От ее руки: Высокий как честь.

- Пришло письмо из Белой Гавани, - сказал Робб, когда его леди-мать вошла в комнату, - прибыли корабли Станниса с золотом Короны. Его мать выглядела уставшей с тех пор, как лорд Старк с дочерьми и королевской свитой отбыл в Столицу. У нее были темные мешки под глазами, несколько уродовавшие ее, и Робб не слышал ее смеха уже много лун. - Хвала Семерым, - ответила Кейтилин, садясь за стол, - твой отец был бы рад слышать это. - Виман Мандерли заверил меня, что дюжина его лучших рыцарей обеспечит поставки в Винтерфелл, - сказал Робб, глядя на письмо, - и что их будет сопровождать несколько лучших стеклодувов, которых он сможет найти. Я должен немедленно написать Джону. - Будет ли этого достаточно? - спросила Кейтилин, ее лицо было нездорово бледным. - Возможно, у твоего отца, сестер и Бриенны больше нет причин задерживаться на Юге. - Король сочтет это подозрительным, если они покинут Королевскую Гавань, - сказал Робб, взглянув на свою мать, - да и король Роберт не отпустит его так легко. - Я понимаю, Робб, - вздохнула Кейтилин, - я просто хочу, чтобы они были дома. - Да, - мрачно сказал юноша, - я тоже. Кейтилин подошла к нему и ободряюще потерла его плечо. Он взял ее за руку и успокаивающе прижал к своему сердцу. - Я прочитал письмо Арьи, - внезапно сказал Робб, сдвигая бумаги на столе, чтобы найти его, - я не знаю, что делать. - Что такое? -нахмурившись, спросила женщина. - Не о чем беспокоиться, - заверил ее Робб. Его мать выглядела неуверенной. «"Дорогой Робб, - прочитал Робб, взглянув на Кейтилин, - отец говорит, что я должна практиковать свой почерк, и что я не смогу встать из за стола, пока не напишу тебе целое письмо. Он также сказал, что я должна написать о своей жизни в столице, но здесь ужасно скучно! Люди слишком боятся Нимерию, поэтому я не могу играть с ней нигде, кроме леса, и мне не разрешено ходить туда одной. Санса всегда с принцессой Мирцеллой, - играет в куклы и шьет. Я пыталась гулять с ними, но их разговоры слишком глупы и скучны. Итак, я решила написать тебе сказку. Захватывающую, - лучше, чем могла бы рассказать Старая Нэн. Если Бран и Рикон не смогут уснуть, ты сможешь прочитать ее им. Я пыталась сделать ее как можно более интересной... Он передал письмо своей матери, и она прочитала его. - Все их письма перлюстрируются, - сказала Кейтилин, - так же, как и наши. Она не может писать правду. - Но что она хочет сказать нам этим? - Робб нахмурился. - Я не понимаю. - Я не знаю, - обеспокоенно сказала Кейтилин, - я бы все отдала, чтобы поговорить с ней. Робб снова взял письмо. - Еще не время, - сказал он, качая головой, - нам придется довольствоваться письмами. *** - Робб! - крикнул Бран, когда его брат вошел в комнату. - Робб! - восторженно повторил Рикон. - Тише, - заворчала старая Нэн, - вы, мальчики, разбудите весь замок. - Послушайте ее, она права, - сказал Робб, улыбаясь своим младшим братьям, - Нэн, я уложу их. - Как пожелаешь, господин мой, - прохрипела старая Нэн. Роб помог ей подняться и провел в коридор. - Сегодня я занимался со старшими мальчиками, - взволнованно сказал Бран, - Джори сказал, что я становлюсь лучше! - Да, - серьезно кивнул Робб, - я слышал. Скоро ты станешь настоящим рыцарем. - Ты уверен, что мы не можем навестить отца в столице? - с надеждой спросил Бран. - В Королевской Гавани полно настоящих рыцарей. - Нет, - коротко сказал Робб, поднимая Брана и усаживая его на кровать, - извини, Бран, но мы не можем. Лицо Брана исказилось, на его чертах было написано несчастье. - Мы не можем поехать в столицу, - тихо сказал ему Робб, - и пока не сможем увидеть отца и девочек. - Или Бриенну, - добавил Бран. - Или Бриенну, - согласился Робб, - но у меня есть кое-что особенное для тебя. Он достал письмо Арьи из своего кармана, и Бран заинтересованно посмотрел на него. - Что это?