Нежеланный король

      Мало-помалу гости покидали чрезмерно огромный зал Харренхолла. Лорд Старк и его молодая жена ушли вместе — несомненно предаваться отложенному счастью семейной жизни. Здоровяк лорд Мандерли, поразив всех своей грацией в танцах, отправился спать. Леди Шелла заявила, что устала, и увела с собой дочь и младшего сына, оставив за главного Аллана. Парня в лучшем случае можно было назвать сдержанным. Младших Грейджоев спугнул устрашающий старший брат; Тирион отправился вслед за ними.       Герион покачал головой. Ему нравился его грустный, маленький племянник — не только из-за родства: он чувствовал какую-то связь со всеми уродцами и отбросами, которые не могли ничего назвать родным домом. И из-за этого он боялся за Тириона, который, по его мнению, был слишком добр для парня с такими… Недостатками. Мир слишком жесток к добрым. Один отец чего стоил… Герион посмотрел на оставшихся гостей — Барбару Бракен, танцующую с лордом Амбером, сира Рональда Вэнса, кружащего Элис Кит, Аддама Вэнса, лорда Приюта Странника, чинно танцующего с Гвенис Блэквуд, что смотрелось весьма глупо под крайне неподходящую музыку, и Джейме, сидящего у окна. Его племянник закрыл глаза, подставив лицо под холодный ночной воздух. Странное чувство накрыло Гериона. Он будто смотрел на мир через стекло и, желая коснуться его, каждый раз натыкался на плотную, холодную стену.       Герион встал со стула и пошел из зала, неожиданно желая оказаться где-нибудь в другом месте. Он неуверенно подошел к двери, осознавая, что пьянее, чем ему казалось раньше. Еще одна причина, чтобы уйти, подумал он, выходя наружу. Глотнув воздуха и очистив разум, он быстро ощутил, как желудок восстал против него. Герион нагнулся и к ужасной неловкости понял, что не может устоять на ногах. Он покачнулся и, уже осознавая, что упадет, вдруг почувствовал чьи-то крепкие руки на плечах.       — Ланнистер! — раздался веселый голос Хостера Талли, поднимающего шатающегося мужчину. — Герион Ланнистер! Именно его-то я и хотел встретить!       Гериона повернули лицом к лорду Речных земель. Хостер Талли сверкнул светло-синими глазами и радостно улыбнулся ему.       — Приятный вечер, что скажешь? — спросил Хостер. Он пьян, понял Герион. Даже пьянее меня.       — А-ага, лорд Талли, — согласился Герион, хватаясь за стену, как только Хостер отпустил его. Талли повернулся, властно глядя на могучие камни Харренхолла. Он глубоко вздохнул и рассмеялся.       — Ах, вот так ночной ветерок! Освежает, да, Ланнистер? — лорд от души хлопнул Гериона по спине и еще раз вдохнул.       — Некоторые мейстеры считают, что от него можно заработать насморк и простуду, — заметил Герион.       Хостер Талли иронически фыркнул.       — Да они почти все дураки, — уверенно заявил он. — Нет ничего здоровее, чем как следует продышаться! Идем! Идем со мной, Ланнистер! Нам обоим это пойдет на пользу! — Хостер потащил за собой Гериона, стараясь идти с ним в ногу. — Милейший вечер! — сказал лорд Талли, подходя к одной из лестниц Харренхолла. Оправдывая все страхи Гериона, Хостер немедленно начал восходить по ступеням. — Ты хоть видел, какой отсюда открывается вид? — величественно спросил он. — О, просто дух захватывает. Видя, как под тобой расстилается вся земля, можно простить Харрену все его грехи, — он мрачно хмыкнул. — Почти все.       Идти было долго — так долго, что Герион даже задумался, как стража этого огромного замка не падает с ног от усталости.       — Ах! Как здорово размять ноги! — весело сказал Хостер Талли, не отпуская Гериона. Далеко под ними проехало несколько телег в сопровождении пары всадников. Герион на миг задумался, что они тут делают в такой поздний час, но потом лорд Талли опять потянул его за руку, и ему вновь пришлось начать считать ступени Харренхолла.       Дойдя же до верха стены, Хостер наконец-то остановился и широко развел руками.       — Вот! Теперь видишь? — Герион вымученно кивнул. Вид был несомненно впечатляющий — отсюда виделось все Божье Око и все окружающие его земли и распростершиеся на мили реки. — Когда я был помладше, то любил смотреть отсюда.       — Не знал, что вы провели здесь детство, — пробормотал Герион и тут же пожалел об этом.       — Я жил тут на удивление долго, — ответил Хостер. — Харренхолл — не замок Талли, но мой отец вырос вместе с леди Данеллой, и, с учетом всех обнаружившихся проблем, он пришел к решению, что ему нужно поддерживать дружбу с лордом Харренхолла. Лучше всего, конечно, чтобы лорд Харренхолла был одновременно и лордом Трезубца. А потом юный Симонд — брат леди Шеллы, не ее младший сын — умер… Ну, а потом начались ухаживания и помолвки, — лорд Талли хмыкнул. — Не буду утруждать тебя всей историей, раз ты уже знаешь ее конец. Шелла вышла замуж за Уолтера, я взял в жены Минису, а мой отец был разочарован, как обычно за ним и водилось.       Герион подумал, не напрашивается ли он на вопрос о своей почившей сестре Селии, и решил промолчать. Это случилось так давно, да и девка порядочно лет как покойница.       — Вы, похоже, расположены к переговорам с нами, — наконец, сказал Герион, решившись нарушить молчание. Лорд Талли хмыкнул.       — Ну, скажем так — я ожидал, что львы когда-нибудь заявятся в Речные земли. Нынешняя причина кажется… Весьма благоприятной. К тому же, родство наших земель только поспособствует сохранению мира… — Хостер так панибратски улыбнулся, что Гериону захотелось проверить, на месте ли его кошелек. — Что же, по счастливому стечению обстоятельств мы все становимся родней… Эмм, назовем это окольными путями?       Блеск в синих глазах Талли казался почти что хищным. Боги, у него на гербе форель или акула, подумал Герион, пытаясь отойти от него. Он никогда не обманывался причиной этой поездки — он был Ланнистером, которым не жалко пожертвовать и у которого талант располагать к себе людей. Именно его Тайвин всегда посылал заговорить зубы эссоским купцам и гильдиям Ланниспорта, когда они начинали докучать. Но это… Возможно, Тайвину эти люди кажутся рыбаками и скотоводами — как эссосцы ему кажутся кучкой торгашей сыром. Но, находясь в обществе Бракенов, Блэквудов, обоих родов Вэнсов, вспоминаешь, что все они целое тысячелетие грызлись друг с другом и со всеми чужеземцами, посмевшими посягнуть на их землю. Находясь рядом с Хостером Талли, вспоминаешь, что его дом каким-то образом тихо стоял в стороне, наблюдая за кровопролитием.       Хостер продолжил — к явному неудобству Гериона:       — Так что, да, в целом это счастливое стечение обстоятельств, которое, вероятно, окупит все годы неприятностей. Честно говоря, я всегда симпатизировал твоему отцу. Да, это было наподобие симпатии к больному ребенку, хромому зверю и юродивому — но все же симпатия. Он же всегда хотел сделать, как лучше, бедняга. Хотя благие намерения не самые редкие и не достойные, не так ли?       Герион умудрился кивнуть.       — Мне всегда говорили, что из него вышел бы хороший трактирщик.       — Раз у него есть и питье, и деньги, то, думаю, ты прав, — согласился Хостер. Он посмотрел на огромные стены Харренхолла, и кто-то в глубинах замка пьяно крикнул. — Весенний воздух, — сказал лорд Талли и глубоко вздохнул. — Прилетает с дождем, цветением… И свадьбами, — он покачал головой. — Еще одна свадьба в Близнецах, прокляни их Семеро. Молодой Эдвин Фрей — старший сын Римана, отвратительный молодой человек, как на него ни взгляну — через две недели женится на Рис Роллингфорд.       Это имя показалось Гериону знакомым.       — Косой Рис Роллингфорд? — пробормотал он.       — Она самая, — сказал Хостер. — Если это как-то утешит, я уверен, что она будет красивее супруга. Честно говоря, я ей сочувствую, пусть он теперь и становится наследником наследника Близнецов.       Герион покачал головой; его слегка подташнивало. Что-то беспокоило его.       — Но почему она? — спросил он. — Роллингфорды же… Никто, по сути. К чему человеку из Близнецов заключать помолвку с мелким домом Королевских земель?       — Скорее всего, ему просто нужно было теплое тело под боком и теплое лоно, в которое можно проникнуть, — спокойно сказал Хостер. — Рис вполне соответствует требованиям. Ты видел его брата. Будь я на месте Эдвина, то тоже бы поторопился нарожать детей, которые бы отодвинули от наследства моего дражайшего и энергичного братца, — он хмыкнул. — От Черной Рыбы-то не оберешься проблем, но, слава Семерым, это хотя бы не Черный Уолдер.       Герион моргнул.       — Вы… Вы ведь не пьяны, да?       Хостер приподнял одну седеющую рыжую бровь.       — Да, не чувствую такого, — с улыбкой сказал он.