Маленькая глупая Пташка.

***

      Санса очнулась и поняла, что ее везут на лошади, перекинув словно мешок. Она осмотрелась по сторонам, местность, по которой они ехали, была ей знакома. Она узнала поляну возле реки и замок в который они въехали к вечеру, дубовые стены, и ворота, и башни. Это был Дарри. Тягостные воспоминания нахлынули на неё. Здесь Джоффри впервые показал ей свою злобную натуру, а она ослеплённая своей глупой детской любовью винила сестру. А ведь он, если бы любил ее, разве позволил убить ее волчицу? Не эта ли его жестокость должна была открыть ей глаза? Санса заплакала, вспомнив свою Леди. Всадник заметил, что она вздрагивает. — Кажись очнулась. Он спешился и снял ее с лошади. Санса осмотрела себя. Золотая брошь была помята, черная эмаль, изображавшая собак, частично откололась, теперь на ней осталось две собаки, платье на груди пропиталось кровью, рана сильно щипала. — Пусть ее сначала осмотрит мейстер. — Проговорил лысый солдат с чёрной бородой. Сансу отвели в Дом Пахаря. Мейстер Оттомор промыл ее рану, которая, как он уверял была не глубокой и от того не опасной, и намазал какой-то пахучей мазью, завязав сверху чистой тряпицей. — Рану в ближайшее время лучше не беспокоить, и приходите ко мне каждый день, чтобы я мог осмотреть ее и смазать мазью. — Сказал он и отвернулся.       Служанка привела её в большой чертог.       Большой чертог Дарри мог называться таковым с большой натяжкой. Всего четыре узких окна, один камин и три стола придвинутые друг к другу, чертог скорее напоминал горницу или малую трапезную, в какой в Винтерфелле было принято завтракать в узком семейном кругу. Здесь было тесно и шумно, те же люди, что напали на них в городке Харровея ужинали за общим столом, шумно обсуждая стычку в гостинице. — А вот и прелестница. — Оскалился солдат невыразительной внешности, увидев Сансу. Девушка присела за край стола, и служанка подала ей миску с кукурузной похлебкой. — Не стесняйся! — Закричал бородатый, который привёз ее на своей лошади. — Иди к нам поближе. Нас всех ждёт весёленькая ночь. Мужчины загоготали. — Ну-ка, Том, спой нам что-нибудь, развлеки даму. Невысокий певец, тот самый, который пел на их свадьбе в Каменной Септе, ударил по струнам лютни и запел довольно приятным голосом. «Приляг на травку мой дружок…» Санса ела без аппетита, песня не отвлекала от скорбных мыслей. Теперь она вдова, её муж погиб защищая её. Слёзы потекли из глаз и закапали в миску. — Что-то твоя песня, Том, не развеселила нашу гостью. — Раздался грубый голос. Певец не смутился и затянул новую песню. «В Чаячьем городе девушка живёт…» Один из солдат подсел к Сансе и приобнял её. — Что же ты, красавица, грустишь, слёзы льёшь? Не уж то по уродливому Псу печалишься? Смотри, сколько пригожих и не очень мужчин вокруг готовы тебя утешить. — Он не Пёс! — Сердито возразила Санса. — Он Сандор Клиган. И он был моим мужем. — Она громко зарыдала. Воины переглянулись. — Ну, теперь ты вдова. — Ухмыльнулся ее собеседник. — Можешь выбрать себе другого мужа. Хоть бы и меня. — Оскалился он. — Почему это тебя, Щекотун? — Возразил ему другой с песочными волосами и порочными губами. — Мы тоже хотим развлечь леди. — Ухмыльнулся бородатый. — Может в карты сыграем. — Предложил лысый со сломанным носом. — А мне можно с вами сыграть? — Певец хитро глядел на девушку. — Ишь чего захотел длинноносый. Играй на своей лютне и радуйся, что тебе не укоротили твой нос. «Весной все девы расцветают…» Снова запел Том. Мальчишка-оруженосец присел за общий стол. — А ты куда лезешь? — Усмехнулся бородатый. — Мал ещё? Все вокруг заухмылялись. — Как ты назвал нашу гостью в гостинице? — Ехидно спросил