Венец из цветов

      Ино натягивает на голову капюшон в виде черепа и поудобнее устраивается в кресле с рваной футболкой и маленькой коробочкой с принадлежностями для штопки в руках.       Сегодня она предложила Сакуре разделение обязанностей: Харуно делает отчёты за двоих, а Ино стирает-гладит-зашивает. Не сказать, что она выбрала занятия легче, но сидеть за рапортами не хотелось до слёз. А во время домашних дел можно думать о чём угодно. Сейчас, зашивая дырку на футболке Сакуры, Ино вспоминает времена обучения в Академии. Времена когда всё было спокойно, но они — дети — не могли оценить этого спокойствия. И хорошо, конечно же, что не могли. Мирное детство многого стоит, Ино теперь понимает эту простую истину слишком чётко.       Они считали, что Саске — самый лучший, а Наруто — самый никчёмный. Забавно, что в сознании Ино они поменялись ролями. Хотя, пожалуй, не только в её.       Ей что тогда, что сейчас странно думать о команде номер семь с её неоднозначными взаимоотношениями, которые менялись буквально через каждые два часа. Но по итогу все трое, несмотря ни на что, считают себя лучшими друзьями.       Может быть, Ино чего-то не понимает, однако называть их отношения дружбой не решается. В её глазах они товарищи, приятели, но не друзья. По крайней мере, это касалось Учиха. Конечно, важно не то, что видит она и другие, а то, как считает Сакура, Наруто и Саске. Они могли не видеться месяцами, но, если узнавали, что кому-то из них требуется помощь, — срывались с места не раздумывая.       По крайней мере, это касалось Наруто и Сакуры.       Когда они вместе с Ино сидели в Ичираку-рамен, она мысленно ухмылялась, вспоминая Харуно, которая нос воротила от Узумаки и постоянно ему грубила, а теперь — с тёплой улыбкой слушала его, смеялась от шуток, уткнувшись лбом ему в плечо. Но и про подзатыльники не забывала.       Ино не знает, не понимает, что в их общении такого особенного, да только стоит взглянуть на них, и появляется ощущения, что они — семья.       У неё не было ничего похожего с Шикамару и Чоджи. Они, пожалуй, и пришли бы друг другу на помощь, да, Ино не сомневается, но только никогда они не делились своими проблемами. Гибель Асумы переживали по одиночке, лишь общую боль на троих молча поделили. Сплотились после его смерти, потому что совестно стало — сенсей столько усилий приложил для того, чтобы ученики стали друзьями или близкими приятелями. А они? Они никем друг другу не были за пределами команды десять. Да, в бою хорошо, слаженно работали, но каждый понимал, что в этом заслуга Асумы и родителей, которые давным-давно выработали тактику боя с учётом клановых особенностей.       Ино вздрагивает. Игла больно впивается в палец. Она чертыхается и кладёт палец в рот, чувствуя на языке горький, металлический привкус.       Мысли об этой проклятой традиции создавать команду ИноШикаЧо всякий раз выбивают из колеи. Ино не обсуждала этого с Сакурой, но знает — рано или поздно придётся. Традиция существует не одно поколение. И кто она такая, чтобы нарушать её?..       «Когда-нибудь всё равно прервётся», — думает Ино, но этот факт слабо её успокаивает.       Она себе не сможет простить, если лично поставит точку и закончит эту традицию.

***

      — Опять ты эту гадость надела, — ворчит Сакура, смотря на Ино в кигуруми в виде скелета.       — Да классно же, — протестует она. — Лови.       Она бросает зашитую футболку Сакуре, которую та едва успевает поймать.       — Спасибо.       — Нам нужно устроить набег на магазины. Ходить совершенно не в чем даже дома. Молчу уже про тренировки и выход в свет, — фыркает Ино и садится за стол, заваленный документами.       — Я не люблю магазины, ты же знаешь, — говорит Сакура, вернувшись к заполнению отчётов. — И мне некогда.       — Хорошо, — после недолгого молчания отзывается Ино и пожимает плечами. — Тогда схожу сама. И куплю тебе кигуруми в виде вредной мартышки.       — Брось, таких не продаётся.       — Я найду, Харуно, даже не сомневайся.

***

      Сакура натягивает на голову капюшон в виде черепа и поудобнее устраивается в кресле.       В квартире прохладно и выключен свет.       Она обнимает колени руками, чтобы унять дрожь во всём теле.       Цунаде сказала, что с Ино всё будет хорошо. Рана не глубокая, потеря крови не критичная.       — Ты всё сделала правильно, — тихо сказала сенсей, наливая ученице саке. — Не смей винить себя в чём-то. У неё останется не самый красивый шрам — хорошей регенерацией тканей Ино похвастаться не может, а швы пришлось накладывать быстро. Но это меньшее из зол.       Сакура молча осушила пиалу с крепким алкоголем.       — Сегодня ночью не оставайся в больнице. Я присмотрю за Ино.       Сакура сейчас готова осушить всю бутылку одним глотком.       Но вместо этого она надевает дурацкое кигуруми в виде скелета и садится в тёмной квартире в любимое кресло Ино.       Как только она поправится, они вместе пройдутся по всем магазинам. Сакура зубами вырвет несколько выходных, чтобы уехать из Конохи и погулять вместе с ней в тех местах, в которых они никогда не были, и приготовит её любимый пудинг, купит любимое вино и билеты в кино.       Сакура закрывает лицо руками и наконец позволяет себе заплакать.