Не бывает любви несчастной...

У подножья лестницы Ланселот замедлил шаг. Сверху донёсся громкий треск, затем последовали пара ругательств, глухой стук и тишина. Осторожно поднимаясь и стараясь не скрипеть, Ланс нерешительно замер перед темным коридором. Рука сама потянулась к мечу. Вдруг дверь слева от него распахнулась и оттуда вышел (хотя, правильнее было бы сказать, что выскочил) Персиваль. Вид у друга был, мягко говоря, не очень: разбитая губа, синяк под глазом... Заметив Ланселота, рыцарь коротко кивнул и, пожелав спокойной ночи, скрылся за противоположной дверью. В этот момент на месте, где только что стоял великан, показался Гвейн: волосы растрепаны, ворот рубашки разорван, глаза мечут молнии... В руке у рыцаря красовалась метла, а точнее то, что от неё осталось. Зрелище, надо сказать, устрашающее. При виде друга, Гвейн остановился. - Доброй ночи, - покраснев, рыцарь развернулся и хлопнул дверью. Ланс так и остался стоять посреди коридора, глядя то на одну дверь, то на другую. Не выдержав, мужчина согнулся в приступе беззвучного хохота. Наконец успокоившись и закусив губу, чтобы снова не расхохотаться, он направился к своей комнате. "Удачи, Перс..." - Ланс снова улыбнулся, вспомнив подбитый глаз друга. Зная характер Гвейна, рыцарь не сомневался, что великану придётся попотеть. Уже на пороге спальни его заставил остановиться громкий крик. Выхватив меч, Ланселот рванулся с места. "Артур..." Рука потянулась к поясу, и Артур чертыхнулся - меч он оставил в доме. Пристально вглядываясь в темноту, принц прислушался. Звук повторился уже совсем рядом. Он напоминал скрежет металла о камень, и принц в очередной раз пожалел, что с ним нет меча. Внезапно справа от него мелькнула какая-то тень. Артура спасла лишь мгновенная реакция. Челюсти клацнули в каких-то паре сантиметров от его головы. Однако, зверь все равно был быстрее, и принц не смог сдержать крик - острые когти вспороли ему плечо. Боль была неимоверной, в глазах потемнело. Схватившись за рану, Артур стал медленно отступать к дому. Чудовище снова слилось с темнотой. Принцу оставалось пройти всего пару шагов, но он не успел. В этот раз рык раздался откуда-то сверху: - Артур! Дверь распахнулась, и к принцу кинулся Мерлин. За ним бежал Ланселот, Борс и остальные рыцари. - Осторожно... - слова давались с трудом, мысли путались. - Мерлин... Зверь! Юноша обернулся и испуганно охнул. При вспышке молнии он успел заметить блеснувшие клыки, а в следующее мгновение на оборотня обрушился чей-то меч. Последовавший за этим яростный рык, полный боли и злобы, заглушил раскат грома. Зверь попятился, еще раз рыкнул и растворился в темноте. Хлеставший дождь лишь способствовал этому. - Черт, - Ланселот удивленно осматривал свой меч: та часть, что вошла в оборотня - исчезла. В руках у него остался лишь обломок. - Черт... Как Артур?! - Все не так страшно, - тяжело выдохнул Мерлин, помогая принцу подняться. Артур только что-то неразборчиво рыкнул. - Вас, случаем, не укусили, сир? От затрещины мага не спасло даже то, что одна рука у принца не действовала. Обижено нахмурившись, юноша поджал губы: - Между прочим... - Мерлин, помолчи, - Артур прикрыл глаза, сильнее вцепившись в своего слугу. - Хоть иногда смотри по сторонам! Идиот! Мерлин незаметно себя ущипнул. Это не сон? Артур переживал за него? - Идёмте внутрь, - Борс подхватил принца под вторую руку и помог магу затащить его в дом. - Он еще никогда не нападал так открыто...

