Дорогой мальчик

       Тяжелое прерывистое дыхание. Теплый пар вылетал изо рта блондинки, пока та чуть ли не бегом направлялась к нужному ей мосту. Зачем? Не для того, чтобы спрыгнуть, руководствуясь депрессивными мотивами, а для того чтобы встретиться со своим парнем. Узнав ответ на вопрос, от которого Чонгук так умело выкручивался, Юна была шокирована. Ей было неприятно и обидно. И… Эта занятость. Получается, пока сам парень находился в отношениях с Юной, работая, изменял ей. Хотя Ли была очень сильной девушкой, слёзы так и просились оставить на щеках дорожки, особенно в такой холод. Наверное, это всё же алкоголь так воздействовал. Не могла она представить, как её любимый мужчина, чтобы заработать денег, спал с другими женщинами, обещая быть верным именно ей. Возможно, в силу своего юного возраста Чонгук ещё совсем не понимал, какой ценой ему выйдет пребывание в том агентстве в качестве сотрудника. Быстрые и широкие шаги. Нетрезвое состояние помогало вырисовывать Юне в голове сцены их встречи. Помогало придумывать слова. Он её обманул.        От дома Мэй до моста, у которого Чонгук согласился встретиться оставалось совсем немного. Юна шла, потупив взгляд и сжав губы. Она была напряжена, в районе груди будто образовалась пелена, которая при глубоком вдохе, разорвавшись, как хрупкая паутина, заставила бы расплакаться, подарив незабываемое чувство паники. Ли не знала, с чего начать с парнем разговор. Хотелось дать ему пощечину, как в каком-нибудь фильме, или начать разговор издалека, или вовсе обиженно молчать, пока Чон сам не догадается. Но не было сил для того, чтобы как-то издеваться над ним, скрывая настоящий мотив обиды и разочарования. Нужно решить как люди. И если Чонгук действительно изменял ей ради денег, то Юна безукоризненно решит расстаться.        Алкоголь преувеличивал в голове девушки масштаб бедствия, одновременно затуманивая разум. Блондинка полностью ушла в себя, не замечая прохожих, сигналов светофоров и холода. Пусть в этот раз это никак на ней не сказалось, но если продолжить быть такой небдительной, то однажды может случиться несчастный случай. Вот, впереди уже показался подъем. Это начало моста. Юна наконец, подняв голову, посмотрела на поток машин, после чего, переведя взгляд на водоём, внезапно разглядела силуэт парня возле перил. Человек, одетый полностью в чёрное, смотрел вдаль, задумавшись. И, подходя всё ближе, Ли понимала, что это её парень. Чонгук уже ждал её. И почему-то тоже был без настроения. Может погода, а может и догадывался…        Остановившись в нескольких метрах от Чона, Юна стала осматривать его, чувствуя, как ком подступал к горлу. Вдруг как будто разум отрезвел, холод заставил колени задрожать, а в голову резко пустил поток мрачных мыслей. Парень медленно повернулся, как только почувствовал на себе тяжелый взгляд. Посмотрев на Юну, он увидел, какая она была расстроенная и подошёл ближе, чтобы спросить в чём дело, а затем успокоить. Слишком дорога ему.        — Чонгук, — Юна успела сказать лишь это перед тем, как посмотрев в глаза подходящего парня, заплакать. Зачем ты сделала это так рано? Невозможно было сдержать обиду. Слишком много думала, перед тем, как начать разговор, поэтому слишком расстроилась. — Ты…        Брюнет притянул девушку к себе, обнимая за плечи. Спокойствие почему-то все ещё побеждало беспокойство, хотя парень догадывался, что заставило такую сильную девушку, как Юна, плакать. Стал медленно поглаживать её голову, замечая, что блондинка ходит без шапки. Ощущал, как прислонившись к его груди, всхлипывала Юна, обвив руками его торс. Пусть и была обижена, но ещё любила, причём так же сильно, как и он.        — Может, теперь скажешь, что случилось?        