О принцессах и драконах

      – О, благодарю, Блэки, – Лейла приняла фарфоровую чашку из рук служанки. Девушка улыбнулась в ответ и села, переглянулась с остальными. На чаепитие с самой королевой их прежде не приглашали. – Изумительный аромат!       Лейла вдохнула поднимающийся над чашкой пар и прикрыла глаза, улыбнувшись. Блэки, Мелисса, Диан, Лулу, Хельга – все её личные служанки сидели в креслах вокруг низенького чайного столика и неловко переглядывались, ёрзали, жались. Королева видела и чувствовала это, но рассчитывала в скором времени исправить столь досадное упущение. Не дело это, что прислуга стесняется пить с ней чай. Всего лишь чай!       – Обожаю чай с чабрецом, – улыбалась королева, из-под светлых полуопущенных ресниц разглядывая девушек перед ней. Все такие разные, но одинаково смущённые, будто запуганные. – Лично меня он всегда успокаивал. Ах, вы пейте-пейте, не стесняйтесь. Я… понимаю, что вы чувствуете себя неловко рядом со мной, да ещё и в такой обстановке. Но, знаете, чай в компании всегда вкуснее, чем в одиночестве.       Ответом ей было напряжённое молчание. Королева сделала несколько небольших глотков.       – Изумительно.       Хельга добавила в свою чашку четыре ложки сахара и осторожно отхлебнула.       – Чай и правда чудесный, – поддержала Хельга. Подумав, насыпала ещё одну ложку сахара. – Только…       – ...зачем мы здесь, госпожа? – продолжила её мысль Блэки. – Не подумайте, мы благодарны Вам за приглашение. Но за много лет Вы ни разу не звали нас на чай и…       – ...это выглядит несколько… странно, – кивнула Диан.       Видя переглядывания девушек и красноречивое молчание, Лейла кивнула. Она сделала глоток и поставила чашку на столик.       – Я понимаю. Я знаю, что вы сообразительные и не страдаете излишней наивностью, поэтому буду говорить прямо. Мне стало скучно.       Служанки удивлённо и недоверчиво посмотрели на сидящую перед ними женщину.       – Миледи?       – Столько всего навалилось в последнее время, – выдохнула она устало. – Пропажа Люси, дракон, столько смертей… Теперь вот ещё надвигается скандал с соседями. Я так устала, девочки. В моём распоряжении огромный дворец, но нет ни единого уголка, где бы я могла почувствовать себя спокойной.       – Мы все переживаем за принцессу Люси, – закивала Лулу. Она единственная выдула целую чашку чая и частенько поглядывала на поднос, где стоял чайник с желанной добавкой. Лулу обожала чабрец.       – О, спасибо, спасибо… Со всеми этими переживаниями у меня голова идёт кругом. И мне совсем не с кем поговорить, если быть честной, – тяжело вздохнула Лейла. – Джуд он… Он вечно в делах, а подруг у меня нет, признаюсь. Ох… В молодости я не искала дружбы, ведь перед моими глазами всегда был муж. Он казался мне идеалом, и с ним мне не нужен был никто другой. Ну а потом… Потом уже было поздно для дружбы. Знаете, ведь самых близких и дорогих сердцу людей мы находим именно в молодости. Жаль, что я была слишком глупа и не поняла этого раньше.       Служанки переглянулись. Они видели перед собой не королеву. Не ту гордую твёрдую властительницу, с добрым сердцем и поднятой головой. Перед ними была простая женщина, разбитая и бесконечно несчастная, со следами усталости на лице, с седыми прядками в волосах. Но осанка её была идеальна, а во взгляде всё ещё проскальзывала твёрдость. Королева была разбита, но не сломлена.       – Мы… можем всегда выслушать Вас, миледи, – неуверенно предложила Блэки и оглянулась, ища поддержки подруг.       – Да, Вам обязательно нужно выговориться. Обязательно, слышите? Нельзя всегда держать всё в себе! – встрепенулась эмоциональная Мелисса.       – Я бы не выдержала всего этого, будь я на Вашем месте, – поёжилась Хельга.       – Не хотелось бы нагружать вас своими проблемами, – пожевала губы королева, передёрнув плечами.       – Что же Вы, миледи? – воскликнула Мелисса. – У всех должны быть друзья! Без друзей в жизни никак! У меня вот Блэки, Хельга, да все мы прекрасно общаемся! И можем довериться друг другу и помочь, когда нужно. И… если Вы не посчитаете дерзостью… – Девушка спрятала глаза за спадающими на лоб светлыми кудряшками и решилась. – Я могла бы стать Вашей подругой. Знаю, – быстро добавила она, пока королева ничего не успела сказать. – Я всего лишь прислуга и не должна даже рта открывать без прямого приказа, но…       – ...мы все видим, что Вам нужна помощь, – помогла Диан. – Мелисса права, Ваша светлость, без друзей в жизни очень тяжело. И если мы сумеем Вам помочь, разве это не здорово?       – Верно. Мы все с радостью станем Вашими подругами, если Вы, конечно, не против…       – Да, это наглость и дерзость с нашей стороны – предлагать такое королеве, но…       – ...