На острие

Одна бутылка вслед за другой. От подростка многого можно было ожидать, но явно не этого. Парень, в силу своего упрямства и ненависти ко всему живому, тем самым бросил вызов стереотипам. Фигуристов, как правило, расценивали приверженцами здорового образа жизни. Но блондин для себя решил иначе. Сидеть в пустой квартире, такой же пустой и пыльной, как его душа, вливать в себя до беспамятства алкоголь и посылать все к черту. Он мог это себе позволить. Не потому что слабый, а потому что сильный и независимый от мнения окружающих. Даже слишком. Девушка тихо, словно кошка, подходила к дивану, обеспокоенно глядя на юношу. Ей были чужды его мотивы, непонятны. Едва ли не наступив на разбитую бутылку, о стекло которой легко можно было порезать ногу, брюнетка резко отскочила, тем самым привлекая к себе внимание парня. Блондин горько усмехнулся. Его лицо выражало то ли действительную насмешку над происходящим, то ли хорошо прикрытую ненависть. — Чего приперлась? — А ты?.. Почему пить начал? — Ха, вот уж не думал… — он помедлил. Убрал прядь волос с лица, встал, пошатнулся и посмотрел на девушку так, будто хотел ее тотчас убить. В его глазах заиграли огоньки. Ненависти. — Интерес проявляешь, значит? — Не поняла… Её голос звучал тихо, дрожал. Почти эхом отдавал от серых стен квартиры, с которых сыпалась краска, которые неумолимо трескались. За окном бушевал ливень. Ветер сносил с ног случайно попавших под ненастье людей. Все выражало чувства души обоих. Юрий фыркнул и повернул лицо в сторону окна, откуда падал тусклый свет, освещая подавленное лицо юноши. По щеке скользнула слеза, предательски обжигая щеку. Вся накопившаяся обида выливалась сейчас не криками и упреками в сторону ближайшего окружения, а слезами. Стереотип о том, что парни не плачут, сейчас казался фигуристу диким и недостойным внимания так вообще. Юрий всхлипнул, плечи его пробила нервная дрожь. — Ты из-за Жени?.. — Дарья испуганно посмотрела на Плисецкого. — Догадалась, — парень нервно рассмеялся. — Просто друзья… — Голубки же! — Идиот! — воскликнула брюнетка. Все внутри до боли, до тошноты сжалось. В этот раз она не отказала себе в удовольствии выказать слабость. Слёзы. — Это шутка была!.. Все же, поборов свою дурную гордость, блондин приблизился к девушке и, притянув к себе, крепко стиснул в объятиях. Дарья вздрогнула, никак не ожидая этого. Дышать стало тяжелее, в глазах мелькали невнятные обрывки происходящего. Она не чувствовала ни его тепла, ни холода окружающей обстановки. Ничего.

***

Девушка вскочила в холодном поту. Дыхание было прерывистым, сердцебиение настолько частым, что казалось, несчастный орган вот-вот покинет грудную клетку. Убрав спадавшие на лицо волосы назад, она попыталась вспомнить, что же случилось накануне. — Что… — Даша судорожно трясущимися руками разблокировала телефон и зашла в «Вконтакт». — Что вчера было?.. На странице Юрия красовалась надпись: «заходил вчера в 21:04». Но следующее окончательно повергло девушку в шок. «Юрий ограничил доступ к своей странице.» Внутри все сжалось. К горлу подступил ком. Хотелось не столько плакать, сколько кричать и бить кулаками о стены, пока те не будут разбиты в кровь. Откинув одеяло и оставив телефон с открытой страницей Юры, Даша побежала в коридор. В это время, Ната как раз направлялась в комнату, проверить состояние подруги. — О, проснулась?.. — она не успела договорить. — ЧТО Я ВЧЕРА СКАЗАЛА?!.. — практически срываясь на рыдания, прокричала брюнетка. — Успокойся. В смысле, что? — Про Юру… Что?.. Что было?! В её глазах отражался огонек, тот, который присущ только людям давно сошедшим с ума. У Дарьи явно ехала крыша. Вечно голодная, брошенная на произвол судьбы и испытавшая значительную кучу проблем, она не могла идти дальше. Она упала. И встать не смогла. — Да ничего такого. Если ты о том, что я вас с Женей голубками назва… Не выдержав больше, Волк без сил рухнула на колени и, согнувшись, уткнулась лбом в пол. Слезы неприятно щипали глаза и лицо. Все тело дрожало. У девушки случился нервный срыв, перетекший в истерику. Плач был слышен по всей квартире. Благо, кроме двух девушек, здесь не было ни души… В итоге, Дарье пришлось выпить уйму успокоительных таблеток, чтобы опять провалиться в сон. Тело вовсе ослабло, её не то что трясло, а даже как-то лихорадило. Во сне она опять попала туда же, куда и в прошлый раз. Только вот жертвой был отнюдь не парень, а она сама. — Ююр… — М? — Прости… Я такая глупая… — Не плачь, все нормально. И соберись уже, хватит ныть. Бесишь.