Пособие Гермионы Грейнджер для скрывающихся прогульщиков.

Поттеру снился кошмар. Драко видел, как он беспорядочно метался под одеялом, с искаженным от ужаса лицом. — Нет, — выдыхал он снова и снова. — Нет, нет. На втором этаже ветхой двухспальной кровати Невилл продолжал беспечно дрыхнуть, оглушая комнату ритмичным храпом. Драко хотел, чтобы тот уже нахрен проснулся. Он бы точно знал, что сказать или сделать в такой ситуации. Драко же понятия не имел, что он должен был делать. Драко знал о кошмарах не по наслышке — они начались еще с тех пор, как его отец привел в дом это. Кошмары были отвратительными, но сны были в сто раз хуже. Ему снилось, как он проснется в своей спальне и поймет, что предыдущие три года были ничем большим, чем просто кошмаром, который сошел на нет, стоило ему только открыть глаза. Это был бы невероятно солнечный день, и Драко бы спустился вниз, ощущая приятный запах уже готового завтрака. Он бы вошел в столовую, и его мама улыбнулась бы ему тепло и искренне, спрашивая его как он спал. Но нет. Вместо этого он проснулся в дерьмовой палатке в каком-то зассаном районе Лондона, и что самое ужасное — то, что это был не кошмар. Это была реальность. Он всегда просыпался до того, как в своих снах успевал ухватить хоть ломтик пряного тоста. Его подсознание было гребаным мудилой. — Поттер, — все же осмелился окрикнуть брюнета Драко, тем не менее не покидая безопасного, по его мнению, места на своей кровати, — Поттер, проснись. — Не надо, — бормотал Поттер, — Нет, не надо. — Я ничего не делаю, — прошипел Малфой. И почему этот чертов Невилл не просыпается? Разве он не знает, что Драко просто бесполезен в подобных вещах? Он попытался создать как можно больше шума, пиная и шурша валяющимися возле кровати книгами. Ничего. Поттер продолжал извиваться на своей кровати, и ни в какую не хотел просыпаться. На лбу выступили блестящие капельки пота. Драко качнул кровать так, что верхняя полка ударилась о стену, а потом сбила три книги и кружку с прикроватной тумбочки. — Что… — выдохнул Поттер, вскинув растрепанную голову. Без очков его глаза казались еще более зелеными. В них стоял какой-то странный блеск, а белки были все красными от полопавшихся капилляров. Он схватился одной рукой за лоб, скривившись от прикосновения собственной ладони. Шрам покраснел и напух, что еще сильнее выделялось на фоне почти чистой бронзовой кожи. — Прости, — буркнул Драко, собирая осколки чашки и склеивая ее снова воедино с помощью палочки. — Случайность.

***

Магия сама по себе была заразна: она заполняла все тело жгучим чувством радости, какого-то сумасшедшего адреналина, который рассыпался внутри на тысячи феерверков. Это было чувство, от которого было очень сложно отказаться, стоило только раз попробовать. Но вот обучаться магии у кучки подростков, которые никогда прежде никого и ничему не учили — было совершенно другим делом. Гарри даже успел составить рейтинг своих, так скажем, репетиторов. У Джинни получалось хуже всего. Никакого терпения, да и к тому же, казалось, что та ловит неприкрытый кайф только когда Гарри что-то нечаянно поджигал или подрывал. Потом шел Рон. Он настолько неточно и беспечно показывал требуемые движения палочкой, что рано или поздно это привело к тому, что Гарри разрушил половину округи возле палатки. Луна была абсолютно бесполезна в обучении чему-нибудь важному, но тем не менее, с ней было действительно весело. У Невилла, может быть, и неплохо получалось, но все впечатление портил его взгляд, который постоянно менялся то от напрочь испуганного, до неприкрыто жалостливого. Малфой и Гермиона вышли в лидеры его рейтинга. К его величайшему раздражению, Малфой действительно хорошо объяснял сам принцип магии и не нянчился с ним. Гермиона обычно объясняла все слишком быстро, но где-то минут через двадцать, которые оказывались абсолютно бестоковыми, она сжаливалась и делала небольшой перерыв. — Ты привык использовать магию, как огромную эмоциональную волну, — сказала Гермиона, направляя струю холодной воды на очередной, случайно вызванный Гарри, пожар. — Ты должен направлять ее через палочку, а не через… — Хуй? — предположил Гарри. Гермиона фыркнула. — Я хотела сказать грудь, но если тебе так больше нравится… — она сжала свои губы в тонкую линию. — Было бы намного легче, если бы у тебя была своя собственная палочка. Это действительно не идет в сравнение, когда ты пользуешься чьей-то чужой. — Это все еще…звучит неправильно. Гермиона прикрыла ладошкой рот, отфыркиваясь от смеха. — Я имела в виду, что…я думаю, что ты привык, когда используешь магию, просто отпускать ее. Позволяешь, чтобы она сама управляла всем: как срываешь пробку, и вся накопившаяся внутри вода выходит одним мощным потоком. Тебе не нужно так сильно стараться. Для одного заклинания всего этого не надо. У тебя немерено силы, Гарри, я уверена, что заклинание сработает, даже если ты не будешь на нем особо концентрироваться. На самом деле магия Гарри ощущалась не как вода, а как лесной пожар. Представлять это, тем не менее, было абсолютно одинаково странно. — Но ты мне продолжаешь говорить, чтобы я сконцентрировался! — Наверное я… — Гермиона зажмурилась. Очевидно, эти слова ей давались нелегко. — Была не права. — Никогда, — усмехнулся Рон, обхватив усыпанной веснушками рукой плечи девушки. — Слушай, уже смеркается. Мы подумали, что, пожалуй, стоит свернуть на один денек уроки магии и…ну типа поговорить о том, что будет дальше. Гарри не понравилось то чувство, которое появилось у него в животе на этих словах. Какое-то неприятно-щекочущее. Тем не менее, Гермиона согласно кивнула головой. Что будет дальше… Да он ведь только начал входить во вкус. Исходя из той информации об их…его мире, которую остальные великодушно обрушили на его голову, впереди его ждали далеко не тортики и розовые пони. «Что ж, — подумал Гарри. — Как будто бы я не привык притираться к резким изменениям в моей чертовой жизни». Он расправил плечи и заставил себя просто смириться с этим. Просто взять и идти нахрен дальше. Гермиона отвела их чуть подальше — не слишком далеко, чтобы не видеть палатку, но достаточно близко, чтобы Гарри смог разглядеть блестящие на заходящем солнце золотые пики церквушки. Они улеглись полукругом, подмяв под себя траву и запрокинув голову так, чтобы видеть идеально чистое небо. Периодически кто-то проходил мимо — в основном собачники, питомцы которых присматривали себе местечко поудобнее для вечернего туалета. Но оставшееся время они были в относительном уединении. Гарри чувствовал себя очень странно, и подтянув колени поближе к груди, произнес: — Нам действительно нужно было купить хотя бы бутылку дерьмового сидра. Для правдоподобности. — Правдоподобности? — сомнительно протянул Малфой. — Если я не ходил в школу для мажоров, то это не значит, что я не умею читать гребаный словарь! — рявкнул Гарри. — Зачем тебе понадобилось вообще читать словарь? — вскинул Малфой светлую бровь, почти сливающуюся с его кожей. Гарри выдернул пучок травы, перебирая его сквозь пальцы. — Длинные ночи? — он начал складывать травинки в миниатюрный и очень странный веер. — Ну в смысле, что еще делают подростки в парках? Разопьют половину бутылки какой-нибудь газированной дряни, потом полирнут все это водкой и прикажут печени долго жить. — Серьезно? — спросил Невилл с промелькнувшим интересом в глазах. — Я никогда ничем таким не занимался. — В Хогвартсе обычно пили за озером. Или еще в подземельях было секретное местечко… — То, которое шло через чулан? — нахмурился Малфой. — Кто тебе о