Пулеметный волк

Серая тварь атаковала быстро и напористо, но умерила свой пыл, напоровшись на выставленное копье, некогда бывшее черенком от швабры. Второй удар копья обороняющийся мужчина направил в морду еще одному волку, попал в глаз и тут же еле успел оттолкнуть напавшего сзади хищника ударом незаточенной части в чувствительный нос. Большая темная волчица прыгнула, одновременно с ней в атаку на человека рванулся еще один любитель мяса, и тут уж человека сбили с ног, принялись катать по земле и пытаться разорвать на две части. Треск электрошокера волков не отпугнул, это все же не собаки, но они отвлеклись — и этого было достаточно. Человек вывернулся из-под хватки челюстей и бросился бежать, после чего залез на сарай и наблюдал за происходящим уже оттуда. Метрах в десяти от волков стояла высокая девушка в армейской форме и с «Тигром» в руках, который мало понимающий в оружии мужчина определил как СВД. К руке был скотчем примотан электрошокер, из рюкзака торчал приклад явно укороченного помпового дробовика, хотя видно его толком не было. Волки оскалились, как-то сжались и медленным, аккуратным шагом пошли навстречу женщине, которая ответила выстрелом, прикончившим одного волка и ранившим другого. Темная волчица кинулась первой, и первой получила из дробовика по оскаленной морде, даже заскулить не успела. Остальные попятились, двое смельчаков были убиты на месте, еще один — для острастки. Волки, хоть это и не в их природе, развернулись и бросились бежать, оставив еще троих лежать на слегка припорошенном снегом асфальте. Цепь со свистом рассекла воздух, позаимствованная из разграбленного спортивного магазина боксерская груша в виде человека согнулась до основания, да еще и лишилась незначительной части лица, которое, и прежде не прорисованное в деталях, теперь виднелось кучей выщербин и бугорков. - Ну и ну… а если на человеке такое? - спросил стоявший в стороне Механик. - Это вряд ли можно будет назвать человеком. - отозвался Манул, повторяя удар. - чудо, если еще жить останется, но на людях я это не пробовал… не, ну дрался, конечно, не зря одиннадцать лет угробил, но за такое тогда легко сесть… а сейчас сам видишь, но вот только-только братец прислал цепь нормальную. - А тебе сколько вообще лет? - поинтересовался Механик, вертя в руках один из своих ножей. - Тридцать девять. - Врешь ведь! - Да. Механик довольно давно знал Манула, и только по его отрывистым знаниям Мануловой биографии можно было понять, что он персона несколько… необычная. Про детство ничего неизвестно, потом долгое время состоял в языческой секте, где и обучился этой странной технике обращения с цепью, которую и боевой-то не назовешь… то, что он был язычником, Механик узнал с удивлением, но от Манула можно было ожидать подобного, с его-то поведением. Пятнадцать минут спустя Манул сидел у самой стены, за которой уныло бродили зараженные, примерял, как лучше приладить новенький прицел к АКСУ, и стоит ли просить местного оружейника с этим разобраться. Алексей появился неожиданно, в том, что это именно он, Манул не сомневался: он до сих пор слегка прихрамывал из-за подвернутой лодыжки. - Давно хотел задать вопрос… как твой шизанутый братец втянул тебя в эту секту и каким образом стал главой Убежища? - заговорил Алексей. Манул резко развернулся, и даже под противогазом была видна ярость, вопрос его очень сильно разозлил. Алексей невольно замер, ожидая взрыва гнева, но Манул отреагировал весьма неожиданно. - Иди в пень. И развернулся обратно. - Но я просто… интересно… - проговорил Алексей. - Иди. В пень. - С таким-то братцем!.. Цепь сверкнула молнией и ударила Алексей в грудь, он слетел со стены и растянулся на земле. - Ему в этой исламской секте мозги промыли… - пробурчал он примерно через десять минут, когда смог-таки разговаривать. - Да там не исламская… - отозвался Петрович. - он мне раз говорил, что Комаров ему брат не родной, он вообще еврей, вот и секта была… Манул все