Рыжая Соня и все мы

В Пансином бестиарии церберы значились, как побочный продукт разведения гармов. Гармы – это такие здоровенные псы, похожие на ирландских волкодавов. Только ещё крупнее. Это служебная и охотничья порода. Цербер может родиться у старой гармихи, которую по уму надо уже исключать из линии разведения, но среди гармоводов встречаются очень алчные типы, которые все соки выжимают из своих производителей. Причём родиться – это сильно сказано. На самом деле получается очень печально. Цербер – это по сути, три щенка гарма, которые ещё в брюхе у матери спутались шерстью на боках. Теперь представляете, каково бедной собаке, которая пытается родить этот клубок? Обычно мать погибает, и щенки тоже выживают далеко не всегда. Церберы – звери неуклюжие, глуповатые и медлительные. Несмотря на это, их нередко используют, как сторожей. Дело в том, что головы цербера засыпают не одновременно и спят по очереди. Шерсть цербера отражает заклинания – не все, правда, но очень многие. Включая непростительные, но это когда она растёт на цербере. Свитер из такой шёрстки не спасёт от Авады или Круцио, но от Секо, например, защитит. А слюна цербера содержит вещество, разжижающее кровь. То есть, рана от укуса будет кровоточить, не заживая, долгое время, а если не принять меры, то и вовсе истечёшь кровью, как гемофилик. Ну и ещё слюна цербера используется в разных интересных зельях. Поэтому наши и всполошились так. Ингредиент редкий, дорогущий, а тут его можно получить практически на халяву. Живого цербера хотелось поглядеть многим. Валентинки всеми силами пытались увязаться за Хагридом, то подлизывались и предлагали помощь, то крались за ним, прячась под чарами… Всё безрезультатно. Здешний Хагрид на лесть не вёлся, самозваных помощничков посылал троллю в зад, а слух у него был, как у рыси. И рука тяжёлая. Да и характер, гм… Я тоже к нему подъезжала. Да, знаю, я взрослая баба, по идее, должна быть и умная, но… То ли пацанячьи гормоны влияют, то ли детство моё, астмой угробленное, в недобрый час в жопе взыграло… М-да. Короче, я спрятался в нише за доспехами, подкараулил лесника и выскочил перед ним с фломастерами наперевес: - Хагрид, у тебя татуировка, наверное, уже стёрлась? Давай, я тебе новую нарисую! - Нахрен! – рявкнул Хагрид, выставив ладони перед грудью. – Эээ… то есть, не надо, Гарри, не стоит, я старую-то еле отмыл… Облом. Ладно, попробуем зайти с другого боку. - Хагрид, а правда, что ты цербера кормишь? Великан тяжело вздохнул, видно, его уже достали вопросами на эту тему. - А как он выглядит? - Большой, лохматый и вонючий! – отрезал Хагрид. – Возьми в библиотеке бестиарий Дамиана Сюрвейера, там картинки подробные… - У нас у Панси есть, но картинки – это одно, а вживую… Великан длинно втянул воздух сквозь зубы. Я невольно попятился. - Гарри, он воняет, - раздельно и чётко произнёс Хагрид. – Смердит так, что даже мне дурно, а ведь я привычный! Ты в момент сблюёшь или, того гляди, в обморок завалишься! Он достал платок и трубно высморкался. - И тупой он. Уже вроде привыкнуть должен, я ж ему каждый день мясо таскаю, так нет! Орёт в три глотки и на дверь кидается. Хорошо, что цепь короткая! И заговорённая… - А зачем тогда его держат в школе, если он такой… ну, вонючий и агрессивный? - А хрен его знает! Господин директор… великий человек Дамблдор, нас, ничтожных, в свои планы не посвящает! На, держи, и чтоб я тебя здесь больше не видел! Эээ… то есть, не ходи в этот коридор, Гарри, тут действительно опасно! С этими словами он сунул мне в ладонь приличный пук длинной спутанной шерсти, развернул к себе спиной и подпихнул коленом под пятую точку, так что из коридора я вылетел «бегом-прыжками». В гостиной мой «трофэй» оценили высоко, а вот порыв – значительно ниже. Маркус пообещал лично надрать мне уши, если не перестану искать на свою попу приключений. Шерсть, кстати, если чем и пахла, то разве что шерстью. Её у меня купили старшекурсницы за три галеона. Панси треснула меня по макушке тем самым бестиарием. Я даже не обиделся. Рон и Драко порывались добавить, но я изобразил черепно-мозговую травму. Они в первый момент повелись, а когда поняли, что к чему, весь запал уже развеялся. Трейси ограничилась сердитым вопросом: «Тебя что, Гермиона покусала?» Я в ответ сделал круглые глазки и выпалил: - Откуда ты знаешь?! Наши заржали, и я понял, что прощён. Впрочем, как оказалось, не всеми. После вечерней помывки меня перехватили Грег и Винс. Не дав одеться, в одном полотенчике затащили в тёмный закут, где стояли бутылки с жидким мылом, и устроили разнос по полной программе. - Да как тебе в голову взбрело, - шипел Грегори почти на парселтанге, - ты же взрослый человек, не гриффиндорец сопливый с шилом в жопе!!! - Тебе что, в самом деле лавры Грэйнджер глаза застили?! - почти рычал Винс, нависая надо мной. Вот никогда бы не подумал, что можно рычать шёпотом! - Или славы не хватает? - Или без канона жизнь не в жизнь? Чёртово полотенце едва держалось на бёдрах. Я вцепился в него обоими руками. - Сейчас кто-нибудь из старшаков сюда заглянет и подумает, что вы меня к харрасменту склоняете! Грег закаменел скулами. Я испугалась. - Я больше не буду! Нет, правда! Если только не форсмажор… Винсент беззвучно заржал мне в затылок. - Ага! Падение метеорита, нашествие инопланетян… - Тьфу на тебя, - вздохнул Грег. – Ну до чего же вы, бабы, народ увёртливый! Ладно, пошли, а то и впрямь кто-нибудь застукает! - Воняет у церберов из пасти, - объяснял Винсент. Мне всё-таки пришлось пересказать ребятам наш разговор с Хагридом. - Такой мерзостью прёт, тухлятиной – не передать. Это потому что цербер гниёт изнутри… - Гниёт? – переспросила Трейси и зажала рот ладонями. - Ну да. Они же изначально ущербные создания. Ещё в утробе закладывается… Там недостаток магии… я так подозреваю, что и кислорода оно получает недостаточно… Да потом еще щенка вырезают из мёртвой матери… - Ой, перестань! – взмолилась Трейси. - А шерсть не пахнет. И слюна почти не пахнет. Как ни странно. А то бы у нас в подземельях всё просмердело… - Да прекрати ты! – взвыла Трейси и попыталась огреть Винса учебником по ЗОТИ. Попыталась, потому что он легко перехватил её руку и отобрал учебник. - Пусти, дурак, больно! - Извини, не рассчитал… - Винсент легонько тюкнул себя книгой в лоб и с полупоклоном вручил её Трейси. - Лапищи, как у тролля… Винсент подчёркнуто внимательно осмотрел свои ладони. - Ну, - со вздохом заключил он, - что выросло, то выросло. - И кто тебя, дылду такую дурную, в мужья возьмёт? – сурово спросила Трейси. Винс пожал плечами и собирался что-то сказать, но его опередили: - Наверное, придётся мне. Нет-нет, не благодари! Помощь убогим – наш священный женский долг. Я напишу папе, что ты просил моей руки! Я впервые увидел, как у человека отвисает нижняя челюсть. Винсент так и застыл – с открытым ртом и выпученными глазами. - Трейси! – не выдержал Грег. – Ты… это… Панси со вздохом развернулась к подруге. - Ты выиграла. Он и в самом деле перепугался! - А то! – ухмыльнулась Трейси и похлопала Винсента по плечу: - Успокойся, дурачок глупенький! Я пошутила! - Да я не испугался! – взвыл Винсент, от облегчения обретя дар речи. – Просто не время сейчас! Я учиться хочу, а не жениться!!! На этой фразе мы с Грегом одновременно взвыли от хохота и, качнувшись друг к другу, звонко тюкнулись лбами.