Вы – наша Королева, мы Вас давно знаем и правда хотим помочь!       – О, девочки… – улыбнулась королева и подняла посветлевшие глаза. Сидящие перед ней девушки горели решимостью. И все как одна желали поддержать Лейлу, чего она, впрочем, и добивалась.       Ничто в мире не делается просто так. Эту простую истину в её голову вдолбили ещё в детстве. Лейла была единственным ребёнком в семье, поэтому любящие родители учили своё дитя всему тому, что может пригодиться в жизни и убережёт от неприятностей. Пожалуй, в этом вопросе они были даже чересчур усердны, не оставляя малышке время на игры и всё то, что любят дети в её возрасте. Лейла за это часто обижалась на родителей и мечтала поскорее выскочить замуж (да не просто так, а обязательно по любви!). Так и повстречала Джуда на одном королевском приёме. Любовь с первого взгляда, долгие переписки, тайные встречи вечерами под луной – романтика! Всё, о чём мечтала юная Лейла. Ну а потом была свадьба, коронация мужа, вот тогда-то ей и пригодились все те знания, которыми её пичкали родители.       Когда завистницы пытались оклеветать её, чтобы очернить имя новой королевы, Лейла выкрутилась. Когда её попытались сжить со свету из зависти, она спаслась. Она пережила дворцовые интриги, попытку переворота в первые годы правления Джуда, попытки запугать, манипулировать, сделать марионеткой в руках более умелого и сильного противника. Лейла сумела защититься только благодаря бесконечным часам занятий с родителями в детстве. И Лейла была горда собой, что не сломалась и вышла из всех проблем с гордо поднятой головой.       Но никогда она не думала, что однажды сама станет кукловодом.       Ничто не делается просто так. И приглашение на чай – совсем не простое чаепитие. И заранее выученные имена служанок, которыми Лейла особо не интересовалась никогда, предпочитая не обращаться к девушкам вовсе. И чай с чабрецом, который продавался в любой лавке, и который обожали все её служанки (что она тайно выяснила), и который ненавидела сама Лейла. Всё ради того, чтобы расположить девушек к себе. Итак, первый пункт: проявить себя внимательной к другим.       В этом ей помог Джуд, сам того не зная. Она просто наблюдала за мужем, за прислугой, за его отношением к ним. И делала наоборот. Лейла благодарила каждого, кто что-либо сделал для неё, будь то доставленная почта или переданная перечница. Она всегда мягко улыбалась и никогда не повышала голос. Она не дёргала слуг по пустякам, которые без малейших усилий могла сделать сама.       И люди видели это. На фоне жёсткого и беспринципного Джуда Лейла казалась ангелом во плоти. Всегда поможет, наградит улыбкой, не скупится на похвалу. В отличие от Короля, для которого дворцовая прислуга была не лучше мебели, и который заботу принимал как данность. Такое поведение доброй и мягкой королевы располагало. В её обществе прислуга вела себя гораздо менее нервно и могла позволить себе расслабиться. И Лейла считала это успехом.       Пункт второй: жалость. Внешний вид гордой королевы говорил сам за себя. Тёмные круги под глазами, болезненная бледность, сухие обескровленные губы. Не так должна выглядеть гордая правительница огромного королевства. В самые плохие и трудные для Фиора годы Лейла была свежа и величественна, как мраморная статуя богини – непоколебимая и прекрасная.       Но не теперь. Королева показалась перед подданными усталой, обессиленной. Слабой. Трагедия матери, трагедия королевы оставили на ней свой отпечаток, который был виден за доброжелательными улыбками и участливыми взглядами. Впрочем, ей это было только на руку.       Но и этого оказалось мало. Лейла чаще стала появляться рядом с мужем, когда вокруг много слуг, зная, что он обязательно сорвётся по поводу и без. А скорбное выражение лица и блестящие от непролитых слёз глаза не только провоцировали Джуда на резкие слова, но и вызывали жалость к несчастной королеве, любимой и уважаемой многими, и чёткую неприязнь к злому Королю.       А теперь в глазах служанок она ещё и одинокая. Ненадолго, впрочем, ведь сердобольные девушки тут же предложили ей свои услуги и дружбу. И Лейла была уверена, что использует такой подарок на все сто процентов.       Жалости никогда не бывает мало. И скоро добрые девушки узнают, поймут, что королева – тоже человек, с чувствами и проблемами, свойственными абсолютно каждому.       Она такая же, как они.       Всё же плетение словесных кружев не было её сильной стороной, но сейчас это к лучшему. Её аудитория не аристократия, а простой народ. И лёгкий налёт наигранности они не смогут углядеть.       Ей только предстоит научиться искусству интриг. Но Лейла будет стараться, ведь первые шаги уже сделаны.       Её ждёт много работы.