так же сидел на стене лагеря «Оплот» и размышлял то ли о новом прицеле, то ли о том моменте, когда брат предложил ему выбор между экстремальным вождением или обучением бою цепью. Семнадцать человек, которые ждали конца света, каждый из которых владел определенным навыком и старался научить других, стали его семьей. А за выдумку с сектой он сам себя временами хвалил, потому что не доверял никому, даже рейдерам. Он верил только автомату и цепи, потому что они не встанут на сторону врага, если предложить им что-нибудь выгодное… - Что?! - Повторяю еще раз: у нас гигантская гора камней, обрушенное здание, просто завал на дороге в Красное. Других путей попросту нет, только через Косую балку… - Этот вариант не рассматривать. - отрывисто произнес человечек с бегающими глазками, сидящий за заляпанным чем-то рыжим столом и как-то странно, у уха, держащий рацию. - Мы не разберем завал так быстро, эвакуация людей невозможна! - продолжал голос на другом конце. - от этого зависят жизни! - Поедем через Косую балку — умрут под пытками. - У нас же есть БТР! - Они согласятся? - Не сволочи ведь, люди. - Как знать… Алексей вывернул руль, разворачивая БТР вслед за грузовиком с людьми, которые на каждом повороте едва не вываливались из битком набитого кузова. В основном — женщины и раненые, детей немного, да и те все больше малявки, сидящие на руках матерей. Косая балка еще до Заражения была в этом городишке местом страшноватым: одни бандюги кругом, притон устроили и живут теперь себе… как рассказывали, грабанули они военный склад и от нехватки оружия не страдают, теперь хотят стать единовластными хозяевами, вот и устраивают акции устрашения вроде обрушенного здания на дороге… или все-таки они специально, чтобы конвой поехал через балку? Грузовик подпрыгивал на каждой маленькой ямке, так что БТРу приходилось ехать на расстоянии от него, а то еще попадут мирные под колеса. Все началось в самый ожидаемый момент: на повороте, которые предшествовал спуску в балку. Ржавая «Газель» выехала из кустов, встряла между «Бережком» и грузовиком, продемонстрировав Пулеметному Волку четверых бугаев с ПКМ, которые сидели в открытом кузове и явно готовились стрелять. Манул спокойно жахнул с АГС, отправив к чертям и людей, и «Газель». - Твою мать! - крикнул Механик, чья голова в армейском шлеме торчала из люка вместе с автоматом. - они ж… Еще один грузовик ударил БТР в зад, грузовик оттеснила с дороги выкрашенная в ярко-красный бронемашина, и все это врезалось в выстроенную из разломанных на мелкие части цементных блоков баррикаду. Двигатели «Бережка» заревели, отталкивая напирающую сзади машину, она медленно, но верно поддалась усилию и сдвинулась, освобождая Пулеметному Волку пространство для маневров. Тем временем мирных уже вытащили из грузовика и раскидали по кустам, оставив в поле зрения рейдеров человека, держащего пистолет у виска пацана лет пятнадцати. - И что же вы будете делать? Убьете меня? Но я и мальчишку прихвачу! - насмешливо крикнул он. Два выстрела грохнуло с секундной задержкой, два тела упали на землю. Пулеметный Волк долбанул «Корнетом» по баррикаде, пока Манул залезал обратно в люк. - Жалко пацана. - пробормотал Петрович. - Жертв было бы больше, если бы мы задержались. - сказал Механик. - Не суди, пока суд не начался. - оборвал его Манул. «Суд» здесь понималось не совсем в прямом смысле. Облезлая вывеска на воротах свидетельствовала о том, что здесь начинается территория летнего лагеря «Солнечная река». Забор некогда был просто железной сеткой, теперь же его обшили металлическими листами, навалили бревен и добавили бетонных блоков, получив в итоге трехметровую стену, которую пехотинцы попросту не возьмут. На БТРы она не была рассчитана. АГС проделал в ней брешь, ровно достаточную для прохода «Бережка», который тут проехал сквозь нее и с ходу вступил в неравный бой. Первые минут десять неясно было, неравный для кого: бандиты брали числом, уже около пяти сидело