Academy of Moon

Уже который час ребята шумно и весело проводят время в своём кафе, повышая градус алкоголя в крови. Никто никуда не торопился, не обращая внимания на то, что за окнами стало вечереть. Парни пили, танцевали и пели в караоке, громко смеясь, и подшучивая друг над другом. Несмотря на всеобщее веселье, Су всё же является человеком, не особо умеющим пить. Друзья прекрасно знают об этом, поэтому насильно в него ничего не вливают. Вот только сам Кёнсу совсем не замечает, как умудряется выпить целых четыре бутылочки соджу. Разум и тело растворяются в расслабляющем опьянении, отказываясь функционировать в нормальном режиме. В воздухе витает настроение беззаботности и лёгкого пофигизма, но оно почему-то абсолютно не действует на До. Он снова и снова прокручивает в голове момент встречи с загадочным парнем - героем своих снов, размышляя о том, что самое время записаться на приём к психологу, и засесть за написание книги «как правильно сходить с ума по человеку, которого никогда не видел в реальной жизни». Возможно, он даже смог бы стать популярным среди таких же сумасшедших чудиков, как и он. Мысли слиплись неприятным комком из множественных вопросов, поселяя в душе уже привычную тревогу. Почему парень убежал сразу же, как заметил Кёнсу? Неужели, он тоже видел его во сне и испугался? Он точно тоже что-то знает, вот только откуда? Получить хотя бы один ответ. Кёнсу корит себя, что всё-таки не стал догонять парня, упустив шанс, выяснить всё прямо там. Но, несомненно, была и успокаивающая надежда. Они будут учиться вместе, и точно ещё не раз столкнуться в стенах Академии, а значит, ещё не всё потеряно. Выпивая залпом остатки соджу, Су доедает свои свиные шкурки и откладывает палочки на стол. Он забирает телефон, и, пряча его в карман, не без труда поднимается с места. Ноги изрядно путаются между собой, но парень всё же добирается до середины кафе, уверенно держа курс на выход. Неожиданно его путь прерывает чужая рука, ухватившаяся за него. Не соображая в чём дело, Кёнсу теряет равновесие и падает в объятия Шивона, который, сцепив руки у него на талии, крепко удерживает его, прижимая к себе. – Кенсу-я, - нетрезво тянет старший, – ты куда так стремительно уходишь от нас? – Хочу вернуться в академию, я дико устал сегодня. – Кёнсу пытается освободиться из хватки, на самом деле ощущая, как тело наливается свинцом, требуя горизонтального положения. Желательно на мягкой кровати. – Прекрасно тебя понимаю, малыш. – Старший наклоняется к лицу парня непозволительно близко и выдыхает ему в самое ухо: – У меня тоже была чертовски тяжёлая смена… Но… Есть идея, как мы можем помочь друг другу немного снять напряжение и расслабиться. Шивон сверкает пьяными глазами и улыбается так, словно заманивает за собой прямиком в ад. Одной рукой он прикасается к лицу младшего, очерчивая большим пальцем контур его губ, а второй аккуратно ведёт вдоль позвоночника, медленно опускаясь вниз, и, устраивая в конечном итоге свою ладонь на ягодицах Кёнсу. Не теряя ни минуты, Шивон утягивает парня в туалет, заталкивая его в одну из свободных кабинок, и Кёнсу даже опомниться не успевает, как чувствует требовательный поцелуй на своих губах. Дозы выпитого алкоголя стирают все границы, позволяя сойти с ума ненадолго, поэтому он отвечает так же напористо. Старший впечатывает До спиной в стену, и, нетерпеливо расстёгивая ширинку на его джинсах, опускается перед ним на колени. Всё происходящее довольно странно, но парень решает не заморачиваться в этот раз, позволив себе просто получить такую необходимую разрядку. Он удовлетворённо закатывает глаза, почувствовав, как Чхве приспустив его нижнее бельё, обхватывает