Пепел Небес

      Эта ночка выдалась паршивой — будто тянущиеся патокой часы перед назревающей грозой посреди удушающей жары какого-нибудь степного лета. Сама аура Обители Соблазнов, откровенно вредная для фурии, просочилась в мои сны и вместо освежающего отдыха даровала лишь тягостное, давящее забытье…       Я вскочила с лежанки, мокрая от пота и с пылающим лицом. Кто-то из местных обитателей таки прокрался в мою постель. Правда, чисто сомнически, но от этого мне легче не стало. Хрипя заковыристые ругательства, из которых самым цензурным было определение «извращенцы долбанные», я сползла с лежанки и поплелась в душ.       К тому светлому моменту, когда Асмодей с моим новоявленным напарничком добрались до заклинательной комнаты, я тихо кипела от злости, будто похлебка на медленном огне — вроде особо не булькает, но пальцы лучше не совать. То есть, пребывала в самом обычном и нормальном расположении духа, даже особо не акцентируясь на всех тех факторах, что поддерживали мой гнев на приятном уровне. Сюда я добралась, просто остановив первого попавшегося инкуба, у которого не хватило ума или удачи успеть скрыться в боковых коридорах, и велев поработать гидом. А попутно выяснила, что Ламия Чародейка в данный момент изволит пребывать за пределами Обители. Собственно, я предполагала с большой вероятностью, где сейчас находилась эта демонесса, к которой я за время странствий по Земле умудрилась немало привязаться. И был шанс, что перед отправкой на Землю я успею перемолвиться с ней словечком, так как во всей этой ситуации чуяла какую-то тухлую подоплёку.       Однако на данный момент из собеседников намечались только Князь Похоти и золотоволосый херувим. Остальные Светлые, по словам инкуба, с очевидным облегчением покинули Обитель еще до полуночи.       — Зря ты вчера сбежала, — с привычной иронией улыбнулся Белый Дьявол, подойдя ко мне вплотную и мимолетным касанием переливая небольшое количество переработанной силы. Сразу стало как-то легче дышать.       — Как будто бы что-то изменилось, — угрюмо огрызнулась я, бросив короткий взгляд на Светлого. — Отдельные указания еще будут?       — По этому делу? В целом, пожалуй, нет.       — Но…?       — Меня встревожили твои слова, когда ты сказала, что лучшие до старости не доживают, — словно бы нехотя произнес Асмодей.       — Ты видел будущее? В чем причина всех беспокойств? — нахмурившись, поинтересовалась я.       — Проблема в том, что я ничего толком и не увидел. Есть некая нешуточная угроза. А потом нити реальности переплетаются, путаются и рвутся. Хаос.       — Так может, мне не стоит туда лететь? — ухмыльнулась я, а на деле подбираясь как охотничий пес. Могущественнейший демон, чей клинок несет уникальный аспект Времени, признался, что не может что-то там увидеть в будущем? Ситуация начала попахивать еще гаже, чем после вчерашних известий о пропаже Искр. Или Белый Дьявол просто напускает тумана, чтобы я не расслаблялась, так как хрена с два его действительно волновала моя личная безопасность.       — Стоит. В других вариантах все, кажется, еще хуже.       — Значит, прорвусь.       — Ты идешь туда не одна…       — Если этот… будет ездить мне по мозгам — я его либо убью, либо брошу на какой-нибудь людской помойке. Если это Отродья — пусть держит реверсионный купол и не путается под ногами.       Князь ухмыльнулся, хозяйским жестом почесал меня в основании рогов, когда я не успела вовремя отдернуть голову, а потом обернулся в сторону Светлого.       — Ты готов?       — Я готов, лорд Асмодей, — мягко улыбнулся Арсиил.       Мрачно покосившись на ангела, я вместе с ним встала посередине хитроумного узора, и впилась взглядом в Асмодея. Даже весьма паршивому специалисту вроде меня было заметно, что на полу этой залы переплелись вместе сразу несколько магических печатей. Вообще-то они должны были мешать одна другой, и при активации любого из контуров должны были задействоваться и остальные, а дальше — конфликт сил, и взрыв, способный превратить всю крепость в гору щебня. Не это ли произошло в Пристанище Воронов? Но энергия пронеслась лишь по отдельным линиям, зажигая их бледноватым свечением, которое резко, рывками поднялась сначала до уровня колен, а затем скрыло меня с головой.       «Стоп! Если Пристанище было разрушено, то куда Асмодей нас отправляет?» — молнией пронеслось у меня в голове. Я успела только выругаться в один слог вслух, прежде чем поток энергии подхватил меня и отослал в другое измерение.       Когда я проморгалась и снова обрела зрение, я увидела мрачную обстановку в готическом стиле. Небольшой зал, высокие стрельчатые окна с витражами, и немногочисленные фонари, которые скорее сгущали мрак, чем развеивали его. Пристанище Воронов, целехонькое. Внезапно.       — Ты что-то сказала? — участливо поинтересовался херувим. — Перед переносом?       — Вспомнила, что забыла косметичку, — криво ухмыльнувшись, отозвалась я. Арсиил вежливо улыбнулся. Ну, раз еще может веселиться, то значит, перенос через демонический портал ему не слишком повредил. Или на ощущения еще влияет, кто именно открывал проход?       — Если судить по рассказу Асмодея, чисто женское желание прихорашиваться тебе несвойственно.       — Да? А что он еще тебе рассказал? — оскалилась я. Было неприятно слышать, что наставник принялся меня обсуждать, да еще и со Светлым. Впрочем, возможно, после того как Князь дал мне исчерпывающую характеристику, этот жопопёр не будет лишний раз капать мне на мозги?       — Он рассказал, что ты — существо самостоятельное, вспыльчивое, и порой весьма грубое, а так же крайне негативно относишься к нравоучениям, — улыбаясь, ответил ангел.       Я мрачно покосилась на херувима, а потом поинтересовалась:       — Какой аспект у твоего Клинка?       Тот чуть помедлил, словно бы удивившись резкой смене темы, и ответил:       — Воздух.       — Тогда — не воняй, — отрубила я, снова возвращаясь к рассматриванию обстановки. В целом очень… стильной.       — Странная у тебя манера общения — сначала спрашивать, а потом огрызаться на ответ, — задумчиво протянул мой напарник, а затем принялся деловито рассуждать: — Конечно, мы можем отправляться дальше немедленно, но, полагаю, представиться лорду Самаилу и получить разрешение на переход в Пристанище все равно необходимо. Я поищу его.       Забавный момент. Арсиил, как и Асмодей, был уверен, что Ангел Смерти вернулся с Земли. Впрочем, кто еще мог сообщить, что Искры не перестали пропадать и организовать визит Светлой делегации в Ад?       Вместо ответа я взмахнула рукой, и из подпространственной складки вынырнул Аркаб в облике сокола.       — Можешь размяться, пока есть возможность, — сказала я моему Клинку. — Увидишь Самаила — передай привет.       Сокол клекотнул, а в моем сознании просквозил его ментальный ответ:       «Как скажешь, милочка».       И сокол тут же нырнул в одну из арок и скрылся в бесчисленных тенях, хотя я продолжала четко чувствовать его присутствие, направление и расстояние, на которое отлетел мой Клинок.       — Удивительно… — протянул мой напарник, а потом с командной ноткой бросил мне «подожди здесь», и ушел куда-то в том же направлении.       Я проводила его взглядом, снова ощущая едва заметное присутствие чего-то знакомого, и, хмыкнув, направилась в противоположную сторону, здраво рассудив, что другого шанса для экскурсии мне еще долго не представится. А на мнение ангела мне всё равно положить с прибором.       В Пристанище царила какая-то особенная тишина. Не скажу, что мертвая, но все равно, вкупе с черно-белым окружением это создавало потрясающую атмосферу. И еще создавалось ощущение, что изнутри это место было куда больше, чем казалось снаружи, особенно если вспомнить, что я видела тонкую, словно игла, черную башню. Повсюду встречались мотивы, напоминающие вороньи перья, а иногда — и черепа. Memento mori в чистейшем проявлении. И какое удовольствие жить словно в склепе?       Иногда в переходах я замечала движение, но неведомые обитатели башни испарялись раньше, чем я их настигала. Меня захватил охотничий азарт, однако я все-таки исхитрилась подстеречь одного из незнакомцев, едва ли не выпрыгнув на него из стенной ниши, то с удивлением поняла, что передо мной стоит Искра-девушка, испуганно и растеряно моргая.       — Оба-на. А Самаил, оказывается, промышляет контрабандой… — только и вымолвила я, взирая на человеческую душу, отмеченную силой, которая должна была после смерти земного тела помочь ей превратиться либо в ангела, либо в демона. Но — не болтавшуюся в системе Суда Божьего, а работающую здесь, похоже, кем-то вроде горничной. Сюрприз.       — Я не контрабанда… — пролепетала девушка, прижимая к груди какой-то сверток. — Я должна десять лет отработать в Пристанище, а потом смогу отправиться в Рай…       — Ну, это не Самаилу решать… — заметила я, осклабившись, и подтолкнула Искру, дескать, топай куда шла. В ее ауре было достаточно темных пятен, что если не закрывало этой девчонке путь в Эдем, то, по крайней мере, ставило под вопрос конечный пункт ее загробного путешествия.       Впрочем, это и не мне было решать. Чуть поразмыслив, я решила, что работа Искр в Пристанище, по крайней мере, отвечала на вопрос, как Самаил вообще смог восстановить свою башню, а в остальном пусть он сам с начальством договаривается, и выкинула этот момент из головы.       Минуло около часа, пока я гуляла по тонувшим в темноте коридорам, но ничего особенного больше не увидела. Я даже не сумела выйти на жилые этажи, и постепенно мне начало казаться, что здесь, кроме этих коридоров, попросту ничего другого нет. Это быстро стало злить, так что в какой-то момент я развернулась и пошла назад, благо абсолютная память не позволила бы мне заблудиться. Теперь я шла куда быстрее, и должна была преодолеть пройденное расстояние за значительно меньшее время. Однако мое внимание привлек блеклый свет из одного из проходов. Кажется, там был большой балкон.       Когда я вышла из-за поворота, я увидела невысокую балюстраду, а за ней — белесое небо, где-то очень далеко переходившее в безбрежный серый песок, то там то сям разбавленный вздыбившимся черными скалами. И на фоне этого унылого пейзажа стояла женщина в длинном черном платье, более достойном не мертвого пейзажа Чистилища, а красной дорожки на фешенебельном приеме. Видимо, она уловила мое присутствие, и время будто натянулось гитарной струной…       Изящный поворот головы. Точеный профиль. Блеск темных волос. Изгиб плеча и руки…       …Статуя во дворе ангельской крепости. Магически созданная пещера под австралийской скалой, и то ли ложе, то ли алтарь…       И невероятная мощь, которую я чуяла до сих пор лишь в двоих Небожителях…       Я знала эту женщину, и моя ладонь сама потянулась к подпространственной складке, где скрывался мой Клинок. Но Аркаба там не было — он развлекался где-то в недрах этой зачарованной башни.       «Ко мне!» — приказала я, зная, что верная Душа отыщет меня в считанные мгновения. Но сумею ли я продержаться это время?       Женщина довернула голову, и я успела увидеть улыбку на ее губах. А потом она стала лишь клубом дыма, мгновенно растаявшим и обратившимся в ничто. И еще через мгновение я ощутила, как что-то твердое и острое коснулось моей спины, как бы намекая, что очень не прочь сделать в моем корпусе лишнюю аккуратную дырочку.       — Тихо, храброе сердечко, — произнес у меня над ухом нежный, но хрипловатый голос. — Самаил крайне не любит, когда в его доме почем зря машут всякими железками. А я в свою очередь не настроена сегодня кого-то убивать.       Я скосила глаза, увидев лишь еще один клуб дыма, а потом женщина соткалась из ничего у стены неподалеку, где стояла пара небольших скамеек.       — Лилит… — пробормотала я, разглядев ее получше и убедившись, что никаких совпадений быть не может. Это была она, Изначальная, первоангел Созидания, а позже демонесса, сошедшая с ума и породившая целое сонмище тварей, принявшихся охотиться на Земле за людскими душами.       — Верно, — кивнула Лилит, опускаясь на скамью. — Садись, храброе сердечко. И опусти уже руку, твой Клинок все равно тебя не услышит, пока я этого не захочу.       