Cuphell

Иногда меня дьявол искушает поверить в Бога. С. Лец.

Он привык пробуждаться от ласкового солнечного лучика, который первым проскальзывает в окно. Он привык видеть свою неизменную комнату и брата, который всегда просыпает и его приходится будить. Он привык слышать тихий шелест листьев яблони за окном и беззаботную птичью трель. Всего этого больше нет. Магмен открыл глаза не сразу, как проснулся. Не решился. Надеялся, что все, что происходило все эти дни — плохой сон. Сейчас он увидит свою комнату, в очередной раз разбудит Капхеда, а затем спустится завтракать. Это было бы прекрасно, он хотел этого, так хотел… но кругом лишь настораживающая тишина, не свойственная утреннему лесу. Тишина, поглотившая прекрасную фантазию. Из горла вырвался сиплый стон, когда Магмен окончательно проснулся, приподнявшись на локтях и хмуро оглядев комнату, которая определенно не напоминала ту, в которой он прожил всю свою сознательную жизнь. Кружка приложил руку к лицу, потирая заспанные глаза, затем одним рывком сел, свесив ноги с кровати, стараясь сообразить, что происходит и как он вообще здесь оказался. Воспоминания расплывчатые и нечеткие, ускользающие, как песок сквозь сито. Его словно дубинкой по башке огрели, выбив из памяти последний час перед сном. Впрочем, может и вправду огрели… Вдохновившись догадкой, Магмен пробежался пальцами по поверхности головы-кружки в поисках трещинок, но ничего не нашел. Значит, его никто не трогал. Если так разобраться, то, не беря в расчет легкое замешательство, он чувствовал себя… превосходно. Резкие припадки раздражения, усталость и чувство голода исчезли. Ощущение, будто он проспал целый месяц, хотя декоративные позолоченные часы на комоде говорили, что прошло только девять часов. От лица ладони переместились ниже, похлопав по груди и бокам, проверяя целостность. Надо быть очень уставшим, чтобы уснуть в одежде, хотя обувь он как-то снял. И еще куда-то подевался один носок. Ну и бог с ним. Магмен поднялся с кровати, стянул с шеи развязанную ленту галстука-бабочки, расстегнул мятый жилет и отбросил на стул. Затем подошел к напольному зеркалу на стене, рассматривая свое отражение: мешки под глазами пропали, нос приобрел нормальный синий цвет, вместо болезненного бледно-голубого, на щеках виднелись засохшие ручейки слез, стягивающие кожу. Слезы… Воспоминания постепенно сплетались в ветвистый узор образов и диалогов, события сегодняшнего раннего утра становились яснее. Черт побери… Магмен свел брови над переносицей, и поднес руку к полосатой трубочке, на которой в нелепой пародии на ночной чепчик был нанизан недостающий носок. Он потерянно сжал его в руке. Черт. Побери. Некоторые вещи лучше не вспоминать. Особенно, как говорил с Капхедом… Ну, как говорил — наорал на него, а потом расплакался в его объятиях. Прекрасно. Внезапно появилось острое желание провалиться сквозь землю и остаться там навсегда. Не то чтобы Магмен стеснялся того, что он чуть более эмоционален, чем следовало бы; раньше он мог позволить себе выплакаться при дедуле и брате. Правда, было это до того, как Капхед стал Дьяволом, запретив покидать проклятую тюрьму! Чувствуя, как нагревается от стыда, Магс хлопнул себя по лицу левой ладонью, правой — все еще сжимая носок. И что он теперь должен говорить ему? Упрекать, оправдываться или сделать вид, что ничего не было? Последний вариант казался самым привлекательным, исходя из ситуации. Боль и паника больше не мешали трезво мыслить, но найти решение оказалось так же непросто. Отняв ладонь от лица, Магмен пошевелил пальцами, рассматривая ее. Он только сейчас заметил, что припухлость исчезла, как и сама ранка от укуса мини-демона. Поразившись догадке, он медленно отвернул расстегнутый воротник рубашки — синяк от руки Капхеда тоже бесследно пропал. Целебный