головку его члена губами. Старший неторопливо двигает головой, стараясь заглотить как можно глубже, помогая себе рукой у основания, и одновременно ласкает себя. Делает он всё настолько умело, что Кёнсу задумывается, почему они не сделали этого раньше, ведь Шивон не раз подкатывал к нему с довольно прозрачными намёками. Удовольствие оттесняет все тревоги и сомнения, оставляя место лишь тихим стонам и благодарности за такой странный пьяный порыв. Вполне вероятно, что, если бы старший сейчас не перехватил Кёнсу у выхода, он натворил бы каких-нибудь глупостей, продолжая тонуть в собственных душевных терзаниях. Но в данный момент тело мелко дрожит, получив полную разрядку, а остальное отходит на задний план. Су лениво открывает глаза, замечая, что Шивон тоже кончил, и теперь облизывается, как довольный кот, вытирая с уголков губ остатки его спермы. Он поднимается на ноги, приводя обоих в порядок, а затем снова целует младшего, прижимая его к себе. – Мне надо вернуться в общежитие. Но... можем как-нибудь повторить. - До, мягко улыбаясь, отстраняется от парня, ласково проведя ладонью по его щеке, быстро покидает кабинку, сразу же выбираясь на улицу. Прохладный вечерний ветерок приятно охлаждает, и возвращает всё на свои места. Кёнсу начинает трезветь, приходя в себя. Он тихо усмехается, вспоминая о недавних приятных ощущениях. Вот уж никогда бы не подумал, что в таком состоянии способен так просто возбудиться. Хотя чему тут удивляться, если перед глазами всё время был образ того обворожительного засранца из снов, который заводил его буквально по щелчку пальцев. Су не знает, как такое вообще возможно, но именно в этом в парне ему нравится абсолютно всё. Он хочет постоянно видеть его лицо, хочет прикасаться к нему, хочет, чтобы только его губы дарили ему поцелуи и ласки. До прогоняет очередное видение, в котором его так же, как совсем недавно, прижимают к стенке в кабинке туалета, но вместо сверкающих похотью глаз Шивона, напротив те самые чарующие омуты, которые манят практически каждую ночь. – Сейчас бы поймать такси и уехать. - уныло вздыхает парень и, надевая куртку, засовывает руки в карманы, смотря по сторонам. Вызывать машину бессмысленно, вечером они очень долго прибывают к месту назначения, а на месте поймать в этом районе - вообще что-то из области фантастики. Улица полупустая, не считая пары ребят на мотоциклах возле кафешки. Задумавшись на пару минут, До взлохмачивает свои волосы, и, решив, что сможет уговорить кого-нибудь из них за небольшую плату довести его до академии, разворачивается и уверенно шагает в сторону байкеров. Мотоциклы всегда восхищали Кёнсу, и ему безумно хотелось прокатиться хотя бы в качестве пассажира. Особенно, когда всё ещё хмельной разум так отчаянно подбивает на это. Неспеша, Су подходит к парням, которые, оперевшись на своих железных коней, видимо, ожидают заказ из уличной точки фастфуда. Они тихо переговариваются между собой, иногда взрываясь шумным хохотом. – Привет байкерам! Как проходит вечерок? Не против компании? Хотя я больше настроен на то, чтоб меня кто-нибудь довёз до общежития Академии Луны. - Всегда не особо разговорчивый Кёнсу удивляется самому себе. Как легко и непринуждённо после нескольких выпитых бутылочек соджу и пива, ему удаётся заговорить с незнакомцами. Вот только, когда эти самые незнакомцы поворачиваются к нему, сердце парня заходится в бешенном темпе, грозясь выскочить из груди, потому что таких совпадений с ним никогда ещё не случалось. – О, хён, смотри! Это же друг того бедолаги, которого ты сегодня сшиб в общежитии! - как-то слишком радостно восклицает один из парней, начиная трясти второго, который в свою очередь