Юна, тыльной стороной ладони убрав соленую воду с лица, отстранилась от парня, смотря прямо в глаза. Девушка не знала, с чего начать, однако после того, как немного успокоилась, стала чувствовать раздражение и злость. Чонгук всё ещё не мог сам завести разговор. А что, если Юна узнала вовсе не об этом?        — Чонгук, скажи мне правду, где ты работаешь? Прошу, не лги, — ступив чуть ближе к своему парню, Ли снова заглянула в глаза, пытаясь отыскать истину.        Чонгук, вздохнув, не смог выдохнуть, он был ошарашен вопросом. Всё-таки его догадки подтвердились, как бы ни хотелось — шило в мешке не утаишь. Но не говорить же ей, что сейчас учится по своей специальности, ускоренно ищет новую работу, по ночам работая обыкновенным грузчиком. Это будет просто ударом по его и так невысокой самооценке.        — Тебе не нужно волноваться.        — Ах, то есть я не должна знать? — Юна иронично усмехнулась, взмахнув рукой. Глаза ещё блестели от прошедшего потока слёз. Брови Чонгука опустились, а глаза сузились.        — Да, я не хочу посвящать тебя в это, — Чонгук сомкнул челюсти, серьёзно взглянув на свою девушку. Он уже прекрасно знал, что она имела в виду, но упорно не признавался. Сейчас же это не так…        — Я и без тебя узнала, Чон, — блондинка выдохнула, после чего, проглотив слюну, снова посмотрела на парня, — скажи, где вчера всю ночь ты пропадал?        Брюнет безукоризненно ответил, чем ещё больше разозлил Юну. Но она же поймала его с поличным. Практически.        — Я работал, Юна. И я совершенно не понимаю, что ты от меня хочешь…        — Ты продавал своё тело. Вот, как ты зарабатывал.        Грубо обрезала его блондинка, чувствуя, как говорить с каждым слогом всё сложнее, истерика накрывала, заставляя тембр голоса измениться. Упорно держала в горле ком. Чонгук сжал губы, неотрывно всматриваясь в глаза девушки. Губы дрожали. Она сама ещё не понимала, как на это реагировать.        — Юна, я…        — Ты изменял мне. Изменял каждую чертову ночь, оставляя меня одну. Тебе самому не противно? Спать со всеми подряд, ради того, чтобы получить эти грязные деньги? — Ли снова всхлипнула, вытирая первые, но самые тяжелые и разочарованные слёзы с глаз.        Чон молчал. Он двинулся к ней вперёд, захотев обнять, но затем одумался, понимая, как сейчас тяжело Юне его простить. Он понимал, что любые объяснения и оправдания будут восприняты против него и ещё сильнее усугубят ситуацию.        — Я могу всё объяснить, Юна. Это всё не так, как ты думаешь.        Девушка усмехнулась, шмыгнув носом. Она подняла свой взгляд на него и криво улыбнулась, понимая, что им нужно порвать. Не готова после такого оставаться с этим парнем. Не сможет с этим жить.        — Всё кончено, Чонгук, — Юна вытерла ещё одну слезу, после чего почувствовала упущенное равновесие, но всё же смогла сбалансировать на ногах. Градус снова вступил в силу.        — Юна, дай мне сказать, — Чон сделал шаг навстречу, но девушка ловко отошла назад. Она замотала головой в разные стороны и смерила парня расстроенным и огорченным взглядом.        — Нет, Чонгук, может быть, когда-нибудь потом, но сейчас я хочу уже остаться одна. Я думаю… нет, тебе нужно съехать.        Брюнет всё продолжал смотреть в её глаза, понимая, какую ошибку допустил. А Юна, ступая спиной вперёд, в последний раз подарив своему бывшему парню взгляд, резко развернулась и пошла прочь, засунув руки в карманы. Ускорила шаг, теперь уже позволяя слезам в полной мере выплеснуться, лишь бы Чонгук не видел, что Ли Юна совсем не сильная личность, позиционирующая себя оптимисткой. Ей тяжело, ему тоже. И кто знает, но, наверное, если бы парень объяснился и сказал, что вовсе не изменял ей в отношениях, ведь бросил эту работу уже давно, то стало бы только хуже. Им надо какое-то время пережить это, и затем только обговорить все детали как нормальные люди. Заодно и узнают, способны ли они быть вместе…

