caramel latte with silence

— Чимин. Чи-мин, — словно пробуя на вкус имя, шептал Чонгук, вычищая с утра кофемашину, улыбаясь самому себе. Он весь пребывал в ожидании парня, и, не успел тот зайти внутрь, как бариста вскрикнул: — Доброе утро, Чимин! Парень не мог сдержать неловкой улыбки и слегка махнул ему. Чонгук поставил перед ним карамельный латте и шоколадный кексик с ягодами. — Попробуй, — с горящими глазами произнёс тот, садясь на стул напротив Чимина, — это новый «товар», который планируем пустить в продажу. Розоволосый откусил маленький кусочек и медленно пережевал его, а после показал большой палец вверх, не поднимая на него глаз, откусывая побольше. — Одобряешь? — улыбнулся Чонгук, получая в ответ кивок, и, не поняв, что на него нашло, наклонился через столик и взъерошил розовые волосы: — Боже, ты такой милый. Чимин подавился и во все глаза уставился на Чонгука, который задержал руку на его волосах. Парни несколько секунд смотрели друг на друга. Никто не знал, что в эти самые секунды два одиноких сердца, жаждущие быть ближе друг к другу, бились в унисон. Тут Чимин резко отстранился, вновь пряча глаза за розовой чёлкой. — Можно сделать заказ? Чонгук от неожиданности дёрнулся, переводя своё внимание с парня на пришедших посетителей, и тут же метнулся на своё рабочее место. Когда он вернулся к розоволосому, тот был в наушниках, погружённый полностью в свои мысли, отпивая карамельный латте. Чонгук сел на свой стул напротив, с нескрываемым интересом в глазах наблюдая за парнем. Любопытство пересилило его, и он достал один наушник из уха вздрогнувшего парня, вставляя в своё ухо, желая узнать, что же он слушает. Но вместо ожидаемой мелодии из наушника доносилась лишь устрашающая тишина. Чонгук в заблуждении свёл брови, пытаясь найти ответ в лице парня, который съёжился под его взглядом. — Прости, — виновато сказал Чонгук, возвращая наушник. — Я хотел узнать, что тебе нравится слушать. Чимин засомневался на мгновение, а после напечатал на телефоне: «Твоё пение». Чонгук смотрел на два коротких слова на экране телефона, ощущая разгорающееся внутри чувство, незнакомое ему прежде. В животе словно порхали бабочки, ласково щекоча своими невесомыми крылышками, а сердце в разы ускорило свой темп. — Но почему ты всегда надеваешь наушники? — борясь с дрожащим от накативших эмоций голосом спросил Чонгук. «Потому что тогда люди не подходят ко мне». — Ты боишься людей? А как же твой соулмейт? — не подумав, задал вопросы парень, и тут же пожалел об этом, видя выражение его лица. — Прости… я не хотел задеть тебя или ещё чего-то такого… Чимин опустил глаза, печатая что-то, но потом всё стёр. — Жалко, что со сказанными словами так нельзя сделать, — задумчиво произнёс Чонгук, заметив это. Розоволосый допил латте и встал на ноги. — Уже уходишь? — с потаённой грустью в голосе спросил бариста, смотря на него снизу вверх. Чимин кратко кивнул, накидывая на себя пальто. Он махнул всё ещё сидящему парню на прощание и вышел из кофейни. Чонгук нервно задёргал ногой, уставившись в одну точку перед собой. — Чимин! — окликнул его выбежавший следом парень. Розоволосый резко обернулся, расширенными глазами смотря на приближающегося. — Дай мне свой номер телефона, — на одном выдохе произнёс Чонгук и, застенчиво почесав затылок, добавил: — Пожалуйста. А щёки Чимина залил милый детский румянец. Розоволосый лежал на кровати, уже в который раз изучая дотошный потолок. Тишина. Именно она является спутником жизни Чимина. Именно с тишиной парень проводит всё своё время. Иногда ему приходит мысль, что тишина — его соулмейт. Болью в груди отозвалось это слово, а пальцы правой руки непроизвольно легли на повязку левой, закрывающей запястье. Он уже и не помнил, какая надпись покоилась там. Хотя соблазн часто дышит в спину, подкрадываясь ближе, а вспыхивающие в последнее время эмоции будто бы шепчут на ухо, умоляя взглянуть и, наконец, разобраться во всём. Чимин сильно трясёт головой, закрывая лицо ладонями. Нет. Он не хочет знать своего соулмейта. Он не хочет что-либо чувствовать. Он не хочет быть обузой, быть лишним. Он не хочет приносить никому боль, чтобы на него смотрели с жалостью и сочувствием, как смотрели все эти годы. Но почему же соблазн так велик? Почему в последнее время его сердце выбивается из привычного ритма? Почему ему кажется, что есть надежда?.. Вдруг телефон запиликал и засветился от полученного сообщения.