удивлённо разглядывает подошедшего к ним человека. – Ваш заказ готов. - Из окна выдачи заказов появляется девушка, протягивающая четыре пакетика с едой. Она немного устало улыбается, удачно разряжая повисшую атмосферу неловкости вокруг. – Так уж и быть, сегодня плачу я. - Сехун достаёт бумажник и уходит ближе к кассе. Он заметил, как странно его друг и их новый знакомый смотрят друг на друга, поэтому решает, оставить их наедине. Но Кёнсу такой поворот событий явно не по душе. Он собирается быстрее покинуть это место, несмотря даже на то, что ещё пару мгновений назад так сильно желал встретиться с этим человеком. Однако, сделав всего шаг назад, парень чувствует, как его крепко хватают за кисть, притягивая обратно. От неожиданности и всё ещё нестабильного состояния он путается в ногах, но не падает, а утыкается носом в широкую грудь. – Собираешься вот так уйти? Снова? Сам же попросил подвезти. - Шёпот Чанёля будоражит, но в то же время заставляет на миг успокоиться и просто утонуть в чужих объятиях. Кёнсу понимает, что больше нет смысла испуганно убегать и сопротивляться. Рано или поздно они всё равно столкнулись бы лицом к лицу и без путей к отступлению. Так почему не сдаться сейчас, насладившись такой долгожданной близостью? – Ты правда согласен подвезти меня? - До робко поднимает глаза на парня, внимательно разглядывая его. Как ни крути, а так близко и в реальности они встречаются в первый раз. Внутри всё замирает, а потом взрывается тысячей разнообразных эмоций, когда Су дотрагивается кончиками пальцев до лица напротив. Он до сих пор не может поверить, что это не сон, что вот он перед ним – герой его многочисленных снов. Из крови и плоти. Настоящий. – Правда, мы всё равно собирались возвращаться туда же. - Чанёль, похоже, и сам не верит в реальность происходящего, подвисая на некоторое время на внешности парня. Широкие скулы и мужественный подборок, как-то не особо сочетаемые с большими глазами и выразительно пухлыми губами, невысокий рост и довольно миниатюрное телослосложение, поразительным образом делали его всё же чертовски притягательным для Пака. И он понимает, что не может произнести ни слова. Как и пошевелиться. Чанёль продолжает обнимать паренька за плечи, мечтая, чтобы этот момент никогда не кончался. Тревоги, из-за которых он не хотел показываться ему на глаза, испаряются, и кажется, что теперь всё можно решить, только бы они могли быть всегда вместе. Парни отстраняются друг от друга лишь когда слышат рядом тихое покашливание и шелест пакетов. – Хён, ты ведь не забыл, что у нас были планы? – недовольно хмурится младший. – Буду ждать тебя на месте, так что поторопитесь. Сехун закидывает пакеты к себе в рюкзак и забирается на мотоцикл. Напоследок он бросает угрюмый взгляд на ребят, а затем надевает шлем и, заведя мотор, уносится прочь, оставляя их снова наедине. Кёнсу шумно сглатывает, когда парень, развернувшись, жестом приглашает его к своему байку. На спине его плотной чёрной рубашки красуется фигурный вырез, открывающий просто шикарный вид на подкачанное тело. Судорожно выдыхая, Кёнсу изо всех сил пытается прогнать мгновенно возникшие в голове картинки, от которых внизу живота стало неприятно тяжело и жарко. Но возбуждение тут же улетучивается, стоит мотору зареветь, ведь До понятия не имеет, насколько хорошо парень управляет байком и вообще, как давно его водит. Он, по сути, ничего о нём не знает. – Меня, кстати, Кёнсу зовут. - неуверенно произносит парень, осторожно забираясь на мотоцикл, сцепив руки вокруг талии Пака, и, прислонившись щекой в место между его лопаток. – Знаю, - усмехается Пак, убирая подножку. – Также, как и ты, скорее всего, в курсе, что меня