О принцессах и драконах

      Город, к которому они вышли спустя несколько утомительных дней пути, встретил шумом. Именно так. Потому что все эти песнопения на разные лады, похожие на завывания, пьяные вопли, детский визг – всё при первом рассмотрении напоминало шум. При втором, впрочем, тоже.       Даже издалека Люси видела, насколько красива Магнолия. Украшенная, цветущая, она полностью оправдывала своё цветочное название. Арка, ведущая в город, была оплетена плющом и наряжена флажками. Принцесса не была уверена, но в тот момент она могла сказать, что Магнолия была гораздо красивее, чем столица, в которой она провела всю жизнь.       Лоск и пышное убранство Шафрана выставлялись на первый план. Столица должна вызывать восторг и благоговение. И центральные площади, старинные фасады домов и магазинов, королевский дворец и сад вызывали трепет. Пожалуй, большая часть гостей из других городов и королевств и приезжали в столицу затем, чтобы прикоснуться к прекрасному. Проще говоря, – поглазеть на архитектурные шедевры мастеров древности, посетить музей и прогуляться по той части королевского сада, которая была закрыта для Люси, но открыта для свободного посещения для всех желающих. Именно наблюдая за ними из окон дворца, выходящих на сад, за простыми людьми и графами, графинями, детьми и работягами, Люси видела, как выглядит жизнь.       Слушая разговоры незнакомцев, Люси постигала мудрость. Их мысли становились её мыслями. Всем словам, что ей удавалось подслушать, Люси верила безоговорочно. Если женщины с детьми говорили друг другу, пока ребятня носилась от куста к кусту, что Шафран прогнил насквозь, Люси верила. Она впитывала такие откровения, как губка. Поэтому наивная принцесса искренне верила, что в столице живётся ужасно плохо. Роскошь – декорация; знать живёт за счёт работяг и выезжает на их горбу. И всё совсем не то, чем оно кажется.       Люси слушала, запоминала, и поняла со временем, что все эти пересуды как нельзя точно описывают дворцовую жизнь.       Поэтому юная принцесса бунтовала, поэтому она частенько переворачивала размеренную бытность дворца вверх дном. Хотела изменить всё, чтобы не было так обидно за себя, за семью. Но отчего-то ничего меняться не хотело.       И было одно выражение, которое повторяли чаще других. Оно встречалось в нежно любимых принцессой книгах. Словно преследовало её с малых лет. «Рыба гниёт с головы». В детстве принцесса не понимала его сути. Теперь поняла.       Шафран был чудом из чудес. Должен быть таким. Но это только со стороны тех, кто не хочет смотреть и видеть. Люси слишком поздно открыла глаза. Пропустила тот момент, когда всесильные Хартфилия уничтожили Фиор, начиная с самих себя.       Люси уже не мечтала ничего исправить. Если чему глобальному и научили её книги, то это той истине, что нельзя изменить то, что меняться не желает. Как колючая атмосфера дворца. Как Нацу. Ей не нравились такие истины, но принцесса приняла их. Потому и не вернулась домой. Либо благо многих и многих, либо своё счастье. Люси сделала выбор.       Принцесса щурилась на солнце и с улыбкой рассматривала открывшийся перед ней город. Магнолия не была похожа на монументальный Шафран. Магнолия не казалась красивой. Она была живой и прекрасной. Даже издалека. Всё было тем, чем оно было на самом деле. И это удивительно.       – Мы правда пойдём туда? Правда-правда? – зашептала восторженно Люси. Несмотря на то, что ранее Нацу предельно ясно объяснил ей, по каким причинам стоит держаться подальше от больших городов, он сам настоял на визите в Магнолию. – Это первый настоящий город после Шафрана, который я увижу!       – Похоже, у них какой-то праздник, – протянул Хэппи и зевнул. Он был возбуждён и не переставал виться вокруг Нацу, потирая лапки. Впрочем, принцессу своенравный кот снова решил держать на расстоянии, поэтому только косился в её сторону и игнорировал любые вопросы. – Поздновато для весенней ярмарки. А что ещё можно здесь отмечать, Нацу?       – Пойдём, узнаем, – кивнул растрёпанной отросшей шевелюрой дракон и первым пошёл вперёд, к широкой нарядной арке. Он обернулся к Люси и улыбнулся ей. – Встречай нас, Магнолия! Давненько мы не навещали её а, Хэппи?       Кот что-то тихо пробубнил, и его передёрнуло. Шерсть встала дыбом от ушей до кончика хвоста. Он не разделял восторга Нацу, хоть и выглядел радостным и довольным.       Люси покорно плелась следом, устало перебирая ногами. Долгий путь оставил её совсем без сил, ноги гудели и ныли от мозолей и ранок. Волосы снова спутались и повисли у лица некрасивыми сосульками, поэтому принцесса стянула их в хвост на затылке и завязала переплетёнными колосками и травинками. А вою её желудка позавидовал бы любой уважающий себя волк. Всё, о чём мечтала Люси последние несколько дней – покушать и выспаться. Но вряд ли в таком большом городе найдётся хоть один человек, что протянет несчастной принцессе руку помощи. Ей ведь нечего предложить взамен. А у людей и своих забот хватает.       Она вздохнула и почесала посеревшую повязку на шее. Ранка ужасно зудела, и Люси не переставала скрести её ногтями. Нацу, конечно, одёргивал её и ругал, но легче от этого не становилось. От его наказов она не исцелится.       Стоило им войти в Магнолию, Нацу взял руку Люси в свою и крепко сжал. Раньше бы принцесса решила, что он не хочет её побега. Теперь же она понимала, что это только ради её защиты. Если Люси потеряется, с ней может случиться всё, что угодно! Тем более, что её разыскивают наёмники Короля. Сама себя она защитить не сможет, поэтому ей оставалось надеяться только на своего дракона, который выглядел до смешного самоуверенным и решительным. Будто он точно знал, что должен найти в Магнолии, а не просто зашёл показать Люси местные красоты.       – Ты уверен, что это не опасно? – озвучила свои опасения Люси. Она опустила взгляд, когда Нацу посмотрел на неё, и покраснела. – Я… В смысле, тут наверняка повсюду полно стражи, и если меня или тебя узнают, то поднимется шумиха, начнётся охота и… Я думаю, что мы слишком рискуем, светясь здесь. И никакая экскурсия не стоит таких рисков. К тому же, в таких толпах затеряться врагу – проще простого, и он или они могут ударить в любой момент.       Дракон покачал головой и снисходительно посмотрел на Люси. Она хмыкнула и отвернулась. Цветочные украшения вдоль дорог и на низеньких домах источали приятный аромат и выглядели прелестно, без вычурности и помпезности. Принцесса хотела бы рассмотреть их поближе, потрогать, понюхать, но знала, что это точно привлечёт к ней внимание. Хотя, откровенно говоря, внешний вид путников после нескольких дней пути в лесу и так оставлял желать лучшего и выбивался из общей картины. Они выглядели слишком… колоритно, чтобы оставаться незамеченными.       – Ты забыла? Я ото всех защищу тебя, моя дорогая принцесса!       Люси демонстративно почесала повязку на шее и нахмурилась.       – Слушай, Люси, мы понимаем, что после случившегося в деревне тебе страшно. Но это не повод держаться в глуши и избегать любых контактов. В Магнолии у меня важное дело, а рядом со мной тебе нечего бояться, – терпеливо пояснил дракон и ободряюще улыбнулся. Настроение Люси плавно покатилось вниз и с хрустальным звоном разбилось обо что-то твёрдое. Об дно, наверное.       – Каждый раз, когда ты так говоришь, со мной непременно что-то случается, – сердито проворчала Люси, хотя хотелось громко накричать на дракона, размахивая руками. Чтобы он понял, что у Люси на душе, а не отмахивался и не сыпал приевшимися самоуверенными словечками. Ей вправду было страшно.       – Я не отпущу твою руку ни на миг, если тебе станет от этого легче. Договорились? – наклонил голову Нацу и приобнял Люси за талию. Хэппи на его макушке громко фыркнул и выпустил когти.       – Ладно. Только для начала объясни мне, какое такое важное дело заставило тебя нарушить собственные наказы и привести нас в город? Ты ведь… ты сам говорил, что мы должны избегать таких мест, чтобы не нарваться на неприятности. – Люси подивилась своей храбрости. Она смогла высказать Нацу если не всё, то главное, что тревожило её и с чем она не была согласна, и теперь не могла поверить, что решилась на это. Принцесса бы улыбнулась своей маленькой победе над собой, если бы не помрачневший вид Нацу. – В смысле… – поспешила исправиться она, – я думала, что мы должны сводить все риски на минимум, а не играть с судьбой в догонялки.       – Люси. Я одолел армию. Почему ты до сих пор думаешь, что я не справлюсь и позволю тебе пострадать?       – Такое забудешь… – прошептала она и сжала зубы. – Потому что только это ты и делаешь! Ты… ты… ты эгоист! Боги! Ты расправляешься с угрозой не ради меня, а чтобы покрасоваться. Типичный дракон! Почему из-за твоей гордыни я должна бояться выходить с тобой в люди и ждать, когда же любой желающий прикончит меня, пока ты будешь тешить своё самомнение и резвиться в драке! Ты позволил Лексусу издеваться надо мной и моими нервами, ты дал принцу Фриду украсть меня, потому что мерялся силой с собратом-драконом. Ты мог прикончить проклятую Леви и не дать ей покалечить меня. Но не-ет, ты игрался с ней, хотя убить для тебя – проще простого. И ты позволил ей уйти! Все разговоры теперь только о Леви! Леви – то, Леви – это, Леви, Леви, Леви! Да ты думаешь о ней больше, чем обо мне! – Прокричала принцесса и зло утёрла слёзы. – Из-за тебя я так часто плачу. – Она подняла взгляд на Нацу и посмотрела на его несчастное лицо, которое выражало полную растерянность. Даже Хэппи выглядел удивлённым и притих. – Я… Мне не стоило говорить этого. П-прости…       Ей совсем не хотелось извиняться. И Люси была уверена, что всё сказала правильно. Потому что хотела сказать. Думала именно об этом и мучилась столько времени. Хотя… смысл её слов вряд ли тронет Нацу. Посчитает её крик души очередной заморочкой и забудет.       – Ты изменилась, Люси, – тихо проговорил дракон и выдохнул. Он взял повисшую плетью руку принцессы и повёл дальше, уводя от любопытных глаз горожан.       – А ты – нет.       Наверное, в этом и была главная проблема Люси. Новый мир менял её, лепил из неё нового человека. Она ведь и сама мечтала измениться, стать лучше. Менялись приоритеты, ломалось мировоззрение, рождались новые мечты, и Люси подстраивалась под свободную жизнь, чтобы стать её полноправной хозяйкой. А Нацу оставался прежним. И если раньше ей казалось, что он стоит над ней, ведёт в загадочную неизвестность, полную чудесных открытий, то теперь он тянул её вниз. К примитивным драконьим потребностям наподобие драк, самоутверждения и непомерной гордыни. Люси не хотела стать такой же.       Во многом Нацу был лучше неё. Да почти во всём, не считая характера и отношения к людям. Он знал эту жизнь и умел выкручиваться из любых передряг, в отличие от Люси. Впрочем, сама она предпочитала эти самые передряги обходить, но совершенно не мыслила, как это сделать. От Нацу принцесса училась простым бытовым вещам, которые знает каждый ребёнок с пелёнок. Он подарил ей любовь и показал, как приятно может колыхаться в груди сердце от одного нежного взгляда. Убедил, что она не неправильная. Но этого было слишком мало.       – Я ужасный человек! – всхлипнула она и размазала по щекам новые слёзы. Нацу молчал. Принцесса не дала ему прокомментировать свою выходку и сменила тему. – Так… зачем мы пришли в Магнолию? Что за дело?       