Щекотун, раскидывая засаленные карты. — Гымза. — Зохохотал бородатый. — Не зря она шлепнула тебя ложкой. Солдаты снова засмеялись. Мальчишка покраснел и потёр большую шишку на лбу. — Не гымза, а грымза*. Одно единственное слово на дотракийском выучить не можешь. — Бородатый ехидно поглядывал на Сансу. — Может теперь запомнишь, когда получил оплеуху. Мальчишка надул губы и сердито посмотрел на Сансу. — Какая же она грымза? — Щекотун закончил раздавать карты и каждый заглянул в свои. — Скорее шуга* или шугарина*. — Он облизнулся. — Я бы назвал её аллоха*. — Бородатый снял с неё чепец и погладил огненные волосы. — Грымза. — Сердито возразил мальчишка. Бородатый дал ему подзатыльник. — Иди от сюда, дурень. Рано тебе ещё думать о женщинах. Сначала научись им улыбаться, а уж потом мечтай о своём ножечке.       Мужчины раскинули карты. Первым выиграл Щекотун. Он довольно оскалился, посадил Сансу к себе на колени и поцеловал в грудь выше повязки, закрывавшей рану. — Шугарина. — Плотоядно прошептал он ей на ухо. — Давай ещё. Мужчины поставили по серебряному дракону. Поливер смотрел на девушку жадными глазами.       Они играли весь вечер. Служанка давно убрала посуду со стола, оставив только эль и чаши, к ним она подала блюдо с острым дорнийским сыром, нарезанным маленькими кубиками, сушёными солёными рыбками и большими сладкими финиками. Тот, кто выигрывал, сажал Сансу к себе на колени и целовал в грудь, в плечо, в шею, в щеку. …От этого нельзя забеременеть. Дракон должен оросить золотое яйцо. Из него рождается новый дракон… Иногда Санса несмело брала с блюда солёную рыбку или сладкий финик, даже острый сыр, который прежде вызывал лишь жжение во рту, показался ей весьма пикантным. Она заела его фиником и запила водой с мятой, которую ей заботливо подала молодая служанка с добрыми карими глазами, смотревшими на неё с сочувствием. Том спел все песни, которые знал и даже «Рейны из Кастамере», а «Медведь и прекрасная дева» он спел трижды. Ему подпевал Поливер, когда Санса сидела у него на коленях, а затем рыжий Тоббот и Рафф-красавчик, который гладил ее грудь сквозь платье. «Была моя любовь прекрасна словно осень, И локоны ее, как золото листвы…» Пропел Том, печально глядя на Сансу. — Ну, всё. — Неожиданно заявил Щекотун, у которого в это время на коленях сидела Санса. — Пора спать, а то вы ребята все деньги проиграете. Перед ним высилась горка медных звёздочек и несколько серебряных оленей. — Нет. — Возразил Поливер. — Сыграем ещё. — Поддержал его Рафф. — Я наигрался. — Щекотун встал и обнял Сансу, присваивая её. — А мы нет. — Вскочили Поливер, Рафф и ещё три воина. — Женщина моя, я ее выиграл. — Щекотун угрожающе смотрел на Поливера. — Мы все можем с ней развлечься. — Возразил Рафф. В звенящей тишине послышался тихий шелест клинков. — Что это тут происходит? — Раздался вдруг грубый голос, как из бочки. Все повернули головы. В дверях стоял Григор Клиган. Санса узнала его, да и не было в Вестеросе другого такого великана. Он смотрел на девушку, и от его темного взгляда холод пробежал по ее спине. Но его солдаты ни чуть не испугались. — В гостинице мы встретили твоего брата, Сандора, эта девица была с ним. — Заговорил Щекотун. —  Хитрый Люк прибил Пса, а девицу я выиграл в карты, но ребята теперь недовольны. Григор подошёл почти вплотную и посмотрел на неё долгим взглядом тёмных глаз. Нельзя было понять, о чем он думает. — Сандор был моим мужем. — Всхлипнула девушка. Вдруг Григор схватил ее за руку и потащил из чертога. Санса попыталась вырваться. — Куда Вы меня тащите? — В спальню. — Но я не хочу спать, — ей было страшно остаться наедине с Григором, — ваши люди обещали, что мы будем развлекаться