Долина водопадов

      Лучи утреннего солнца уже озарили макушки тропических деревьев.       Представь, если бы тебе представилась возможность облететь весь земной шар. Где бы ты остановился? Безусловно, мир прекрасен, и в нем слишком много удивительных вещей и мест, которые хочется посетить. Пожалуй, это место одно из самых особенных. Пролетая прямо над экватором, можно созерцать невообразимые, бесконечные зеленые «острова», прорезанные витиеватыми искристо-голубыми лентами реки Амазонки и ее тысячами отростков. Эти леса самые величественные, большие и опасные — джунгли. Но они так прекрасны.       Попробуй вспомнить, сколько пород деревьев ты видел в обычном лесу, куда ходил в поход, на пикник или на пробежку. Наверное, не больше десять-пятнадцать, если учесть, что половину из них ты даже не знаешь. Дуб, береза, осина, сосна… и даже их знает не каждый. Невозможно это представить, но в джунглях и больше трех тысяч.       И о чем только думал Рид, когда вообще решился на это путешествие? О чем думали Ребекка и Брайан, когда соглашались? Сейчас они понятия не имели. С того самого момента, как только они приземлились, вся прошлая жизнь перестала иметь смысл. Сейчас были только джунгли, бескрайние, беспощадные они манили зайти в свою чащу, чтобы утащить в неизвестном направлении непрошеных гостей.       Вглубь джунглей, куда они и направлялись, можно попасть только на лодке. Именно поэтому, как только самолет приземлился, их уже ждал молодой парнишка, которого Рид нанял еще за два месяца до этого момента. Он уже готов был предоставить им способ передвижения и своего друга в придачу, который тоже захотел подзаработать, а для этого нужно было именно два человека. Похоже, только эти парни из всех жителей, что умели управлять лодками и знали окрестности, согласились на эту авантюру. Почему? Неужели дома их совсем никто не ждал? Отнюдь. Наверное, их семьи были настолько бедными, что лишние деньги никогда не помешали бы. А Рид предложил им не маленькую сумму на каждого.       — Тебе не кажется это странным, что Рид нашел его еще два месяца назад? — Брайан посмотрел на парня, тот в ответ широко улыбнулся. Он не понимал ни слова из того, что говорили Брайан или Ребекка. Из всего английского языка он знал лишь пару слов: «я есть Камо» и «опасность». В то время как его друг, Тафари, знал намного больше и говорил намного лучше. Сказал даже, что его возили в город родители, чтобы он мог немного научиться грамоте. И когда он вернется из этой экспедиции, то уедет в город, чтобы работать, а деньги потом отсылать семье. К тому же, у него есть младшая сестра, которой он желает только лучшего, а потому хочет, чтобы и она тоже научилась грамоте. Камо же таких планов пока не строил, а может и строил, но не говорил, просто потому что не мог говорить по-английски. Но он нередко обращался к Тафари и выкрикивал фразы на непонятном языке, иногда ругательства. По крайней мере, так это выглядело. — Он же выглядит, как маньяк.       — Брайан. Он ребенок, и хорошо, что он не говорит по-английски, иначе уже скормил бы тебя крокодилам, — Льюис усмехнулась.       Но вот Брайану было не до смеха, он то и дело оглядывался по сторонам и все пытался увидеть крокодила. А их здесь было много. Даже слишком. Река буквально кишила кровожадными тварями. Над водой, словно зеленый туннель, — заросли кустарника. По бокам мощные стволы фикусов, пальм и других тропических растений. Высоко вверх тянутся завитые длинные тросы — лианы, они опутывали стволы деревьев и свисали над головами, а где-то вверху слышались крики обезьян, которые оживленно скакали по веткам и рассматривали непрошеных гостей.       — Мы точно здесь сгинем. А я пока не планировал умирать, знаешь ли, Ребекка. Я даже еще не был женат, — и это говорил человек, который считал, что от женщин одни только беды, и поэтому он никогда не женится. Он был женат, это была ранняя любовь, своего рода, Ромео и Джульетта. Но страсть от первого поцелуя прошла так же быстро, как и началась. И уже после года совместного проживания, она сбежала от Лэнга к другому мужчине, который был на двенадцать лет старше ее. А Лэнг после этого не подпускал к себе ни одну женщину дольше, чем на одну ночь. Кроме тех, с которыми у него была чисто платоническая любовь, как с Ребеккой.       — Зачем тебе такие проблемы, Брайан? Я чуть не вышла замуж, и я рада, что этого не случилось, — в ответ Брайан только что-то проворчал, чем вызвал улыбку на лице Камо. Его реакция была очевидна, он был почти что свидетелем ее неудачного романа, едва не переросшего в роковую ошибку.       — Через несколько метров придется оставить лодки, и дальше пойдем через лес, — мужчина на другой лодке чуть повысил голос, чтобы Лэнг и Ребекка слышали его. — Будет жарко господа, надеюсь, вы готовы, — но ответа не требовалось. Они давно были готовы. А даже если нет, то все равно пошли бы в чертов лес, потому что это драйв, адреналин, опасность. Это зависимость, но она только повышает интерес человека к жизни и не убивает его.

