, он предполагал, что так и не сможет их произнести. Впрочем те, видя его затруднения, предложили варианты близкие к общепринятым: Настя и Юра. Так делали практически все в Академии, иначе рисковали сломать язык, так что этим двум Замай был благодарен. Алиниэль была другой разговор, красивая, утонченная, ему так хотелось все отведенное ему время провести подле неё. Да и она, хоть и опасалась его, нет-нет да бросала робкие взгляды, и улыбалась загадочно. А вечером служанка передала ему записочку, где девушка предлагала ему встретиться в саду. Он понимал, что возможно это преждевременно, но поделать с собой ничего не мог. И встретился, и понял, насколько она хороша, ещё лучше, чем он мог, когда бы то ни было себе представить. В тот день они ограничились одним лишь поцелуем. На следующий они должны были выбрать последнего добровольца, но ни один не подходил. А затем в коридоре он столкнулся с Настей, которая попросила его не связываться с Алиниэль. Сказала, чтобы он хотя бы получше узнал её. Не говорила ничего конкретного и Андрей не прислушался. Как оказалось, зря. Теперь они проводили вместе каждую свободную минутку. Последний доброволец всё никак не мог отыскаться, так что Андрей радовался жизни. Писал отчёты на отъебись Мирону, как-то ухитрился забыть, зачем вообще торопился назад, в Академию. — Я люблю тебя, — шептал ей на ухо, после проведённой вместе ночи, прежде чем впасть в лихорадку. Очнулся он лишь через неделю, не понимая, чем ему так понравилась Алиниэль, и с недоумением разглядывая брачный браслет на запястье. Женился он, как оказалось, на Юре, женихе Насти, долбанная же Санта-Барбара. И брак этот был нерасторжимым. Как оказалось, в его еду добавили приворотное зелье, чтобы склонить охотника на свою сторону, только вот у того был маленький неприятный побочный эффект, стоило переспать с объектом страсти — и ты труп. И противоядие было только одно. Тут несчастный Юрочка покраснел до ушей, и Андрей подумал, что парень ему нравится — тонкий, изящный. Хотя в голову и закралось подозрение, что он так уже которого эльфа описывает. Так вот, способ был прост, заключить брак, магический, с кем-нибудь другим. Настя внезапно решила, что многим ему обязана и попыталась заключить брак с ним сама, но её магия откровенно не одобрила, о чём говорил уже подживший ожог на запястье. Тогда внезапно вызвался Юра, тот вообще непонятно с какой стати, вот и сейчас покраснел, и тут магия решила, что они вполне друг другу подходят. Почему Алиниэль всё же с ним переспала? Король раскрыл заговор, во главе которого стоял её отец, и тот сел в тюрьму, так что девушка просто отомстила, скрывшись с места преступления. Вероятно, подумала, что смерть охотника развяжет конфликт между Академией и эльфами. Потом Андрей проснулся, и теперь он был женат, а им всё ещё не хватало двух добровольцев. Король Ардхонадар принёс свои глубочайшие извинения, хотя и видно было насколько он сам недоволен развитием событий. Замай их великодушно принял, и хотя Юра ему нравился, он не совсем понимал, что с тем теперь делать. К счастью, после свадьбы прошло всего два дня, перед тем как они всё-таки подобрали подходящих и направились в Академию» — Нихуя себе, — Дима выглядел немного ошарашенным. — То есть она племянница эльфийского короля? Замай кивнул, он не очень удивился, то практически всю остальную информацию Шокк прослушал, только что нашедшие свою пару демоны были на редкость невнимательны. — Зато я понял, почему магия не одобрила, — он нервно хихикнул, глядя на Диму, до которого видимо только дошло, что его будущая жена чуть не вышла замуж за кого-то другого. — Видимо да, — Андрей выдохнул, когда понял, что рукоприкладство всё-таки откладывается. Было ясно, что ну вот совсем не зря беспокоился эльфийский король.