But all that dies... Is born again.

Наконец-то освободившись от плена удушающих каменных стен, они смогли вдохнуть свежего воздуха. И когда глаза окончательно привыкли к яркому свету, обнаружили раскинувшуюся у их ног долину с бегущими со скал водопадами, многовековыми елями и соснами, цветущей казалось бы никогда не увядающей природой. И вокруг всего этого очарования мягко подрагивало магическое марево. Удивительно, но, лишь став драконом, Риан могла видеть магию. ─ Ривенделл! ─ восхищённо произнес Бильбо, а Гэндальф добавил: ─ Здесь находится Последний Домашний Приют Элронда. Порядком утомившиеся гномы радостно загудели, предвкушая отдых, один лишь Торин не испытывал радости от этой идеи. — Это и был твой план, маг? Искать спасение у наших врагов? ─ У тебя здесь нет врагов, Торин Дубощит. Злые помыслы в этой долине есть лишь у тебя одного. ─ Ты думаешь, эльфы благословят нас в нашем деле? Они попытаются остановить нас, ─ нахмурившись, твердил он. И Риан пусть и молчала, была солидарна с Торином. Ей было не по себе среди всех этих высоких деревьев и ароматных цветов. Девушка натянула капюшон на голову поглубже и отступила на шаг назад. ─ Разумеется, но у нас есть вопросы, на которые нам нужны ответы, ─ этими словами Гэндальф поставил точку в споре с королем. — Если мы хотим добиться успеха, то придется проявить такт. И уважение. И немалую долю очарования. И… ─ помедлив, он оглядел их всех, ─ …и именно поэтому говорить буду я. Спустившись по крутой тропе вниз, отряд прошёл небольшой узкий мост через реку и остановился у подножья лестницы. Риан с непривычки вертела головой по сторонам, хотя и пыталась показать полное безразличие. А ещё целенаправленно сутулилась, становясь почти на голову ниже. Нет, даже не из-за глубокой неприязни к эльфийскому народу, а скорее из здравого опасения за свою жизнь. Эльфы видят магию и могут её создавать, так почему бы им не увидеть настоящую суть Риан? Гномы также вскоре очень быстро переменили своё мнение и радостной встречи не ожидали. Один лишь Бильбо излучал непосредственность и здоровое любопытство. ─ Митрандир, — глубокий чарующий голос раздался сверху, и все как по команде повернули свои головы. На возвышении посреди огромной арки и вьющихся по её контуру растений появился эльф. И ни разу не видевшая эльфов во плоти девушка обомлела от его красоты. ─ Мне сообщили, что вас видели в долине. Что привело вас сюда? Четырнадцать гномов и полурослик ─ странная компания. ─ Приветствую тебя, Линдир, — ответил Гэндальф. ─ Мне нужно поговорить с Элрондом. ─ Его нет в долине, но... — не успел эльф закончить предложение, как раздался звук охотничьего рога и стук копыт. К ним приближались всадники, облачённые в легчайшую, не виданную Риан прежде броню. Те обступили их вокруг, лишая возможности расступиться. Затем один из всадников спешился и вышел вперёд. О, если первый эльф был красив, то второго можно было сравнить с произведением искусства. ─ Гэндальф, — мягко прожурчал его голос, и, спешившись, мужчина поспешил поприветствовать чародея. ─ Лорд Элронд! — воскликнул маг. — Друг мой! Где ты был? ─ Мы преследовали орков у Последнего моста. Их развелось слишком много. Странно, что они подобрались так близко к нашей границе, ─ отдав оружие Линдиру, сказал он, ─ вероятно что-то или кто-то привёл их сюда. ─ Скорее всего, они искали нас, — Гэндальф обвёл рукой всю компанию. Элронд поприветствовал Торина и предложил всем отдохнуть в гостеприимном Ривенделле, ничуть не показывая своим видом, что против их присутствия. Гномы несколько осмелели и приняли активно жестикулировать, решая принимать приглашение эльфа или нет. Риан вопреки всему стояла крайне молчаливая и неподвижная. В любом случае мнение отряда мало что дало, поскольку вердикт вынес Гэндальф. Они оставались. По приказу своего правителя, отряд немедленно встретили эльфийки, дабы проводить уставших путников в их покои. Да, как бы ни называл их Торин зазнавшимися с непомерной гордыней лорд Элронд не отказал путникам в теплой и мягкой постели и еде. Более того он пригласил всех на праздничный ужин через несколько часов, когда путешественники снимут усталость тяжёлой дороги. Предвкушая сытные яства гномы спокойно разошлись за своими провожатыми. Риан не осталось ничего иного, как сделать тоже самое. Она потеряла Бильбо, Кили и Фили некоторое время назад. Сейчас была лишь она и её проводница. Вскоре та остановилась у очередных дверей, и, слегка склонив голову, поспешила покинуть Риан. Только оставшись совершенно одна она наконец стянула капюшон, посмев немного расслабиться. И первым делом издала тихий восхищённый вздох. Покои заливал золотой свет закатного солнца. Огромные оплетённые лозой и красивыми цветами окна выходили на цветущий сад, который радовал уставший взгляд. Тёплый ветерок проник сквозь оконные проёмы и ласково растрепал её волосы. Откуда-то издали звучало нежное пение и лёгкая переливающаяся мелодия. Пройдя в соседнее смежное помещение, Риан обнаружила не менее привлекающий взгляд вид, а именно глубокую ванную, уже наполненную горячей водой, в которой плавали лепестки роз. Стянув свою тесную походную одежду, Риан с блаженным стоном погрузилась в воду. Как же давно она не доставляла себе такого наслаждения. В домике Пэм это было невозможно в виду небольшого объёма жилища, а в гостинице не хотелось напрягать Мерри. Поэтому тёплое купание откладывалось на летнее время. А зимой многие в Бри просто поливались вёдрами стоя над стоком в специальном месте за домом. На бортике ванны лежало мыло. Поднеся его к носу Риан вдохнула полной грудью, зажмурив глаза от сладкого запаха. А также провела рукой по мягким белоснежным полотенцам. Недолго думая девушка начала расплетать косу, вытаскивая из неё многочисленный мусор, веточки и листья, а затем шагнула в объятия водной глади. Хорошенько отогревшись, смыв всю походную грязь и несколько раз подогревая воду, Риан заметила на теле несколько неприятных ссадин. Те, видимо, были получены после падения в бурные холодные воды несколько дней назад и достались от троллей. Распарившись в горячей воде, они начали причинять дискомфорт. Некоторые даже кровоточили, и Риан подумала, что неплохо было бы заполучить в свой саквояж заживляющую мазь, как у Ори — такая пригодится всегда. Вернувшись в свою комнату, Риан будто по волшебству обнаружила на тумбочке рядом с кроватью все необходимые мази и не преминула ими воспользоваться. Саднящие ранки тут же принялись затягиваться, а кожа обрела свой первозданный блеск. Раздался нетерпеливый стук в дверь, и не успела Риан скрыться, те уже отворились. — Господин, лорд Элронд ожидает всех прибывших... вы н-не гос-под-ин, и не гном. Эльфийка, что провожала её сюда, переменилась в лице. Ну всё, теперь из этого тайны не сделаешь. Такая весть разлетится по дворцу быстрее, чем она дойдет до зала трапезы. Отчего-то мысль зачаровать девушку возникла у Риан лишь гораздо позже. И хорошо, что это было так, потому что она не знала сработает ли её совершенно новая способность на эльфах. — Получается так, — неловко улыбнулась Риан одними уголками губ. — Ну, что, ты проводишь меня к моим друзьям? — Вы пойдёте в этом? — эльфийка брезгливо глянула на её наряд, надетый повторно. — А что не так? — Но так не принято, — всплеснула она руками. — От грубых и не воспитанных гномов никто не ожидает правил приличия, но вы... просто обязаны блистать сегодня. Так, у нас есть ещё немного времени. Подождите здесь, я кое-что добуду. Риан несколько опешила от самодеятельности эльфийки, но скорее в приятном смысле. Не успела Риан задумать о причинах такой резкой перемены