****

      Около получаса назад.       В тяжелом, влажном воздухе, насыщенном испарениями болот, гниющих растений, носятся тучи тропических москитов. Они липнут буквально к каждому сантиметру тела, и путник только и успевает отмахиваться от назойливых насекомых. Чем дальше в лес… тем хуже. Душно, мокро, дышать становится невозможно, хотя тень от высоких деревьев и зарослей создает легкую прохладу, но выжить в таких условиях крайне трудно. Днем здесь почти идеальная тишина, лишь только листва падает с деревьев и легким шуршанием приземляется на землю.       Мужчина проследил за очередным листом и остановился, придирчиво оглядывая местность. Он знал, куда идет. Он не заблудился. Но лес джунглей полон опасностей, и надеяться, что днем ты не станешь добычей пантеры или удава, просто глупо. Тем более, здесь, почти в самом эпицентре непроглядного леса.       Через пару часов уже начнет темнеть, поэтому просто необходимо было найти наиболее безопасное место для отдыха.       — Хотите остановиться здесь, сэр? — Мужчина в смешных круглых очках, остановился едва дыша. Пот с него лился градом, пухлое лицо приобрело красновато-лиловый оттенок, а глаза уже ползли к носу, но, не смотря на усталость, он все еще держался. Из последних сил, но ему тоже нравилась его работа.       Вы и представить себе не можете, что чувствует человек, нашедший древний артефакт — это нечто неземное, настолько мощное. Будто теплый оранжевый поток, проникающий в самые потаенные глубины души человека. Возможно, это будет грубое сравнение и даже пошлое — но это куда мощнее, чем оргазм. Именно поэтому подчастую таких людей считают либо ботаниками и девственниками, либо меркантилистами.       Стоун перевел взгляд на мужчину и едва удержался, чтобы не выкинуть в его адрес какую-то колкость. Этот мужчина был важен для его экспедиции, хотя Стоун и сам неплохо разбирался в картах, ему просто необходим был тот, кто владеет этим искусством по призванию. Так что он нашел одного из лучших картографов, и стоит ли говорить, что пришлось опустить факт отсутствия физической формы у этого ученого.       — Думаю, нужно пройти еще несколько метров, чуть выше должен быть водопад, там хотя бы меньше риск нападения крокодилов, — профессор согласно кивнул, потому что он знал, куда идти, а еще он знал, что больше километра ему сегодня не пройти. И этот привал будет для него спасением. — Можем остановиться раньше, если хотите. Но тогда вас съедят пумы, — Стоун сделав зловещий голос, ухмыльнулся. Глаза профессора округлились, собрав всю волю в кулак, он быстро зашагал вперед. Чем вызвал смех других членов группы. — Иди за ним, не хочу, чтобы его кто-то сожрал, — Стоун кивнул одному из своих людей, и тот последовал за профессором.       — Его и так сожрут, если не пумы, то вы, Стоун! — Женщина, которая все это время стояла позади всех, поравнялась со Стоуном и выплюнула ему это в лицо. Ненавидела ли она его? Возможно. Но тот факт, что здесь она оказалась не по своей воле, был просто очевиден. Вообще, в принципе все люди, которые работали на Эдварда, были либо меркантилистами, либо отчаявшимися. Так вот они работали на Стоуна по своей воле, потому что хотели денег или сгинуть в джунглях, лишь бы подальше сбежать от своей никчемной жизни. Но большинство людей он просто вынуждал идти за ним, не потому что действительно хотел, а потому, что люди были такими. Трусливыми овцами, которые хотели славы, но боялись собственной тени, — вы чудовище, Стоун! Жаль, что это вижу только я.       — Ваша задача, мисс Фишер делать свою работу, а не следить за профессором. И уж тем более, не стоит лезть ко мне в душу, дорогая. Иначе погрязните во мраке, и еще неизвестно, кто из нас двоих большее чудовище, — Стоун одарил ее каким-то темным взглядом с толикой усмешки и призрения, но это не пугало ее. Наоборот. Подстегивало желание поскорее найти то, что он хочет, выбраться отсюда и послать Стоуна ко всем чертям. Или стереть с его лица эту самодовольную ухмылку.

