Война Дракона

      Беспощадная горная степь близ Иньшаньских хребтов пронизывала солдатские доспехи ледяным дыханием. Воинам казалось, что их оружие примерзло к рукам и многие уже перестали чувствовать ступни. Но ни кто не смел нарушать приказ генерала, ибо непокорных ждала судьба куда более ужасная, чем смерть от монгольских стрел и копий. Проклятое ожидание убивало их и без оружия, сдавливая трепещущие сердца новобранцев холодными клешнями. Но вот, прилегающие к промерзшей степи скалы разразились гулом грозного боевого марша и вторящими ему тысячеголосыми криками. Вскоре, серое небо над Иньшаньской пустошью почернело от бесчисленных стрел. - Щиты! – поочередно скомандовали капитаны и формации солдат покрылись пластами блестящей стали.       Чёрный ливень со звоном накрыл воинов китайской армии, усеивая прямоугольные щиты рядами стрел. Прежде чем успела вонзиться последняя, с гор потоком хлынули вражеские войска. - Построение клином! Копья на изготовку! - надрывая горло, кричали командиры.       Прозвучала команда "Вперед!" и, под воодушевленное пение военных труб, авангардные войска защитников были брошены в бой. Подобно чёрным клинкам, стреловидные боевые формации разрезали тьму монгольских войск. Копья и пики нещадно пронзали вражеских солдат, поднимая их тела в воздух, в то время как топоры степных воинов со скрипом раскраивали китайские щиты и доспехи. Но монгольская орда, подобно тёмному бушующему морю обтекала треугольные островки, поглощая их один за другим.       Ради столь жестокого зрелища генерал Шао приоткрыл клыкастое забрало драконовидного шлема и с кровожадным наслаждением взирал на гибель собственных солдат. С укрепленного холма, на котором располагался арьергардный лагерь, поле битвы было как на ладони. - Генерал! Наши войска терпят поражение, авангард почти уничтожен! Нам следует выслать подкрепление! – с ужасом прокричал винторогий капитан.       Но ужас перед надвигающимся врагом тут же сменился ужасом перед гигантским вараном, когда его красные глаза, словно невидимыми иглами пронзили его тело холодной дрожью. - Ни кто не сделает и шагу, пока я не прикажу... - Но, г-генерал... - Они лишь приманка... Тактика врага мне теперь известна... Осталось лишь дождаться, пока добыча попадет в силки... - сухие губы варана натянулись от некого извращенного подобия улыбки, обнажая ряды желтых кольев-зубов.       Монголы уже расправились с "приманкой", оставляя их тела лежать в холодной земле и, воодушевленные первым удачным боем, двинулись на лагерь арьергарда. - Баллисты на позиции... - Слушаюсь, генерал! Баллисты на позиции! – продублировал приказ капитан и боевые машины выстроились на северной части холма. - Цельтесь по левому флангу... - Есть! Цель по левому флангу!       Орда подходила всё ближе и в сторону лагеря уже беспорядочно летели копья и стрелы, которые однако, пока не достигали намеченных целей. - Ближе... - прищурившись, прошипел ящер. - Какие будут приказы, генерал? - Ближе... - в ещё большем кровавом предвкушении, прохрипел варан. - Генерал?!       Последний раз, стрельнув раздвоенным языком, Шао скомандовал: - Залп...       Хриплый крик капитана вдарил по слуху солдат: - ЗАЛП!       Стальные снаряды баллист, прорезали монгольские войска наискось, разрывая их ряды и заставляя замедлить наступление. Стальной Демон опустил зловещее забрало и битва началась. Обнажив меч, капитан прокричал боевой клич и, выстроившись в фалангу, солдаты ринулись на врага, выставив вперёд копья. Через несколько мгновений китайские воины сошлись с разрозненными войсками завоевателей в жестокой сечи. Вытащив из земли устрашающее обоюдоострое оружие – глефу, Шао издал протяжное шипение и бросился в атаку. Стрелы и копья со звоном отскакивали от толстой брони, заставляя противника цепенеть от ужаса перед надвигающимся чудовищем. На своем пути бронированный монстр разбрасывал и растаптывал своих же солдат и вскоре его оружие одним горизонтальным взмахом раскидало строй монголов в разные стороны. Инерция от взмаха была такой сильной, что генерал совершил полный разворот и пластины его хвостовой брони смели ещё с десяток