***

Остатки ночи прошли довольно быстро. Мерлин перевязывал рану принца, беспокойно нанося какие-то лекарства и что-то ворча. Хоть и не серьезная, рана была очень глубокой, и Артур потерял много крови. Поэтому во время столь приятной процедуры (Мерлин был очень нежен и осторожен), принц задремал. Юноше тем временем не давали покоя пара строк, прочитанные им этим вечером: "Считается, что большинство оборотней, принявших облик волка, теряют человеческий разум и превращаются в обычных диких зверей. Однако допускается возможность сохранения некоторых мыслительных способностей, человеческих качеств, позволяющих ему избегать ловушек или узнавать своих жертв в лицо... Именно это, а не его сила и ловкость, делают оборотня самым опасным оружием, если обращен он был магией. В руках темного мага, он что марионетка, исполняет волю хозяина..." Узнавать жертв в лицо, воля хозяина... Возможно, этот оборотень порождён чёрной магией? Если так... Мерлин прикрыл глаза и помассировал виски: "Если это так, значит, кто-то желает смерти Артура. Кто-то, обладающий магией, кто-то очень опасный..." Помогающий перевязывать принца Борс пристально вглядывался в лицо юного мага. Казалось, он пытался проникнуть в мысли юноши - столь пронзителен был взгляд его темных глаз. Мерлин же, будучи полностью погруженным в свои думы, не заметил столь ярого внимания к своей скромной персоне. Рыцари решили провести оставшиеся несколько часов до рассвета за кружкой эля и обсуждением планов сводничества. Усевшись за стол в противоположной стороне комнаты от мага и спящего принца, мужчины начали деловито перешёптываться. На улице начало постепенно светать. Туман, оставшийся после дождя, никуда не делся, но из-за холма уже показались первые лучи тёплого весеннего солнца, а со двора доносился крик петуха, исправно исполняющего свои обязанности. - С какой стати Артуру ревновать ко мне?! - в очередной раз зашипел Ланселот на ухмылявшегося Гвейна. - А к кому же еще? Меня Артур всерьез никогда не воспринимает, а Персиваль, - мужчина убийственно зыркнул на упомянутого рыцаря. - Персиваль - это Персиваль. Остаешься только ты. - Ну, можно еще Борса попросить, - предложил великан. - А ведь точно, можно! - с новым энтузиазмом затараторил Гвейн. - Он мужчина довольно привлекательный, да и с Мерлином они вроде неплохо ладят... - Привлекательный?! - голос звучал спокойно, но взгляд Персиваля был поистине пугающим. - Даже очень, - незамедлительно ответил длинноволосый рыцарь. - Великолепная фигура, благородное лицо, густые волосы, а его глаза?! Такие глубокие... Заглянешь в них и кажется, что можешь утонуть. А... - Гвейн, - Ланселот укоризненно прервал поток бурного восхваления хозяина дома и всех его достоинств. Мужчина в ответ коварно ухмыльнулся. Это была небольшая месть Персивалю за произошедшие ранее события. То, что он уже разбил рыцарю губу и подбил глаз - не считается. О чем тот вообще думал, когда прижал его к стенке?! Нет, о чём он думал, конечно понятно, но... Но! Почему он думал о ТАКОМ?! Вспомнив их поцелуй, ну или что-то вроде: Персиваль накинулся на него, а он яростно брыкался, пытаясь отпихнуть этого громилу, Гвейн покраснел и попытался направить мысли в другое русло. Мерлин. Основная их задача - помочь другу. Другу, который, кстати, ни о какой помощи не просил. - Ну, как я и говорил, остаешься только ты! К тебе Артур точно приревнует. А мы с Персивалем поможем... - Ну уж нет! - вспомнив, что эти двое учудили в прошлый раз, Ланс решил, что больше их к Мерлину не подпустит. - Что ж, быстрее начнём - быстрее закончим... Завтрак прошел в тишине. Шутить и смеяться никому не хотелось, все были собраны и серьезны. До начала "расследования" оставались считанные минуты, и каждый из них понимал, что их ждет опасное задание. Если вчера все казалось таким далёким и нереальным, то после ночной встречи с чудовищем, история об оборотне больше не казалась просто страшной сказкой. Теперь рыцари ясно осознавали, что от их храбрости и ловкости зависит безопасность этих людей, и что если они не справятся - это будет стоить им жизни целой деревни. - Для начала, думаю, следует осмотреть окрестности, - выходя на улицу, поделился своими соображениями принц. - Перед битвой, следует изучить поле боя. - Идёмте. Я покажу вам место, где был найден первый... труп, - небольшая заминка не осталась незамеченной, и Артур положил руку на плечо мужчины. Тот в ответ благодарно улыбнулся. Дойдя до края деревни, Борс свернул куда-то в гущу деревьев. - Сюда, здесь есть тропа. - Да, тропа, а еще там клещи, комары и пауки, - тихо, чтоб никто не услышал, проворчал Гвейн. Мерлин, шедший рядом, хмыкнул. О том, что храбрый рыцарь боится насекомых, было известно только ему и Артуру. Гвейн на его смешок обиженно поджал губы. Они медленно углублялись по едва заметной тропинке все дальше в чащу леса. Атмосфера вокруг них становились все более гнетущей. Древние ели нависали со всех сторон, как бы говоря: "Вам здесь не рады, уходите!" Вскоре до них донесся приторно-тошнотворный запах гнили и тины, а затем показалось и само болото. Но Борс уверенным шагом продолжал идти дальше, периодически оглядываясь и проверяя: следуют ли за ним рыцари. Мерлин шёл последним. Юноша то и дело замирал, прислушиваясь и недоверчиво вглядываясь в каждый куст. Не удивительно, что при очередном таком маневре он отвлекся и ткнулся лицом прямо в липкую паутину, которая тут же слепила ресницы, запуталась в волосах и забилась в нос и рот. От неожиданности парень замахал руками, пытаясь избавиться от мешающей дышать липкой гадости, но потеряв равновесие оступился и, даже не успев вскрикнуть, покатился по склону в непонятном направлении. Мерлин очнулся от острой головной боли. Он попытался подняться, но тут же плюхнулся обратно - голова кружилась, перед глазами плясали такие маленькие, яркие звездочки... С трудом приоткрыв один глаз, юноша огляделся. Он лежал посреди какой-то лужайки, деревья здесь росли не так часто, а смотря вверх можно даже было разглядеть виднеющуюся сквозь верхушки голубизну неба. Всю эту идиллию нарушал лишь один вопрос: где он?! Тут его внимание привлек тихий хруст. Сразу же повернувшись на звук, Мерлин застыл. Маг боялся вздохнуть. Он осторожно открыл второй глаз. Прямо перед своим лицом он видел распахнутую пасть и острые клыки, не меньше трех дюймов каждый. Зверь обдал его горячим дыханием и ощерился. Юноша судорожно сглотнул. Медленно, очень медленно, он поднял взгляд.