Попадать - так по полной, или курс выживания от неунывающих соавторов

      На следующий день Уильям вызвал к себе Веронику. Верный слову, он отметил в документах о сдаче первой практики и теперь ждал — девушке пора было получать Косу Смерти вместо Серпа. После вчерашнего объяснения на душе жнеца стало намного легче и спокойнее, хотя его это удивило. Она всего лишь его подопечная. Не более того.       Вероника шла по коридорам Департамента, направляясь в кабинет начальника. Ее не слишком удивил вызов, скорее, она не понимала, почему так этому радуется. Тому ли, что они разобрались и расставили все акценты и могут спокойно заниматься обучением? Она не знала. Но очень хотела в это верить.       Подойдя к двери, постучала.       — Войдите, — сказал Уильям, отрываясь от бумаг. По позвоночнику прошла странная дрожь. Он постарался взять себя в руки.       Девушка открыла дверь и вошла.       — Доброе утро, семпай, — сказала Айним, закрывая за собой дверь. — Вы хотели меня видеть?       — Доброе утро, — кивнул он. — Да, мисс Громова. После первой, успешной сданной, практики вам полагается Коса Смерти. Сейчас мы отправимся в Отдел Кадров, а следом — в Отдел Выдачи Кос.       — Хорошо, — сказала Ника. — Значит, я все же сдала?       — Конечно, — его глаза блеснули. — Многие стажеры попадают в передряги намного быстрее, чем вы.       — Это не может не радовать.       — Согласен, — брюнет встал из-за стола и направился к выходу. Девушка направилась за ним, стараясь не слишком явственно улыбаться и сдерживая желание похулиганить. Ни к чему — хватит и вчерашних разборок. И зачем ронять авторитет начальника в глазах подчиненных? Она может это делать и без свидетелей. Осталось придумать, как. Впрочем, на фантазию рыжеволосая бестия никогда не жаловалась.       Уильям время от времени краем глаза наблюдал за идущей рядом стажеркой, отмечая и чуть блестящие глаза, и приоткрытые в легкой улыбке губы. Жнец тут же задался вопросом, о чем она думает, но вот спрашивать он не решился. Неизвестно, как девушка может отреагировать на такое бесцеремонное вторжение на ее территорию. Поэтому он шел молча, хотя впервые в жизни его тяготило это молчание.       Наконец, они оказались в Отделе Выдачи Кос.       — Доброе утро, мистер Спирс, — приветливо улыбнулась русоволосая жница с весьма пышными формами.       — Доброе, — отстраненно кивнул он. — Джейн, вчера мисс Громова сдала первую практику. Ей полагается Коса Смерти вместо ученического Серпа.       — Разумеется, — кивнула жница. — Какую? Есть классические Косы, есть…       — А что там? — перебила ее Айним, указывая куда-то под потолок, покрытый лепкой.       Уильям и Джейн переглянулись и уставились на девушку.       — Меня тянет туда, — сказала она, просто пожав плечами. Она же не виновата, что не может дать им более внятного ответа.       — На потолок? — вкрадчиво поинтересовался жнец.       — Так, — она прищурилась. — Ладно, объясняю на пальцах. Видишь во-он тот цветок? Да, рядом с ангелочком. Вот там что-то есть. И это «что-то» меня как будто зовет. Понятно?       Уильям вздохнул, подавляя острое желание покрутить пальцем у виска. Он не забыл, что девушка — Айним, да еще и из категории воинов. Возможно, все это не просто так. Но, если вдруг она решила над ним пошутить… пусть тогда готовится к любым неожиданностям с его стороны. Он далеко не белый и не пушистый. Ну, а сейчас…       — Хорошо, — сказал начальник Отдела. — Побудьте тут, мисс Громова — я схожу за стремянкой.       — Разумеется, — кивнула девушка, рассматривая Отдел.       Ти Спирс кивнул и ушел за лестницей. И что такого там увидела девчонка? Он усмехнулся уголками губ — ему было уже интересно.       Вероника рассматривала лепные потолки, размышляя, что там такого могло привлечь ее внимание. Ни одной здравой мысли в ее голове не было. Девушка отчетливо видела в глазах семпая сомнение в ее трезвом уме. Она тоже не виновата, в том, что ее влечет туда, заставляя нетерпеливо постукивать каблучком по полу в ожидании возвращения наставника. Пожалуй, она больше хотела скорейшего появления стремянки, чем жнеца — ее раздирало любопытство касательно не дающих покоя ощущений. Айним даже не пробовала гадать, что там может такого быть — когда Уилл вернется, они все узнают.       Уильям спустился на нижние этажи, где хранился строительный инвентарь — пока в Департаменте есть жнецы, подобные Греллю Сатклиффу, это явно не будет лишним, — отыскал подходящую для его целей стремянку, проверил ее на прочность и устойчивость, не забыв убедиться в ее целостности, а потом стал подниматься наверх, тут же пожалев, что в это время коридоры полны снующих по своим делам жнецов. Он вздохнул, а потом, стараясь не слишком сильно обращать внимание на круглые глаза подчиненных, явно гадающих, зачем ему стремянка, направился обратно. Он очень сильно подозревал, что рыжеволосая бестия решила его разыграть в очередной раз, мстя за вчерашние слезы. Он уже представлял, как она будет хохотать, говоря, что пошутила и ей, в общем-то, ничего не показалось. Ну, разве что в какой-то момент она решила, что он похож на идиота.       — Вот ведь, — пробормотал Уильям, хмурясь от столь неприятных мыслей. Но, с другой стороны, Вероника была очень непредсказуема и потому стоило ждать от нее любой каверзы. Если эта бестия на самом деле так пошутила, то он отыграется на ней. Даст в наставники Грелля и пусть учат друг друга уму-разуму.       Джейн с интересом рассматривала выказывающую все признаки нетерпения девушку. Красивая, тонкая, как тростинка, с гибкой фигурой. Не похожа на человека, но и не жница. Ее одолело любопытство, и Джейн, преодолевая смущение, спросила:       — Вы — новый стажер мистера Спирса?       — Да, что-то вроде того, — чуть улыбнулась зеленоглазая.       — И как он в роли наставника?       — Вполне приемлемо, если его не раздражать и делать все, как полагается, — честно ответила рыжая. — Но, кроме него, у меня еще два наставника — мистер Хамфриз и мистер Слингби.       — А зачем так много? — удивилась жница. — Вы ведь человек, верно? Простите, если мой вопрос покажется вам глупым или бестактным.       — Нет, как выяснилось, я и моя подруга — Айним, — чуть улыбнулась Вероника. — Ничего страшного, я понимаю ваше удивление.       — Айним? — брови Джейн сделали поспешное восхождение на лоб.       — Если говорить простым языком, то мы — полуангелы, — сказала она. — Как такое возможно, я не представляю, но Алан-семпай владеет этой информацией.       — Стажер Громова, не увлекайтесь, — раздался привычно-холодный голос Уильяма. — Пока эта информация не подлежит огласке.       — Уильям-семпай, я вас умоляю, — закатила глаза Вероника. — Вы думаете, что Отдел все еще пребывает в неведении касательно того, что в общежитии живут две девушки, похожие на людей, но которые совсем не люди?       — И все же, иногда стоит придержать язык, — он установил стремянку и, убедившись, что она не упадет, поставил ногу на первую ступеньку.       — Позвольте мне? — обворожительно улыбнулась Айним, положив тонкую ручку ему на плечо.       Уильям вопросительно посмотрел на девушку.       — Я чувствую то, что там находится, — пояснила она. — А вы — нет. Если я не смогу открыть, вы будете знать, где искать.       — А если вы упадете? — жнец сверлил стажерку глазами.       — Вы меня поймаете, — она была сама невинность. Начальник Отдела только закатил глаза — вот же неугомонная.       — Хорошо, — сказал он. — Полезайте. Я подстрахую.       Ника послала ему дерзкий взгляд и стала изящно подниматься по лестнице, приближаясь к своей цели.       Уильям напряженно следил за ней, ловя малейшее движение, чтобы девушка не упала. Он был готов любой момент броситься ей на помощь. Стоящая рядом Джейн закусила губу от напряжения: все же, это опасно — стоять на стремянке и, ни за что не держась, ощупывать стену под потолком. Внезапно стоящая на стремянке Вероника на что-то нажала и кусок стены просто отъехал в сторону. Девушка восхищенно ойкнула, вытаскивая из тайника два тонких, чуть изогнутых меча. Плита тут же встала на место.       Уильям и Джейн смотрели на происходящее огромными глазами. Вот так новость! Сколько времени они здесь работают, но никогда даже не предполагали, что в Департаменте могут быть тайники с секретами. Надо будет поговорить о странном происшествии с Аланом — он знал о таких, как Никки, очень много. Но это будет позже. А пока ему стоит вернуться к своим обязанностям.       — Неожиданно, верно? — спросила рыжеволосая бестия, спустившись. — И теперь у меня будет две Косы?       — Выходит, что так, — сказал Уильям. — Как я понимаю, по отдельности они не действуют?       — Нет, — девушка приложила клинки друг к другу. Они тут же слились в один, более массивный. Джейн изумленно ахнула. Уильям чуть нахмурился, но ничего не сказал на это. Жнец перевел глаза на сотрудницу Отдела Выдачи Кос и вздохнул.       — Давайте оформим находку, — сказал он. — У нас еще дела.       — Да, разумеется, — пробормотала жница, доставая толстый гроссбух и начиная что-то писать.       Вероника же с интересом рассматривала свое оружие, время от времени разделяя его. Пробовать свое оружие здесь она не стала — не хватало еще кого-нибудь поранить. Или себя. Да и вообще, ей было любопытно увидеть глаза Эрика, когда он увидит, что выбрала его подопечная.       — Прошу, распишитесь вот здесь, — Джейн положила перед Уильямом и девушкой заполненный гроссбух.       Зеленоглазая улыбнулась и поставила витиеватую подпись там, где показала жница. Девушка кивнула и, забирая тетрадь, бросила взгляд на оружие. Нет, это определенно не ее.       — Всего доброго, — сказал Уильям.       — До свидания, Уильям-сан, — ответила Джейн.       — До свидания, — улыбнулась Ника.       Брюнет, привычным жестом поправив очки, направился к выходу, и его подопечной не оставалось ничего другого, как только последовать за ним.