всю ночь. Григор остановился и посмотрел на неё с недоумением. — И как по твоему они собирались развлекаться? — Том будет играть на лютне, а мы станем танцевать. Я готова танцевать со всеми вами, — она умоляюще посмотрела на солдат, — не стоит ссориться. Коли сир Щекотун выиграл я станцую с ним первым. Я люблю танцы. И хотя у меня траур, если воины желают развлечься, я стану танцевать столько, сколько вы пожелаете. Мужчины переглянулись и вдруг расхохотались. — Танцы? Ты и вправду думала, что мы устроим здесь танцы? — Где только Сандор нашёл такую глупую девицу? — Понятно теперь, почему она не плакала. — Говоришь, ты была его женой? А в постель он тебя уложил? Санса покраснела, и вдруг поняла, что они имели в виду, когда собирались с ней развлечься. Она заплакала. Григор дернул ее за руку и потащил из чертога.

***

      Покои лорда Дарри располагались в Охотничьем Доме, большая кровать с коричневым бархатным балдахином и столбиками в виде переплетенных гроздей винограда стояла посередине комнаты, два больших окна были занавешены такими же шторами, на полу лежал толстый мирийский ковёр винного цвета, комод между окнами закрывал стену почти до потолка, в большом мраморном камине за бронзовой решёткой с фигурой пахаря посередине пылал огонь.       Григор остановился посреди комнаты. — Говоришь, ты была женой моего брата? — Раздался его хриплый голос. — Да, милорд. Взявшись за края платья на плечах, он легко разорвал его, деревянные пуговицы брызнули во все стороны, словно горох, он бросил девушку на кровать, она всё ещё оставалась в чулках, сапожках, тонкой шёлковой рубашке и панталонах. Санса обняла себя пытаясь прикрыть грудь и отползла вглубь кровати. Взгляд страшных глаз остановился на её шёлковых панталонах. Он долго разглядывал её, а потом рванул за ноги притягивая к себе. Санса задрожала и дёрнулась, пытаясь вырваться из его железных лап. Рука скользнула по ее ноге. Санса замерла с ужасом глядя на него. Он погладил ее через панталоны, о чём-то раздумывая, а потом грубо сжал ее цветок. — Ай, что Вы делаете? — Возмутилась она. — Так нельзя. Он отпустил ее, но лишь для того, чтобы отстегнуть короткий меч на боку. Когда он принялся за завязки на бриджах, Санса всё поняла. Она попыталась отползти, но он снова схватил ее за ноги и вдруг резко перевернул на живот и сорвал с неё бельё. Грубый палец проник в ее пещерку, Санса вскрикнула. Тогда он с громким рыком вошёл в неё. — Нет! — Закричала она. — Не надо, умоляю! Пощадите! Прошу! Каждое его движение сопровождалось рычанием. Из глаз девушки текли слёзы. Наконец, он кончил и отпустил ее. Он завязал бриджи. — Ну, как? Мой меч побольше, чем у этого щенка, моего братца? Санса покосилась на короткий меч, который Григор пристёгивал к поясу. — Нет. — Всхлипнула она. — У Сандора был меч гораздо больше Вашего. — Я говорю не о том мече, которым он убивал, — зло перебил ее Григор, — а о том, которым он забавлялся с тобой. Он вышел из комнаты и хлопнул дверью. Санса плакала пока не задремала. Ее разбудила служанка. — Миледи, тихо звала она. Просыпайтесь. Санса открыла глаза. Увидев коричневый балдахин, она вспомнила, что с ней произошло, и снова заплакала. На улице шел дождь, крупные капли барабанили по стеклу, в каминной трубе завывал злобный ветер. — Не плачьте, миледи. — Карие глаза смотрели на неё с сочувствием. — Тут рядом есть другая комната. Милорд распорядился, чтобы мы приготовили ее для Вас. Я уже принесла воду, чтобы Вы смогли искупаться.       