Нежданные подарки судьбы

      Гай очнулся, но подавать признаки жизни не спешил — сначала надо было понять, что происходит. Он был не связан, но безоружен, раны его были перевязаны и теперь только глухо ныли. Сам он лежал на куче срубленных веток, укрытый плащом, который, судя по легкому запаху духов, принадлежал леди Маргарет. Гай скосил глаза и увидел саму Маргарет, которая сидела у костра вполоборота к нему, протягивая руки к огню. Платье леди частично превратилось в лохмотья, на плече проступили синяки от пальцев схватившего ее Болта, но она казалась спокойной. Рядом с ней сидел мужчина лет сорока, широкоплечий и кряжистый, его густые черные волосы и борода были обильно тронуты сединой. Он споро и аккуратно обрабатывал древки для стрел. — Зря Вы укрыли этого рыцаря своим плащом, миледи, — проговорил он внезапно. — Ночи-то нынче холодные. — Ты сказал, что рана несерьезная, Рон, — проговорила Маргарет, бросив взгляд на Гисборна. Тот сразу закрыл глаза, притворяясь потерявшим сознание. — Но он до сих пор не пришел в себя. — Рана неглубокая, но он потерял много крови, пока бежал за нами, упрямый черт, — ответил человек по имени Рон. — Поите его отваром из трав, что я дал, и он быстро пойдет на поправку. — Вы, небось, совсем позабыли, миледи, о составлении травяных сборов? — продолжил он чуть позже. — У меня было мало возможностей заниматься этим в последнее время, — сказала Маргарет с горькой улыбкой. — Но я записала в книгу кое-какие твои рецепты. — Что же — так и написали: «рецепты Рона Арчера»? — изумился мужчина, его простоватое лицо просияло. Маргарет кивнула, и какое-то время оба сидели молча. — Ты не представляешь, Рон, — начала вдруг Маргарет, опустив голову и нервно сплетая пальцы, — как благодарна я тебе, что ты не оставил его в беде…. — Пустое, миледи, да разве б я смог? Он да Вы — все, что у меня есть…. Ну не плачьте же так, Вы разбиваете мне сердце. — И мне, — высокий человек неслышно появился из-за деревьев и укутал плечи Маргарет своим плащом. Та вскочила и с каким-то полузадушенным криком бросилась ему на шею.       Человек крепко обнял ее, слегка повернувшись лицом в сторону Гисборна, и тот наконец понял, почему разбойник казался ему смутно знакомым. Немудрено, что он сразу не сообразил, кто это — со времени их последней встречи де Врие постарел на добрых десять лет. Очевидно, — подумалось Гисборну не без злорадства, — в последнее время жизнь не слишком его баловала.

***

      Гай лежал, обратившись в слух, стараясь не пропустить ни слова из разговора этих двоих, сидевших в обнимку у костра. — Я так и не разобрался толком, что произошло при дворе де Бове. — Что ж, герцог увлекся, и увлекся сильно, — Маргарет грустно усмехнулась, — начал даже поговаривать о женитьбе, что никак не могло устроить герцогиню, его матушку … ты ведь понимаешь — я ему не пара. — Да еще эта история со мной, — пробормотал де Врие. — Герцогиня придумала прекрасный, с их точки зрения, выход, — Маргарет потерлась щекой о плечо брата, — найти мне мужа среди своих придворных… супруга, который бы не обращал внимания на то, с кем любезничает его жена и на кого похожи его дети. — Но это все не для моей Мег, — пробормотал де Врие с улыбкой, целуя сестру в волосы. — Ты и сам бы не пожелал мне такой судьбы… — Но при дворе де Бове ты была бы в безопасности. — Пока герцог со мной не наигрался бы… — Пожалуй, не стоит больше об этом, — произнес де Врие устало. — Сейчас уже соберутся мои ребята. — А ну-ка встань, — ощутимый пинок под ребра показал, что миндальничать спутники де Врие с ним не намерены. — Ба, да это же сам Черный Гисборн. Вот это удача! — Вздернуть его! — Огромный, заросший бородой до самых бровей разбойник снова занес ногу для удара. — Прекрати, Джон, — прикрикнул де Врие, и верзила подчинился с недовольным ворчанием.       Гисборн стиснул зубы и поднялся. Вероятно, это его судьба — погибнуть от рук разбойников, не тех, так этих. — Стойте! — Маргарет вырвалась из объятий брата и бросилась, раскинув руки, между разбойниками и Гаем, как будто действительно могла его защитить. — Ты… ты разобьешь мне сердце, брат, если дашь его убить. — О чем таком ты говоришь, Маргарет? — спросил Джонас тихо. — Ты в своем уме? — Мы с сэром Гаем обручены, и я … люблю его, — отчаянно воскликнула его сестра, хватая Гая за руку для пущей убедительности.       Сам Гисборн, чувствуя странное безразличие, то ли от удивления, то ли от усталости, отстраненно наблюдал за ее отчаянными попытками спасти его шкуру.

