Пособие Гермионы Грейнджер для скрывающихся прогульщиков.

Гарри Поттер вел нечестную игру. Драко не знал как именно Поттеру удавалось мухлевать, но он был абсолютно уверен, что без этого здесь не обошлось. Драко просто нутром чуял обман и подлые поттеровские махинации. В другом случае, Поттер с его сворой ни за что в жизни бы не вел 5:2 в их импровизированной игре в квиддич, где все, по сути, были охотниками. Блять, 6:2. Поттер с победным криком забросил квоффл в кольцо с такой легкостью, которая должна быть присуща человеку, который с пеленок играет в квиддич. Как, например, Джинни Уизли, которая сейчас играла просто отвратительно, особенно учитывая, что она была в сборной Гриффиндора по квиддичу. — Да пошел ты, Поттер! — смеясь выкрикнула Джинни. — Давай, Малфой, давай надерем их грустные задницы. Драко пришлось удвоить свои усилия, петляя между Луной (которая постоянно отвлекалась на растущие вокруг кустарники и деревья) и Невиллом (который занимался тем же, но тот факт, что он был в команде Драко, в отличие от Луны, неимоверно раздражал). Он сделал глубокий вдох и рванул к противоположному концу поля. Поттер появился из ниоткуда. Он бежал прямо перед Малфоем, легко и непринужденно. Его зеленые глаза в буквальном смысле светились, и Драко решил, что этот засранец решил его просто ослепить своими фонарями. Да у него даже не сбилось дыхание на такой скорости! Поттер был просто мудаком. — Хочешь сравнять счет, Малфой? Ну же, я прямо здесь, — Поттер ткнул себя в грудь, по-прежнему лучезарно улыбаясь. — Давай, попробуй пройти мимо меня. Посмотрим на что ты способен. Драко сделал обманный маневр и резко увильнул вправо, со всей силы бросая квоффл в кольцо. На одно ужасное мгновение ему показалось, что Рон сейчас перехватит мяч, но нет — квоффл залетел прямо в кольцо. — Ну и как тебе такое? — ликующе крикнул Драко, повернувшись обратно лицом к Поттеру. — Вот это я называю техникой, Поттер — то, о чем ты не имеешь ни малейшего понятия. Как давно ты узнал о квиддиче, сегодня? Тебя выдает твоя подготовка, а точнее — ее отсутвие. — На самом деле, если не учитывать других игроков и метел, то это просто что-то среднее между регби и баскетболом, — отметила Гермиона, которая не участвовала в игре. Она сидела неподалеку с просто гигантской книгой на коленях и на игру ей было откровенно все-равно. — Поэтому я считаю, что у тебя не так много преимуществ перед Гарри. А если учесть, что вы играете без метел, то тогда вообще ровным счетом никаких. — Я не знаю что такое регби, да и если честно, то мне насрать, — проинформировал ее Драко. — Но я абсолютно точно знаю, что я король квоффла! — он отбил Джинни пять, и Гермиона отметила, что после удара такой силы у той наверняка останется синяк. Малфой состроил рожицу Поттеру, после чего самодовольно вскинул нос. Поттер на это только фыркнул, отбрасывая влажную челку со лба. — Конечно, Малфой. Давай просто игнорировать тот факт, что ты проигрываешь мне на три очка, — Поттер был в легкой футболке, поэтому Малфою было прекрасно видно крепкое сухожилие, которое выступало под бронзовой кожей, и шло по плечу и дальше вдоль шеи. Драко пришлось срочно отвернуться, нелепо при этом дернувшись. — Малфой! — Я в порядке! — выкрикнул Малфой Джинни, как полнейший идиот. — Ммм, хорошо, — медленно протянула девушка. — Я просто хотела отдать тебе мяч, — на этих словах она бросила ему в руки квоффл. — Следующий раунд! — хлопнул в ладоши Рон, собирая всех в центре их так называемого поля. — Гарри, хочешь разыграть мяч? Поттер вытащил свою палочку и отлевитировал мяч над их головами. Сейчас все внимательно следили за красным мячом, парящем в воздухе. Все, кроме Драко. Он до сих пор не мог оторваться от отвратительного поттеровского лица, пугающих искорок в его уродских глазах и дебильной счастливой улыбки. Поттер сейчас был просто в абсолютном восторге от того, что они играют в какую-то хрень наподобие квиддича, только без метел и в месиве из грязи и воды. Драко честно не понимал, как сейчас остальные могут не смотреть на такого Поттера. Было такое чувство, что на Поттере постоянно были какие-то чары приковывающие взгляд, и Драко не собирался исключать тот вариант, что так и было. В конце концов, Поттер был просто наглым обманщиком. Поттер опустил палочку и все сразу же бросились перехватывать мяч. Луна была первой, но очень скоро мяч просто выпал у нее из рук, чем и воспользовалась Джинни. Он схватила квоффл и побежала к воротам соперников, когда Рон преградил ей путь. Драко точно не смог разглядеть, но судя по воплям Уизли, Джинни не дала тому перехватить мяч, укусив брата за руку. Это была как раз та причина, по которой Джинни была в команде Драко. Спустя два гола, Луна уже просто бесцельно бродила по полю, в то время как Невилл распластался на земле, что-то бормоча о своей неминуемой смерти. Уизли, Поттер и Драко не собирались так просто сдаваться, и все еще сражались за первое место. Над их головами пронеслась Хедвиг с дохлой мышью, зажатой в клюве. Драко счел, что это был хороший знак. К большому удивлению Драко, Джинни начала использовать одну из самых популярных техник Слизерина во время матчей. — А я знаю, кто на самом деле расплавил любимую запись мамы из золотой коллекции Селестины Уорлок, — выкрикнула Джинни Рону, который мешал ей подобраться к Гарри и выхватить у него мяч. — И это был не Фред, и даже не Джордж. — Тоже мне, — фыркнул Рон, уворачиваясь от сестры. — Раз мама не знает, то это значит, что мне не за что промывать мозг. — Да, а о том пошлом журнальчике, который я нашла у тебя под кроватью, мама тоже знает? Рон оступился, но и этого было достаточно. Гарри попытался передать мяч, но Джинни его перехватила и метнулась маленькой рыжей молнией к воротам соперников. — Ха! Мы вас уделали! — c Драко градом лил пот и он был настолько вымотан, что вполне мог отключиться прямо лицом в траву, но это не имело никакого значения, если это было ради блага команды. — Теперь вы всего-то проигрываете на одно очко, а не на два, — подметил Поттер. — Это все равно результат, особенно если учесть то, как ты нагло жульничал! — Как? — усмехнулся Поттер, разведя руками по сторонам. — Я не знаю, но я обязательно это выясню, и украду все твои скользкие приемчики. — Ох, мои моральные принципы тают прямо на глазах, — удрученно выдохнул Поттер. — Да всем насрать на моральные принципы, все дело в победе, придурок. — Неплохая игра, кстати, — вставила Джинни. Она сейчас исполняла что-то наподобие победного танца, который включал в себя парочку неприличных жестов и неслабого леща, который прилетел Рону.

