Flame and ice

      Вдох, выдох. Снова вдох и снова выдох.       Как же порой люди бывают неподготовлены к ситуации. После происшествия я просто не могу успокоиться. Что произошло? Я вам сейчас расскажу… — Гидеон, хватит бежать, у меня вообще-то ноги короче и длинные юбки! — сказала я Гидеону — Ну подожди же ты! Куда так лететь? У нас еще полчаса времени в запасе! — Да, — наконец ответил мой напарник — но нам нужно быть во время в подвале, в алхимической лаборатории. Так что, Гвендолин, торопись! — он обернулся и посмотрел на меня. Мы стояли посреди переулка, а я боялась, что на нас выльется какой-нибудь ночной горшок. Вскоре в наш переулочек зашел разодетый человек — лорд Алестер. Его шпага, как обычно, была украшена множеством камней из-за чего казалась ненастоящей, просто игрушкой, которая не может нанести вред. Но книжку нельзя судить по обложке. На вид безобидная вещь смогла повредить нечто более хрупкое, чем сама она на вид. Лорд Алестер ненавидит путешественников во времени. Это у них семейное. Но напасть на двух практически неподготовленных подростков, более чем подло! Мне, поскольку у меня нет оружия, пришлось отвлекать Алестера. — Эм… как поживаете? — согласна, не самое умное, что могло придти мне в голову, но все же. Тем более меня отвлекал и тот ужасный призрак, который везде следовал за лордом, я его назвала Дартом Вейдером ибо он носит все черное и изрыгает проклятия в нашу сторону. Но кроме меня его никто не видит и не слышит! Мне очень повезло!       Больше лорд Алестер не обращал на меня внимания, он сражался с Гидеоном, причем мой напарник проигрывал.       Рядом со мной же стоял Дарт Вейдер и я, не знаю почему, могла чувствовать смрадный запах, исходящий от него. Из-за этого мне было не по себе и я начинала еще больше волноваться. Но тут мое внимание привлекла поблескивающая, как оказалось, металлическая пластина, которая была довольно острой и после громкого и ясного вскрика со стороны сражающихся, я быстро подбежала к ним, но один уже успел упасть и второй наносил ему все больше и больше серьезных ран. И я зарядила пластиной в голову нападавшему, то есть лорду Алестеру. Гидеон уже лежит с закрытыми глазами и пытается держаться за уходящие остатки жизненных сил.       Когда же мы вернулись обратно в наше время Гидеон почти не дышал. Точнее он дышал редко и поверхностно. Я пыталась остановить кровь, но было слишком много кровоточивших ран. И сама я отказывалась отходить от него куда-либо, ведь он может погибнуть.        Но нас быстро нашли адепты. Они послали за доктором Уайтом и отнесли Гидеона в его кабинет. Я же сидела в своем окровавленном платье и вспоминала весь этот ужас. У меня самой было несколько царапин, но они были легкими и уже не кровоточили. Я просто не могу забыть его бледное лицо, его глаза, в которых застыл ужас и понимание скорого конца…       Мадам Россини помогла мне переодеться и смыть весь макияж с лица, но теперь я выглядела просто ужасно. Опухшие глаза, красный нос и щеки, а сама кожа бледная. В таком виде я и сижу в зале Драконов. Фальк бегает из стороны в сторону ожидая результатов от доктора Уайта. Мистер Джордж пьет чай, но он тоже бледный и не так давно сильно волновался, поэтому ему и дали чай. Предлагали и мне, но я отказалась. Не могу думать не о чем, кроме Гидеона и его состояния сейчас. Пришел мистер Марли и сообщил, что доктор Уайт делает все что в его силах.       По приходу в школу меня встречает Лесли. — Гвен, ты сегодня спала? Нет ведь, да? — я лишь кивнула — Мне снились кошмары, точнее снились все детали вчерашней миссии. Гидеон… — ответила я и снова всхлипнула — Ну, же, фонтанчик ты мой, хватит реветь! — гаркнул Химериус, маленький демон, похожий на кошку с рожками и крыльями летучей мыши. И опять же слышать и видеть его могла только я. — Все будет хорошо с твоим принцем!       Я была очень благодарна Химериусу за то, что он меня постоянно поддерживает. Я сильно привязалась к этому маленькому демону.       В классе были почти все, когда прозвенел звонок. Не хватало только Рафаэля. И вот он заходит за несколько секунд до прихода учителя. И я замечаю на его лице признаки бессонной ночи, от которой явно было мало приятного. — Раф, как ты? — спросила у него Лесли — Отвратно. — последовал короткий, немного грубый ответ. — Из-за Гидеона? — спросила я и Раф ответил кивком — Его не было дома. Дядя Фальк сказал, что его перевезли в больницу, в палату интенсивной терапии. — Все так плохо? — в ответе я не нуждалась, сама прекрасно помню в каком он был состоянии — Но это ведь значит, что он еще живой, так ведь? — Да, но лежит в коме… — Рафаэль был очень раздосадован этим происшествием — Но… — я медлила, но все же задала этот вопрос — как он будет элапсировать? Это же безумно опасно бесконтрольно прыгать во времени. — Я не знаю, Гвенни. Хранители наверняка что-нибудь уже придумали. — ответил мне засыпающий Рафаэль.       