***

       Через грязное стекло бокала, на дне которого ещё оставалась едва заметная капля красного вина, а стенки были испачканы помадой, можно было увидеть сложенную пополам спящую девушку. Мэй, вытянув руки вперёд, а голову наклонив максимально вниз, решила своей позой заработать себе спазмы в шее после пробуждения. Девушка была пьяна, поэтому и решила отключиться в такой ужасно неудобной позе. Глаза сомкнулись как будто по щелчку пальца, заставляя погрузиться в темноту.        Звонок в дверь, а потом едва слышный звук. Будто через пелену или беруши звуки материального мира стали постепенно пробуждать чуть отрезвевшую Мэй. Девушка медленно открыла глаза, после того, как уже в дремоте, почувствовала жуткий дискомфорт в районе затылка. Как только шатенка полностью пробудилась, то схватилась за шею, негромко ругнувшись. Тут же поспешила выпрямиться с характерным в спине хрустом. Почувствовав сухость и неприятное ощущение во рту, Мэй встала и поспешила налить себе воды, чтобы прополоскать полость рта, а уже потом пошла открыть дверь посетителю.        — Юна, наверное, опять что-нибудь забыла.        Щелчок замочной скважины, Мэй опустила ручку вниз и толкнула дверь от себя, выглядывая и осматривая гостя. Наверное, не совсем адекватное состояние подсказало девушке, что наверняка по ту сторону пряталась такая же нетрезвая подруга. Поэтому, только после того, как Юн увидела, что блондинка не могла так сильно прибавить в весе за час, подумала о том, как глупо поступила, не посмотрев в глазок. Надо меньше пить.        Гость переступил порог, закрывая за собой, а потом взглянул на Мэй, которая старалась стоять на двух ногах устойчиво, чтобы не казаться пьяной. Неловко и страшно. Раздвоение в глазах мешало понять — кто же это? А вот Чимину казалось, что Мэй будто ослепла, ну или стала видеть сквозь.        — Не объяснишь, почему вызов на твой адрес снова зафиксирован в агентстве? Мне пришлось у одного мужлана с трехнедельной щетиной и костюмом ветеринара отбивать работу. Даже представить не могу, что было бы, придя к пьяной особе страшилка в белом одеянии.        Мэй наконец, придя в себя после сна и градуса, просто ступила вперёд и резко заключила парня в объятия, чувствуя, как щекам стало холодно от его промерзшей кожаной куртки. Чимин опешил, но затем, почувствовав тепло, поспешил в ответ обвить руками чужое тело и провести ладонью по её темным волосам. Нежное поглаживание по голове девушки заставило ту чуть ли не мурлыкать как довольный кот.        — Я так рада, что ты пришёл.        — Может, скажешь, что случилось? Какого чёрта ты до сих пор помнишь этот номер?        — Чимин, мне нужен был психолог. Я думала, что звонила в частную клинику. — Девушка отстранилась, после чего позвала парня в гостиную. Не хотелось показывать свою кухню с последствиями плаксивых посиделок. Хотелось прилечь и уснуть.        — Ни одна клиника не работает в такое время.        — Я уже поняла, — Мэй упала на мягкое сидение дивана, и через минуту рядом присел и Чимин, — а ты, разве, не был сейчас занят?        Пак цокнул и опрокинул голову вверх, прижимая одной рукой девушку к себе.        — Я заезжал за тем, чтобы отдать им деньги за расторжение контракта. Чтобы уйти из этого «бизнеса» необходимо заплатить неустойку. Только зашёл в офис, как увидел, что какой-то хрыч крутился перед зеркалом, как будто на парад собирался. Подошёл, поздоровался, и услышал твое имя. — Чимин перевёл взгляд на Мэй, — знаешь, как я офигел?        — Прости, — девушка нервно хихикнула, уткнувшись лбом о плечо парня. Так рада, что пришёл именно Чимин, — Юна недавно подарила мне перцовый баллончик, поэтому, я думаю, всё было бы хорошо.        — Наверняка, — Пак усмехнулся, ладонью взъерошивая волосы, — так что случилось? Какой психолог?        Мэй устало разомкнула слипающиеся глаза, после чего взглянула на обеспокоенное лицо Чимина.        — Обыкновенный. Но знаешь, ты лучший психолог на свете. Просто пришёл, а я уже счастлива.        Пак рассмеялся, а потом едва коснулся своими губами щеки девушки. Ему было забавно видеть то, как Мэй дергается от щекотки.        — Ну, вообще-то, я действительно самый настоящий психолог. Могу даже диплом показать.        Юн удивленно подняла бровь и улыбнулась. Она, конечно же, поверила, но лицо Чимина излучало такую детскую наивную радость. И да, безусловно Пак подумал, что эмоции Мэй ничто иное, как насмешка.        — Эй, я серьёзно, — девушка засмеялась, отстраняясь в другой угол мягкого дивана. Приступ смеха всё никак не мог закончиться, поэтому Чимин, заразившись хорошим настроением, потянулся за ней и обнял девушку сверху, будто поймав, — если это не истерика, то я буду вынужден поставить тебе диагноз душевнобольной.        Шатенка, развернувшись к Паку лицом, продолжала улыбаться, осматривая его черты лица. Его довольный взгляд, приподнятые уголки губ, растрепанные волосы. Он действительно был красив, поэтому, вероятно, и пользовался популярностью у девушек. Руки парня крепко обвивали туловище Мэй, а одно его колено устроилось прямо между женских ног. Постепенно от их улыбок не оставалось и следа, а градус в крови девушки так и подсказывал прильнуть к нему, опуская руки ниже его плеч. С каждой секундой их лица были всё ближе и ближе. И вот, когда Чимин не сдержался и первый вовлёк в поцелуй, шатенка резко переместила ладони на его голову, зарываясь пальцами в густой шевелюре.        Мягкие губы Пака сминали губы Мэй. Его язык проникал глубоко, запутывая девушку и даря той наслаждение. Руки парня переместились на талию и бедра, позволяя Юн чувствовать себя свободнее. Внизу живота Мэй уже завязался крепкий узел возбуждения, поэтому чтобы окончательно не сгореть от желания, закинула ноги на мужскую талию. Характерные пошлые звуки поцелуев и вздохи будто эхом отражались в гостиной, от чего казалось, будто температура в доме зависит от температуры их тел.        Тем временем рука Чимина проскользнула под майку Мэй, где он быстро справился с сдавливающим грудь девушки лифчиком. Пак резко отстранился, снимая с себя кожанку, а заодно и футболку, после чего снова прильнул к нетерпеливой Мэй, подхватывая её за бёдра и вовлек в поцелуй. Он умел целовать только протяжно, максимально пошло так, чтобы девушка краснела от того, как её слюни потом оставались на губах и подбородке парня. Однако сама Юн уже успела перейти грань. Её язык уже переместился на мочку уха, а потом стал медленно спускаться вниз, к шее.        — Детка, где у тебя спальня? — Еле сдерживая стоны, проговорил Чимин, уже не выдерживая напряжения. Чёртовы обтягивающие джинсы сейчас стали самой ненавистной вещью.        — Там, — девушка коротко указала пальцем на одну из двух других дверей и снова обвила руками шею парня, прикусывая чужую кожу шеи.        Пак ускорил шаг и, пройдя вглубь нужной комнаты, кинул девушку на кровать, после чего, расстегнул ремень и снял джинсы. Снова Чимин оказался на Мэй, а та в свою очередь вновь закинула на его талию свои ноги. Кофта девушки была окончательно снята, поэтому парень, не медля, стал массировать её грудь, добиваясь первых громких стонов. Крутя в двух пальцах твердые соски, Чимин получал удовольствие от изгибов тела Мэй. Дорожка из его поцелуев опускалась всё ниже, почему скоро свободные штаны девушки вместе с трусиками тоже улетели в неизвестном направлении. Ноги Мэй были раздвинуты, а сама она уже потянулась рукой к клитору, чтобы уже снять часть напряжения, как её руку перехватил Чимин. Он, увидев, до какой степени Юн возбуждена, вошёл в неё двумя пальцами, услышав громкий стон и наблюдая за тем, как девушка прогнулась в спине. Было слишком узко, поэтому парень поспешил раздвинуть пальцы внутри. Ох чёрт, кажется, у неё слишком давно не было секса.        