~*~*~*~

      — Дашка, посмотри, — Вероника влетела в их с подругой комнату и стала показывать русоволосой клинки. — Классные, правда?       — Где ты их взяла? — спросила девушка.       — В Отделе Выдачи Кос, — улыбнулась рыжеволосая бестия. — Представляешь, там был тайник.       — Тайник?       Хихикнув, зеленоглазая Айним рассказала подруге все, что произошло. Даша внимательно слушала, только удивляясь. Ни в аниме, ни в манге не было ни слова о том, что Косы сами могут выбирать себе хозяина. Но, с другой стороны, в аниме Алоис и Клод тоже умерли. А тут они живы.       — Кстати, что ты думаешь по поводу той парочки дворян? — спросила русоволосая.       — Ничего хорошего, — мгновенно помрачнела Ника, сжав рукояти клинков. — Ты ведь не забыла, что они отдали своим псам четкие приказы нас поймать?       — Помню, именно поэтому и спрашиваю, — кивнула Дарья. — Мне не по себе от мысли, что эта парочка демонов-дворецких может в любой момент попытаться выполнить приказ своих господ.       — Пока мы тут, нам вряд ли что-то грозит, — сказала бестия. — Но вот на сборах придется быть осторожнее.       — И потому стоит не филонить на занятиях Эрика, — вздохнула сероглазая. — Хотя воин из меня никудышный.       — Так, не наговаривай на себя, — Вероника села рядом с подругой и обняла ее за плечи. — Мы прорвемся, Дашка. Я тебе обещаю.       — Я знаю, — улыбнулась девушка. — Просто… знаешь, когда ты смотришь на события аниме с экрана и когда ты участвуешь в них — это разные вещи.       — Согласна, — зеленоглазая кивнула. — Тем более, что об этом не было ни слова в каноне.       — Ага, Ханна слопала Алоиса, Себастьян убил Клода, — фыркнула Даша. — И никакой логики.       — Ну, почти, — она хихикнула. — Ты не пробовала пересматривать второй сезон, наблюдая именно за Ханной?       — Так, ты хочешь сказать…       — Да, что она — та самая деталь, которую все упускают из виду, — кивнула девушка. — Если что, с ней нам надо будет быть еще более осторожными. Но давай не будет о плохом — впереди у кого-то День Рождения и восемнадцать лет.       — Ага, — смущенно улыбнулась сероглазая Айним. — Только я не хочу большой шумихи.       — Без проблем, — хихикнула соавтор. — Позовем Гробовщика и будет здорово. Наутро гарантированно не придет Бодун Похмелович.       — Да, знаешь, оказаться в «Атаке Титанов» или «Токийском гуле» мне вообще не хочется, — поежилась Дарья.       — Мне, как ни странно, тоже, — усмехнулась Ника. — Тогда будем решать, что войдет в меню.       — Ну, давай, — засмеялась целительница.

~*~*~*~

      Граф Сиэль Фантомхайв, Цепной Пес Ее Величества королевы Виктории, сидел в своем кабинете и привычно разбирал корреспонденцию. Но мысли его были весьма и весьма далеки от того, чем занимались его руки. Юноша размышлял о появлении странных девушек и о внезапном заступничестве жнецов. В том, что это было именно так, он не сомневался — в глазах рыжеволосой бестии отчетливо было видно удивление. Да и ее подруга тоже выглядела порядком ошеломленной. Игра на опережение? Очень похоже на то. Даже слишком. А в чем смысл? Что в этих девчонках особенного, кроме их необычной одежды и речи? Для чего они жнецам?       — Милорд, ваш чай, — проговорил Себастьян, входя в кабинет господина. За все годы, что он служил дворецким, демон ни капли не изменился.       — Чай подождет, — сказал Сиэль. — Скажи мне, что необычного в этих девчонках? Почему жнецы их так поспешно забрали?       — Милорд, все, что мне известно — девчонки являются Айним, — ответил демон. — Люди раньше называли их эльфами, хотя точнее — полуангелы.       — Вот как? — пристально на него посмотрел граф. — И зачем они жнецам?       — Это лучше спросить у самих жнецов. Благо, у вас имеется такая возможность.       — Знаешь, после всего, что устроил этот прохвост, мне меньше всего на свете хочется иметь с ним дело, — проворчал юноша.       — Тогда вам придется строить догадки самому, — тонко усмехнулся Себастьян. — Если, конечно, вы не хотите навестить давнего знакомца.       — Себастьян, — повысил голос Сиэль. — Ты стал плохо слышать?       — Нет, милорд. Просто подсказываю вам вероятные пути решения мучающих вас догадок.       Граф недовольно посмотрел на слугу, признавая, что тот прав. Либо придется самому решать загадки, которые ему подкинула жизнь, либо обратиться к Гробовщику, который оказался тем еще заговорщиком, сплетшим против него целый заговор, за которым стоял его брат, которого все считали погибшим. Впрочем, как бы то ни было, теперь старший из братьев-близнецов на самом деле был мертв. Уже шесть лет…       — Хорошо, — сказал Сиэль. — Мы навестим Гробовщика. Вели приготовить экипаж.       — Да, мой лорд, — по губам демона скользнула улыбка. Он поклонился и вышел, чтобы выполнить распоряжение своего господина.       Граф встал с кресла и подошел к окну, глядя на раскинувший парк. Он должен увидеть этих девчонок и допросить. Ведь не просто так они оказались в ту ночь в Лондоне. И не просто так прекратились все эти убийства после того, как их забрали жнецы. Совсем не просто так. А, значит, это его прямая обязанность — выяснить, как девушки связаны с маньяком.       Он улыбнулся, еще не зная, что никогда не был так далек от разгадки тайны, идя по неверному пути.

