Иллюзия убийства

Лужайка возле дома на Мейкер-Пойнт кишела полицейскими машинами и мелькающими белами халатами врачей. Около дома столпились люди, на лице которых были смешанный калейдоскоп чувств и эмоций: страх, любопытство, гнев, растерянность. Шумные сирены перебивали всхлипывания зевак-очевидцев, пока блюстители порядка пытались успокоить толпу. - Это место преступления, осторожно, - шипел парень невысокого роста в очках с роговой оправой и взъерошенными как у птенца волосами. - Привет, Гарри, - тихо кивнула Кэролайн парню, проходя в ванную комнату. - Еще прощальная записка, - послышался за спиной голос Стефана, когда голубые глаза сфокусировались на кровавом послании на стене. - Acta est tabula*, - дрожащим голосом выдавила из себя Кэролайн, наклоняясь ближе. - Это кровь, но пока непонятно кому она принадлежит. Гарри уже взял пробу на анализ крови, отпечатков пальцев, следов на ковре и прочего. – Стефан задумчиво почесал затылок, спускаясь по лестнице. - Она принадлежит Саре, мы оба это знаем. Еще мы знаем, что, скорее всего, она наверняка уже мертва и покоится на дне реки, Стефан. Клаус просто морочит нам головы, играет с нами, манипулирует и дергает за ниточки всю систему правосудия, пока мы подчиняемся, - раздражение электрическим током пронеслось по телу, застыв на лице в гримасе жестокого отвращения. – Он знает, что все эти убийства ему сойдут с рук. Побег, смерть священника, распятого на алтаре церкви, изувеченное тело Бонни Беннет, мать, которую он убил своими собственными руками. Сколько еще мы можем ждать? Нужно действовать его же методами, только тогда он ощутит, что мы не дети, а его полноправные соперники. - Успокойся, Кэр, - Стефан увел девушку в гостиную, где их никто бы не потревожил. – Генерал Харди головы нам свернет, если мы начнем собственный фокстрот** с убийцей. - Безумие, - всплеснула руками блондинка, закипая в агонии от собственной никчемности. – В этом танце он вел, и будет вести, а мы словно дилетанты, Стефан, - панически засмеялась девушка. - Эй, - Стефан усадил Кэролайн на диван, накрывая ее ладонь своей. – Мы поймаем его, отправим за решетку и …я лично позабочусь о том, чтобы он не дожил до следующего Рождества. – уверенным тоном произнесли губы мужчины, ставя жирный восклицательный знак в конце, не позволяя усомниться в сказанном ни на минуту. - Поклянись мне, - девушка с изуверской безжалостностью сдавила запястье Стефана, ожидая подтверждения своих слов. - Генерал Харди требует агента Сальваторе, - юркий парнишка в полицейской форме, которая ему была немного великовата, вбежал в гостиную, прерывая уединенную беседу.

***

Тень скользнула мимо высоких ворот, прыгнув через забор. Ворота открылись, и тень шмыгнула обратно в автомобиль, стоящий неподалеку. Машина заехала во двор особняка, мотор заглох. Шуршание сменилось кристальной тишиной, а едкий свет фар лунным созерцанием, освещающим непроглядную мглу ночного города, потух. - Если ты закричишь или выкинешь фокус, я не стану церемониться, дорогая, - мягким, как сладкая вата, голосом предупредил Клаус, снимая повязку с головы девушки, испуганной до смерти, по трамплину к которой она шагала уверенно и необратимо. - Мы договорились? – шепнул он ей на ухо, касаясь губами спутанных на лбу волос. Сара слегка кивнула, по ее щекам градом текли слезы, но всхлипывания сдерживал скотч на губах. Возможно, так было легче, ведь иначе она не смогла сдержать свой дикий страх, который взял ее в плен с того момента, как она почувствовала буквально спиной. Сквозь шум воды услышала его проворное, как у тигра дыхание, как услышала голос, который стал проклятием на долгие годы, как увидела снова эти лукавые лазурные глаза, напоминающие реку, в которой она чуть не утонула. Она снова оказалась заложницей в лапах хищника, прекрасно зная, что второго шанса на спасение уже не будет. Липкая лента разъела кожу на подбородке от стекающих по нему соленых дорожек . Девушка потерла запястье, когда мужчина перерезал наручники из жгута. Сара дотронулась до свежего пореза на внутренней стороне ладони, поднимая глаза на своего палача. - Небольшие потери, заживет до свадьбы, - ухмыльнулись пронзительные глаза. – Теперь слушай меня внимательно, и делай все, что я скажу. Ты останешься в живых, если будешь хорошей девочкой, ну а выберешь другое… - мужчина сжал руку девушки, высыпая перец в рану, отчего ткань в местах пореза стала красной, а кожа вздулась. – На собственной шкуре испробуешь, что такое адская боль, - выпалил Клаус, переминая позвонки на хрупкой шее жертвы.

