Маленькая глупая Пташка.

***

      Ранним утром в богороще Красного замка было особенно хорошо. Никто не нарушал уединения Сансы. Она могла спокойно гулять по тенистым дорожкам, наслаждаться пением звонкой птицы, невидимой в густых кронах высокого дуба, прислушиваться к журчанию фонтана и размышлять. Она испытывала смешанные чувства. С одной стороны она была рада, что окончательно избавилась от Джоффри, но мысль о том, что она станет леди Бейлиш, пугала ее едва ли меньше.       Итак, они произнесут клятвы в септе. Она будет лгать Семерым, что любит этого чужого ей мужчину, который ей в отцы годится, затем они будут пить вино и есть пирог с лебедями, певец споёт «Два сердца бьются, как одно» и «Медведь и прекрасная дева», а под другую песню их разденут и оставят в спальне голыми. Раньше она с восторгом и трепетом мечтала об этом обряде. Потом, когда узнала истинное лицо Джоффри, ей было страшно. А теперь мысль о том, что она будет лежать голая в объятьях Мизинца, почему-то вызывала отвращение. Станет ли он целовать ее нежно в разные места. Какая глупость. Ей ведь тоже придётся целовать этого чужого ей человека. Она почему-то вспомнила насильника со спущенными штанами. Он положит ее на спину и раздвинет ноги, тот в переулке пытался, она помнит, и панталоны ему не будут мешать. Мешать для чего? — Леди Санса, — перед ней стоял мужчина, который в скором времени должен был стать ее мужем и уложить на спину. Он смотрел на неё хитрыми серо-зелёными глазами. — Позвольте, как будущей невесте, сделать Вам подарок. Он протянул ей небольшую коробочку, обшитую алым бархатом. Санса взяла ее и открыла. В ней лежало ее колечко с большой розовой жемчужиной и сережки. — Я знаю, что эти украшения вы получили в подарок от родителей. Я нашёл их и выкупил у тех, кому они совершенно ни к чему. — Благодарю вас, милорд. Санса сделала над собой усилие и улыбнулась. Септа Мордей учила ее быть учтивой и благодарной. — К сожалению, я не смог найти медальон, который вам подарил король. — Очень жаль, — ложь лилась с ее губ так же естественно, как вода из фонтана сзади неё. Бейлиш ухмыльнулся. Он видел, что ей совершенно не жаль. Ее нежные губы научились произносить ложь, но взгляд выдавал её. Она опустила на мгновение глаза и снова подняла их. — Если король потребует вернуть назад свой подарок, боюсь, мне нечего будет ему отдать. — Позвольте подарить вам другой медальон. Если король будет настаивать, отдайте ему мой подарок, — шутливо предложил лорд Бейлиш. Он достал другую коробочку. В ней лежал большой нефрит, на котором скакал серебряный пересмешник. Санса взяла медальон вместе с цепочкой, чтобы лучше разглядеть их. — Позвольте помочь вам? — предложил ей Бейлиш, желая надеть на неё свой подарок. — Не думаю, что это удобно, — возразила Санса, — ведь вы заключили тайное соглашение. Возможно, вы слишком торопитесь, и королеве это не понравится. — Вы можете носить его наоборот, — улыбнулся Мизинец. Санса перевернула медальон, с обратной стороны это был красивый гладкий зелёный камень в серебряной оправе. Девушка не нашла слов для возражения. Она повернулась к нему спиной и приподняла тяжёлые волосы. Мизинец застегнул замок и поправил цепочку. Девушка снова повернулась к нему, он погладил медальон, но ей показалось, что ему просто захотелось прикоснутся к ее коже на груди. Он снова хитро посмотрел на неё. — Ну что же, мне пора откланяться. Государевы дела прежде всего. Он удалился быстрым шагом, Санса осталась стоять около фонтана, размышляя хочет ли она быть с этим человеком. — Санса! — раздался вдруг голос, от которого она всегда вздрагивала. К ней подошёл Джоффри и презрительно посмотрел на неё. Раньше он никогда не тревожил ее, когда она гуляла в замковой богороще, но, похоже, теперь и это место перестало быть ее убежищем. Сзади, как всегда, возвышался его верный Пёс с угрюмым лицом. — Я смотрю, ты время не теряешь. — Он уставился на медальон. — Уже принимаешь подарки от нового жениха. — Если Вам неприятно, Ваше Величество, я сниму его. — Нет, отчего же. Скоро ты станешь леди Бейлиш и поселишься в одном из борделей Мизинца, — вдруг ехидно добавил он, — тогда я стану навещать тебя. Увидев ее замешательство, он довольно расхохотался. — А ты не знала, что большую часть доходов ему приносят публичные дома. Может он и для тебя найдёт там место? Он презрительно оглядел ее с ног до головы. — Пёс, можешь сегодня отдыхать. Леди Санса больше не моя невеста. Пусть теперь о ее безопасности беспокоится ее новый жених. — Разве мне что-то угрожает в Красном замке? — Удивилась Санса. — Кто знает, кто знает. — Король снова усмехнулся. — Пошли, Пёс.