на БТРе вне зоны поражения, но остальные не могли подобраться из-за яростно плюющегося огнем ПКТ. Потом оба люка одновременно распахнулись, из одного выскочил Манул со щитом наперевес и в секунду лишил жизни двоих выстрелами из АКСУ, одного ударил краем щита в лицо и добил ударом острого угла в горло. Последний изловчился и нанес удар прикладом ТОЗа по затылку, но разрядить его не успел: Петрович быстро перерезал ему горло и помог подняться Манулу. Перепуганные бандюги пытались убежать подальше от БТРа, но Механик за пулеметом не упускал никого, выдавая каждому уроду порцию латуни. Из большого здания, бывшего некогда спальным корпусом, доносились стоны. Один, особенно протяжный, закончился резким, отрывистым выстрелом. Пулемет прошелся по окнам, и тут же выстрелы из здания участились: бандиты расстреливали пленных. Рейдеры вылезли из БТРа и полезли в окно. Петрович с неизменным двуствольным штуцером лез первым, за ним следовал Механик с АКМАС (Автомат Калашникова Модифицированный Авторства Сергея), за ним — Манул с АКСУ и последним — Алексей с «Вепрем». Все в бронежилетах, на Механике армейский, на остальных самодельные шлемы, переделанные из мотоциклетных. Бандиты не были готовы к внезапной атаке, поэтому рейдеры без единой царапины зачистили первое помещение, и только во втором встретили сопротивление: толстый бородатый мужик с пулеметом развернулся и успел выпустить пять-шесть пуль, прежде чем смерть настигла его в виде пули Манула. Через двадцать минут все было кончено: с десяток пленных бандитов стояли со связанным руками, раненых добивали солдаты «Оплота». - Вот он, вот он! - истошно закричала старуха с культей вместо руки, указывая на мужчину с неаккуратной щетиной в сильно порванной кожанке. - он мою детку замууууучил!.. Манул подошел к нему, слегка улыбнулся… его никто не успел остановить. Цепь описала красивый, ровный круг и ударила грузиком на конце по виску мужчины. Удар был настолько силен, что того протащило пару метров по земле, а на цепи остались маленькие кусочки мозга. - Но… но зачем? - удивленно спросил Механик. - Ты хотел узнать, как работает этот удар. - ответил Манул. - вот так. - Как знать. - ответила девушка, отрезая здоровенным мясницким ножом колбасу. - тут их не то, что бы мало, но и не много прямо… Мужчина, которого девушка называла Дмитрием, неуверенно взял нож и попытался тоже отрезать колбасы… Кровь перестала течь минут через пятнадцать. - Знаешь, Лера… сейчас, сравнивая два мира, старый и новый, я все чаще задаюсь вопросом… На лице Леры отразилось недоумение. - Два мира? Так был еще один? Лицо Дмитрия посерьезнело. - На такие темы не шутят, Лера. - Я… я ничего не помню. Я просто проснулась где-то… в больнице… там все вот это лежало. - она кивнула на свою одежду, «Тигр» и рюкзак. - и еще у меня не было волос, а сейчас растут очень быстро. Дмитрий усмехнулся. - Ты вот говоришь, что ничего не помнишь до пробуждения… а как ты тогда знаешь, как выглядит больница, с какой скоростью должны расти волосы? Ты ведь не встретила ни единого человека до меня. - он прищурился. - ты явно что-то скрываешь! -Только вот сама не знаю, что. - бросила Лера. - и вообще, уходи отсюда, раз только и ищешь повод меня обвинить! Я просто знаю, и не могу объяснить, откуда. - Предположим, я тебе поверил. Чердак был не лучшим укрытием, но стаи волков и одичавших собак, жестко конкурировавших за еду, буквально заполонили всю окраину города, вытравив оттуда людей. Зараженных вообще не наблюдалось: они были слишком медлительны и не могли почти ничего противопоставить волкам и собакам, которые стремительно набрасывались на них, валили на землю… Дмитрий с копьем и гораздо лучшей реакцией не выжил бы, а что про зараженных… Лера относилась к ним презрительно: она могла идти у них на виду, и что они ей? Заплюют? Она могла легко убежать, а дробовик не давал им шансов атаковать из-за угла. Снег медленно, как-то неохотно падал на землю и собирался там