сон? Капхед что-то сделал с ним, поэтому боль и нервозность ушли? Кто-то на его месте мог бы порадоваться, но Магмен знал, что подобной благотворительностью Дьявол просто так не занимается. Даже если этот Дьявол — твой ближайший родственник. А цена порой бывает пугающе высока. Мотнув головой, Магмен решил выяснить это чуть позже, и выронил, наконец, дурацкий носок, за который держался, словно за якорь в реальность — что-то материальное в пальцах помогало организовать мысли. Для начала следует привести себя в божеский вид, потом можно поговорить с Капхедом, найти Дайса и открыть казино. Да, это звучало, как хороший план. Так Магмен и сделал, посетив ванную комнату, чтобы умыться. Благо, никуда идти не пришлось: здесь, как в фешенебельной гостинице, индивидуальная ванна прямо в номере. Если забыть о том, кому все это принадлежит, то Магмен рискнул бы сказать, что ему тут даже нравится. Видимо, начал привыкать… хотя желание сбежать в родной дом все еще превалировало над фальшивым комфортом. После того, как переоделся — благо новой одежды было завались — а завершающим штрихом натянул на руки новые белые перчатки взамен окровавленных прокушенных, и поправил галстук-бабочку, Магмен открыл дверь, выйдя в пустой коридор. Он еще никогда не был в кабинете босса, но знал, где тот находится — Дайс показывал, когда проводил ему краткую экскурсию по башне. Не успел кружка и шагу сделать, как его отвлекло какое-то тихое фырканье. Он молниеносно обернулся, но за спиной ничего не было. «Слуховые галлюцинации?» Он вопросительно нахмурился, а затем додумался посмотреть вниз, когда фырканье повторилось. Из-за выпирающей из стены колонны выглядывало миниатюрное существо с сапфировой кожей, пристально глядя на него большими глазами. — А ты здесь что забыл? — резко сказал Магмен, не доверяя кусачему монстру. — Брысь! Демоненок не послушался, только повел заостренным ухом, покидая укрытие и на четвереньках подползая чуть ближе, словно миниатюрная мартышка. Магмен сглотнул и отступил: он помнил, что демон умел летать. Тот что… пришел обглодать ему лицо, решив, что оно вкуснее руки? Почему-то Магмену стало обидно — толку от должности заместителя Дьявола, если даже такая мелочь пытается сожрать! На Инквелле жило множество созданий разных форм и размеров, от крошечных грибочков до гигантских драконов, и к каждому приходилось находить подход, чтобы не портить дружеские отношения. Но как вести себя с потенциально опасным демоном? Капхед говорил, что эти существа глупые, значит и разговаривать с ними бесполезно, но что еще оставалось делать? — Лучше уходи, — настоял Магмен, сложил руки на груди, обнимая себя за плечи — после вчерашнего лучше держать их при себе. — Ты же не хочешь опять попасться Дьяволу? Оно замерло, уставившись на него здоровенными глазами на пол морды, и медленно покачало головой из стороны в сторону, пригнув уши. Магмен удивленно взметнул брови, ожидая от глупого существа немного другой реакции — если точнее, никакой. Затем осмотрел коридор: пуст с обоих концов. Не в силах справиться с любопытством, на свой страх и риск он присел на колени перед существом, чтобы было удобнее общаться. — Ты умеешь говорить? Можешь ответить? Демон покачал головой, так же печально опустив уши. — Но понимаешь меня? Острые уши поднялись торчком. Чертенок не стал кивать в подтверждение. Возможно, у кружки разыгралось воображение, но мелкий посмотрел на него как на идиота. Впрочем, Магмен сам понял, как глупо прозвучал вопрос, и прокашлялся, чтобы сгладить неловкость. Понимает, но не говорит, значит… Как собака. — Хм, понятно… так в чем дело? — спросил он. — Ты что-то хочешь от меня? Имитируя позу собеседника, демоненок присел напротив, поднял ладошку, указывая на нее пальцем, а затем указал на руку кружки, которую тот