О принцессах и драконах

      – Вам надо расслабиться, миледи, – со знанием дела предложила Мелисса. Она улыбнулась, и задумчивое прежде лицо её оживилось. Засверкали глаза, дёрнулся кончик носа. Она сдула со лба светлую кудряшку и наклонила голову вбок.       Лейла любила наблюдать за своими девочками. Каждая из них – особенная. Со своими мыслями, интересами. Они разные, такие непохожие на дворянок, но королеве нравились их встречи и вечерние разговоры за чашкой чая. Прошло не так много времени с тех пор, как она дала начало этой маленькой традиции, но она была достаточно убедительна, чтобы служанки открылись ей, перестали зажиматься и таиться. Она хорошо поработала.       Королева по-простецки пожала плечами и отставила фарфоровую чашку на поднос. Ей нравилось, что её собеседницы больше не боялись обращаться к ней с советами и предложениями, что пытались помочь, иногда даже излишне навязчиво. Они делились историями из жизни и забавными рассказами, совершенно не опасаясь, что за подобные вольности будут наказаны. Лейла с самого начала предстала перед ними человеком, который может понять. И ей доверяли.       – Нет. Я не могу так, – она покачала головой. – Как я могу развлекаться, когда мою дочь похитил дракон? Я не знаю, что с ней, цела ли она. Как дракон с ней обращается? Что если в эту самую минуту он мучает мою девочку? А я ничем не могу ей помочь, – проговорила королева, и её пальцы стиснули край стола.       – И Вы считаете, что развлечения в такое непростое для принцессы время – предательство, – кивнула Блэки. В её фиалковых глазах отражалось пламя из камина. Она выглядела как никогда серьёзной и в какой-то степени суровой. Впрочем, таков её характер. Девушка хмыкнула и удержалась, чтобы не закатить глаза. – Это бред.       – Блэки хотела сказать, – быстро вмешалась Лулу, – что Ваше самопожертвование никому не сделает лучше. Вам будет плохо, Королю будет плохо, нам. А про принцессу Люси мы ничего не знаем, где она сейчас, что с ней? Но я уверена, что ей точно не понравилось бы, что Вы убиваете себя и загоняете в угол.       – А я думаю, что Блэки хотела сказать, что пора бы взять себя в руки и прекратить раскисать! – со всей непосредственностью заявила Мелисса. – Слезами делу не поможешь, знаете?       – Блэки хотела сказать, – подала голос сама Блэки, и служанки с благоговением уставились на неё. – Что если Вы принципиально хотите отказаться от радостей жизни ради моральной поддержки дочери, о чём она вообще вряд ли узнает, то хотя бы не зацикливайтесь на своём горе. Вы не предадите принцессу, если перестанете лить слёзы хотя бы несколько часов в день. Это бесполезно. В Ваших руках – власть. Вы вторая по величине персона в королевстве, так почему же Вы просто сидите и тянете кота за хвост? Действуйте. Думайте, решайте, узнавайте. Не сидите на месте. Принцесса сама собой не найдётся, – припечатала она, твёрдо глядя в глаза королевы. Она заметила направленные на неё испуганные взгляды подруг и вернулась к чтению книги. – Прошу простить мне мою резкость, Ваше Величество. Этого больше не повторится.       – Но ты права, Блэки, – отмерла Лейла и разгладила складки на платье. Блэки не отрывала взгляда от страниц. – Во всём права. От первого до последнего слова. Я… правда зациклилась на своих проблемах. Спасибо.       Блэки кивнула. Служанки переглянулись, и Мелисса заулыбалась. Ничто не могло заставить эту солнечную девушку унывать.       – Мы же говорили Вам, миледи! Вы всегда можете поделиться с нами проблемами. Вот видите, как всё хорошо получилось? И решение нашлось, и Вам наверняка стало легче. Выговориться – это очень полезно. Нельзя всю жизнь нести камень в душе, а то и сам станешь камнем. Так мама моя говорила.       – Действительно, – усмехнулась Лейла. – Легче стало. Я так рада, что вы у меня есть, дорогие. Не знаю, что бы я делала без вашей поддержки. Теперь я знаю, что не должна сидеть сложа руки. Я начну сейчас же!       