Нацу долго молчал, в полной тишине ведя принцессу вдоль по украшенной улице к каменному зданию на окраине города. Над воротами гордо висела эмблема.       – Леви упомянула, что в Хвосте Феи у неё связи. Я состою в Хвосте Феи и не знаю там никого, кто питал бы к Леви что-то, кроме ненависти и отвращения. Значит, я должен удостовериться, что её слова были ложью. Либо найти крысу и избавиться от неё.       Люси надрывно захохотала и запрокинула голову.       – Люси? – с опаской позвал котёнок, но принцесса продолжала смеяться на всю улицу.       – Как я сразу не поняла! Вот оно. Вот ради чего ты решил пожертвовать моей безопасностью и притащиться сюда. Потому что Ле-еви сказала. Чудесно. Надеюсь, это стоит того. Можешь назвать меня истеричкой, мне плевать. Но я тебе не прощу. Так и знай, – на выдохе закончила она и с незнакомой ей твёрдостью посмотрела прямо в глаза Нацу. – Ты прав, я изменилась. Прежняя я смолчала бы и проглотила это прямое оскорбление на раз-два. Ха, да я уже и не уверена, поняла бы я тогда, что же ты творишь! Но теперь я всё понимаю и вижу. И мне не нравится, что ты держишь меня за трофей, а не любимую. Ты меня попросту задвинул. Не думай, что это мои принцессочные заморочки. Ни разу. Мне неприятно как живому думающему человеку. Как девушке, которой возлюбленный разбивает сердце.       – Но я не думал, что тебе будет обидно! Это же обычное дело… – почесал затылок дракон, потеснив рукой притихшего Хэппи.       – То-то и оно. Не думал.       В напряжённом молчании они дошли до гильдии Хвост Феи. Шум, вопреки ожиданиям принцессы, только усилился. Настоящая суета, как оказалось, царила не в самом городе, а в аляповатом каменном здании с эмблемой фей. Оттуда доносились ужасающие вопли, из дверей вылетали столы и тела. И если первые разваливались едва ли не в полёте, то вторые мужественно ползли обратно. У Люси дёрнулся глаз.       Гильдия встретила гостей разрухой и запустением. Столы, по-видимому, кончились, поэтому разошедшиеся волшебники, краса и гордость любого города, швыряли друг в друга скамьи, стулья и товарищей. Принцесса лично видела, как одному особо неудачливому пареньку вышибло зубы, и они веером разлетелись по полу, но отчаянный маг продолжил как ни в чём ни бывало вливать в себя нечто пенистое и явно алкогольное из большой деревянной кружки. Только долго выдержать он не смог и таки упал пьяным телом на пол. Освободившийся барный стул мигом сдёрнули и огрели им по спине здоровяка с белыми волосами. А тельце павшего смертью храбрых парнишки послужило очередным снарядом в битве «все против всех».       – Как здорово! – выдохнула Люси и оглядела кошмарное побоище. Единственными более-менее целыми экземплярами во всём этом смертоносном хаосе были две светловолосые девушки, похожие друг на друга, как сёстры. Они перегораживали вход на лестницу и выглядели милыми и приветливыми. Со второго этажа также доносился топот, а с потолка сыпалась пыль на головы разгорячённым волшебникам.       – Праздники в Хвосте Феи всегда проходят бурно, – заулыбался дракон, сияющим взглядом обводя побоище. – Но в этот раз они превзошли сами себя. Ничто так не сближает людей, как хорошая драка! А ею обычно заканчивается любое торжество в нашей гильдии. Через денёк, когда все отойдут и оклемаются, они начнут знакомиться и обсуждать свои недавние подвиги. Так и крепнут узы, – заливался Нацу, уверенно проходя через беснующуюся толпу к лестнице с миловидными волшебницами. Хэппи испуганно икнул и спрятался за спиной Нацу. – Мира, Лисанна!       – Давно не виделись, Нацу, – приветливо помахала волшебница, названная Мирой. – Принцесса Люси. Вы немного опоздали, но Эльза будет не в обиде. Проходите, проходите, для вас найдётся местечко. Надо же, принцесса в наших стенах!       – Вот Мастер порадуется, – тихо захихикала Лисанна.       