Иллюзия убийства

Кэролайн не сомкнула глаз до момента, когда крылья рассвета захватили край небосвода, свергнув тюль мрачных мазков ночи. Она коротала время наедине с кружкой жженого кофе, напоминающего чанку с бензином, а каждый раз, когда она делала глоток этого бодрящего напитка, нос морщился от крепости и горечи вкуса. Девушка направилась в спальню, где, наконец, сменила наряд прошлого вечера на будничный костюм агента ФБР, собрав волосы в объемную косу. Она сделала глубокий вдох, настраивая себя на скорейшее раскрытие новых фактов в ящике Пандоры.* Такси за считанные минуты доставило Кэролайн к указанному месту, которое было достаточно людным и внушало уверенность и чувство безопасности. Блондинка переступила порог длинного зала, стены которого утопали в картинах неизвестных еще авторов, но необычайно талантливых и креативных, судя по их стараниям и идеям. Кэролайн решила рассмотреть экспонаты поближе и принялась гулять вдоль зала. Взор привлек необычный портрет обнаженной девушки на коне, ее длинные, словно у Рапунцель, волосы прикрывали нагое тело, сливаясь с заревом солнечных бликов и взмывая в лазурные своды пенных облаков. Забавный пушистый кот оттенка туманной дымки витал в прострации, посреди разбросанных книг, подушек и разноцветных шаров. На широком полотне наверху был изображен мужчина в длинном черном плаще, ворот которого был поднят, прикрывая скулы, а светлые локоны, будто взбитые сливки, украшали его голову. На Кэролайн с холста смотрели два аквамариновых глаза с хитрым прищуром. Остальной фон природы по сравнению с фигурой был микроскопическим и тусклым. Тонкие пальцы коснулись выпуклых мазков, будто желая узнать, из чего сделан этот красавец. Кто-то похлопал Кэр по плечу, и она испуганно оглянулась назад. Перед ней стояла хрупкая блондинка с длинными волосами цвета янтаря, ее зеленые глаза испуганно озирались вокруг, а бледное лицо было покрыто печатью страха, будто где-то за углом ее предостерегала опасность. - Агент Форбс – девушка чуть улыбнулась. - Здравствуйте, Сара – дружественно и бодро произнесла Кэролайн, давая понять, что она намерена помочь бедняжке. - Здесь в здании есть кафе, оно пока закрыто, но нас с вами пустят –девушки направилась к лифту. *** Сара заметно нервничала, сминая в руке пакетик с сахаром. Кэролайн размешала свой капучино, согревая руки. - Почему вы решили связаться именно со мной? – начала Кэролайн, наблюдая, как сознание Сары балансирует на гранях смятения, страха и сожаления, не зная, какой из векторов ему выбрать. - Вы первая, кто начал копать так глубоко. ФБР остановились бы только на показаниях и фактах. А мне не нужен закон, я хочу истины, правды, хочу вывести его на чистую воду – чеканила Сара, разрывая шов на пакетике. - Но я работаю на ФБР, поэтому невольно должна следовать букве закона. Вчера вы сказали, что вам известно, кто подражатель, поделитесь со мной, Сара? – Кэролайн заглянула в нефритовые зрачки распахнутых глаз, пытаясь найти там обратную связь, но они были задернуты пеленой пережитого, которое оставило от себя толстый шрам не только на душе. - Я столько лет молчала, потому что знала, что меня посчитают сумасшедшей, отправят в клинику или просто высмеют, если я расскажу, как все было – длинные ресницы коснулись щек – Когда его поймали, мне стало легче дышать, ходить по улицам, я больше не боялась закрывать глаза по ночам – она глубоко вздохнула, продолжая свою исповедь, именно так выглядел рассказ на фоне ее дрожащих губ и утопающих в бездне отчаяния и боли глаз, рвущий душу клыками ужаса пережитых событий. – Ко мне тогда пришли люди в форме, я дала показания, подписала какие-то бумаги, и все закончилось – малиновые губы усмехнулись – Я прошла шесть кругов ада, испытала такие мучения – в уголках глаз бился пульс подступающих слез, полных горечи – Выжила….