Голод и его последствия

Ичиго, вслушиваясь в страстные металлические мольбы, крепко обхватил белоснежные ноги руками, прижимая дрожащее тело ближе к себе. На бледных висках, отливая яркими бликами лучей красивого заката, бисеринками блестели капельки пота. Шинигами, мокро причмокивая, горячо лелеял своего Пустого, то мимолётно приникая губами, едва касаясь влажной дырочки, то полностью проводясь по ней языком. Усердно вылизывал, старательно двигая головой, касаясь мягкими щеками тёплых порозовевших ягодиц. Как будто это и не Пустой был вовсе, а большой сахарный леденец, купленный на праздничной ярмарке под светом вечерних фонарей. Хичиго, буквально, готов был на стену лезть от такой нежной заботы, а рыжий парнишка, солнечно жмурясь, получал свою немалую долю извращённого удовольствия. Белоснежные щеки покрылись бархатным румяным оттенком. Пустой устало приоткрыл глаза, прислушиваясь к звукам и своим ощущениям. Звонкое, сильно смущающее хлюпанье сзади странно поутихло. Хичиго уже хотел было приподняться и перевести дыхание, как вновь резко уткнулся лицом в подушку, громко стоная в неё королевское имя и судорожно вцепляясь пальцами в белую ткань — горячий мокрый язычок, обильно смачивая слюной подрагивающий проход, постепенно входил в него, аккуратно раздвигая сильно сжатые стеночки. Пустой поперхнулся собственным стоном и в изнеможении закатил глаза, когда Ичиго, плотно обхватив губами нежную кожу, напористо вторгался внутрь своим языком. То и дело высовывал и засовывал его обратно, с каждым разом проникая всё глубже. Поглаживая ладонями горячие молочно-белые ягодицы, Шинигами старательно помогал себе большими пальцами рук, с усердием растягивая влажную кожицу и раскрывая узенькую, возбуждённо пульсирующую и мокрую от слюны дырочку. Немного повернув голову, Куросаки любовно холил своего Хичиго, настойчиво игнорируя собственное невероятно сильное и болезненное возбуждение. Устраиваясь поудобнее и успокаивающе поглаживая тёплые бёдра и мошонку, Ичиго скользнул языком вовнутрь настолько глубоко, насколько позволяла матушка природа, ощущая, как сильно сжимаются напряжённые мышцы, сдавливая и не пуская. Юноша немного подождал, пока его Пустой чуть-чуть расслабится, и попытался подвигаться в жаркой глубине, массируя и гладя язычком горячий скользкий эпителий. Хичиго усердно терпел невероятно сладостную, мучительную пытку, иногда вздрагивая и тихо поскуливая от удовольствия. Наконец, заботливо лаская ладонью набухшую бледную плоть, Ичиго отстранился от сжатой, мокро блестящей дырочки, издавая непристойный звук влажной нежности. Напоследок легко поцеловав чувствительную кожу немного левее щедро смоченного слюной мышечного колечка, Шинигами приподнялся и, не открывая глаз, начал осыпать страстными касаниями губ поясницу и покрытую испариной спину. — Ичиго… — послышался тихий, осипший от возбуждения голос. Куросаки открыл глаза и, крепко обняв хрупкие бока и талию, посмотрел на своего Пустого. — Король, — тот немного съёжился от смущения и обнял руками подушку. Шинигами томно вздохнул. — Пожалуйста… — жалобно слетает с искусанных губ, и Хичиго умоляюще, со слезами на глазах всматривается в родное любимое лицо. — Я… я больше не могу. Ичиго только кивает и ложится рядышком на скомканных простынях. Голос не слушается. Пустой расслабляется, со стоном опускаясь на живот. Белоснежная ладонь осторожно ложится на напряжённый пресс, поднимаясь всё выше, оглаживая сильную грудь и острые ключицы. Ичиго шумно выдыхает и тянется