****

      Пройти через многовековые заросли лиан и других растений на самом деле куда сложнее, чем может показаться. Это в приключенческих фильмах показывают, как отважный герой пробирается сквозь толщу непроглядной зеленой стены, а тянется она на тысячи километров вдаль. А он просто едва ли не раздвигая заросли почти голыми руками, превозмогая боль и усталость, идет дальше. Потому что он ведь герой, он сделает свою работу, спасет мир, все счастливы. Хэппи-Энд.       На деле же без специальных навыков и, не имея специальных инструментов, просто невозможно миновать такой барьер, и здесь всегда будет только один победитель — джунгли поглотят тебя, если ты не справишься с ними. А потому более атлетически сложенный Камо ловко размахивая мачете, шел впереди и расчищал путь всем остальным. Он привык к такому труду, для Камо это его повседневная жизнь, потому что только в таких лесах можно найти те растения или ягоды, которые можно продать дороже любым ценителям экзотики, так называемым гурманам. Со слов Тафари, Камо был единственным мужчиной в семье, который мог выполнять сложную физическую работу, так как его отец недавно заболел, и тому тяжело выполнять привычную работу. Поэтому Камо и оказался здесь.       — Что мы будем делать ночью, Рид? — Ребекка поравнялась с мужчиной, и тот кинул в ее сторону неопределенный взгляд, — здесь ночью опасно, и вы это знаете. А закат начнется уже через час, если не меньше. Рид, вы можете угробить нас с Брайаном, но эти мальчики не умрут здесь!       — Они знали, на что соглашаются, — возразил Рид. Для него это было обыденным, люди ничего не значили, к тому же Камо и Тафари были просто пешками в его игре, детьми, которым просто нужны деньги. Люди в мире ничего не ценят кроме денег, и хотя Рид сам был таким, но меркантилистов он терпеть не мог. А потому его не особо заботила судьба двух деревенских мальчишек.       — Случится что-то хоть с одним из них, и я придушу тебя собственными руками, Рид! Надеюсь, ты хорошо меня понял! — Девушка ткнула пальцем в широкую грудь мужчины и что-то нечленораздельно пробубнила. Но что значили ее угрозы для Рида? Пустой звук, не более. Он перестал бояться угроз с тех самых пор, как стал тем, кто он есть сейчас. Бездушной машиной для получения денег и славы. — Ты в ответе за этих детей!       — Мисс, — Тафари положил свою руку на плечо Льюис, и она обернулась. На самом деле Риду стоило поблагодарить мальчишку за разрядку атмосферы. А иначе еще секунда, и Льюис бросилась бы на него как дикая кошка, с диким воплем когтями вцепляясь с лицо, — метка. — Парнишка указал на небольшую отметину на дереве. Такие обычно делают туристы или путешественники, которые собираются вернуться назад этим же путем. — Там еще, — Тафари указал пальцем на дерево, которое было расположено в нескольких метрах от этого, она проследила за рукой парня и еще через несколько метров увидела новую пометку, — мы делать такие, когда идти глубоко в лес, чтобы не потерять…       — Знаю, Тафари. Мы тоже так делали, когда были в Австралии, — почему-то Льюис на долю секунды подумала, что он спросит, а что такое эта Австралия. Но Тафари молчал, и даже не удивился, а значит, уроки в городе не прошли даром, — помечали почти каждое дерево, чтобы потом вернуться назад.       — Свежее, — Тафари едва ощутимо прикоснулся к зарубке, сейчас он казался каким-то волшебником, который объединялся с духом природы. Он говорил с ней на одном языке, понимал ее, чувствовал и жил ею. Он и был природой. Истинный представитель своего народа, он был частичкой этой гармонии и жизни, которая царила здесь, — сделать совсем недавно.       — Кто-то прошел здесь до нас? — Рид нарушил единение Тафари с природой, и парнишка поднялся на ноги, вглядываясь в чащу леса.       — Определенно. За час или около того до нас. Кто-то пришел сюда раньше, Рид! И думаю, ты тоже знаешь, кто, — Рид молчал, он погрузился глубоко в размышления, пока ребята тем временем прошли чуть дальше, чтобы осмотреться, найти что-нибудь съестное и оценить ситуацию с зарубками.       Для Ребекки же все было очевидно, она и прежде сталкивалась с подобной техникой — то, под каким углом был сделан удар, с какой силой и каким орудием… все это было ей знакомо. Метки Тафари отличались от этих, они были меньше, не такими глубокими и более деликатными.       — К чему пустой треп, мисс Льюис? Мы все прекрасно знаем, кто был здесь до нас, боюсь они все еще где-то поблизости. Нам стоит быть острожными, думаю, мы можем пройти еще пару километров, чтобы опередить их… до темноты, разумеется, — и они продолжили свой путь дальше. Хотя это уже было опасно, повсюду доносились животные звуки: визг жертвы, рычание или вой хищника и треск веток со всех сторон…