нем рассказал? Это слизеринская тайна. — Пффф, Малфой, да все о нем знали. — фыркнула Джинни. — Я не знала, — заявила Гермиона. — Ну, ты была старостой. — сочувственно улыбнулась Луна. — И если учесть, что значки старост были зачарованы записывать все происходящее, то никто не хотел рисковать раскрыть секретное место. — Тайное подземелье навсегда, — согласился Невилл с улыбкой. — Извини, Герм. — Поверить не могу, что меня туда никогда не приглашали, — пробубнил Рон. — Это гребаный произвол. — Это слизеринская тайна, — проворчал Малфой. — И какая только скотина нас выдала? Уверен, что это был Грег. Он просто не знает, что такое осмотрительность. — В любом случае, никто больше не будет использовать это место, — хмуро сказала Джинни. — С тех пор как…ну да. — все остальные согласно кивнули. — Да и в прошлом году оно, кстати, тоже особым спросом не пользовалось, — согласился Малфой. Тень падала на его лицо так, что обычно серые глаза сейчас играли синими и черными красками. — Хм, да что ж, — произнес Гарри, — Знаете что, пойду-ка найду нам несколько бутылок «Frosty Jack"(1), и мы сможем травиться в новых, но не менее интересных местах. — Как мило с твоей стороны, — саркастично протянула Гермиона, но улыбка ее была искренней. Они сидели молча, когда вдалеке послышался шелест травы. Малфой встрепенулся как испуганный кот, вглядываясь между деревьями. — Что это было? Я слышал что-то. — Я думаю, что это был олень, — сказала Джинни, наклонив голову, чтобы получше разглядеть. — Оно не активировало ни одно из защитных чар. — нахмурилась Гермиона, протянув руку к своей палочке, которая лежала справа от нее. — И мы можем отсюда видеть нашу палатку. Ээээ. А мужчины здесь не… — щеки Гермионы полыхнули красным. — Ну ты знаешь…все эти местные развлечения… — Круизы, и да, это Вест Хит, (2) — не задумываясь ответил Гарри, закусив губу. — Здесь плавают круизы? Это там где озера? Как мило, — пропела Луна. — Это точно была не лодка. — сказал Невилл, кивнув головой туда, откуда доносился звук. — Я думаю… Разве магглы используют лодки не так как мы? — Нет, круиз означает не только катание на лодке, — нахмурилась Гермиона. — Это значит… Они, эээ… — Они трахаются, — прямо ответил Гарри, наслаждаясь коллективным шоком на лицах его знакомых. Большинство из них предыдущие несколько дней только и делали, что переворачивали с ног на голову его жизнь и чувство реальности, так что это было невыносимо приятно видеть, как их глаза расширяются в подобном шоке хотя бы один раз. — А ты очень…эээ…опытный, да? — Невилл смотрел на него почти что с завистью. — Ну в плане: ты действительно многое видел, бывал в разных местах… Я, я был только в Тинворте (3). — В Тинворте замечательно, — отметила Луна. — Ты искал невидимые записки Бриджет Венлок (4)? Как-то раз я думала что нашла одну из них, но это была просто салфетка. — Так значит ты… — протянул Рон, показав жест, который мог оказаться неловким для гомосексуала. — Ну почти, — ответил Гарри. Он не хотел углубляться в подробности тех одиноких времен, когда он и сам участвовал в подобных гей-круизах. Ему просто хотелось… Боже, ему просто хотелось, чтобы к нему прикасались. Это было смешно и одновременно ужасно неловко. Во всем этом не было ничего классного. К тому же, почти весь его опыт сводился к тому, что он стоял как статуя на Клапхэм Коммон (5), а когда к нему подходили с весьма недвусмысленными предложениями, он просто притворялся, что шел в метро. Ему понадобился где-то час, чтобы решиться попробовать хоть что-то более близкое к гомосексуальному опыту, чем просто стояние на проезжей части и рассматривание рекламы таблеток от облысения. Все, на что его хватило, было минут пять, но Гарри решил для себя, что и это можно было считать победой. — У тебя с этим есть какие-то проблемы? — Д-да нет… С чего бы у меня были с этим проблемы? — смущенно спросил Рон. — А что, это проблема для магглов? Гарри почувствовал себя в очень странном положении. Он совершенно не знал, как объяснить ему про такое явление, как гомофобия. Гарри так и не нашел подходящих слов, чтобы это не звучало по-дебильному, поэтому он просто ответил: — Эээ…да. Для некоторых, во всяком случае. — Это странно, — протянул Рон. — Нет, ну на самом деле некоторые чистокровные тоже очень скептично к такому относятся. Ну в основном, потому что очень тяжело решить чью фамилию они будут оставлять. Продолжение благороднейшего рода все дела…чего ты раскашлялся тут, Малфой? Ты что проглотил жука что ли? Так вот, чистокровные да… Но я никогда не встречал людей у которых действительно были проблемы с тем, кто с кем спит в свое свободное время. — Чистокровные? — Волшебники и волшебницы из семей, в которых не было известных магглорожденных родственников, — пояснила Гермиона. — Они очень этим гордятся. — Ага, инбридинг это очень круто, — усмехнулась Джинни взмахнув запястьем. — Вон, смотри сколько нас здесь таких. — Интересно, у кого из нас было больше кровосмешений? — начал было размышлять Невилл. — Говорят, что со временем начинается генная мутация. В основном, в родах, где насчитывается тридцать поколений и боль… Ох, — он оглянулся на Малфоя. — Извини, я не подумал. — О, не стоит извинений, — сухо ответил Малфой. — Я уже смирился со своими перепончатыми ступнями. Гарри скосил взгляд на блестящие кожаные туфли блондина. Они выглядели как и всегда — достаточно длинные, слегка узковатые. Сужались они прямо в районе большого пальца, но хрен его знает — может это была мода такая. — Вы все…чистокровные? — Почти, — ответила Луна. — Гермиона и я — не чистокровные. Я бы лично хотела перепончатые ноги. Это было бы очень мило. Кстати, соотношение чистокровных ко всем остальным магам очень не пропорционально. Джинни неопределенно пожала плечом. — Я всегда считала, что это подозрительно. Ну в плане: если мы предатели крови, то это значит, что Уизли не могут претендовать на место в чистокровных кругах. Гарри, мы как милые вредители или флобберчерви: ты не можешь отрицать их существования, но никто не хочет приближаться к нашей семье ближе чем на метр. Разве это не подозрительно, что мы каким-то образом смогли стать чистокровными? Что никто из наших блистательных предков, которые никогда не воспринимали правила всерьез, никогда не сношались с магглами, ну или хотя бы с полукровками, и не наградили родственников детьми с мешьшим кровосмешением? — Джинни, — прошептал Рон, с шоковым выражением на лице. — Рональд, мне уже давно не двенадцать. Совокуплялись, сношались, трахались, ебались. Счастлив? — Нет, — выкрикнул Рон, пытаясь перекричать всеобщий смех. — Мама бы… — О, даже не вспоминай о маме. Мне уже и так достаточно стыдно. Луна обратно упала в траву, раскинув руки в стороны. В ее светлых длинных волосах снова запутались веточки и маленькие листья. Гермиона все еще хихикала, успокаивающе положив руку Рону на колено. Даже Рон начал видеть во всем это смешную сторону, но он старался изо всех сил, чтобы на его лице не расползлась глупая улыбка. — Это, к слову, напомнило мне о том, что я хотела с вами о кое-чем поговорить, — произнесла Гермиона, когда смех наконец утих. — Связь. Я думала, что когда мы каким-то образом все же попадем на Диагон Аллею и у нас будет возможность, то мы сможем купить сову. Они достаточно самостоятельные, и это будет действительно удобно, если у нас появится средство коммуникации. Как вы считаете? — Я был бы не против сообщить бабушке, что я жив, — ответил Невилл. — Папочка наверное уже весь извелся, — добавила Луна. — Конечно же я старалась при возможности