а они его посадили в одиночную камеру и на этом решили закончить дело – она закрыла рот рукой, прерывая поток слов. - Сара – Кэролайн накрыла ладонь девушки своей. – Я хочу Вам помочь, вы больше не должны бояться, потому что вы здесь, а он за решеткой. Правда на вашей стороне, а одиночество и изоляция – верные союзники беспомощности. Поверьте, я не успокоюсь, пока не раскрою каждый эпизод двенадцати убийств и не накажу этого монстра – спокойным тоном ответила Кэр. – Но без вашей помощи я не справлюсь, помогите мне, Сара. Девушка отчаянно закивала головой, снова собирая хаос мыслей в кучу. - Если вы не хотите, то не вспоминайте об этом. Я не требую от вас повторения вашей боли и унижения, потому что хуже этого может быть только смерть. Просто откройте мне тайны, которые вам известны. Вместе мы придумаем план. - Вы ведь не только агент Бюро, вы еще и криминальный психолог. Все эти годы, правда душила меня каждую секунду, потому что я не могла поделиться ей с кем-то, но сейчас я должна рассказать об этом, молчание медленно убивает мой разум. - Хорошо, я готова Вас выслушать – улыбнулась Форбс. - Мы познакомились на выставке картин. Он профессионально рисовал, я тоже когда-то увлекалась живописью, хотя и выбрала медицину в качестве профессии. Он выделялся из толпы: дьявольски красивый, обходительный, обаятельный, интересный и загадочный. Я бы сравнила его с Дорианом Греем - недосягаемый идеал для мужчины и мечта любой женщины. Думаю, что я пребывала в состоянии гипноза, находясь рядом с ним, потому что – она пожала плечами, складывая ладони на стол, - Я не понимаю до сих пор, почему я была настолько слепа, не замечая самого очевидного. - Женщины часто попадают в плен обольщения – отметила Кэр в оправдание. - Но это может повлечь за собою страшные последствия – закусив нижнюю губу, промолвила девушка. – Мы гуляли каждый вечер или обсуждали картины и книги. Друзья? Нет, эти отношения стирало все рамки и цепями сковывало все границы дозволенного и реального – она стеснительно опустила глаза, моргая ресницами. - Мы танцевали под оперную музыку, он ведь обожает оперу. Изысканный Клаус Майколсон даже мастурбирует под классическую музыку, потому что мнит себя особенным. Тщеславие течет в его венах вместо крови. Тщеславие и гордость, а еще самолюбие, которое позволяло ему причинять другим боль, превращая их жизнь в кошмары. - Я полностью согласна с Вами, этот человек закоренелый эгоист, но только причина кроется не в воспитании, а в том, что он был, отвергнут матерью и ненавистен отцом. Его комплексы и обиды породили его наклонности. - Оправдания не помогут вернуть всех их… - Сара вытащила сигарету из кармана, чиркая зажигалкой. – Он всегда был нежен со мной, ласков…В его руках я была глиной, из которой он мог лепить, что угодно, и я полностью подчинялась, мне это нравилась, доктор Форбс. Я получала удовольствие, когда он доводил меня до оргазма своими пальцами, когда ласкал мою грудь, когда тер мочалкой обнаженную, шепча на ухо что-то из Шекспира. Эйфория поглотила каждую клеточку моего бренного тела и моей наивной души, не оставляя запасного выхода. - Но вы сумели собрать последние силы и остаться в живых – подбадривала девушку Кэролайн, хотя прекрасно осознавала, что такого рода везение было худшим кошмаром, потому что память делала свое дело, возобновляя судебный процесс над совестью под гнетом воспоминаний. - В тот вечер, у меня болела голова, поэтому я предложила пойти ко мне домой. Мы пили мартини и почти молча сидели у камина. Его глаза…и поза…он был похож на крадущегося тигра, готового прыгнуть и живьем поглотить свою добычу. Он был молчалив, немного угрюм и напряжен. Я предложила сделать ему массаж, после которого мы переместились в спальню. У