положил на колено. Магмен сообразил быстро, хоть поверил в свою догадку с трудом. Для парня, который так нелепо запутался в проводах, этот казался на удивление смышленым… — Смотри, — Магс продемонстрировал ему свою исцеленную ладонь, держа ее на расстоянии, — я в порядке, ладно? Если сожалеешь, то извинения приняты. Можешь идти и заниматься своими делами. Демон улыбнулся и кивнул. Он явно все понял, но идти и заниматься своими делами не спешил, рассматривая собеседника и покачивая хвостом. А Магмен, в свою очередь, рассматривал его, не уверенный, будет ли считаться грубостью, если он просто встанет и уйдет. Это точно был тот демон, которого он выпутал из проводов. Конечно, внешне они все были одинаковы, различаясь лишь цветом кожи, но исполосовавшие крошечное тело раны оказались отличным ориентиром. И они, к слову, не заживали, поблескивая свежими сгустками крови: видимо, чертенок задел стену или мебель, когда передвигался, сцарапав засохшую корку. Или это Капхед так его повредил, когда пытался переломать напополам. От воспоминаний об этом мурашки по коже пробежали, и Магмен смягчился по отношению к пострадавшему мини-демону. — Ты сам здоров? — спросил он, взведя брови в ожидании. На этот раз демон не понял вопроса, склонив голову на бок. — Я про твои порезы. И возможные переломы… Ох, надеюсь, у тебя их нет… Наверное, чертенок это важным не считал, потому что пожал плечами — мол, пройдет потом. При этом странно поморщился, показав клыки, словно это простое движение причинило ему боль. — Это не годится, их надо обработать, чтобы ты ничем не заболел… — Магмен запнулся, серьезно задумавшись, может ли адское отродье чем-то заразиться на поверхности, но потом отложил эту мысль в долгий ящик, решив не забивать себе голову подобной философией. — А мне пора идти. Нужно встретиться с Дьяволом. Прежде чем Магмен успел осознать, что начал называть брата не по имени, а по… должности, демон без протестов юркнул за колонну. И хорошо, что ушел. Может, он и выглядел безобидно, но когда жизнь отравляет всякая адская чертовщина — это слегка напрягает. Капхеда в этой роли Магмену вполне хватало.

***

Идя по коридору к лестнице, Магмен поправил манжету рукава — бесполезное действие, которое помогало занять чем-то руки, чтобы отвлечься. Так же бесполезно было подниматься на мансарду по лестнице, когда можно воспользоваться отремонтированным лифтом, но чем больше движения, тем лучше. Ступеньки закончились. Он открыл дверь в коридор, после мрачной лестничной клетки, искусственный свет от дюжины хрустальных люстр на золотом потолке ослеплял. И, несмотря на это, создавалось впечатление, словно это место заброшено. Здесь было так пугающе тихо и безлюдно, что Магмену казалось, закрой он глаза — услышит собственное неспокойное сердцебиение. Дойдя до нужной комнаты, он остановился. Придерживаясь правил вежливого тона — а еще собственной осторожности и страха перед неведомым — Магмен постучал в дверь. Ответа нет, но дверь приоткрылась. Намек предельно ясен, и кружка позволил себе войти, делая несколько шагов к письменному столу напротив себя, готовясь поприветствовать брата. Кресло за столом пустовало, как и гостевой диван, а огромная дверь в сейф для выручки была плотно закрыта. И куда он подевался? Решив просто подождать, Магмен стал около стола, быстро окинув комнату любопытным, но настороженным взглядом. Помещение было больше, чем весь первый этаж их с Капхедом дома, по периметру располагалось несколько приглушенно горящих ламп и бра, которые вместе с карминовыми обоями увитыми золотым узором и темно-коричневой мебелью, создавали какой-то успокаивающий, даже уютный полумрак. Магмен перевел взгляд на массивный стол, на котором стояло две стопочки документов: одна дотошно аккуратна, а вторая — скинутая, как