~*~*~*~

      Даша открыла глаза и, потянувшись, счастливо улыбнулась. И у нее для этого было целых два повода. Первый — сегодня ей исполнялось восемнадцать лет, а второй — у них с подругой был выходной. В честь чего их наставники решили вдруг устроить девушкам праздник ничегонеделания, русоволосая не задумывалась, но была очень им благодарна. От такого графика даже лошадь-тяжеловоз давно бы откинула копыта. А они были живы и здоровы, и даже относительно бодры… до тренировок.       — Доброе утро, — пробормотала Вероника, просыпаясь и глядя на подругу сонными глазами. — Выспалась?       — Ага, — улыбнулась Даша. — Надо приготовить обед — мне почему-то кажется, что Гробовщик не страдает отсутствием аппетита. Если что, накормим голодный соседей.       — Угу, только у них дома, — буркнула Ника. — Не хватало еще, чтобы Эндрю возобновил свои ухаживания.       — Мне кажется, что у тебя были раздоры с Уильямом именно из-за него.       — Глупости, — отмахнулась зеленоглазая Айним. — Ты можешь представить, чтобы этот кусок льда мог кого-то ревновать? Да он же женат на своем секаторе и работе.       — И все же он злился, — заметила ее подруга.       — Разумеется, я ведь могла уронить честь Отдела и не один раз, — фыркнула бестия. — Но, как по мне, Грелль давно уже лишил этот Отдел его невинности и чести.       Даша засмеялась, согнувшись пополам.       — Вот уж точное замечание, — сквозь смех выговорила она. — И продолжает это делать…       — С завидной регулярностью, — подхватила рыжеволосая. — Так часто даже мужья не соблазняют своих жен, как аловолосый роняет честь… Отдела.       — Утро удалось, — хихикнула Дарья.       — Ну, раз удалось, тогда пора вставать и готовить праздничный обед, — подмигнула Вероника. — И… с Днем Рождения.       — Спасибо, — улыбнулась Даша, чуть смутившись. Соавтор улыбнулась и подмигнула ей. А потом сползла с кровати и убежала в ванную.       День прошел в хлопотах. Девушки готовили праздничный ужин, не рассчитывая на гостей, но опасаясь, что могут нагрянуть незваные… которые хуже занозы в попе. Лучше уж приготовить побольше и потом осчастливить голодающих, чем выкручиваться, если еды не хватит.       — Даш, я устала, — выдохнула Вероника, падая на стул. — Во сколько Гробовщик обещал заскочить?       — В половине шестого, — сказала сероглазая. — Уф, я тоже… А надо еще нарезать сыр и отправить пирог в духовку.       — Давай тогда так — сначала приведем себя в божеский вид, а потом доделаем остальное. Хотя, в принципе, пирог можно и сейчас отправить в духовку.       — Тогда давай так и поступим, а потом переоденемся, — предложила Даша. — Затем доделаем остальное. Уже скоро придет Легендарный.       — Хорошо, — улыбнулась Ника. — Тогда идем.       Девушки вернулись в комнату и стали переодеваться. Рыжая надела капроновые чулки — Джейн из Отдела Выдачи Кос презентовала, — темно-синюю юбку-карандаш и белую рубашку. Сунула ноги в туфли на каблуках, собрала волосы в небрежный пучок и чуть подкрасила глаза. Даша же нарядилась в синие джинсы и зеленую рубашку с вышивкой на рукавах.       — Краситься будешь? — спросила Вероника.       — Чтобы на утро быть, как панда? — спросила сероглазая. — Нет, спасибо.       — Если не забудешь умыться, то не будешь, — сказала подруга, улыбаясь. — Давай, моя косметичка в твоем распоряжении. Не обязательно делать раскраску, как у индейца-апачи, но вот глаза подкрасить стоит.       Даша закатила глаза, но все же сделала, как рекомендовала подруга.       — Так лучше? — безуспешно скрывая нотки ехидства в голосе, спросила она.       — Намного, — пропела зеленоглазая бестия. — Давай закончим с приготовлениями.       — Согласна, — сказала русоволосая. — Уже почти пора.       Девушки, хихикая, вернулись на кухню — доделывать праздничные блюда. Рыжеволосая Айним, напевая себе под нос, стала аккуратно нарезать сыр.       — Даш, как думаешь, может, стоит скомбинировать его с колбасой? — спросила она.       — Не знаю, но давай попробуем, — она направилась к подруге. В этот момент раздался стук в дверь.       — Ты кого-то ждешь? — удивленно посмотрела на подругу Даша.       — Нет, — Вероника выглядела такой же изумленной, как и соавтор. — Предполагалось, что мы отметим втроем — ты, я и Гробовщик. Но, насколько я знаю, не в его манере стучать.       — Я открою, — сказала русоволосая и решительно направилась к двери. Ника только пожала плечами и принялась дальше нарезать сыр. Сейчас незваные гости получат на орехи — такой недовольной выглядела сероглазая. Губы Ники искривились в улыбке.       — С Днем Рождения! — донесся нестройных хор мужских голосов. Девушка вздрогнула, а через секунду кухню огласили отборные маты. Нож полетел на пол, сама рыжая влетела, словно разъяренная фурия, в комнату. Проигнорировав остолбеневших Эрика, Алана и Грелля, в руках которых были цветы и коробочки в ярких обертках, Вероника скрылась за дверями ванной комнаты, продолжая ругаться не самыми цензурными словами. Вскоре там зашумела вода.       — Что это с ней? — вытаращила глаза Даша, глядя на жнецов. Изумление слегка прошло и она смогла озвучить вопрос вслух.       — Порезалась, — хмыкнул Сатклифф, усаживаясь на одну из кроватей и осматриваясь. — И кто только доверил нож эт… ой!       Потирая затылок, аловолосый поднял глаза и увидела нависающую над ним Нику. Никто и не заметил, как она вернулась в гостиную. Да еще и порядком рассерженная.       — Кто доверил? А кто орал, как ненормальный? Я думала, к нам стадо диких носорогов, которых оседлали бабуины, ворвалось. Удивительно, что я себе руку не отрезала!       — Прости, Николь, — сказал Алан, смущаясь. — Мы не подумали о возможных последствиях.       — Да ладно, — отмахнулась рыжая. — Все равно орал громче всех этот папуас в красном. Его явно забыли в детстве воспитать.       — Я — леди! — возмутился Грелль. — И прекрасно понимаю, как надо себя вести.       — Голубая леди, — подчеркнула Ника не упуская случая его задеть. — Так, Дашунь, давай, командуй этими оболтусами, а я пока дорежу сыр, проверю пирог в духовке, а потом будем накрывать на стол. Да, вино — в холодильнике.       — Хорошо, что не коньяк, — хмыкнула русоволосая. — После нашего перемещения я даже смотреть на него не могу.       — Нет, в мои планы не входит наж… кушаться до поросячьего визга, — ответила зеленоглазая, скрываясь в кухне и не обращая внимания на круглые глаза наставников и Грелля. Ничего, им полезно — в следующий раз будут знать, как пугать.

