Наша история, или Любовь под музыку!

Писала эту главу с НЦ под трек Beyonce — Helo. Так что, включаем) Если кто-то не любит эту песенку, ставьте любую на свой выбор! Pov Том. Билл смотрит на Энди и тихо матерится. Затем разворачивается и удаляется в сторону лестницы. — Том, идём, — позвал меня Георг. Я кивнул, но упорно продолжал смотреть на удаляющегося Каулитца. Перемещаю взгляд со спины на маленькую упругую попку. Слюноотделение заработало сильнее… Я сглотнул и облизал губы, представляя, что буду вытворять с этой самой попкой сегодня ночью. Сцены из раздела 18+ тут же появились в голове, а широченная улыбка расползлась на лице. — Трюмпер, ты похож на тёмного властелина, решившего захватить вселенную, — хмыкнул Энди и, схватив за руку, потащил к лестницам. Оказавшись на втором этаже, один из старших начал что-то говорить, а другой притащил большой пакет и вывалил всё содержимое на пол. Это были маски, шарики, краски, какая-то белая ткань и новогодние хлопушки. Из кармана джинсов парень вытащил связку ключей и объявил что они от всех аудиторий Академии. — Кто привидение играть будет? — раздался голос спереди. Ни одной руки… Хм, а что если… — Давай я! — громко произношу. Листинг с Энди оторопели от моего заявления и просто молча выпучили глаза. — Классно, иди сюда. Я подошёл к парню с пакетом, и он торжественно вручил белую ткань, валявшуюся до этого на полу. Я скептически оглядел это нечто и, пожав плечами, начал снимать толстовку. Нацепив на меня балахон с капюшоном, парень начал копаться в куче вещей, и спустя пару минут достал белую маску на всё лицо. — Так, я тебе открою шестую аудиторию, она ближе всех к западной части. Выплывешь оттуда и бабахнешь вот этим, — и впихивает в руку хлопушку. — Потом обратно в аудиторию вплывёшь. Пара человек по-любому за тобой пойдут, там мы их и словим. Тебя выпустим, а красных оставим, — затараторил другой, натягивая на себя маску обезьяны. Хотя, зачем ему, спрашивается, маска, если он одним своим внешним видом напугать может? — До этого вы с Эмилем обыщите аудиторию, вдруг там мешочки спрятаны, — присоединился третий, неизвестный мне парень. — А можно с вами? — спросила блондинка, стоявшая рядом с Эмилем. — Кира, ты на своих каблуках обязательно упадешь, если придётся побегать, — начал парень — Ты же не хочешь сломать себе… — так и тянет сказать копыта, — ноги. — Я сниму туфли! — не сдавалась блондинка. — Послушай, — начал я, — мы будем искать мешочки. Искать, понимаешь? Это значит лазить по всяким тёмным углам, стоя на четвереньках. А у самого так и крутится ляпнуть: тебе не привыкать, наверное. Девушка надула губы и отвернулась, вся такая обиженная-разобиженная. Через двадцать минут, когда все определились, кто и что будет делать, я, Эмиль и Георг, который изъявил желание помочь, отправились к шестой аудитории. Двигались мы быстро и, по возможности, незаметно. Хотя, мой образ Каспера вряд ли можно назвать незаметным. Да и маты, которые вырывались из меня, стоило только наступить на подол костюма, не способствовали тихому передвижению. Я уже пожалел, что решил стать привидением для запугивания. Но и упустить такой шанс напрямую поймать Билла я не видел. — Так, красные ещё на первом, — сообщил Эмиль, открывая аудиторию. — Мд-а, впервые вижу, чтобы привидение кроссовки носило, — тихо смеялся Гео, входя в открытую дверь. — Сам в шоке! — театрально прикрываю рот ладонью. — Смотри, — махнул парень рукой в сторону лестницы — там освещения нет. Затаись, а когда красные поднимутся, жахни хлопушкой и сразу сюда. — Хорошо. — Георг, пошли пока мешочки поищем, — тихо говорит Эмиль и закрывает дверь, оставляя меня одного. Я встал у стенки и прикрыл глаза. Надо Билла по-тихому увести, чтобы у нас было побольше времени провести наедине. Минут через пять послышались тихие шаги. Я нацепил маску и накинул капюшон. Первые силуэты показались в плохо освещённом коридоре. Они остановились и начали шушукаться. Я, решив, что пора действовать, выскочил из угла и как заору: — Бугагашеньки, я пришёл! И как жахнул хлопушкой над головами ошарашенных людей. Все остановились как вкопанные, смотря на такого ненормального Каспера, как я. Пока они пребывали в шоке, я снова крикнул: «Атас!» — и