***

- А теперь коротко о погоде, - голос диктора действовал на Кэролайн как снотворное. Последние события изрядно выбили ее из колеи, отчего голова кружилась, а мысли в висках играли в молот и наковальню. Девушка мельком посмотрела в зеркало: черные круги под глазами были меньшим из зол, которые ее сейчас волновали, даже меньшим, чем недоедание и недосыпание уже несколько дней подряд. Рука уверенно потянула руль, делая ловкий поворот, как вдруг телефон в сумочке навязчиво завибрировал. Кэролайн извлекла его, выдав заветное: да. - Здравствуй, Кэролайн, - вкрадчивый шепот на том конце провода обдал девушку арктическим водопадом свежести, стрелы мурашек вонзились в кожу, пробираясь под нее тысячей иголок, возбуждающих волну страха и любопытства одновременно. Кэролайн успела затормозить до того, как капот авто коснулся фонарного столба у перекрестка. Голова блаженно откинулась на сиденье, она открыла окно, впуская спасительный ветерок в салон. - Где Сара? – ультиматум вопроса вызвал томительный вздох в ответ, этот ответ был хуже всех пыток, потому как оставлял послевкусие многоточия между словами жизнь и смерть. - Она в порядке…Пока. Ты сможешь сама в этом убедиться, Кэролайн. Мне нужны ответы на вопросы, тебе Сара. Равноценный обмен, не так ли? – чаша весов с унцией страха стремительно двигалась вниз, уступая место безрассудному геройству и отважному риску так свойственному мисс Форбс. - Где ты? – нервная дрожь сжимала губы, а ногти делала почти синими от холода за окном. - Хм… - его голос как у призрака с того света: леденящий и умиротворенный. – В доме моей семьи…Только знай, дорогая, что придти ты должна одна. Но если я узнаю, что ты предупредила одного из офицеров бюро или же своего темпераментного итальянского друга, а, может, и того хуже, генерала Харди, знай, Сара испытает столько боли, сколько не снилось ни одной душе в чистилище! Успей до полуночи, Кэролайн. – связь прервалась, и паника овладела разумом. Кэролайн никак не могла завести машину и после нескольких попыток умчалась в ночи, скрепя шинами по асфальту, еле разбирая дорогу.