***

Дни слились в однообразную рутину. Драко практически все время проводил за котлом с зельем, пока другие обучали Гарри магии. Потом Джинни обычно пыталась всех вытащить из палатки, чтобы заняться каким-нибудь спортом. Они пробовали футбол, в котором Поттер был действительно очень хорош. — Знаешь, мы всегда использовали ноги, чтобы летать, а не пинать мячи, — постоянно ворчал Рон, после очередного проигрыша. Они пробовали играть в плюй-камни, что никаким образом не подходило под понятие спорта, что бы там Невилл не пытался им доказать. И еще они перепробовали все возможные вариации квиддича на земле. Они играли в квиддич, где все были только охотниками, они играли в квиддич, где все были только загонщиками, они играли в квиддич с заколдованным камушком, который играл роль снитча, они играли в квиддич, перекатывая мяч длинными палками, которые Невилл с радостью насобирал в лесу. Гермиона пыталась вставить слово о том, что это фактически тот же хоккей, только с очень огромной шайбой, но остальные все равно не знали, что это такое тот хоучей. Дни тянулись невыносимо долго. Чувство безопасности улетучивалось с каждым часом, зато на смену ему приходили скука и усталость. Когда была очередь Драко дежурить всю ночь, он до самого утра не мог понять, мерещится ли ему вой волков, или это был просто скрип его натянутых до предела нервов. Было уже начало октября, когда златоглазки вместе с водорослями и пиявками наконец доварились, и необходимость оставаться постоянно на одном месте исчезла. Поттер полностью ударился в учебу, причем иногда в прямом смысле этого слова. Он настолько наловчился в дуэлях, что уже без проблем мог одолеть Луну с Невиллом, и даже один раз выиграл у Гермионы. Правда там сыграло то, что Гарри случайно вызвал вспышку стихийной магии и поджог Гермионе туфли, но тем не менее. Зельеварение же особого интереса не вызывало, хотя Гарри все равно исправно наблюдал за тем, как Драко с Гермионой варят зелье. Они уже добавили шкуру бумсланга и растертый рог двурога, которые тоже оказались в загадочной сумочке Гермионы. Драко не знал, как ей удалось достать эти ингредиенты, но спрашивать он не хотел. Он действительно надеялся на то, что она украла их из школьной кладовой и не хотел рушить свои иллюзии. — Через пару недель оно будет готово, — довольно кивнула Гермиона, вглядываясь в бурлящую жижу. — И мы собираемся это пить? — прогнусавил Поттер, зажав двумя пальцами нос. — О, нет, Поттер. Мы собираемся это пить только после того, как добавим туда человеческие волосы и кожу, — усмехнулся Малфой, любуясь выражением отвращения на лице Поттера. — Да, это отвратительно. Видишь, Грейнджер? Поттер со мной согласен. Это отвратительно. — Но я не сказал, что я не буду этого делать, — упрямо заявил Поттер. — Да, но это не значит, что ты не находишь это противным. Грейнджер просто ничего не видит, из-за чувства собственной правоты, и поэтому не замечает этой крошечной детали. Гермиона очень внимательно принюхалась к зелью, после чего сверилась с книгой «Сильнодействующие зелья». — Здесь написано, что нужно делать одно помешивание против часовой стрелки, после двенадцати помешиваний по. Ты делал это, Драко? — Прекрати усомнятся в моей компетентности, и лучше помоги мне позадрачивать Поттера, Грейнджер. — Я тебе уже тысячу раз говорила называть меня Гермионой, — рассеяно отметила Гермиона, пробегаясь глазами по учебнику. — Я очень надеюсь, что златоглазки были сварены правильно. — Грейнджер совсем не умеет веселиться, — проинформировал Драко Поттера. В день, когда Оборотное зелье было готово, Гермиона собрала всех на кухне, чтобы все подробно обсудить. За столом с большим трудом умещалось шесть человек, а вот чтобы сесть седьмому, оставшимся приходилось сидеть чуть ли не друг у друга на головах, но Гермиона была слишком занята тем, что металась из одного угла кухни в другой, так что ей было совершенно все равно на эргономические неудобства. Драко уже знал то, что если у Грейнджер есть какая-то конкретная цель, то она приложит свой максимум и еще больше, чтобы ее добиться. Именно поэтому шансы на то, что их идея с Оборотным зельем удастся, несомненно росли. На данный момент нерешенным оставался только один вопрос. — Маскировка, — начала Гермиона, и если бы сзади нее стояла доска, то она наверняка бы это записала, чтобы подчеркнуть важность вопроса. — Нам нужны разные образцы. Конечно же нам не нужно очень много, но всегда нужно оставлять вероятность того, что нам нужно будет превратиться в каких-то конкретных личностей. И даже несмотря на то, что нас не много, все равно не помешает найти кое-что про запас. — А как именно мы собираемся доставать частицы людей? — спросил Невилл, сморщив нос от такой формулировки. — Мы же не собираемся просто…ездить в автобусе и собирать отовсюду чужие волосы? — Я тоже об этом думала, — просияла Гермиона. — Но я придумала кое-что получше. Университеты. Если мы попадем в одно из общежитий, то не будем привлекать особого внимания, потому что там будет еще сотня таких же подростков как и мы. И к тому же, в большинстве из общежитий общие ванные! Расчески, всякие там пилинги, обрезки ногтей — это будет до безумия просто! — Грейнджер, — начал Драко тоном не выражающим никакие эмоции. — Не пойми нас неправильно, но это действительно начинает пугать. Обрезки ногтей? — Статистически, они могут считаться настолько же гигиеничными, как и все остальное. Да пыль вокруг тебя сплошь состоит из микрочастиц кожи! — Гермиона ненадолго задумалась, после чего улыбнулась так, словно вспомнила старую добрую шутку. — В любом случае… — В любом случае? — воскликнул Драко, отшатнувшись от стола. — Грейнджер, ты одержимый лидер и я ценю твою склонность к автократии… Но обрезки ногтей? Да ты совсем уже как с метлы упала! — Что ж, отлично, ты никуда не пойдешь, доволен? — Гермиона сердито обернулась на всех остальных. — А ты, Гарри, можешь попрактиковаться в своих поисковых чарах! — Остальные, как я понял, будут проходить практические уроки по маггловедению, — выдохнул Рон. — Но…думаю, что