рванул в аудиторию. По звукам несколько человек помчались за мной, пытаясь ухватиться за костюм. Но не тут-то было! Я ж, блин, мастер на идиотские выходки: резко развернулся и завыл голосом умирающего медведя, при этом подняв руки вверх и помахав ими, пытаясь изобразить зомби… Мд-а, надо сказать, зомби из меня как из крысы певица… Что поделать, театральное мастерство не мой конёк. Ребята, которых я пытался запугать, дружно заржали и погнались за мной, пуще прежнего, выкрикивая нелепые угрозы. К моему счастью, Билл был в их числе, а значит, мой план не далёк от осуществления! Я забежал в аудиторию и прижался к стене возле двери, дожидаясь бегущих. Тут, значит, вламывается делегация из десяти человек и дружненько тормозит, боясь сломать себе шею, запнувшись о стулья или ещё что-нибудь — ведь здесь практически темно, не считая света проникающего из открытой двери. Билл забежал последним и остановился, крутя головой. Я тихо подкрался сзади и закрыл ладонью его рот, чтобы не закричал. Пока никто не видит, увожу его из аудитории, закрывая за собой дверь. Слышу оттуда какие-то ругательства, смех, крики… Но меня это уже не волнует, я хватаю ничего не понимающего Каулитца за руку и веду в сторону нашей комнаты. Но, не дойдя даже до шестидесятой, Билл резко потянул меня за рукав, заставляя обернуться. Он смотрел выжидающе, изучая и, видимо, пытаясь понять, кто я и что мне от него надо. Я откинул капюшон и снял маску, широко улыбаясь. Билл облегчённо выдохнул и тоже заулыбался. — Так и думал, что это ты. — Правда? — Ну, а кто ещё может увести меня с праздника, переодевшись в привидение? — хохотнул Билл и подошёл вплотную. — Всё может быть. — Не в твоём случае, — прошептал он, коснулся моих губ поверхностным поцелуем. — И я даже знаю, для чего ты меня забрал. Не говоря больше не слова, притягиваю своего красавца и заключаю в объятия. Билл уткнулся тёплым носом в шею и глубоко вздохнул. Мы так и стояли, крепко обнявшись, наслаждаясь этим моментом. И не нужны были слова… Было просто хорошо, оттого что Он рядом, любит и любим. — Хочу тебя, — прошептал Билл и немного отодвинулся, смотря на меня горящими глазами. — У нас обоюдное желание… Каулитц взял меня за руку и повёл к комнате. И кто сказал, что запланированный секс не вызывает таких же яркий ощущений, как, скажем, незапланированный? У меня вот коленки подкашиваются, стоит представить, что я намереваюсь сделать с парнем! Мы быстро доходим до нужной двери, и Билл пытается повернуть ключ в замочной скважине, но та не поддаётся. Он снова пытается… Не получается. Заклинило, что ли? Билл пнул дверь и выругался. А я как полнейший дурак, вместо того чтобы помочь, смотрю на ягодицы брюнета, как баран на новые ворота. Я точно озабоченный извращенец! Дверь наконец-таки поддалась, и мы, целуясь, ввалились в комнату. Я бросил на пол ненужный костюм и тут же подхватил Билла под попу, прижимая к стене. Он отстранился буквально на пару секунд и, вдохнув, обвил руками мою шею, прижимаясь как можно ближе. Его губы такие манящие и притягательные, их невозможно не целовать! Такие мягкие, нежные, я с ума схожу, прикасаясь к ним… Поцелуй получается тягуче-медленным, безумно нежным и до одури приятным. Билл отрывается первым и, оттолкнув меня, проходит вглубь комнаты, попутно снимая с себя чёрную водолазку. Подходит к нашей кровати и садится на самый краешек, похабно раздвинув ноги. Я уже хотел сделать шаг по направлению к Каулитцу, как он отрицательно покачал головой и выдал: — Я начну, а ты смотри! И я глазел… и не просто глазел, а давился слюной, кусал губы, руками хватался за джинсы в области паха, лишь бы не завершить сие прекрасное мгновение и не опозориться, испачкав нижнее бельё. А это вполне могло случиться, потому что мой любимый гадёныш сначала облизал указательный пальчик и начал выводить на своей груди узоры, периодически царапая соски, сжимая их и пошло постанывая. Затем переместил ладонь на пах и начал массировать, закусив уголок нижней губы и прикрыв от удовольствия глаза. Потом он решил добить меня взглядом, смотря с таким желанием и любовью, что сердце как бешеное рвалось наружу к этому сексуальному развратнику. Одним движением Билл расстегнул пуговку и ширинку на брюках, но