Голод и его последствия

После того, как рыжий вернулся из внутреннего мира, он почувствовал зверскую усталость и сразу же провалился в приятную дремоту. Ему снился странный сон, в котором Ичиго был шестилетним мальчиком. У него был День Рождения, такой желанный, долгожданный праздник, когда в дом приходит много гостей с подарками и шариками, когда можно, улыбаясь и не волнуясь ни о чём, беззаботно радоваться своему постепенному взрослению и есть сладкий торт. На кухне же управлялась мама, любимая и такая... настоящая. Паренёк помнил, как обнимал её за пояс в этом сне, а она ласково ерошила его рыжие волосы. Кадры тёплого сновидения с невообразимой частотой сменяли друг друга, и вот глазам Ичиго предстал эпизод, где родители торжественно открыли перед ним дверь, что вела в его комнату. На письменном столе стоял аквариум — небольшой и круглый. В нём плавала одна единственная рыбка. Ичиго подбежал к аквариуму, и на прозрачном стекле появилось отражение его восторженно сверкающих глаз. Рыбка была очень красивая: с длинным вуалевым хвостом, пышными плавниками и гладкой золотистой чешуёй, которая драгоценным светом искрила на солнце. Мальчик тогда готов был поклясться, что смотрел бы на неё вечно. Родители улыбнулись и вышли из комнаты, прикрывая дверь и оставляя своего сына наедине с подарком. Ичиго посмотрел в глаза рыбке. Он думал, они будут обычные. А они были грустные. Шли дни, мальчик каждое утро и вечер любовался своим подарком. Но подарок почему-то не хотел жить спокойной жизнью, как другие золотые рыбки. Быстро плавая в стеклянной тюрьме, рыбка то и дело билась носиком о прозрачные стенки, расплёскивала воду и норовила выпрыгнуть наружу. Ичиго, когда заходил в комнату, дважды обнаруживал её на полу. Он брал барахтающееся тельце в руки, вновь впуская уже в помутневшую воду. Ичиго любил рыбку. Но не заботился. И однажды, проснувшись весенним солнечным утром, мальчик увидел её неживую: плавающую вверх животом, с истерзанными обрубками плавников. Около приоткрытого рта сгустилась, словно яркая акварельная краска, алая кровь. Странно, но как бы Ичиго не мужался, он потом долго и горько плакал, во сне обнимая маленький аквариум. Крупные капельки слёз текли по щекам и падали в окрашенную кровью воду. На этом моменте Ичиго проснулся. Лёжа в своей кровати, он невидяще уставился в потолок. Сновидение улеглось в сердце слизким гадким осадком. Ичиго посмотрел на часы, дисплей показывал час тридцать дня. Ниже мелким шрифтом светилась дата: 16 июня. Ичиго точно помнил, что ложился в кровать пятнадцатого. Куросаки почему-то опять захотелось во внутренний мир. Решив, что как только пообедает и примет ванну, он вновь проведает своего Пустого, Куросаки встал с кровати и, лениво одеваясь, зашагал к кухне. Спускаясь по лестнице, Ичиго понял, что есть ему хочется больше, чем жить.

***

— Говорю тебе, Рукия-чан, у них там тайная любовь и полное взаимопонимание! — Орихиме яро рассказывала Рукии о своих догадках. — Как думаешь, почему Куросаки-кун всё ещё в комнате? Рукия, увлечённо жующая круассан, внимательно слушала, чуть ли не заглядывая в рот своей подруге. Её глаза загорелись нехорошим огнём, но на вопрос Химе она с набитым ртом только помычала и пожала плечами. Девочки, румяные и возбуждённые, сидели друг напротив друга, уже второй час полушёпотом переговариваясь между собой. Всё это время они, как ни странно, обсуждали отношения Ичиго и его Пустого. Обоими сторонами, принимающими участие в дискуссии, было выдвинуто несметное количество теорий. И каждая из них не обходилась без романтической связи и плотских утех. Юзу ушла за покупками в супермаркет, Карин побежала на улицу играть в футбол, поэтому девушкам ничего не мешало продолжить их увлекательный кухонный разговор, доедая третью миску круассанов. — Как думаешь, — спрашивала Рукия, смущённо закрыв ладонями покрасневшие щёки, — как на самом деле выглядит Пустой Ичиго? Орихиме возвела задумчивый взгляд к потолку, а затем, подняв указательный палец и жуя сразу два кручёных рогалика, произнесла: — Помниф ту ствафную Холлоу-фовму Кувосаки-куна? Рукия оживлённо закивала головой. Иноуэ переместила свой палец прямо на нос своей подруги, поэтому Кучики невольно скосила глаза. — Вот так! Вот так он выглядит! — громко проглотив прожёванную вкуснятину, выдала Орихиме. Рукия поражённо потёрла нос, с которого секунду назад убрали судьбоносный перст. — Но его шея накрепко обмотана стальной цепью судьбы, которая связывает Пустого с Куросаки-куном. — Иноуэ взялась рукой за горло, показывая, где, по её мнению, расположена эта самая цепь. Рукия, смотря большими глазами и боясь моргнуть, непроизвольно повторила за подругой. — Каждый раз, когда Куросаки-кун встречается с ним лицом к лицу, это чудовище яростно пытается вырваться из обвивающих его оков. — Кучики прикрыла ладошкой рот и схватилась за руку подруги. — Он громко рычит, царапает всё когтями и бьёт Куросаки-куна хвостом! — Иноуэ смотрела озабоченным взглядом сексуального маньяка. — А дальше... ты кладёшь приправленное мясо в сковороду, обжаривая на клубничном варенье, и посыпаешь это всё тёртым шоколадом и сырыми кузнечиками! — обычным голосом сказала Химе своей подруге, которая непонятно откуда взяла листок, карандаш и сделала вид, что усердно записывает рецепт. Ичиго, до этого вошедший на кухню, сонно поздоровался с девушками и полез в холодильник. Достав тарелку с вожделенной едой, парень облизнулся. Но, услышав новый рецепт от Иноуэ и подавив рвотный рефлекс, поставил тарелку на место и скрылся за дверью в ванной. Рукия, выкинув за спину бумажку и карандаш, выпрямилась и приготовилась слушать дальше. Орихиме гордо мотнула головой, прикрыв глаза. — Всегда срабатывает, — сказала она и наклонилась ближе к подруге. — Так вот, на чём я остановилась? Ах да! А дальше… — а дальше послышались неразборчивые перешёптывания и охи с ахами. Поражённая Рукия, от таких слов просто прилипшая к стулу, широко открыла рот. Большие синие глаза готовы были вывалиться из орбит, а лицо стало краснее, чем костюм Санты Клауса.