следить за «Придрой», поэтому знаю, что он жив, но я заметила, что в последнее время там печатается все больше и больше грустных историй. В прошлом выпуске не было даже упоминания о морщерогих кизляках. — И мама… — Джинни с Роном обменялись долгими взглядами. Малфой ничего не сказал, слишком рьяно принявшись очищать невидимую грязь со своих блестящих туфель. Он бросил взгляд на Гарри, который посмотрел на него в ответ. Наверное только им двоим не было кому писать. Такая компания была, как ни странно, достаточно…уютная что ли. — Да, я об этом и подумала, — сказала Гермиона. — Значит решено. Нам нужно как-то провести Гарри на Диагон Аллею. Чтобы купить тебе палочку, Гарри. Диагон Аллея — это волшебный район Лондона. Гарри просиял. — Мы попадем в вашу часть города? Правда? — он представил себе парящие здания, витрины магазинов, заставленные разными волшебными…штуками и рев драконов, летающих над головами. В его голове там было всегда солнечно, хотя он думал, что даже магия не сможет справиться с погодой в Лондоне. — Невероятно. — Да, невероятно, — сомнительно согласился Рон. — Кстати, может нам стоит выпить Оборотку? Гермиона нахмурила брови. — Черт. Я знала, что нужно было купить несколько пузырьков на всякий случай. Идиотка. Рон пожал плечами. — И что? Мы просто можем его сварить, разве нет? Ты ведь гений, Гермиона, мы сможем справит… — Нет, — резко отрезал Малфой. — Его нужно варить как минимум месяц, и это еще не учитывая, что горец нужно собирать при полной луне, именно поэтому сроки могут затянуться еще сильнее. После того как… Если мы выживем за это время, то нужно будет еще раздобыть чьи-то волосы. Но… — Но нам нельзя больше оставаться в Лондоне, — согласилась Гермиона с померкшим выражением лица. — Особенно до полнолуния. — Косметические чары, — предложила Джинни. — Мы можем использовать косметические чары. А как выглядит Гарри никто не знает, поэтому мы можем просто зачесать его волосы на лоб и сойдет. Гермиона кивнула в согласии. — И каждый из нас сможет его тогда сопровождать, если мы действительно хорошо наложим чары. Гарри видел, как каждый был готов сопровождать его чуть ли не за ручку и подтирать слюнки, но до того, как кто-нибудь успел произнести хоть слово, Малфой сказал: — Это должен быть я. Моего отца знает каждая собака, так что даже если в чарах пройдет плешь, никто не осмелится спрашивать о чем-либо Малфоя. К тому же, если…если что-то пойдет не так, то вам почти нечего терять. — Нечего те… Драко, это не правда. — Правда, — настаивал Малфой. — Все, что они знают так это то, что я дезертир. Они не знают на чьей я стороне. Они не смогут меня пытать, чтобы выудить информацию: из-за моей дражайшей семьи они не осмелятся судить меня так же, как и магглорожденных. Это не в их интересах проливать чистую кровь, и опять же — моя семья тоже ничем мне не угрожает. Я для них не больше, чем изгнанный сын, который стал для семьи полнейшим позором и разочарованием. Это логичный выбор. Та ирония, с которой Малфой сказал «дражайшая семья», задело глубоко внутри Гарри что-то очень знакомое. Он изо всех сил старался запихнуть это обратно в глубину души. Ему не хотелось испытывать симпатию к Малфою, или быть похожим на него. Он был мудаком. Только из-за того, что тот делал хорошее дело, не отменяло тот факт, что он мудак. — Мы наложим косметические чары, — повернулась к нему Гермиона. — По крайней мере поменяем тебе цвет волос — он слишком сильно бросается в глаза. Малфой прикоснулся к пряди спадающей на лоб, и с неприкрытым выражением боли на лице согласился. Солнце полностью зашло пока они разговаривали, и теперь они остались наедине с деревьями и звездами. Пушистые облака плыли над ними, периодически скрывая мерцающие созвездия. Гарри провел очень много времени прячась по библиотекам, когда был еще совсем тинейджером, поэтому сейчас он пытался разглядеть созвездия Большой медведицы, Лиры и Волопаса. Все дело в том, что чтобы найти созвездия в городе, где звезд практически не видно из-за мерцающих многоэтажек, уличных фонарей и фар проезжающих мимо машин, нужно время, чтобы глаза привыкли, и смогли разглядеть крошечные огоньки. У Гарри занимало минут двадцать, чтобы свыкнуться с темнотой и разглядеть в ней хоть что-то. Всего одна мимолетная вспышка света — и придется начинать все сначала. Гарри часто лежал в розовых кустах на заднем дворе, еще когда жил у Дурслей, и тренировал свои глаза, чтобы научиться видеть звезды. В такие моменты он часто представлял себе, как он однажды сбежит оттуда. Если бы он только знал, что где-то за углом был магический банк, с магической школой, друзьями и новой жизнью. Наверное с магией было то же самое: ее можно увидеть — надо просто дать глазам время, чтобы привыкнуть.

***

Драко хмуро посмотрел на свое отражение в зеркале. Сейчас, на его когда-то прекрасном лице, красовалась ужасная коричневая борода и россыпь морщин. Когда-то платиновые волосы, теперь были мышиного серо-коричневого цвета, а брови стали вдвое толще и длиннее, так, что Драко казалось, что минут через пятнадцать те станут закрывать обзор. Это выглядело просто смешно. Он не хотел выходить из уборной и показываться на людях, пока он был в таком виде. Он не хотел появляться на Диагон Аллее, пока он был в таком виде. И особенно он не хотел умирать, пока он был в таком виде. — Драко? — Луна тихо постучалась в дверь. — Ты готов? Если зеркало украло твой голос, то можешь просто хлопнуть. — Нет, — ответил Драко незнакомцу в отражении. Его неузнаваемое лицо сейчас блестело от выступивших капелек пота. Он умрет выглядя как полнейший дебил, да еще к тому же и воняя, пока Гарри Поттер и его прекрасные скулы, будут наблюдать за этим с бесстрастным лицом. Это была определенно гениальная идея. Он был так счастлив, что не только предложил эту идею, но и собственноручно на это подписался. Идиот. Драко вымыл руки и заставил себя выйти из ванной. Гермиона суетилась возле Поттера, пытаясь уложить его волосы на лоб. Джинни стояла рядом и передавала ей разные виды расчесок, заколок и гелей, которые для Рона, наверняка, казались или орудиями пыток, или вещами из магазина приколов. Именно поэтому только Луна и Невилл имели счастье лицезреть трансформацию Драко, и не дать ему сбежать куда подальше. Луна подняла на него свои светлые глаза, лениво моргнув: — Как думаешь, когда ты будешь старым ты будешь выглядеть также? — Ты думаешь, что мои волосы неожиданно перекрасятся в коричневый? — Я имею в виду твое настроение, — ответила Луна. За ее ухом торчало черное перо. — У тебя очень длинные ресницы. Я раньше не замечала. Невилл оглядел трансформированное лицо Драко, затем немного отошел и посмотрел на него сбоку. — Мерлин. Да ты просто копия моего дяди Элджи. — Я выгляжу как пришибленный заводчик клобкопухов? Спасибо, Невилл. Тот на это лишь пожал плечами. — Это все из-за морщин, я думаю. Может еще из-за носа. Драко в ужасе прикоснулся к своему носу. Он его не менял. Вообще. — Неправда! Невилл улыбнулся и хлопнул его по плечу. — Знаешь, я думаю, что это действительно очень мило, то, что ты сейчас делаешь. Драко на это лишь скривил лицо. — Скажи ему, что он очень коварный, — посоветовала Луна. — Ему это больше понравится. — Мне бы больше понравилось, если бы мне не нужно было участвовать в этом дебильном плане вообще, — буркнул Драко. — О, ты уже совершал достаточно дебильных поступков. Это явно лучше, чем когда нас было семеро и ты… — Нет, — отрезал Драко. На противоположной стороне комнаты Поттер вскинул лохматую голову и повернулся к ним, как