небольшими кучками. Ветер подхватывал его и кружил по спирали, пока он не падал на асфальт. Жизнь едва теплилась в утепленных палатках, которые служили хоть какой-то защитой от холода. Мини-обогреватель, яркий фонарь, поставленный светом вверх… у рейдеров было уютно. Все четверо сидели и перебрасывались в карты, Манул методично хрустел крекерами, сняв ради этого противогаз. Дохрустел и, кинув Петровичу крестовую даму и наблюдая за тем, как он небрежно, легким движением кисти отбивается от остальных троих игроков, Манул разорвал упаковку каких-то мармеладок, недавно позаимствованных из супермаркета. Вообще налеты на магазины делались в день по два раза: Новосибирск — огромный город, магазинов много, и мирные вместе с военными набивали все доступные карманы едой, вещами из спортивных магазинов… да вообще им тут неплохо жилось, это тебе не Убежище, где едят одни консервы по четкому пайку. Манул всегда считал брата параноиком, пока сам таким же не стал, но это было уже слишком: Комаров ведет себя, как будто на дворе война ядерная! Никаких вылазок наружу, запасы расходуются по минимальной норме… не для рейдеров это. Механик взял реванш за предыдущие четыре игры, буквально в два хода выкинув шесть карт. Манул оказался вторым, а что дальше — дослушивать не стал: молниеносным движением выскочил из палатки в объятия декабрьского холода. Он спокойно шел по лагерю в своей неизменной куртке под городской камуфляж, в противогазе, в шапке. АКСУ к нему словно приклеился, да еще кобура с ПМом видна была. Цепь оставил в палатке. Сильный удар сзади пришелся по затылку, еще один добавили по спине. - Это приказ Комарова. - прошептал наклонившийся над ним человек. - Хлыст? - слабо проговорил Манул. - Извини, друг. Ветер заглушил звук выстрела. В ржавом УАЗике осталось немало бензина, да еще в гараже три полных канистры… красота! Дмитрий умел водить получше своей спасительницы, которая теперь спала на заднем сиденье. Дмитрия начинало клонить ко сну, хотелось остановиться на обочине и поспать хотя бы полчаса… Лера вовремя ударила отключившегося водителя, заставив его подпрыгнуть. - Ты опять спишь! Хватит! - крикнула Лера. - тебя бы выкинуть отсюда, проблем будет меньше! - Ты сначала водить научись, потом претензии выставляй. - хмыкнул Дмитрий. Лера досадливо отвела взгляд: он прав. Машина тем временем размазала встречного мертвеца, девушка закричала... ||Флешбэк|| - Ты… ты не можешь! - крикнула Лера. - ты меня не оставишь! Ее муж не оторвал взгляд от окна, из которого был виден засранный хулиганский район, а на горизонте дымили заводские трубы. - Ты слишком много думаешь о себе! Ты готовишься к концу, но для меня ЭТО конец! - она надрывалась от крика, смешанного с плачем. Муж повернулся к ней. - Что именно? Нам что, жить не на что? - Но зачем?!.. Спустя неделю она узнала об редкой форме опухоли головного мозга. Единственным источником освещения в этой комнате был свет от экранов, голубоватый и прерывистый. Три тени, две из них в военной форме, стояли около них и о чем-то спорили. - Я не собираюсь делать оружие. - категорично заявил немолодой человек в лабораторном халате - «Панацея» была не для… - Вы и не будете. - отрезал один из военных. - это не оружие, это инструмент для улучшения солдат. - Что используется в войне… - Довольно — оборвал третий, до сих пор хранивший молчание. - Русаков, вы согласны с нами сотрудничать? Мужчина покачал головой, и тут же она разлетелась на множество мелких частичек. - Сколько уже получили сыворотку? - Четверо. Один весьма интересен… девушка с опухолью мозга… ее уже нет, этой опухоли! Отмечен усиленный рост волос… Надписи «тревога» вспыхнули красным, сирена протяжно завыла… но людей уже было не спасти. Один из пациентов, покачиваясь, встал, встал и закричал так, что уши готовы были взорваться. Он же две минуты спустя доедал тело того, кто его создал — Русакова. Остальные зараженные уже рвались наружу. Кроме одного. Точнее, одной.