О принцессах и драконах

      – Эй, Хэппи, кажется, у нас гости, – весело позвал Нацу, отворяя ворота. Он учуял незнакомый запах ещё час назад, когда даже солнце не встало, но не предпринимал вообще ничего и не подходил к окнам. Всё же ему было интересно, что вытворят его неожиданные гости на этот раз. – Ой.       Вид многотысячной армии его впечатлил, но не столько, чтобы напугать.       – Кажется, намечается проблемка, – дракон почесал затылок и выпустил Хэппи на улицу, запер за ним ворота.       – Ого, Нацу! Куда нам потом столько доспехов после них девать? – удивился кот, оценивая количество бойцов.       – Не знаю, дружище, не знаю. Можно попробовать отнести их в город и продать кузнецам, но…       – Баба Зина, да?       – В точку.       Воинам не было видно конца, их армия казалась бесконечной. Они заняли всё поле перед башней и выстраивались даже в лесу. Нацу тяжело вздохнул и нахмурился. Король, видимо, решил действовать серьёзно.       – Ну дела-а, – протянул он и встретился взглядом с коллегами из гильдии. – О, а вы тут что делаете?       – Где принцесса, Нацу? – грозно спросил Гилдартс. Пожалуй, он единственный не боялся дракона и изредка, когда тот зарывался, позволял себе отвесить ему оплеуху и назвать щенком.       – Люси наверху, спит ещё. Хэппи, а ну-ка разбуди её, – весело хохотнул дракон.       – Ага! – Хэппи взмыл в воздух и шмыгнул в окно принцессы. Через минуту раздались её вопли и ругань. Хэппи с писком вылетел обратно и спрятался за Нацу.       – Какого дьявола?! – закричала Люси, высунувшись в окно. Растрёпанная, сонная и очень злая, она швырнула в дракона яблоком и убрала волосы с лица. – Ой, а что это тут такое?       – Принцесса Люси… – зашептались воины. – Она жива!       – Ну да, – удивился Нацу. – А какой ей ещё быть?       – Что же, раз принцесса жива-здорова, и правила гильдии не нарушены, нам больше незачем находиться здесь, – заключил Гилдартс и, махнув дракону рукой, развернулся и пошёл прочь. Остальные волшебники, попрощавшись и пожелав принцессе удачи, также удалились, ни разу не оглянувшись.       Наступила тишина. Люси изумлённо рассматривала пятитысячную армию, замерев на месте. Ещё не проснувшись до конца и ошеломлённая происходящим, принцесса не понимала, что ей делать и думать. Свобода была прямо перед ней, и умершая давно надежда вновь подняла голову и восстала из пепла, расправила крылья. Отец не бросил её и отправил огромное войско, чтобы вызволить свою дочь из плена! Люси задрожала, прижав кулачки к сердцу, и заплакала.       Вот и всё. Что может один человек против армии подготовленных бойцов? Когда они одолеют Нацу, принцесса вернётся домой во дворец и заживёт прежней жизнью. Дракон найдёт себе другую принцессу и вместе с Хэппи будет её охранять. Возможно, они будут жить в этой самой башне, и Нацу по вечерам будет рассказывать ей про Люси.       Она так любила этого дракона! Так хотела иногда забыть про всё и прижать его к сердцу, чтобы он чувствовал, как она дрожит в его руках. Хотелось прислониться щека к щеке и сидеть так, ни о чём не говоря, чтобы молчание заменило им любые слова. Но… фантазиям суждено остаться только фантазиями. Люси хотела простого женского счастья, чтобы любимый был рядом, и отвечал ей с той же нежностью, которая тайно горела в её сердце. Так хотелось остановить Нацу и рассказать ему всё-всё о своих чувствах, посмотреть в эти глаза и поцеловаться, чтобы закатное солнце подарило им свои последние лучи!.. Ведь это так романтично! И именно так всегда писали в любовных романах.       – Идеально, – улыбнулась принцесса и покраснела. Взгляд вернулся к дракону и генералам перед ним. – Только не будет всего этого, – Люси вздохнула, поправила наспех надетое платье и села на широкий подоконник. – Нацу проиграет, и я больше никогда его не увижу. Эх!..       Принцесса скинула яблочный огрызок с окна и задумчиво прикусила ноготь. Возможно, всё не так уж и печально? Ведь когда Люси вернётся во дворец, она вновь станет свободной девушкой. В её руках есть власть, пусть и мизерная, и Люси сможет использовать её, чтобы разыскать своего дракона, и тогда уже он должен будет играть только по её правилам. Она может отдать приказ задержать его и бросить в тюрьму, и тогда принцесса будет каждый день навещать его там, и больше никто другой не заберёт у неё Нацу. Она может обратиться в гильдию и нанять дракона своим стражем, и тогда снова власть над ним будет у неё. И он ни за что не посмеет нарушить её приказ и сделать своей пленницей в башне.       – Да-а-а, так даже лучше, – улыбнулась коварная принцесса, а в глазах плясали дьяволята.       