***

      В «Красной Луне» сегодня было непривычно тихо. Девушки молча сидели на коленях у клиентов, а те, что были свободны, испуганно дефилировали по залу. Никто не смеялся, не отпускал похабных шуток, и музыкант, примостившийся в углу, наигрывал какую-то унылую песню, но Клигана это не смущало. Раз ему дали выходной, то надо использовать его, а то, кто знает, что придумает Джоффри завтра, может заставит его охранять королеву, а то к ней в покои что-то стал слишком часто наведываться Осмунд Кеттлблэк. Он снова взял красное вино и стал ждать. Роуз не появлялась, тогда он схватил первую попавшуюся деваху, белобрысую и тощую и усадил к себе на колени. — Где Роуз? — спросил он, глядя на ее отвисшие груди. Девица дрожала и смотрела на него с ужасом. — Она приболела, — всё таки выдавила она из себя. Видимо, обычные бабские дела. — Ну что же, значит, твоя очередь обслужить меня, — рассмеялся он и шлепнул по мягкому месту, которое, впрочем, оказалось не таким уж мягким. Девица не посмела возразить и покорно пошла с ним.       Она скинула тонкую короткую тунику и залезла на кровать, прикрыв глаза, Клиган прилёг рядом. Девица дрожала, словно девственница в постели с мерзким старикашкой. — Не дрожи и открой глаза. Я люблю, когда на меня смотрят, а ещё лучше, когда мне улыбаются. Он принялся ее ласкать, ему нравилось, чтобы женщины не изображали удовольствие, а громко под ним стонали. Шлюха лежала некоторое время всё ещё напряжённая, но вскоре привычное тело стало реагировать, наконец, её удивлённые глаза подёрнулись поволокой, и она принялась извиваться и стонать. Вскоре он понял, что она уже достаточно мокрая, и позволил своему бойцу войти. Когда он кончил, она уже почти визжала. — Давай, давай, ещё, ещё. Она улыбалась и выглядела очень довольной. — Тебе понравилось? — промурлыкала она. — Не очень, слишком громко кричишь и сильно дрожишь, — он насмешливо взглянул на ее обиженно оттопыренную нижнюю губу. — И потом, почему ты такая тощая? Я боялся раздавить тебя. — Многим мужчинам нравится, что я, словно юная девица, — кокетливо улыбнулась она. — Юная девица? — хохотнул Клиган. — В каком месте ты юная, и в каком девица? Шлюха снова надула губки и всё же рассмеялась. — А я не ожидала, что ты такой нежный, — она потянулась, словно кошка. — Роуз говорила, что ты хорошо платишь, но ты, оказывается, и хорошо заводишь. Я думала, что ты, как Джоффри. — А что Джоффри? — насторожился Клиган. Девица вдруг прикусила губу и снова испуганно задрожала. — Ну, что там такое сотворил наш юный король, что шлюхи стали бояться его солдат? Говори! — прикрикнул он на неё. — Тихо, тихо. Если лорд Бейлиш узнает… — страх на ее лице стал еще сильнее. — Он не узнает. Говори, — потребовал Клиган уже тише. — Лорд Тирион сегодня взял для короля двух девочек, Роуз и новенькую Лесллин. — Шлюха говорила тихим шепотом со страхом поглядывая на дверь. — Она была совсем девочка. Ну, конечно, ее девственность уже купили, и лорд Бейлиш кое-чему ее обучил, но она была совсем молоденькая. Они вместе отправились в Красный замок, иногда мы ходим к клиентам домой, когда хотят сделать подарок сыну или даже мужу, — она попыталась улыбнуться, но потом вновь поникла. — Роуз вернулась через несколько часов, а Лесллин нет. Мы подумали, что она осталась на некоторое время, чтобы еще развлечь