ближе, когда бесцветная рука нежно касается его щеки. Пустой, прикрыв веки, неподвижно лежит, лишь медленно поглаживая тёплую порозовевшую кожу. Юноши несколько секунд просто лениво переглядываются. А затем резко прижимаются друг к дружке, судорожно лаская руками спину и сливаясь в сумасшедшем, по-настоящему мальчишеском поцелуе. Часто сталкиваясь зубами и носами, нетерпеливо прикусывая тёплую кожу, парни неистово льнут к мягким губам, сплетая языки и тяжело дыша. Хичиго заваливает Короля на лопатки, седлая его бёдра и продолжая похотливо целовать. Ичиго стонет в его губы, проводит языком по острой скуле, мимолётно и влажно дотрагиваясь ушной раковинки. Поглаживает поясницу, массирует и сжимает в ладонях упругие, с розовинкой белые ягодицы. Из груди невольно вырвался сладкий металлический стон. Пустой, чувствуя своей плотью любовь и вожделение хозяина, неспешно поглаживает пальцами статные плечи. Жгучее, страстное нетерпение только растёт под напором медленных и нежных прикосновений. Шинигами, положив руки на бумажно-белые бёдра, немного переводит сбитое дыхание, краем глаза наблюдая, как медленно и грациозно трётся об него Хичиго. Взгляд полностью застилает пелена любви и возбуждения. Пустой, ласково улыбаясь, бегло смахивает с карих глаз взмокшую рыжую чёлку. Немного привстаёт, утопая коленями в перине, и плотно обхватывает ладонью взбухший член. Держась одной рукой за королевское плечо, направляет его в себя и резко садится. Прохладный воздушный поток залетает через открытое окно, развевая невесомую прозрачность штор. Ичиго, запрокидывая голову, громко и гортанно вскрикивает — перевозбуждённая, наполненная кровью плоть полностью, до самого конца скользнула в жаркую, невыносимо тугую глубину. Альтер Эго, зажмуриваясь и крепко стискивая зубы, сильно, до боли сжимает напряжённое плечо. Шинигами смял ладонями бесцветные бёдра и заметался по подушке, ощущая, что может излиться в любое мгновение. Хичиго, сжимая дрожащие пальцы, плотно сдавил основание пульсирующего члена, немного болезненно помогая хозяину продержаться подольше. С бесцветных губ слетел шумный вздох — сомкнув веки, Пустой мужественно терпел жгучую, тянущую боль. «Король такой большой…» Чувствуя, как ладонь Ичиго дотрагивается руки, он приоткрыл застланные слезами глаза и поймал на себе изнеможённый карамельный взгляд. Сжимая дрожащие фарфоровые пальцы и приободряюще поглаживая нежную кожу на бедре, Шинигами ласково улыбался в молчаливом успокаивающем жесте. Пустой вымученно улыбнулся в ответ. На секунду мир перестал вертеться. Юноши неподвижно застыли, всматриваясь друг другу в глаза и прислушиваясь к новым, ранее неизведанным ощущениям. Кровать еле заметно прогнулась под тяжестью влажных разгорячённых тел. Пустой облегчённо вздохнул — пылающая боль почти утихла, уступая место приятному ощущению заполненности и теплоты. Куросаки, стараясь выровнять сбитое дыхание, чувствовал, как плотно его сжимают скользкие вздрагивающие стеночки. Это было так необычно и… чертовски приятно. Бледные ладони упёрлись в смуглую грудь. Пустой осторожно привстал, держась руками за своего Короля, и болезненно всхлипнул — большой сочный член наполовину выскользнул из мокрого колечка, заставляя узкий проход болезненно пылать. Ичиго тихонько втянул воздух сквозь плотно сомкнутые зубы. Придерживая руками дрожащие бёдра, дал Пустому привыкнуть и передохнуть. Хичиго истомлено посмотрел на своего Короля. Куросаки, сжимая в ладонях тёплую кожу, едва заметно кивнул. Юноши, стоная