***

      Так что ночь они провели в разбойничьем лагере. Гаю не спалось — замерзнув во сне, леди Маргарет прижалась к его раненому боку совершенно неприличным образом, и разнообразные ощущения, главным из которых была острая боль, напрочь прогнали сон. Гисборн поморщился и постарался отодвинуться как можно более тихо — будить девушку не хотелось … невеста … надо же было такое придумать.       Когда до рассвета оставалось совсем немного, де Врие тронул его за плечо и, приложив палец к губам, мотнул головой — вставай, мол. Гай поднялся и молча пошел за ним. Значит, главарь разбойников решил-таки его прикончить…. Интересно, как он объяснит сестре утром, что случилось? Судя по всему, скажет, что он, Гисборн, пытался бежать и был убит. Поймет ли Маргарет, что он никогда по доброй воле не оставил бы ее? И стоит ли ей понимать это?       Дойдя до пологого берега, де Врие внезапно остановился и повернулся спиной к Гисборну. — Моя сестра … лучшая женщина в мире…нет, не то. Завтра, Гисборн, я сделаю кое-что, после чего никакой мерзавец, разбойник это или лорд, не сможет воспользоваться ее любовью ко мне. Но если я узнаю, что она несчастна по твоей вине — я вырву тебе печень голыми руками. Ого, дружок, да ты совсем одичал в своих лесах, если решил, что такой, как я, может называться женихом твоей сестры. Гисборн переступил с ноги на ногу, борясь с искушением выложить разбойнику правду, но сказал только: «Можешь не сомневаться, де Врие, твоя сестра, став моей женой, не станет страдать по моей вине». Утром разбойники оставили их недалеко от дорожной развилки. — Ты все еще утверждаешь, что любишь Гисборна, Маргарет? — спросил де Врие тихо. И дождавшись ответного кивка, продолжил: «В таком случае у тебя больше нет брата. Моя сестра не может быть невестой Черного Гисборна. Пусть лучше ее не будет вообще».

***

      Гисборн открыл глаза, вырвавшись наконец из болезненно-горячечного состояния полуяви-полубреда, и увидел Маргарет. Тихая, бледненькая, под глазами круги. Смотрит куда-то вбок. Ах да, ведь это по его, Гая, вине она лишилась брата. И неужели этот идиот Алан приволок их в домик Матильды? Разумно, если подумать. В отличие от большинства, эта баба хотя бы не болтлива. — Почему Вы все еще не в аббатстве? — вышло резче, чем он хотел. — Хотела убедиться, что с Вами все в порядке. — Убедились? Теперь уезжайте. — Хотите пить? — Маргарет встала и поспешно подошла к кувшину, стоящему на окне. Плавная грация ее движений, всегда радовавшая глаз, исчезла. — За что этот человек, Болт, так Вас ненавидел? — спросила девушка, забирая пустой кубок. — В свое время я прибился к отряду наемников, которым он командовал…. Он всегда был чудовищно жесток, но я по молодости … мне это казалось проявлением удали, до определенного момента. Однажды мы набрели на небольшую деревушку. С жителей и брать-то было нечего, вот тогда Болт и решил, что они расплатятся кое-чем другим. Развлекут усталых воинов. — В чем заключалась суть развлечений, Гисборн объяснять не стал, за что Маргарет была ему благодарна. — В конце-концов я не выдержал, набросился на него … это я выбил ему глаз. Я ни за что не выбрался бы оттуда живым, если б не Хорст, мой конь. Надеюсь, с моим красавцем все в порядке, — пробормотал он озабоченно, — Алан никогда не был хорошим наездником …. Что? — Он … его … его ранил мой брат, когда они гнались за Аланом … он сломал ногу и поэтому пришлось … мне жаль … действительно жаль. — Ваш брат… — Мой брат, который от меня отказался … я хочу, чтобы Вы знали, сэр Гай, — даже если бы я знала, чем все закончится, я бы все равно не смогла поступить иначе, позволить им убить Вас — после того, что было. Пожалуй, это даже хорошо, — продолжила она, улыбаясь, и в этой улыбке не было ничего от прежней Маргарет, — ведь на алтарь моей сестринской любви больше не будет принесено никаких жертв.       Маргарет никогда еще не видела, как лицо человека превращается в пепельно-серую маску. — Понятно, — сказал Гисборн тихо, — думаю, Вам лучше уехать немедленно, миледи.