зовут Чанёль. - Он довольно улыбается, чувствуя, как крепко к нему прижимается Кёнсу, когда они трогаются с места, набирая скорость. Через пару кварталов мотоцикл сворачивает на пустынную трассу, где Пак разгоняется до привычных 200 км\ч, и уже спустя несколько минут они останавливаются у порога общежития. На стоянке Кёнсу борется с диким желанием припасть к земле, а затем возвести руки к небу с благодарными воплями, что они добрались целыми и невредимыми. Чанёль оказывается экстремальным лихачом, хоть и достаточно умелым. Всю дорогу он собирает крутые повороты, демонстрируя своё хладнокровие, и мысленно ликует, ощущая, как парень позади него мелко дрожит, сильнее вжимаясь в его спину. Отдышавшись, наконец, и угомонив бешенный ритм сердца, эхом отбивающийся в ушах, Кёнсу успокаивается, но отчётливо понимает, что остатки адреналина требуют совершить ещё что-нибудь такое же безумное. – Спасибо, что подвёз. - едва заметно улыбаясь, благодарит До, глядя на парня. Он поправляет спутанные после шлема волосы, и думает, что после таких приключений теперь вряд ли уснёт. – Без проблем. - не отрываясь от своего мобильного, отвечает Пак, но через мгновение убирает его вместе с ключами от байка в карман и подходит ближе к Су. – Обращайся, если надо будет ещё куда-нибудь. Он закидывает свою длинную руку на его плечо и, ничего не объясняя, неожиданно разворачивается вместе с ним в сторону академии. Зайдя внутрь, хлопает в ладоши, и когда появляется лифт, затаскивает Кёнсу за собой. – И зачем ты притащил меня сюда? - спрашивает парень, когда к нему возвращается дар речи. Он недовольно хмурит свои густые брови, скрещивая руки на груди в ожидании ответа, но этот же момент металлический голос оповещает, что они прибыли на необходимый этаж, поэтому приходится выходить вслед за Чанёлем. Пак спокойно идёт по тёмному коридору, и после того, как обернувшись несколько раз по сторонам, будто проверяя, чтоб их никто не услышал и не поймал, начинает тихо пояснять. – С твоей помощью, Кёнсу, я хочу сделать доброе дело. Так уж вышло, что мой обожаемый двоюродный брат Ким Чунмён после поступления в Академию Луны, совсем перестал уделять нам внимание, ссылаясь на загруженность и наше с Сехуном раздолбайство, которое якобы только отвлекает его. Конечно же, всё не так. И если я хоть как-то могу это стерпеть, то мелкий чахнет просто на глазах. Готов поклясться, что братец будет очень удивлён, когда я представлю тебя, как нашего нового друга. Удивлён и заинтересован. Поэтому пока он начнёт выяснять, как тебя угораздило вляпаться в нашу компанию, уговаривая одуматься, и сбежать от нас пока не поздно, я постараюсь напоить его как следует, чтобы потом оставить их наедине с Сехуном. Им определённо пора выяснить отношения. Парни ускоряют шаг, и в то время, как Кёнсу думает, какого чёрта из него внезапно сделали ключевую фигуру в какой-то недолюбовной драме незнакомых ему людей, они с Чанёлем оказываются на открытой веранде с балконом, где со скучающим видом сидит тот самый Сехун. Он же новый сосед До по комнате в общежитии. – Сехун! - Пак машет другу, подзывая его, и парень подходит к ним всё с теми же пакетами с едой, но теперь их почему-то стало куда больше. – Вы, почему так долго? Я даже успел заехать ещё и за выпивкой. - Младший косо смотрит на Су, а после вновь переводит взгляд на Чанёля. – Ты рассказал ему что ли?? Пак растягивает губы в улыбке и кратко кивнув, крепче прижимает к себе абсолютно ничего не понимающего Кёнсу, который, кажется, снова потерял дар речи. Его бесцеремонно тащат за собой в какой-то кабинет, номера которого он не успевает толком рассмотреть, и буквально вваливаются внутрь. Несмотря на