любопытная сова. — Украл передник Панси Паркинсон и… — Заткни, заткни нахер свой рот, — прошипел Драко, толкнув Невилла поближе к ванной и подальше от заинтересованного взгляда Поттера. — Это ты был тем, кто хотел присоединиться к русалкам, — закончил Невилл. — Поверить не могу, что тебе разрешили присутствовать. — А кому не было разрешено присутствовать? — Меня не приглашали, — ответила Луна. — Я была очень расстроена. Я бы помогла тебе договориться с твоей внутренней русалкой, Драко. Драко слегка отпустило, когда он увидел выражение лица Джинни Уизли. Их никто не приглашал на подобные мероприятия чистокровных. — Мы можем идти или нет? — Драко недовольно оглядел комнату подбоченясь. Или они прямо сейчас со всем этим закончат, или он сбежит и никогда не вернется. Правда, когда он начинал рассматривать второй вариант, все его внутренние органы устраивали ему какую-то необоснованную забастовку. Он решил, что лучшим вариантом сейчас будет просто игнорировать все проблемы, и жить в своем прекрасном воображаемом мире. Во всяком случае, эта стратегия помогла ему дожить до сегодняшнего дня. — Вау, — произнес Поттер, оглядывая Драко с головы до пят. — Бедняга. С другой стороны его стратегия была дерьмовой. К черту стратегию. — Выглядишь превосходно, — заверила его Гермиона, просто лучась воодушевлением. — Да тебя не узнает и родная мать! О, не то что бы она была там… — Гермиона крепко переплела свои пальцы, нахмурив брови. — Я лезу не в свое дело, да? — Гермиона хотела сказать, что ты хорошенько поработал с маскировочными чарами, — ответил Невилл. — Молодец, Драко. — Выглядишь почти так же хреново, как и всегда, — воодушевляюще добавила Джинни. Драко бы может и обиделся на такое заявление, но он понимал, что Уизли просто пыталась разрядить обстановку. — Итак? Мы можем идти? Рон закончил распихивать петарды по своим носкам и произнес: — Определенно. Поттер уклончиво пожал плечами. — Наверное. Гермиона подозвала их троих к себе, каждому раздав по наставлению. — Гарри, помни, что бы не случилось — сохраняй спокойствие. Если почувствуешь, что не можешь сдержать магию, просто вспомни о дыхании. Помнишь я тебе рассказывала? Драко, ты помнишь наше место встречи? Хорошо. Рон, тебе действительно нужны клыкастые фрисби? Рон важно кивнул, добавив: — Герм, никогда не знаешь, что может произойти. Лучше быть ко всему готовым и все такое. — Так, ладно. — выдохнула Гермиона снова окинув их троих взглядом. — Мне не нравится, что я буду так далеко от вас. Вы уверены, что мне не стоит пойти вместо Рона или Драко? — Уверены, — синхронно кивнули Джинни с Невиллом. — Ты потеряешь намного больше, если тебя обнаружат, — добавила Джинни. — Да и к тому же — если ты уйдешь, то как мы протянем хотя бы один день в этом маггловском мире? — усмехнулся Невилл. — Мне кажется, что мы бы справились, — отстраненно бросила Луна. — Я много читала о культуре магглов. Гермиона тяжело выдохнула, качая головой из стороны в сторону. — Луна, кольца настроения (6) не относятся к маггловским культурам. — Но магглам они нравятся, — настаивала Луна. — Я считаю, что они являются маленькой составляющей одной большой культуры. На лице Гермионы явно прослеживалась борьба между тем продолжить ей спорить с Луной, или наконец начать их операцию. — Когда прибудете на Диагон Аллею не называйте его Гарри, хорошо? — Лучше начните прямо сейчас, — посоветовал Гарри. — Зовите его как-то по-другому. Джон или… — Архибальд, — усмехнулся Драко. — Архибальд? — фыркнул Поттер. — Тебе подходит. Гермиона перевела нечитаемый взгляд с Драко на Гарри. — Ладно. Замечательно. Архибальд. А Драко мы будем звать… — Дэйв, — просиял Поттер. — Дэйв? — опешил Малфой, широко раскрыв рот. — Дэйв Уоллис. Шестьдесят восемь лет, живет в Базилдоне. — усмехнулся Поттер. На его правой щеке выступила маленькая ямочка. Гарри решил, что этого было недостаточно и добавил: — Ты продавец. Думаю, что у волшебников они тоже есть. — Продавец? — задохнулся Драко. — Ну или страховщик. — ямочка на щеке Поттера на мгновение стала еще глубже. — В волшебном мире практически нет страховщиков, — заметила Гермиона. — И при этом волшебники считают себя очень продвинутыми. Да мы застряли еще где-то в районе Яковианской эпохи (7). Поверить только — нет страховки! И это учитывая количество разрушений, котор… — Это все конечно очень весело и все такое, но нам действительно пора, — прервал девушку Рон. Он многозначительно посмотрел на Гермиону. — Увидимся на нашем месте встречи. В случае чего идите ко второму, — кисло произнесла Гермиона, поправляя куртку Рона. — Хорошо, — ответил Рон. Его лицо было сейчас до тошнотворного ласковым, так что Драко пришлось отвернуться от них двоих, чтобы не видеть этих телячьих нежностей. — Увидимся позже. После того, как все наконец распрощались, Рон ухватил Драко и Гарри за руки, и дисаппарировал из палатки.

***

Ветер всколыхнулся на том месте, где только что стояли Рон, Драко и Гарри, и снова утих. В палатке внезапно стало очень тихо и пусто. — Напомните мне никогда больше не планировать ничего, в чем я не буду непосредственно участвовать, — произнесла Гермиона наконец. — Это ужасно. Ох, мне уже это не нравится, хотя не прошло и пятнадцати секунд. — Все будет в порядке, — заверил ее Невилл. — Возможно все будет в порядке, — пропела Луна, которая считала, что так фраза звучала еще более успокаивающе. — Мы пойдем и разнесем там все к чертям, если не все будет в порядке, — отрезала Джинни. Гермиона подняла свои глаза к брезентовому потолку палатки, и начала молить Бога, в которого к слову не верила, дать ей терпения. — Давайте сложим палатку, — предложила она. — Хоть что-то. Когда палатка была надежно упакована в безразмерную сумочку Гермионы, у них по-прежнему было навалом времени. Джинни рвалась отправиться на место встречи прямо сейчас. Луна была в восторге от идеи посетить одно из озер, где, как она всех заверяла, они смогут найти подводную школу шлеппи (8). Невилла сейчас интересовало абсолютно любое место, где можно было переждать проливной дождь, который начался как раз в тот момент, как они вышли из палатки. У Гермионы были другие планы — им нужно было в супермаркет. Запасы фруктов и овощей постепенно подходили к концу. И если учесть то, что они не знают где будут завтра, Гермиона хотела запастись предметами первой необходимости. — Я думала, что возглавлять несовершеннолетний сопротивленческий отряд кучки прогульщиков будет более захватывающе, — задумчиво бормотала Гермиона, толкая перед собой тележку вдоль торговых рядов. — Но нет, вот они мы в маггловском супермаркете, пытаемся понять сколько нам нужно яблок, чтобы хватило до следующей недели. — Говори за себя, — хмыкнула Джинни, потянувшись за одной из коробок на полке. — Хлопья? Идеально, обожаю магглов. Можно мы их купим? — Нет. — Эээй… — нахмурилась Джинни. — Почему нет? Нууу пожалуйста, одну коробочку. Гермиона почувствовала сейчас странное чувство взаимопонимания с миссис Уизли. — Хорошо, но только одну. Джинни победно вскинула кулак, и закинула упаковку хлопьев в тележку. — После такого я просто обязан получить «Превосходно» по маггловедению. — усмехнулся Невилл. — Ну в смысле…если я вообще когда-нибудь его буду сдавать. — Возможно мы будем учиться на одном курсе, Невилл. — мечтательно улыбнулась Луна. — Будем сидеть на экзаменах вместе. Лавгуд и Лонгботтом. Наши фамилии определенно идут одна за другой, не считаешь? — Ты забыла о Корнелии Лобли, — вставила Джинни. — Она между вами в списке. Лицо Луны сразу погрустнело. — Что ж, во всяком случае мы будем сидеть в одном ряду. Джинни никогда не будет со мной в одном ряду. Это действительно грустно. Гермиона же сейчас думала о Гарри. После того, как все это закончится, будет ли у него шанс сдать С.