имена друг друга и наслажденно вздыхая, начали мерно раскачиваться. Хичиго, запрокидывая голову и сильно, до хруста костей, изгибая спину, остервенело насаживался на своего хозяина, утопая в любви и наслаждении. Твёрдый член прерывисто, немного туго входил в мокрый, плохо растянутый проход, звонко хлюпая, то и дело проводясь по чувствительному бугорку простаты. Шинигами громко, несдержанно вскрикивал и, теряясь в сладких ощущениях, невольно подмахивал бёдрами навстречу, резко вколачиваясь с непристойными, влажными звуками в любимое тело. Кожа блестела от пота и дымчатой паволоки. Хичиго немного склонил голову. Яркая, горящая золотым пламенем радужка почти полностью скрылась под широкими пластами зрачков, отчего взгляд приобрёл поистине фантастичный, демонический вид. Умело седлая своего Короля и опираясь руками о сильную, покрытую испариной грудь, Пустой сжал пальцы в кулачки. Широко приоткрыл ротик, немного высунув синий язычок и горячо выдыхая из себя обжигающий влажный жар. Взмокшая пепельная чёлка плавно колыхалась в такт резким и порочным движениям. Для полной картины не хватало только маленьких кошачьих ушек и пушистого хвоста. Ичиго облизнулся и шумно сглотнул. Судорожно лаская ладонями спину и белоснежные бока, Куросаки откровенно любовался своим Пустым, чувствуя, как член обволакивает невыносимо приятная, влажная и ласкающая теплота. Шинигами блаженно закатил глаза — это были просто божественные ощущения. Казалось, вся комната напрочь пропиталась чистой любовью и возбуждающим ароматом страсти. — Нет-нет, Хичи..! — Ичиго попытался придержать за ягодицы яро прыгающего на нём Пустого. — П-прошу… не спеши. — Паренёк успокаивающе помассировал тёплую кожу. Хичиго смущённо улыбнулся. Полностью опускаясь на своего Короля и вплотную прижимаясь ягодицами к бронзовой коже, он сделал медленное круговое движение бёдрами. Куросаки подумал, что просто-напросто взорвётся от удовольствия. Плоть внутри тёрлась о горячие влажные стеночки, плотно сжимаемая напряжёнными мышцами. Подчиняясь внутреннему порыву, Пустой наклонился и, крепко прижимаясь к хозяину, коротко чмокнул искусанные губы. Ичиго потянулся навстречу, пытаясь продолжить сладкий поцелуй. Но Альтер Эго отстранилось и, кротко шепнув на ушко тихое «Люблю…», вновь приподнялось, выравниваясь и расправляя плечи. Поглаживая пальцами основание члена и бережно удерживая его в себе, Хичиго немного откинулся корпусом назад. Широко развёл стройные ноги, открывая карамельному взору всё самое потаённое и распутное. Убеждаясь, что твёрдая плоть не выскользнет из него, Пустой отвёл руки за спину и плотно обхватил ладонями королевские колени. Попытался раздвинуть свои ноги настолько, насколько ему позволяли суставы — сгибая их и чуть ли не садясь на шпагат. Куросаки замер с широко раскрытыми глазами, не моргая и не дыша. Хичиго, нежно улыбаясь, смотрел на своего хозяина искренне преданным взглядом из-под полуприкрытых век. Склонив голову набок, потёрся щекой о своё плечо. Шинигами поражённо выдохнул — его Пустой выглядел таким невинным и, в то же время, невообразимо развратным. — Ичиго… — белоснежное тело мокро блестело о страсти и возбуждения. Грудь шумно вздымалась и опускалась, бесцветные пальцы несильно сжимали коленные чашечки. На подрагивающих белых ресницах маленькими жемчужинками блестели солёные капли. Пустой зажмурился и прижался ухом к своему плечу, когда пульсирующий и сочный член ожесточённо задвигался внутри. — Мой Король… Muse – Time Is Running Out