За размышлениями она совсем пропустила, о чём Нацу говорил с генералами, но тот факт, что воины приготовились к бою, означал начало битвы.       – Люси останется в башне, вы, олухи, – рассмеялся дракон и воспламенил свои руки. – Слышала, дорогая принцесса? Ты только моя!       – Как ты смеешь так говорить с принцессой?! К оружию!       Люси ахнула и сильнее покраснела. Почему-то каждый раз, когда Нацу говорил что-то подобное, на её губах появлялась глуповатая улыбка, а в груди разгорался огонь. Хотя она прекрасно помнила, как первое время пребывания в башне такое поведение дракона её злило и оскорбляло до глубины души. Но принцесса ничего не могла с собой поделать. Не желая поддерживать боевой дух Нацу, она молча прислонилась головой к холодному каменному оконному проёму и посмотрела вниз. Начинался бой.       – Зажжём, Хэппи!       Рывок дракона поднял в воздух клубы пыли. Мгновение спустя Нацу мелькнул с другой стороны башни, а огонь, пылающий на его сжатых в кулаки ладонях, расчерчивал воздух алыми полосами, следуя за ним. И если бы не эти огненные хвосты, дракон казался бы невидимым, словно и не было его на поле брани.       Пламя вспыхнуло, затрещало, искры посыпались на траву, оставляя подпалины. Нацу улыбался. Огонь бился в его ладонях, рвался, бушевал. Огонь требовал жертву.       Первый ряд бойцов пал, и никто не успел этого понять. А Нацу смотрел, как падают тела на траву, и с его чёрных когтей капала алая кровь, похожая на жидкий огонь. И не было ясно, то ли руки его покрыты багровой чешуёй, то ли от крови блестят.       Кто-то закричал, когда Нацу вновь исчез. Удушливый запах гари, вопли, стоны, звон доспехов об камни. Дракон молнией прорывался сквозь ровные ряды воинов, и каждый из них, кого коснулся жаркий огонь дракона, успевал лишь вскрикнуть и вспыхивал факелом и за секунды сгорал без остатка. Блестящие громоздкие латы падали на землю. Пепел мешался с пылью под ногами.       Нацу пересёк половину поля, достигнув центра, и огляделся. Лишь немногие воины бросались на него с яростным рёвом. Дракону ничего не стоило уклоняться от рубящих ударов мечей, а огненное дыхание его было совершенным оружием. Дракону нравилось смотреть, как закованные в доспехи королевские воины – те из них, кто не смел напасть – пятятся прочь, а самый настоящий ужас на лицах грел дракона ничуть не хуже огня.       Ему было ведомо милосердие. Нацу не любил лишние жертвы. Но любой дракон пойдёт на всё, чтобы защитить своё сокровище.       Его драгоценную Люси.       Нацу не думал, что ему жаль убивать невинных. Не думал, что теперь Король получил своё наказание. Не думал о политике, жизни, чёрном дыме и пепле на выжженной земле. Ему не было наплевать, но всё это меркло на фоне мыслей о принцессе, которую могут навеки отнять у него.       Нельзя отнять сокровище дракона, не убив его самого.       Нацу никому не позволит забрать Люси. Значит, он не должен дать себя убить.       С тихим рыком дракон раскинул руки в стороны. Ветер с искрами пламени закружился вокруг него. Нацу прикрыл глаза. Заклинание требовало концентрации. Он должен быть уверен в том, что собирается сотворить. Он не должен жалеть. Всполохи огня сверкали вокруг дракона, не давали подобраться к нему. Ветер трепал пряди его волос, бил по щекам. С губ сорвались слова на древнем драконьем языке.       Огненный вихрь взмыл в небеса. Под ногами, выжигая остатки травы, загорелся круг. Пламенеющий смерч кружился всё яростней, с воем, свистом, магия словно пульсировала вокруг Нацу, огненный круг разрастался и принимал в ловушку всё больше королевских воинов.       Скоро всё закончится.       – Даже не интересно.       За спиной дракона выросли два крыла. Они были словно сотворены из огня, пламя дрожало и рвалось, и дракон, оскалившись, с самым настоящим рёвом освободил древнюю магию. Кольцо огня вспыхнуло, засияло до рези в глазах, не позволяя ни одному человеку сбежать из окружения. Ловушка захлопнулась.       Крылья подняли дракона над землёй. Те, кто ещё не пытался сбежать, застыли и смотрели на парящего дракона. Чёрный дым, языки пламени за спиной чудовища, и кривая улыбка на его лице, – бывалые бойцы никогда не были напуганы так, как сейчас.       – Почему ты улыбаешься, дьявол тебя раздери?! – проревел генерал, сжимая меч.       Нацу не ответил. Он наклонился, и крылья зазолотились, словно став материальными. Последние слова заклинания.       – Королю не стоило быть таким импульсивным, – вздохнул устало дракон. – Хэппи, в укрытие!       