Наши Судьбы

Тот же день. Пандемониум, ателье Алоиса

      — Жани, ты заказала те ткани?       — Oui, да!       — Oui и да — это одно и то же, я же говорил!       — Привычка, pardon (извините)!       — Эх, — он громко выдохнул, прохаживаясь между столов с новыми тканями. Его помощницы были личным подарком от Люцифера, поэтому имели некоторые особенности. Жани отпускали только во Францию и раз в сто человеческих лет, а вот вторую — в Германию.       — Лора, как платье, ты его уже сшила? — обращаясь к ней, он прошел в дальнюю комнату, где располагалась пошивочная. Лора обладала уникальным даром к созданию одежды. Он описывал ей, что придумал, и она рисовала эскиз и шила. Жани заказывала ткани и работала с покупателями, так как была более общительной, порой даже навязчивой. Естественно, для его бизнеса это было выгодно. Мало кто мог выйти из магазина без покупки или заказа, так хорошо она умела уговаривать.       — Fast (почти) да, — девушка пропускала через свои пальцы ткань под иглу, и та превращалась в роскошное платье.       — Как закончишь, позови модель, пусть продемонстрирует, — произнес Алоис напоследок и вернулся к тканям, осматриваясь вокруг и вспоминая, как всё начиналось. Он сам даже не ожидал такого успеха. В преддверии праздника работы было особенно много.

Пять лет назад

      После очередного бала у Алоиса болела голова. Один из тех неприятных минусов, что остались у него от человека. Сидя за столом в гостиной, он слушал звенящую тишину, которая безумно раздражала. В доме, кроме него, было несколько слуг. Дочь в школе, Клод на работе. Почти все дни после рождения Сельмы он ездил на встречи, вечеринки, приемы и балы. Переобщался с большинством дворян преисподней и нашел друзей себе под стать. Но однообразность дней перестала радовать. Стало появляться непонимание: как некоторые демоны умудряются развлекаться целую вечность? Ведь любое веселье перестает быть таковым, если перерастает в рутину. Однажды, во что бы то ни стало, лорд решил найти себе занятие, которое не утратит новизны и занимательности даже через столетия. Одевшись, он отправился через портал прямо в центр Пандемониума. Алоис не знал, что конкретно он ищет, поэтому шел куда глаза глядят, даже не задумываясь о направлении. Спустя полчаса плутаний он попал на Ворт-авеню. Здесь располагались различные салоны с одеждой, но ни один не привлек внимания. Все наряды казались недостаточно красивыми. В них не было той элегантности и роскоши, которую он видел на дворянах. Они хранили в тайне, кто их модельеры и швеи. Часто держали тех в рабстве, в заточении. В конце улицы стояло пустое здание с недостроенным верхним этажом, а в соседнем находилось лучшее на весь Пандемониум модельное агентство. Он зашел внутрь и рассмотрел несколько фотографий на стенах.       — Вам нужна модель? — обратилась к нему девушка маленького роста с закругленными рожками и двумя остроконечными хвостами.       — А что с тем зданием? — спросил Алоис, указывая в сторону недостройки.       — А, эм, вроде как одна мадам хотела открыть там ателье, но Властелин не дал ей разрешение, так как она оказалась из северных владений, а им по нашим законам можно открывать только магазины, но не такого плана, да и с бумагами что-то неладно было вроде как, — задумчиво пробормотала девушка.       — Ателье, значит, — он снова посмотрел на фотографии. Алоис любил платья, и ему сразу пришла в голову идея. — Если там откроется ателье, вы сможете предоставлять моделей для примерок, для фото в журналы? Со скидкой, разумеется.       — Э? — девушка сначала не поняла, к чему молодой парень говорит такое, но наконец до нее стало доходить. — О, вы хотите его там открыть? Что ж, думаю, если заведение наберет популярность, то хозяйка заинтересуется.       — Вот и договорились, — с этими словами он вышел и отправился в башню Люцифера. Раз нужно разрешение Властелина на любой бизнес — значит, к нему стоит отправиться первым делом.       Прибыв к башне, он поднялся на верхний этаж, надеясь, что Люцифер еще на месте. Клод с утра говорил, что поедет к нему и они будут работать в офисе над бумагами, но, возможно, после полудня отправятся на встречу — все же должность главного помощника обязывала его сопровождать Властелина на все мероприятия.       — Люцифер с Клодом там? — спросил он у Кабали.       — О, лорд Алоис, — секретарша подняла на него глаза и мило улыбнулась, — добро пожаловать. Да, они там, но очень заняты.       — Сообщи, что я по делу. Мне нужно разрешение на бизнес. Устал я от тусовок, — Алоис облокотился на стол девушки, словно они были закадычными друзьями. Но на самом деле он вел себя фамильярно со всеми, чем забавлял особо привилегированных демонов.       — Ах, как чудесно, а какой?       — Знаешь заброшку на Ворт-авеню? Там кто-то хотел открыть ателье. Да не вышло, и это к лучшему! Теперь его открою я.       — Какая прелесть! Сейчас сообщу, — вероятно, эта новость так ее обрадовала, что она решила незамедлительно помочь с осуществлением. — Ваше Величество, пришел лорд Алоис, он по делу, хочет открыть ателье, — дважды кивнула, затем положила трубку. — Проходите.       Он прошел по коридору в огромный кабинет Люцифера. Там творился настоящий хаос из коробок. Сам он стоял около стола, на котором кипами лежали книги и бумаги, в руках же держал какую-то папку. Клод сидел за тем же столом и что-то переписывал.       — Добрый день, — произнес Алоис и сделал реверанс, так как подобная манера приветствия была ему душевно ближе.       — Привет, мой мальчик. Значит, решил ателье замутить? — с улыбкой поинтересовался Люцифер, оторвавшись от папки. Его сине-голубые волосы слегка отросли, а во всем остальном он был собой, как и прежде. В последний раз они виделись на празднике пятилетия детей.       — Да, прогуливался тут в мыслях, чем заняться в вечности. Набрел на модельное агентство, а рядом здание недостроенное. Вот и сложилось.       — А, то самое, на Ворт-авеню? Помню, помню. Хотела у меня там одна леди открыться, да не учла, что по нашим законам нет разницы, родился ты и жил на севере или только родился, а прожил сотни лет здесь.       — Ага, — Алоис подошел к столу и заглянул в бумаги. Все они были полны неизвестных ему демонических символов. — Что это?       — Скучная скукотень. После войны пришлось разбираться с новыми договорами в Западном Королевстве, множество перестроек, новых договоров на бизнес, бла-бла-бла, до сих пор разгребаемся, — Люцифер бросил папку через плечо. Упав на стол, она подняла ворох бумаг в воздух. — Назначение Андраса привнесло рутины, но зато дало спокойствие. Вряд ли ближайшую тысячу лет возникнет переворот. Хотя, — он бросил взгляд на Клода, который переписывал старые бумаги, — если твой муж не остановится в своих идеях на перемены, я его сам устрою, — Люцифер засмеялся, заразив весельем и лорда.       — Понимаю. Так дадите разрешение?       — Конечно, без вопросов, — он погладил того по голове и перешел в другой конец кабинета. Властелин преисподней был для всех могучим тираном, жестоким правителем и затворником, но не для тех, кого считал близкими. С ними он был собой и больше напоминал капризного подростка, склонного к депрессии и истерике. Открыв ящик и достав оттуда красный лист бумаги, Люцифер, щелкнув пальцами, сел в кресло. Перед ним появилась чернильница, куски воска, свеча и печать.       — Присаживайся, заполним бумаги, — младший Фаустус плюхнулся в кресло напротив, перекинув ноги через подлокотник.       — Значит, ателье… А с чего вдруг мысли о бизнесе? Я думал, тебе, как большинству, никогда не наскучат тусовки.       — Честно сказать, я тоже так думал. И не скажу, что десять лет гулянок — это много, но все, что становится рутиной, для меня скучно. Даже если она состоит из веселья. Вот и надумал разбавить свои будни чем-то посерьезнее.       — Ты — и что-то серьезное, я воистину заинтригован, что может выйти, — Люцифер саркастично засмеялся.       — Ну, надеюсь, что-то интересное и достойное семьи Фауст. Да и всего Ада в целом. Ходил мимо магазинов и заметил, что ваши модельеры не очень шарят в том, какая одежда действительно стоит своей цены. Видимо, все дворяне разобрали настоящих мастеров по подвалам.       — Так и есть. Одежда, продающаяся в городе, в основном для обычных граждан. А им не особо нужны шикарные наряды. Ты вряд ли научился понимать, как здесь все устроено.       — А я вот думаю наоборот. Вам кажется, что между демонами и людьми много различий. Но на самом деле, побывав в домах всех дворян, могу вас заверить: я не чувствую, что покинул Землю.       — Вот как? Интересно. И что же ты думаешь, демоны — рабы, которые стоят на десятой ступени от господ, — будут покупать платья и наряды за все то золото, которое они получают?       — Конечно. Вы цены за ту дрянь, что в магазинах, давно видели? Да и не всем слугам платят, между прочим. А каждому иногда хочется почувствовать себя на месте того, кому ты служишь. Одеться так же красиво, надушиться, пойти в ресторан или на вечеринку. А то, что продается, и выглядит убого, и стоит еще хуже, — Алоис сел ровно, но оставил ногу на ноге. — Раньше, когда я был человеком, я был достаточно жестоким. Как и многие демоны здесь. Но сейчас я смотрю на это иначе. Если ты относишься к дворянам, значит, и твои слуги должны быть на высоте. А вы видели, как ходят, например, в доме Монтекью? Виконт одет с иголочки, его жена тоже. А слуги в обносках. Я бы даже сказал, в тряпках. Это выглядит тошнотворно, — лицо Алоиса отражало брезгливость. — Разве можно чувствовать себя комфортно в такой обстановке? Лично я ощущаю себя в доме подделок, где двое пытаются выглядеть на тот уровень, которого им никогда не достигнуть. Раздражает! А приди во дворец Астарот, так там словно и слуг нет! Все в нарядах, с прическами. Я так выпивши однажды общался целый час с ее дворецким, не зная, кто это. И был приятно удивлен. Я хочу, открыв ателье, донести эту мысль до всей аристократии! — восторженно подытожив, Алоис указал широким жестом на окно, откуда открывался вид на весь город.       — Понятно. Очень амбициозно, малыш, — Люцифер загадочно улыбнулся. Ему нравилось болтать с Алоисом или Сиэлем, они были так непохожи на всех людей, что он встречал; а теперь они же и первые, кто переквалифицировался в демонов. Их рассуждения были весьма забавными и удивительными. Он с нетерпением ждал, когда подрастут отпрыски. Властелин планировал вдоволь понаблюдать за ними, запасшись горой попкорна. — Ты умеешь рисовать или шить?       — Неа.       — А как же тогда?       — А на что рабочая сила?       — Ха-ха-ха, ты чертовски прав, мой мальчик! — развеселившись после нудной работы, Люцифер решил не просто одобрить, а поддержать эту идею и всеми средствами принять в ней участие. — Знаешь, я тебе даже помогу с этим. Пусть подданные знают, что если бумаги все в порядке, то на них снизойдет великая милость. Да и мысли твои я разделяю. Уже прошло то время, когда рабы были по определению одеты в тряпки. Сейчас твои подчиненные — твое лицо.       — М? — Алоис не очень понял восклицаний Царя.       — Я лично в минуту дострою то здание и организую ремонт с вывеской, плюс реклама и дам тебе в обиход двух помощниц. Как ты правильно заметил вначале, аристократы владеют чуть ли не всеми мастерами по шитью. Многие даже скрывают такой дар, чтобы не лишиться возможности спокойно жить. Так как подобная способность действительно редкость. Ну, а я не так часто меняю свой облик. Так что тех, кто служит мне, я отдам тебе. А если что, просто буду у тебя заказывать, бесплатно.       — Правда? — Алоис даже сел ровно, словно школьник, удивившись такой широте жеста.       — Разумеется! Я безумно рад, что ты отвлек меня от работы, — Люцифер округлил глаза, охватывая взглядом свой кабинет. Лорд мило улыбнулся, не зная, как на это стоит реагировать. — Кстати о вывеске: как ты назовешь свое ателье?       Фаустус задумался, ему хотелось что-то красивое, но не броское, напоминающее о Земле и тем не менее связанное с его нынешней жизнью. Он посмотрел по сторонам в поисках вдохновения, и его взгляд задержался на белых пушистых крыльях Люцифера.       — Клод, как будет по-французски «Огненные крылья»? — не оборачиваясь, спросил Алоис.       — Ailes de feu, — ответил тот, не отрываясь от своей работы.       — Вот так и назову.       — Ха-ха-ха, я прям не могу, ребята, вы такие забавные! А почему «Огненные крылья» и на французском?       — Крылья — это полет, как у птиц или бабочек, что я любил на Земле, а огонь — это Ад, это жар и вечность новой жизни, — Алоис и сам не ожидал от себя такой философии, вероятно, долгое общение с Сиэлем на него положительно влияло. — Ну а французский — просто так. Красивый язык.       — О-о-о, очень хорошо, — Люцифер повел пальцем, и перо поднялось в воздухе, вписывая название. — Ты будешь шить одну линейку одежды?       — Платья. Хороших костюмов в Аду хватает, — галочка в бумаге. Затем что-то еще, что, вероятно, не нуждалось в информации или подтверждении. Люцифер копировал лист, вдобавок что-то на них написал, после его глаза на секунду мигнули красным.       — Зайди, — коротко произнес Люцифер, и в кабинет влетела Кабали. — Отправь вот эту бумагу в отдел по бизнесу столицы. А эту — в казначейство. Пускай все ознакомятся и поставят свои подписи, сейчас же.       — Сию минуту, — девушка вышла, а Царь стал плавить воск в маленькой чашке. Прошло действительно не больше нескольких минут, и секретарша вернула Люциферу бумаги. Налив на каждую немного воска, он поставил печати. Два экземпляра он положил в папку и отдал Кабали.       — Ты знаешь, куда это, — коротко ответил Властелин и жестом дал понять, что это все. — А эта копия тебе. Везде, где будешь покупать ткани или что-то еще, будешь показывать разрешение.       — Большое спасибо, не буду более задерживать прогресс, — Алоис встал с кресла и, широко улыбаясь, отправился домой. По пути он поцеловал Клода, ничего не говоря.       — Какие же вы все-таки странные оба, Бельфегор, — произнес Люцифер, не трогаясь с места. Ему совершенно не хотелось возвращаться к бесконечному вороху бумаг.       — Вам виднее, — коротко, показывая свою занятость, ответил Фаустус.       — Да уж. Ладно, слетаю я к тому зданию и вернусь, — «…наверное», — закончил про себя Властелин и гордой походкой покинул кабинет. На встречу он также не явился.