О.В.ы? Она была уверенна, что при такой экстремальной подготовке к ЗОТС, он не сможет ее не сдать. Нужно будет подтянуть Астрономию и Травоведение. А еще зелья. Хотя бы основы. Историю Магии можно будет пропустить. Гермиона сомневалась, что Гарри заинтересуется в профессии, для которой будет необходимо С.О.В. по Истории Магии. Хотя… — Как вы считаете, Гарри захочет стать историком? — Гермиона схватила маленькую коробочку с одной из полок. Если что — они потом смогут ее увеличить. — Ээээ…что? — Возможно профессором… Или археологом? Невилл на это покачал головой. — Я знаю его всего несколько дней, но…но он же Гарри Поттер. Он не просто обычный парень, не так ли? Чем мог бы заниматься такой, как он? — О, уверена, что это будет Аврорат, — улыбнулась Джинни. — Думаю, что это будет очень разочаровывающе. — Разочаровывающе? Аврорат? — Джинни сейчас пребывала в полнейшем шоке. — Не неси чушь. — Он будет членом Заговора Гнилозубов (9), — продолжила Луна, проигнорировав последнюю фразу Джинни. — Думаю, что он будет хорош. Правда не знаю как это скажется на здоровье его ротовой полости. У него ведь такие красивые зубы. — А нам обязательно обсуждать такие вещи прямо напротив магглов? — Невилл бросил взгляд на женщину средних лет, которая о чем-то спорила со своей дочкой рядом со стеллажами с чаем. — Наверное нет. Хотя, наверняка все сочтут это за очередной молодежный сленг. — они прошли мимо разнообразных коробок с печеньем и пошли в сторону хлеба. — Я просто хочу дать ему столько знаний о магии, сколько только смогу. Сможем. Именно поэтому я и думала — стоит ли ему забивать голову всякими историческими фактами или нет. — Можно ему рассказать разве что только ту часть истории, в которой говорится о нем, — кивнула Луна. — О, мы тоже наверняка будем частью этой истории, если нас не убьют раньше. — Джинни закинула буханку хлеба в тележку, представляя что это был квоффл. — Я бы не волновалась сейчас об этом. — А я волнуюсь, — буркнула Гермиона. Хоть кто-то должен был продумывать вещи наперед. Если все пойдет по плану, то Гарри, после того как все закончится, придется проторчать определенное время в Министерстве на всевозможных допросах и прочем, а потом у него будет целых семь лет, чтобы выучиться должным образом. Она посмотрела на часы. Гарри, Драко и Рон должны были уже быть на Диагон Аллее целый час. Ну или рядом с Диагон Аллеей, в случае с Роном. — Пошли расплатимся, — предложила Гермиона. — А потом отправимся на наше место встречи. Если все шло по плану, то Рон аппарирует туда с Гарри и Драко в ближайшее время. Если нет, то Рон аппарирует один и они будут решать, что делать дальше. Гермиона толкнула тележку перед собой и та застряла, как это часто бывает, когда перекручиваются колесики. Гермиону могли выгнать из дома, могли вызвать в Министерство на суд, у нее могли конфисковать палочку, ей могли никогда не разрешить вернуться в школу и продолжить свое обучение…или же она могла просто сходить в супермаркет. В супермаркет, где у нее застрянет тележка и тоже превосходно испортит сегодняшний день. Наверное, это часть нашей жизни: мы можем идти по улице или супермаркету и совершенно не осознавать, что у человека справа сегодня самый ужасный день в его жизни. Может быть у женщины за ее спиной сегодня случилось в семье что-то страшное. Или может мама, которая ссорилась со своей дочерью, потеряла сегодня свою работу. Никому не было до этого дела. Все хотели расплатиться за свое молоко и пойти домой. Или в их случае — пойти в палатку. Гермиона фыркнула своим же мыслям. — Подождите. Пошли возьмем парочку «Jaffa Cakes» (10), до того как мы уйдем. — Понятия не имею что это такое, но учитывая, что в названии есть слово торт, то я согласна. — Знаешь, есть очень интересная история о… — Гермиона. Только не начинай. Тортики не должны быть образовательными. Питательными да — не более. — Нет, подожди, это очень интересно. Есть такая вещь, как налог на добавленную стоимость…

***

Поттер стремительно шел вниз по одной из маггловских улиц, слишком быстро, огибая дорожные знаки и кучи мусора настолько легко, словно он сейчас был в своей комнате, где прекрасно знал где и что валяется. У Драко в свою очередь временами перехватывало дыхание и начинало быстрее колотиться сердце. Ну не мог он ничего с собой поделать: эти недвигающиеся картинки, развешенные вокруг, действительно пугали. И магглы это называют рекламой! Рон все это время ныл по поводу своей обуви — очевидно, что эти кроссовки были ему малы. Теперь Драко был посвящен во все подробности того, что ноги Рона продолжают расти и какие неудобства это доставляет. Несмотря на то, что Драко уже был практически труп, его слегка воодушевлял тот факт, что прямо сейчас они шли мимо десятков магглов и никто не обращал на них внимания. Драко заставлял себя отводить взгляды от мерцающих витрин маггловских супермаркетов, потому что считал что это было…ну неправильно. Он ведь был не просто каким-то несчастным прогульщиком, который решил пошляться по маггловским улицам. Он был тем, кто предал своих людей и свои принципы, ради сомнительной миссии, которая непременно приведет его к трагической смерти в самом расцвете сил. Хотя, если учитывать его внешний вид, то умрет он страшным и старым. Час от часу не легче. Они остановились напротив «Дырявого котла». Драко скосил глаза сначала на Поттера, затем обменялся взглядами с Уизли. — Сделай так, чтобы на твоем лице не отражались никакие эмоции. Шок, удивление… — произнес Драко, обращаясь к Поттеру. — Не пялься, не ахай и не вздыхай. Понял? — Отъебись, — бросил Поттер, но Драко счел это за «Я услышал и понял тебя, мой мудрый компаньон.» — О, я думаю у него просто отнимет дар речи, поэтому ахи и вздохи отпадают, — усмехнулся Уизли, натянув капюшон своей толстовки чуть ли не до носа. — Пошли. Когда они зашли в «Дырявый котел», Том, бармен, стоял за баром и натирал стаканы сальной тряпкой. Он бросил на них мимолетный взгляд, и вернулся обратно к стакану, который явно становился только грязнее. Если не учитывать двух немолодых дамочек, которые по очереди затягивались тонкой вонючей сигарой, бар был пустой. Отрывисто кивнув, Уизли пошел в сторону уборных, где собирался их ждать все это время. Драко поторопил Поттера в сторону выхода на задний двор. — Не пялься, — напомнил Драко Поттеру. Он переоделся в длинную мантию и передал Поттеру точно такую же. — Ты это говоришь уже раз семнадцатый, и знаешь, с каждым разом мне все больше и больше хочется сделать наоборот, — ответил ему Поттер. Он сомнительно покосился на предложенную мантию, но все же взял ее и натянул поверх своей собственной одежды без последующих возражений. Драко даже не думал надеяться, что Поттер все время будет таким сговорчивым. Он постучал палочкой три раза по кирпичу над мусорным баком и отступил назад, пока кирпичи образовывали огромную арку в бывшей только что глухой стене. Со стороны Поттера послышался тихий рваный выдох, как только Диагон Аллея предстала перед ними во всей своей красе. — Поверить не могу, что это было здесь все это время, — прошептал он — Я ходил по этой улице тысячи раз, но я даже никогда не видел здесь этого паба. — Его не трудно увидеть, — заключил Драко. — Ты просто невнимательно смотрел. Драко огляделся вокруг, но не нашел никаких явных опасностей…если бы было все так просто. Сегодня