снимать их не спешил. Он поманил меня пальчиком и облизал припухшие от частых поцелуев губки. Я же, почувствовав наконец-то свободу действий, в два шага оказался рядом с брюнетом и тут же впился жёстким поцелуем. Мною овладела страсть, сжигая все внутренности, давая выход моему личному зверю, который за этот месяц изголодался по телу Билла. Я целовал, кусал, глубоко проникая во влажность рта, руками водил вдоль позвоночника, немного надавливал, заставляя Каулитца прогибаться в спине. Я хотел власти над ним. Хотелось поставить метку и заорать: «Мой и только мой! Тронешь, укокошу!» Я не мог от него оторваться, не мог насытиться. Да и можно ли им насытиться? Нет. Я буду хотеть его всегда и везде. Когда воздуха уже катастрофически не хватало, пришлось отстраниться… Но только на мгновение, ибо не прикасаться и не целовать парня я не могу. Тут же прикусываю мочку оттопыренного ушка и слышу рваный выдох. Знаю, милый, это одна из твоих эрогенных зон. — Том… Слышу жалобный стон, когда кончиком языка касаюсь шеи. Несильно кусаю и снова провожу языком. Руками глажу впалый живот, всё ближе подбираясь к эпицентру желания. Билл откидывает голову на моё плечо, открывая больше доступа, и зажмуривает глаза, так как я сразу начинаю покрывать молочную кожу поцелуями-укусами. Я вообще люблю кусаться! Медленно приспускаю с него брюки, ладонью проникаю под боксёры, достигая полувставшего достоинства Каулитца, и начинаю его массировать, немного сжимать, водить вверх-вниз… В общем, довожу Билла до полноценной эрекции и сильного возбуждения. Брюнет охает и подаётся навстречу ласкающей ладони, а я утыкаюсь носом в изгиб шеи и с наслаждением втягиваю приятный запах его тела. Минуты через две Билл не выдерживает и самостоятельно снимает с себя бельё и брюки, откидывая их в сторону. Затем снова встаёт ко мне спиной, прося продолжения. Тут же притягиваю его обратно и накрываю пах тёплой ладонью. Сделав всего пару движений, я разворачиваю Билла к себе лицом, видя его недовольную рожицу, коротко чмокаю в губки и валю на постель. Мы ещё неделю назад сдвинули наши две, превращая в одну большую. Так удобнее, согласитесь? Билл перемещается на середину кровати и ложится в позу морской звезды, мол, делай что хочешь. А я уже давно знаю, что хочу попробовать с ним и именно сегодня. Каулитц видит странный блеск в моих глазах и прищуривается… Понимает, что я что-то задумал. И правильно делает! Одним движением хватаю его руки и прижимаю к изголовью кровати, просовывая в петли ремня-фиксатора. Брюнет поднимает на меня обалдевший взгляд и пытается что-то сказать, но я опережаю его: — Ты же любишь ремни? Билл заторможено кивает и пытается высвободиться. Ничего не получится, хороший мой, ремни прочные, а самое главное — абсолютно не натирают запястья. — Давай немного поиграем? — задаю вопрос. — Не ожидал от тебя, — хрипло говорит Билл и кивает, давая согласие. Отлично. Я вновь припадаю к губам брюнета, попутно вытаскивая из-под подушки следующий необходимый предмет. Спускаюсь поцелуями ниже, прикусываю кадык, целую трогательно выпирающую ключицу, поочерёдно облизываю затвердевшие соски, провожу языком влажную дорожку до пупка, потом ещё ниже… Достигаю напряжённой плоти и сразу беру головку в рот, посасывая и делая языком круговые движения. Билл протяжно застонал и прогнулся в спине, но не более, ведь ремни сковывают движения, и Каулитцу остаётся только елозить по простыням. Закрываю глаза и опускаю голову ниже, беря наполовину. Честно говоря, Билл второй в моей жизни парень, кому я делаю минет. Но с первым это было… Не очень приятно. И я был уверен, что больше на такие подвиги не пойду, а сейчас… Мне нравится доставлять своему парню удовольствие, слышать его рваные вздохи, хриплые стоны, видеть, как он выгибается, и знать, что до такого его довёл я! Медленно вбираю глубже, стараясь не задеть зубами. У Билла довольно большой член, и приходится помогать себе руками. — Быстрее же, ну! — хнычет Каулитц и ёрзает, не в силах высвободить руки. Я же, наоборот, двигаю головой медленно, гладя руками бёдра, живот, стройные ноги… — Ну, Том… Нетерпеливый ты мой! Но все ещё впереди… Высвобождаю напряжённый орган изо рта и подтягиваюсь немного вперёд, хитро смотря