в поведении эльфийки, та уже вернулась с кипой платьев в руках. Риан предлагалось выбрать что-то одно да поскорее. Арамиль, как представилась чуть позже эльфийка, была настроена серьёзно, словно внешний вид гостьи был её прямой обязанностью. В итоге совместными усилиями было выбрано платье нежного травянистого оттенка, с низким вырезом в области груди и на спине, спускавшиеся до самого пола несколькими легчайшими слоями ткани, и тканевый корсет чуть более насыщенного оттенка, выделяющего её талию. Обувь подобрали на месте — зашнурованные до голени сандалии, как у всех эльфов. Риан не узнала себя в зеркале. Это было не её отражение. Даже в Тарбате она не выглядела настолько нереальной, воздушной, неземной. Одной из них. Не хватало лишь одного маленького нюанса. Волосы. Убрать из наверх, как велит то сам стиль её наряда и при этом продемонстрировать каждому её уши или же оставить всё как есть. Арамиль решила за неё, подхватив гребень и шпильки. — О, Эру всемогущий, неужели... — замерла она, разглядев кончики её ушей. — Вы одна из нас. Но откуда? И почему в такой компании? Вы в бегах, я поняла. Слышала, как эльфов начинают истреблять. — Нет, Арамиль, — довольно твёрдо оборвала её Риан. — Я не одна из вас. Я наполовину человек. И путешествую с гномами, потому что то есть моё желание. — Прошу прощения, — склонила голову Арамиль. — И всё равно, наличие в вас эльфийской крови делает вас одной из нас. Помните это всегда. Ну, а теперь последний штрих и мы можем отправляться. Темноволосая Арамиль открыла стоящую на небольших полках шкатулку и вынула оттуда едва различимую паутинку из белого золота с нанизанными на нее жемчужинами, и водрузила её на голову. Каскад волос обычно заплетённых в косу теперь возвышался в причудливой причёске, открывая шею и уши. Это было так необычно, но в то же время Риан чувствовала себя такой... гармоничной, правильной. Интересно, все эльфы обладают столь тонким вкусом или это ей повезло наткнуться на Арамиль?! Напоследок смазав капельками душистой воды за ее ушами, и подкрасив полные губы гостьи сияющим блеском, Арамиль открыла дверь комнаты. Следуя за эльфийкой по бесконечно длинным коридорам, необычайно красивым верандам и террасам, Риан во все глаза рассматривала обитель Элронда. Дворец был великолепен, а подходя к залу, где уже играла нежная мелодия и слышалось дивное пение, Риан услышала голос лорда Элронда: ─ Итак, Гэндальф, Торин, где ваша четырнадцатая спутница? Я ведь не мог ошибиться в своих догадках и не зря послал с ней подругу моей дочери? Но неужели Подгорный король позволил девушке своего народа путешествовать с вами? Мне показалось, что своих дам вы бережёте ещё больше, чем свои сокровища. Или это человек? Тогда вопрос не потерял своей актуальности. В ответ Гэндальф лишь рассмеялся и поспешил опровергнуть слова Элронда. ─ Элронд, ты прав. В нашем отряде есть девушка. Однако наша Риан вовсе не гномка… На этих словах двери распахнулись по мановению руки Арамиль и Риан потерянно застыла в проходе. Совершенно одна. И каждый счёл своим долгом обратить на неё внимание. ─ Простите за опоздание, лорд Элронд. Вы позволите присоединиться к столу? Торин знал, что ничем хорошим остановка у эльфов не обернётся. В частности для него самого. Он был готов ожидать удара от чего угодно: от враждебно настроенных эльфов, от орков в пути, от прочих дерзновенных разбойников... Кого угодно, но он совершенно не думал, что сам станет для себя источником опасности. Весь отряд, за исключением воительницы, уже сидел за столом в ожидании пира. Торин выжидающе постукивал пальцем по столешнице то и дело разглядывая вход в залу. Он волновался за Риан ─ ведь ее не было уже приличное время. Стоило ему бросить ещё один взгляд украдкой на дверной проём, как они отворились. Будь Торин младше и