никому нельзя было доверять — каждый из этих людей мог доносить информацию Пожирателям. Драко сделал решительный шаг вперед, оставляя арку позади. Звук кирпичей, собирающихся обратно в обычную стену, звучал почти как смертельный приговор, но Драко запретил себе останавливаться. Малфой сейчас попытался посмотреть на Диагон Аллею глазами Поттера: полуразрушенные здания и разбитая брусчатка. Перепуганные покупатели, перебегающие от одного магазина к другому, пытаясь ни на кого не смотреть, пряча взгляд у себя в ногах. Разбитые окна и полусомнительные лавки, которые явно перекочевали сюда из Лютного переулка. Драко чуть не врезался в витрину одного из таких магазинов, который продавал явно темные артефакты, под замечательным названием «ЗАЩИТНЫЕ АРТЕФАКТЫ». Взгляд Поттера метался от одной вывески к другой быстрее скорости света. Он пытался разглядеть все, что попадалось им по дороге. — Она не так выглядела, — заверил его Драко шепотом. — Она…не всегда так выглядела. К ним протянул трясущиеся руки какой-то старик, прося милостыню: — Я волшебник. Клянусь, — кряхтел он. — Пожалуйста, я волшебник. — Драко не обращал на него никакого внимания. В отличие от Поттера. Драко чувствовал, как тот продолжал оглядываться на старика, пока тащил его за локоть вниз по улице. — Не всегда была такой, — повторил Драко, сильнее ухватившись за поттеровскую руку. Даже со всеми этими маскировочными чарами, он был уверен, что даже эти бродяги без палочек смогут враз его опознать. — Здесь было лучше…намного лучше. — Мы должны им помочь, — тихо произнес Поттер. — У нас есть с собой хоть что-то? Еда, деньги? — Мы поможем им, Архибальд, если выберемся отсюда и никто нас с тобой не узнает, или чего лучше — не убьет. — Должно же быть что-то. — упрямился Поттер, снова обернувшись на кучку людей, выпрашивающих пару золотых. — Что с ними случилось? — Долгая история. Очень долгая история. — сглотнул Драко, скривившись от неприятного привкуса желчи в горле. — Кто они? — В основном магглорожденные. Может еще парочка дезертиров. Их палочки и имущество были изъяты, потому что… — взглянув на ничего не выражающее лицо Поттера, Драко болезненно скривился. — Ты ведь даже этого не знаешь. Мерлин. Ладно, магглорожденные — это волшебники и волшебницы, у которых оба родителя магглы. Их не так уж и много, но быть магглорожденным это еще то удовольствие. Они не знают ничего об этом мире, знаешь, они не знакомы с традициями и… — Драко приходилось говорить шепотом, практически Поттеру в самое ухо. Находясь настолько близко, Драко было очень сложно скрыть пробежавшую по всему телу дрожь от отвращения к самому себе. — Я когда-то просто не пере…не важно. Гермиона магглорожденная. — Это значит, что она тоже могла… — Поттер снова посмотрел в сторону попрошаек, с широко распахнутыми от ужаса глазами. — Даже если бы она не была с нами, то она все равно была бы в бегах. — фраза «с нами» звучала немного глупо, потому что это именно Гермиона была организатором их небольшого отряда. — Нихера ж себе, — выдохнул Поттер. — Тише. — рявкнул Драко, пытаясь скрыть вырвавшийся смешок. Они продолжали медленно идти вдоль полуразрушенной Аллеи. Среди блеклых серых мантий прохожих Драко мгновенно заметил высокую женщину в ярко-синей мантии. Она спускалась по светлым ступеням Гринготтса с сумкой наперевес. Вторая рука небрежно отбрасывала черные длинные кудри с лица. Она томно повернула свое лицо в их сторону. Свет мельком упал на массивную челюсть и глубоко посаженные черные глаза. Драко не задумываясь затолкал Поттера в дверь ближайшего магазина, которым оказался «Все для квиддича». — Что? — Поттер приоткрыл дверь и попытался выглянуть обратно на улицу, но Драко тут же запихнул его обратно. Хватка Драко на руке Поттера стала еще крепче. — Моя тетя, — сквозь зубы произнес он. — Ты же под прикрытием, ты забыл? Только брови чего стоят. Драко отрицательно покачал головой. — Она узнает. Она точно меня узнает. — У нее что — во лбу встроено всевидящее око или еще какая хрень? — Поттер взглянул на Драко, ткнув пальцем тому в бровь. — Нет, ну это конечно вееещь. — Нет, у нее ничего такого нет, но… — на него начала накатывать паника. Вдруг он недостаточно хорошо наложил чары? Вдруг в них где-то прошла плешь? Хотя с бровями он мог быть уверен, что все было в порядке — он видел боковым зрением, как те свисали вдоль его глаз. Кошмар. На самом деле больше подозрений сейчас вызывало его поведение. Было очень странно то, как он стоял вплотную прижавшись к двери и намертво ухватив за руку парня в три раза моложе его самого. Драко сразу же одернул свою руку, неловко запихнув ее в карман. — Ты не знаешь мою тетю. В ее понимании хороший веселый вечерок — это когда ты сдираешь чью-то кожу или расчленяешь людей, под их мелодичные крики. — О, а я думал что это у меня ужасная тетя, — отрешенно заметил Поттер. — Ты выиграл. Драко снова увидел всполох синей мантии в толпе. Со стороны он должен был выглядеть просто смешно — он стоял в полнейшем оцепенении, будто в него кинули Ступефаем, слишком напуганный, чтобы полностью обдумать всю си… Женщина в синей мантии прошла мимо них, не удостоив даже мимолетного взгляда. Ее светло коричневые волосы всколыхнулись на ветру, так, что Драко смог разглядеть ее лицо. Он громко выдохнул сквозь зубы. — Это не она, — облегченно произнес он. — Это…ох. — Андромеда. Это точно была Андромеда. Блеки старались изо всех сил, чтобы нигде не всплыла информация о третьей сестре, но Драко видел генеалогические сводки и одну единственную черно-белую фотографию с тремя маленькими девочками, которую его мать прятала у себя в шкафу. Беллатрисса, Андромеда и Нарцисса, 1967. Он никогда раньше не видел Андромеду живьем. Она выглядела почти настолько же экстравагантно как и Беллатрисса, но волосы у нее были светлее, а черты лица мягче. Он хотел сейчас побежать за ней, догнать, кричать: «Я такой же как Вы! Я сбежал, пожалуйста помогите мне, как мне теперь выжить?», но вместо этого он просто провожал ее взглядом. Да, Андромеда тоже ушла из семьи, но она не была настолько тупой, чтобы присоединиться к сопротивлению против правительства. Как он, например. Тем не менее, Андромеда была одной из немногих, кто знала какого это: уходить от привычного устроя жизни, где ты знаешь название каждой вилки, каждого танцевального движения и каждой разновидности выходной мантии, в мир, где ты не знаешь абсолютно нихрена. Да он никогда в жизни не заправлял собственноручно кровать. Это было просто ненормально в его понимании когда-то. Он даже слышать не хотел, что ему на это скажут его…кхм…компаньоны, расскажи он им об этом. Он был смешон. Он был участником какой-то дебильной шутки. Андромеда тоже знала, какого это, но может хоть она знает, как сделать эту шутку смешной. — Кто это был? Ты ее знаешь? — изучающе заглянул Поттер в его трансформированное лицо. — Долгая история, — ответил Драко покидая сомнительное убежище. — Пошли уже поскорее с этим закончим. По крайней мере он мог быть чем-то полезен в этом анекдоте жизни. Драко повел Гарри дальше по Диагон Аллее, мимо перевернутой палатки с мороженным Фортескью и полуразрушенного магазина «Мантии из рук в руки». — Мы не опаздываем, — проинформировал Драко Гарри. Он скривил аристократический нос, пытаясь отрешиться от отвратительной реальности. Это просто нормальный день, и он просто решил сходить по магазинам — ничего необычного. Просто обычный день Дэйва Уоллиса, который был хрен там знает откуда, который был гребаным продавцом и который решил прогуляться по