Голод и его последствия

Пустой немного привстал, приподнимая бёдра и почти полностью выпуская из себя своего Короля. Ичиго поражённо простонал, наблюдая, как набухший, покрытый красноватым оттенком член потихоньку выскальзывает из напряжённого мышечного колечка. — Хичиго! — Куросаки судорожно вцепился в бесцветные бёдра, удерживая Альтер Эго на месте и не давая опуститься вновь. Возбуждённую и твёрдую, как камень, плоть обволакивала тёплая сукровица, которая окрашивала алым цветом белоснежные ягодицы и чувствительную промежность. Ичиго испуганно расширил глаза. Растянутая, багрово-влажная дырочка, где всё ещё находилась обнажённая головка, ритмично пульсировала и напрочь была измазана в крови. — О господи, Хичи! — Шинигами в страхе закусил губу, оробело осматривая своё «второе Я» и накрепко вцепившись в дрожащие бледные ноги. Внутри всё болезненно сжалось — осознание того, что Пустому сейчас больно и неприятно заставляло испытывать волнение и необычайное чувство вины. Испачканные в красном цвете, порванные мышцы продолжали напряжённо сжимать королевскую плоть. Послышался непринуждённый вздох. Ичиго встрепенулся, когда его руки́ нежно дотронулись тёплые бесцветные пальцы. Перевёл взволнованный взгляд, обеспокоенно смотря в красивые чёрно-золотые глаза. Пустой, полуприкрыв веки и ласково улыбаясь, выглядел совершенно расслабленным. И таким распутным, что Куросаки от такого зрелища невольно ослабил хватку. «Мне совсем не больно…» — смуглую ладонь нежно гладят и легонько, успокаивающе сжимают. — Всё хорошо, Ичи, — Альтер Эго, ласково всматриваясь в кофейного цвета глаза и поглаживая руку своего Шинигами, вновь начинает плавно опускаться вниз. Возбуждённый, объёмистый член мягко заскользил по влажным от крови стеночкам, постепенно пропадая в жаркой тугой глубине. — Мне хорошо… — Хичиго закрывает глаза и в экстазе запрокидывает голову. Начинает частые бесстыдные движения, с громкими стонами и пошлым хлюпаньем насаживаясь на своего Короля. — Мне так хорошо! — Хичи! — Куросаки резко встаёт, крепко обнимая своего Пустого. Трепетно прижимаясь к своему Альтер Эго, заваливается вместе с ним на мягкие подушки. Не прекращая порочных движений, юноши страстно сплетают тела, чтобы ощутить обоюдное единство более явственно. Шинигами так и льнёт к своей (во всех смыслах) второй половинке, покрывая белое лицо лёгкими нежными поцелуями. Хичиго наслажденно зажмуривается и тянется навстречу, охотно подставляя порозовевшие щёки и часто ловя своими губами тёплые губы своего Короля. Один миг, и Куросаки полностью сливается с ним, прижимаясь бёдрами к горячим упругим ягодицам, пачкаясь в крови и смазке. Ласкает, гладит, заботится, любит и полностью отдаётся своей любви. Превращаясь в одно целое, неотделимое, ощущая всей своей душой сладкую порочную близость. От понимания того, что быть ещё ближе просто невозможно, в груди что-то сладостно ёкает, и сердце пропускает один удар. Хичиго ласково обвивает ногами талию, тесно жмётся к своему хозяину, нежно целуя шею и оставляя на коже небольшую красную отметинку… *** Рукия и Орихиме сидели напротив кровати, в которой лежал рыжий парень. В звенящей комнатной тишине слышались лишь мерное дыхание, восхищённые охи да ахи и негромкие перелистывания. Девушки, вплотную придвигаясь друг к дружке, бережно положили себе на колени огромную старую книгу. Придерживая руками гладкую кожу переплёта, уставились сияющими глазами на пожелтевшие страницы, не моргая и широко раскрыв рты. Лёгкий ветерок