поздний час, помещение заполнено старшими студентами, которые усердно работают над ворохом бумаг. – Всем привет! - басит Чанёль на всю аудиторию, от чего добрая половина сосредоточенного народа испуганно вздрагивает. – Кто-нибудь видел моего любимого братца, Ким Чунмёна? Если я не ошибаюсь, он должен быть сейчас именно тут. Ага, вот и он. - Пак коварно растягивает губы в улыбке и подходит к месту, где спокойненько дремлет его двоюродный брат. Старшего, похоже, совсем не беспокоит шум вокруг, так как он продолжает наслаждаться безмятежным сном, даже не пошевелившись ни разу. Но умиротворению его не суждено долго продлиться. Чунмён резко распахивает глаза, когда воздух из лёгких выбивает навалившаяся на него со спины туша. Прекрасно понимая, что в мире существует лишь одно недоразумение, способное на такую выходку, парень тяжело выдыхает, потирая переносицу, и тихо спрашивает: – Что ты тут делаешь, Чанёль? Тебе сюда заходить нельзя, ты же не член совета. И даже не староста. - Чунмён начинает ёрзать на месте, стараясь выбраться из медвежьих объятий Пака, но, конечно же, безрезультатно. – Правильно, Мённи. Я пришел сюда, как твой заботливый младший брат, а они... - кивок в сторону полностью обескураженного Кёнсу и неожиданно смущенного Сехуна. –...Как добровольцы, которые хотят помочь совету. Вы же ещё набираете себе помощников? Я видел объявление в общежитии, так что решил времени зря не терять и привести тех, кто действительно может стать вам полезным. Я молодец? – вернув, наконец, Чунмёну нормальный доступ к кислороду, Чанёль ворошит его волосы, и, подмигнув Сехуну, усаживается на край стола. Пока старший пристально рассматривает спутников своего двоюродного брата, тот с лёгкой улыбкой продолжает: – Хён, позаботься об этих двоих и не подведи меня, хорошо? Я ведь должен гордиться тобой, и быть во всём похожим на тебя. Ты же помнишь, что говорили наши родители, когда мы последний раз ужинали вместе? Ты - мой пример для подражания, так что оцени мои усилия, хён. В голосе младшего внезапно проскальзывают нотки горечи и сарказма. Поднявшись с места, Чанёль возвращает своё беззаботное настроение. Он хватает старшего и его вещи и тащит его к выходу, умудряясь при этом учтиво кланяться и прощаться со всеми присутствующими, которые, кажется, впали в ступор, наблюдая за происходящим. Чунмён же, ужасно устав за целый день, решает поддаться и просто семенит следом за Паком, придерживая слетающие с носа очки. На выходе их уже ждут недоумённо переглядывающиеся Кёнсу и Сехун. Никто, кроме самого Чанёля не понимает, что это всё значит и каков на самом деле его план, хотя вопросы также никто не задаёт. Кёнсу всё ещё переваривает информацию о добровольцах, как его озаряет, и он абсолютно серьёзно задумывается над тем, что Пак всё-таки гений. Если у До будет доступ к документам совета, то он спокойно сможет выяснить интересующие и беспокоящие его вопросы, не прилагая особых на то усилий! Парень делает пометку в голове, что надо попробовать подружиться с этим Чунмёном, и, погрузившись в мысли, не сразу замечает на себе внимательного взгляда старосты. Кёнсу мгновенно реагирует, изображая подобие дружелюбной улыбки и произносит чуть слышно: – Меня зовут До Кёнсу, Чунмён-щи. Хочу сказать, что вы сегодня очень интересно рассказали об академии, некоторые факты мне действительно были неизвестны. – Парень опускает голову в знак приветствия, и торопиться пожать в ответ протянутую ему руку. Чанёль лишь усмехается, заметив промелькнувшую тень ревности в глазах своего друга, недовольно пялящегося на этих двоих, но тут же напрягается сам, ощущая неприятное покалывание в груди, когда его двоюродный брат