***

      Уильям отложил в сторону отчеты и посмотрел на часы. Было почти шесть. Он достал сигарету и закурил. Интересно, что там сейчас делает… он спешно отогнал эту мысль. Его взаимоотношения с девушкой стали более спокойными, хотя нельзя было предугадать, что эта бестия сделает или скажет в следующий момент. И все же, он был рад, что война закончилась, хотя и не признавался в этом себе. И сейчас боролся с искушением узнать, как у нее дела.       Он снова взглянул на часы. Что же, пожалуй, он задержится еще на часок. Все равно дома его никто не ждет, а так хоть будет меньше работы. Да и Сборы никто не отменял. А учитывая, как большинство делает отчеты… ему давно пора поставить памятник. И почему никто не понимает, что они сами усложняют себе задачу, делая отчеты абы как? Если бы он не был ответственным… впрочем, тогда он не был бы и начальником Отдела.       Из груди жнеца вырвался тяжелый вздох. Он устал от этой горы бумаги, половину которой отправляется в мусорную корзину, а он заново переписывает отчеты. И никак их не перевоспитать. На мгновение в его голове мелькнула шальная мысль натравить на них рыжеволосую бестию, но, представив, какой бедлам в итоге воцарится, он поспешно подумал о другом. И тут же пожалел об этом, потому что в сознании появилось воспоминание о том, как за Вероникой увивался Эндрю. В груди жнеца снова появилась ядовитая злость, которую он безуспешно попытался подавить. Но вместо этого раздражение начало только увеличиваться, заполняя его легкие, заставляя умолкнуть разум. Он встал из-за стола и принялся расхаживать по кабинету. Нет, невыносимо. Не совсем понимая, что он собирается делать, Уильям подошел к двери и вышел из кабинета.       — За именинницу, — проговорил Гробовщик, поднимая стопку с коньяком. Вино уже закончилось и, не взирая на протесты девушек, жнец в отставке откуда-то приволок коньяк. И не одну бутылку. Точнее, они допивали уже вторую, и яркое сверкание глаз Легендарного было прекрасно видно сквозь растрепавшуюся челку.       — С Днев Маренья, — хихикнул Сатклифф.       — Красненькому не наливать, — засмеялась Вероника, уронив на пол нож. — У него уже заплетык языкается.       — А сама?! — возмутился жнец. — Вон, несешь какую-то ахинею и, вдобавок, столовые приборы роняешь.       — Это к гостям, — сказала Даша, хихикая.       — К каким? — вытаращила глаза Ника. — Не надо нам гостей.       — Надо, — не согласился Грелль. — А вдруг это Уилли?       — Ага, не надо, — фыркнул Эрик. — Иначе…       — … мы все проснемся в морге, — закончила рыжеволосая. — Хотя нет, после его секатора мы точно не проснемся. Мы там просто окажемся.       — А вот и нет, — надулся Грелль.       — Может, и нет, — сказала Даша. — Но я не хочу это проверять на себе.       — Ты боишься Уильям-сана? — удивленно спросил Алан. — А почему? Он же… — юноша вовремя прикусил язык, вспомнив, что Сатклифф находится рядом. — Не злой.       — Ага, просто вредный, — хихикнула Вероника. — Но это у него от недолюба, и только.       — Вообще-то, ты клевещешь, — аловолосый надулся еще сильнее. — Я очень люблю Уилли.       — А по ночам в постели? — коварно осведомилась зеленоглазая Айним.       Даша густо покраснела и, что-то пробормотав, скрылась на кухне. Ну, Вероника! Как ляпнет что-нибудь, так просто атас. Жнецы же с ехидными улыбками посмотрели на вмиг смутившегося коллегу.       — А… ну… я люблю его на расстоянии, — нашелся Грелль.       — Не заставляй меня говорить очередную пошлость, — ухмыльнулась Ника.       Мужчины захихикали, прекрасно понимая, что именно имеет в виду девушка. Грелль закатил глаза и вздохнул — вот же язва.       — Я тебе язык с мылом вымою, — пригрозила Дарья, входя в комнату.       — Это невкусно, — хихикнула Вероника, глядя на подругу. — И вообще, он сам напросился, а я просто не смогла устоять.       — Устоять она не смогла, — проворчала русоволосая. — А я вот тоже не устою и дам тебе в лоб.       — Меня синяки не украшают, — засмеялась девушка.       Уильям подошел к двери девушек и постучал. И какого демона он пришел? Но уйти не получится — он уже оповестил их о своем приходе.       — Гости, — сказала зеленоглазая, посмотрев на подругу.       — Я открою, — сказала Даша, направляясь к двери.       Она повернула ручку и застыла, с изумлением глядя на стоящего в коридоре Уильяма.       — Добрый вечер, мисс Ливнева, — сказал он. — Ваша подруга у себя?       — Д-да, — пролепетала девушка. — Проходите, пожалуйста.       Уильям кивнул и вошел в комнату стажерок, прекрасно слыша веселый гомон. Интересно, опять Эндрю и его товарищи? Он подавил вздох и шагнул из узкого коридорчика в комнату. И немного обалдел — в комнате Дарьи и Вероники был Легендарный, присутствовали Эрик и Алан, и даже Сатклифф, причем все были весьма навеселе. Он взирал на них, стараясь скрыть изумление.       — Уилли, — пьяно кося желто-зелеными глазами, пропел Грелль, увидев начальника. — А мы тут…       — … плюшками балуемся, — хихикнула зеленоглазая Айним, ответив фразой из мультика про Карлсона.       — По какому поводу праздник? — он цепко оглядел подчиненных, задержав взгляд на Веронике. — И я надеюсь, что после вашего веселья Департамент устоит.       — Даше сегодня восемнадцать, — ответила рыжая, подавляя желание показать ему язык. — А раз ты пришел с опозданием, то тебе придется пить штрафную. Эрик-семпай, заприте, пожалуйста, двери — нашему дорогому начальнику пора расслабиться. Леди, — Ника перевела взгляд на аловолосого, — наполните чарку царю всея… Отдела.       — Чего? — вытаращил глаза Сатклифф.       — Коньяку налей боссу, дубина, — переходя на простой человеческий язык, ответила Вероника.       — Сразу бы сказала, — обиженно буркнул Грелль, но просьбу девушки выполнил.       — Прекрасно, — Ника забрала из рук Алой Смерти стопку, которая была полной до краев и, стараясь не пролить ни капли, схватила ошалевшего Уильяма за руку, усаживая на свое место. — Держите, Уильям-сан. И отказы не принимаются. Раз пришли — то все, уйдете со всеми. Кроме того, — она лукаво улыбнулась, кладя ладошку на его часы, — рабочий день уже закончился.       — Это смотря у кого, — привычно возразил Уильям.       — Да что же это такое? — вздохнула рыжеволосая бестия. — Уилл… я тебя сейчас покусаю.       — Как в прошлый раз? — он поднял бровь.       — Ты имеешь в виду, когда ты меня поцеловал и получил затрещину? — коварно спросила девушка. Все тут же вытаращились на жнеца, огорошенные такой новостью. Сам Уильям сохранял каменное выражение лица, только в глазах появились бесенята.       — Я имею в виду, когда кое-кто оказался в лазарете со сломанными ребрами, — он тонко улыбнулся.       — Тогда я тебя не кусала, а поцарапала, — хмыкнула она.       — Так, погодите, — сказал Эрик. — Уильям-сан, когда вы успели расцеловать стажерку? И зачем? И вообще…       — Эрик-кун! — возмутился Алан. — Это касается только их.       — Уиллик, коньяк уже льдом покрылся, — вкрадчиво проговорила Вероника. — Или вы просто боитесь?       — Я? — он поднял бровь. — Дарья, с Днем Рождения вас.       — Спасибо, — смутилась Даша, краснея, как помидор. Уильям чуть улыбнулся и залпом выпил полную стопку коньяка. Ника, стараясь не слишком злорадно улыбаться, протянула ему на выбор тарелку с сырами и шоколад. Уильям хмыкнул, оценив ее знание закусок к коньяку, и взял ломтик сыра.       — А притворялся букой, — ухмыльнулась бестия.       — У тебя еще две практики впереди, — напомнил начальник Отдела.       — А валерьянки хватит, если ты вдруг решишь меня завалить? — спросила она. Жнецы тихо захихикали на замечание девушки.       — Главное, чтобы у меня хватило терпения пережить сдачу зачетов, — не остался в долгу брюнет, вызывая новую волну смешков.       — Договоришься, Уиллипупсик, женюсь я на тебе, — прищурилась Вероника, отчего смех стал громче. И только Сатклифф обиженно поджал губы.