залетел через распахнутое окно, осторожно потрепал рыжие пряди и с шелестом дотронулся хрупких страниц. Орихиме шумно сглотнула и, последний раз пробегая взглядом по рукописным строчкам, с трепетом перевернула бумажный лист. Девушки восторженно вздохнули в унисон. Рукия, жадно рассматривая красивые иллюстрации, намертво вцепилась пальцами в книжную обложку. Из-за двери донеслись шуршание целлофана и нарастающий громкий топот. — Девоньки, братишка ещё спит? — в дверном проёме показалось взволнованное личико Юзу. Иноуэ и Кучики, как по команде, всем весом навалились на книгу, скрывая её содержимое от посторонних глаз, и часто-часто закивали. Девочка грустно потупила взгляд. Прошептав неслышное «Извините…», она тихонечко закрыла за собой дверь. Когда удаляющиеся шаги полностью затихли, девушки расслабились и облегчённо выдохнули. Они прекрасно понимали, что сестричка волнуется за своего в последнее время чересчур сонного брата. И всем своим женским сердцем сочувствовали бедному ребёнку. Подруги выровнялись, обмениваясь многозначительным взглядом. Каждая из них лихорадочно пыталась подобрать подходящую отмазку для объяснения семье Куросаки, почему же Ичиго дрыхнет 15 часов подряд. Иноуэ невидяще уставилась в большие фиолетовые глаза. — Магнитные бури? — Отлично! — раздался звонкий хлопок дружного «дай пять!», и Рукия, радуясь, что у неё такая сообразительная подруга, мысленно отпраздновала рождение нового оправдания. Девушки, забив на всё, вновь уставились в изрисованные ветхие странички. Через несколько минут Кучики неуверенно заёрзала на стуле. — Химе, — позвала она, в упор глядя на Куросаки и отчаянно краснея. — Химе, как ты думаешь, а сейчас они… как? — Хмм... — протянула Химе, возведя задумчивый взгляд к потолку. — Сейчас посмотрим! — Иноуэ, плотно зажмурив глаза, покрутила в воздухе указательным пальцем. — Ням-ням-ням оп! – аккуратный подпиленный ноготок громко опустился на одну из непристойных картинок. — Вот так! — Вай! — Кучики младшая всплеснула ладошками и отчаянно зарделась, глядя на красивое изображение переплетённых тел. Девушки мечтательно заулыбались, представляя в мыслях всё самое… самое. Орихиме, томно вздохнув, посмотрела на умиротворённое лицо рыжего паренька. Её серые глаза удивлённо расширились, и девушка судорожно начала трясти подругу за предплечье. — Ру-чан! Смотри-смотри! — Рукия вздрогнула и зашаталась. — Матерь Божья! — девушка поражённо смотрела на Куросаки, всё ещё шатаясь из стороны в сторону. — Он улыбается! Сухие мальчишечьи губы украсила нежная, трепетная улыбка, отчего спокойное лицо приобрело по-ангельски детское выражение. Девушки уставились на юношу, будто увидали самого милого котёнка из всех самых милых котят. Орихиме, сдерживая громкий умильный визг, смущенно прикрыла кулачками щёки. Подружки крепко прижались друг к другу, в один голос выкрикивая негромкое «Ня!». — Боже-боже, прелесть-то какая! — причитала Иноуэ, часто стуча ножками по полу. — Да… — протянула Кучики, огромными глазами рассматривая маленькое красное пятнышко, которое постепенно проявлялось на смуглой шее. *** — Хичи..! — Куросаки, уже не контролируя своих движений, резко вбивается в бледное тело. От громких и протяжных стонов голос почти сорвался. — Хичиго! — В меня, Ичи! — Пустой крепко обнимает своего Короля за шею, прижимаясь всем телом и энергично подмахивая бёдрами навстречу. Из-за бешеного ритма сносит крышу. — В меня… На фоне огромного закатного солнца изгибаются два силуэта. Юноши, сжимая