попало. Как догадался Магмен, аккуратная стопка явно принесенная Дайсом на подпись, а вторая — уже подписанная Капхедом, который особой скрупулезностью никогда не отличался. Почему-то осознание, что в брате сохранилась его коронная неаккуратность, приятно грело душу. Хоть что-то не менялось. На столе лежали какие-то книги. Поддавшись любопытству, Магмен неуверенно протянул руку, беря самую большую, в черном кожаном переплете. Название было выбито багровыми буквами, но разобрать его не представлялось возможным. Магмен открыл книгу на середине и пролистал: буквы напоминали закрученные витиеватые глифы, образуя непонятную кашицу символов — тот же язык, на котором написаны контракты. И ни одной картинки, чтобы приблизительно понять контекст… Он пролистал ее и с осадой захлопнул, положив обратно. Взял вторую. Третью — бесполезно, если только в монструозной стопке не найдется словарь, чтобы перевести эту белиберду. Затем он просмотрел какой-то журнал, предположительно бухгалтерский, ибо там было много цифр. И слов на непонятном языке, выведенных почерком Капхеда — размашистым и небрежным. Его Магмен знал так хорошо, что мог даже подделать — чем и занимался, строча за брата сочинения, когда тот категорически забивал на домашку. Удивительно было осознавать, что Капхед знает целый новый язык, о котором Магмен и не слыхивал. Удобно, однако, быть демоном. Не надо тратить несколько лет на изучение и практику. Магмен разочарованно вздохнул и положил журнал на место. Если бы он мог это прочесть, то облегчил бы свою миссию по поиску информации. Попросить у Капхеда помощи? Магмен серьезно задумался, а затем усмехнулся, нащупав иронию: раньше он помогал не догоняющему брату познавать прелести школьных наук, а теперь сам должен просить, чтобы его подтянули? Даже если бы Капхед согласился, Магмен бы так рисковать не стал. Сегодня утром Капс спрашивал, не планирует ли тот что-то, не навредит ли ему. Значит, что-то подозревает, следит, наблюдает, чтобы обезопасить свое положение… А если ты роешь на кого-то компромат, то крайне подозрительно будет просить этого кого-то тебе в этом помочь. Разве что кто-то из сотрудников может знать язык… Это интересная мысль, и Магмен решил обдумать ее чуть погодя. До тех пор он продолжил пассивное исследование. Поднял взгляд от заставленной бумажными башенками столешницы и замер. Над столом в обрамлении матового ализаринового портьера висела масляная картина. Камерный портрет, где он был изображен с братом по пояс. Кружка нахмурился от непонимания, как завороженный делая шаг ближе, чтобы лучше рассмотреть, утыкаясь животом в край стола: Капхед с гордо вздернутым подбородком взирал на него уничижительным взглядом янтарных глаз, на его лице играла привычная улыбка во все острые зубы. Трезубец он зажимал правой ладонью, опустив левую на плечо нарисованного Магмена, идеально ровно выпрямившего спину, прячущего за ней руки. Тот смотрел строго, опустив уголки губ, источая холодную уверенность, которой так не хватало оригиналу. Оба выглядели внушительно и властно. Магмен и не догадывался, что может так выглядеть, но и вспомнить, когда позировал для этого портрета, тоже упорно не мог… Масло не давало фотографической точности, но изображенные персонажи выглядели, как живые, и от них веяло чем-то темным и тревожным… от красивой картины продирало ужасом. Мучительно сведя брови, Магмен сморгнул, и перевел взгляд на пустующее кресло. Которое внезапно оказалось не пустующим. Капхед сидел, уперев локти в стол и опустив голову на ладони, наблюдая за братом так, словно пытался расчленить его одним взглядом. В этом он преуспевал, кстати. — Господи! — Магмен отшатнулся от внезапности, приложив ладонь к груди, где перепуганной птицей трепыхалось сердце. — Кап, ты можешь перестать так внезапно