вражеских солдат. Затем последовал новый взмах глефы, после чего массивный хвост вновь сокрушил кости захватчиков. Этот вращающийся танец смерти не давал врагу ни шанса на ответный удар, а от металлического шипения монстра, степных воинов охватила паника. Забывшись в жестоком побоище, Шао уже не различал где чужие, а где свои. Все кто приближался хотя бы на пять метров, были сокрушены яростью Стального Демона. Вскоре, поле битвы было сплошь усеяно трупами. Оставшиеся в живых монголы в страхе отступали к горам, а выжившие солдаты Поднебесной с дрожью взирали на своего генерала, чья броня стала красной от крови врагов. Он медленно взошел на гору мертвых тел и, вскинув голову к небу, разорвал воздух ужасающим победным ревом, от чего казалось, что даже боги узнали, что такое страх.       Слабое солнце обдавало мёртвую серую пустошь холодными лучами, кровавым блеском отражаясь от воткнутых в землю копий и треснувших доспехов. Монгольская армия потерпела очередное поражение у Иньшаньских гор, но победу никто не праздновал. Ибо велика была скорбь по погибшим в бою товарищам. И тем, кто погиб от лап Стального Демона Шао. Проходящий в сопровождении шестерых охранников мархур видел это по лицам солдат. Он до сих пор не был уверен, стоящая ли это была идея. Он проделал четырехдневный путь в эту холодную степь, отправив любимую супругу в Гуанчжоу одну(в сопровождении тридцати слуг и охранников). Но сейчас уже было поздно что-то менять и он продолжил путь к чёрному шатру генерала. Приказав телохранителям остаться у входа, Вэй-Мин скинул тёплую меховую накидку и прошёл в тёмную обитель. Шао ненавидел свет, и поэтому даже бледная прорезь во тьме откликнулась недовольным шипением, от чего у советника кровь стыла в жилах. - Кто здесь?.. – послышался низкий утробный голос. - Здесь Советник Его Величества Императора Вэй-Мин. Могу ли я иметь честь, говорить с генералом Шао? - мархур старался придать своему голосу уверенности, но он всё равно дрожал и срывался.       Густой мрак разбавил тусклый блеск металлического туловища. - Советник... Чем обязан такой честью?.. – варан наконец-то показался из тьмы. - Это для меня честь лицезреть великого генерала Шао, бича пустынных земель. Враги дрожат от одного вашего имени... Стальной Демон, – советник чванливо преклонился. - М-м-м... Что привело вас сюда, советник?.. Сомневаюсь, что вы проделали такой путь, что бы воздать мне почести... - Вы правы, генерал. Мною руководили другие побуждения. Такие как стремление, долг, жажда высшего блага... - Ваши речи подобны туману... мешают вас разглядеть... Что скрывается под этой вуалью?.. – варан приблизил свой ужасный лик к Вэй-Мину, пытаясь заглянуть ему в глаза.             Зная, что от пронизывающего душу взгляда Шао невозможно что-то утаить, мархур отошел в сторону и сделал вид, что просто прохаживается. - Дуют ветра перемен, генерал. Этот цикл жизни нашей страны неминуемо подходит к концу и новый цикл начинается. Всё идёт своим чередом, но иногда события нужно немного поторопить... - Вэй-Мин завершил полукруг и остановился у стойки с оружием.       Варан терпеливо выжидал конца монолога, нервно телепая языком. - И я собираюсь стать тем, кто это осуществит. Но в этой благородной миссии мне понадобится помощь верных соратников... Вопрос состоит лишь в цене их верности, - мархур наконец набрался смелости посмотреть на генерала, - Я более чем уверен, что вы не откажетесь помочь мне в достижении столь высокой цели и поймете, насколько выгодно быть на стороне победителя. - Вы уверены... Но тогда почему же вам страшно, советник?.. – варан медленно приблизился, как хищник собиравшийся набросится на наивную жертву.       Глаза Вэй-Мина нервно забегали, а в горле встал ком. Сглотнув, мархур решил продолжить разговор: - Признаюсь, я немного... взволнован. Но думаю, мы сможем договориться. Какие цели вы преследуете? - Цели... Все постоянно ищут цели... Пытаются найти оправдание собственному существованию, забывая о том, что жизнь – сильно переоцененный феномен... Скажите, советник... почему то, что зарождается с таким трудом и трепетом, так легко уничтожить?..       