После уроков я отпросилась у хранителей поехать в больницу. Ненадолго, всего на пару часов. И там они отправили и меня и бессознательного Гидеона на элапсацию. Я сидела и учила уроки, но приборы, которые помогали Гидеону оставаться живым, меня сильно отвлекали. Кардиомониторы пикали, вокруг Гидеона вились трубочки и ИВЛ помогал ему дышать. Я присела на койку и провела ладонью по бледному лицу, мечтая снова увидеть прекрасные зеленые глаза, в которых будут искриться лучи солнца. Чувствовать теплое прикосновение его сильных рук, видеть как ветер застревает в его кудрявых длинных темных волосах. Я не знаю сможет ли он сделать это, но я верю в него.       До конца элапсации остается полчаса. Я почти доделала свои уроки, но сейчас меня отвлек вовсе не писк приборов, а легкий шорох и тихий шепот — Гвендолин?.. — он произнес только мое имя и я подскочила со своего места и побежала к больничной койке. Гидеон, мой милый и сильный Гидеон сделал это, он остался жить и сейчас он пытался снять с себя маску ИВЛ. — Давай помогу, — прошептала я и он оставил попытки снять маску сам. — Но лучше бы ты остался в ней… — Я смогу дышать сам! Я не новорожденный мальчик! — Ты же огрызаешься! Значит тебе уже намного лучше? — Да… ох, Гвен, у тебя просто шикарный голос. Особенно когда ты ласково шепчешь… — я улыбнулась ему. Я не знаю почему он мне это говорит сейчас, когда только вернулся, но я не собираюсь его прерывать. — Гвен, ты спала ночью? Просто у тебя синяки под глазами. Хотя, они хорошо оттеняют твои сапфировые глаза… ты не ответила, ты спала или нет? — Немного, мне снилось много кошмаров… — я решила сказать ему правду, все-таки она касается его. — Из-за тебя, из-за Алестера. Из-за твоих ран. Я просто не находила себе места. В какой-то момент я даже подумала, что ты не выкарабкаешься. Но ты сделал это… — я чувствовала, как к горлу подкрадывается комок и скоро я начну реветь. Гидеон поднял свою руку и вытер скатившуюся слезинку с моей щеки. — Все хорошо, я же живой теперь. Все снова будет хорошо. — прошептал Гидеон — Гвенни, можешь наклониться ко мне? — просил он меня с самой милой улыбкой, на какую сейчас был способен. Когда я к нему наклонилась, он чуть-чуть приподнял свою голову и поцеловал меня. Я чувствовала его теплые губы на своих, его все ещё холодные руки на своей шее, которые потом переместились в мои волосы. Внутри меня словно что-то ожило, проснулось после долгого сна. Внутри запорхали бабочки, которые потом превратились в парящих птиц, даруя мне чувство эйфории, которое я не могла контролировать.       Все во мне кричало о любви. Я хотела большего. Но вдруг почувствовала знакомое ощущение американских горок в животе и, подскочив, быстро собрав все свои тетради и книги, встала на свободное пространство и меня перенесло в настоящее. Потом на свою койку плюхнулся и Гидеон, который еще сильнее побледнел. Видимо укачало во время прыжка. — Гидеон! О боже! Ты проснулся!!! — вскрикнул Фальк — Дядя Фальк, пожалуйста, не шуми! — ответил ему больной. — Вижу, что ты в порядке. Знаешь, мальчик мой, завтра в Лондон прибудет ваша мать, я сказал ей, что ты в больнице. — сказал Фальк — Что ты сделал??? — Гидеон и Рафаэль прибывали в шоке. — Гидеон, все будет в порядке — сказала я так ласково, как только смогла — завтра воскресенье, я завтра буду с тобой. Примем твою маму вместе. — Гидеон посмотрел на меня взглядом маленького щенка. Но потом устало улыбнулся. — Спасибо, Гвендолин. — Ты от меня так просто не отделаешься, даже не надейся. — шепнула я и мы оба расплылись в улыбках.       В тот вечер я долго думала, что же мне завтра надеть. С одной стороны я иду в больницу к парню, а с другой стороны я знакомлюсь с Селией, мамой Гидеона.       В итоге, мой выбор пал на джинсы и красную толстовку, волосы я заплела в косу и я слегка накрасила глаза.       Придя в больницу, я нашла Гидеона в обычной палате, где он читал какую-то книжку про историю — Тебе не скучно читать историческую литературу? Ведь ты сам можешь побывать там! — Нет, не скучно. Мне нравится. — Что нравится? Книжка? — Нет, не книжка! Мне нравится как ты выглядишь. Красиво. — от его слов я быстро залилась краской, но потом я услышала то, от чего еще сильнее покраснела — А мне кажется, что не так уж и хорошо она выглядит! — за моей спиной прозвучал спокойный, тихий и взрослый голос. Когда же я повернулась на звук, то увидела стройную, молодую женщину с удивительными зелёными глазами в обрамлении густых темных ресниц. У нее были волнистые темные волосы, которые были аккуратно уложены и собраны невидимками. Одета она была в элегантное, облегающее темно-синее платье и носила синие туфли-лодочки. Селия производила сильное впечатление и от чего-то мне стало немного не по себе в моей уютной толстовке и джинсах рядом с такой элегантной женщиной.