на Билла. Он лежит с закрытыми глазами и запрокинутой головой. Пока он находится в таком положении, я быстренько надеваю на его член вторую вещицу, приобретённую мной в секс-шопе. Билл непонимающе смотрит вниз, видя то, что я на него надел, и его глаза широко распахиваются… Я пошло улыбаюсь и… нажимаю маленькую кнопочку на виброкольце. Билл вскрикнул и задёргался на кровати. — То-о-о-м, — прохныкал Каулитц, дёргая скованные руки. Он попытался сдвинуть ноги, но моя тушка, расположившаяся на нём, не позволяла этого сделать. Билл стал подмахивать бёдрами, тереться об меня своим достоинством с вибрирующим кольцом на нём. Это, скажу я вам, очень возбуждающее зрелище. Спустя какое-то время выключаю игрушку, но не снимаю. Билл лежит на смятой простыне, тяжело дыша. — Нравится? — тихо спрашиваю и вновь лезу под подушку, извлекая лубрикант. — Когда успел… купить? Я ничего не ответил, да и ему не дал говорить, а начал медленно целовать, нежно и в то же время страстно. Билл отвечал лениво, но ласкового, улыбаясь в поцелуе и прижимаясь ко мне всем телом. Брюнет охнул, когда я без предупреждения ввёл в него смазанный палец и начал им двигать. Осторожно, стараясь не делать больно, ввожу второй… Потом и третий. Билл тихонько постанывает, насаживаясь на пальцы и требуя большего. Что ж… Вытаскиваю из горячей тесноты свои пальцы и приставляю к растянутому отверстию свой напряжённый пенис, попутно включаю кольцо. Одним плавным толчком вхожу в тело брюнета, заставляя того гортанно застонать и зажмурить глаза. Наклоняюсь и вовлекаю парня в страстный поцелуй, дабы отвлечь его от неприятных ощущений при первом проникновении. Билл закинул одну ногу на поясницу и сам толкнулся, раскрыв глаза и смотря на меня призывно, показывая всё своё неудовлетворённое желание. Я начал медленно двигаться, покрывая лицо любимого мимолётными поцелуями, руками сжимая бёдра. Когда стенки ануса перестали так сильно сжимать член, доставляя тем самым нам обоим боль, я не выдержал. Полностью вышел, а затем резко толкнулся, входя до упора, заставляя Каулитца взвыть и задрожать всем телом. Быстро набирая темп, я продолжал целовать Билла, гладить. Каулитц плотно сомкнул глаза и громко стонал, подаваясь мне навстречу. Мне сорвало башню, и я начал двигаться быстро, чётко, порывисто. От толчков всё хлюпало и шлёпало. По паху Билла текла смазка, размазываясь по нашим животам. Его влажное тело, тихие стоны, головокружительный аромат сводили с ума. В этот момент мне казалось, я способен перецеловать весь мир, настолько хорошо мне было. И весь этот мир заключён в одном единственном человеке, в моем Билле, который сейчас прогибался в спине, стонал и шептал искусанными губами моё имя. Брюнета затрясло, он закатил глаза и приоткрыл ротик в немом крике, кончая на наши животы. Я толкнулся ещё пару раз и, выйдя из горячего тела, сделал пару движений рукой, доводя себя до оргазма и кончая на покрасневшую попку Билла. Тяжело дыша, я упал рядом с парнем и отстегнул ремни, освобождая его. Он тут же снял с себя виброколечко и, откинув его куда-то в угол, полез в тумбочку за влажными салфетками, которые теперь есть у нас всегда и везде. — Никогда не испытывал ничего подобного, — тихо говорил Каулитц, вытирая себя. — Это ещё что, в следующий раз другие игрушки опробуем! — самодовольно выдал я, забирая упаковку салфеток. — Что ещё успел купить, мистер извращенец? — Ну, пробки анальные, шарики… — Ой, всё, заткнись, — нахмурился брюнет. — Ну, а что? Приятно же было? Приятно! — Не спорю, — улыбнулся парень и нагнулся ко мне, вовлекая в нежный поцелуй. — Я тебя люблю, — выдохнул он, оторвавшись от моих губ. Я заулыбался как ненормальный и, как-то странно пискнув, притянул любимого парня к себе, заключая в объятия. Сердце трепыхалось в груди, словно в огне, а внутри росло чувство безграничного счастья… Я снова смог полюбить, сильно, взаимно, и это делает меня не просто счастливым, это заставляет чувствовать себя на седьмом небе. — Взаимно… Ни Энди, ни Георг этой ночью в комнату так и не вернулись. Предполагаю, что эти засранцы просекли, что пропажа Билла — моих рук дело, и всё прекрасно поняли, за что им огромное спасибо. А мы с Каулитцем благополучно уснули после хорошего секса.