-спросил Бран. - Арья написала нам сказку, - сказал Робб, разглаживая пергамент на коленях, - она ​​написала, что хочет, чтобы я рассказал ее тебе и Рикону. Он взял Рикона и усадил его на кровать рядом с Браном. Бран приобнял своего младшего брата и они выжидательно посмотрели на Робба. Робб сел ближе к камину и начал читать. - Давным-давно, - начал он. - Как сказка Старой Нэн,- прервал Бран. - Да, - согласился Робб, - как в сказках Старой Нэн. Когда-то был кузнец, который жил на очень высоком холме у королевского замка. Его звали Джендри… - Джендри? - переспросил Бран, выглядя озадаченным. - Да, Джендри, - сказал Робб, - это распространенное имя на Юге. Не перебивай, Бран. - Его звали Джендри, - читал Робб, - у него не было знатного происхождения, земель или богатства, но он делал самые красивые мечи и доспехи. Рыцари со всего королевства стекались к его кузнице, чтобы купить его товары. Даже король пришел, чтобы заказать у него молот. Джендри стал знаменитым, все знали его имя. Он был известен во всем мире своим лучшим творением: шлемом с бычьей головой. Но другие кузнецы вскоре стали завидовать его успеху и мастерству. Они наняли ведьму, чтобы наложить проклятье на Джендри, чтобы он умер мучительной смертью. - Ох,- прошептал Рикон, и Бран легонько толкнул его плечом. Робб прикусил губу, чтобы скрыть улыбку, и продолжил. - Ведьма пошла к кузнице Джендри и шпионила за ним. Она посмотрела на прекрасные вещи, которые он сделал, и увидела доброту на его лице. Ведьма решила, что она не сможет его убить: он был слишком добрым и невинным. Ведьма подошла к Джендри и рассказала ему о заговоре. Она убедила его убежать далеко, чтобы зависть его врагов не могла застигнуть его. Он плакал, потому что ему было грустно покидать свой дом. Но он знал, что совет ведьмы был разумным, поэтому собрал все, что мог унести, и поехал на север в поисках счастья. - В Винтерфелл, - закивал Бран. - Возможно, - мягко сказал Робб, - когда Джендри ехал по дороге, он встретил мальчика, у которого руки были такими же зелеными, как трава в летний день. Джендри тепло поприветствовал мальчика, но заметил, что он выглядел грустным. Мальчик сказал Джендри, что он любит больше всего на свете - красить одежду во все цвета радуги. Но у него кончилась ткань. Никто в городе больше не нуждался в одежде, все были одеты в его прекрасную работу, он больше никому не был нужен. Поэтому Джендри пригласил мальчика по имени Ломми поехать с ним. - Ломми тоже южное имя? - спросил Бран. Робб покачал головой. - Я не знаю. Я не думаю, что когда-либо слышал такое имя. Он продолжил. - Ломми и Джендри ехали много ночей и много дней, пока не натолкнулись на дремучий лес. Они решили поехать по заросшей тропинке в поисках приключений. В самом сердце леса они обнаружили небольшой городок, выглядевший опустевшим, за исключением одного дома. В окне ярко горел огонь, и Джендри и Ломми очень хотелось сесть у очага. Они постучали в дверь, и ее открыл высокий мальчик в фартуке, весь покрытый мукой. Он был пекарем по имени Горячий пирог... Бран и Рикон разразились смехом. - Его звали Горячий пирог, - продолжал Робб, прикрывая свой собственный дергающийся рот, - он любил выпекать всевозможные пироги, пирожные и хлеб. Но ему было грустно, потому что в городе не осталось никого, чтобы есть его выпечку. Они все убежали в лес, скрываясь от чудовища. Рикон ахнул. Лохматик, лежащий у его кровати, поднялся на ноги, потянулся и вскочил на кровать, устроившись между мальчиками. Рикон сразу же приобнял его за пушистую шею. - Горячий пирог попросил Ломми и Джендри помочь ему найти чудовище и убить его. Если они добьются успеха, тогда все горожане смогут вернуться. Джендри и Ломми признались, что мало что знают об убийстве чудовищ, но решили попробовать. Все трое шли сквозь деревья, пока не достигли основания великой горы. Там была пещера, ведущая в гору, и Горячий пирог сказал, что это должно быть и есть логово монстра. Поэтому Джендри надел свои прекрасные доспехи и блестящий шлем. Он первым вошел в пещеру, а Ломми и Горячий Пирог тихо крались позади него. В самой задней части пещеры дремал чудовищный дракон. Каждый