Советник не знал ответа на этот вопрос и более того, он боялся узнать ответ. Поняв, что собеседник был введен в ступор, варан зловеще улыбнулся: - Политики затевают войны из-за алчности и власти, потакая собственному самолюбию и за частую, забывают об истинном лике войны... Война это кровопролитие... Это страх и разрушение... Это то, ради чего я живу... Это, если хотите, моя цель...       Сам того не замечая, советник был загнан в угол. Бежать от источающих ненависть красных глаз было не куда. Оставалось лишь набраться храбрости и заглянуть в глаза дьяволу: - Если вы поможете мне взойти на трон, то уверяю вас... С новой военной политикой, которую я введу, все близлежащие королевства познают мощь великой Поднебесной Империи! А вы станете верховным военачальником всего Китая! Только представьте... Шао – Завоеватель!       Ящер прикрыл глаза, погрузившись в кровавую мечту. - Ваши армии обрушатся на врагов стеной мечей и копий, непокорные будут растоптаны в прах тяжелой пятой Стального Демона! Вы пройдетесь по их землям кровавым дождем и их дети и жёны будут засыпать с вашим именем на устах, с ужасом повторяя его в горестных ночных бдениях! Никто не посмеет вам противостоять!       План Вэй-Мина сработал отлично. Шао уже отчетливо представлял, как купается в крови врагов и издавал утробный клёкот, забывшись в садистическом экстазе. Хищно стрельнув языком, он заговорил с советником: - У вас воистину серебряный язык, Ваше Превосходительство... Нет ничего прекраснее убийства... Ради войны, я готов помочь вам "завершить цикл"...

********

      Эти дни в Долине Мира проходили относительно спокойно, хотя присутствие вооруженных солдат, конечно тревожило. Для мастеров Нефритового Дворца время протекало довольно благоприятно. Они могли полностью посвятить себя кунг-фу и не отвлекаться на разборки с преступниками, ведь только умалишенный попытается нарушить закон в присутствии трёхтысячной армии генерала Лао-Йинга. Но для Воина Дракона сейчас был сложный период. Всё это время его одолевали тяжёлые мысли. Ему предстоял нелегкий выбор, решение зависящее только от него. Не в его правилах было притворяться, но пока он не мог поступить иначе. За советом, он отправился к тому, к кому всегда за ним обращался. В ресторане господина Пинга "лапша текла рекой". От голодных солдат не было отбоя и они с радостью отдавали своё скромное жалование в обмен на миску душистой лапши. Под недовольные возгласы "Здесь очередь, толстяк!", По проталкивался через толпу облаченных в доспехи тел. Наконец протиснувшись на кухню, По увидел замученного, но радостного гуся, шинкующего овощи из последних сил. - Эй, пап! П-а-а-а-п!       Но, похоже, гусь так сильно увлекся готовкой, что не мог больше видеть ничего кроме лапши и слышать что-либо, помимо стука кухонного ножа и бурчания солдатни. - Па, давай помогу, - с этими словами По поднял отца, и "переставил" его, предварительно отобрав у него нож.       Пинг молча стоял в углу с застывшей на клюве улыбкой, продолжая рефлекторно нашинковывать воздух. Панда успел выдать ещё порядка шести порций, а затем прозвучал рог и солдаты с недовольным ворчанием начали покидать лапшичную. - Приходите к нам ещё! По средам у нас скидки! - прокричал им напоследок Воин Дракона.       Обернувшись, По увидел, что его отец задремал. Он ещё никогда не видел его таким вымотанным, однако, были в этом и свои плюсы. Заветная шкатулка Пинга с трудом закрывалась от переполняющих её юаней. Панда занес отца в дом и уложил в кровать. Укрыв его одеялом, По улыбнулся, когда Пинг начал бормотать что-то про лапшу и слишком высокий подоходный налог. Выйдя во дворик, панда увидел Сонг, которая сидела на столике и с улыбкой его ожидала. - Привет, пухлик... - кошка чмокнула его в губы, - Похоже, у твоего папы сегодня был тяжёлый день. - Ага, по ходу скоро случится невозможное и у нас кончится лапша. А как дела с ля-ля-ля-ля... - По сделал пару нелепых в своей грации движений - ...танцами? - Дети побаиваются солдат, так что, сейчас к нам почти никто не ходит. Девочкам совсем нечем заняться. Ни хочешь пойти с нами на пикник? - Пикник? Это же обалденно! Может тогда и ребят позвать? - Конечно, почему бы и нет. Надеюсь, ваше ушастая нянька не будет сильно злиться, - радостно улыбнулась Сонг.       