Рядом со спальней располагался небольшой чулан, в котором стояла большая медная ванна. Женщина вымыла ее мочалкой. Рана на груди была прикрыта тряпкой, чтобы не намочить. — Как Вас зовут? — Спросила Санса, кто знает сколько ей придётся жить в этом проклятом замке, женщину, которая будет теперь ей прислуживать, она должна знать. — Петти, миледи. — Она попыталась улыбнуться, но у Сансы не было для этого настроения. — Что Вы сказали лорду Клигану, он вышел из спальни злее, чем обычно. — Женщина с интересом смотрела на Сансу. — Моим мужем был брат сира Григора, его убили в гостинице. А Григор… он… он… он в спальне, — она снова зарыдала, — он изнасиловал меня. — Наконец, выговорила она сквозь слезы. — А потом он спросил больше его меч, чем у моего мужа. У Сандора был большой полуторный меч, а у Григора на боку укороченный. Конечно, его меч меньше, чем у моего мужа, — она всхлипнула, — а он сказал, что имеет в виду совсем другой меч. Женщина испуганно посмотрела на Сансу. — Вы сказали, что его меч меньше? — Какая разница. — Санса была удивлена. — Разве это важно, у кого хвостик длинней? — Для мужчин это очень важно. Каждый из них хочет иметь самый большой замок и самый большой меч. Причём не каждый может удержать тяжёлый меч в руках, но каждый хочет, чтобы между ног у него был самый большой… — Но зачем? Разве он не мешает? — Не знаю, — молодая женщина пожала плечами, — только сказать мужчине, что его меч недостаточно большой, это все равно что сказать женщине, что она недостаточно красивая. Санса была удивлена и не знала, что ещё сказать. Петти вымыла ей голову и ополоснула каким-то отваром. — Что это? — Поинтересовалась Санса. — Это сбор летних трав. Моя прежняя госпожа всегда мыла им голову, волосы от него становятся точно шёлк.       Они вошли в соседнюю комнату, она была меньшей копией спальни лорда, одно окно, кровать в два раза уже, вместо комода сундук, и даже камин был меньше, но с такой же решёткой, в нем весело потрескивали дрова. Вытерев девушку служанка открыла сундук и достала из него ночное платье из теплой мягкой ткани и чепец. Санса легла в постель, Петти накрыла ее одеялом.       Санса плохо спала этой ночью, она то вспоминала своего мужа, то думала о Григоре. Он спал совсем рядом и мог в любое время войти и снова овладеть ею. Она часто просыпалась и снова начинала плакать. К утру она чувствовала себя совершенно измученной, голова болела и к горлу подступала горечь, не стоило вчера есть острый сыр. В конце концов ее вырвало, выпив простой воды из графина, она всё же смогла забыться тревожным сном, когда небо за окном порозовело.

***

      Санса проснулась от того, что в комнату вошла служанка и принесла завтрак. — Как Вы себя чувствуете, миледи? — Участливо спросила она. Санса всхлипнула. Женщина помогла ей умыться и открыла сундук. — Даже не знаю, — задумчиво проговорила она, — моя прежняя госпожа была ниже Вас ростом, но гораздо пышнее. Санса хотела найти чёрное платье, но все, что лежало здесь, было кричащих ярких расцветок. Наконец, почти на самом дне она обнаружила темно серое с вышивкой в виде еловых веток. Служанка затянула шнуровку, но оно все равно было ей велико, из-под него торчали ноги в невысоких сапожках. — Может поищем что-нибудь ещё. — Нет. — Я попробую сшить заново Ваше порванное платье. — Неуверенно проговорила женщина. — Не думаю, что это возможно. — Сансе не хотелось наряжаться для этих людей.       Позавтракав в одиночестве, она вышла на улицу и попыталась уйти из замка, но Поливер остановил ее у ворот. — Даже не думай, — ухмыльнулся он, — милорд приказал следить за тобой. Ты теперь его игрушка. Может, когда ты ему надоешь, он и нам позволит с тобой потешиться. — Он оглядел ее. — Видно ты и вправду сильно сладенькая, Шугарина. — Он облизнулся. — Милорд еще никогда не оставлял девицу себе, всегда с нами делился.