раз, когда дракон выдыхал, из его ноздрей вырывался серый дым. Джендри медленно подошел к дракону и ткнул его своим мечом. Дракон проснулся с фырканьем, и мальчики быстро отошли от него. - Ай! - воскликнула дракониха, моргая своими большими желтыми глазами. - Почему ты меня разбудил? - Дракон - девочка? - удивился Бран. - Конечно, - сказал Робб, - это же сказка Арьи. Дракон должен быть девочкой. - Мы пришли попросить тебя прекратить терроризировать город, - дерзко сказал Джендри, - все горожане настолько напуганы тобой, что убежали. Дракониха выглядела обиженной и из ее носа вылетели искры. - Я никого не терроризировала, - сказала она, - я была одинока и голодна. Никто не слушал меня, когда я пыталась с ними поговорить. - Ты напугала нас, - сказал Горячий пирог, - мы думали, что ты хочешь нас съесть. - Я не ем людей, - возмущенно сказала дракониха, - я не монстр. - Драконы - монстры, - утверждал Бран, - драконы Таргариенов жгли людей и города! Так говорит старая Нэн. - Она также говорила мне, что небо голубое, потому что мы живем в глазу голубоглазого гиганта по имени Макумбер, - сказал Робб, пожимая плечами, - могут быть и дружелюбные драконы. - Ты выглядишь как монстр, - сказал Ломми, осторожно глядя на острые как бритва чешуйки, которые покрывали тело существа. - Я не монстр, - снова настаивала дракониха, - я принцесса. - Принцесса? - повторил Джендри с удивлением. - Да, - кивнула та, - в мой десятый день рождения на моей спине выросли крылья, и я улетела далеко-далеко от своего дома. С тех пор, я живу здесь. - Это ужасно, - сказал Джендри, - ты живешь здесь совсем одна. - О, я не против быть драконом, - сказала принцесса, - но я скучаю по своей семье. Я не могу вернуться домой. Как они меня узнают? - Возможно, ты сможешь снова стать принцессой, - предложил Ломми. - Я не знаю, как, - ответила дракониха, - я здесь уже так долго, что забыла, что значит быть принцессой. - Может, тебе просто нужно почувствовать себя принцессой? - предложил Горячий Пирог. - Может быть, она принцесса Таргариен, - сказал Бран, - могут ли они превращаться в драконов? - Не более чем Старки могут превратиться в волков, - мягко поддразнил Робб. - Дракониха согласилась попробовать, и поэтому они решили заставить ее почувствовать себя принцессой. Горячий пирог пошел первым. Он пек и пек, готовя драконше всевозможные замечательные блюда, которые можно было подать за стол принцессы. Она ела и ела, объявляя все абсолютно вкусным, но она все еще оставалась драконом. Тогда попытался Ломми. Он красил ярды и ярды ткани, во всевозможные цвета. Он сшил самое красивое платье, которое когда-либо видели во всех королевствах, и накинул его на дракониху, объявив ее самым прекрасно одетым драконом из всех, когда-либо существовавших. Дракониха вертелась и танцевала, как и должна принцесса, но она все еще была драконом. Они перепробовали все, что только можно. Они кланялись и целовали ей лапы. Они называли ее "ваша милость" и "моя принцесса". Но она все еще была драконом. - Может быть, она не принцесса, - с сомнением сказал Бран. Рикон покачал головой. Робб приложил палец к губам и вернулся к письму. - Я знаю, - сказала дракониха, тяжело дыша, - у меня нет короны. У принцесс должны быть короны. Мальчики согласились, и было решено, что Джендри изготовит корону, подходящую для Драконьей Принцессы. Он трудился день и ночь, создавая самый изящный предмет, которого когда-либо касались его руки. Это должно было затмить даже бычий шлем. Наконец, горячий огонь дракона опалил корону и все было кончено. Сначала ничего не произошло, когда на ее рога надели обруч. Затем, внезапно, дракониха вздрогнула, и все ее блестящие чешуйки начали падать на землю. Пещера страшно затряслась. Мальчики закрыли уши руками и испуганно закрыли глаза. Когда, наконец, стало тихо, они подняли глаза и увидели девушку, сидящую среди всех сверкающих зеленых чешуек, которые покрыли весь пол пещеры. Девушка посмотрела на свои маленькие руки, свои маленькие