Эта идея пришлась как нельзя кстати. По долго думал, как поведать друзьям о своём решении. И вот, случай подвернулся.       По и Сонг нашли друзей во дворце, на кухне. Видно они давно уже ждали своего персонального "Шеф-повара Дракона". - По! Ну наконец-то! Где ты пропадаешь? – воскликнул Обезьяна. - Даже не верится, что ты опоздал на обед, - саркастично протянул Журавль. - А-а-а... точно. Я же должен был приготовить лапшу... - стукнул себя в лоб панда. - Лучше поторопись! У меня строгая диета, знаешь ли... - самым голодным был Богомол. - Какой ты эгоист! – прошипела Гадюка.       От голода мастера вели себя весьма сварливо и не прошло и секунды, как они начали ругаться, припоминая друг другу всё, что когда-либо между ними происходило. От этих дурацких склок По захотелось придушить их всех разом, но вместо этого, он решил разрядить обстановку иначе: - Эй-эй-эй! У нас с Сонг есть одно ПОТРЯСНОЕ предложение.       Воины затихли в ожидании и все как один уставились на пару. - Как насчет того, что бы совершить что-то дикое, спонтанное и не обдуманное. Бросить вызов системе и... ПОЙТИ НА ПИКНИК? – панда закусил губу в ожидании их ответа.       Но друзья лишь удивленно переглянулись. - Сейчас? Но как же Шифу? Он не... - начал Журавль - Шифу я возьму на себя! И мытье полов скорее всего тоже... От вас требуется только согласие и... пельмени. И ещё пирожки. И торт из тофу. И персики. - Идём, будет весело! – подхватила Сонг. - По мне идея неплохая. Я за! - улыбнулся золотистый лангур. - Если там я наконец-то поем, то я в деле, - соизволил Богомол.       Гадюка также согласно кивнула, да и Журавль был не против.       Через полчаса все собрались за деревней на небольшой поляне, усеянной огнем опавшей листвы. Место было тихим и к удивлению друзей ещё не занятое солдатами. Леди Тени уже подготовили всё для пикника, а близняшки даже захватили с собой пару бутылок сливового вина. Как и было обещано, мастера принесли пельмени, пирожки и всё остальное. "Неистовая четвёрка" была приятно удивлена, увидев приготовленный сюрприз и вскоре, все уже по полной наслаждались отдыхом на природе. За весёлыми беседами и вкусной едой, По едва не забыл о самом важном. - Ребят, ребят! Секундочку внимания! – панда резко вскочил и принялся стучать палочками по пустой бутылке. - А-а-а, пельмень в штанах. Да это прям ретро, Обезьяна, - усмехнувшись, панда быстро слопал пельмень из штанов, и принялся ждать, когда все уймутся. - Это очень хорошо, что вы все такие веселые и задорные. Потому что сейчас я собираюсь сказать вам что-то... - продолжил он.       Друзья окончательно умолкли и уставились на По. - Я очень долго обдумывал это в своей большой чёрно-белой голове, и принял решение. Я отправляюсь на фронт вместе с армией генерала Лао-Йинга! Правда круто?       От столь неожиданных и шокирующих новостей девушки ахнули, а Обезьяна едва не подавился и тут же начал заливать застрявший в горле кусок вином, дудоня его прямо из бутыли. - По, если это был розыгрыш, то он тебе удался. Так уж и быть - ты победил, - откашлявшись, вымолвил он. - Ты это серьезно? Ты что, не слышал, что сказал Шифу? Нам ведь нельзя воевать! - начал нудить Журавль. - Да всё в порядке! - По опустился на колени и приложил к ушам две тарелки, - "Ты Воин Дракона! Не существует правил для такой потрясности!". Ну, он вообще-то не совсем так сказал... - Но... как же так? Это же война, По! Там будут твориться ужасные вещи! – заволновалась Гадюка. - Ну как вы не понимаете ребят... Мне преставился шанс защитить свою страну, защитить Долину Мира и вас, и я буду не я, если им не воспользуюсь! - И когда ты собирался мне об этом рассказать?! – Сонг резко поднялась. - Эм... я хотел... но я не знал... э-э-э... ну... - замешкался панда.       Сверкнув глазами, Сонг развернулся и поспешно направилась в неизвестном направлении. Воину Дракона не оставалось больше ничего, кроме как последовать за ней, в то время как остальные пытались переварить только что поступившую информацию.