Мэй, блаженно закрыв глаза, негромко стонала, самостоятельно массируя свою грудь. С каждым новым толчком двух пальцев, хотелось большего. Поэтому, только пальцы оказались вне влагалища, как на их место пришёл язык. Влажный, быстрый и упругий язык. Чимин хотел доставить удовольствие, довести Мэй до оргазма и без проникновения — петтингом, отчего Юн уже готова была разорваться на части. Девушка громко стонала, не успевая вдыхать. А Пак, будто специально, то замедлялся, то ускорялся, поэтому Мэй уже сходила с ума, крепко сжимая в кулаках одеяло. И вот, когда до пика девушки оставалось пару мгновений, парень отстранился, облизывая свои губы и, сняв нижнее бельё, вновь оказался над Юн. Она, крепко вцепившись в его плечи и вовлекая в поцелуй, ждала, когда вместо пальцев и языка в неё проникнет каменный член парня. Сам Чимин, исчерпав своё терпение, резко вошёл в девушку, с первой секунды срываясь на бешеный темп. Будто зверь, он имел Мэй грубо, но в тоже время оставлял нежные поцелуи на её теле. Дьявол. Самый настоящий.        Дыхание сбилось, руки блуждали по сырым телам, кровать громко скрипела, а стоны Мэй радовали слух Чимина. Парень вжимал девушку в матрас, рыча и издавая хриплые стоны. А когда услышал, что Юн стала громко и часто издавать блаженные звуки, перевернулся на спину, закидывая девушку на себя. Теперь Мэй самостоятельно выбирала темп, насаживаясь на член парня до основания. Её руки лежали у него на груди, пока ладони Пака сжимали её и так красные ягодицы. Их поцелуй длился уже больше минуты, пока сама девушка чувствовала, как толчки становились всё чаще…        Звонок в дверь тихо отдавался где-то вдалеке. Парочка не слышала настойчивые удары по двери и трель. Им было не до этого, они наслаждались друг другом, и никакие посторонние звуки, кроме собственных стонов не вызывали внимание. Тем временем, высокий мужчина в свободной мешковатой одежде держал в одной руке поводок, контролируя поведение своей собаки, а в другой руке держал красивый большой букет. Уже несколько минут он стучал по двери, но результата не было. Усталость заставляла парня чувствовать себя паршиво. Разочарованно вздохнув, парень перестал бесполезно стучать по двери, поэтому просто засунул основание букета между ручкой и дверью, а потом грустно взглянул на своего питомца.        — Пойдем, Джангу, она, наверное, уже спит.        Развернувшись, парень повел собаку за собой, потупив взгляд в пол. Странное состояние терзало его душу и не позволяло спокойно жить, заполняя легкие воздухов. Он будто понял, что что-то упустил. Точнее не «что-то», а «кого-то»…        Чимин, вновь перевернул девушку на спину. Его последние грубые толчки. Горячее дыхание парня опаляло ключицы девушки, а женские руки крепко сжимали широкую спину. Последний громкий стон — и Пак успел выйти вовремя, обильно изливаясь Юн прямо на внутреннюю сторону бедра. Оба, громко восстанавливая дыхание, замерли в этой позе, блаженно отдыхая. Чимин, уткнувшись головой в шею девушки, продолжал щекотать чувствительную кожу своим дыханием, когда Мэй, закрыв глаза, обнимала парня за плечи.        Определённо это лучший приём у психолога, который мог только произойти. Завтра и пациент, и врач проснутся абсолютно довольными и счастливыми…