Она смотрела, как прислуга переглядывается со счастливыми улыбками. Радостные, что всё наладилось, что их усилия не прошли даром. Что они, простые девушки без рода и имени, смогли быть полезными королеве, что она прислушалась и осталась благодарной. Лейла видела это на их лицах, читала в глазах.       Они заслуживают большего, чем быть марионетками.       Девушки, весело переговариваясь между собой, то и дело поглядывали на Блэки, которая больше не проронила ни слова, увлечённая книгой. И именно Блэки волновала Лейлу. Она была негласным лидером этих девушек, они прислушивались к ней, они ждали её одобрения и внимания. Блэки, в отличие от остальных, которые в компании королевы стали более раскрепощёнными и уверенными, держала глухую оборону. Она не боялась неодобрения Лейлы или наказания за личное мнение, это королева знала точно. Блэки говорила мало, но всегда метко, колко и по делу. Она не выглядела легкомысленной, напротив: создавала впечатление начитанной и эрудированной девушки. Но Лейла не могла понять, была ли она искренна.       Мелисса, Диан, Лулу и Хельга были открытыми и полностью преданными королеве. Но только на Блэки они смотрели с обожанием. И с каждой новой встречей Лейла искала ключик к сердцу этой холодной независимой служанки. Если она добьётся её доверия, станет для неё не только подругой, но и светом истины, то и вся эта разномастная компания, на которую у Лейлы грандиозные планы, окажется в её руках окончательно и бесповоротно. Но Блэки держалась достойно для простолюдинки, и это не могло не настораживать. Девица была умна и совсем не проста. В ней чувствовалась порода.       Но Лейла знала, что есть в мире хоть что-то, что должно тронуть эту неприступную крепость, и она не оставляла попыток. Блэки не сможет закрывать глаза на провокации вечно.       – Я немедленно отправляюсь к Джуду. Он хочет руководить поисками Люси лично, но она и моя дочь тоже, – отчеканила королева и поднялась с кресла. Она выпрямилась, вздёрнула подбородок и бросила взгляд на пейзаж за окном. – Ты права, Блэки. Вы все правы. Я не должна стоять в стороне. Джуд уже не первый раз подводит Люси. Это он отправил её в заточение в башню к дракону. Это он не сумел договориться и вернуть Люси назад. И каждый раз он оправдывался тем, что должен решить проблемы сам. Как я могу доверять ему после этого?       Лейла порывисто выдохнула и повернулась к двери. Она показала им, что не слепо следует за Королём. Она не оправдывала его поступки, она критиковала и ругала. Как мать, как жена. Но этого мало. Сейчас девочки не готовы знать больше. Они будут приглядываться, думать, обсуждать. И в один момент за чашечкой прекрасного ароматного чая девушки осмелеют настолько, что и сами начнут поддерживать королеву и осуждать своего Короля. Однажды они снова увидят в королеве королеву, но будут смотреть уже совсем другими глазами. Они увидят не Лейлу, но достойного противника жестокого и равнодушного к проблемам королевства Короля. И тогда настанет пора сделать свой ход.       – Я… Иногда я задумываюсь о том, что он сделал это нарочно, – Лейла часто задышала и подняла голову, чтобы не дать слезам пролиться. – Ведь Люси ему совсем не нужна. Он просто отослал мою дочь подальше, когда появился предлог. А что если он её совсем не ищет?       – Ваше Величество! – Мелисса подорвалась с дивана и всплеснула руками. – Что Вы говорите такое? Ведь принцесса Люси его родная дочь! Конечно же, Король делает всё, чтобы вернуть её! Вы просто взволнованы и напуганы, Вам нужно успокоиться! То есть… Я… Извините.       – Мел имеет в виду, что если Вы ворвётесь в кабинет Короля с обвинениями, то он может рассердиться. А когда Король сердится, всем плохо…       Девушки бросили на Хельгу предостерегающий взгляд, и Хельга замолчала. Блэки мотнула головой и снова уставилась в книгу.       – Король суров, но он никогда не поднимал на меня руку, – тихо ответила Лейла и направилась к выходу из покоев. – А если поднимет – какой он Король после этого?       Блэки, прищурившись, задумчиво глядела ей в спину и молчала.