********

      Во мраке тюремной камеры, Куан-Дэй пытался уснуть, но сон никак не мог проникнуть в его воспаленный разум. Фазан всеми силами старался усмирить безумный ураган мыслей, но ему становилось только хуже. Он чувствовал, что его череп вот-вот расколется, но тут в его голове снова прозвучал демонический голос: - Ты чувствуешь это? Чувствуешь, как безумие пожирает тебя изнутри? - Заткнись... – процедил Алый Мастер.       В ответ грохочущий хохот чуть не лишил его слуха. - Как жаль, что я не могу увидеть тебя со стороны... Наверняка это жалкое зрелище. Должен признаться, в твоей голове стало крайне не уютно... Всё такое разрозненное, беспорядочное... - Что тебе надо от меня? Зачем ты говоришь со мной?! Перестань сводить меня с ума! – застонал Дэй и повалился на пол. - Безумный глупец! Только благодаря мне, ты всё ещё жив! Лишь благодаря моей силе ты достиг величия Богов! Но безрассудно утратил его по своей собственной глупости! Как и все смертные, ты всего лишь раб! - Оставь меня! Хватит! ХВАТИТ! – завопил Куан-Дэй и начал извиваться на полу в конвульсиях. - Эй! А ну умолкни! А то подвешу тебя над воротами вниз башкой, спятивший ублюдок! – прокричал, проходивший мимо тюремщик и звонко вдарил булавой по прутьям решетки. - А ведь он прав... Ты сошел с ума. Мысли разрывают твой череп, льются через край, словно жидкость в переполненной чаше. Какие же вы слабые... Ки-Па изрёк мне эту истину еще много эпох назад. Неужели потребовались тысячелетия, что бы доказать это? - О чем ты говоришь? Кто такой Ки-Па? Кто ты? Кто я? Кто я... кто я... - Куан-Дэй начал бессмысленно повторять последние слова, полностью отдавшись своему отчаянию. - Ты ничтожен! Но, даже такому никчемному созданию судьба даровала ещё один шанс... Если ты действительно жаждешь узнать истину, то неужели позволишь себе истлеть в этой камере? - Как? КАК?! – Дэй вскочил и, прильнув к прутьям, принялся их трясти, будто действительно верил в то, что его сил хватит, что бы выломать их, - Если бы я только мог отсюда выбраться... Если б мог... - И ты можешь, Куан-Дэй... Впусти меня... Позволь наполнить твои жили яростным пламенем! Обрети былое могущество вновь! Вновь стань достойным называться Алым Мастером!       Фазан молчал ещё несколько минут, пытаясь успокоиться и собраться с духом. Совершив несколько дрожащих вздохов, Дэй отошел от решетки и закрыл глаза. Когда он снова очутился в мрачном мире своего разума, вокруг него вспыхнуло красное пылающее кольцо. Огненные языки плавно перетекали, из-за чего казалось, что кольцо медленно движется вокруг него. Только сейчас он начал различать в пламени змеевидные черты. Огонь стал постепенно приобретать очертания алого дракона, питоном извивавшегося вокруг него. Закончив свой змеиный танец, дракон повернул рогатую голову в сторону обомлевшего Куан-Дэя: - Я – твоя сила! Так позволь же мне вновь вести тебя к величию! - Я готов.       Алый змей довольно ухмыльнулся и, обратившись сплошным горящим потоком с демоническим хохотом объял тело Куан-Дэя.       В ту же секунду глаза Алого Мастера начали источать слепящий жёлтый свет, а его тело охватили кроваво-красные языки. Когда из пылающих глазниц начали струиться шипящие слезы, материализовавшийся из огня дракон пролетел сквозь решетку, мгновенно превращая её в лужу раскаленного металла. Вылетев за пределы камеры, полупрозрачный змей устремился ввысь, поджигая всё на своём пути. Достигнув свода огромной пещеры, дух издал искаженный рёв и взорвался всплеском огненных брызг, которые медленно падали и оседали на деревянные мосты и балки, как огненный снег. На всех уровнях стражники толпами высыпались из казарм, хватая оружие и вёдра с водой. - Пожар! Пож-а-а-а-р! Не дайте огню добраться до камер! – вопил буйвол-надзиратель.       В воцарившемся хаосе никто не заметил, как едва различимый в дыму силуэт вышел из камеры шестьдесят три. Разве что, бежавший мимо стражник. Тот самый, что носил Дэю еду и обещал подвесить вниз головой. - Эй ты! А ну живо вернись в свою камеру!       