***

      К концу третьей бутылки Уильям чувствовал себя вполне уютно, расставшись с образом холодного и неприступного начальника. Он метко шутил, вызывая взрывы хохота, рассказывал забавные случаи из жизни тех, чьи души он в свое время собрал, медленно, но верно ломая все установившиеся стереотипы.       Девушки тоже не оставались в стороне, делясь историями из школы и университета, от которых гости утирали слезы смеха. И все же Уильям не смог удержаться от шпильки.       — Рассказываешь ты весело… ик… — он посмотрел на Никки. — Но… ик… на деле вообще не умеешь развлекаться, — он захихикал.       — Что-о?! — уперев руки в бока и стараясь не качаться, Вероника смотрела на хихикающего Уильяма. — Это я-то не умею развлекаться? У меня есть предложение к самому умному начальнику, — коварно блестя зелеными глазами, проронила Вероника.       — Какое? — все взгляды скрестились на ней. Уильям блеснул очами, предвкушая потеху. Она сейчас ему очень нравилась, хотя он не признавался в этом самому себе.       — Предлагаю ему сыграть со мной в карты на раздевание. Кто первый разденет соперника, тот и выиграл спор, — она прикусила губу, чтобы не улыбаться, как голодная пиранья.       — Я не играю в карты, — с легким оттенком высокомерия ответил Уильям. Придумала развлечение, сказать смешно.       — Твое право — играть или не играть, — пожала плечами девушка. — Хотя, если ты не умеешь…       — Умею.       — Значит, боишься, — она фыркнула. — Если так, то спор автоматически выигрываю я.       — Раздавай, — рявкнул задетый за живое Ти Спирс.       — Хочешь доказать, что я ошибаюсь? — она прищурилась, снова пряча усмешку. Ох, не знает начальник Отдела, как умеет зеленоглазая бестия манипулировать даже опытными жнецами. И, пожалуй, это ей только на руку. Так она гарантированно добьется желаемого.       — Конечно, — он постарался придать своему лицо невинное выражение, но, учитывая, количество выпитого, ему это не удалось. — А разве я после спарринга угодил к Фросту?       — Ты напрашиваешься на месть, — Ника хотела ткнуть его в грудь пальцем, но, вместо этого, едва не попала в глаз — в этот момент ноги отказали начальнику Отдела и он приземлился на кровать рыжей.       — Как ты говоришь? — он зажмурил один глаз, глядя на нее. — О… я хомячков не боюсь.       — Не боишься, значит? — по губам девушки зазмеилась улыбка, от которой всем, включая Гробовщика, стало нехорошо. — Тогда предлагаю сыграть в карты на раздевание не просто так, абы увидеть противника в костюме Адама. Кто первый останется голым, тот выполнит любое желание победителя.       — А давай, — пьяненько хихикнул Уильям. — Советую сразу сделать заказ Гробовщику.       — Угу, Гроби, у тебя же есть размеры начальника? — описав совсем неизящный пируэт, Вероника повернулась к трясущемуся от смеха Легендарному. — Только это… красного не надо — у Уилли на него аллергия. Вот…       По комнате раскатился хохот Гробовщика, от которого задребезжали стекла.       — Готов? — улыбаясь, как акула, Ника достала из тумбочки колоду потрепанных карт и уселась за стол, на котором жаждущие зрелищ Нокс и Эрик уже отодвинули в сторону тарелки с остатками еды и полупустые бутылки с алкоголем.       — А ты? — поинтересовался жнец, занимая место за столом и глядя на нее. Против его воли, воображение подкинуло картинку раздетой девушки и он сильнее сощурился, чтобы не выдать своих чувств.       — Всегда готов, — вспомнила Айним пионеров. И пусть она ни одного дня не была пионеркой, но большинство речевок знала наизусть. Да и кто в России их не помнил? Девушка широко ухмыльнулась и села напротив. Остальные, едва ли не затаив дыхание, стали ждать начала игры.       — Посмотрим, — он предвкушающе улыбнулся.       Вероника вернула ему улыбку и, перетасовав и раздав карты, посмотрела на невозмутимого начальника взглядом, в котором прекрасно читался приговор. А потом сделала первый ход.

***

      Сначала удача улыбнулась Уильяму — рыжая сидела напротив него полураздетой — ее блузка и один чулок болтались на люстре, а туфли были небрежно сброшены на пол. Она старалась не обращать внимания на пожирающий взгляд Рональда, хотя понимала его — когда блондину еще представится случай увидеть ее в юбке и бюстгальтере? А вот Алан и Эрик не смотрели, хотя у шатена то и дело начинали гореть уши.       — Алан-семпай, — мягко проговорила рыжая, не глядя на юношу и делая очередной ход, — вы когда-нибудь были на пляже?       — К чему этот вопрос? — тут же откликнулся он, безуспешно стараясь подавить смущение. Само собой, бестия заметила это, потому и спросила. Вот только юноша не понимал, куда она клонит.       — Даш, расскажи, как у нас девушки одеваются на пляж, — покосилась на нее рыжеволосая Айним.       — Ник! — возмущенно отозвалась Дарья.       — Ладно, сама, — она хищно улыбнулась, раскрывая карты — в этот раз Уиллу не повезло. — Ну что, раздевайся, Уиллечка.       — Рано радуешься, — хмыкнул он, стягивая пиджак.       — Посмотрим, — она снова раздала карты. — Так вот, вернемся к вопросу о девушках на пляже. Они носят купальники — такие костюмы для плавания. И состоят эти костюмы из трех треугольничков порой — два прикрывают грудь… а дальше без подробностей — думаю, у всех с воображением все в порядке.       — Хочу побывать в вашем мире, — загорелся Нокс.       — Угу, и осчастливить половину планеты? — хмыкнула Ника, в очередной раз открывая карты. — Долой рубашку, товарищ начальник.       — У меня еще есть жилетка, — напомнил Уилл, ухмыльнувшись. Он так просто не сдастся.       — И к чему ты это рассказала? — спросил Эрик, стрельнув глазами на начальника.       — Да к тому, что я выгляжу еще прилично, — рыжая бросила на него быстрый взгляд. — По сути, наши с Дашей спортивные костюмы тоже не скрывают ничего. И я не понимаю, почему краснеет Алан-семпай.       — Тренировка — это несколько иная ситуация.       — Ну да, карт там нет, — хмыкнула Вероника. А потом подняла насмешливый взгляд на Спирса. — Кажется, сегодня не твой день, Уилли. Снимай уже эту чертову рубашку.       — Может, еще под музыку? — съехидничал он.       По губам девушки скользнула улыбка, от которой он тут же сглотнул, а остальные посмотрели на него с сочувствием.       — Под музыку — потом, — сладким голосом сказала рыжая бестия. — Наедине. Будешь должен мне стриптиз, если проиграешь. А я сниму это зрелище на видео, чтобы время от времени наслаждаться собственной победой.       Наполовину снявший рубашку Уильям остолбенел, ошалело глядя на девушку. В комнате воцарилась тишина, которую через секунду нарушил Эрик. Согнувшись пополам, жнец с косичками смеялся так, что у него слезы из глаз потекли. А следом раздался оглушительный хохот Гробовщика, от которого парочка стекол все же пошла трещинами. Вероника, воспользовавшись всеобщей истерией, незаметно подменила карты и, довольно улыбнувшись, поймала взгляд Нокса. Тот уже открыл рот, чтобы предупредить начальника, но, увидев глаза Айним, передумал. Не стоит нарываться, ведь о ней уже говорят, как о перспективной стажерке.       Между тем поединок между Уильямом и зеленоглазой продолжался. И пока еще оба оставались на равных. Уильям ругался и плевался, но ему приходилось раздеваться, когда он проигрывал. Впрочем, он подозревал, что девушка мухлюет. И то, с какой улыбкой девушка смотрела на его торс, еще больше убедило его в этом.       И вот сейчас он, ворча, как старый дед, которого скрючило от радикулита, разувался. Остальные старались не смеяться — юная пигалица уделывала начальника с легкостью. И он ничего не мог ей противопоставить, как бы ни старался.       — Так, — Вероника оценила открывающееся ей зрелище. — Думаю, дальше мы продолжим тет-а-тет. Даша, несмотря на то, что тебе исполнилось восемнадцать, это тебе смотреть нельзя. Тут уже маркировка двадцать один плюс.       — Рядом свободная комната, — подсказал Нокс, за что получил многообещающий взгляд от Уильяма. И тут пахло уже не только сверхурочными.       — Где? — рыжая усмехнулась, заметив, как будущая жертва пари глянула на блондина.       — Через две двери.       — Спасибо, Ронни. С меня — шоколадка и коньяк. Да, Уилли, если что, коньяк купишь ты — я просто не в курсе, где здесь продаются хорошие напитки.       — Громова! — попытался быть грозным Ти Спирс.       — Ась? — она улыбнулась и, стараясь не покачиваться, схватила недопитую бутылку коньяка и пару стаканов, не обращая никакого внимания на возмущенные вопли ограбленных жнецов. А потом развернулась к двери. — Ты идешь или признаешь поражение?       — Никогда, — сказал он, делая шаг к двери и качаясь, как рябина на ветру.       — На всякий случай, — хихикнула Даша, набрасывая на подругу рубашку Уильяма. — Только сильно не безобразничайте, иначе Департамент этого не переживет.       — Постараемся, — растянула губы в усмешке губы Ника. — Главное, чтобы Уилли пережил. Все остальное можно будет починить или заменить.       И, схватив обалдевшего от такой угрозы мужчину за руку, направилась к двери под смешки остальных. Ничего, ему полезно. Она еще не забыла его выходки и потому намеревалась отплатить за все с лихвой.       А вот Уильяма раздирали самые противоречивые чувства. С одной стороны ему нравилось происходящее, но вот с другой… мужчина боялся зайти слишком далеко и потом сожалеть об этом. Точнее, он не хотел, чтобы сожалела она. Но алкоголь в его крови успешно глушил голос разума и жнец решил — будь, что будет. А потому он безропотно последовал за Никой.