***

      Перед дверью в покои Ричмонда Гай приостановился на пару минут, чтобы успокоить дыхание. К его удивлению, сюзерен удовлетворился рассказанной ему историей. Или сделал вид. По крайней мере, измученного Гисборна оставили в покое на несколько дней. Это была явная немилость, только ему уже было все равно. Колет из вареной кожи, туго натянутый поверх повязок, о существовании которых никто не должен знать и которые Рори, чертыхаясь, отдирал каждый вечер, отвлекал от размышлений о загубленной карьере. Пустое стойло возникало перед глазами, стоило лишь их закрыть. — И что теперь? — вопросил лорд Ричмонд после того, как вдоволь насмотрелся на своего капитана.       Это был вопрос, в ответ на который следовало промолчать, что Гай и сделал. — Слухи, Гисборн, сплетни и слухи о сплетнях, — продолжил Ричмонд с какой-то усталой злостью, — от репутации леди Маргарет де Врие осталось что-то не больше пресловутого фигового листочка. Совершенно недостаточно, чтобы ее взял в жены достойный человек. Полагаю, настало время поискать среди не самых достойных. — Есть ли необходимость в подобной спешке, милорд? — Лорд Нортвуд внезапно вспомнил о том, что у него есть племянница, он намерен в ближайшее время навестить нас и пригласить леди Маргарет к себе, — Ричмонд раздраженно кивнул на письмо, лежащее поверх других бумаг. — Леди де Врие — не Елена Прекрасная, поводом для войны между мной и таким влиятельным человеком она не станет. У меня нет оснований задерживать ее под своей крышей против воли. — Не отдавать же ее за Гору МакКана, — продолжил Ричмонд, помолчав, — а ведь тот как раз подыскивает новую супругу. Полагаю, для нашей строптивицы это стало бы уроком. Манера сватовства нашего дорого сэра Илайи такова, что леди Маргарет … не сможет устоять перед его напором.       Почему он раньше не замечал, какие у сюзерена глаза — бесцветные, почти прозрачные, слегка навыкате? Безжалостные. И седины за последний год прибавилось. И внезапно Гай решился. — Милорд, Вы не найдете более преданного слуги, чем я… — начал он. — Ого, сэр Гай, да вы, никак, собираетесь откусить больше, чем способны прожевать, — Ричмонд с насмешкой взглянул на своего капитана и смотрел так пристально, что Гай, не выдержав, опустил голову. — Кусок, — сказал он сдавленно, — можно ведь и уменьшить, милорд. — А вот это, Гисборн, уже совсем другой разговор. Что ж, тогда садитесь и пишите. — До сего момента, Гисборн, я был уверен, что вы способны испытывать теплые чувства только к сумасшедшей скотине, по недоразумению называвшейся вашим конем, — проговорил Ричмонд задумчиво, ловко вытягивая лист из-под пальцев Гисборна. — О чувствах нет и речи, милорд, — сказал Гисборн ровно, — мне просто… — Да-да, я уже понял — вам внезапно взбрело в голову, Гисборн, связать свою судьбу с бесприданницей со скверным характером, — брюзгливо перебил его сюзерен. Лорд Ричмонд неторопливо встал и подошел к окну, повернувшись к Гисборну спиной. — Вам известно, что мой брак с леди Алиенорой — второй? — спросил он внезапно. — Нет, милорд, — ответил Гай удивленно. Он никогда прежде не слышал о первой леди Ричмонд. — Неудивительно, — пробормотал тот. — Так вот, Гисборн, некоторые женщины … могут превратить совместную жизнь в ад. Такая женщина, как леди Маргарет, никогда не сможет полюбить вас — такого, какой вы есть. И чем лучше будет узнавать вас — тем больше ненавидеть… — Чувства леди Маргарет — это дело леди Маргарет, — ответил Гай бесстрастно. — Мне же просто нужна жена из хорошей семьи и с хорошим приданым. То есть я хочу сказать, что даже того, что останется, вполне достаточно для такого, как я, — закончил он сбивчиво. — Что ж, Гисборн, в конечном счете я не могу помешать вам испортить свою будущность, — сюзерен махнул рукой, отпуская капитана. — Имейте в виду, что объясняться с дядюшкой Нортвудом я полностью предоставляю вам. — Разумеется, милорд, — Гай поклонился и вышел.

***

— В чем дело, девочка? — Рори придержал Маргарет за плечо, а потом и вовсе поднял ее подбородок двумя пальцами, заставляя смотреть в глаза. — Ох, Рори, — как она не пыталась сдержаться, колючие злые слезы потекли по щекам, — все эти дамы… они теперь смотрят сквозь меня, а когда проходят мимо, то подбирают юбки, как будто могут запачкаться. Слухи … говорят, что я сбежала с любовником, а Гисборн нас поймал, и поэтому теперь лорд Ричмонд так поспешно выдает меня замуж за человека настолько ниже по положению, чтобы хоть как-то прикрыть позор … вчера мне прислали подарок — разбитую тарелку. — Маргарет резко всхлипнула и глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться. — Что подумает лорд Нортвуд, мой дядя, когда все это услышит? И ведь если рассказать правду — будет еще хуже…       Рори вздохнул и нежно сжал плечи Маргарет. Тепло его ладоней проникало через ткань платья и странным образом успокаивало. — Ну, а что ты хотела, милая? Ты всегда была красивее, добрее, умнее и лучше их. А теперь, когда ты оступилась, эта стая гиен на тебя набросилась. Не дай им увидеть, что это хоть как-то тебя задевает. Лорд Нортвуд — человек разумный и сам разберется, что ему думать, без бабьих сплетен. А Гисборн, уж поверь — Гисборн будет тебе лучшим мужем, чем многие другие.