короля, но Роуз была в таком странном состоянии, а лорд Бейлиш запретил ей разговаривать с кем бы то ни было и вообще сказал, что у нее выходные, хотя я знаю, что выходные у нее были совсем недавно, — зашептала шлюха, со страхом поглядывая на дверь, словно боялась, что в комнату кто-то может войти. — А потом мы слышали, как милорд угрожал ей и говорил, чтобы она не смела ни кому рассказывать. А потом Шелли, это служанка, которая здесь убирает и стирает белье, она сказала, что вся одежда Роуз была в крови, и Бейлиш приказал ее сжечь. Мы думаем, что король убил Лесллин, и Роуз это видела. Иногда у нас бывают такие жестокие клиенты, после которых девочки пропадают, — она снова со страхом посмотрела на Клигана. Он задумчиво смотрел на потолок. Похоже, что Джоффри ещё хуже, чем он думал. И новые знания только хуже для него. Шлюха сновь начала его гладить и целовать. …Разве мне что-то угрожает в Красном замке?.. …Кто знает, кто знает… Клиган оттолкнул от себя девицу, вскочил с кровати и стал быстро одеваться. — Ты что больше не хочешь? — удивилась она. — Роуз говорила, что ты меньше чем из-за трех раз не раздеваешься.  — В следующий раз, — Клиган кинул девице золотого дракона. Это было многовато, но сдачу он никогда не брал.

***

      Клиган подошел к калитке. Из нее выехали несколько всадников, среди которых он услышал голос Джоффри. — Что произошло? — спросил он у дежурившего солдата. — Какие-то нищие пришли просить хлеба, и наш король решил потренироваться в стрельбе из нового арбалета по бегущим целям, — насмешливо ответил тот. Пёс направился к Твердыне Мейгора. Джоффри уехал, но проверить, все ли в порядке с Пташкой не мешало. Она, конечно, теперь невеста Мизинца, но Джоффри может напоследок придумать для неё ещё какую-нибудь гадость.       Вдруг она сама налетела на него и покачнулась на ступеньках. Он схватил ее за руку не дав упасть. — Отсюда высоко падать, Пташка, шею свернёшь — Простите, я вас не заметила, — пролепетала девочка. — Где уж высокородной леди заметить такого, как я? — усмехнулся он. Она замерла. — Какого такого? — наконец, выговорила она тихо. Он взял ее за подбородок и поднял лицо, чтобы она смогла разглядеть его получше. Она не сопротивлялась, но он видел, что она старательно смотрит в его глаза, пытаясь игнорировать шрам на лице. Но когда он отпустил её, она сразу опустила голову. — Я так и не поблагодарила вас за то, что вы спасли меня в тот день, — тихо проговорила она, разглядывая его нагрудник. — Ещё поблагодаришь, — усмехнулся он. — Может, ты мне споёшь? Джоффри говорит, что ты красиво поёшь. Она казалась удивлённой. — Конечно, если вам будет угодно, я могу спеть про Флориана и Джонквиль. — Про шута и его потаскушку? — Усмехнулся Клиган. — В следующий раз, Пташка. Сейчас уже поздно, иди спать. Я провожу тебя, а то ещё с кем-нибудь столкнёшься и улетишь, чирикнуть не успеешь. Они молча дошли до ее комнаты. Девушка открыла дверь и вошла, и вдруг она тихо проговорила. — Расскажите, что происходит между мужем и женой, когда они остаются в спальне одни после обряда провожания. Клиган с изумлением смотрел на неё. — Они ведь не целуются? — В ее голосе было такое разочарование. Он зашёл в ее комнату и закрыл дверь. — Ты действительно ничего не знаешь? Ты же ехала в Королевскую Гавань как невеста принца и должна