Два взмаха крыльев. Огненный смерч смёл всё живое в этой гибельной ловушке. В ту же секунду пламенные крылья дракона взорвались сотней искр, и каждая из них, оседая на землю, стремительной змеёй вырывалась из окружения огня и искала живое сердце, которое сжигала за секунду.       – Ч-чего?! – закричала Люси и едва не упала с окна вниз. – Какого дьявола! Что происходит?! Это совсем не то, что я видела раньше!.. – принцесса спрыгнула на пол комнаты и снова прильнула к окну. – Нацу так и выиграть может… Невероятно!       Армия редела. Поле сражения наполнилось воплями умирающих людей, звоном доспехов и по-настоящему жутким хохотом, который пробирал до костей: это кот Хэппи летал над головами и подрывал боевой дух врагов.       Любое оружие было бессильно. Кто-то пытался спастись бегством после первой же демонстрации силы, а кто-то стоял столбом, окаменев от кошмарного зрелища. Нацу больше не приходилось даже уклоняться от атак: огненное дыхание сжигало врагов ещё до того, как они успевали приблизиться. В армии Джуда Хартфилия были одни мечники. Так недальновидно!       – Видишь, Люси, эти неудачники не смогут тебя спасти! – веселился дракон. Он подскочил к стене башни и посмотрел наверх. – Они даже себя защитить не могут, что уж говорить об охране принцессы, – негодовал он. – Но я-то тебя в обиду не дам, уж поверь!       – Это, между прочим, армия отца! Моя армия! – разозлилась принцесса. – Хватит их убивать! Ты ставишь безопасность королевства под угрозу!       – А что мне до королевства, дорогая принцесса? Да пускай весь мир ополчится на меня, я никому не позволю тебя забрать! Ты – моя, ясно? Навеки!       Люси, хоть и оскорблённая, радостно заулыбалась и села на пол, скрываясь от глаз дракона. Ради приличия, чтобы успокоить ту часть себя, которая любила свободу больше всего на свете, принцесса возмутилась: с чего вдруг дракон распоряжается её судьбой? Но быстро успокоилась, ведь были куда более приятные мысли о том, что дракон рискует собой ради неё и выступил против многотысячной армии её отца, только чтобы не расставаться с Люси. Как это романтично! А ведь были принцы, желающие спасти её из лап дракона, но которые сбежали, узрев могущество Нацу. Ну а сам дракон… Нарушил договор с Королём, увидел армию перед собой и ведь мог же обойтись без боя, нужно было лишь вернуть принцессу, но… Но дракон ринулся в бой и должен был выйти из него победителем.       – Это не входило в мои планы! – прошептала Люси с негодованием и поднялась с пола, снова прильнув к окну.       Всюду был огонь. Остатки войск отступали в лес и не смели показаться перед драконом. Нацу нагонял тех, кто всё ещё пытался сбежать и спасти свою жизнь, и безжалостно предавал огню. Хэппи не спеша летал, собирал оставшиеся от воинов доспехи и складывал в одну кучу.       – Пощади! Пощади, молю тебя! – завопил воин, бросая меч под ноги. Нацу молча лишил его жизни.       Принцесса вздрогнула и похолодела. То, что минуту назад казалось ей героическим свершением, предстало перед ней в истинном свете.       Нацу не отдал её отцу.       Он убил тысячи людей, ведомый своей прихотью.       Чудовище.       Монстр.       Люси вышла из комнаты и направилась вглубь башни, где не будет слышно этих страшных воплей. Какими бы на самом деле ни были цели Нацу… этим утром он погубил тысячи жизней. Столько людей, несущих верную службу своему королевству, пали в битве ради принцессы!       Стоило ли это того?       – Всё из-за меня! – расплакалась принцесса. – Теперь люди наверняка будут звать меня Кровавой Люси. И будут абсолютно правы! Столько людей!..       Нацу вернулся через несколько часов, измотанный, хмурый и уставший. Даже не заглянув в комнату принцессы, он рухнул в постель и проспал целые сутки.       – Нацу потратил очень много сил, Люси, – поделился кот. Принцесса с отсутствующим видом ковыряла вилкой в тарелке с кашей. – Это была очень сложная битва!       – Но стоила ли она того? – тихо спросила принцесса.       – О чём ты, Люси? Конечно, стоила! Ведь теперь ты всегда будешь жить с нами! – Хэппи радостно улыбнулся и запустил зубы в рыбий бок. Принцесса поёжилась и вышла из-за стола.       Пожалуй, Нацу, сам того не зная, преподал принцессе отличный жизненный урок. Буквально за несколько часов она осознала ценность и мимолётность человеческой жизни. То, что выглядело романтичным и поначалу затуманило рассудок, теперь стало казаться самым страшным деянием на свете. Оно и было таким. Ни одна принцесса на свете не стоит таких жертв.       А ещё Люси увидела, как выглядит настоящий эгоизм.       Мысли о драконе вызывали у Люси лишь тоску и боль в груди. Горящее любовью сердце… остыло?