друг друга в объятиях, наслажденно кричат в унисон. Внутренний мир содрогается от мощной вспышки реацу, сильный вихрь разносит в разные стороны окрашенные лучами облака. Куросаки прижался к мокрому телу, крепко обнимая и обильно в него изливаясь, толчками выплёскивая семя в тугой пылающий проход. Хичиго, ощущая внутри себя приятное разливающееся тепло, прильнул к губам своего Короля — поцелуй получился мокрым, сладким и неожиданно нежным. Пустой простонал в приоткрытые губы и, немного отстраняясь, слизнул влажную дорожку с королевского подбородка. Ичиго ласково поцеловал носик своего Альтер Эго и игриво поёрзал, размазывая между телами горячую вязкую жидкость. Юноши, громко и удовлетворённо вздыхая, расслабленно завалились на мягкие подушки. Не размыкая объятий и тяжело дыша, попытались перевести дух и прийти в себя после незабываемого крышесносного оргазма. Вокруг стало душно и парко. Шинигами, теребя пальцами короткие бесцветные волосы, закрыл глаза и уткнулся носом в растрёпанную макушку. Хичиго, довольный и утомленный наслаждением, обессиленно лежал на его груди, всё ещё чувствуя в себе своего Короля. Сильные руки, успокаивая, не спеша водили ладонями по белой спине. Исцелованные бледные губы растянулись в широкой улыбке — Пустой блаженно замурлыкал, ощущая, как всё тело согревают близость любимого хозяина и желанная реацу. Вдруг ладони поползли вверх и переместились на бледные с розовинкой скулы. Куросаки, немного помедлив, притянул к себе своё «второе Я» для нового сладостного поцелуя. Хичиго с рвением подался навстречу. Вновь желанно оглаживая своим языком нёбо и дёсны, иногда игриво подразнивал розовый язычок, легонько прикусывая его или несильно посасывая. Ичиго, улыбаясь, сыто промычал в поцелуй. Затем, выпуская из своего рта синеватый язычок своего Пустого, немного отстранился и приоткрыл веки, встречая красивый чёрно-золотой взгляд. Глаза Альтер Эго были всё ещё подёрнуты дымкой удовольствия и божественно приятной расслабленности. Шинигами, ласково улыбаясь, неторопливо погладил розоватые щёки, шею и мягкие мочки ушей. — Наелся? — Ага~… — Хичиго, щурясь, заулыбался ещё шире. Тёплые пальчики приятно почесали за ушком. Увлекаясь и спускаясь ниже, пощекотали низ подбородка. Пустой участливо вертел головой, подставляясь и громким урчанием выпрашивая, чтобы его поласкали то тут, то там. Куросаки, умиляясь, чухал своё своё «второе Я», словно большого пушистого котёнка. С детским восторгом на лице трепал белоснежные волосы и гладил тёплую кожу. Он, наверное, жизнь бы отдал за такие вот развлечения. Всё бы ничего, но вдруг Хичиго резко напрягся. Белые губы сжались в тонкую полосочку, а взгляд приобрёл осмысленность и сосредоточенность. Медленно поворачивая голову, он настороженно приблизился к лицу своего хозяина, всем своим видом выражая брутальную серьёзность. Шинигами испуганно выдохнул, но рук не убрал. — Ичиго, — металлически начал Пустой, неотрывно вглядываясь в карамельные глаза. — А? — тихонько отозвался Ичиго. Белобрысый невольно отвёл взгляд. Раздумывая, глубоко вдохнул и произнёс: — Король, тебя не смущает тот факт, что я вообще не тем местом ем? Шинигами застопорился и невидяще уставился в потолок. На несколько секунд повисло гробовое молчание. А потом послышалось несдержанное хихиканье и громкое «Ничуть!» — Куросаки, не церемонясь, повалил своё Альтер Эго на спину, подминая его под себя, крепко стискивая в объятиях и вовлекая в новый пылкий поцелуй. Muse - Unnatural Selection