нас никогда прежде не было полового контакта, но в этот вечер все было иначе, и я должна была догадаться – истошно взвыла Сара, сжимая кулаки. Кэролайн сочувственно смотрела на нее, но не как доктор или агент ФБР, сейчас она была просто женщиной, сопереживающей чужой беде, просто человеком, который искренне надеялся помочь другому человеку. - Он тронул Вас? – как можно корректнее, пытаясь обойти саднящие душу слова и острые углы событий прошлого, спросила Кэролайн. - Да, мы были близки той ночью – печальным голосом ответила Сара, кроша остатки сигареты в пепельнице. – И если бы меня спросили: готова ли ты отдать свою душу за еще одну такую ночь. Я бы, не раздумывая, ответила: да. Дьявол мог спокойно забрать мою душу, только бы вечно тонуть в этих объятиях, ощущать жар этих губ на своем теле, видеть эту улыбку, слышать его медовый шепот, таять под весом его тела. Я желала этого в тот момент большего всего на свете. Наверное, дьявол услышал меня тогда, потому что то, что было потом, напоминает фильм ужасов в лучших его традициях. - Сара, если Вам неприятно, не продолжайте. Достаточно того, что вы уже вспомнили. - Но я хочу это вспомнить, потому что тогда я смогу отпустить все. Смогу трезво мыслить – печальные глаза умоляюще взглянули на Кэр из-под тени густых ресниц. - Я пошла в душ, а он остался в кровати. Потом вдруг распахнулась дверь, я обернулась. Клаус притянул меня к себе, проводя ладонью по влажному плечу, а в следующий момент он окунул меня в наполовину наполненную ванную, намереваясь утопить. Я кричала под водой, била костяшками пальцев о дно, но тщетно. Его мертвая хватка отняла у меня почти все шансы на спасение. Я хватала воздух и продолжала бороться, я так не хотела умирать – из глаз девушки брызнули холодные слезы. – И все же…я расслабилась, мне пришлось, я чувствовала, как вода заполняет легкие, сдавливая грудную клетку, ощущала как шею сжимают судороги. Но он неожиданно вытащил меня, а потом поцеловал, проводя языком по губам. Он сказал, что я самая мерзкая женщина на земле, потому что поддалась искушению, как и все. Мое единственное спасение – это смерть, которая позволит душе найти покой – реки соленых слез плыли по бледным щекам. - Его убийства зеркально отражают в себе философию Эдгара По, это нечто преклонения мрачным ценностям – Кэролайн протянула девушке платок. - Похоже на помешательство, на шизофрению – Сара сделала глоток остывшего кофе. – Потом он потащил меня за волосы в спальню, где принялся душить своим галстуком, предварительно связав руки. Я успела оцарапать его лицо и руки, за что получила пощечину. Дальше я помню, что мне не хватало воздуха, я выплевывала слюни изо рта, стонала от боли, а потом провал…Дальше сознание ко мне вернулось только, когда я почувствовала, что нахожусь в воде. Он скинул меня в водоем за городом, думал, что убил меня. Только чудо помогло мне в ту ночь выйти победителем в борьбе со смертью, доктор Форбс. Чудо и Господь – были со мной, поэтому я здесь. - Достаточно воспоминаний. Успокойтесь, Сара. Ответьте: вы знали жену Майколсона – Татию? – Кэр протянула фотографию девушке. - Она очень красивая. Нет, я не знала, что он был женат, иначе бы не стала встречаться с ним. - И еще один вопрос. Вы пытались что-то узнать о Клаусе? Собрать о нем информацию? - Я знала только, что он преподает в университете, увлекается живописью, любит оперу, живет в Ричмонде. Про его семью и друзей я не спрашивала. Хотя он обо мне знал все и даже больше, вот что меня пугает, если посмотреть на это с другого ракурса. Я не знала его адреса, а он знал, что я люблю пьесы Бернарда Шоу и пепперони. В голове не укладывается, однако, Клаус виртуоз по части копания в чужой жизни, то, как он умело манипулирует людьми, повергает в шок и заставляет восхищаться