mercantile bitch

— Хей, Ви, сколько там ночка с тобой мне выйдет? — Яйца откати, дружок. Тебе деньжат не хватит. Проходя по коридору института, грубая омежка Ким Тэхён отшивает уже седьмого по счёту альфу, что ищут себе пару, дабы удовлетворить свои сексуальные потребности. Но, не на того напали… Через пару мгновений, Тэхёну прилетает подзатыльник, на что тот недовольно шипит и потирает ушибленное место, недовольно косясь на светловолосого хёна с пронзительным взглядом тёмных глаз, подведённых фиолетовым карандашом. — Я тебе говорил ждать меня? А если альфа какой безбашенный опять пристанет? На твои булки весь универ молится, а ты тут расхаживаешь… — Юнги был очень ворчливым омегой, но и с прекрасными формами, как накачанные бёдра, тощий, но упругий зад с прекрасным прессом в придачу. — Говоришь так, будто сам доска доской. Хён, я в конце концов ходил на борьбу и могу за себя постоять. Лучше скажи где Джин-хён? Его-то мы не будем полтора часа ждать, как тогда некоторых? — Съязвить Мину было святым делом, да и давно уже привычным. Не успели упомянуть старшего, как тот появился сзади и напугал друзей, положив ладони на плечи каждому. Запах приторно сладкого зефира со вкусом клубники заполнил лёгкие и заставил смаковать свой вкус на кончике языка, приятно расползаясь по телу. — Воооу, Хён, у тебя течка скоро что ли? — Мин снизил голос, прошептав. Ведь течка, вроде как, тема интимная, альфам знать не обязательно. — Если честно, — Ким заметно покраснел и отвёл взгляд. — Она уже началась… Нельзя же мне пропускать пары из-за неё! — Ещё одно существо тупоголовое. Хён, на кону твой девственный зад. Никогда не знаешь, когда таблетки решат больше не действовать. И вообще! Почему я об этом вам должен рассказывать? Ты ведь старше меня… — Юнги-я, не злись так, — Джин обнял со спины блондина и стал чуть покачиваться, пока Мин бухтел себе что-то под нос, но положил свои руки на руки старшего, что обнимали его. —  Будете долго обжиматься, уйду в столовую без вас и клубничное, и банановое молоко никто не получит, — только рыжему надоела вся эта ваниль, что так и несла от старшего хёна, Тэ решил применить шантаж. Ибо старшего никак не отлепить от кого-то, если он начинает обниматься.

***

Утро альфы с прекрасными антрацитовыми глазами началось не сладко. Будильник на телефоне звенит непонятно где, неужели он до такой степени вчера утомился, разбирая коробки? Вытянув руку из одеяла, пытался найти телефон, что постоянно лежал там, но к сожалению электронного друга там не оказалось. Уже злясь на свой переезд в новую квартиру, Чон сильно хлопает по тумбочке и соскребает ногтями до её края. Подняться без очередного мата не получается, ибо альфа путается в одеяле и смачно падает на пол, обрезаясь ногой об шариковую ручку. — Да блять! Только я так могу! — Гук выпутывается из плена одеяла, шипя от неприятной боли и видит багровое пятно, что всё больше растекается. Не замедляя, выпутывает ногу и откидывает одеяло, смотря, и трогая порез, что оказался не таким глубоким, но крови много. Встать и дойти до ванны проблем не доставило, только будет проблемой бежать до автобуса, и ходить по институту. Промыв рану и заклеив её пластырем, после забинтовав, тёмноволосый занимается водными процедурами, вспоминая, что даже не посмотрел время, и даже не выключил будильник. Наконец, надев одни боксеры и высушив волосы, спокойной походкой идёт в комнату, прихрамывая на ногу. На часах 6:15, занятия начинаются в 7:30, а автобус приходит в 7:00. Что ж, можно пока не торопиться. Повесив полотенце обратно сушиться, альфа идёт заваривать кофе, смотря себе в ноги и удивляясь как он ещё ходит. Ноги со стоп и до бёдер усеяны синевато-фиолетовыми отметинами, в некоторых местах видны белые маленькие лепестки орхидеи, а где-то видны и маленькие ростки этих орхидей. — Где же ты так умудрился? — вопрос остаётся риторическим, поскольку живёт теперь один. Поставив чайник кипятиться, Чон находит в движке пинцет, вату, пластыри, и бинт с зелёнкой, что сейчас так нужны. Ведь если не вытащить отростки, они пустят корни, и ходить будет невозможно, что уж там говорить о простом «вытащить эту дьявольскую занозу». Аккуратно дотрагиваясь до нежных лепестков и потянув в сторону, Гук снова шипит, ведь лепестки тоже имеют что-то вроде корней, но те не могут пустить их дальше. Окровавленные лепестки оказываются на столе, а пинцет вытаскивает вросшие ветви орхидеи. Закончив с этим занятием, слышится щелчок пластины электрочайника, оповещая о выключении. После завтрака, антрацитовые глаза альфы находят в шкафу телесного цвета свитер и светло-голубые драные джинсы, одеваясь. Захватывая рюкзак с тетрадями, наконец направляется в прихожую и накидывает чёрное пальто, залезая в излюбленные тимберленды, Чон прокручивает в голове не забыл ли что выключить, но появляется мысль о своём предназначенном, что точно будет с запахом этих орхидей, и голубики, что так любит альфа. Наконец, выходя из подъезда дома, его больше не преследует запах орхидей, тяжёлый запах бергамота и мяты, коими сам пахнет. Кое-как добежав до автобуса, садится в него и расслабляется, находя наушники, и любимую песню.