* * *

Проснулся я раньше Билла, выспавшийся, полный сил и энергии. Настроение было не просто хорошим, оно было замечательным! Я быстренько сходил в душ, привёл себя в порядок, а выйдя из ванной, начал собирать разбросанные нами вещи. Когда дело дошло до трусов, валяющихся возле кровати, меня одолело странное чувство незаконченности. А когда я нагнулся, чтобы удостовериться, что под кровать ничего не залетело, меня как током ударило. Я тупо смотрел на небольшой чёрный чемоданчик и понимал, какой я мудак… Забыл! Я, блин, забыл подарить Биллу подарок! Вытаскиваю чемоданчик с приклеенным подарочным бантом и несусь на кухню. Там, конечно, полный бедлам… Всё осталось со вчерашнего вечера, даже конфетти по полу рассыпанное… вот же блин! Быстро начинаю прибираться. Пол подмёл, посуду запихал в раковину, потом помою, оставил на столе пару салатов и шампанское, остальную еду в холодильник убрал. — Ты чего так рано соскочил? — послышался тихий сонный голос со стороны двери. Я обернулся. Билл стоял совсем голеньким, не стесняясь своей наготы, и потирал ладошками глаза. Потом зевнул и почесал задницу. У меня вырвался смешок, который я попытался спрятать в кулак, но Билл, похоже, всё видел и слышал. Он хмыкнул и ушёл в ванную. Я же поплёлся менять простыни на кровати, ибо спать на потных и заляпанных в сперме простынях не очень-то приятно. Билл вышел из душа посвежевший, бодрый и улыбающийся. Он молнией пронёсся к шкафу, надел МОЮ футболку и, развернувшись, засосал меня как пылесос, глубоко проникая в рот. Вот что значит хороший секс! — Идём, — тихо говорю и быстро чмокаю в губы, утягивая за собой. На кухне я усадил Билла напротив себя и налил нам по бокалу шампанского. — Я не хочу есть, и пить тоже не хочу! — начал было брюнет, но я состроил мордочку а-ля кот из Шрека, и он успокоился. — Мы вчера не успели… В общем, С Новым годом тебя, любимый! И пусть в этом году у нас всё будет хорошо! — торжественно произношу. Я далеко не мастер говорить тосты… Что уж там, я вообще не умею толкать красивые речи или поздравления, но тут только мой парень, а значит стесняться не нужно. Билл удивлённо распахнул глаза, но ничего не сказал. Мы выпили шампанского, немного поели салат из морепродуктов и просто наслаждались этим тихим утром. Билл откинул голову назад, опираясь затылком о стену, и прикрыл глаза, мило улыбаясь. Пока он не видит, лезу под стол и достаю подарок. — Это тебе… Каулитц дрогнул и сел нормально, принимая из моих рук чемоданчик. Я видел, как его глаза загорелись, а улыбка стала шире. Он тут же открыл подарок и выдохнул, устремляя на меня полный благодарности и нежности взгляд. — Спасибо! — только и сказал брюнет, тут же убегая в комнату и принимаясь, видимо, за дело. Шикарный набор косметики от Dior — именно об этом брюнет однажды заикался, говоря, что деньги на такие вещи ему придётся копить лет пять. Соглашусь, набор не из дешёвых, но теперь я могу себе это позволить. А баловать своего парня я хочу и буду! Никогда не разбирался во всей это краске, но консультант щебетала, что это самый лучший подарок, и ни одна девушка не останется равнодушной. Я тогда спросил, а парней она равнодушной не оставляет? Девушка немного зависла, а потом сказала, что если парень разбирается в косметике, то ему непременно понравится. — Боже мой, Том, я тебя люблю-ю-ю! — завопил Билл из комнаты. Да, консультант была права. Понравилось. Я довольно улыбнулся и присел за стол, ковыряясь вилкой в салате. Минут через десять Каулитц залетел на кухню при полном параде. — Ты посмотри как