магазинам. Дебил-Дэйв и его до отвратительного красивый кореш Архибальд. — Просто пошли, пошли купим чертову сову. Поверить не могу, что мы рискуем своими жизнями ради воняющей кучки из перьев, но так и быть — идем. Внутри торгового центра «Совы» была кромешная темнота. По потолку тянулись длинные ветки дуба и ясеня, на которых умостились разномастные совы, светящие на них своими огромными желтыми глазами. Драко расслабил слегка плечи. Здесь было настолько темно, что он даже не мог разглядеть свои собственные ужасные брови — не то что лицо собеседника. — Чем я могу вам помочь, молодые люди? В мерцающем желтом свете Драко разглядел невысокую женщину с толстыми круглыми очками и маленькой рыжевато-коричневой совой на левом плече. — Нам нужна сова, — произнес Поттер с умным видом. — Мммда, это я уже поняла, — протянула она. — Какого вида сову вы бы хотели приобрести? — Достаточно умная, сильная, хороший охотник, чтобы могла летать на большие расстояния, могла сама себя прокормить и чтобы могла продержаться несколько суток без сна. — Драко прочистил горло и добавил: — Пожалуйста. — У нас есть прекрасные североамериканские совы. Пожалуйста, пойдемте за мной. Пятнадцать галлеонов за каждую. У нас есть достаточно сильная самка… Драко чувствовал, как монеты оттягивают его карман. Когда он только планировал побег из мэнора — он выбирался раз в три дня в Гринготтс и понемногу снимал деньги со своего счета. Он прятал все это под своим матрасом, и почти каждые пять минут бегал к кровати, чтобы проверить на месте деньги или нет. За все время своих скитаний он поменял почти все деньги на маггловские, поэтому обычных галлеонов у него почти и не осталось. — А что у вас есть подходящее за… — Драко выудил из кармана монеты, быстро их подсчитав. — За девять галлеонов? — Драко почувствовал как где-то в глубине начал подниматься стыд. Никогда раньше не было такого, чтобы у него не хватало на что-то денег. Женщина на мгновение задумалась, пока сова на ее плече принялась клевать ее в ухо. — У нас есть полярная сова. Отличная сова, просто она немного старше чем эти. И еще очень сильно бросается в глаза, знаете. В наше время люди предпочитают что-то более незаметное. Ну…вы понимаете. Она их повела дальше — почти в самую глубь магазина. Окон здесь не было совсем и единственным источником света был сияющий шар, с клубящимся внутри белым туманом. — Как думаешь, нас с тобой прикончат сегодня? — спросил Поттер шепотом. — О, теперь я просто уверен в этом. Они прошли мимо той части магазина, где было особенно сыро и по стенам полз дикий виноград. Здесь, в основном, сидели мадагаскарские совки (11), одна из которых чуть не откусила Драко ухо. Чем дальше они шли — тем резче становился запах хвои. — О, я ее вижу. Вон она прячется в самом конце. Давай, девочка, иди сюда. — женщина тихо присвистнула, вытянув перед собой руку. Сначала ничего не происходило, но потом белые крылья сверкнули в свете исходящем от шара, и красивая полярная сова уверенно уселась на правой руке продавщицы. Она любопытно повернула голову в их сторону, а потом легко перепорхнула Гарри на плечо. — Вы ей понравились! — восхищенно хлопнула в ладоши женщина. — О, — мягко выдохнул Поттер. Он легонько провел указательным пальцем по коротким перьям возле ушка. — Привет. — Мы звали ее Хэдвиг, — рассказывала женщина, пока они возвращались ко входу в магазин. — Конечно же вы можете выбрать ей любое имя, просто она уже не маленькая сова, поэтому может отзываться только на это имя. Поттер ничего на это не ответил, не в силах отвести взгляда от совы, спокойно дремавшей у него на плече. Драко успел расплатиться за сову, пачку совиного печенья, и переносную клетку для Хэдвиг, а Поттер по-прежнему завороженно пялился на полярную сову. Он смущенно улыбнулся, когда та легонько тяпнула его за один из пальцев. Драко уже ненавидел себя за то, что согласился на это. Он должен был послать всех нахрен и никогда не соглашаться на эту ужасную кучу перьев, которая, как оказалось, еще шла с дополнением в виде болезненных укусов в щеку или ухо. — Мальчик действительно очень любит животных. — улыбнулась женщина. — Это ваш сын? — Нет, — вскинулся Драко. — Определенно…определенно нет. Поттер попытался скрыть вырвавшийся смех за приступом кашля. Засранец. Минут двадцать пришлось спорить и умолять Хэдвиг, чтобы та, наконец, отпустила плечо Поттера и уселась в клетку. Как только дверь за ними закрылась, она спрятала голову под крыло и задремала. — Еще немного, — прошептал Драко, когда они отошли немного подальше от магазина. — Еще немного и это, наконец, закончится. — Я думаю, что ты преувеличиваешь, — заметил Поттер, наверное чересчур аккуратно держа перед собой клетку с Хэдвиг. — До сих пор все шло нормально. Драко казалось, что Поттер был слишком спокоен для человека, который прямо сейчас рисковал своей жизнью. Этот факт был отвратителен сам по себе, но от мысли, что Поттер благодаря этому мог очутиться на Гриффиндоре… Дерьмо. Он ведь так надеялся, что это будет не Гриффиндор. — О, отлично, ты сейчас просто искушаешь судьбу. Теперь мы точно сдохнем. — Ну, все когда-нибудь умрут, — философски заметил Поттер. — Ты умрешь прямо сейчас, если не заткнешься. А еще если ты не заткнешься, то разбудишь свою сову. Как ни странно последний аргумент сработал. Вдалеке начал виднеться магазин Олливандера. Тот практически не изменился. Слегка ободрались золотые буквы на вывеске и на окнах появились металлические решетки, но в остальном все было по-прежнему. Над головой глухо звякнул колокольчик, как только они вошли в поросшее пылью единственное помещение. Поттер скривился и чихнул. Хэдвиг слегка встрепенулась, но совсем скоро она снова безмятежно спала. Поттер наклонился поближе к Драко и пробубнил: — Здесь вообще кто-то есть? — Просто подожди, — буркнул Драко. Олливандер, словно почувствовав, вышел в тот же момент, своей обычной, слегка пугающей походкой. В темноте магазина его серебристые глаза как всегда излучали потусторонний мягкий свет. — Доброе утро, — тихо произнес он. — Доброе утро. Хотя, на самом деле сейчас уже почти вечер. Хотя, я не уверен, что Вы выходили сегодня из магазина, так что, наверное, не уследили за временем суток. Весь день, кстати, довольно темно. Погода еще та, не так ли? Мммм. Просто я здесь со своим…эээ…племянником, — выпалил Драко. — Архибальд! Он…он иностранец. Приехал повидаться. Олливандер окинул их нечитаемым взглядом. — Странное время Вы выбрали для своего визита. — О, обожаю приключения, — произнес Поттер с корявым американским акцентом. Драко хлопнул Поттера по плечу, счев это очень по-родственному. — Я все уши прожужжал Архибальду о наших мастерах волшебных палочек. Ни в какое сравнение не идут с…эээ…теми, что в Северной Америке. Его палочка…эээ…сломалась, так что вот мы. Здесь. Поттер бросил на Драко быстрый взгляд, пытаясь передать ему, насколько тупо сейчас он выглядел. — Мне нужна новая палочка, — пророкотал Поттер. В его понимании, чтобы сделать американский акцент, нужно было просто гнусавить себе в нос. — Вы продаете палочки…так что… Давайте-ка купим мне палочку. — Хммм… — протянул Олливандер, внимательно изучая лицо Поттера. — Очень хорошо. — он пошел вглубь магазина, левитируя одну продолговатую коробочку за другой. Чем дальше он шел, тем чаще задумчиво хмыкал, и тем больше коробочек приносил. — О, ты был просто ужасен, — прошептал Поттер очень довольно. — Руки вытяни, — сухо произнес Драко на это. — Что…ох. — Поттер заметил рулетку, которая сейчас зависла рядом с ним. Он вытянул руки