~ Привет, Чимин! Это Чонгук ~

Чимин замер, держа перед собой телефон, смотря на экран. Сердце предательски сжалось.

~ Ну такой очень надоедливый парень из кофейни… Теперь буду надоедать тебе и здесь хехе ~

~ Привет. Не думал, что ты напишешь ~

~ Да? Значит я не такой уж и надоедливый :) ~

Чимин поджал к себе коленки, глупо улыбаясь. ~ Я бы с тобой поспорил :p ~

~ А я бы сходил с тобой в парк ~

Розоволосый перечитывал последнее сообщение, закрывая рукой рот. Внутри всё сжалось в тугой узел, сердце выпрыгивало из груди.

~ Ты тут?.. Простииии т.т ~ ~ Если не хочешь — не надо. Только не игнорируй меня после этого, пожалуйста Т.Т~

Чимин усмехнулся, печатая дрожащими пальчиками. ~ Хорошо ~

~ Хорошо — не будешь игнорировать? ~

~ Хорошо — давай сходим в парк ~ Чонгук даже перестал чистить оборудование и просто пялился в телефон, читая снова и снова полученное сообщение. Розовая макушка одиноко сидела на деревянной скамейке в парке, рассматривая проходящих мимо людей, в основном, конечно же, гуляющих со своими соулмейтами. Чимин и сам любил гулять в этом парке, слушая тишину в наушниках, отстраняясь от внешнего мира. Его мысли частенько заглушали эту преследующую его тишину. Ему становилось грустно из-за собственных мыслей, ведь он считал, что все люди достойны своего счастья, своего соулмейта, а он — нет. Вдруг на спинку скамьи кто-то облокотился и слева появилась голова темноволосого парня. Чимин повернулся к нему, и их лица оказались в нескольких сантиметрах друг от друга. Оба затаили дыхание, не ожидая такой близости. Чимин мог чуять от него запах кофе, ещё не успевший выветриться после работы парня. А Чонгук расплылся в широкой улыбке. Он протянул к нему руку и вытянул сначала один, а потом второй наушник. — Может, сегодня послушаешь меня? — не переставая улыбаться спросил он, мило склонив голову набок. Чимин опустил смущённый взгляд, кивнув. Парни плечом к плечу шли по дорожке, ведущей сквозь парк. Последние лучики весеннего солнца падали на розовые волосы, придавая им сверкающий блеск, завораживающий Чонгука, который не мог отвести от него глаз. Чимин вопросительно посмотрел на него, сведя брови. Он достал телефон, напечатав. «Что-то не так?» Чонгук встрепенулся и усмехнулся. — Нет, всё прекрасно… Ты прекрасен…. И он весь вспыхнул, растерявшись от сказанных слов. Чимин округлил глаза и отвернул голову, закрывая их чёлкой, стараясь скрыть покрасневшие щёки. — Я имел в виду твои волосы: они искрятся… Внутри Чонгука всё скрутилось, он готов был провалиться сквозь землю, но просто неловко засмеялся, почесав затылок. Вдруг его внимание привлёк один ларёк неподалёку, и он неожиданно схватил парня за руку, ведя его за собой. Для Чимина в этот момент весь мир словно замедлился. Он не слышал ни разговоров людей, проходящих мимо, ни их смех, ни проезжающих велосипедов: собственное сердцебиение заглушало всё это. Перед собой он видел только темноволосого парня впереди себя, его горящие глаза и лучезарную улыбку. Ощущать руку Чонгука, держащую его ладонь, казалось Чимину таким правильным, таким нужным. Всё его тело пронизывало тепло, исходящее от руки парня. Когда парни подошли к какому-то ларьку, Чимин даже не обратил на него никакого внимания. Его взгляд был устремлён вниз, на их соединённые руки. Для Чонгука ладонь парня казалась такой родной и привычной, что он просто сильнее сжал её, не думая отпускать. Ему пришлось сделать это только тогда, когда продавщица протянула две сладости на трубочках. И Чимин сразу встрепенулся и вздрогнул, когда перед его лицом возникла розовая сахарная вата. Он дрожащими пальчиками взял её из руки парня. — Когда я впервые увидел тебя, то сразу подумал о воздушной сахарной вате, — тепло улыбнулся Чонгук, когда они вместе шли вдоль реки, протекающей через парк. А Чимину было приятно слышать эти слова парня. Ему было приятно находиться рядом с ним, просто слышать его голос. Он скосил глаза на его руку и, испугавшись своего желания вновь почувствовать его тепло, засунул руки в карманы. Чонгук начал рассказывать какую-то весёлую историю, случившуюся как-то раз в кофейне. Он размахивал руками, прибавляя своему