***

      На следующий день Алоис изумился — всё было готово. Вывеска с красивыми каллиграфическими буквами, а внутри стены в нежно-бежевых оттенках. Вся мебель, вешалки, инструменты ждали работы. Внутри его дожидались две демонессы. Как позже стало известно, одна из них обладала уникальным даром. Жани представилась первой. Она была довольно красивой и умной. Карамельная темная кожа, желто-зеленые глаза, жемчужно-розовые волосы и черные глянцевые рога, смотрящие вверх, длинные эльфийские ушки. Она явно была жительницей юга. Ее белое платье с золотой каймой было ручной работы и отличалось безупречным вкусом и качеством. Она говорила так легко, вкрадчиво, что невозможно было перебить. Вторая демонесса, Лора, очень отличалась от своей сестры. Хотя на самом деле родными они не были, но никто не намеревался их расстраивать и открывать очевидное. Говорила она сперва мало и была очень скромной. Только спустя время долгой работы она привыкла к Алоису и начала считать его за брата, став при этом открытой и лучезарной. У нее не было никаких демонических признаков. Этим она отличалась от большинства тех, кто самостоятельно скрывал свой облик. У Лоры его просто не было. Белокожая, словно северянка, с голубыми глазами и слегка туманным взглядом. Девушка ничем не отличалась от самого обычного человека; цвет волос у них был похож, но оттенком немного другой. Швея была в коротеньком, по фигуре, черном платье с висящими лентами и длинными рукавами. Оба наряда она пошила самостоятельно по собственным эскизам. После должного знакомства Алоис решил проверить ее способности и начал описывать ей платье из головы, получившийся эскиз поразил его, и это платье впоследствии стало первым в его ателье-салоне.

Наши дни

      — Лорд Фаустус, я закончила, — произнесла Лора, выходя вместе с моделью из пошивочной комнаты. На ней было новое, только из-под машинки, платье. Пока он пребывал в своих воспоминаниях, прошло не меньше двадцати минут. Сине-голубое, украшенное вечными бирюзовыми розами, выращенными в Восточном Герцогстве; пышное и мягкое, словно вторая кожа, блестящее, как звезды, — вот оно, платье его ателье.       — Прекрасно, просто чудесно, ты молодец, Лори, — похвалил Алоис, та лишь смущенно поклонилась. — Закончи те два эскиза для мадам Фрай и на сегодня можешь быть свободна. Знаю, у вас с девочками по пятницам встречи. Мы с Жани справимся. Нужно подготовить все для пошива платьев к Хэллоуину. Ты мне нужна отдохнувшей.       — Как прикажете.       — Жани!       — Да, patron (босс)?       — Вон ту золотую, малиновую, зеленую и перламутровую ткань отошли назад, они мне не нравятся. Вот ту бежевую, белую и коричневую с запада отложи для Астарот, а те синие и голубые, мятную и миндальную с севера отложи для Вельзевула и Сильфы, после покажешь мне предложенный ассортимент к празднику. Пора начинать готовиться. А у нас еще эта работа не завершена.       — Да! Seigneur, je cours (уже бегу)! — она поклонилась и принялась выполнять распоряжение. Сам Алоис решил отправиться в один магазинчик на другом конце города, где его приятель торговал незаконно привезенными редкими тканями с Земли. Не сказать, что они были чем-то лучше Адских, но их присутствие в нарядах вызывало изумление, ведь аналогов во всех королевствах было не найти. Никто не умел с ними обращаться должным образом. В основном их использовали для интерьера, там, где чужие глаза не увидят. И только Алоис шел на такую дерзость, что использовал их в платьях. Конечно, особого наказания за их использование не следовало, но запрет есть запрет. Когда-то Ад был полон людских вещей, что вызывало много конфликтов между знатью, поэтому, дабы избежать междоусобиц, было запрещено таскать вещи с Земли. Разумеется, далеко не все подчинились.