это должно сработать. — Нам нужно быть очень аккуратными, — протянула Луна, посмотрев на остальных своими огромными голубыми глазами. — Никогда не знаешь, кто может быть ведьмой под прикрытием. — О, все что я знаю — это то, что я хочу маскировку ведьмы! — восторженно отметила Джинни. — Все ребята, идите себе в общежитие, а я пойду искать своих старушек. — Джинни, ты знаешь, что если ты выпьешь оборотное с волосом ведьмы, то уже не сможешь превратиться обратно? Их бородавки разрушают клетки мозга, — и без того огромные глаза Луны округлились еще больше. — Хотя папочка говорит, что они зачастую намного счастливее, чем обычные волшебники и волшебницы. — Это… На самом деле не такая уж и неправда, — удивленно взглянула Гермиона на Луну. — Ведьмы не считаются людьми, именно поэтому бороться с эффектом оборотного зелья в их обличие намного труднее, но это…это не из-за бородавок, Луна. — Нет, все правильно. Именно из-за бородавок ведьмы не могут квалифицироваться как люди, — мирно улыбнулась Луна. — А еще абсолютно разное строение и факт, что они питаются исключительно детьми. — Волшебники и волшебницы иногда просто дискриминируют остальных, из-за чувства собственного превосходства. Пока Луна с Гермионой выясняли классификации ведьм, Гарри наклонился вплотную к уху Драко и прошептал: — Как долго обычно это может продолжаться? Драко стоило приложить огромных усилий, чтобы не вздрогнуть от голоса Поттера, раздавшегося в такой близости. — Зависит от того, попробует ли кто-нибудь их остановить. Несколько месяцев назад Грейнджер потратила три часа, чтобы убедить Луну, что Бундящая шица (1) это выдумка. Понятное дело, что это не сработало. — Что ж, в таком случае… Я конечно прошу прощения, — громко начал Поттер. За столом повисла тишина, настолько неожиданно, словно кто-то наложил Силенцио. — Какая наша конечная цель? — Ну, у нас есть Оборотное зелье и …. — Нет, с этой частью мне все понятно, — отрезал Поттер. — Мы достанем волосы людей, в которых сможем превратиться — прекрасно, но… Что будет после этого? Какая наша конечная цель? Драко перевел взгляд на Гермиону. Он невольно отметил, что все остальные последовали его примеру. Гермиона пару раз моргнула, потом сделала глубокий вдох, прочистила горло и так не проронила ни слова. — Или… — продолжил Поттер нахмурив брови. — Или вашей конечной целью было найти меня, и теперь, когда я здесь, ваша основная цель это где-то затаиться, научить меня сражаться с кустарниками и надеяться на лучшее. — Нет, — быстро выпалила Гермиона. — Ты не был конечной целью. Не обязательно. Просто сейчас так много различных поворотов событий. — Что-то я их не вижу, — скептично отметил Поттер. — Есть какая-то шайка Пожирателей, свергнутое правительство во главе с Лордом Волде…ох, простите, я хотел сказать величайшим темным волшебником всех времен, которого вы так боитесь. Это очевидно, что весь наш план заключается в том, чтобы, ну, покончить с ними. — О, я поняла твой эвфемизм по поводу Того-Кого-Нельзя-Называть, — пропела Луна. — Но что именно ты подразумеваешь под словом покончить? Если ты имел ввиду убить их, то не считаешь ли ты, что будет намного лучше сослать их в Сибирь или, например, отобрать их палочки и оставить на произвол судьбы в Гренландии? — Как? — спросила Джинни, облокотившись локтями на стол. — Как сослать их в Гренландию? — переспросил Поттер, удивленно уставившись на Джинни. — Нет, — терпеливо ответила девушка. — Как мы их найдем, чтобы убить? Рон посмотрел на сестру так, словно она прямо у него на глазах отрастила вторую голову. Или, если быть точнее, так, словно она отрастила вторую голову, после того, как еще в раннем детстве ей поставили соответстующий диагноз, но шансы на то, что она действительно отрастит вторую голову были ничтожно малы. И вот сейчас она сидит со своей неожиданно появившейся второй головой и смотрит на брата, словно ничего и не случилось. — У нас есть человек, который знает где они, — произнес Поттер, обернувшись на Драко. — Ты знаешь, не так ли? Драко знал, что Поттер не был идиотом, по крайней мере не полным, но он явно не ожидал, что Поттер знал так много о… Нет, он точно не мог знать о Малфой-мэноре. Кто ему рассказал? Гермиона? Что она ему рассказала? Драко резко захотелось вернуться назад во времени, чтобы стереть из памяти Грейнджер любые упоминания о том, чем Драко когда-либо занимался. А потом он бы вернулся обратно во времени, и сидел бы за этим столом ни в чем не виновный и без пристальных глаз, цвет которых просто не может существовать в природе, нацеленых в его сторону. — Мы как раз можем использовать Оборотное зелье там, — неожиданно произнес Рон. — В Малфой-мэноре или где они там. Мы можем застать их врасплох. — Послушайте, — просипел Невилл с неприкрытым выражением боли на лице. — Не поймите меня неправильно… Нет, я даже уже практически смирился с той частью плана, где предполагаются убийства, но мы в первую очередь всего лишь подростки. Они Пожиратели Смерти. Как мы вообще собираемся выжить? — Никак, — мрачно ответила Гермиона. — Я согласна с Невиллом. Риски слишком велики. Мы не можем просто заявиться туда и начать убивать людей, это очевидно. — Подожди-ка, — нахмурившись произнес Поттер. — Разве вы фактически не похитили меня, чтобы натаскать для убийства Волдеморт… Сама-Знаешь-Кого? Ведь с тех пор, как я победил его еще младенцем, вы считали, что по какой-то дебильной причине я смогу сделать это еще раз? Разве не это был ваш гениальный план? Все вразнобой принялись убеждать Поттера, что это не так. Все, кроме Драко. Драко не стал ничего говорить, потому что его ответом на этот вопрос было: «Да, именно. Кстати, честно говоря, я думал, что к тому времени, когда мы найдем где ты находишься, то твой труп уже давно остынет.» — Мы знали, что ты где-то там, среди магглов, и что тебе грозит серьезная опасность, — искренне начала Гермиона. — Мы просто не могли оставить тебя одного! Ты должен был быть с нами в школе, но тебя не было и мы знали… Ну, мы знали, что кто-то должен тебя найти, так почему бы