одновременно. - Просто не следует, с ним нянчится, я собираюсь предпринять все законные санкции и все правила против его преступлений, копать так глубоко, как только можно – Кэролайн открыла пришедшее смс сообщение. Стефан сообщал, что завтра их ждет встреча с генералом Харди и подробный отчет по делу Майкельсона, а сегодня он собирался съездить в университет, где преподавал Клаус. - Я просто хочу возмездия – жестко потребовала Сара. – Единственное что будет терзать мою душу теперь, это жажда мести. Мне стало намного легче сейчас, когда я излила Вам душу, я будто сняла с себя пленку позора. Теперь я спокойна за исход дела, потому что вы составите Клаусу достойную конкуренцию, ведь проникать в чужие головы у вас получается так же прекрасно, как и у него. Я буду молиться, чтобы вы достигли цели, доктор Форбс. - Я не доктор, Сара, доктор – это Вы. Я сейчас слушала Вас ни как доктор, а скорее как просто Ваш друг – улыбнулась Кэролайн. - Хм… Да, я полностью отдалась медицине, если бы не она, я бы уже тронулась умом. - И на вопрос о подражателе вы так и не ответили – подметила Кэролайн. - Я могу ошибаться, но мне кажется, что у него есть друг или просто ведомый человек из его окружения, который продолжает его миссию. Помните, в своем интервью во время ареста он сказал: «Спасение мира нельзя останавливать, даже если твоя жизнь под угрозой, протяни руку помощи, загляни в души, найди там себя.» - Я не видела этого интервью – задумчиво ответила Кэр. Сара щелкнула кнопки на телефоне. - Внимательно посмотрите видео. Знаете, за все это время меня занимало только это дело, я походила на безумную фанатку, собирая малейшие пазлы, которые бы помогли пролить свет на преступления. - Вы лично пытались разобраться с делом Клауса? Но зачем вы занимались своего рода…мазохизмом, терзая себя? – возмутилась Кэролайн. - Мною двигала месть и желание отыскать хотя бы осколок плота справедливости, агент Форбс – вздохнула Сара. - Мне пора, спасибо, что пришли. - Я не могла не прийти. Спасибо Вам, Сара. Как я могу с Вами связаться? - Я не могу Вам дать своего номера, извините, но не дам. Я сама позвоню Вам, если что-то вспомню. И если хотите, могу скинуть на Вашу почту некоторые факты, которые я смогла раскопать. - Конечно – Кэролайн черкнула на салфетке семь цифр, протягивая это Саре. – И, пожалуйста, зовите меня Кэролайн. - До свидания, Кэролайн – светлая усталость скрасила подобие улыбки девушки, фигура которой удалялась дальше по коридору, оставляя Кэролайн среди раздумий. *** Автоответчик разрывали пять сообщений подряд от мамы, которая просила Кэролайн посмотреть, наконец, почту. Кэролайн кинула ключи на тумбочку, опуская ноги в уютные тапочки. Она спустилась вниз, извлекая из ящика кучу газет, рекламных буклетов и то о чем говорила мама: приглашение на годовщину свадьбы. Чете Форбс стукнуло ровно двадцать пять лет, именно столько лет назад Лиз приняла предложение Билла Форбса, став его женой. - Очаровательно – отметила девушка, осматривая нежные ленточки и лебедей на открытке. В ящике лежало что-то еще. Кэр извлекла серый конверт, вскрывая одну его сторону. На белоснежном листе было выведено: «Скрытые пороки нас порождают. Что-то мне подсказывает, что ваш порок – любопытство. Приглашаю Вас на приватную беседу в мои тюремные апартаменты. Условия: дресскод и отсутствие капитана Сальваторе. Буду Вас ждать, Кэролайн. Поторопитесь, мисс все хочу знать». Кэролайн рассыпала все газеты и бумаги на пол, проводя ладонью по ключицам, она не верила своим глазам и не могла сама себе ничего объяснить. Она лишь смогла выдохнуть, давящий внутри коллапс воздуха, обреченно промолвив: - Клаус… Ящик Пандоры* - крылатая фраза «Открыть ящик Пандоры», что означает совершить действие с необратимыми последствиями, которые нельзя отменить.