менее сдержанным, он бы, наверняка, повёл себя так, как его племянники, восхищённо уставившись на вошедшую. Этой девушкой просто не могла быть их Риан. Той, что носит брюки и кутается в плащ; той, что смотрит исподлобья, скрывает себя, будто боится открыться. Что-то ожило у него в груди, когда взгляд наткнулся на ту, что скоро начнет приходить ему в кошмарах. Что-то, что похоже на медленное зыбучее безумие, на ревущее внутри пламя. Торин разжал стиснутые судорогой пальцы, охватившие деревянную столешницу. Он так и не смог отвести взгляд от её точеной фигурки, облаченной в нечто зеленое и воздушное, подчеркивающее нежные изгибы и делающее ещё более нереальной. Лёгкая улыбка на её губах и горящие синим драгоценным пламенем глаза заставили Торина первого отвести глаза. Он и так задержал на ней свой взор дольше самому себе дозволенного... ─ Кто ты, дитя? —  Риан услышала вопрос, но после продолжительного молчания, охватившего, кажется, весь зал. — Как ты попала в отряд Торина Дубощита? Лорд Элронд встал и даже подошёл к ней, беря за руку и заглядывая в глаза, а при взгляде том былой страх охватил все её тело. Сейчас, вот сейчас он догадается, узнает, откроет всем правду. Сейчас. Поэтому-то Риан и позволила себе открыть уши, в надежде что это отвлечет от всего остального. Но то самое сейчас всё не наступало. И Риан, успокаивая своё сумасшедшее сердцебиение, чуть склонила голову на бок. ─ Позвольте представиться, лорд Элронд. Меня зовут Риан. Я воительница. По контракту. Иду с отрядом короля Торина Дубощита, дабы помочь им в пути, — она и сама поразилась насколько живым, лёгким и мелодичным был её голос. Совсем не отражающим то, что творится у неё в душе. ─ Откуда ты, Риан? И как твоё настоящее имя? Родное. Девушка поджала губы. — Это и есть моё настоящее имя. Я поняла, что вы имеете в виду, лорд Элронд, но я не ваша подданная, не эльфийка. Я полукровка. И где была рождена не имеет значения. Всю свою жизнь я прожила с людьми и как человек. Кивнув самому себе, Элронд обернулся к Гэндальфу и поспешил обменяться только им известным взглядом. А затем подал ей руку, чтобы самолично сопроводить за стол. Риан не стала изменять своим привычкам, и разместилась между Фили и Кили, которые по крайней мере всегда к ней дружелюбны. Одна мелодия сменялась другой, а стол ломился от закусок. Правда как оказалось, мясных блюд почти не было, зато в достатке присутствовала зелень и овощи. Риан с вялым видом жевала листья салата, также как и её товарищи мечтая о сочном жирном кабанчике. Давным-давно она была отдала многое за такую трапезу, а сейчас же милее мяса не было ничего. Эльфы по своей природе практически не едят животную пищу, поэтому гостям пришлось довольствоваться тем, что есть. Пока Гэндальф с Элрондом продолжали свои беседы, Риан осматривала зал. Повсюду сновали эльфы и подносили своему лорду и гостям вино и закуски, на арфах и прочих музыкальных инструментах играли юные с виду эльфийки. Хотя если дело касалось эльфов, никогда нельзя было называть их возраст, потому что тому же лорду Элронду было несколько тысяч лет. На одну из таки и обратила внимание Кили. Уж очень она ему приглянулась, раз он поспешил сообщить об этом Риан, а ещё выпрямился и послал темноволосой девушке свою самую лучшую улыбку, отчего она засмущалась и опустила глаза в пол. Сидящий напротив Двалин сурово и недоуменно посмотрел на молодого гнома, а Кили потупился и принялся доказывать, что ему ну совсем не нравятся эльфийки: уж больно те тощие, имеют высокие скулы и слишком нежную кожу. Оказывается, что у них мало волос на лице. Хотя Риан знала, что будь на то воля самого Кили, он был бы не против жены другой расы, совершенно не имея никаких предрассудков. Неправильный по всем показателям гном. После сетований Кили вновь повернулся в сторону