это не сделать нам? — Ох да, и вот вы меня находите и я оказываюсь просто превосходным кандидатом, чтобы спасти мир, не так ли? — Поттер был совершенно не впечатлен умоляющими и сочувственными нотками в голосе Гермионы. — Нет, если бы ты этого не захотел, — ответил Рон. — Если бы я не захотел? — осклабился Поттер. — Нет, мы конечно поначалу так думали, — признался Рон. — Ты ведь сам Гарри Поттер! Кто бы не захотел попытать удачу и найти тебя лично? Но это не было основным стимулом, почему мы ввязались эту спасательную операцию, и да, это была спасательная операция. Ты, кстати, помнишь, как быстро Пожиратели смогли найти тебя в Лондоне? И да, мы не исключали возможности, что ты сможешь помочь исправить ту ситуацию, в которой мы оказались. Приятель, наш мир в полнейшем дерьме. Там, все в прямом смысле уже тонут в нем — настолько все плохо. Прости Герм, но ты понимаешь о чем я. Мы хотели спасти тебя от участи быть приконченным Пожирателями, и вернуть тебя обратно в магический мир. Кстати, большинство из нас по-прежнему придерживаются этого плана. Если ты хочешь уйти — пожалуйста. У тебя не было особого выбора до сих пор, а это действительно несправедливо. Хочешь уйти — хорошо, мы тебя держать не будем. Мы закончим это все сами, если нам придется. — Я не говорил, что хочу уйти, — выдохнул Поттер, отпустив все это время напряженные плечи. — Хорошо, — ответил Рон. — Хорошо, — повторил Гарри. Он и сам не понял, как его губы растянулись в широкую улыбку, такую же, как и у рыжего парня напротив. Это было безумно странно. Драко счел, что это все было из-за того, что они проводят до неприличного много времени в одной команде, во время их квиддичных матчей. Гермиона медленно переводила взгляд с Гарри на Рона и обратно. Как только стало ясно, что ни один из них не собирается продолжать дискуссию, она, неловко прочистив горло, продолжила: — То, что предлагают Гарри с Роном, это очень, и еще раз очень рискованный план. Но вот если сузить его немного до каких-то определенных параметров… Например, не врываться прямо в гнездо к Пожирателям, а убрать из игры каких-то самых основных фигур. Вполне возможно, что можно будет наложить на сотрудников Министерства Империус… Я думаю, что вполне в наших силах дестабилизировать работу Министерства. Сейчас Гермиона полностью игнорировала напряжение повисшее между ними — классический прием чистокровных. Драко даже может и поздравил бы ее, но в таком случае он бы только усугубил общую ситуацию. — Что насчет прессы? — спросила Луна, наклонив голову. — Что если мы найдем возможность, как сообщать людям то, что на самом деле происходит в мире? — Ты имеешь ввиду «Придиру», — отметил Рон. — Может быть. Я думаю, что папочка с удовольствием нам поможет, если мы его об этом попросим. Правда после этого ему придется присоединиться к нашей милой компании, потому что вряд ли Пожирателям понравится такое поведение с его стороны. У нас есть свободная кровать, так что это вполне возможно, правда папочка не очень любит походы с большим количеством людей, — Луна отвела взгляд от потолка, к которому все это время обращалась, и продолжила: — Или мы можем проникнуть в издательство «Ежедневного Пророка» и перехватить газеты до того, как их отдадут в печать. Мы сможем тогда напечатать то, что там нужно, или добавить нашу собственную колонку, и только после этого отправлять их по адресам. — Партизанская война, — вставил Драко себе под нос, пытаясь вспомнить книгу о гоблинских восстаниях, которую подарил ему отец на его тринадцатилетие. Его отец тогда посчитал, что это закрепит для Драко важность чистоты крови. Но все, что впечатлило на тот момент юного Драко, был харизматичный лидер гоблинов. — Ее суть — это иметь крепкую связь с простым населением. У нас есть достаточно источников информации, осталось только найти лицо сопротивления… — на этих словах он покосился на Гарри. Никому бы не помешало, если бы лицо сопротивления выглядело ТАК. Тогда их пропаганда никому бы не мусолила глаза. По крайней мере Драко так точно. У Поттера был нос, например, что делало ситуацию еще в несколько раз выигрышнее. Гермиона медленно кивала головой с тем самым маниакальным блеском в глазах, который мог означать только одно — что у нее родился новый план. — Я поняла, о чем ты говоришь. Нам нужно дать о себе знать… — Я все еще считаю, что немного жестокости никому не повредит, — проинформировала их Джинни. — Все эти сообщения — это, конечно, хорошо и все такое, но Пожиратели ходят по стране и убивают людей целыми семьями просто ради спортивного интереса. Как по мне, то это будет справедливо, если мы отплатим им той же монетой. — Ну или хотя бы лишим их палочек и сотрем все воспоминания, — предложила Луна ангельским голоском. Драко так и знал. Знал, что под ее маской глупенькой миленькой девочки скрывается настоящий серийный маньяк. — И чем это лучше? — спросил у нее Невилл с таким несчастным выражением лица, словно та только что разбила все его сокровенные мечты. — Меньше крови? — предположил Драко. — Мы можем обсудить детали позже, — с нажимом сказала Гермиона, прерывая все дискуссии одним только взглядом. — Сейчас самое важное определиться с приблизительным курсом действий. — Давайте начнем с прессы, — предложил Рон. — Если честно, то это слегка ранит мои чувства, но я должен признать, что Малфой не не прав. Сначала нужно собрать группу сопротивления, прежде чем планировать что-либо дальше. — Ага, и таких групп сопротивления дохрена, — протянул Поттер. — Я очень удивлюсь, если это не так. — Ну, — пожал плечами Драко. — Если они вообще существуют, то они провели очень хреновую рекламную акцию, раз о них никто не знает. — Мы узнаем, как только протолкнем нашу фигню в газеты, — отозвалась Джинни, с по-прежнему слишком маниакальным взглядом. — Отлично, — хлопнула в ладоши Гермиона. По ее лицу было видно, что сейчас происходит очень активная мозговая деятельность. Драко почти видел разные сводки и карты с тысячами пометок, проносящиеся в этой кудрявой голове. — Сначала маскировка, и потом выдвигаемся.