была выйти за него замуж. Твоя мать тебе разве ничего не рассказывала? — он не мог поверить, что она ничего про это не знает. — Матушка говорила, что жена должна быть нежной и покорной и делить ложе со своим мужем всякий раз, когда на то будет его желание. — И все? А что именно станет с тобой делать твой муж, она тебе не рассказывала? — Матушка сказала, что свадьба будет не скоро. И когда наступит время, она приедет и все, что надо, мне расскажет. Или любая другая замужняя женщина сможет подготовить меня к брачной ночи. — Голос ее стал печальным. — Даже Серсея. Она ведь мать моего жениха. — И что, ты никогда не проявляла любопытство? Не подглядывала и не подслушивала? — Пёс был удивлён таким строгим воспитанием. — Однажды мы были в Снежном городке и видели свадьбу простолюдинов. Мужчины кричали: «Уложи её на спину и раздвинь ей пошире ноги!» Я спросила: «Зачем?», а девушки, которые стояли рядом, рассмеялись и ответили: «Чтобы она коленками не сломала хвостик». Я поняла, что хвостик это то, что у мальчиков между ног. Когда родился Рикон, — она на мгновение замолчала, но сглотнув продолжила, — я разглядела, что у него спереди маленький хвостик. Мама сказала, что у всех мальчиков есть такие. Я потом подглядела за старшими братьями, когда они купались в пруду богорощи, у них эти хвостики уже не такие маленькие. — Ну, а потом, на свадьбе в Снежном городке? — Потом мама сердито посмотрела на отца, и они увели нас. Я спросила, зачем жениха и невесту раздевают, но мама сказала, чтобы у них не было тайн друг от друга. Муж увидит все родинки жены, а жена все шрамы мужа, и у них будут общие тайны. — Хорошо, это после свадьбы. А потом, зачем мужчина и женщина ложатся в постель, если у них уже нет тайн друг от друга? Зачем твоя мать ложилась с твоим отцом? — Чтобы согревать друг друга холодными ночами. Клиган хохотнул. Интересно, что бы придумала чопорная леди Кейтилин, если бы ее дети росли в жарком Дорне? — А про поцелуи кто тебе сказал? — Септа Мордей. Она предупреждала, что нельзя позволять целовать себя в те места, которые закрыты платьем. От этого могут родиться дети. А если девушка не замужем, у неё может родиться бастард. Боги, какое невежество! У них с Джоффри точно никогда бы не было детей. Клиган закатил глаза. — Так спроси у какой-нибудь замужней дамы, — её чириканье уже порядком ему надоело. — Я боюсь, что Серсея узнает и догадается, что со мной ничего не случилось. Вы ведь сказали, что для этого нужно было снять панталоны, — она все-таки подняла на него глаза и покраснела. Клиган вздохнул. Что ж, у него выходной, значит, Джоффри до утра про него не вспомнит, можно, и раскрыть глаза глупой девочке. Он сел в кресло и посмотрел окно, Пташка села рядом. — Ты слышала сказку про трехголового дракона, золотое яйцо и тайную пещеру? — Он снова взглянул на неё. — Сказку? Да, однажды я слышала, как Теон, — она снова замерла от этого имени, но через мгновение продолжила, — рассказывал ее какой-то служанке. Но, когда я спросила про неё у старой Нэн и у матушки, они ответили, что не знают такую сказку. А Теон посмеялся надо мной, и сказал, что я ещё маленькая, эту сказку должен рассказывать муж жене… — она замялась, — или любовник. — Ну, хорошо. Я тебе не муж и не любовник, поэтому расскажу ее вкратце. Он посмотрел на неё, словно что-то