But all that dies... Is born again.

Сначала Торин увидел, как Риан падает на колени, заходясь в болезненном крике. Он было подумал, что та ранена, но к сожалению, эльфийка реагировала на свою боль куда более безразлично. Лишь секунды спустя король углядел, что в ногу Кили вонзилась черная стрела, и тот осел на землю будто подкошенная кукла, неловко раскрыв рот в беззвучном крике. Дубощит подхватил оружие, дабы яростно броситься на орка, но успел лишь отметить, как его голова отделяется от тела, падая вниз. Причиной того вновь стали ненавистные эльфы. Торин отметил с какой яростью рыжеволосая эльфийка опустила клинок, испачканный кровью. Сейчас он был уверен, что не за красоту её назначили командиром стражи. Спасительница, что не успела всего на несколько секунд, уже находилась рядом с его племянником, а высокомерный блондинистый принц осматривал территорию на наличие врагов. Прикосновение нежной руки рыжеволосой барышни отвлекли Кили от нестерпимой боли и разливающегося по всему телу жару. Они взволнованно перебирали темные кучерявые волосы, пока другая эльфийка осторожно освобождала ногу от стрелы. Торин видел, как Кили старается держаться и знал, как ему непросто. ─ Что вы здесь забыли? ─ раздался зычный голос Двалина, что обращался к эльфам, поигрывая своей секирой. ─ Мы всё ещё в своем лесу, гном, где вы такие же нежелательные персоны. Из-за вас ворота лесного королевства подверглись нападению орков. С ними мы справились, но… ─ лесной принц не договорил, оказавшись перебит королем гномов. ─ Но Трандуил послал шпионов к нам? Верно? ─ Нет, Торин Дубощит, ─ отозвалась Тауриэль, не отрывая своих пальцев от волос Кили, отчего тот даже будут раненным не переставал улыбаться. ─ Владыка не знает о том, где мы. Я... я обдумала ваши прощальные слова и решила принять предложение Кили. Надеюсь, оно все ещё в силе, ─ говоря тише, она кинула мимолётный взгляд на гнома, уже приподнявшегося с помощью брата и Риан. ─ А Леголас… ─ А Леголас понял, что отец заблуждается, веруя в свою неуязвимость и не желая увидеть то, что творится в нашем королевстве, — отозвался эльф. — Он не позволяет избавляться от гнезд пауков за пределами королевства, не помогает людским селениям, живущим неподалеку и страдающим от нападений орков. Он не понимает, что пришла беда. И она не только наша, а общая для всего Средиземья. ─ Раньше Владыка не позволял оркам рыскать по нашим землям, ─ вновь продолжила эльфийка. ─ Но этой стае дал нарушить границу и напасть на вас. И это наша совместная битва. Она не закончится здесь. С каждой победой это зло будет расти. И мы не должны сидеть сложа руки, укрывшись за стенами, прожить жизнь вдали от света и позволить спуститься тьме. Разве мы не часть этого мира? С каких пор мы позволяем злу стать сильнее нас? Какое-то время на берегу реки стояла тишина. Все поглядывали на Торина, а тот в свою очередь разрывался между желанием поверить им на слово и принять помощь, и жаждой прогнать их. Все решил слабый и едва слышимый болезненный стон Кили. Они не справятся в одиночку с раненным, а если на них нападут вновь... Нехотя кивнув, Дубощит высказал свое сдержанное согласие и отряд облегчённо выдохнул. Лишь Риан было не по себе. Ее одолевали мрачные думы и одна была другой хуже. Не сообщил ли Трандуил своему сыну, кто она такая и что за опасность в себе несёт? Не послал ли тот следить, чтобы докладывать о каждом её шаге и промахе, дабы потом нанести решающий удар? И всё же, краем глаза наблюдая, как Тауриэль помогает Кили, не могла не отметить, что эльфийка оказалась куда добрее и душевнее своих соотечественников. Хотелось бы только верить, что её забота не сделает всё ещё хуже. Леголас исчез какое-то время назад, сообщив, что проверяет периметр. Остальной отряд был сплочён и готов в любой момент двинуться в путь. Оставался лишь Бильбо Бэггинс. С момента их побега и его полной праведного негодования речи, тот старался не пересекаться с ней один на один. Сейчас полурослик и вовсе отлучился куда-то с Ори под предлогом