***

Кондитерская «Людские Сласти». Пандемониум

      Сиэль прибыл в свое заведение чуть позже обычного, так как добирался самостоятельно. Это было занятие не из приятных. Проходить через портал, который создал Себа специально для Сиэля, было удобно, но все же некомфортно. При этом действии казалось, словно тебя разбирают на молекулы и собирают уже в другом месте. Нужна очень высокая концентрация и сосредоточенность. Появившись уже на улице, возле своего магазина, он выдохнул. Рабочего настроя не было. Он чувствовал себя особенно подавленно. Зайдя внутрь, граф быстрым шагом прошел в свой кабинет, не обращая внимания на работников. Сняв белый пиджак, он повесил его на спинку кресла. Поправил лямки подтяжек и засучил рукава красной рубашки. Эту одежду из лимитированной мужской серии своего магазина подарил ему Алоис. Не сказать, что Сиэлю она нравилась, но ткань была такой удобной, легкой и почти не пачкалась, а с его работой это было важно. Фаустус думал о расширении, но в свете праздников это добавило бы чрезмерное количество хлопот. Граф его прекрасно понимал.       Сегодня младшему Михаэлису нужно было проанализировать все блюда, подкорректировать список и отдать его шеф-повару. От него ждали специальные новые сладости. Многим демонам, коим полюбилось его дело, было интересно узнать, что же едят на Земле в их главный праздник. Для Сиэля он стал ассоциироваться с земным выпускным, нежели со стандартным Хэллоуином. Каждый год достойные демоны выходили в этот день впервые на Землю, вливаясь в празднество к ничего не подозревающим людям. После следовало посмотреть счета и прочие бумаги. Сиэль не только продавал сладости поштучно, но и сотрудничал с ресторанами, и принимал заказы на торжества, вечеринки, приемы. А они в Аду проходили почти каждый день. Так что приходилось немало работать по телефону. Только он хотел начать, как в дверь постучали.       — Войдите.       — Граф Михаэлис, я хотел спросить насчет отпуска, — к нему пришел один из кондитеров и, кажется, не один.       — Разве это уже не обсуждалось? — серьезно и холодно прозвучал ответ. Он посмотрел на свои черные ногти, которые бросались в глаза на фоне белых листов бумаги.       — Да, но скоро праздник, мы все его очень ждем, хотелось бы подготовиться, и…       — И что? По-моему, ни у одного моего сотрудника дети в школе не учатся. Если не учитывать еще и того, что их вообще нет ни у кого здесь, кроме меня, — голос звучал надрывисто, раздраженно. — Кажется, вы забываете, на кого работаете. То, что грядет праздник, я знаю и без вашего напоминания. Я бы даже сказал, меня он заботит побольше, — голос стремительно становился громче. — Отпуск вы получите, как все, и выходных у вас достаточно, по мне, иногда даже слишком много. Я отпущу всех в праздник, как то положено, я уже это озвучил на прошлой неделе. Но вы все мало того, что не цените место, в котором работаете, так еще и имеете наглость полагать, что я забуду подобную вещь? Или, может, изменю свое решение и поступлю как тиран?       — Нет, нет, сэр, что вы, я вовсе не это имел в виду! — парень уже пожалел, что заговорил на эту тему.       — А что же вы имели в виду? Вы все! — Сиэль перешел почти на крик, его слегка трясло. За спиной парня демоны-коллеги попятились, желая быстрее скрыться с глаз. Руки непроизвольно сжимались в кулаки, а тело напряглось. — Прячетесь за спиной самого смелого! А может, самого глупого? Возвращайтесь к работе! И не смейте беспокоить меня без веской причины до самого праздника! Вон отсюда! — глаза загорелись от гнева. Стресс брал верх над здравым смыслом.       — Да, простите, извините, спасибо, — демон очень растерянно и быстро закрыл дверь. Он еще не видел своего шефа в подобном гневе. Но все понимали, почему у него такое состояние. Понимали, хоть и не знали истинной причины.       Граф стал более строгим с того времени, как его обратил Себа. Но, пожалуй, это распространялось лишь на работников. Многие привыкли филонить, и мало кто работал добросовестно. Эта тенденция была свойственна не только людям. Однако Сиэль понимал, что неспособность сдерживать гнев может вскоре совсем его ожесточить. Он не хотел стать тираном. Отдышавшись и слегка обмякнув на стуле, он смотрел на бумаги. Его пальцы стучали по столу, мозг концентрировался на работе, но выходило с трудом.       — Так, это надо заканчивать, — сняв трубку телефона, он набрал номер Уфира.       — Слушаю.       — Здравствуйте, Уфир. Неудобно вас отвлекать, но у меня возникла проблема. Обращаться к обычным медикам, думаю, в моем случае бесполезно.       — Не беспокойтесь, граф. Что за проблема?       — Я ощущаю сильную эмоциональную нестабильность. Гораздо большую, чем прежде. Накатывает гнев, глаза загораются.       — Словно способны убить кого-то за неровно намазанный крем? — врач был очень проницательным и язвительным, как всегда. Он следил за состоянием двух семей с момента родов. Алоису превращение в демона далось куда проще, чем Сиэлю, чье тело словно периодически сопротивлялось изменению.       — Да. Я думаю, это все из-за праздника. Сибэль должен покинуть Ад и… Я схожу с ума от мыслей.       — Вы еще не рассказали мальчику о пророчестве?       — Нет, Себастьян против. Говорит, что в этом нет сейчас необходимости. Что они выйдут сейчас всего на день и у них еще будет время пожить спокойно. Но мне кажется, что так мы оставляем его без защиты.       — Вы видели будущее?       — Нет. Я давно не понимаю свои сны. Они все очень… разрозненные. Я почти ничего не помню.       — Понятно. В любом случае с ними будет профессор Мефистофель. Ничего сверхстрашного не случится. А рассказать придется все равно, рано или поздно. Я попробую поговорить с господином Андрасом, если угодно.       — Нет, нет! — Сиэль тут же выпрямился. — Мне бы не хотелось, чтобы он знал о моем состоянии. У него и так много дел в королевстве. Просто отправьте мне какой-нибудь препарат, эликсир, да что угодно! Хоть кусок коры. Но чтобы мысли прояснились и не было такой агрессии. А то я реально кого-нибудь на фламбе приготовлю.       — Вас понял. У меня есть средство, думаю, должно подойти. Но имейте в виду: я все-таки лечу демонов, а вы не совсем демон. Мои препараты могут ухудшить ваше состояние в будущем. Если сейчас в вас достаточно много человечного, то в последующем, принимая препараты демонического происхождения…       — Вы быстрее потеряете человечность. Я это уже слышал не раз. И как видишь, ничего еще не произошло.       — Пока что. Я отправлю вам курьера домой, — Уфир прекрасно понимал, что граф играет с огнем, принимая так часто препараты Адского происхождения. Раньше таких демонов не было, и он не знал, какими точно будут последствия. Но любопытство ученого брало верх, и врач не отказывал Сиэлю в лечении. Он изучал его перевоплощение и как быстро сгорают остатки души в подобном случае.       — Благодарю, — Сиэль положил трубку, и чувство паники накатило с новой силой. — Соберись, надо работать. Много работы, много дел, надо сосредоточиться.       Он открыл тетрадь с заявками и номерами и решил обзвонить всех, для начала. Это занятие заняло у него около получаса. Затем он стал составлять новое меню для праздников. Пирожные в форме тыкв, лакричные леденцы, пряники в форме летучих мышей, печенье с «жуками» и всевозможные вариации. День предстоял долгий.

***

УОШИЛ. Второй урок. ОЖЗ

      — Мы вроде учимся всего два урока, по полтора-два часа. А по ощущениям, словно целый день, — шепчет Сельма сидящей рядом Ами. Они занимали последнюю парту в классе.       — Ну, половину точно. Профессор просто более общительный, нежели другие. Поэтому его пары вынести сложнее, — раздался такой же шепот в ответ.       — Если я снова усну, Мефисто мне непременно треснет, — Сельма еле держалась, чтобы не воткнуться носом в парту.       Мефистофель рассказывал одну из поучительных историй своего пребывания на Земле. Его задачей было научить других особенностям людского поведения, чтобы им было проще не выдать себя. Но многие слушали вполуха. Кого-то не интересовала Земля в целом, кто-то самодовольно полагал, что ему не нужно будет скрывать свою сущность.       — Профессор, а что будет, если мы все-таки выдадим себя? Разве люди способны причинить нам вред? Они же люди всего лишь, — с презрением поинтересовался Атракс.       — Позвольте задать вам встречный вопрос. А разве на Земле угрозу для вас представляют исключительно люди? Я думал, на моих уроках спит только мадемуазель Сельма.       — Вы имеете в виду жнецов смерти?       — Да, именно. Люди действительно представляют наименьшую угрозу для демонов. Но не забывайте, что вы всего лишь учитесь, и силы вашей сущности на Земле будут значительно снижены. Поэтому вернуть вас домой будет способен даже обычный верующий человек с крестиком на шее. А встреча со жнецом смерти обернется для вас неминуемой гибелью. Даже высокопоставленным демонам, как ваш отец, будет нелегко с ними сразиться. А если еще и учесть тот факт, что они работают по двое… — Мефисто сделал многозначительную паузу. Каллум лишь покачал головой, принимая факты к сведению.       — Можете поподробнее рассказать о жнецах? — подняла руку Нера.       — Мы должны обсуждать их более подробно на следующей неделе, но так и быть, раз тема затронута, — учитель слегка облокотился на стол и скрестил руки на груди. Его волосы беспорядочно лежали на плечах. — Кто-нибудь уже что-то знает о жнецах?       — Жнецы собирают души людей после смерти и сами когда-то были людьми. Они смотрят человеческую душу и определяют, куда ей попасть, — произнес Берит.       — Верно. А как именно? — Уинслоу задумался. Он читал информацию в одной старой книге, но половина текста там была размыта.       — Я не уверен, но, кажется, с помощью косы и через пленку.       — Абсолютно точно. У каждого жнеца есть коса смерти, она представляет собой различные острые предметы. Ножницы, секаторы, топоры, мечи — она может быть любой. И только у самых древних она выглядит как коса в истинном значении. Таких на Земле осталось штук пять, если не меньше. И их владельцы в основном уже отстранены от работы. А пленка, которую вы упомянули, — это кадры души, вырывающиеся из тела человека. Жнец смотрит кадры, переживает его эмоции и выносит вердикт. В редких случаях он может оставить человеку жизнь. Вернуть ее, если вам угодно. Пойти против списка. Но эта информация вам ни к чему, на самом деле. Главное, что вы должны знать, — косы смерти способны убить демона. Жнецы имеют одну особенность, по которой вы сможете опознать их в толпе. Глаза. Они желто-зеленые, в два круга. И это же их слабость. Жнецы близорукие, поэтому всегда в очках. Без очков они практически не видят. В этом мой главный совет. Если вдруг вам повстречается жнец и уйти от битвы будет невозможно, цельтесь в очки. Сможете сбить их — появится шанс сбежать и остаться в живых. Целыми — навряд ли. Но хотя бы не умрете. А вообще будьте внимательны и просто держитесь подальше от них. Они тоже могут распознать вас в толпе, — Мефистофель закончил свое объяснение, и наступила тишина, сквозь которую было слышно легкое посапывание. Бровь профессора тут же задергалась. Он скрутил свою учительскую тетрадь в трубку и, подойдя ближе, опустил ее на голову Сельмы.       — Ой!       — Мадемуазель Сельма, скажите, если на вас нападет жнец, что вы будете делать?       — Эм, ну, вы что-то про очки говорили.       — Ну хоть что-то вы услышали. Меня уже начинает серьезно беспокоить ваше состояние спячки. Я порекомендую вашему отцу обратиться к врачу. Обычно такое случается у молодых демонов с нехваткой энергии. Но таких, как вы, это не должно касаться.       — Что вы имеете в виду? — Сельма потерла глаза руками, пытаясь окончательно проснуться от дремоты.       — До конца урока осталось пять минут, так и быть, потрачу их на объяснение. Видите ли, школа имени Люцифера, где все мы находимся, была специально создана для определенной категории демонов. Здесь учатся те, у кого сила развивается вперед возможностей. В основном. Если демон не может контролировать силу — он может превратиться в падаль.       — Падальщика? Демона, питающегося крупицами? — наконец она узнает в школе что-то действительно интересное.       — Верно. Того, кто питается последними каплями душ или эмоциями, поглощая человеческий разум. В нашем обществе такое уже в прошлом, но еще присутствует. Кому-то просто лень контрактовать, и они выбирают путь «тени». Однако чаще всего такое происходит, если демон не справляется с собой, теряет ясность ума. Около пятисот лет назад такое происходило с каждым пятым, сейчас примерно с каждым двести тридцатым. Видите ли, у демонов немного выбора для существования, так как наша форма и способности требуют ресурсов. Поэтому мы все вынуждены питаться душами. Да, сейчас есть альтернативы, которые могут позволить себе слуги, кому запрещено выходить на Землю, а также юные демоны, не достигшие возраста экзаменов. Но тем не менее вечно это помогать не будет. Без должного количества энергии демон рано или поздно потеряет контроль. Другое дело, когда демон тысячу лет питается плюс-минус регулярно. Такого заряда хватит до конца времен.       — Ого.       — Да, наш мир прогрессирует. Как раз в то время и была построена эта школа. Чтобы отбирать таких демонов, как вы все. Ваши силы как раз больше, чем вы можете контролировать. Возможно, вы посчитаете, что это не так, но просто вы еще не сталкивались с такими обстоятельствами, которые бы могли вас на это спровоцировать. Именно из-за падальщиков, в основном, жнецы ведут с нами войну. Они мешают им работать, крадут души, тем самым заставляя работать сверхурочно и писать отчеты. А этого никто не любит.       — Значит, если выйти за предел, мы становимся падальщиками? И нет пути назад? — спросил Берит.       — Путь есть, — Мефистофель сел на свое место за столом, — но он запрещен. И не всегда именно падальщиком. Порой сила настолько велика, что, вырвавшись, может нести огромные разрушения, — мужчина скрестил ладони, и его пальцы заметно напряглись, костяшки побелели. Прозвенел звонок. — Урок окончен, дома повторите информацию с сегодняшнего урока. И не забудьте, что на следующей неделе, на выходных, вы впервые побываете в мире людей. Советую хорошо слушать учителей, Сельма, — профессор сделал акцент на девушке, смотря исподлобья. — До свидания.       Девушка задумалась над словами профессора, затем ее взгляд поймал Сибэля — тот выглядел очень мрачно. Выйдя из класса, она бегом догнала его и Раума.       — Сибэль! Ты чего так помрачнел? — она хлопнула его по плечу ладонью в попытке остановить достаточно быстрый шаг.       — О, привет. Да не знаю, я как-то озадачился. Отец рассказывал мне о нескольких битвах со жнецами, и профессор, скорее всего, даже преуменьшает. Да и все эти разговоры…       — Да ну? — Корнелий слегка вытянулся и посмотрел на друга широко раскрытыми глазами. — Не врешь?       — Да с чего бы? Я как-то спросил у него, а было ли такое, что он встречал на Земле сильного противника, такого же демона, например. Он сказал, что нет. Но в последний раз, когда он там был, несколько жнецов доставили ему много хлопот. Один даже был на службе у человека, представляете?       — Офигеть, а зачем? — Сельма впервые слышала о такой истории.       — Ну, как я понял, этот жнец немного того, — Сибэль покрутил пальцем у виска, — помешан на красном. Любит цвет крови, волосы красные, одежда. Ну, в общем, какой-то псих. Странно, что его после этого все равно оставили на работе, и он продолжал преследовать его. Пытался неоднократно убить. И если задуматься, на Земле сейчас тот же год, в котором мой отец присутствовал там.       — Блин, а ведь точно! Слушай, так это ты сможешь, получается, побывать там же, где был он. Пообщаться с теми же людьми! Во прикол!       — И что в этом прикольного? — изумилась Сельма радости Раума.       — Ну как, блин. Все же знают, что маркиз Андрас на последнем контракте был дворецким. То есть он был прям человек человек. Ну, как и твой батя. Было бы круто узнать, как он себя вел, ну типа, чтобы нам тоже брать пример. У нас мало кто так работал, так ведь?       — Ну, тут ты прав, конечно, — согласился Сибэль, но неохотно, — но не думаю, что это хорошая идея.       — Да ладно тебе, Сибэль, не занудствуй, — Сельма поправила сумку на плече. — Мне кажется, будет круто узнать подробности, находясь на Земле. Но, думаю, не стоит в это посвящать родителей, пока что, по крайней мере.       — Почему?       — Ну как минимум потому, что мы не знаем, куда отправимся. А они заранее начнут нервничать, предостерегать и все такое. Ты же знаешь. Мозг сожрут за неделю.       — Они просто волнуются.       — Или считают нас до сих пор детьми! Так что, ты в деле или как? — она скрестила руки на груди, показывая свои стойкие намерения узнать все, с ним или без него. А глаза Раума выражали безмолвную мольбу.       — Ладно, но мне все равно это не нравится! И если мы поймем, что есть что-то опасное, прекратим.       — Ура! — обрадовался Корнелий, поднимая руки вверх.       — Заметано! Ладно, до скорого, я пошла, — девушка направилась в сторону выхода, махая рукой.       — Ну и на что я только что подписался? — с выражением мученика произнес Сибэль, смотря на друга.       — На крутые приключения, бро!       — Да, или огромные неприятности. Ладно, идем. Сегодня с домашкой не помогу. Обещал дяде Алоису помочь в магазине.       — Блин, ну ладно. Не пропадай, пока.       — До встречи, — Сибэль вышел из школы и, отойдя подальше, сосредоточился на портале. Заняло это минут десять, с большим трудом он все же смог переместиться между пространством до центра.       — Фух, ну хоть досюда вышло. Пешком не так далеко, как от школы, — произнеся это вслух, он спокойным шагом отправился в нужном направлении.