По ту сторону шкафа

— Ох, ебать сколиоз, старею, — слышится кряхтение неизвестного и тот самый парень, приложив руку, в которой находился кусок говядины, к пояснице, пытается выгнуться. Чонгук долго всматривался в потемки и чужое лицо, освещенное только лампочкой от холодильника. Это был точно не Тэхен или кто-то из знакомых Чона. Пока еще неизвестный не заметил омегу, тот откровенно пялился в бледную мордашку, как у самой смерти, и рассматривал черные волосы, которые идеально вписывались во внешность. Если бы Чонгук выбирал имя этому парню, то несомненно выбрал Белоснежку, а сказку назвал «Белоснежка и семь сортов колбасы Кимовского и Чоновского холодильника». Все бы ничего, но Чонгук настолько залип, что не заметил, когда его обнаружили, а в лицо прилетел тот самый кусок говядины. Парень отступил назад и хорошенько ударился головой о дверной косяк, а мясо оставило смачное жирное пятно. Просроченное. — У меня и так одна почка, изыди! — Юнги тут же хватается за стул и выставляет его перед собой. И да, это был тот самый ушлепок-друг Тэхена с замашками русского гопника и ирландского наркомана, который беспардонно стащил чужие ключи и сделал копию, чтобы забираться к младшему в квартиру и жрать его еду, потому что собственный холодильник такой же худой, как и ноги его владельца. А еще почка Мина на месте, а об ее отсутствии он врет только если чувствует опасность, чтобы хоть как-то защититься от злобных маньяков-насильщиков, которые несомненно хотят положиться на самое святое. — Могу отдать почку Тэхена! Ну или его пенис! — Что? — Чонгук уже перестал считать какой раз его глаз дернулся, а рука оказалась на сердце. Омега от испуга почему-то вспомнил стихи Есенина, которые по пьяни ему рассказывал Чимин, после чего скормил младшему свой легендарный борщ, по рецепту его дедушки, который ездил в Россию, чтобы стать настоящим суровым мужиком и отведать сала. Но это совсем другая история. — Мне и своей пиписьки хватает! — Да ты знаешь кто Я? Знаешь? Зна-а-аешь?! — грозным голосом бесстрашного воина Чосон, который вернулся после жестокой войны за своего короля, произносит Мин, а Чонгук лишь затылок трет и после растирает жирное пятно на своей футболке. — Нет, — честно ответил младший, после чего вытер руку об штанину. — Вот я тоже не знаю, — Мин печально вздохнул и поставил стул на пол, после чего оперся на него. — Но я бы хотел стать репером и херачить всех своими стишками, а еще доводить омег до Гонконга, но, как видишь, мир жесток, поэтому я всего лишь бедный студент, который тырит еду у друга, ну или дерется с бомжом за право обладать говяжим дошираком. — Печальная, однако, история, — неуверенно произносит Гук и, задумавшись, чешет пальцем под носом. — А еще очень благородно пытаться отобрать еду у бомжа, я пробовал. Они похожи на агрессивных бобров в период спаривания, — они немного отошли от темы, но это ведь намного интереснее обсуждать, нежели чей-то фалас или отсутствие почки. — А если у него еще и самка есть… — В таких случаях я брал носок друга, который не стирался месяц и кидал их в одного, чтобы отвлечь, — Чонгук трет подбородок, вспоминая веселые деньки, когда родители из-за плохих отметок отказались перекидывать ему на карту деньги и приказали идти работать. — Трусы Тэхена эффективнее, бобры на запах идут, — Мин принимает философскую позу, чтобы казаться умным. Он не хочет оскорблять чувства бомжей, но иногда наступают суровые времена, когда студенты борятся за выживание и право не быть занесенными в красную книгу. На самом деле на опыте Юнги попадались добрые бородатые мужички, которые даже соджу вместе выпить предлагали. — А я то думал, куда делись мои семейники с СейлорМун! Безжалостный монстр, я их еле в секондхенде выторговал у пятилетней девочки, а ты вот так поступил… — за спиной Чонгука