***

      Едва Вероника и Уильям ушли, как остальные предпочли возобновить веселье. Все же, раз начальник сейчас занят игрой в карты на желание, то почему бы и не расслабиться по-человечески.       И первым делом Эрик, несмотря на протестующие вопли Дарьи, налил ей новую стопку коньяка. Девушке оставалось только закатить глаза и молиться о том, чтобы ей больше не наливали. Тут ее взгляд упал на стоявший на подоконнике горшок с каким-то растением. Девушка до сих пор не знала, что это такое, но здраво рассудила, что и бедный цветочек не стоит оставлять без внимания, а потому, едва наставник отвлекся, опрокинула в цветочный горшок стопку. Заметивший подобный маневр Алан лишь тихо хихикнул. Он прекрасно понимал девушку, поскольку и сам терпеть не мог алкоголь.       Но все не вечно и имеет свойство заканчиваться. Так и Эрик просек затею русоволосой и теперь не давал ей спаивать цветок. Тот уже выглядел не самым лучшим образом и наверняка не смог бы пережить еще одной дозы спиртного.       — Ну, и чего ты… ик… добивался? — спросила Дарья спустя где-то пятнадцать минут. Глаза у девушки уже были «в кучку».       — Эрик-кун, не наливай ей больше. Не видишь, она к… ик… ал-ко-голю не устойчива… — произнес Алан, чуть было не заваливаясь на напарника.       — А нечего было цветок спаивать. Смотри, он уже выглядит не лучшим образом. И что тогда мисс Заноза скажет? — ухмыльнулся Эрик.       — Не называй ее так. А то… ик… в Сумрак отправлю. Вот, — произнесла Дарья, поднимая вверх указательный палец.       — Куда-куда? — Слингби не выдержал и рассмеялся. — В какой еще Сумрак?       — Эх, ты! Серость! — Айним тихо рассмеялась, при этом рискуя свалиться со стула.       — Я не серый! Я — Эрик! — возмутился жнец, а затем посмотрел на уснувшего у него на плече Алана. — Так… в нашем полку поубавилось.       — Эрик-семпай, а вы его на кровать положите пока что, — предложил Рональд.       — Мысль. Вот и помоги мне, — Эрик осторожно встал со стула, стараясь при этом не уронить напарника. С помощью стажера Сатклиффа он смог без приключений уложить Хамфриза на кровать. Между тем Даша прошла к своему шкафу, по пути успев врезаться во все углы, а через пару минут копошения в вещах вытащила на свет божий пару книг, которые оказались у нее в рюкзаке на момент попадания в мир шинигами.       — Вот! Я про этот Сумрак. Иди сюда. Я тебя сейчас… ик… Посвящать буду, — девушка ухмыльнулась и стала медленно надвигаться на наставника. — В Серые…       — Кажется, я все же переборщил… — пробормотал Эрик, удивленно глядя на стажерку. В таком состоянии он ее еще никогда не видел.       — Эрик, а чего это… ик… комната качается? — Дарья чуть было не запнулась о сидевшего неподалеку Рональда, но оказалась вовремя подхвачена наставником.       — Ешь давай. Ну и молодежь пошла. От пары стопок уже никакая… — проворчал Эрик, усаживая Дашу на ее место и насильно заставляя съесть пару кусков сыра.       — Эй! Эрик-семпай, я-то не расклеился же! — тут же подал голос Рональд.       — Ронни, а где Уилл и эта… как ее? Впрочем, неважно… Что-то их давно уже нет, — подал голос Сатклифф. При этом аловолосый жнец выглядел несколько угрожающе. Точнее старался, но, учитывая, сколько спиртного они выпили, у него получилось не очень.       — Семпай, а мне откуда знать? Он же пошел вместе с Вероникой доигрывать в карты, — Нокс посмотрел на время.       — Тогда пошли их проведаем, — тут же подскочил с места Грелль, едва не запутавшись в собственных конечностях и не растянувшись на полу.       — Нет! — дружный хор из трех голосов, в котором явственно проскальзывала паника, оказал довольно успокаивающее действие на неугомонную Алую Смерть.       — Грелль, тебе так надоело жить? — подал голос Легендарный. — Ведь Вероника страшна в гневе. Проснешься где-нибудь… где даже Эрик не бывал.       — Что за грязные намеки? — тут же возмутился блондин с косичками. — Я только в морге побывал… с вашей помощью.       На это Сатклиффу ответить было нечем, а потому он предпочел сесть на свое место и не высовываться. Все равно рано или поздно начальник вместе со своей стажеркой явит себя миру. Ну, а Рональд тем временем размышлял над тем, каков же будет мистер Спирс под утро. Ведь рыжеволосая бестия отлично мухлевала во время игры в карты. И вряд ли прекратила это делать, оставаясь наедине с Уильямом.