красиво! — защебетал он. — Тени так ровно ложатся! А тушь — это ж вообще отпад… Там столько всего! Даже тональник есть! И карандаш ещё, даже несколько и все разных цветов! Блески для губ, они такие классные! Смотри! — и вытянул губы уточкой, демонстрируя прозрачный блеск, который так выгодно подчёркивал пухлые губки, делая их более яркими, соблазнительными и вообще очень красивыми. Такая реакция меня порадовала. Притянув Билла к себе, сразу целую его, ощущая сладковатый привкус. Каулитц отвечал страстно, пытаясь перенять инициативу. Ага, щас! Хватаю парня под попу и сажу на стол. Он тут же обвивает ногами мою талию и прижимается всем телом… — Ой, мы тут это… — услышал я голос. Отрываясь от Билла, и мы одновременно поворачиваем головы к двери. Там стоит Георг и довольно лыбится, смотря на нас, а сзади стоит Энди и прижимается к спине Листинга. — Мы не хотели вам мешать… Но там за Биллом пришли. — За мной? — удивился Каулитц. — Красные же проиграли, — ухмыльнулись парни. — И вам нужно очистить Академию от того ужаса, который мы вчера устроили. — Но его же не было! — вступился уже я. Отпускать Билла не хотелось категорически. — Был. Просто ты надумал увести его, — пожал плечами Эн. — Блин… — проныл Билл и слез со стола, отправляясь одеваться. — Кстати, — спохватился Листинг и вытащил… О, бл*, вспомнили. — Та-да-м! В руках у Гео был Рикшет, который мы благополучно оставили у Нэйтона и его сожителя. Я даже как-то и забыл про него… — Леон вчера у себя прятал, пока красные бегали за мной с намерением покалечить, — прыснул Жора. - Ну, пока он там возился, я и забрал Рикшет. Я забрал прибор и положил на стол. — Кстати, а что в мешочках-то было? — вдруг вспомнил я. — Сладости. Твой мешочек тоже был, но мы его съели. — Том, я пошёл! — крикнул Каулитц. Спустя минуту послышался и хлопок двери. — Знаешь, Георг, в тебе есть одна очень хорошая черта… — Какая? — …она делит задницу пополам. — Эй! Я бы попросил… Энди рассмеялся, а я стоял и ухмылялся. Мало того эта жопень с ручкой не смог отмазать Билла, сказав, например, что он сегодня уехал, так ещё и сладости мои сожрал! — Ладно, пацаны, пошли, Биллу поможем. Друзья всё-таки, — Эн развернулся и тоже направился к двери. – Том, идёшь? Конечно, иду! В общем, Академию мы драили до самого вечера. Уж не знаю, что молодёжь тут вытворяла, но засохшее нечто и всякого рода мусор было тяжело отскребать и убирать. Билл был благодарен, что мы решили помочь. Этим же вечером Энди уехал домой, поблагодарив за великолепный праздник и подарки. А на следующее утро уехал и Билл… Георг перебрался на время каникул к нам в комнату, а Академия опустела ещё больше.

* * *

Каникулы проходили уныло… Мы с Жорой бесцельно бродили по Академии, гуляли по саду и кидались грязью, так как в этом году снега не было. Что-то учить, читать или писать не было никакого желания. Мы много разговаривали, навёрстывали, так сказать, упущенное. Всё же с поступлением в Академию мы стали не так часто видеться, а когда мы с Биллом сошлись, ещё реже. Жора рассказывал, что на Новый год он и Энди провели время с близнецами Амалией и Эмилией. Что Энди очень понравилась Эми, и он даже пригласил её на свидание. Билл звонил пару раз в неделю и нам было этого достаточно, потому что говорили мы по несколько часов. Георг стал называть меня барышней, и как только звонил мобильный, уходил, зная, что это надолго. Две недели прошли как один серый день, и так всё бы и продолжалось, если бы не звонок из клиники Вивантес, где дежурный врач сообщил о том, чего я меньше всего ожидал…