появляться? Ты осознаешь, насколько это крипово выглядит? — Не обзывайся, Магс, — он ухмыльнулся, показав острые зубы. — Имидж Сатаны обязывает быть криповым. Зло в плоти, все дела. Ты знаешь. — Я не… — начал было Магмен, стараясь сообразить, где именно «обозвал», но Капхед проигнорировал его и буднично продолжил: — Сегодня ты выглядишь получше. Хорошо отдохнул? Магмен беспомощно уставился на него, и потер плечо ладонью. Он ожидал подобного вопроса, но не знал, как правильно на него реагировать. — Это… это ты сделал, да? — он показал свою стухшую ладонь, а затем поднес ее к шее, где ранее красовался здоровенный синяк, уродуя белую фарфоровую кожу. — Исцелил? — О, да, — Капхед мечтательно прикрыл веки, словно отдаваясь приятному воспоминанию. — Уже после того, как ты залил слезами и соплями мой костюм, — он ленивым кивком указал на лацкан графитового пиджака, — пришлось отдать его в химчистку. Магмен не сдержал фырканья и скривил рот. Что ж, Капхеду на его здоровье внезапно не наплевать. Только это не успокаивало, а тревожило. — Какая жалость… — Ничего. Компенсируешь потом, Магс. Секунда молчания, во время которой Магмен осознал, что спускать тему на тормозах почему-то не желает. — Ты хоть понял, почему вчера случилось… — он не хотел произносить слово «истерика», поэтому неуклюже обошел острый угол, — вот это вот все? — Конечно, — рогатая голова-чашка наклонилась чуть в бок, когда поддерживать ее осталась лишь одна рука, вторую Капхед использовал, чтобы загибать пальцы, скучающим тоном перечисляя очевидные причины, — ты хочешь домой, ты не хочешь здесь работать, я тебя пугаю, ты боишься за свою душу, ты боишься за мою душу, ты слабохарактерный нытик. Я ничего не забыл? — Нет… Чего ты тогда издеваешься надо мной, если я слабохарактерный нытик? — Под «издеваешься» ты имеешь в виду «дал тебе высокую должность, позволив самостоятельно распоряжаться безграничными ресурсами»? — Называй, как знаешь, Капс. — Все до банального просто: мы же братья, должны доверять друг другу. Магмен скептически изогнул бровь. Он что, глумится… Может быть, Капхед и оставался его братом, но он по-прежнему Дьявол. А доверять Дьяволу — это какой-то оксюморон. Тем не менее, стоило признать, что теперь Капхед вел себя спокойно и даже в какой-то мере дружелюбно, если сравнивать с тем, что было до «командировки». Магмен сделал такой простой вывод, потому что три дня назад этот разговор закончился бы серией тяжелых телесных повреждений. — Доверять тебе? — Магмен криво усмехнулся, решив проверить теорию и немного поиграть с огнем. — Дьявол — синоним слова «ложь» и «предательство». — Бесспорно, — Капхед, наконец, оживился, приподняв голову и сложив пальцы пирамидкой, поверх них глядя на брата. — К слову о предательстве. Где Кинг Дайс, Магмен? От внезапности этого вопроса Магмен сначала непонимающе нахмурился, а затем виновато качнулся на месте — он понятия не имел. Наверное, он поторопился, решив поиграть с огнем… Что-то подсказывало, что врать бессмысленно — Капхед не поинтересовался, если бы уже и так не знал ответа. — Я не уверен, — Магмен стушевался, и, чтобы избежать прямого зрительного контакта, вперился в канделябр на книжной полке. — Он пошел в кабинет за бумагами, а я остался контролировать работу остальных. Затем этот мелкий демон… — Которого ты даже наказать для приличия не смог. — … укусил меня, — Магмен проигнорировал замечание и продолжил, — поэтому мне пришлось подняться в комнату, где я встретил тебя. Капхед почти терпеливо выслушал, и помолчал мгновение, собираясь с мыслями. Затем заговорил, полуприкрыв глаза: — Если я попрошу тебя принести мне чай, то я буду уверен, что ты послушаешься, как собачка. А вот если попросить Дайса, то есть небольшая вероятность, что он зарежет тебя со спины, пока ты пьешь чай, который