***

      Коридор, на счастье двух спорщиков, оказался пуст, и полураздетые соперники в карточной игре, не попавшись никому на глаза, юркнули в пустую комнату.       — Ну, продолжим? — Вероника сбросила заботливо накинутую на нее Дашей рубашку на пол. — Или ты сдаешься?       — Нет, у меня еще есть, что тебе противопоставить.       — Хорошо, — ухмыльнулась девушка. — Тогда приступим. Но сначала…       Она наполнила стаканы коричневатым напитком.       — За вас, драгоценный начальник? — зеленые глаза странно блеснули.       — За победу, — он прищурился. Он никак не мог понять ее отношения к нему. То бестия язвит и огрызается на каждое его слово, то сама нежность и ласка. И это сбивало с толку. Очень сильно. Впрочем, он подумает об этом, когда будет трезв. Если, разумеется, вспомнит.       Игра возобновилась. Уильям сражался отважно и даже оставил соперницу в одних трусиках, но все же через полчаса сидел перед хохочущей бестией в костюма Адама.       — Ты еще должен мне стриптиз, Уилли, — звонко смеялась девушка. — Да… погоди, я сейчас…       Накинув на себя рубашку Уилла, рыжая вышла из комнаты, оставив жнеца в недоумении. И куда направилась бестия? Однако он не спешил догонять ее, вполне здраво рассуждая, что девушка сама все объяснит, когда вернется.       А Вероника, стараясь не запутаться в собственных ногах, одетая только в рубашку наставника и трусики, вернулась в комнату где веселье продолжалось своим чередом. При ее появлении все внимания сразу сконцентрировалась на бестии, улыбающейся во все тридцать два зуба.       — А где Уилли? — спросил Грелль, хлопая глазами — вид полуголой девушки поверг его в шок.       — Голый… — хихикнула Ника. — Я за… коньяком… у нас… закончилс-ся…       — Да, не знаю даже, кого жалеть, — сказал Эрик, хихикая и протягивая ей бутылку с алкоголем. — Держи…       — А нам? — прищурил один глаз Гробовщик, глядя на него. Алан же мирно спал на кровати Даши.       — Даш-шун… ик… ций… — рыжая хихикнула. — Ты мою… юбку… не вид-дела?       — В шкфу, — заплетающимся языком проговорила русоволосая. — А зачм?       — Надо, — она подошла к шкафу и, взяв искомое, вернулась к Уильяму.       — Ты куда ходила? — он прищурился.       — За одеждой, — она хихикнула. — Не сидеть же мне в трусиках… ик… о… коньяк будешь?       — Тебе идет, — он оценивающе посмотрел на нее. — Буд-ду… наливай… Нет… сам…       Девушка передала ему бутылку и попыталась надеть юбку.       Жнец разлил коньяк и, хихикая, смотрел на ее попытки одеться, забыв о том, что сам стоит перед ней в костюме Адама. Его, как ни странно, это ни капли не смущало.       — Что? — она прищурилась.       — Ты неправльно… — он хихикал.       — Сам тогда… надень… — она вручила ему предмет гардероба. — Умник…       — Иди сюда… — жнец поманил ее пальцем. Вышло весьма двусмысленно, что не смогла не заметить Вероника.       — На себя, — она увернулась от его рук, едва не упав — все же, даже ее алкоголеустойчивый организм понемногу сдавал позиции и девушка уже не только путала слова, но и не совсем твердо стояла на ногах.       — Легко… — покряхтев, Ти Спирс натянул на себя юбку девушки и даже застегнул. А потом победно на нее посмотрел.       — И топай… за… закуской… — она осела на пол, хохоча, как ненормальная. — Г… Грел-ль оц-ценит… ножки.       — И п-пойду, — он пьяно икнул и направился за закуской. Вероника смахивала слезы смеха, однако не делала попыток его остановить.       Появление начальника, в юбке его стажерки, произвело эффект ударившей в пол молнии и взорвавшейся гранаты. Жнецы и Даша вытаращились на Уильяма, который с невозмутимым видом взял тарелку с бутербродами и ушел.       — Это… было что? — захлопала глазами русоволосая, почти моментально трезвея. Да уж, подобное не каждый день увидишь. Ай да Вероника! Это ж надо так напоить Ти Спирса.       — Какие у него ножки, — закатил глаза Сатклифф.       — Вроде бы… Уилл, — проговорил Эрик, тряся головой и не обращая внимания на комментарий аловолосого.       Один только Гробовщик искренне веселился при виде любимого ученика, облаченного в юбку. Такого он не ожидал. Нет, эта рыжеволосая бестия определенно не так проста, как кажется. Надо же было раздеть Уильяма, даже еще и нарядить его в предмет женского гардероба?! У девчонки определенно талант. Даже Сатклифф такого не откалывал, а ведь он знаменит не только в Лондонском отделении организации «Несущие Смерть». Ночь определенно обещала быть очень веселой.