вперед, чтобы их было удобнее измерить. У него сняли мерки с рук, в полный рост, ширины подбородка… — Что за нахер? — тихо выдохнул он, когда рулетка принялась мерить его переносицу. — Американцы, — нервно выпалил Драко Олливандеру, который только что вернулся, оставив всего лишь несколько коробочек на столе. — Эти выражения. Отвратительно. Олливандер не обратил никакого внимания на Драко и протянул Гарри одну из палочек. — Черное дерево, волос единорога, восемь с половиной дюймов, упругая. Ну-ка, давайте, попробуйте. Поттер не успел даже дотронуться до палочки, как Олливандер резко ее одернул обратно. Он ухватил следующую. — Красное дерево и жила дракона…ммм — нет, определенно нет. Виноградная лоза и перо феникса, десять дюймов — нет. — Олливандер забрал последнюю палочку у Поттера из рук, и уставился Поттеру прямо в глаза очень долгим взглядом. — А почему бы… — бормотал Олливандер, — А почему бы и нет. Очень интересное сочетание: остролист и перо феникса, одиннадцать дюймов, очень гибкая прекрасная палочка. Как только Поттер сомкнул пальцы на палочке, в комнате вспыхнуло такое количество разноцветных искр, что Драко ненадолго ослеп. Поттер испуганно обернулся на Драко, пытаясь понять что ему делать, но слава Мерлину неконтролируемых выбросов магии не произошло. Этот свет был ослепляющим. Почти настолько же, насколько и радостная широкая улыбка, растянувшаяся на лице Поттера. Драко заставил себя отвернуться. — Очень хорошо, — медленно произнес Олливандер, забрав палочку у несопротивляющегося Поттера, который сейчас вообще не соображал где он, и принявшись ее упаковывать. — Любопытно, очень любопытно. — Простите, но что именно вам любопытно? — Видите ли, я помню каждую палочку, которую продал. Все до единой. Внутри вашей палочки — перо феникса, я вам уже сказал. Так вот, обычно феникс отдает только одно перо из своего хвоста, но в вашем случае он отдал два. Да, тринадцать с половиной дюймов, тис. — Олливандер аккуратно сложил палочку в одну из коробочек и обернул ее коричневой бумагой сверху. — Не гнущаяся. — Оу? — голос Поттера не звучал слишком заинтересовано. Его глаза сейчас были приклеены к свертку с его палочкой внутри. Драко отсчитал галлеоны и протянул их Олливандеру. Под ложечкой неприятно засосало. Им пора отсюда уходить. Его сердце бухало в груди все сильнее и сильнее с каждым легким подозрительным шорохом. Олливандер уже был пиздецки старым, чтобы заниматься всем этим. Ему потребовалось сорок блядских лет, чтобы запаковать эту чертову палочку. — Ах да, и еще… — Олливандер протянул Поттеру его палочку, и глядя тому прямо в глаза, произнес: — Та палочка наградила вас шрамом, который вы сейчас прячете за своими волосами, мистер Поттер. — Шра… — Поттер застыл с вытянутой перед собой рукой, которой на автомате потянулся к своему шраму. Драко не мог двигаться. Он не мог говорить. В его животе сейчас разворачивался настоящий ураган. Если его сейчас стошнит прямо Олливандеру на пол, придется ли ему платить за нанесенный ущерб? Пиздец. Просто пиздец. Даже если бы почти над всей Диагон Аллеей не было противоаппарационного купола, Драко все равно не смог бы сейчас аппарировать, потому что никогда не делал этого самостоятельно. Будь его воля, он бы их аппарировал до гребаного Уэльса. Олливандер был старым и хилым, но сейчас у Драко в глазах он выглядел до невозможного враждебно. — Мощная палочка, очень мощная палочка. Вы выглядите в точности как ваш отец, мистер Поттер. Но глаза…у вас глаза вашей матери. — он улыбнулся краешком губ. — Очень интересно, очень. Помните, что это палочка выбирает волшебника, а не наоборот. Полагаю, что нам следует ждать от вас великих свершений. Драко тупо уставился на Олливандера. Он мог поклясться, что простоял с широко открытым ртом и распахнутыми глазами, как минимум минут тридцать, но на самом деле прошло всего пятнадцать секунд, за которые его сердце чуть не выбило грудную клетку. Поттер тоже сейчас был не очень то многословен. Его лицо было какого-то серого оттенка, а костяшки пальцев побелели — так сильно он ухватился за протянутый сверток. — Нам пора, — просипел Драко. Он схватил клетку с Хедвиг настолько крепко, что у него аж заныли пальцы. — Очень много всего нужно…эээ…там…на площадке для аппарации. Знаете. Разрешения все такое. Огромное спасибо за помощь. До свидания. На этой ноте Драко вытолкал Поттера из магазина. По всему телу словно пустили заряд электрошока, как только за ними захлопнулась дверь. На улице уже начинало смеркаться и несколько магазинов уже были закрыты. На месте двери во «Флориш и Блоттс» была глухая стена — почти такая же, как при входе на Диагон Аллею, а окна в магазине Мадам Маллкин были закрыты ставнями намертво. — Не отставай, — приказал Драко, когда Поттер запнулся о брусчатку. Драко не мог его все время тащить за собой. Это привлекло бы слишком много внимания. Была б его воля — Драко бы просто запихнул Поттера в тележку и оставил ее катиться до самого «Дырявого котла». — Я выгляжу как мой отец, — бормотал Поттер. Он по прежнему прикрывал лоб рукой, как полнейший придурок. — Заткнись, — прошипел Драко. — И убери свои руки от головы, ты только привлекаешь к нам лишнее внимание. Поттер безвольно опустил руки, словно в замедленной съемке. Драко сразу осознал насколько сильно он сейчас тупанул. Немолодая женщина в потрепанной мантии споткнулась, и ткнула свой длинный скрюченный палец прямо Поттеру в лицо. — Это что… Неужели и правда? Рядом с ней остановился молодой мужчина, проследив направление ее пальца, и выдохнув: — Мерлин… — он принялся вместе с женщиной буравить глазами молниевидный шрам. — Положи…эээ…опусти, — выпалил Драко, указывая на его лоб. Поттер уставился на него непонимающим взглядом. — Твоя челка. Поттер метнулся пальцами к волосам, чтобы уложить непослушную челку на место, но было слишком поздно. Вокруг них собиралось все больше людей, которые тихо перешептывались, уставившись на Поттера голодными глазами. — Быть того не может, — прошептала какая-то женщина. — Его не видели с тех пор как… — Я думала, что он умер. — Что б меня, это же Гарри Поттер. Шепот становился все громче, постепенно переходя на крик. Круг вокруг них начал сужаться. Гарри беспомощно обернулся на Драко, с немым вопросом в глазах «Что за хуйня здесь происходит?», и если бы у них сейчас было время, то Драко может быть и ответил. — Пошли, — прошипел Драко. Он схватил Поттера за руку и они стремглав побежали прочь. До них доносились крики, отражаясь гулким эхом. — Гарри Поттер? — Не может быть! — Они наконец-то его нашли? — Ебать, гребаный пиздец, — тяжело дыша прохрипел Драко, пока они бежали вниз по улице. Клетка Хэдвиг сейчас билась о его левую ногу, пока истерика подбиралась к самому горлу. — Это… О, это просто самое охуенное время чтобы умереть, пошли блять. За то время, что они ждали пока откроется проход в «Дырявый котел», Драко думал что он поседеет. Он уже ни на что не обращал внимания. Цепляясь ногами за столики, он рванул прямо к уборным. По дороге он умудрился сбить с ног пожилого мужчину. — Простите, очень нужно в туалет, — просипел он, обернувшись через плечо. — Ужасно виноват. Если что — можете винить во всем мой мочевой пузырь. — Что случилось? — спросил их Рон, после того как они четыре раза постучали в кабинку, едва не вышибив дверь. — Нет времени, — истерично бросил Драко. — Пошли. Не говоря больше ни слова, Рон схватил их за руки и дисаппарировал. Пока вокруг него сжималась привычная темнота, Драко благодарил всех богов за существование Уизли в этом гребаном мире.