Мастера чуть удар не хватил. То ли он от вида принцессы едва не поседел второй раз в жизни, то ли просто не ожидал увидеть воочию пропажу королевского масштаба. Но бодрый старичок как-то резко побледнел да и свалился вместе со стулом. Рыжий потрёпанный маг неприлично заржал во всю глотку и опрокинул в себя рюмку горячительного.       Эльза деликатно переступила через Макарова и похлопала Нацу по плечу. Люси впервые видела её настолько близко. Эльза была красива. Белое платье хоть и было порвано в некоторых местах, но всё равно было ей к лицу, и на его фоне алые волосы казались настоящим огнём, жидкой лавой. Позади Эльзы маячил уже знакомый принцессе Грей, также наряженный во всё белое.       Мира махнула рукой, и танцы продолжились. Лисанна спустилась обратно вниз контролировать ситуацию, а к Нацу с Люси и Хэппи приблизился тот самый высоченный рыжий волшебник и двинул забинтованным кулаком дракона в грудь.       – Заматерел, щеночек, – довольно заключил он. – Силы, вижу, набрался.       – Хочешь проверить, Гилдартс?! – с готовностью ответил Нацу и выставил перед собой горящий кулак.       – Не сегодня, уголёк.       – Твоя свадьба войдёт в историю Хвоста Феи, – с блаженной улыбкой поделилась Миражана, оглядывая нежным взглядом рычащего Нацу и насмехающегося над ним мага. – Избиение сразу двух драконов – такое не на каждом торжестве бывает!       – Хватило бы и одного, – пробурчала Эльза в ответ и грозно нахмурила брови. – Нацу! Если ты разнесёшь нам гильдию, я прослежу, чтобы ты лично восстановил всё до последней щепки.       Нацу поник и под ухмыляющейся мордой Гилдартса смиренно потушил огонь.       – Хэппи! Порядочные коты жуют рыбу с закрытым ртом. Вытрись салфеткой и впредь используй столовые приборы.       Кот проглотил недожёванную рыбину, которую ловко утащил со стола, и промямлил что-то вроде извинения.       – Ваше Высочество! – продолжила строить всех Эльза, и Люси вздрогнула. Она не знала отчего, но её пробило холодным потом, и на лбу заблестела испарина. – Хм…       – Я займусь ею, – помогла Мира, пока Эльза не нашла повода отругать и принцессу. – Как Вы смотрите на то, что мы приведём Вас в порядок? Вот и славненько, идёмте.       Пока Люси натирала кожу мочалкой, выдёргивала расчёской спутанные волосы и в целом возвращала себе цивильный вид, Нацу успел поздравить Эльзу, пригрозить Грею, привести в чувство Мастера и повздорить с Гилдартсом. Всё это она узнала, пока новая знакомая по имени Эвергрин заплетала ей волосы в причёску и порхала над ней с кремами и маслами. Так что к моменту, когда Нацу озвучил главную проблему, и Эльза возглавила расследование, принцесса выглядела как и подобает наследнице целого королевства.       После последовал плотный обед, занявший у Люси неприлично много времени, потому что от голода сводило нутро, хотелось попробовать всё-всё, но совесть грызла и скалила зубы. Поэтому принцесса вынужденно вспомнила манеры и кушала медленно, понемногу, используя нож и вилку.       Уже на месте, в главном зале гильдии, где не осталось ни единого целого предмета мебели, Люси узнала, что Эльза устроила допрос каждому члену гильдии. Конечно, большую часть принцесса пропустила, но и увиденного ей хватило с лихвой. Прав был Хэппи: Эльза – монстр!       – Да, я общаюсь с ней, – кивнула полураздетая девица с копной шикарных тёмных волос. – Это ни для кого не секрет. Я работаю на барона МакГардена и часто связываюсь с ним через его дочь. Это преступление?       Вообще-то, пиратство и связь с преступными группировками как раз-таки и были преступлением, сурово наказуемыми в Фиоре вплоть до смертной казни. Король ненавидел пиратов за грабежи прибрежных городов. Но больше его распаляло то, что пираты были неуловимы, и карающая длань правосудия до них не дотягивалась. Поэтому для пиратов полагалась высшая мера наказания. Но Люси промолчала. Она не вмешивалась в работу Эльзы и молча наблюдала, как и все вокруг.       – А старина Ридус работает на меня, так что и ему приходится контактировать с мелкой МакГарден, – она кивнула на полуобморочного парня в чёрном котелке, над которым хлопотали сёстры Штраус. Ему, видимо, не посчастливилось сказать то, что не устроило Эльзу. – Не скажу, что мы с ней подруги, но сотрудничаем тесно. Но я, знаешь ли, умею фильтровать базар, дорогуша. И о делах гильдии она не услышала от меня ни слова.       – Но ты знаешь, кто в Хвосте Феи пляшет под её дудку, – надавила Эльза. Кану её суровый вид и меч у собственного горла не напугали. Она ухмыльнулась и вздёрнула подбородок.       – Знаю. Но не скажу. Ты и сама скоро докопаешься до сути, а я не хочу портить себе представление.       Эльза, как и всех предыдущих допрошенных, отправила Кану трудиться на благо гильдии. Пиратка ожидаемо проигнорировала её приказ и осела в погребе, откуда вскоре донеслись грозные крики её отца. Гилдартс не оставлял попыток научить дочурку уму разуму, но, по словам Хэппи, эти нравоучения и проповеди ещё ни к чему не провели.       – Альберона работает только за деньги! – долетел до них раскатистый смех, и мимо хмурой серой тучей прошествовал Гилдартс.       Так Эльза отправила на полезные общественные работы громилу Эльфмана (ему предстояло перемыть посуду, в том числе и побитую. С Эльзой он спорить не стал и подчинился), Макао и Вакаба смиренно устраняли последствия погрома на заднем дворе.       Оставались только Джет и Дрой, но эти двое показались Люси какими-то дёрганными и нервными. Но, справедливости ради стоит отметить, что вид рыцаря был по-настоящему демоническим.       – Перевооружение. Доспех властителя преисподней.       Дрой хлопнулся в обморок, и Люси недалеко от него ушла. От Эльзы разило потусторонним ужасом, ноги сами подгибались, а дрожь в теле не унималась даже от мысли, что принцесса ничем не разгневала Эльзу. Она не представляла, что должны были чувствовать эти двое, на которых направлена вся ярость волшебницы, если принцесса только рядом с ней едва не рассталась с жизнью от страха.       – Я скажу! Я скажу! – завизжал Джет, заливаясь слезами. Эльза не успела задать ни одного вопроса. – Это всё мы! Да-да, мы, только не убивай!       Под красноречивыми взглядами рыцаря и затесавшегося рядышком дракона волшебник раскололся, как орешек от удара молота.       – Леви, она… Леви такая милашка, перед ней нельзя устоять! Как только я вижу её, сразу тянет всё ей рассказать. А уж как она просит!.. Этот миленький голосочек, о-о-о-о! Просто ангел во плоти! – Джет запнулся и съёжился. – Мы ничего не можем с собой поделать. Рядом с Леви у нас отключаются мозги!       В чём-то Люси была с ним согласна. Леви умеет уболтать и создать правильный настрой. Её речи сладки, но ядовиты, и если вслушиваться и впускать их в своё сердце, – жди беды. Возможно, если бы в тот день Леви не показала своё истинное лицо, принцесса так же, как они, боготворила бы эту подлую преступницу и мечтала о новой встрече.       В спину с размаху влетел Хэппи и, цепляясь когтями и поскуливая, пополз вверх, к плечам. Люси зашипела и помотала головой.       – Эльза стра-а-а-ашная! Люси! Люси! Я прощаю тебя за то, что ты пытаешься отнять у меня Нацу, только не отдавай меня ей, Люси-и-и-и! – расплакался кот, нещадно раздирая ей спину через тонкую ткань маечки.       – Не бойся, не выдам, – уверила она его и улыбнулась такому великодушию кота. – Что натворил?       – Рыбка, – жалобно всхлипнул кот и обтёр мокрую от слёз мордашку об спину принцессы. – Съел всю рыбку из запасов…       – Так это значит только, что рыбки было мало, – пожала плечами она, и кот взбодрился.       – Вот! Вот!!!       Гильдию наполнил весёлый смех.