***

      Санса сидела в горнице за столом. Свечи ярко освещали серебряные приборы, штоф из синего стекла и такие же кубки. Григор открыл дверь и уставился на неё. Санса опустила взгляд, не смея смотреть на него. Он вошёл и сел напротив, следом внесли угощение. Маленький толстый повар с синяком под глазом поставил перед Григором и Сансой блюдо с курицей, запеченной с острым дорнийским сыром, мальчик, похожий на повара, вероятно его сын, белую фасоль в сливочном соусе, им подали салат из капусты, яблок и слив с грецкими орехами и пирог с апельсинами. Мальчишка налил в чаши вино. — Свободны. — Прорычал Григор, и слуги вышли и закрыли двери. Санса чувствовала, что дрожит. Григор стучал приборами и негромко жевал. — Ешь. — Снова прорычал он. Его голос ей показался ещё страшнее, чем вчера. Она наложила себе немного салата и кусок курицы. — Как тебя зовут? — Вдруг спросил ее мучитель. Санса растерялась. Она не знала, что сказать. Признаться, что она Санса Старк? Может быть тогда он больше не тронет её, но он вассал Ланнистеров. Скорее всего он отправит ее назад к королю. Что сделает с ней Джоффри за побег, она даже думать не хотела.  — Только не смей мне лгать, что ты прачка или дочь конюха, шёлковые панталоны с мирийским кружевом не носят даже служанки Серсеи в Королевской Гавани. — Он бросил ей через стол ее панталоны. Санса схватила их и спрятала под стол. — Джейни Пуль. — Вдруг вырвалось у неё. Свою подругу она не видела со дня, когда арестовали отца и убили всех его людей, может и ее убили? — Моего отца звали Вейон Пуль. — Это кто такой? Кому он служит? — Он был стюардом лорда Старка. — Санса с испугом посмотрела на Григора, но тот внимательно слушал, не проявляя особой неприязни к ее отцу-изменнику. — Его убили в Королевской Гавани вместе с другими людьми лорда Старка. Клиган хлебнул вина. — Твой отец из простых или из лордов? — Продолжал спрашивать он. — Он из лордов, — Санса не смела посмотреть в глаза Григора, боясь, что он распознает ее ложь, — но у нас не было ни замка, ни земель. Отец надеялся через пару лет найти мне мужа в столице, но… — При воспоминании о муже у Сансы навернулись слезы. — Приданое у тебя было? Джейни говорила, что отец приготовил ей пять тысяч драконов в приданное. — Пять тысяч драконов, — снова солгала Санса, — но, думаю, их забрали золотые плащи, когда обыскивали комнату отца. — Мой брат изнасиловал тебя? — Нет, он был нежным и ласковым. Он не принуждал меня. Мы занимались любовью. Григор насмешливо хмыкнул. — У моего братца губа была не дура. Слышал я, что служанки в Королевской Гавани не отказывают ему, но что он соблазняет молодых леди… Вот уж не ожидал, что этот уродец так популярен у женщин. Григор о чём-то размышлял. — Говоришь он женился на тебе? Под каким же деревом, он завалил тебя на спину? — Мы поженились в Септе. — Возразила Санса. — Даже так? — Удивился он. -Ты была девицей? Санса покраснела. — Нет, мы стали любовниками прежде, чем септон соединил нас. Григор сделал глоток из чаши и уставился на нее. — Мой братец всегда получал мои вещи. — Снова заговорил он. — Мои детские доспехи и мой первый меч, моего пони и мои игрушки, все отец отдавал ему. А однажды он посмел взять мою новую игрушку, которую я даже еще не успел сломать. Этого уж я стерпеть не мог. Это я изуродовал его, я приложил его вечно улыбавшуюся мордашку прямо