поиска лечебных трав для Кили. И Риан приходилось много думать об этом. Она не видела хоббита, но чуяла его. Могла ли уловить оставшийся феромон после побега Бильбо? Мог ли сам хоббит солгать о том, что всё видел, пока на самом деле просто прятался где-то неподалёку. Вопросы множились. А ответов так и не было. Даже надежда поговорить с глазу на глаз с Бильбо пропала, когда вернувшийся Леголас сообщил неутешительную новость. Ветер донёс приближающийся орочий дух. Их было немного, но двигались они быстро. Времени организовывать ночлег и тратить драгоценные минуты и часы на сон просто не было. Двалин, вновь попробовавший отвязаться от эльфов, потерпел поражение. Аргументы Леголаса были неоспоримы. Эльфы и люди в ближайшем городе испокон веков жили мирно. Они торговали продуктами и вином, и не имели никаких недомолвок. Поэтому эсгаротцы, по словам принца, без особых проблем пропустят скорее троих эльфов, чем множество хорошо вооруженных гномов, которых тут не видели уже очень давно. Ослабленные трудным путешествие по реке и многонедельным заточением, гномы выдохлись ещё и после продолжительной битвы. Ранение Кили не добавило никому радости. Они обеспокоенно шептались и старались помочь товарищу идти скорее, но яд проникал в кровь всё быстрее и быстрее. Сейчас он уже почти подкосил молодого воина. Тауриэль по мере своих сил помогала ему идти и точно также была недееспособной в случае внезапного нападения. Помощь Леголаса, как бы ни хотелось иного, была необходима. Настроение отряда было тревожным. Даже радость от того, что они достигли берега озера Долгого, быстро испарилась. Зато многих заинтересовал Озёрный город, так как он был последним живым пристанищем перед очередным долгим переходом до Одинокой Горы. Несмотря на то, что вместо повозок у жителей были лодки, а вместо дорог ─ вода, это было лучшим пристанищем нежели ночёвка под открытым небом с постоянной угрозой нападения. Хотя Риан, будь её воля, бы всё равно предпочла более уединённый маршрут. Эсгаротцы не жаловали путников. Они были очень бедны, страдали от болезней и голода. Промышляли в основном рыболовством и реже охотой. Судя по тому, как изменились эти края за последние несколько лет, в городе могло стать ещё хуже. А пока гномы спорили и решали как же им войти в город, способ переправки сам нашёл их. Из густо засаженной лесной опушки вышел человек со вскинутым луком. ─ Ещё шаг... ─ предупредил крайне смелого и безрассудного лучника Леголас, ─ и не видать тебе своей головы. Мужчина хмыкнул и довольно презрительно оглядел разношерстную компанию. ─ Посмотрим, ─ парировал он, ─ чья слетит быстрее. Кто вы такие и зачем идете в Эсгарот? Острие стрелы переместилось на Риан и та немного вздрогнула от неожиданности. Свой меч она так и не достала, замешкавшись на помощи Кили и потерявшись в своих воспоминаниях. ─ Кто ты такой, чтобы нас допрашивать? ─ вспылил тут же Торин, благородно стараясь переманить внимание незнакомца на себя. ─ Я всего лишь лодочник, а вот кто ты? Это ещё предстоит выяснить, ─ бросил человек, осознав, что на этот раз выбрал верную цель, и что от его вопросов чужаки не отделаются. Риан знала, что из Торина не лучший переговорщик. Он был вспыльчив, груб, требователен. А Леголас сообщил, что к эльфам люди радушнее, чем к мрачным гномам. Она признавала, что последние несколько недель выглядела потрёпанно, но всё равно постаралась произвести более приятное впечатление. ─ Прошу простить наше вторжение, уважаемый лучник, ─ начала она, медленно снимая капюшон с головы. ─ Эти гномы просты торговцы, что идут к своей родне в Железные холмы. Тогда как мы подданые лесного владыки. Судьба свела нас в глубинах мрачного леса. Мы решили помочь друг другу. Однако недавно подверглись нападению, лишились почти всего... ─ Они вам приплатили что ли? ─ крякнул лучник. ─ С каких это пор эльфы добрые друзья подгорному народу? Меня не обхитрить. Говорите или проваливайте. Риан снова открыла рот, но Леголас опередил её, незаметно подхватывая уже готовую