***

Гарри с Гермионой сейчас были по уши завалены брошюрами разных университетов и, разложив перед собой карту города, о чем-то бурно перешептывались. Иногда остальным все же удавалось расслышать обрывки фраз, такие как: «…здесь, наверняка, у каждого будет отдельная ванная…» или «…я никогда здесь не был, но я слышал, что там учатся одни долбоебы…». Родители Гермионы, наверняка, в свое время потратили немало усилий и времени, втюхивая дочери эти листовки маггловских университетов, агитируя одуматься и получить достойное разностороннее образование. Гарри, в свою очередь, никогда не планировал поступать в университет — он знал, что рано или поздно ему придется сбежать от Дурслей, и это явно должно было произойти намного раньше, чем он успел бы сдать хотя бы госэкзамены по окончанию школы. Тем не менее, он был достаточно наслышан о многих университетах в округе. Через два дня они собрали палатку и аппарировали на чудом уцелевшую часть пожухлой травы напротив громоздкой библиотеки, которая резала глаз. Гарри подумал, что, наверняка, где-то на территории есть и более живописные места, но в шестидесятых всем в принципе было поебать на эстетику. — Это не должно занять много времени. Единственная проблема состоит в том… — Гермиона ненадолго замялась, что выдавало ее волнение, хорошо скрываемое под маской уверенности. — У нас нет карты, где расположены здания. — Здесь же должна быть какая-нибудь карта, да? — Невилл внимательно посмотрел на асфальт впереди, словно ожидая, что табличка с указателями появится прямо у него на глазах. Гарри стало интересно, вдруг в магическом мире все так и происходит. Гермиона расправила плечи и командирским тоном начала раздавать указания: — Точно. Теперь давайте разделимся и посмотрим что кому удастся найти. Встречаемся здесь через два часа. Джинни, Невилл и Луна свернули налево, а Гермиона с Роном направо. Гарри перевел взгляд на Малфоя. — Пойдем через библиотеку или в противоположную сторону? — Я даже подходить не хочу к этой чертовой штуковине, — взъерепенился Малфой. — Здесь я, пожалуй, с тобой соглашусь, — кивнул Гарри, скосив взгляд на библиотеку. — А это уже первый звоночек. Ладно, пойдем. Они взяли с собой сумки, чтобы не выделяться среди студентов, и Малфою снова пришлось отпустить волосы и надеть джинсы, которые выглядели слегка лучше половой тряпки, по его словам. Гарри не покидало чувство, что у него что-то прилипло ко лбу — так много маскировочных чар Гермиона понапихивала на его шрам. Мало того, она снова зализала всю его челку поверх шрама и надела сверху еще и кепку — на всякий случай. Они шли вперед не говоря между собой и даже толком не смотря друг на друга. Большинство зданий, которые им доводилось проходить, были или такими же огромными хреновинами из цемента, как и библиотека, или ничем неприметные коробки из кирпича с очень странной инкрустрацией из разноцветного камня, имитирующей готику. Со временем однотипные здания плавно перетекли в парковку, по которой было хаотично разбросано парочку деревьев. Видимо, это было сделано с целью немного озеленить серую массу. По Малфою было видно, что он начинал паниковать. — Насколько эти места на самом деле большие? — он обернулся, чтобы посмотреть на то, как далеко они ушли. Гарри подумал о Диагон Аллее, которая, очевидно, считалась центром магической Британии. Она едва ли дотягивала до размеров его средней школы. — Давай просто найдем кого-нибудь, кто выглядит вкрай заебавшимся, — ответил Гарри. Они пошли вслед за девушкой у которой размеры мешков под глазами почти дотягивали до размеров ее сумочки, и уже через десять минут они стояли у нескольких очень похожих друг на друга кирпичных зданий. — Просто повторяй за мной, — прошептал Гарри и ускорил шаг, догоняя девушку идущую впереди. Он успел поймать за ней дверь до того, как она закрылась, и подождав отставшего и слегка офигевшего Малфоя зашел во внутрь. Сделав очень усталый и порядком задолбавшийся вид он взглянул на часы, чтобы создать вид хоть какой-то деятельности. Девушка свернула к лестницам и совсем скоро скрылась из виду, поэтому Гарри повел Малфоя вниз по коридору к тусклой, но относительно чистой общей ванной, которая, к их огромной удаче, сейчас была пустой. Малфой сморщил свой аристократичный нос и осторожно подобрал длинный светлый волос с расчески, положив его в заранее приготовленый флакон. Гарри нашел в раковине обрезки чьей-то бороды, что было просто отвратительно по отношению к сокурсникам, но просто прекрасно подходило им в сложившейся ситуации. Они действовали четко и молча, быстро изучая каждый уголок ванной. Затем, приняв настолько безразличный вид, насколько это вообще было сейчас возможно, они отправились на следующий этаж. Здесь «улов» был пускай и не таким крупным, но они все равно вышли из ванной с приличным запасом чужих волос, насколько бы отвратительно это не звучало. — Я чувствую себя очень грязным, — с болью в голосе проинформировал Малфой Гарри. — Я чувствую, что я деградировал на несколько ступеней. Почему мы просто не могли сделать правильную вещь и оглушить парочку людей, лично отрезав у них волосы, не копаясь в чужом дерьме? — Правильную? — скептично повторил Гарри. — О да, это было бы просто до пизды правильно. Они поднялись по серой лестнице на третий этаж, где, судя по запаху, и произошел тот легендарный взрыв на макаронной фабрике. Ванная же ничем не отличалась от предыдущих. Малфой очень долго жаловался на состояние одной из душевых кабин, уже временами переходя от прозы к стихам, но Гарри удалось насобирать приличное количество волос, так что это можно было считать относительным успехом. — Так, — выдохнул Гарри, когда они вышли обратно в коридор. — Я думаю, что чтобы пройти в другой корпус, нам нужно спуститься на первый этаж. — Хэй! — высокий парень, одетый просто в несоразмерно огромную футболку, бежал прямо к ним. — Кого вы ищете? Я могу вам помочь. Я знаю всех в этом корпусе, так что давайте — проверьте меня. Гарри краем глаза уловил, что Малфой побледнел еще больше обычного, но запретил себе вдаваться в панику. Этот раз ничем не отличался от тех, когда Гарри отказывались пускать в паб, и ему приходилось врать о том, что ему просто нужно заскочить в уборную и он уйдет. — Мы ищем эээ… Марка, — попытал удачу Гарри. — Марка? — переспросил парень прищурив глаза. — Высокий парень с писклявым голосом? — Да, именно, — подтвердил Гарри, восхваляя всех существующих, несуществующих богов и все мало-мальски созвучные имена. — Да, Марк, — блекло подтвердил Малфой. — Маркус. Отличный парень. Превосходный друг. Никогда не мусорит, знаешь. Огромное спасибо его родителям за это. Гарри задвинул локтем в сторону Малфоя, попав прямо в костлявые ребра. К счастью, парню