к жаровне, я поджарил его. — Он смотрел на неё, ожидая увидеть удивление или испуг, но она лишь опустила глаза. — Он рассказал тебе. — Григор усмехнулся. — Надо же он рассказал тебе свой секрет. Он никому его не рассказывал, а тебе рассказал. — Он отхлебнул из чаши. — Теперь ты досталась мне, мне досталась игрушка моего братца. — Он издал звук похожий на скрежет кинжала о стекло. Санса вспомнила свою сестру, Арью. Ей тоже доставались ее вещи, платья, туфли. Сестра носила их не аккуратно, пачкала и рвала, и ее это злило. В игрушки Арья не играла, предпочитая махать палками, изображая рыцаря, или стрелять из лука, но сломать или испортить игрушку она могла из вредности. Санса всегда на нее злилась. Конечно, она никогда бы не посмела причинить ей вред, ей даже это в голову не могло прийти, но иногда она мечтала, чтобы у нее не было сестры. — Мой отец вечно ставил его в пример. — Снова заговорил Григор. — «Смотри, как ловко держится в седле, послушай как выразительно читает сказки, как мило они с сестрой поют на два голоса». — Передразнил он кого-то. — И мать любила его и сестру, а меня лишь ругала и наказывала. Сансе тоже казалось, что матушка любит ее сильнее, чем Арью, хотя она всегда говорила, что всех детей любит одинаково, но Робб был ее первенцем, а младшие мальчики постоянно требовали ее внимания. Санса старалась, чтобы матушка хвалила ее и ставила в пример сестре, а сестра злилась и назло пакостила. Иногда Санса тоже завидовала Арье. Отец часто повторял, что она похожа на Лианну, сестру отца, которую похитил Рейегар Таргариен. Значит она была особенной, ведь Таргариен был принцем. И хотя Лианна умерла, Санса смутно понимала, что он украл ее, потому что был влюблён. Возможно ли, что теперь боги наказали ее. Теперь она во власти человека, который злился на своего брата из-за вещей и игрушек так же, как она злилась на свою сестру, и завидовал ему, как она завидовала Арье. — Почему ты не пьешь вино? — Вдруг спросил Григор. — Я не люблю вино. — Она взяла кусок пирога, чтобы не вызывать у него нового гнева. — Эй, кто-нибудь, — крикнул он, — принесите леди воды. Служанка принесла кубок с водой, в котором плавал кружок лимона и лист мяты. Санса с благодарностью ей кивнула.       В чертог вошёл мейстер Оттомор, он неспеша проковылял до стола и протянул Григору бутылочку тёмного стекла. — Здесь то, о чём Вы меня просили, милорд. — Он с интересом посмотрел на Сансу. — Надеюсь, ты не думаешь, что я стану пить всё, что ты мне предложишь? Он отлил из бутылки в маленькую рюмку и протянул Петти. — Выпей. — Приказал он служанке. — Если там окажется яд, и она умрет, следующим умрешь ты. Служанка взяла зелье и испуганно взглянула на мейстера, тот лишь кивнул головой. Петти ничего не оставалось, как только выпить. — Петти, иди в свою комнату и ляг в постель. — Проговорил мейстер. — Сегодня ты уже не сможешь ничего делать. Петти послушно вышла. — Милорд, я хочу предупредить Вас, что зелье очень крепкое. Желательно, чтобы Вы выпивали его перед сном, когда уже ляжете в постель. — Я знаю, как нужно пить маковое молоко. — Перебил его Григор. — А Вы, леди Джейн, сегодня пропустили перевязку. — Обратился к Сансе мейстер Оттомор. — Не забудьте прийти ко мне после ужина. Григор бросил сердитый взгляд на девушку, но потом поднялся со своего места, взял маковое молоко и покинул чертог.