эльфов дабы поглазеть ещё немного и снова обнаружил того, кто ему приглянулся. Но теперь Риан едва ли не прыснула от смеха, потому как совершенно точно определила в этой эльфийке эльфа. То же самое сделал и Фили, только вот в отличие от Риан, озвучил это вслух. Все, сидящие рядом с Кили гномы, в том числе Двалин, громко расхохотались. Кили смутился и до конца вечера больше не осмеливался так беспардонно рассматривать эльфов, везде видя подвох. Окончив праздничный ужин, гости поспешили раскланяться с лордом и удалиться в свои покои. День был длинным, а пение и пляски только бы утомили всех ещё больше так и не принеся душевного покоя. Элронд нисколько не возражал. Отложив столовые приборы он сообщил своим собеседникам, что с ним они увидятся не далее, чем завтра и пожелав приятных сновидений, покинул зал. Тем не менее Риан заметила его мимолётный взгляд и лёгкую улыбку, адресованную именно ей. Один день переходил в другой, а тот в третий. И вот уже отряд отдыхает в доме эльфов неделю, ничуть не возражая против их гостеприимства. Даже Риан признавала, что это время была самым спокойным и приятным за всё путешествие. Возможность не думать о врагах, спокойно спать и мыться. К тому же первоначальный страх о том, что кто-то узнает о её сущности оказался бесплотен. Проснувшись утром, Риан, не дожидаясь сопровождающей, покинула покои самостоятельно. Имладрис поражал своим великолепием как снаружи, так и изнутри. Девушка шла медленно, стараясь запечатлеть в своей памяти каждое мгновение, проведенное здесь. Кажется, она постепенно меняла своё мнение об эльфах. Бродя по прекрасному дворцу без цели и смыла, она вновь наткнулась на лорда этого места. Возможно даже не случайно, потому что их встречи становились чаще и чаще. В итоге она поняла, что так жаждет услышать от неё эльф. И рассказала ту же историю, что и отряду несколько дней назад. А взамен получила заверение, что может просить у них помощи в любую минуту и несомненно получит её. Да, эти эльфы сильно отличались от тех, что были в её представлении. И всё же Риан видела, как эта спокойная и местами удушливая атмосфера начинала напрягать гномов. Особенно, когда обитатели Ривенделла попривыкли и из каждого уголка стали доноситься песни про длинные бороды последних, их вздорный нрав, воинственность и не слишком высокий рост, что являлось правдой: все кроме Торина Дубощита, его племянников и Двалина, едва ли доставали ей по плечо. А сама Риан была немного ниже среднестатистического эльфа. Лорд Элронд не оставлял своих попыток разговорить Риан, правильно предполагая, что она что-то утаивает. Или же, что вероятнее всего, начал своё собственное расследование. Для эльфов было несвойственно оставлять своего ребенка, и более того они сами могли выбрать благоприятное время для рождения наследника. Значит что-то в том, что Риан оказалась у людей было неправильным. Элронд хотел добиться справедливости. Гномы недолго сидели на месте и вскоре уже разбрелись по эльфийскому дворцу, находя себе занятие по душе, поэтому Риан виделась с ними не очень часто. А вот Бильбо, наоборот, предпочитал запираться в огромной библиотеке, что так напоминала ему о доме. Хоббит единственный, кому пришелся по душе Ривенделл и он, наверное, будь его воля, остался бы тут насовсем. И даже предложи ему кто-нибудь немедленно и без всяких хлопот вернуться в его уютную хоббичью нору, он вряд ли бы соблазнился. Если бы не контракт взломщика... Именно в библиотеке Риан чаще всего пересекалась с маленьким другом, потому что сама была там частой гостьей. Она искала данные про руны на мечах. В конце концов узнав о её затруднениях лорд Элронд пригласил всех владеющих необычным и похоже эльфийским оружием в одно помещение. Им пришлось обнажить мечи. И едва лишь взглянув на мечи тот сразу же выдал ответ: — Их ковали не тролли. Это мечи старинной работы, сделанные моими родичами. Они были сотворены Высшими эльфами Запада. Их выковали в Гондолине для войны с гоблинами. Эти мечи, вероятно, стали добычей какого-нибудь дракона или боящейся дневного света твари, так как много веков назад именно драконы и гоблины разрушили Гондолин. Это очень знаменитые клинки, и у каждого есть свое имя. Твой, Торин, зовётся Оркрист, что на языке Гондолина означает «Сокрушитель Гоблинов». А тот, что у Гэндальфа, — Гламдринг. То есть ни что иное, как «Молотящий Врагов». Некогда его носил король Гондолина. Твое же, дитя... — Элронд часто обращался к ней именно так, — ...носит имя Дагмор или «Темный убийца». Риан понравилось значение своего меча. Она уже чувствовала с ним единение. И была поражена, что ей удалось прочитать названия верно. — По преданиям, — продолжил Элронд, обращаясь именно к ней, — Дагмор принадлежал Берену, смертному супругу эльфийки Лютиэн Тинувиэль о которых написано множество баллад — ты можешь прочесть их в библиотеке. Отец Лютиэн был моим прадедом, поэтому их история мне хорошо известна. Берегите их. Вы нашли настоящее сокровище. Ещё не раз они спасут вам жизни. На вопросы Торина о появлении данного оружия в пещерах троллей, Элронд лишь сделал предположение о том, что те ограбили других грабителей, которые побывали в горах Севера в подземельях Мории, ведь там до сих пор находят заброшенные клады. ─ Риан, а ведь ты правильно расшифровала надписи, — поспешил обрадовать её чародей и девушка цыкнула про себя. И почему всем неймётся узнать что она и кто она. — Действительно? — удивлённо приподнял бровь Элронд. — Я не была уверена, просто едва я взглянула на них, они будто бы сами сказали мне свои имена. Эльфийское наречие я почти не знаю, лишь то, что научил меня когда-то отец. ─ Интересно, — задумчиво произнес Элронд. Несколько минут ничего не происходило. Тот сидел прямо уставившись куда-то прямо, но взгляд его был отсутствующим. — Значит этот дар тебе передался от матери. Твоя внешность, дитя, необычна даже для эльфов, и кажется, я знаю, кем была твоя родительница. Вернее, к какому клану принадлежала. Ныне почти не осталось эльфов виниар. Когда-то давно они могли разговаривать с любым живым существом, понимая их речь. И похоже, я догадываюсь, что случилось с тобой. Лорд Элронд вновь растревожил её душу. Риан уже была в курсе, что мать мертва, но вспоминать об этом снова не хотелось. Тем более в компании Торина Дубощита, охотно прислушивающемуся к разговору. — Позвольте мне кое-что сказать, — прервала чародея и эльфа Риан. — Я не хочу знать этого. Вернее, не хочу вновь слышать подтверждения тому, что чувствую. Я знаю, она ушла. И хватит об этом. ─ Куда ушла? ─ не вытерпел этой гнетущей тишины Торин, до этого молча сверлящий взглядом всю компанию. Он один не до конца понимал сложившуюся ситуацию. Риан вздохнула, но всё же позволила двум мужчинам объяснить суть их разговора, который был начат в присутствии третьего. — Эльфы так говорят, когда подразумевают, смерть. Покидая своё хроа — тело, наши феа — души отправляются в Валинор, покидая Арду навсегда, — объяснил лорд Элронд простым языком. — Соболезную, — неожиданно выдал король и Риан запнулась, прежде чем кивнуть в ответ. Кажется, Торин не так строг к ней, как кажется. Даже если это всего лишь дань вежливости. — Дитя, я уже увидел, что тебе интересен наш язык. Может быть, пока ты здесь, хотела бы изучить его? Мой сын Элрохир недавно вернулся с дальней охоты и с удовольствием составит тебе компанию. Что бы не задумал лорд Ривенделла, Риан было на руку его предложение, поэтому она, не сомневаясь ни секунды, согласилась. С того разговора прошло несколько дней и до самого отъезда Риан предпочитала проводить время с Элрохиром, оказавшимся чутким и внимательным