тепло улыбается новому знакомому, наклоняясь к самому его уху, и отвечает так, что разобрать, о чём он говорит, может только До: – Приятно познакомиться, Кёнсу. Можешь называть меня просто Чунмён или хён. Знаешь, я сегодня как раз просматривал твои документы, у тебя поразительная способность! Лично мне с подобным не доводилось ещё сталкиваться. Хотя тебе, скорее всего, совсем не до восхищений, когда почти каждую ночь видишь кошмары? - Ким замолкает и поджимает губы, боясь, что взболтнул лишнего, но облегчённо выдыхает, когда младший только пожимает плечами в ответ. – Иногда в моих снах можно увидеть не только смерти людей, но и очень даже волшебные вещи, от которых на душе становиться светло и спокойно. Например, когда я лежал в коме, видел уже полностью отстроенную Академию и знал, что мне необходимо поступить именно в неё. – Су вздрагивает, понимая, что обратившийся в слух Сехун мог услышать весь разговор и узнать о его “маленьком” секрете. Они переглядываются с Чанёлем, и тот, будто всё понимая, переводит внимание ребят на себя, восклицая: – Мы пришли! Теперь можно и повеселиться. – Пак достает из кармана ключ и как так и надо, открывает аудиторию. Зайдя внутрь, ребята осматриваются и спустя несколько секунд раздаётся отборное ругательство со стороны Чунмёна. – Ты не мог стащить другой ключ? Это же аудитория директора, в которой он проводит занятия по четвергам и субботам! Представляешь, что будет, если нас поймают?! Я вылечу из совета, как пробка из бутылки! Тогда уж лучше было бы в медпункт забраться. Профессор Ли точно не выдаст нас если что, ещё и прикроет, если потребуется. Не зря же он друг наших родителей. Старший разворачивается с недовольным видом и с явным желанием высказать двоюродному брату все пункты своего недовольства, но натыкается на внезапно возникшего перед ним Кёнсу. У того в руках два наполненных стаканчика с алкоголем, которые ему с умоляющим выражением лица предусмотрительно выдал Пак. – Хён, давай просто выпьем за знакомство. Я же вижу, что у тебя был трудный день. Расслабься хоть ненадолго. До понимает, что организм на утро ему спасибо не скажет, но он в долгу перед Чанёлем, поэтому залпом выпивает всё содержимое, ожидая, когда Чунмён последует его примеру. И Ким всё же делает это, а потом тянется за уже разложенной на столе закуской, но его останавливают фразой “после первой не закусывают, так что надо ещё по одной”. В итоге, одолев несколько стаканчиков, старший уже ни о чём не волнуется и осоловело смотрит на компанию, глупо хихикая. Вовремя подоспевший Сехун бережно подхватывает его, когда он чуть было не промахивается мимо стула, и Чунмён тут же обмякает в сильных объятиях. – Он никогда не умел пить много, - закатывает глаза Чанёль. – Уносит с двух глотков. Кёнсу поражённо замечает, с каким обожанием в этот момент смотрит на любимого хёна младший, и как меняется буквально на глазах. От неулыбчивого и хмурого парня не остаётся и следа. Сехун понимает, что завтра Ким будет ещё больше злиться на него, если вообще что-нибудь вспомнит, но упустить такую возможность он просто не может. На войне и в любви все средства хороши. И если только так можно заставить Чунмёна обратить на себя внимание и услышать себя, Сехун готов рискнуть. – Спасибо за помощь, хён. – шепчет другу О, переводя взгляд на Кёнсу. – И тебе тоже. Это правда очень важно для меня. Чанёль улыбается в ответ и, прихватив с собой немного еды и пару бутылок алкоголя, жестом приглашает До подняться на верхние ярусы, оставив парочку наедине. – Прости, что втянул тебя во всё это. - басит Пак, когда они устраиваются на самом дальнем ряду. – Но, если честно, когда ты подошёл к нам сегодня у