Я попыталась понимающе, с издевкой улыбнуться, но вышел какой-то оскал. Похоже, я действительно ничего не могла противопоставить этой… этой… Такую скорость перемещения я могла перебить лишь пламенем Аркаба. До которого не могла дозваться.       Внутри меня снова поднялась глухая ярость, но я смирно прошагала до скамьи и уселась чуть поодаль, во все глаза рассматривая Лилит.       — Почему ты не исчезла? Сейчас? — вдруг спросила я. — Судя по всему, тебе это ничего не стоило, но ты предпочла тратить время со мной…       — Мне стало интересно. Там, в Австралии, мое уединение нарушили весьма могущественные ангелы и демоны. Кое с кем я была связана узами родства. А снаружи я почувствовала присутствие еще одного демона. Призванного, но отличающегося от других, сильного и удивительно яростного. Тебя. И была удивлена, когда почувствовала снова — здесь. И зачем же ты пришла сюда, храброе сердечко?       — Кажется, мне придется снова поразгребать твое наследие.       Лилит понимающе кивнула и улыбнулась, кажется, чуточку виноватой улыбкой, но я этой мимике верить не хотела.       — У тебя есть вопросы. Пожалуй, ты заслужила, чтобы услышать ответы. Ты хорошо потрудилась на Земле. Перебила многих.       — Но не всех?       — Я не знаю. Я не чувствую связи со своими детьми, находящимися от меня слишком далеко. Ты же меня понимаешь, ты знаешь, каково это…       — Они не мои дети! — вскинулась я, даже не удивившись такой осведомленности.       — Но ты с ними связана. Удивительно, правда?       — Мне не слишком нужна эта ядовитая связь. Мне не нужно знать, что вон под той скалой какая-то зубастая тварь свила гнездо. Не нужно знать, что на два километра дальше пара гарпий в данный момент выцарапывают друг другу глаза из-за старой кости. Не нужно, — оскалилась я.       — Но ты сумела обратить этот навык себе на пользу… — сказала демонесса и снова замолчала.       — Я думала, тебя убили. Самаил убил, — сказала я через несколько мгновений, просто чтобы разорвать это молчание.       — Не убил. Просто потому, что не смог, — пожала плечами Лилит. Кажется, по силе она вполне могла претендовать на статус княгини. Просто зашибись. Княгини, которую не сумело смять четыре могущественных ангела и демона. А я на что надеюсь? — Сначала я приняла их всех за врагов, и мы сражались. Потом Эллюмиэль прояснила мой разум, но возвращаться в Рай я не захотела…       — Я знаю, что тут все мало зависит от простого желания.       — Даже так? — Лилит снова улыбнулась, на сей раз одобрительно, а потом качнула чернокудрой головой. — Все верно, мало зависит. И вместе с тем… Рай слишком изменился. Он уже не был моим домом. И даже если бы там осталось хоть что-то прежнее…       — Оно напоминало бы тебе о Селистиэль.       — Да… — шепнула демонесса и незряче посмотрела куда-то сквозь стены. — Ты о многом осведомлена. А ты знаешь, каково это — терять?       — Знаю. Это тягостно, но не является концом жизни, — довольно равнодушно произнесла я, и на мгновение задумалась — был ли вообще хоть кто-то в моей жизни, о ком я действительно тосковала? Моя человеческая мать? Подруги-фурии? Они уходили, а я мстила, и жила дальше.       — Нет… Сестра была для меня всем. Когда ее не стало… Мне было так больно. Я чувствовала себя одинокой. Самаил не мог заполнить пустоту в моей душе…       — Вы же были созданы друг для друга.       — Созданы, да. Но, видимо, не слишком подошли один другому, и слияния душ не произошло. Мы не сумели полюбить. Но мне был нужен кто-то, кто был бы мне родным и близким… Частью меня.       — И ты начала создавать Отродий…       — Да… Из страстного желания ощущать рядом родственные души, и из той силы, которую не стали использовать другие демоны. Из страха… Страха остаться одной.       — Сон разума порождает чудовищ… — задумчиво проговорила я.       — Почти верно. Я действительно впала в сон, где моя сестра, мое второе я, по-прежнему была со мной. Но перед этим я успела наполнить своими детьми все Чистилище. Эти мертвые места в тот момент слишком отвечали моему состоянию. Мне ведь тоже не хотелось больше жить…       — А как же Эллюмиэль?       — Тогда я не знала, что на Небесах произошло чудо. Не знала, что моя сестра произвела на свет ангельское дитя, воплощение света. Первое дитя на Небесах. Возможно, увидь я тогда этого младенца, то нашла бы в ней свою Селистиэль…       — Получается, Селистиэль пожертвовала не только своей жизнью, чтобы прекратить Первую войну на Небесах.       — Да. Она пожертвовала своей любовью к маленькой дочери… Всем. И напрасно.       Голос Лилит стал совсем тихим и печальным. Даже меня проняло… И, пожалуй, хорошо, что я была такой толстокожей — слишком уж едкой тоской несло от этой демонессы в траурно-черном платье, захлебнуться можно было.       — Самаил предложил мне пожить здесь, зная, что и в Аду, и в Раю мое присутствие воспримут плохо. Здесь меня навещает Эллюмиэль. Но я отказалась помогать ему уничтожать моих детей. Я знаю, что ангелы и демоны однажды объединятся и придут, чтобы очистить это место от давнего проклятия, к которому привела смерть Селистиэль. Но… Безжизненная пустошь обрела своих обитателей, разве это не хорошо?       — Кому как… — пробормотала я. — Просто я видела, что твои детки натворили на Земле, во что превращались…       — Тогда ты послужила клинком милосердия, обрывая страдания тех, кого они поглотили. И мир остался в равновесии.       Я чуть мотнула головой. Странная у Лилит была философия. Мне чудилось в нем рациональное зерно, но вместе с тем я понимала, насколько ошибочны ее суждения. То ли следы сумасшествия, то ли просто извращенное мировоззрение.       — Ты… не используешь Клинок Души? Как Эллюмиэль? — вдруг решила я обратить внимание на эту удивительную способность переноситься с место на место, как будто Лилит была всего лишь живым клоком черного дыма.       — Нет, — равнодушно пожала плечами демонесса. — Потому что не пожелала подпускать к себе чужую душу, становиться зависимой от нее.       — За… — начала я было спрашивать, но внезапно Лилит снова растаяла, и соткалась обратно в женщину у дальней стены.       — Иди. Тебя скоро хватятся… — улыбнулась она, и развеялась дымом вместе с казавшейся совершенно незыблемой кладкой. В проходе виднелись ступени, ведшие вниз.       Мне ничего не оставалось, кроме как покинуть этот странный зал, и когда я через несколько шагов обернулась, я поняла, что прохода назад уже не существует. Ступенек оказалось не так много, всего пара сотен, но я успела подумать над этим странным разговором. Лилит жива, она блокировала мой Клинок и обходилась без собственного… Слишком много новостей, чтобы переварить их за несколько минут.       Собственно, теперь мне стало понятно, почему Самаил смылся от Ката Тьюта со столь похоронной рожей. Ему не удалось вернуть Лилит на сторону Рая, не удалось убедить помочь ликвидировать весь тот хаос, который она устроила в Чистилище. Но он дал ей второй шанс…       Ступеньки вывели меня к тому самому залу, в котором я очутилась после переноса из Обители, и в коридоре уже были слышны шаги херувима. Откуда-то с потолка вынырнул Аркаб, и тут же был убран на место. Поставленный мной еще в Аду ментальный блок не позволял ему сразу проникнуть в мои мысли. Будет еще время все обсудить... Возможно.       — Прости, я несколько задержался, — улыбнулся Светлый, и немного насторожился, глядя на мою задумчивую физиономию. — Ничего не случилось?       — Нет, — отрубила я, вовсе не собираясь делиться с напарничком эпохальными новостями о Лилит. — Можно отправляться?       — Да, лорд Самаил разрешил нам переход. И даже дал совет, что начинать наши поиски лучше с Северной Америки.       Я не удостоила его ответом, вставая рядом с центром переходной фигуры. Если этот жопопёр знает, куда рулить на Земле — пусть сам прокладывает путь, мне не жалко.       Ангел меж тем смерил меня внимательным взглядом, подошел ко мне и опустился на одно колено, коснувшись ладонью сосредоточенья сил, заключенных в фигуре. Снова поднялся водоворот знакомой мне энергии, и прежде чем мир исчез в болезненном всполохе света, мне почудился едва слышный шепот Лилит:       «Пусть смерть заберет тебя позже всех, дитя…»