было абсолютно наплевать на брошенную Малфоем фразу в их бесспорно высокопарном разговоре. — Да, без понятия где он. Хотя я видел его прошлой ночью — он заблевал любимую футболку моего приятеля, а потом плакался, что его кебаб за 6 фунтов сейчас плавает где-то в туалете. Классика. Я, кстати, Мартин, а вы тоже перваки? — Да…да. Новенькие. Первый курс, — Гарри выразительно посмотрел на Малфоя, который выглядел окончательно потерявшимся. — Определенно. Я Гарри, а это…эээ… Дэйв. Малфой не остался в долгу и отдавил Гарри большой палец ноги. Гарри постарался мягко улыбнуться, хотя сказать, что это было искреннее, можно было с большой натяжкой. — Классно, дружище, реально… — протянул Мартин, покачиваясь на носках. — На каком вы факультете? Гарри тяжело сглотнул и выдавил из себя самый незаинтересованный вид на который был способен. — Я занимаюсь…эээ…спортивными науками. Дэйв…он больше по классике. Он просто без ума от латыни, Бог его знает почему. — Hic manebimus optime, — ответил Малфой слабо улыбнувшись. — Немного юмора на латыни. Никто не представляет, что я буду делать с латынью в будущем, но знаешь — мне все равно. Не брошу латынь, даже если в конце концов это ни к чему не приведет. — Хмм… — протянул Мартин, косясь на Малфоя с прищуром. — Я занимаюсь географией. В любом случае, я бухаю уже с одиннадцати утра и вы, парни, просто не поверите, но я сегодня устраиваю встречу типо клуба киноманов, это просто чума…вы ведь придете? — Возможно, — ответил Гарри, пока Малфой выдавливал из себя искреннюю заинтересованность в происходящем. — Когда мы вообще такое пропускали, да, Дэйв? — Блестяще! Мы с парнями сейчас пойдем в паб, чтобы все подготовить, так что, надеюсь, еще увидимся. Будет весело, да? — Мартин пихнул Гарри в плечо с такой силой, что он еле устоял на ногах. — Я передам Марку, что вы его искали, если увижу. — Спасибо…эмм…дружище, — ответил Малфой, тоже пихнув Мартина в плечо, счев, что это был неотъемлемый жест среди студенческой молодежи. Он произнес слово «дружище» так, словно это было одним из тех словарных слов, за которые он получит дополнительные баллы. Бросив последний странный взгляд на Малфоя, Мартин исчез в конце коридора, забрав по дороге порванную коробку Strongbow(2), которая была размером с молодого лабрадора. — Малфой, ты худший агент, наверное, во всем мире, — выдохнул Гарри. Малфой же на это заявление обиженно потер лоб с его любимым выражением лица — высокомерно-надутым. — Человек разговаривал на абсолютно иностранном языке, Поттер. Кебаб. Перваки. Клуб киноманов? Я поражен. Это было просто блестяще поразительно. — О, заткнись, Дэйв. — Ты должен был сказать, что тебя зовут Архибальд, — проквохчал Малфой. — Это было бы тогда честно. — Архибальд слишком запоминающееся имя. Как и Драко, что помимо всего еще и просто до невозможного странное имя. Я тебя уверяю, нам бы, наверняка, пришлось потратить еще целую вечность, чтобы объяснить, что твои родители были просто фанатиками созвездий и прочего дерьма, пока Мартин бы наконец отстал. — Ты знаешь значение моего имени? — удивленно спросил Малфой, оборачиваясь на Гарри. — Я не полнейший идиот, знаешь ли, — ответил Гарри, закатив глаза. — Я знаю, что ты не полный идиот, — буркнул Малфой, скрестив руки на груди и уводя их вниз по коридору. — Я просто имел ввиду…магглы же обычно не учат астрономию, да? — Мне нравился космос еще с самого детства, — пожал плечами Поттер. Он не хотел сейчас вдаваться в подробности о том, как, бывало, прятался в детстве по библиотекам, или днями напролет фантазировал о том, как Дурслей убьют имперские штурмовики и Тысячелетний Сокол прилетит, чтобы забрать маленького Гарри-Люка в жизнь полную приключений и сражений за свою империю. — Малфои обычно любили давать римские имена, — объяснил Драко. — Это моя мать настояла на Драко — в ее семье по традиции называли детей в честь созвездий. Может быть она просто чувствовала себя обделенной — ее имя не имеет ничего общего со звездами. Она рассказывала мне, что ее кузен постоянно за это над ней издевался, и кричал, что она должно быть бастард, раз ее назвали по другому. Возможно, из рода Браунов. Это они всегда называли детей в честь растений. — И как ее зовут? — Нарцисса, — горько опустил голову Малфой, решив, что этого не будет видно в тусклом свете лестничного пролета. — Ее звали Нарциссой. — Звали? — переспросил Гарри, резко останавливаясь на ступеньках. — Она умерла год назад, — отрезал Малфой, выходя на улицу. — Где-то место, где мы должны встретиться с остальной частью нашей своры? Гарри пришлось какое-то время покрутиться вокруг своей оси, чтобы сориентироваться где они. Они вышли через другой выход, и у него заняло несколько минут, чтобы сообразить, что это за место. — Возле библиотеки, помнишь? — Ох, прекрасно, угнетающая архитектурная чертовщина. Конечно я помню, хотя очень бы хотел это забыть. Они шли обратно, проходя мимо все тех же серых корпусов и безликих кучек студентов. Гарри поглядывал на Малфоя, который уверенно шел вперед, словно был абсолютно уверен в том, куда он идет, хотя ему приходилось останавливаться через каждые пятнадцать шагов и оборачиваться на Гарри, чтобы тот показал ему куда идти дальше. — Как умерла твоя мама? Малфой бросил на него короткий взгляд, сжав губы в тонкую линию. — Никто не учил тебя как правильно вести беседу, да, Поттер? — Нет, — искренне ответил Гарри. — Что ж, позволь мне тебя просветить. Никто не начинает беседу с обсуждения смерти чьих-то родителей, Поттер. — Эээ… — протянул Гарри. — Это почти ничем не отличается от того, как ты общался со мной. — Ох, — рвано выдохнул Малфой. Его рот слегка перекосило в сторону, а кончики ушей зарделись, что было видно даже через длинные волосы. — Извини. — Наверное, это первый раз, когда я слышу извинения из твоих уст. — И последний, — пообещал Малфой. — Мне просто стыдно за самого себя. Как опрометчиво. Я бы извинился за то, что извинился, если бы мог. Поттер сдержал улыбку, промелькнувшую на кончиках его губ, и ускорил шаг. Малфой слишком увлекся поворотами направо, хотя на самом деле им сейчас нужно было идти налево. Невилл, Джинни и Луна уже ждали их на клочке оставшейся травы, когда они наконец дошли до ужасного здания библиотеки. Они все втроем сидели скрестив ноги и болтали на какую-то тему, которую Гарри так и не смог разобрать. Гермиона и Рон появились десятью минутами позже. После того, как они добрые пять минут сравнивали то, что им удалось раздобыть, Джинни, звучно прочистив горло, произнесла: — Слушайте. Мы с Невиллом и Луной тут подумали, и решили, что это будет весело, если мы сходим в паб, ну знаете, отметить это дело. — В паб? — нахмурилась Гермиона. — Или ночной клуб, — предложила