ступни. Она выдохнула, но из ее горла ничего не вышло, кроме порыва воздуха. Она обнажила зубы, но они были маленькие и белые, совсем не страшные. Рикон поднес руку ко рту и начал неосознанно кусать палец. Другая его рука подкралась к морде Лохматика, но волк лениво откинул голову назад, избегая прикосновений. - Может быть, она хотела быть драконом, - сказал Бран, выглядя мрачно. - Нет, - беспокойно сказал Робб, - она ​​слишком скучает по своей семье. - Теперь я могу вернуться домой, - сказала она, но выглядела несколько грустной. В день, когда они должны были отправиться в дом Драконьей Принцессы, Джендри преподнес ей подарок. Без ее ведома он тайно собрал все ее чешуйки и сохранил их для особой цели. - Для вас, ваша светлость, - сказал он. Он выковал великолепный доспех, даже лучше, чем его собственный или королевский. Ее отпавшие чешуйки покрывали блестящую сталь и ярко мерцали на солнце. Принцесса была в восторге, она надела доспехи на свою одежду, сияющая улыбка осветила ее лицо. - Хотел бы я иметь такую ​​броню, - прошептал Бран с благоговением. - Чешуя дракона тверже любой стали, - сказал Робб, сверкая глазами, - ни один клинок не сможет пробить такую ​​броню. Воин, носящий такую ​​броню, был бы совершенно непобедим. Бран ухмыльнулся и крепко обнял Рикона. Рикон взвизгнул. - Затем, они поехали на юг, к замку короля. Каждый день Принцесса-Дракон становилась все более взволнованной при мысли о том, что наконец увидит свою семью. Они проехали мимо высокого холма Джендри и направились к воротам королевского замка. Когда Принцесса проехала через ворота, ее мать, отец, братья и сестры побежали к ней навстречу, слезы радости текли по их щекам. Они обняли и поцеловали ее, и сказали ей, как сильно они скучали по ней, пока ее не было. Король с королевой были непомерно благодарны Джендри, Ломми и Горячему пирогу за то, что они вернули им их дочь. Король был очень удивлен, увидев Джендри. Ему сказали, что Джендри был убит своими завистливыми соперниками. Король приказал бросить их всех в темницу и вернул Джендри кузницу на вершине холма. Король также исполнил пожелания Ломми и Горячего пирога. Люди в городе толпами стекались у их домов, чтобы купить замечательную выпечку Горячего Пирога и красивую одежду Ломми. Король решил, что мальчики должны быть посвящены в рыцари, и сама Драконья Принцесса провела церемонию. - Ты настоящий рыцарь, Сир, - сказала Принцесса Джендри. - Нет, - сказал Джендри, - я всего лишь кузнец. Принцесса лишь посмеялась над своим глупым другом. Конец. Робб закончил с улыбкой. - Это все? - Бран закричал. - Какие еще у них были приключения? - Я не знаю, - сказал Робб, - тебе придется написать Арье и спросить ее. Она больше ничего здесь не написала. Попроси Мейстера Лювина помочь тебе с твоим письмом. А сейчас ты должен идти спать. Он расправил меха, укрыв своих маленьких братьев. Две пары широко раскрытых глаз уставились на него. - Драконы? - недоверчиво спросил Рикон. - Больше нет драконов, - заверил его Робб со слабой улыбкой. Робб не мог вспомнить, остались ли еще драконы. Было трудно вспомнить то, что близкие рассказали ему о своей прошлой жизни. Разговор об этом путал мысли Робба, он часто оставался смущенным и чувствовал себя беспомощным. Даже если еще не было драконов, скоро они появятся. И еще более худшие вещи, чем драконы, принесут ветра зимы. Робб внезапно почувствовал благодарность к толстым каменным стенам Винтерфелла. Было легко сделать вид, что они непроницаемы для всего, что скрывает темнота. Но Робб должен был быть смелым. Он должен был быть таким же крепким, как отец. Он был Хранителем всего Севера в отсутствие отца. Ему нужно было думать о своей матери, о своих братьях, о семье. И он старался, укладывая по одному камню за раз - укрепление их безопасности, их будущего. - Теперь спите, - сказал Робб, потушив свечу у их кроватей. Он наклонился и поцеловал их обоих, так же, как Отец целовал его и Джона, когда они были такими же маленькими. Еще один камешек.