***

Лица жертв изуверских преступлений Клауса мелькали перед глазами, будто кадры хоррора***, Кэролайн не могла разобрать дороги. По пути не горел ни один источник света, указывающий путь во мраке ночи. Каким-то немыслимым образом девушка оказалась у ворот особняка, громоздко возвышающимся из-за зарослей раздетых деревьев одиноким вулканом. На секунду показалось, что все вокруг замерло: не было слышно ни звука, ни шороха, все заснуло мертвым сном. Кэролайн вышла из машины и двинулась к воротам. Глаза уже привыкли к мраку, отчего становилось не по себе. Теперь она стала как нельзя ближе к ночи, сроднившись с голосом на том конце телефонного провода, к смерти, становясь Фемидой в борьбе за человеческую душу, послужившую разменной монетой в игре в прятки с существом, у которого всегда был спрятан туз в рукаве. Она увидела тусклый огонек на первом этаже, он словно маячок вел ее на свой свет, как мотылек ведет жертву в ловушку. Кэролайн толкнула дверь, она скрипнула, впуская девушку внутрь. Темный коридор и ни единого звука, ноги уже на автомате шагали через комнаты. Пока не показался огонек свечи в большой комнате , где она отчетливо смогла разглядеть фигуру, восседающую за столом. Сердце отбивало барабанную дробь, ватные ноги искали опору, немой язык отказывался произносить хотя бы слово, но ОН первым нарушил томительную мелодию молчания. - Смелее, милая, присаживайся, - беззаботно предложил Клаус, выйдя в свет. Глаза его в темноте горели демонским огнем, он знал наперед весь сценарий встречи, а она чувствовала себя гостьей на балу у Сатаны. Он встал с места, обойдя стол, и останавливаясь позади Кэролайн. Хрупкая спина ощутила на себе насмешливый взгляд, сопровождавшейся лукавой усмешкой. Он отодвинул стул, чтобы помочь ей сесть. - Где Сара? Зачем ты снова похитил ее? – голова шла кругом, Кэролайн знала, что все вопросы – пустая трата времени, что она должна была предупредить хотя бы кого-то, куда направляется. В желании спасти одну душу, она не учла самого главного: цена спасения этой души – ее собственная. Но шлюзы запасного выхода закрылись, сейчас она находится лицом к лицу со своим врагом, который по совместительству серийный убийца и самый разыскиваемый человек на территории штатов! Игра началась! - Хочешь чего-нибудь выпить? Или может быть сигару? – Клаус подтолкнул вперед коробку с сигарами, разнося по комнате терпкий древесный запах. – Элайджа любит побаловать себя. Истинный Майколсон, что сказать?! – натянутая улыбка сменилась серьезным оскалом. - Я хочу, чтобы ты отпустил Сару. Я же приехала… - безумные глаза продолжали смотреть на нее исподлобья, плавая в своем океане никому неведомых мыслей. - Тебе не кажется, что твое время предъявлять ультиматумы закончилось в тот момент, когда я оказался по другую сторону решетки, Кэролайн. Поэтому тему для беседы выбираю я, - терпеливо разъяснил мужчина, делая глоток из бокала. - Хорошо, - выдохнула девушка, пытаясь унять ветреный страх внутри себя. – Что ты хочешь знать? - У тебя есть любимый герой, Кэролайн? Литературный персонаж, которому ты воспеваешь дифирамбы? – Клаус закинул ноги на стол, откинув голову назад, глаза его метались где-то в районе потолка. – Мне всегда нравился дуэт Шерлок Холмс и Джеймс Мориарти. Первый – этакий рыцарь на белом коне, истинный джентльмен, интеллектуал, обаятельный мужчина, любимец женщин. Второй – редкий мерзавец, опытный гроссмейстер****, кукловод, продавец душ. Умопомрачительная смесь! Этот союз породил на свет не только блестящие книжные детективы и кинофильмы, но и создал пищу для дебатов в кругу вольных философов. В тюрьме время бессрочно, поэтому я много думал, и знаешь, я понял, что мы с генералом Харди похожи на Шерлока и Мориарти, - Клаус рассмеялся, переместив корпус тела вперед, Кэролайн почувствовала на своем лице его учащенное дыхание. – Но все мы знаем исход этой дуэли. Мне нужно откровение, он проиграл, пусть публично признается, пока его трон не пошатнется, опираясь на гору из трупов. - Не убивай ее, она не заслужила такой участи. Раз уж ты на свободе отдай дань искуплению своих грехов, покайся за все свои деяния, помоги поймать Подражателя, - дрожащий голос звучал как манифест о помощи, взывающий к уголькам совести, если такие еще имелись в глубине этой тлеющей души. - Ахахаха, Кэролайн, милая девочка, - сладостный шепот убаюкивал сознание. – Есть расхожее мнение, что блондинки – женщины весьма глупые, но нет, - он покрутил