появился еще один силуэт. Омега, от очередного приступа страха, отскочил в сторону, впечатываясь задом в тумбочку, которая от напора жалобно заскрипела. — Это было во благо! — заявил Мин в свою защиту. А рука Кима встретилась со лбом, объединяясь в популярный мем «рукалицо». Хотя не прошло и минуты, как Мин опомнился и вновь схватился за стул. — Точно! К тебе в квартиру пробрался какой-то тип, который тырил твою еду, если ты подумал, что это был я! Повисла тишина и Чонгука вновь передернуло от происходящего, а Тэхен выглядел слишком усталым, чтобы удивляться возвращению своего «соседа». Альфа трет переносицу и с усталым вздохом осматривает происходящую в его квартире картину. Ему на сегодня хватило похода к психологу и он чувствует, что придется записаться повторно. — Это Чонгук — мой родственник, — Ким закатывает глаза и указывает на омегу указательным пальцем, который после переводит на старшего альфу. — А это Юнги — мой друг и вы должны жить дружно, не доставая меня, Тэхена, и не доводить до нервного срыва и второго похода к дьяволу с именем Кенсу. — Ох, приношу мои извинения, миледи, — проговорил Юнги, резко меняя позу. Он подпер затылок рукой и уперся локтем в дверцу холодильника. Старший пафосно поправляет челку, хотя в потемках это плохо видно. — Могу ли я поинтересоваться не заняты ли вы? — Мин умеет резко менять тему, интонацию, поведение и характер. — Фу-у-у, так друг подлого гея оказался коварным пидаром, фу-у-у, — Чонгук наигранно скривил мордашку. Он конечно уже осознал все морали этого мира, но не хочет упустить момент постебаться, тем более над парнем, который решил подкатить к такому суровому гомофобу, как Чон. — А я подумал, что он омега, хотя на альфу слабо смахивает. Бета? — Мин кивнул сам себе и, поняв в какой он сейчас глупой позе находится, решил выпрямиться. — Ага, а я подумал, что он стриптизер из Нарнии, — усмехнулся Тэхен, но, словив на себе непонимающий взгляд друга, замолк. Главное не спалиться перед Юнги, а то тот обоих за психов сочтет, а там уже пиши пропало и здравствуй дурдом, директором которого является суровый врач и строгий отец господин Мин. — Да я самый настоящий альфа самец! — гордо заявил Чонгук, положив руки себе на бока и гордо задрав подбородок кверху. — Пожиратель сердец и главный герой всех мокрых снов невинных девиц! Я мужественный Адам, прекрасный Аполлон, обладатель шести кубиков пресса и офигенских ляшек. И я точно не умею рожать, если вы конечно могли так подумать! — Конечно, тогда я феечка Блум и звезда балета, живущая с богатым папиком, которая сосет чуть ли не все свободное время, чтобы получить лишний доллар, — Юнги насмешливо фыркает, а Ким показывает ему большой палец, мол, «молодец, мужик». Чонгук начинает дуться и удивляется сам себе, ведь когда он стал вести себя так? — Так вот, собственно, почему я пришел, — и вот Мин опять мастерски меняет тему. — Если вы подумали, я здесь вновь обшарить холодильник, то вы ошибаетесь. Тэхен складывает руки на груди и опирается боком о дверной косяк, делая вид, что внимательно слушает. Чонгук же роняет свой зад на близстоящий стул и закидывает ногу на ногу. На самом деле ему не интересно, но кроме того, чтобы составить компанию этим «существам», делать нечего. — Я встретил Хосока, — размеренным тоном начал самый старший, а Ким нахмурился. — Я конечно понимаю, что он родился истеричкой, но видимо все настолько плохо, что он обиделся на тебя. Сказал, что хочет поговорить у Сокджина дома на его дне рождении. — Ясно-понятно, — блондин закатил глаза, ведь подобное не впервые случается. А ведь они даже с Хосоком не пара! — А разве ты не мог мне сказать этого по телефону, зачем приходить? — Ну, я совру, если скажу, что соскучился, — Юнги прочищает горло и начинает медленно двигаться к выходу из кухни. . . . В итоге, что у