припоминая. …Пещера… Ложбинка… Холмы… Долина… Овраг… Густые заросли… …В горах среди густых лесов спрятана тайная пещера, в которой хранятся золотые яйца. Трёхголовый дракон должен найти дорогу к пещере. Пещера очень маленькая, и дракон не может в неё войти. Он лишь по очереди засовывает в неё свои головы, чтобы отыскать золотое яйцо. Первая голова похожа на змею, она скользкая и гладкая, но зато может проникнуть в узкую щель пещеры, вторая покрыта жёсткой чешуёй и делает вход чуть шире, а третья самая большая и самая сильная. Она проникает в пещеру и находит золотое яйцо. Эта голова извергает пламя, которое опаляет яйцо. Дракон приходит к пещере семь раз, а через год из золотого яйца рождается новый дракон, который покидает пещеру и улетает на свободу… Клиган посмотрел на Пташку. Она действительно любила сказки и умела их слушать. Она слушала очень внимательно, впервые глядя на его лицо без страха. — Так вот, — Клиган увидел на столе кувшин и налил себе немного, чтобы промочить горло. Это оказалось лёгкое летнее вино, сильно разбавленное водой. — Так вот, — он поморщился, — пещера — это женщина, и внутри у неё находятся маленькие яички, из которых родятся дети. Вход в пещеру у тебя между ног, Пташка. А дракон — это мужчина. Первая голова его язык, вторая палец, а третья хвостик, как ты его назвала. Не все умеют пользоваться первой и второй, но думаю, что твой новый жених умеет, — насмешливо проговорил Клиган. — А вот третья есть у всех. Когда в переулке тот бродяга повалил тебя на спину, он собирался засунуть в твою пещерку свой хвостик, но теперь это сделает Мизинец. Он увидел, как вместе с пониманием на ее лице расцветало отвращение. Санса покраснела и опустила голову, не смея посмотреть ему в глаза, теперь уже не из-за страха, который она всегда испытывала перед ним, а из-за смущения. — Значит, чтобы родить наследника, необходимо семь раз заниматься этой мерзостью? — тихо поговорила она. — Почему семь? — Клиган пожал плечами. — Для некоторых и одного раза достаточно, а у других не получается даже через годы. — Годы? — теперь в ее голосе был ужас. — Хотите сказать, что мне придётся делать это… — она задохнулась. — Что ты так пугаешься? — Клигану стало смешно, но, посмотрев на напуганное лицо девочки, он сдержался. — Это больно только в первый раз, а потом очень приятно. — Это ещё и больно? — теперь вместе с отвращением на ее лице была паника. — Наверное я напрасно тебе это рассказал, — проговорил он, вставая, — но по крайней мере, если кто-то тебя спросит, что с тобой случилось в том переулке, ты будешь знать, что ответить. Он направился к двери. — Постойте, — вдруг остановила она его. — Скажите, правда ли, что третья голова дракона, то есть хвостик… — она снова покраснела, ее глаза  забегали, не смея остановиться на его лице или нагруднике, — он что, и вправду извергает огонь. — Нет, Пташка, — усмехнулся Пёс, — он извергает семя, — мужчина не на долго задумался, — как цветок опыляет пчела, так и золотое яйцо орошает третья голова дракона. — Орошает? Это что, нектар? — она даже не пыталась скрыть удивление. — В какой-то степени… Все остальное спросишь у своего мужа. Спокойной ночи, Пташка, — Клиган поспешил покинуть покои испуганной девочки. — Спокойной ночи, — задумчиво ответила она. Маловероятно, что сегодняшняя ночь у неё будет спокойной.