***

      Утром Вероника проснулась от того, что кто-то настолько крепко сжимает ее в объятиях, что у нее вот-вот будут переломаны все ребра, если раньше не отвалится голова. Она поморщилась и, открыв глаза, обнаружила спящего начальника, прижимающего ее к себе. На девушке не было ничего, даже трусиков, что наводило не на самые приятные мысли. Она тут же стала лихорадочно вспоминать, что было после того, как они ушли. Айним еще помнила, как раздела Уильяма окончательно, как сходила за коньяком и юбкой… а потом все — провал в памяти. Успокаивало ее только отсутствие некоторых признаков в виде тянущей боли в пояснице и следов крови на простыне.       Вероника приподнялась, бесцеремонно сбрасывая с себя его руки и осматриваясь. Та самая комната, где они накануне доигрывали. Вон, на столе стоит пустая бутылка коньяка. И не одна. И даже тарелки с бутербродами. Так, она помнила, что они забрали одну бутылку. Откуда остальные? И что вчера было? Хоть убейте, она не помнит. Но ее радовало, что пробуждение произошло в Департаменте, а не где-нибудь у Себастьяна на куличках. Или не в другом аниме. Могло быть гораздо хуже.       Девушка кое-как выпуталась из объятий Уильяма и, едва не запутавшись в простыне, отправилась в ванную, подобрав по дороге его рубашку и оценивая фигуру спящего начальника. А потом скрылась за дверью, включая воду. Надо было немедленно привести себя в порядок и вернуться в комнату, пока никто не проснулся и не приперся сюда, узрев весьма пикантную картину в виде спящего в ее юбке Уильяма. От этой мысли губы рыжей чертовки сами собой расплылись в улыбке, и девушке пришлось прикусить изнутри щеку, чтобы сдержать истерический смешок.       Даша резко проснулась и со стоном обвела комнату глазами. Голова нещадно болела, в мозгу мелькали обрывки воспоминания о вчерашнем бедламе. Она кое-как села и с трудом не рассмеялась, несмотря на головную боль — их гости спали, кто как. Алан и Эрик устроились на одном стуле — как еще не упали? — Гробовщик храпел на кровати Вероники, а стекла позванивали ему в такт. Рональд свернулся комочком на подоконнике, а вот Сатклиффа русоволосая нигде не видела. Она аккуратно встала с кровати и, сделав шаг, с воплем полетела на пол, запнувшись обо что-то, лежащее у нее на пути.       — Ну и на нахрена так орать с утра пораньше? — проворчало это нечто голосом Сатклиффа, и девушка только сейчас рассмотрела алые волосы и красный плащ.       — А какого Себастьяна ты развалился на проходе? — буркнула Дарья, вставая. — Тоже мне, мешок с картошкой. Сокровище бесценное, потому что ржавое.       От их перепалки стали просыпаться остальные.       — Кто тут — ржавый мешок картошки? — спросил спросонья Эрик, протирая красные от недосыпа и ночной пьянки глаза. — Пните кто-нибудь Легендарного — у меня от его храпа голова болит.       — Это не от храпа, — сказал проснувшийся Алан, страдальчески морщась и держась за виски. — Это от количества выпитого. Ой! — не удержав равновесия, он упал со стула.       — Алан, — Эрик тут же помог встать напарнику. — Ты в порядке?       — Если не считать жуткого похмелья, Эрик-кун, то да, — отозвался юноша. — Но как же болит голова! И во рту… как будто всю ночь жевал тухлого кальмара.       — Ну чего вы орете? — недовольно пробормотал Рональд. — Я же еще сплю.       — Ронни, подъем! — рявкнул Грелль так, что даже Гробовщик перестал храпеть. А Нокс свалился с подоконника, неслабо приложившись затылком об пол.       — Рон, я бы на твоем месте давно прибил семпая, — хмыкнул Эрик.       — Гроб давно готов, — подал голос Легендарный. Все, кроме Грелля, засмеялись, несмотря на не самое приятное самочувствие после веселой ночки. Кто о чем, а Гробовщик о гробах, даже страдая от похмелья. Даша невольно задалась вопросом, лечится это или уже, в принципе, поздняк что-то менять в Гробовщике?       — У меня есть проблема, — продолжал Грелль, как ни в чем не бывало. — Уилли нет и рыжей тоже. И где они? — последняя фраза прозвучала достаточно грозно. И, быть может, окружающие бы даже впечатлились, если бы не одно «но» — физиономия ревнивого жнеца выглядела помятой и приличной опухшей, а под глазами были мешки. Колориту этому всему добавляли размазавшиеся стрелки и отвалившиеся ресницы.       — Семпай, — простонал Нокс, держась за затылок, — они вчера доигрывали наедине. Спят еще небось. И что тут такого? Он — красивый мужчина, она — молодая и красивая девушка. Это все естественно.       — Ронни! — возмутился аловолосый. — Надо спасать Уилли.       — Или потом мы будем спасать тебя, — фыркнул Эрик. — Как будто ты не знаешь своего Уилли. Нет, я пас — мне хватает и своей головной боли. Кроме того, ты сейчас выглядишь не как привлекательная актриса, а как старая проститутка после оргии. Не веришь — посмотри в зеркало.       — Погодите, а вчера они ведь спорили, — сказал Алан, не давая ответить возмущенному словами коллеги Греллю. — Помните?       — Да, — захихикал Гробовщик. — На желание. И, судя по тому, что Уилли разгуливал по Департаменту в юбке подопечной, она выиграла.       — Она же вроде ему стриптиз заказывала? — спросила Даша, сжимая виски. — Так, давайте полечимся сначала — у меня есть минералка и кефир.       — Что из них действеннее? — спросил Алан. — Да, я тоже помню, что стриптиз. В общем, я даже не знаю, сочувствовать Уильяму или же… радоваться, что его на какое-то время от нас отвлекут.       — Лучше кефир, — сказала девушка, скрываясь на кухне и готовя для всех болящих лекарство. А вот перегар… ну, с этим только смириться, даже чистка зубов не поможет.       Эрик помассировал виски. Даже он привычный к подобному, чувствовал себя не очень. Что уж говорить об Алане? Его друг и напарник вообще не переносит алкоголь. А вчера они знатно напились. Удивительно, что проснулись в относительном порядке и обошлось без приставаний к прекрасному полу в лице Дарьи. Или все же были приставашки? Как бы выяснить?       — Хорошо погуляли, — вздохнул Нокс. — Слушайте, у меня были глюки или Уильям-сан действительно приходил в юбке?       — Ах, у него такие ножки, — тут же закатил в экстазе глаза Сатклифф. — Я еще больше влюбился.       — Кто о чем, а Сатклифф о начальнике, — заметил Эрик. — Да, что-то такое и я тоже видел. Значит, все же не глюки.       — Ну, лично я ничуть не удивлена, — сказала Даша. — У него всего две темы разговора — Уильям-сан и окрашивание в алый. Кстати, надо бы спросить у Ники, как она такое провернула. Мне казалось, что это априори невозможно.       — А вот и нет, — буркнул жнец на ее слова по поводу тем для разговора. — Я, между прочим, весьма начитанный.       — Потом пообижаешься — пей кефир, — сказала Айним. — А то голова целый день будет болеть. И видок у тебя… как у древнеегипетской мумии, на которую надели алый парик.       Жнецы дружно засмеялись, отчего Грелль еще больше надулся.       — Учти, обидишь стажерку — лысым оставлю, — предупредил Эрик, зная его бешеный нрав. Алая Смерть в ответ только закатил глаза, не посчитав нужным что-либо ответить.       — Ну что, идем проверять, как там наши спорщики? — спросил Рональд, когда они все привели себя в порядок и поправили самочувствие. — И не разгромили ли они комнату?       — Согласен, — ухмыльнулся Эрик. — И не лишился ли наш начальник чести?       — Которую постоянно роняет Грелль, — засмеялся Гробовщик.       — Опять вы за свое, — проворчал Сатклифф. — Пошли уже.       Хихикая и бросая на аловолосого жнеца многозначительные взгляды, они вышли из комнаты девушек и довольно бесцеремонно ввалились в ту, где безмятежно спал Уильям. Точнее, уже не спал — едва только дверь с грохотом ударилась о стену, как он распахнул глаза и сел на кровати, глядя по сторонам осоловевшими глазами.       — Ч-что случилсь? — спросил он заплетающимся языком.       — Доброе утро, Уильям-сан, — улыбнулся Эрик. — А где ваша визави? И почему вы в юбке? Кстати, вам очень идет.       — Юбка? — приоткрыл рот брюнет. А потом осмотрел себя и едва удержался от выражения своих чувств вслух. Только желто-зеленые глаза гневно сверкали, выдавая бушующие в нем эмоции.       — Ах, Уилли, у тебя такие ножки, — захлопал глазами Грелль. И тут же получил секатором по голове — несмотря на похмелье, рука начальника Третьего Отдела осталась такой же твердой. Сатклифф ойкнул и, схватившись за пострадавшую часть тела, обиженно засопел.       — Уильям-сам, вы в курсе, что все-таки проиграли Нике желание? — стараясь казаться простодушно-наивной, поинтересовалась Даша. Из ванной, вперемешку с плеском воды, донесся истерический смех подруги, и сероглазая Айним усилием воли подавила улыбку, хотя взгляд выдавал ее с головой.       — На что мы спорили? — обреченно спросил начальник Третьего Отдела, понимая, что выкрутиться уже не получится.       — Насколько мы успели понять — на желание, заключавшееся в том, что вы будете должны Веронике приватный танец.       Теперь хихиканье стало явственнее, а вот шум воды стих. Значит, зеленоглазая поганка закончила утренние процедуры и сейчас появится. Уилл обвел коллег мученическим взглядом, но те только пожимали плечами — влип начальник Отдела, тут уже ничего не попишешь.       — Уже любопытно, что будет дальше, — вздохнул он, догадавшись, что увильнуть не выйдет.       — Стриптиз, Уилли, — в комнату вплыла свежая, словно майская роза, Вероника. Ее длинные рыжие волосы были заплетены в косу и уложены вокруг головы на манер короны. — Ты как-то обмолвился, что умеешь танцевать.       — Стриптиз?! — глаза Спирса заблестели от гнева.       — О стриптизе ты не говорил, — девушка опустила глазки. — Наш спор случился из-за того, что ты усомнился в моей способности развлекаться. После этого я предложила сыграть в карты на раздевание. И, снимая рубашку, поинтересовался, не надо ли включить музыку. Сам подал идею. Ты, кстати, проиграл. Правда, пришлось увести тебя из нашей комнаты — Даше такое зрелище было бы вредно для психики, — ребята на последних словах рыжеволосой захихикали.       — Что ты несешь? — побагровел Уилл, едва сдерживаясь, чтобы не наброситься на нее. Но он еще не знал, чего ему хочется больше — придушить зеленоглазую заразу или раздеть, тем более, что она снова была в его рубашке. И, как успел заметить жнец, больше на ней ничего не было. Даже белья. Это его слегка отрезвило. Не хватало еще, чтобы все увидели прелести девушки.       — Не волнуйся, с фигурой у тебя все в порядке, — светло улыбнулась рыжая бестия, падая рядом с ним на кровать. — И не только, но, понимаешь, ей только исполнилось восемнадцать, а дальнейшее уже было под маркировкой двадцать один плюс. Так что доигрывали мы уже тут. Да, карточный долг — это святое.       — Я не буду танцевать этот твой стриптиз при всех, — выпалил он. А потом спросил: — Мы… да? Переспали?       — Конечно, нет, но не расстраивайся, — она приняла сидячее положение и обвила его шею руками. — А стриптиз только для меня. Я сниму это на телефон — чтобы время от времени наслаждаться просмотром. И мы не переспали, можешь не бояться. Я так же невинна, как и в день своего появления на свет. Просто кто-то слишком много выпил, чтобы у него что-то могло подняться.       — Я твой… — он не знал, то ли ему сердиться, то ли вздыхать. Если сердиться, то понятно, почему — шуточки Вероники кого угодно могли достать. А вот вздыхать… от облегчения или от разочарования? Этого он не знал.       — В данный момент — должник, — хмыкнула Ника. — Если будешь много вредничать — устрою шоу для всего Департамента. Поверь, я смогу.       — Когда? — обреченно спросил Уилл.       — Сегодня… я приду. Будь готов, Уилли, — девушка лукаво улыбнулась и, вспорхнув с кровати, пошла к двери. Брюнет проводил ее мученическим взглядом и упал на кровать, размышляя над тем, как потом отыграться на рыжей бестии.       Даша и жнецы, стараясь не слишком явно посмеиваться, тоже потянулись на выход. Определенно, вчерашняя пьянка стоила утреннего похмелья.