кафе, я решил, что данное... кхм... мероприятие будет неплохим и для нас. Тебе так не кажется? Кёнсу, который на голодный желудок добавил к ранее полученной дозе алкоголя новую порцию, уже особо ни о чём не думает. Разве что о том, почему у этого парня так резко меняется отношение к нему. То он от него убегает, как от прокажённого, то решает поговорить по душам. Чанёль в очередной раз наполняет их с Кёнсу стаканчики алкоголем, протягивая парню кусок пиццы. Всю эту попойку он аргументирует тем, что как только начнётся учёба, им уже будет не до веселья. С каждым новым тостом он всё ближе подбирается к До, пока в конечном итоге не опускает голову на его плечо. У самого Кёнсу всё плывёт перед глазами, образуя цветной калейдоскоп размытых пятен, и он погружается в привычную пустоту сна. Хотя он не может быть до конца в этом уверен, так как напротив всё тот же Пак Чанёль, соблазнительно облизывающий свои губы, и протягивающий ему стаканчик. – А теперь, давай, выпьем за Чунмёна и Сехуна! Надеюсь, братик всё-таки простит мелкого за все его прегрешения, и они наконец начнут двигаться вперёд в своих отношениях... Которых пока ещё не су...ществует.. - икнув, едва понятно лопочет парень, и неожиданно тянется к лицу Кёнсу. Тот удивлённо вскидывает брови, но назад не отклоняется. Ничего не соображающее сознание абсолютно не хочет сопротивляться чему-либо связанному с этим притягательным лопоухим созданием. Поэтому, когда Пак накрывает пухлые губы своими, обведя их контур кончиком языка, Су лишь послушно приоткрывает рот, позволяя углубить поцелуй. В аудитории мгновенно становиться жарко, и, кажется, никого из этих двоих не волнует, что они тут не одни. Руки уже забираются под плотную ткань рубашки, когда воздух сотрясает суровое: – Ким Чунмён! Пак Чанёль! О Сехун! До Кёнсу! Парни вздрагивают в том же порядке, в каком звучат их имена. Все сонно пытаются понять, что происходит и с ужасом осознают, что заснули и их только что поймали на месте преступления. Кёнсу, у которого голова, кажется, тяжелее чугунного колокола, и которую, к слову, мирно подпирает взлохмаченная голова Чанёля, пытается подняться на ноги, но Пак, несмотря на сложившуюся ситуацию, похоже, не спешит разделить его рвение, оставаясь всё в том же положении. Взбешённый заместитель директора прожигает их самым грозным взглядом, на который только способен. Профессор никак не ожидал обнаружить с утра в закреплённой за ним и директором аудитории бардак в виде пустых бутылок и коробок из-под еды, а также четверых спящих после явно весёлой ночи студентов, один из которых староста, а другие - первокурсники. Чунмён хочет умереть прямо на месте от стыда, но перед этим самым жестоким способом убить своего братца, который снова втянул его в неприятности. Младшие тем временем понуро поднимаются со своих мест, прихватывая оставшийся мусор. Кёнсу материт себя последними словами за то, что вообще прошлым вечером решил покинуть кафе самостоятельно. Заночевал бы там на крайний случай и не было бы сейчас такого позора, а также негодования по поводу прерванного на самом интересном месте сна. – Сегодня все четверо отстранены от занятий, - сухо оповещает профессор Чжухон, когда кабинет снова становится учебным помещением, а не местом проведения пьяной вечеринки. – Директор приедет через два часа и за это время вы должны полностью привести себя в порядок и ожидать перед дверями его кабинета, желательно, подготовив веское и чёткое пояснение того, какого чёрта тут происходило. Все четверо утвердительно кивают, виновато опустив головы, протискиваются сквозь перешёптывающихся между собой изумлённых студентов к выходу, и молча направляются в общежитие.