он любезно приправил цианидом. Брови Магмена вздернулись вверх от изумления граничащего с раздражением. Капхед немое возмущение внимания не удостоил, изучая цепким взглядом. — Я не думаю, что Дайс из тех, кто способен устроить поножовщину на рабочем месте, — не согласился Магмен. — Ты многого о нем не знаешь, — Капхед откинулся на спинку кресла, скрестив руки. — Вчера он пытался стащить свой контракт из моего кабинета и сбежать. Плохо ты дрессируешь своего питомца, Магси. Полумрак комнаты, который сначала казался уютным, теперь окутывал и душил. Магмен разлепил губы в желании что-то сказать, но получилось лишь невнятное «оу». А сказать-то, в сущности, было нечего. Дайс пытался сбежать? Отсюда можно сбежать? Из-под ног словно почву выбили, и Магмен медленно летел в пучину обиды и непонимания. Кубоголовый предатель все это время знал, как уйти, и поджидал момента, который Капхед ему благополучно обломал… А если бы не обломал? Дайс бы без зазрения совести сбежал, оставив своего протеже один на один с гигантским плотоядным монстром по имени «Cuphell»?.. — Питомец, который перегрызает глотку хозяину… иногда жалость лишь вредит. Только услышав голос Капхеда, Магмен осознал, что стоит, как истукан, пялясь перед собой невидящим взглядом. Эмоции выплескивались за край, вызывая неистовое желание немедленно врезать по наглой пятнистой роже лакея. Или врезать по первой роже, которую увидит, кроме Капхеда, конечно — не хотелось бы так глупо потерять руку сразу после исцеления. — Так… — Магмен старался переварить новость. Честно старался, но новость перевариваться упорно не желала. — Так, так, так… Ты… Ты убил его? — Нет, — губы расползлись в неприятную улыбку. — Только слегка потрепал. Магмен походил туда-сюда, но бессмысленная беготня не помогла успокоиться. Тогда он остановился, слепо нашарив спинку гостевого диванчика, усевшись на него, уперев локти в колени и помассировав виски. Что ж, Дайс не разочаровал. Даже наоборот — полностью оправдал ожидания. Грязный предатель… который при этом знает, как отсюда сбежать, но, естественно, не расскажет… Черт! Капхед без особого интереса наблюдал за немым отрицанием, а когда Магмен со страдальческим стоном закрыл лицо ладонями, то закатил глаза. У брата был талант к излишнему драматизму. Упершись ладонями о столешницу, Капхед поднялся, обогнул стол и подошел к скрючившейся фигурке брата. Постоял какое-то мгновение, изучая его, а затем заговорил участливым голосом, выбрав подходящую для данной ситуации линию поведения. — Слушай, Магси, — он примостился рядом на диван. — Я… знаю, чего ты боишься. — Ты ничего не знаешь… — расстроено буркнул Магс, не поднимая взгляда. Его беспокоило так много всего, что он даже выбрать приоритетное не мог! — Я знаю, — вкрадчиво повторил он. — Но этого не следует бояться. Следует. Еще как следует. То, что случилось с Дайсом, не волновало Магмена в той мере, в которой могло бы. Он не переживал, что не справится, что сделает что-то не так, потому что его персональный лакей-предатель — не единственный, кто знает, как работает казино. За короткое время общения с сотрудниками Магмен успел понять, на кого можно положиться в некоторых организационных вопросах, если по каким-то причинам Дайса не будет рядом. Только вот… есть особая обязанность, которая лежит на плечах исключительно менеджера. Обязанность, которую Магмен уже не сможет переложить на Дайса, вынужденный исполнять ее сам. То, что окончательно захлестнет его волной греха, знаменуя начало конца и устилая дорогу в ад. — Я столько времени ненавидел Дайса за то, что он с нами сделал… за то, что позвал тогда Дьявола и не помог пройти через испытания, — Магмен медленно поднял голову, выпрямив спину, но на брата взглянуть не осмелился, отдавая все свое внимания уже знакомому канделябру