Луна. Малфой рвано пискнул, что означало полнейший шок с его стороны. — Маленький ночной клуб, — добавил Невилл. — Какой-нибудь скромный ночной клуб. Или паб. Как захотите. — Ночной клуб, — категорично повторила Гермиона. — Вы, пока нас не было, совсем сошли с ума? — Мы можем заодно испытать наше новейшее никогда-ранее-не-испытываемое Оборотное Зелье, — энергично закивала Джинни, играя бровями. — Нет, ребят, вообще без вариантов, — ответил Рон. — Мы сейчас в том же городе, где и те люди, у которых мы собирали волосы, а это значит, что мы пойдем в те же пабы, в которые ходят они, что явно тянет на нехилые неприятности для нас. — Вот именно, — подтвердила Гермиона, бросив на Рона гордый взгляд. — Боже правый, мы не на отдыхе, к вашему сведению! — Ой, да ладно, мы под прикрытием, — отмахнулась Джинни, демонстративно отбросив назад черный хвост. — И там будет полно магглов. Разве это не ты говорила, что лучшее место, чтобы спрятать человека — это город кишащий людьми? — Это было аналогией с иголкой в стоге сена, — поправила Гермиона. — И это совсем не подразумевало то, что можно будет нажраться до полусознательного состояния и послать нафиг тот факт, что мы должны быть всегда начеку. Мерлина ради, Джинни, просто включи логику. — Да мы не можем ходить выставив перед собой палочки двадцать четыре на семь, Гермиона! Ты видишь какую-нибудь угрозу для жизни сейчас? — взметнула Джинни руками по сторонам. — Посмотри! Все в порядке. Мы в порядке, но уже завтра мы можем сдохнуть, так почему мы просто не можем почувствовать себя живыми хотя бы на… — Джинни сделала глубокий вдох, зная, что сейчас скажет абсолютную банальщину, но все равно не собираясь отступать от своих слов. — Хотя бы на несколько минут? — Мы можем завтра, как ты говоришь, сдохнуть, как раз из-за того, чем мы занимаемся прямо сейчас! — прошипела Гермиона. — Пара минут не стоит того, чтобы рисковать жизнью. — Я тоже не согласен на пару минут, Грейнджер, — согласился Малфой. — Мгновения слишком переоценивают. Если о чем-то и говорить, то о чем-то более долгосрочном. Например, целый сезон, как некоторые говорят. — Некоторые не все, — прошипела Джинни, прожигая Малфоя взглядом. — Как по мне, это достаточно весомый аргумент, — кивнул Невилл в сторону Джинни. — К тому же я никогда раньше не был в маггловских пабах. — Вы лично притащили меня в маггловский паб, Невилл, — отметил Гарри. — Это не считается, — покачал головой Невилл. — У меня не было времени, чтобы насладиться обстановкой и прочим. Я был…эээ…слишком занят. Я, знаешь, никогда не встречал того самого Гарри Поттера раньше, поэтому я и не обращал внимания на остальное. — Что это вообще нахрен должно значить? — спросил Гарри, встряхнув головой. — Все в порядке, Гарри. Сейчас Невилл понимает, что ты такой же обычный человек, как и остальные, — мягко ответила Луна, положив руку ему на предплечье. — Гермиона, — упрямо продолжила Джинни. — Если мы сейчас не выпустим пар, то просто нахрен взорвемся, и это, поверь мне, будет не очень приятно. — Я надеюсь, что остальные не считают это хорошей идеей? — обернулась Гермиона на Гарри, Рона и Драко с умоляющим взглядом. — Лично я — нет, — ответил Малфой. — Как по мне, мы должны вернуться обратно в самый центр полнейшей глуши, и страдать фигней в нашей палатке. До сих пор этот план прекрасно работал. Мы ведь всегда можем сыграть в плюй-камни, где Лонгботтом опять проиграет еще в самом начале, и разнесет игру к хренам собачьим. Хотя, если сейчас так подумать, то этот план мне стал нравиться намного меньше, чем пять минут назад. — Как по мне, все это звучит очень тупо со стратегической точки зрения, — отметил Гарри. — Но это не значит, что я не считаю поход в паб заманчивой идеей. — Как насчет того, чтобы просто проверить? Мы побудем там всего пару часов, а потом уйдем. Мы будем осторожны, Гермиона, — предложил Рон, обняв девушку за плечи. — Нам действительно нужен отдых, и я даже не притронусь к выпивке, слышишь? Я смогу нас аппарировать в безопасное место, если что-то пойдет не так… — В последний раз ты вообще расщепился, Рональд! — оборвала его Гермиона, скрестив руки на груди. У нее слегка подергивался уголок рта. — Это просто так тупо. Если нас всех там поубивают, то знайте, что я вам так и говорила. Договорились?

***

Часом позже они уже сидели в темном дымном пабе, пока Джинни заказывала самую разноцветную выпивку, которую только смогла найти в меню. Драко заказал то же самое, что и Грейнджер — какую-то разновидность сидра. Он не доверял маггловской выпивке и не хотел нарушать Статут Секретности из-за каких-то дурацких коктейлей, тупее которых могла быть, разве что «Горная вода»(3) — Это действительно идиотская затея, — прокомментировала Гермиона, но тем не менее на ее губах играла легкая улыбка. — Первая остановка — паб, вторая — полный правительственный переворот, — усмехнулся Рон. — О, подожди, еще один коктейль, и я буду готова свергнуть самого министра, — добавила Джинни, помахав наполовину пустым бокалом, который был просто гигантских размеров. Внутри плескалось мартини неестественно-розового цвета, которое их официант еще и поджег. Луна умудрилась себе заказать какой-то коктейль с таким количеством фруктов на шпажке впихнутом в рюмку, что та казалась раза в два больше, чем на самом деле. Невиллу же удалось отхватить не только пинту янтарного эля, но еще и какую-то компашку девчонок, которые постоянно бросали на него заинтересованные взгляды. Правда последнего он даже не замечал. Выпивка его интересовала куда больше. В пабе было полно студентов, и совсем скоро толпа из каких-то просто огромных парней разделила их группу на несколько отдельных компашек. Каким-то непонятным образом (наверняка сказался прилив тестостерона) Гарри с Драко все же оказались на одной стороне, выглядывая из-за высоченных студентов и пытаясь найти остальных. — О, Гарри! Поттер слегка побледнел и медленно обернулся. Это был тот самый пугающий парень по имени Мартин, в окружении еще четырех почти полных копий самого же себя. — Ох, парни, посмотрите кто это здесь. Гаррик! Дэйво! — О чем он говорит? — прошептал Малфой почти Поттеру на ухо. — Наши имена, — ответил Гарри. — Привет, Мартин. Пугающий Мартин обменялся с Гарри каким-то загадочным видом рукопожатия пальцами. Драко, в свою очередь, убедился, что обе его руки заняты выпивкой, и Мартин не сможет пожать ему палец или что этому парню вообще взбредет в голову. — Парни, я встретил этих двоих у себя в общаге. Они искали Марка. — Марк! — энергично закивал один из Мартинов. — Невероятно. — Классика, — вставил другой Мартин. Настоящий же Мартин сейчас сиял так, словно Гарри с Драко были его старыми друзьями, которых он уже не видел гребаную вечность. Его