рассказу больше эмоций. Чимин не переставал улыбаться, всё время смотря на него. Когда настал момент кульминации, Чимин засмеялся, и Чонгук замолчал, во все глаза уставившись на него. Он впервые видел, как тот смеётся. Его смех был тихим, тонким, напоминающий маленькие хрусталики, со звонким треском разбивающиеся о пол. Чонгук замер, не в силах пошевелиться. И тогда Чимин, остановившись немного впереди, вопросительно на него посмотрел с милой улыбкой на лице. Он очень неловко кивнул ему на дорогу, тем самым зовя за собой. Шелест листвы щекотал уши, холодный ветерок пробирался сквозь тёплое пальто и свитер, отчего по коже пошли мурашки. Розоволосый весь съёжился, вжав голову в плечи. — А? — Чонгук, заметив это, повернулся к нему. — Ты замёрз? Парень очень неубедительно потряс головой, хоть щёки и нос его уже покраснели от холода, а пальцы на руках, покоящиеся в карманах, закоченели. Чонгук глубоко вздохнул, и на открытую шею Чимина лёг нагретый шарфик. Тот округлил глаза, стараясь не смотреть на стоящего почти вплотную парня, и хотел помешать ему, но тот нагло, не обращая внимание на его отказ, продолжил завязывать на его шее тёплый элемент одежды. — Не отнекивайся, — под нос буркнул Чонгук. Розоволосый зарылся в шарф, смутившись. Однако перед этим их пальцы соприкоснулись, и Чонгук взял в свои горячие ладони заледенелые руки парня. — Ты же совсем замёрз, глупыш, — прошептал он, сжимая его пальцы. Он притянул руки ближе к себе и обдал их тёплым дыханием. В этот момент рукава Чимина задрались, открывая повязку на левой руке. Чонгук сразу увидел это, и глаза его наполнились глубокой печалью. Только он придался сладостным мгновениям, как суровая реальность напомнила о себе. Конечно: у Чимина есть свой соулмейт. Он ведь обычный человек, как и все, просто немного отличающийся. Лицо Чонгука помрачнело, но он продолжил греть руки парня, который дрожащими глазами смотрел на него, заметив реакцию на повязку на надписи соулмейта. Внутри Чимина всё сжалось от осознания того, что у Чонгука есть своя вторая половинка, хотя и понимал, что так быть не должно. — Теплее? — дрожащим голосом спросил Чонгук, поправляя напоследок шарф. Чимин еле заметно кивнул, прячась в большом шарфе. Настроение у обоих заметно спало, и между парнями повисла неловкость. Однако Чонгук всё же вызвался проводить парня до дома, нелепо друг другу помахав, они разошлись. ~ Спасибо за прогулку и за шарф. Я его завтра верну в кофейне ~ Чимин лежал на кровати, держа в руке телефон. Он смотрел на чёрный экран, ожидая увидеть новое сообщение, которое всё не приходило. Он никак не мог забыть лица парня, когда тот увидел его запястье, и он решил, что из-за того, что Чонгук гулял с ним, тот чувствует вину по отношению к своему соулмейту. От этого на душе становилось тоскливо. Но Чимин действительно желал Чонгуку счастья и не хотел, чтобы из-за него он чувствовал себя грустно. Вдруг возникло желание узнать: каким человеком является соулмейт Чонгука? Какая надпись находится у них двоих на запястьях: какие были их первые слова друг другу? Ему было интересно, кого же этот добрый парень заставляет ежедневно таять от приятных слов и нежных объятий. Чимин не мог знать, но почему-то был уверен, что они действительно нежные. Сердце сжалось от предательского желания, а сам парень сжался в клубок, рука накрыла запястье. У всех глухонемых, только глухих или немых на запястьe были тонкие полоски: такие соулмейты просто чувствуют друг друга, увидев всё в глазах. Но не у Чимина. Ненавистная ему надпись, состоящая из слов была его клеймом. Он ненавидел её всю жизнь и пожелал убрать её из памяти. Он ненавидел её, потому что знал, что не может ничего сказать в ответ. С такими мыслями парня начало клонить в сон, как пришедшее оповещение заставило его вздрогнуть.

~ Это тебе спасибо! Надо бы нам почаще вместе выбираться куда-нибудь :) Только не убегай завтра так быстро, хорошо? т.т ~

Чимин ничего не прислал в ответ, откладывая телефон. Он перевернулся на живот, утыкаясь лицом в подушку и погружаясь в сон. Сон, начинающийся тишиной, которая после заменяется сладостным пением темноволосого парня с чарующими глазами.