указательным пальцем перед глазами девушки. – Ты настолько отважна, насколько я безумен. Грань на грани, тоже удачный союз, - он провел кончикам языка по пересохшим губам. Кэролайн скользнула взглядом по ключице, ниже которой красовалась колибри. При свечах она казалась ожившей, иной, чем в холодной камере. - Мне всегда было интересно, почему ты так отчаянно хочешь спасти Сару? Ты ее совсем не знаешь, она одна из миллиардов жизней среди людей на земле, которая так или иначе встретится со смертью, но ты в сотый раз просишь меня оставить ее в живых. - Я обещала ей, что помогу избавиться от пережитков прошлого. Я дала слово, - с трудом проговорила Кэр, пока тень села обратно. - Люди так неосмотрительны, дают обещания, а сами их не выполняют. Одним словом, обманщики! – издевался Клаус, смакуя остатки виски. – Допустим, что ты выполнишь данное ей обещание. Но вот вопрос: почему она должна жить? Ответь мне. - Ты не имеешь права вершить чужие жизни, ведь ты не Бог. Ты тоже рожден от крови и плоти, но никто не стал покушаться на твою жизнь, бредя мечтами об идеальном мире, где правит смерть, украшенная ложью прекрасного во имя спасения человечества в искусственном раю, - сорвалась Кэр, отшвырнув в истерике коробку сигар, которая сбила стакан, расколов терпение Клауса на мелкие острые осколки. - Успокойся, дорогая, - вот он стоит позади, удерживая ее руки, а его шепот проникает в самые лакомые уголки ее разума, раскрывая маленькие секреты. – Довольно! – выдохнул он сквозь зубы прямо в ухо. Кэролайн замерла от его прикосновений, противясь бессознательному инстинкту, который она не в силах была контролировать. - Идем, - Клаус тянет ее за руку, Кэролайн повинуясь, встает. Клаус смотрит ей прямо в глаза и будто гипнотизируя, повторяет следующее: Я знаю, чего ты боишься, Кэролайн, о чем ты думаешь и что чувствуешь, жаль, что мысли нельзя высыпать в кофемолку и стереть в порошок. Я хочу только одного: мое имя должны очистить от всей той шелухи, что мне приписали. Пусть Харди выйдет из тени и придет ко мне, если война, то честная и до последней крови, а если кошки-мышки, то я всегда буду впереди. Я убью охранника, священника, собственную мать или жену, не задумываясь, Кэролайн. Почему? – он подался вперед, останавливаясь в миллиметре от бледного лица. – Потому что я – монстр в глазах людей, так может не стоит развенчивать миф? - Ты все еще хочешь увидеть Сару? – он открыл дверь, за которой была лестница. – Леди вперед, - мило улыбнулся он, пропуская девушку. Кэролайн считала ступеньки, чтобы не сойти с ума. Потом мерила коридорные шаги, пытаясь уловить любой шорох за стеной. - Она ждет тебя, - Клаус толкнул ногой дверь. – Сара заслужила то, что с ней произошло. Она сама призвала смерть, ее душа уже была осквернена. Она не рассказывала, что в свое время подрабатывала в стриптиз-клубе. Да, торговала своим телом и меня им хотела купить. А все ее слезы-сопли – дешевое представление в лучших реалиях Бродвейских пьес. Добро пожаловать в клуб дураков, агент Форбс. Только меня не проведешь: оступился - нужно заплатить. Acta est tabula! – воскликнул он, зажигая свет. Кэролайн закричала во весь голос, увидев перед собой висевшее вниз головой тело девушки, с перерезанным горлом и открытыми глазами. Кровавый ручей на полу, змеиной тропой стелился к порогу. Наготу Сары прикрывала полупрозрачная органза, а босые ступни выглядели чернее ночи. Кэролайн забилась в истерии, размазывая слезы локтями по лицу и прыгая на месте, не желая пачкаться в чужой крови. - Получается, ты, как и я обманула ее надежды, Кэролайн. – продолжал третировать Клаус, нажимая на самые уязвимые рычаги человеческой совести. – Я знаю, как облегчить твое состояние, - девушка почувствовала, как что-то острое воткнули в шею, и перед глазами все резко помутнело и расплылось, воздуха не стало хватать, а тело облачилось в пушистую оболочку слабости. Клаус подхватил девушку на руки, неся по коридору. Он опустил ее на диван, расправляя золотистые локоны. - До встречи, - он ненароком коснулся губами плеча, торчащего из-под одежды. – Кэролайн, - выдохнул Клаус, растворяясь в ночи. ______________________________________________________________________________________________ Acta est tabula* - (лат.) – представление окончено. Фокстрот ** - (анл. foxtrot - букв. - лисий шаг), американский бальный танец. Хоррор *** - разговорная форма именования фильма ужасов. Гроссмейстер**** - (нем.) «большой мастер».