легенду. ─ Я ─ Леголас, сын Владыки Трандуила, ─ гордо и достаточно сдержанно произнес он. Ему всегда удавалось держать все эмоции под полным контролем и мастерски управляться ими. Сроду ни у кого не было сомнений, что он говорит ложь. ─ Это леди Тауриэль, капитан эльфийской Стражи, и леди Амариллис ─ гостья из Ривенделла. Мы сопровождаем гномов до Эсгарота, заодно охраняем их от неприятностей и хотим навестить сам город на озере. По поручению короля. ─ Похоже, вы ещё одни охотники за сокровищами, ─ после некоторого молчания размышлял вслух мужчина, не поверив рассказу про дальнюю родню, но всё же оказав честь самому принцу. ─ Вы ведь идете к Одинокой Горе, я прав? ─ Мы хорошо заплатим тебе за лодку и твою услуги, лучник, ─ не дал продолжить опасную тему старик Балин. ─ Не думаю, что твое ремесло приносит тебе большой доход. Действительно, если присмотреться, на лучнике было довольно потрепанное пальто и видавшие виды сапоги. Люди тут никогда не жили вдосталь. ─ Вам повезло, что именно сейчас я нуждаюсь в деньгах больше всего, ─ после короткого молчания признался лучник. ─ Я помогу вам добраться до города, пройти мимо стражи незамеченными, но… ─ он ослабил, наконец, тетиву и выразительно взглянул на Балина. ─ Оплата двойная, — тут же произнес старый и хитрый гном, понимающе улыбнулся и достал свой кисет. ─ Однако если кто-нибудь из вас скажет мне хоть слово или обнажит свое оружие, то обнаружит себя в темницах градоправителя, ─ незнакомец буравил взором хмурящихся Торина и Двалина. ─ Эльфы могут не таиться. Ваш щедрый народ бургомистр привечает, так что проблем с посещением города вы не встретите. Лучник представился Бардом и поспешил кивнуть на причаленную лодку. Туда он уже погружал приплывшие в одиночестве пустые и знакомые всем бочки, на которых гномы и совершили сплав по реке. Разговорившись с Балином, лучник по имени Бард подтвердил, что ему нужно обеспечивать семью: двух девочек и мальчика, а золота не хватает. Мало кто желает проникнуть в город, особенно за его пределы, поэтому, когда выдаётся такой шанс, он не в праве отказаться от двойного вознаграждения. Люди Эсгарота были некогда великим народом, живущим в городе, отстроенном на озере. Когда ещё Дейл был велик, а Эребор процветал, Эсгарот ни в чем не нуждался. По Долгому озеру ходили корабли с золотом и вооруженными воинами. И было тем людям чем гордиться, но сейчас Озёрный город потерял свое величие, и лишь в песнях и давних сказках ещё можно найти упоминание о гномьих королях, времени до появления дракона и до падения Дейла. В некоторых из них до сих пор поется о возвращении истинного короля и о том, как золотые реки вновь потекут из горных ворот. Но уже немногие в это верят. Людям свойственно умирать и уносить старые сказки с собой в могилу. И уж тем более существование дракона забылось в веках, а над теми, кто ещё верил в него, смеялись и считали их легковерными глупцами. Поэтому на сегодняшний день эти древние сказки никак не влияли на повседневную жизнь озерников. Бургомистр не любил чужаков, считая, что те всегда приходят с недобрыми намерениями. Единственное кого он терпел, это эльфы, да и то потому что они никогда не интересовались человеческими городами и платили много золота за человеческое вино и пищу. Уже дважды (а возможно и два с половиной раза) её эльфийская кровь помогла ей в пути. Возможно быть эльфом не так уж и плохо. По крайней мере она не сидела в бочке, заваленной сверху пахучей рыбой, а плыла прямо стоя на ногах. Правда для этого Тауриэль помогла немного привести её в порядок, убирая веточки и мусор из волос, чтобы она не выглядела убийцей бургомистра. И ещё Риан пришлось переодеться в неудобный, совсем не подходящий по погоде эльфийский наряд. Но он у неё хотя бы был. Бард заверил, что это временно, и едва они окажутся у него дома, мучениям придёт конец. И если гномы уже видели её в подобном облачении, то Леголас не спешил отводить свой отточенный взгляд от её фигуры. Риан успела поёжиться и всё-таки накинула старый плащ с утеплением поверх. ─ Мой отец был прав, видя в тебе нечто большее и куда более опасное, чем полагал сам, — наконец произнёс он, потянув вверх уголок рта, где сошлись его тонкие губы. Риан поджала губы, не слишком-то желая вести праздные беседы с принцем эльфов. Более того, ей вовсе не улыбалось если и он начнёт копаться в её биографии и отыщет ниточки, ведущие к её матери. Пусть он и дальше считает её искательницей сокровищ, не имеющей склонности к придворным играм эльфийского королевского двора. Пусть обвиняет в хитрости и распутстве. Лишь бы не начал копаться в её внутреннем мире. ─ Кххнэе, ─ закашлялся Кили, прервав мучительную тишину, возникшую после слов принца, всё ещё мучаясь от боли в ноге, но теперь обретший надежду на помощь эсгаротцев, ─ теперь я вижу, что нашел в тебе Глор... как его там... финфиль. Ты и в самом деле похожа на принцессу. ─ Глорфиндель? ─ переспросил Леголас, исправляя эльфийское имя, уже вписанное в легенды истории. — И хорошо, что так, Кили, — девушка нежно убрала прилипшую прядку волос со лба друга, — потому что Глорфиндель мой друг. Также как и ты. И если ты начнёшь как старый дед брюзжать, что до своей смерти хочешь погулять на моей свадьбе, я всажу в тебя вторую стрелу. Кили хрипло рассмеялся. ─ А почему бы и нет? Может это последний праздник, где нам удастся погулять, — поддержал в шутливой манере своего брата Фили. — Вот выберем тебе эльфа и... ─ Фили, ─ обречённо отмахнулась от него Риан, ─ прекрати! Я не собираюсь обременять кого-либо узами брака со мной. ─ Ну, если не эльф, ─ не унимался Фили, — тогда может и гном сойдёт? И почему сразу обременять кого-то. Скорее наоборот этот кто-то выиграет у судьбы знатный приз. Ну, же, Двалин, ты бы отказался от такой жены, как наша Риан? — Если принесет мне сердца пятидесяти орков, — оскалился гном, — то сочту за честь. Компания давно сложившихся друзей уже вовсю хохотала. Даже Риан не могла не отреагировать на это заявление. ─ Вы окажете мне честь, господин Двалин. Знаете, я давно мечтала, чтобы меня защищал кто-то вроде Вас... такой сильный и... ─ Ни слова больше, — рявкнул на них Торин, прекращая всеобщий смех, исходящий даже от эльфов и их перевозчика. — Мы приближаемся. Король гномов не мог заставить себя отвести взор от той, что не давала ему покоя который месяц. Он бы подписался под каждым обожающим взглядом, под каждой улыбкой и вздохом в её сторону. И обворожительная, и чудесная, и прекрасная... Однако теперь не имел на это права. А вот остроухий хитрец о чём-то размышлял, пристально вглядываясь в каждую черточку Риан. И видимо решив собственную загадку, поспешил исправить их неправильно начавшееся общение. Та сначала была настроена скептически и осторожно, под конец начала даже отвечать вполне вежливо. Всё потому что тот не боялся сказать то, что держал в своих мыслях. Наглый, избалованный принц. Сам Торин постарался запомнить Риан именно такой, полагая, что недолго осталось ему видеть девушку рядом. Даже если они дойдут до Горы, а с каждым днём эта надежда становилась призрачнее, а опасностей на пути всё больше, даже если удастся добыть Аркенстон, то что дальше? Такая же неизвестность. Разрушенный дом. Опасное чудовище, которое могло как обитать внутри, так и нет. Тяжёлая дорога, лишения, суровая зима. И на другой стороне у неё прекрасные наряды, мягкие кровати, душистые цветы и вкусная еда. Контракт будет считаться исполнен, она получит свою награду. С гномами ей делать будет нечего. Повезёт, ежели Риан вернётся в знакомый Бри и время от времени он смог бы проезжать в Синие горы к родне мимо неё. Торин отвернулся, поняв, что бессмысленно и жестоко строить нереалистичные догадки в своей голове. Сердце оттого болело сильнее, когда его каждый раз вскрывали тупым ножом. Единственное на что так и не обратил внимание погружённый в свои мрачные думы Дубощит, это то, как под наносным притворством исказилось лицо эльфийки, как мимолётная боль промелькнула в её ярких глазах, и как дрогнула её улыбка. Меж тем лодка и вправду