***

— Хей, Тэ, ты уже порвал джинсы дальше чем надо, лицо с руками порозовело, ты чего чешешься? — Старший был явно обеспокоен состоянием друга, что не съел ни кусочка из того что сам набрал, постоянно почесывая ткань джинсов на бёдрах и икрах. — Адски чешется… Поди опять соул что-то натворил… — Да ты сам вчера обмазал все свои ноги мазью от синяков! Бедный альфа весь зацвёл орхидеями уже… И как ты только умудряешься так калечиться? — Понятия не имею… — Эй, ребят, взгляните, — в глазах Юнги был неподдельный интерес, и взгляд был направлен на окно со стороны входа в здание. Он почему-то тоже почёсывал костяшки, бровь, возле губы? За теми окнами, стояла целая толпа людей и кто-то снимал, и кричал. Наверняка драка. — Идём разнимать? — Почему мы, а не альфы?! — Старшему явно не понравилась эта идея, но попробовать стоило. — Лучше омеги, запах которых дурманит, чем альфы, которых тоже могут избить. — Ты прав, Тэ. Ладно, пошли. Троица омег поднялась из-за стола и направилась на улицу. POV Тэхён Меня с утра настигало какое-то чувство странное. Чесотка, что была не так часто, решила меня добить, лишь бы я расчесал всё в кровь. Моего альфу кажется опять бьют, а к вечеру мне опять придётся вытаскивать лепестки и отростки орхидей из себя, забинтовывая. Неужели он не может угомониться на неделю хотя бы?! Когда мы выбежали на улицу и ворвались в толпу зевак, что смотрели на драку, смеялись, и снимали, тело зачесалось ещё сильнее, и стало жарко, сердце отплясывало чечётку. Почему я так волнуюсь, неужели..? Вырвавшись к «полю боя», предстала картина, как два альфы сцепились, принимая некоторые приёмы из борьбы друг на друге. Это была явно не дружеская тренировка, раз у обоих было много крови. Увидев Юнги на другой стороне, Мин дал мне знак и мы выбежали, схватив себе альфу в объятья, и прижав к себе, стараясь оттащить, как можно дальше. Только я вдохнул, как ноги начали подкашиваться, а лёгкие заполняться запахом бергамота и мяты с тонким шлейфом орхидеи. Зрачки расширились и я сильнее потянул на себя парня, не рассчитав силу, и опрокидывая на себя. Получилось так, что тот навис надо мной. Взгляд тёмных, словно ночь, глаз запал в душу, но я только через минуту заметил что у него расчесанная бровь, губа и виднеется окровавленная коленка, с торчащим бинтом из-под джинс. Что происходило у Юнги я не видел, да и не желал, ведь загляделся на губу, по которой стекала капелька крови, что так захотелось попробовать её на вкус. — Может слезешь? — сглотнув и устремив холодный взгляд в его пронзительный, я пытался его оттолкнуть, но оказалось не так легко. Зрачки альфы расширились и он придавил меня своим телом, утыкаясь в шею носом, и вдыхая запах. — Эй, хватит меня нюхать... Конец POV Тэхёна — Имя… — Что? — Имя твоё как? — Тэхён. Ким Тэхён. — Чтож, Тэхён, не покажешь мне институт? — слезая с Кима, Чон задавал очевидные вопросы, что и выдавали его статус новенького. По небольшому пространству разнёсся звук удара по чужой ладони, что была протянута в знак помощи, на что повернулась толпа зевак. — Не в этот раз… Омега встаёт с асфальта и отряхивает футболку с джинсами, уходя в здание института, пока Гук недоумевая потирал ладонь, смотря на те двери, в которые зашёл омега. — И что это было?