учителем. Риан довольно быстро втянулась в учебный процесс и больше не тосковала столь сильно. Каждый был занят своим делом. Даже вечно задумчивый король строил какие-то планы и чертил чертежи иногда провожая её совершенно непонятным для самой Риан взглядом. Но больше они не разговаривали, поэтому всё осталось как прежде. Лишь после Риан узнала отчего отряд задержался тут так долго. Гэндальф и Элронд расшифровывали руны на карте, а без них не видать гномам того, чего они хотели. Всё изменилось в день праздника начала лета в Ривенделле. Вместо того, чтобы не привлекать и без того ненужное внимания к своей персоне, Риан совершила маленькую оплошность, сама того не зная. В тот день к вящему восторгу гномов на праздничном ужине присутствовало мясо. Также как и в день их прибытия эльфы и эльфийки играли на музыкальных инструментах, успокаивая и даря душевное наслаждение. Помимо мяса на столах появилось эльфийское вино безупречной выдержки. Пригубив его Риан позволила себе немного расслабиться. Поэтому когда Фили громко высказал просьбу Риан спеть им вместо тоскливых заунывных мелодий, она рассмеялась и... согласилась. Гномы затопали и захлопали, поддерживая одну из "своих", пусть даже она и была полуэльфийкой, но совместные приключения уже сплотили их. Даже Гэндальф и Элронд прервали свою занимательную беседу, чтобы понаблюдать за ней. Один лишь взгляд Торина предупреждающий и чересчур серьезный на мгновение заставил её поёжится и задуматься о правильности принятого решения. Но вино в крови было сильнее. Особо тёплыми весенними ночами Риан полюбила выбираться в ночной сад. Именно по ночам почему-то лучше думалось. А ещё можно было насладиться одиночеством и тишиной. Именно в такие моменты в голову приходили разные по своей значимости воспоминания. Некоторые из них она хорошо помнила, какие-то предпочла бы забыть вовсе, а некоторые считала просто старыми красочными снами. В одну из таких ночей слова очередной песни легко легли на мелодию самой природы. И вот теперь Линдир — придворный эльф-музыкант, встретивший их, едва они вошли в долину, медленно провёл пальцами по струнам арфы, повторяя ту мелодию. Сделав глубокий вдох, Риан запела: Как узор, на окне, Снова прошлое рядом. Кто-то пел, песню мне, В теплый вечер когда-то. Словно в прошлом ожило, Чьих-то бережных рук тепло. Вальс изысканных гостей, И бег лихих коней! С каждым словом, с каждым звуком она всё глубже и глубже погружалась в воспоминания, которых не помнила до этих пор. Перед глазами стоял золотистый лес, веселящихся эльфы, конные скачки, зеркала, украшенные янтарём, смех и веселье. Риан словно очутилась среди эльфов на одном из их праздников. Однако слышала о них лишь из уст Элрохира. А потом в видении появилась она. Вернее лишь часть её: нежные руки, ласковая улыбка, голос, наполненный любовью. И всё это для неё. Риан почти поверила, что вспомнила свою мать. Спустя столько времени её память начала предательски оживлять последние мгновения, проведённые с матерью где-то среди лесных эльфов. Вальс кружил и нёс меня, Словно в сказку свою маня. Первый бал и первый вальс, Звучат во мне сейчас! Зеркала, в янтаре, Мой восторг отражают. Кто-то пел, на заре, Дом родной покидая. Мелодия прекратилась и Риан вздрогнула от оглушающей тишины, которая тут же сменилась аплодисментами. Скривив губы в улыбке, девушка сделал несколько поклонов, но на приглашение подойти к ним, ответила отказом и не нашла ничего более умного, чем покинуть праздник в самом его разгаре. Риан уже не видела, как переглянулись Гэндальф с Элрондом, подумав о чём-то своём. Не заметила Риан и другого взгляда. Полного тоски, какого-то глубокого одиночества, надежды и восхищения. Правда он исчез столь быстро, что даже его собеседникам не удалось бы уловить его и разгадать причину.