нас есть: одно жирное пятно на футболке Чонгука, один Тэхен в раздумьях о предстоящей встрече с Хосоком, один пустой холодильник и минус две пачки рамена, которые стырил Юнги, пока никто не видел. Понятное дело Ким поспешил поинтересоваться у Чона, где тот пропадал всю ночь и вообще что за хрень. Младший начал свой длинный рассказ еще со вчерашнего утра и того, как перед выходом из дома он ходил в туалет, а мягкая туалетная бумага Кима закончилась. После омега повествовал о красном Жигули — отметив, что это достаточно неплохая машина, — а после начал говорить о каких-то китайских ученых из Пекинского университета, называя их дылдой, мелким, пандой и оленем. А еще рассказал про заботливую госпожу Ли, которая принесла печенья, а эти странные практиканты даже не удосужились с Гуком поделиться. А Тэхен внимательно слушал и кивал, отмечая, что младший достаточно интересно рассказывает (рассказывает очередную глупость, но в нее хочется верить). Альфа говорит, что видел один красный Жигули возле дома, а еще вспомнил, что те, кто сидели в нем, говорили на «эльфийском языке», из которого Ким понял только слово «писька». И ему вовсе не интересно, почему столь необычное слово было произнесено тоненьким голоском и со столь великим интузиазмом. — Садись, — с приказом в голосе произнес Тэхен, указывая на свою кровать. Парень серьезно глянул на Чонгука, который странно изгибал бровь и неуверенно плелся к указанному месту. — Что мы будет делать? — спросил омега, не видя подвоха в чужих глазах. Он сел на самый край кровати и стал наблюдать за тем, как Ким возился возле висящего на стене телевизора. — Мультики смотреть будем? — поинтересовался младший, а блондин лишь угукнул. — Со связыванием? — неожиданно спросил альфа, отходя от телевизора и садясь рядом с тонсеном. — Что? — Чонгук искренне не понял о чем говорит блондин. — Мультик про полицейских? — Значит, ролевые игры. — пробубнил Ким и с помощью пульта включил какую-то папку с видео. — Что? — Вот мое любимое, — Тэхен улыбнулся и уставился в экран. Чонгук медленно поворачивает голову и первое, что видит — какого-то парня в черном и битой в руках. — Что за говно, — фыркнул Чонгук, но смотреть продолжил. — Тебе понравится, — буркнул альфа, наблюдая за тем, как на видео в комнату врывается еще один парень в полицейской одежде и пистолетом. Чонгук тихо офигивает и хмурится, смотря на то, что происходит. Пока ничего не предвещало беды. Боянский фильмец-боевик, подумал омега, не обращая внимание на отвратительную игру актеров. — «М-м-м, ну тогда арестуйте меня, господин полицейский» — доносится из динамиков вместе с визгом Чонгука. — Мои девственные глаза! — верещит Чон и уже готовится, чтобы встать с кровати и убежать, но Ким ловит его. — Отпусти меня, подлый гей! Или ты хочешь меня распидорасить и заразить пидарством?! — Это для общего образования, — шипит Тэхен, обезвреживая руки омеги. А младший все же оказался сильный, но у блондина хватает сил усадить того и одной рукой схватить за лицо, чтобы тот смотрел на телевизор. — Вот такая херь — это нормально! Тот, что в полицейской форме — омега, другой — альфа. — Это… моральное…из-знасилование, — еле выговаривает Чонгук, ведь чужие пальцы давят ему на щеки. Омега закрывает глаза, так как не хочет смотреть на вот это все, хотя стоны отчетливо слышно. — Подобными… сьпосебамы ты мень-я не опидоласишь… подлый гей! — Не слюнявь мне руки и смирись, — злобно проговорил альфа, помогая себе ногой держать младшего. — Ты мужик или кто? Эй, ты чего? Плачешь? *пятнадцать минут спустя* — Это хоть и гадко, но слушать то, о чем они говорят — забавно, — излагает Чонгук, с прищуром наблюдая за половым процессом на экране. — Я всегда с порно смеюсь, — поддакнул Тэхен. Он уже не держал младшего, а сам погрузился в просмотр. — Фи… — Ага, ужас…