стала стремительно приближаться к городу, оплывая старые полусгнившие сваи, оставшиеся от некогда великого ранее города. Туман пока скрывал путников, но Бард приказал гномам лезть в бочки, чтобы скрыть их от стражи. Риан поежилась ─ когда замолкли голоса, отчего-то ветер стал чувствоваться ещё более колючим и цепким. Будто бы её собственные мысли о том не совершает ли она очередную ошибку. Лодочник меж тем уже направил ладью в известное только ему место, чтобы похоронить своих путников. В прямом смысле. Под горой рыбы. На приграничном патруле случилась небольшая заминка. Первый пост они минули без проблем: Бард обменялся приветствием со стражником. А вот на втором их уже встречала небольшая делегация. — Бард, кто там с тобой? Из-за спины приветливого полноватого мужчины в потёртом пальто показался мужчина, полная ему противоположность. Низкий, тощий, сутулый, с грязными волосами и быстро бегающими глазками. Он зло ухмыльнулся, заметив бочки с рыбой и Барда на одной лодке, и лишь затем обратил своё внимание на его гостей. Риан поёжилась от пристального осмотра своей фигуры. Зря она обрядилась в кроваво красное платье, никто бы и слова не сказал на её чёрные одеяние. — Эльфы из лесного королевства, Альфрид. — И что же эльфы забыли на твоей лодочке, а не вошли через главные врата? — А я почём знаю. Вышли на меня и приказали сопроводить в город. — Добро пожаловать, дорогие гости! Заместитель бургомистра Альфрид приветствует вас, — расплылся он в насквозь фальшивой улыбке. Риан даже притворяться не пришлось. От одного только присутствия Альфрида ей хотелось обнажить клинок и вспороть тому брюхо. Но во избежание конфликта просто расправила плечи и смерила человечишку презрительным взглядом. Леголас и Тауриэль не отставали от неё. — И что это ты везёшь помимо эльфов, Бард? Никак я погляжу рыбу. А ты знаешь, что у тебя нет лицензии рыболова. Опрокинуть бочки за борт! Риан дёрнулась в поисках меча, но он оказался в одной бочке с Кили. — Альфрид, люди голодают. Ты ждёшь, что однажды они предъявят свои претензии бургомистру? — Это правда? — вырвалось изо рта Риан. Альфрид преследовал свою выгоду. Он вместе со своим хозяином обирал людей и удерживал их в страхе. Присутствие при таком разговоре эльфов, которых можно было раскрутить на золотые монетки и которые могут отказаться сотрудничать с ними, плюсом ко всему недовольство горожан, которые вполне могут устроить бунт, заставило его передумать. — Проезжайте, — скривился он. Пропуская эльфов в город, Альфрид, явно точивший зуб на Барда, предупредил, что бургомистр обязательно захочет увидеться с гостями поутру. Дальнейший путь проходил в молчании. Риан с некоторым удивлением отметила, что Барда в городе знали и уважали многие. Тот, в отличие от нынешнего правительства был добр к каждому. С ним здоровались рыбаки и местные жители, приглашали на праздники, справлялись о здоровье детей. А из-за того, что гости прибыли с Бардом, доля их внимания досталась и им. Особенно старались дети. Мальчишки и даже девчонки разных возрастов бежали по деревянным настилам, стараясь обогнать лодку. ─ Ведите себя естественно, ─ шепотом произнес Бард, поглядывая по сторонам. ─ За мной следят и за вами, соответственно, тоже. Не выдавайте своих друзей пока я не скажу, что путь свободен. Бард, который поначалу оттолкнул Риан своим поведением, теперь вызывал некоторое уважение. Он исправно делал свою работу. И по всей видимости готов был честно трудиться за полученные деньги. У самого последнего переезда мужчина отдал свободную бочку, наполненную только рыбой, в качестве взятки и ему позволили проехать. Позже, оказавшись у самого дальнего, узкого, но высокого дома, Бард сообщил Риан, что всё в порядке и неожиданно с силой пнул одну из бочек за борт. Остальные последовали туда же. — Ты что творишь? — вполголоса рявкнула девушка, делая шаг вперёд. — Успокойся, — повторил Бард. — Гномы будут в порядке. Плывите под дом, там вас встречу. Риан не оставалось ничего другого, как последовать за лучником.