Обернувшись на крик, золотистый фазан одарил его мрачным взглядом. - Я не могу этого сделать. Я должен узнать... - Совсем с катушек съехал! Ни хочешь по-хорошему, тогда пеняй на себя! – выкрикнул носорог и, наставив на беглеца копье, ринулся в атаку.       Мастер легко увернулся от блестящего острия, просто немного отклонив корпус в сторону. При следующем выпаде, он пропустил древко под крыло и лёгким движением второго выбил оружие из лап нападавшего. Перехватив копьё в воздухе, он крутанул его за спиной и приложил очумевшего охранника древком по морде. После чего совершил быстрый разворот и принял сложную боевую ипостась, низко приклонившись к земле и держа копьё под крылом так, что его наконечник выходил у него из-за спины. Дэй совершил всё это рефлекторно и сам ещё не до конца понимал, как ему это удалось. Носорог уже собрался дать деру, но передумал, как только на шестой уровень поднялся отряд стражников. Достав из-за пояса булаву, тюремщик ухмыльнулся и, занеся её над головой, бросился на врага. Следующие приёмы Дэй также провёл по наитию: быстрым хлещущим ударом обезоружив врага, он отступил на один шаг и сделал изящный выпад, при этом встав на одну ногу. Остриё мягко прошло в рёбра стражника. Всё произошло так быстро, что тот даже не успел вскрикнуть. Увидев смерть товарища, носороги с разъяренными криками набросились на его убийцу. Но едва тело рухнуло на пол, как Алый Мастер тут же провёл сложную комбинацию атак. Раскручивая копье за спиной, он параллельно совершал смертоносные выпады и быстрыми ударами переламывал противникам кости. Когда из двенадцати стражников остался лишь один, Дэй нанес ему изящный удар, очертив ногой почти полный круг, после чего вонзил копьё в его столбовидную ступню, пригвоздив к земле. Носорог вскрикнул и тут же получил древком промеж глаз, когда мастер отогнул его назад и оно пружинящим движением впечаталось в его морду.       Оставив носорога валяться на полу, Куан-Дэй поспешил к подъёмнику, но прожорливое пламя добралось и до него. Истлевшие веревки больше не могли удерживать платформу и она, вместе поддерживающими балками, обрушилась вниз. Вскинув голову, фазан увидел широкий каменный мост, ведущий к воротам. Он находился на четыре уровня выше. Не став терять времени, Алый Мастер вбежал вверх по стене и, оттолкнувшись, приземлился на каменный парапет на противоположной стороне. Оттуда он смог подняться выше, перепрыгивая по торчащим из стен горизонтальным деревянным брусам. Вновь воззвав к Душе Дракона, мастер придал себе ускорения и стремительно взмыв в воздух, через несколько секунд оказался на мосту. Это была финишная прямая к его свободе. - Сюда! Все сюда! – заорал один из охранников, завидев Куан-Дэя, – Забудьте про пожар! Не дайте ему сбежать!       От ворот на Дэя двинулся строй тюремной стражи. С противоположной стороны также приближалась толпа вооруженных до зубов громил. Неожиданно вспомнив этот сложный приём, мастер начал плавно водить крыльями, выполняя приём собственного изобретения, так называемый "Танец Алых Змей". В воздухе начали вспыхивать тонкие полоски пламени, полностью повторяющие движения его крыльев. С каждой секундой алых лент становилось всё больше и они начинали двигаться всё быстрее, пока вокруг Изгнанного не закружился пылающий саван. Грациозный драконий танец продолжался и с каждым шагом, с каждым взмахом, Дэй всё ближе подходил к цели, а пылающие ленты нещадно испепеляли приближавшихся к нему врагов, плавя доспехи и развеивая их тела белым пеплом. Ни стрелы, ни клинки не могли поразить его, мгновенно испаряясь в бушующем огненном шторме. Достигнув врат, Алый Мастер собрал кружащие полосы огня в единый поток и, спиралью обогнув мастера, пламенный язык "лизнул" твердь окованных врат. Прожорливые огни плавными волнами растеклись по высоким дверям, оставляя за собой лишь тлеющие угли. В считанные секунды, ворота обратились серой золой и порыв ветра снаружи развеял их пепельным снегом. Выйдя на улицу, Изгнанный вдохнул полной грудью и обратил свой взор на восток. Туда, где его ждали ответы.