на книжной полке. — А теперь я понимаю, что это — неизбежно. Я должен обманом забрать чью-то душу, обрекая ее на вечные пытки… Чужие руки легли на его плечи в неожиданно мягком жесте поддержки. — Ты утрируешь, — кротко сказал Капхед, водрузив подбородок на плечо Магмена, коснувшись лбом его виска. — Приписываешь себе не свои обязанности. Не ты заберешь душу в ад, а я. — Ага, вместо того, чтобы самому занести топор, я просто вежливо попрошу беднягу положить голову на плаху! — И он согласится. Сам, без принуждения. Просто скажет «да», влекомый жаждой наживы. По телу Магмена пробегала мелкая дрожь. Его так морозило от беспокойства, что дыхание Капхеда на шее и щеке ощущалось почти обжигающим пламенем. — Но ведь это не значит, что он заслуживает всего этого, Каппи… Магмен почувствовал, как Капхед обнимает его сильнее, привлекая к себе. Он закрыл глаза, вслушиваясь в его мягкий, почти нежный голос, будто внушающий чувство спокойствия. — Значит, братик, — голос стал тише, но звучал совсем близко. — Те, кто соглашается на сделку с Дьяволом, не чисты. Они и так рано или поздно попадут в ад, а мы всего лишь ускоряем этот процесс, чтобы грешники не мешали жить тем, кто этого по-настоящему заслуживает. — Но ты сам… — Да, — в голосе чувствовался смешок. — И посмотри, где я оказался. Оба оказались, мысленно поправляет его Магмен. И замолкает. Он хочет спорить, хочет доказывать правоту на свой страх и риск. Но покорно молчит, чувствуя, как Капхед выдыхает у самой его шеи. От очередной волны теплого дыхания, скользящего по коже, Магмена дурманит, у него нет желания сопротивляться. — Ты знаешь, для чего существует Дьявол? — внезапно интересуется Капхед, поднимая голову с его плеча. Его голос изменился. Больше не приторно ласковый. Магмен, словно отрезвившись, открывает глаза и косится на Капхеда. Тот, как ни странно, серьезен. — Ну… эм… — мысли на этот счет у Магмена нелестные, и озвучить их при том, кто теперь занимает эту должность, он побоялся. — Не уверен. — Отделение зерен от плевел, братец. Грязная работенка, но кто-то должен ее делать. В ад не попадают просто так. Ад — это божье наказание за смертные грехи. Заслуженное и закономерное. — А то, что из-за меня кто-то… попадет туда… не считается грехом? — засомневался Магмен. — Конечно, нет, — твердо, но снисходительно заявил Капхед; одну руку с плеча Магмена он убрал, вместо этого пальцем указывая куда-то в потолок. — Как можно считать грехом богоугодное дело избавления мира от зла? Магмен уставился вверх, словно под слоем железобетона действительно можно что-то разглядеть. Ничего. Никаких белых облачков с херувимами. Бога здесь нет, а Дьявол вершит суд, повинуясь его воле. Спасение для души — всего лишь фикция. Нет вариантов, нет надежды, неоткуда ждать помощи… Возможно то, что ему предстоит сделать, действительно не грех, и все не так однозначно, как он думал. Опустив голову, Магмен вздохнул, устав разбираться в терновнике собственных запутанных мыслей. Он почувствовал как ладонь, все это время сжимающая плечо, переместилась к лопатке, поглаживая по спине, а затем мягко надавила, заставляя подняться. Он подчинился. — Иди, Магси, — Капхед остался сидеть на диване, со страшащей тяжестью глядел на брата снизу вверх, сверкая насыщенным янтарем в полумраке комнаты. — И помни: если ты не добудешь для меня контракты — я ослабею настолько, что даже твой мелкий синекожий питомец сможет меня убить. Ты ведь не хочешь этого? Магмен не стал интересоваться, откуда Капхед взял, что чертенок, которого он утром чуть не переломил напополам, внезапно перешел в разряд «питомца». Он просто сдержанно кивнул, молча развернулся и вышел из кабинета. Нет. Он не хотел, чтобы брат погиб. И он готов рискнуть собой, чтобы этого избежать, какой бы высокой не оказалась цена.