слегка пошатывало, из-за чего пиво переливалось за края стакана прямо на пол. — Ох, дружбаны, вы видели, что мы сделали с Италией? Да мы же в чертовом кубке Мира! Да, да, парни. Мы, блять, прошли в кубок Мира! — его пинта наклонилась на бок, и остатки пива вылились почти прямо на многострадальные туфли Драко. — Англия никогда не выигрывает в кубке Мира, — ответил Гарри, явно не проникшийся энтузиазмом остальных. — Нет, было дело в шестидесятых один раз, но тогда просто все торчали на наркотиках. — Никогда не можешь знать наверняка, — фанатично отметил Мартин, выливая из своей кружки уже последние капли чудом уцелевшего пива. — Мы и в Евровидении никогда не выигрывали до этого года! Это же просто невероятно. Безумие. Любовь излучает чертов свет, парень (4) — А ты полон сюрпризов, Мартин, — усмехнулся Поттер, заинтересованно изучая его лицо. — Спасибо, дружище, — ответил Мартин, подняв бокал в сторону Поттера. Кружка медленно выскользнула из его руки, но тот этого даже не заметил. — За какую, кстати, команду вы болеете? — Уимбурнские Осы, — на автомате ответил Драко. Он резко опрокинул в себя бокал сидра, пытаясь сделать вид, что ничего не говорил вовсе. Сидра становилось все меньше, и совсем скоро ему придется или идти за новым, или найти новый способ, как не участвовать в поистинне увлекательной беседе. — Арсенал, — ответил Поттер. Мартин обменялся подозрительными взглядами со своими друзьями и потом наклонился поближе к Поттеру, переходя почти на шепот: — Скажи мне честно, дружище, ты правда болеешь за Арсенал или ты просто гонишься за победой? Ты уверен, что болеешь за ту команду? Гарри не сдвинулся с места, хотя Мартин давно уже нарушил все понятия личного пространства. — Я довольно часто играю не за ту команду, и да, я действительно болею за Арсенал. Мартин слегка пошатнулся, моргая захмелевшими глазками на Поттера и пытаясь вспомнить английский. — Играешь не за… Ладно, а что насчет тебя, Дэйв? — Мартин ткнул пальцем Драко прямо в грудь, находя себе еще одну точку опоры. — Эээ… — тупо ответил Драко, пока в его голове раздавался белый шум. Мозг очень нехотя подбросил ему название одного из маггловских городов. — Мне нравится… Абердин, — он допил остатки своего сидра, поэтому путей к отступлению у него не осталось. Нужно ли ему еще что-то говорить. Поттер вроде молчал, так что лишних вопросов может и не возникнуть. Абердин! Какой прекрасный город. Драко был абсолютно в этом уверен. Абердин навсегда. — Ты шотландец? — недоверчиво прищурился Мартин. — Нет. Ты не шотландец, не так ли? У тебя не шотландский акцент, Дэйв. — Он просто из шотландской элиты, — объяснил Поттер, больно пихнув Малфоя под ребра. Он теперь постоянно так делает! Драко нужно подать за это официальную жалобу на него. — Отвратительно, — присвистнул один из дружков Мартина. — Ты живешь в замке? Наверняка знаешь королеву лично? Еще скажи мне, что вы ездили с ней на охоту куда-нибудь в Барморал. — Между нами, друг Мартина, — ответил Драко. — Королева немного outré, если ты понимаешь, о чем я. — Нет, не понимаю, — отозвался парень. — Это что, блять, французский? — О, смотри, это Джинни, — выкрикнул Поттер, притворившись, что сумел разглядеть ее в толпе. — Извините, ребята, но нам пора. Было приятно повидаться, Мартин. Мартин в ответ энергично закивал головой, слегка покачиваясь на ногах из-за таких резких движений. — Передайте Марку привет, если его увидите. Мы потом пойдем в ночной клуб напротив, говорят, там сегодня огромные скидки. Присоединяйтесь, если хотите. Будет умора, да, пацаны? — Эм, да, определенно, — ответил Поттер, уже оттаскивая Драко подальше от компашки Мартинов. — Увидимся позже, ага. — Дэйво, — произнес Драко вслух, как только они отошли достаточно далеко от Мартина и его друзей Мартинов. — Он бы не стал называть меня Дракоуо, не так ли? Определенно нет. Слишком много гласных. Хотя, если честно, сомневаюсь, что это их сильно испугало бы, Поттер. — Просто гонюсь за победой, — фыркнул Поттер, не обращая внимания на слова Драко. Он плюхнулся на свободное место, продолжая размышлять вслух. — Сейчас еще слишком рано об этом говорить. Конечно же это не самая худшая команда, но это не значит, что мы не можем взять и проебать все в один момент. Нет, я конечно же надеюсь на лучшее, и уверен, что они смогут, но… — Я без понятия о чем ты сейчас говоришь, — ответил Малфой, отодвигая соседний стул. — Но тем не менее, я уверен, что абсолютно точно болею за команду твоего противника, и ненавижу все, за что борется твоя команда. Просто скажи мне название соперничающей команды, и я прямо сейчас начну покупать сувениры с футболками. Поттер обернулся на Малфоя, весело рассмеявшись. — Гребаный Абердин, ты, придурок. Это первое, что ты смог придумать? Абердин? Драко понял. Вся проблема была в поттеровском лице, а если быть точнее — в его лице, когда с него сползала его излюбленная неприветливая маска безразличия. Например, когда у него получалось заклинание, или когда он побеждал в дурацких импровизированных гонках, или когда смеялся над дебильными шутками Уизела. Каждый раз стена цинизма, за которой он прятался, рушилась. А за ней был он же, только с яркими блестящими глазами, чистой улыбкой, такой молодой, такой счастливый. И каждый раз Драко хотелось закрыть это лицо руками и говорить остальным, чтобы те нахрен не смотрели. Он хотел сказать Поттеру, чтобы тот не показывал этого другим людям. Но что самое худшее — то, что Поттер даже не представлял, как выглядит его лицо в такие моменты. — Что? — спросил Поттер, по-прежнему лучезарно улыбаясь. Так, что все могли это видеть. — Почему ты так странно на меня смотришь? — У тебя что-то на лице, — ответил Драко. — Что? — Я не знаю, — ответил Драко, обращаясь к потолку. — Оптимизм? — Прости, что? — Эээ…грязь, — повторил Драко громче. — Совсем немного, вот здесь, возле носа. У Поттера на щеке действительно была какая-то грязь. Он неуклюже потер золотистую кожу, пытаясь ее убрать. У Драко буквально чесались кончики пальцев, чтобы встать и сделать это самому, но он оставался на месте, пригвоздив руки к липкой столешнице. — Все? — Нет, — буркнул Драко. Мерлин, неужели Поттер с самого детства так себя вел? Так улыбался? Драко непонятно отчего сдавливало грудь и начинали ныть ребра. Так, ему срочно на что-нибудь переключиться, пока не стало только хуже. — Нет? — С твоим лицом все в порядке, Поттер, — ответил ему Драко. — Мне нужно еще выпить. Какую-нибудь хрень, которая сможет вштырить так, что я не смогу стоять дольше пятнадцати секунд. Уверен, что магглы придумали выпивку, которая предоставляет такую функцию. — О, тебе повезло. Есть такое, — усмехнулся Поттер, кивнув на меловую доску, висящую прямо над баром. — Что такое «Змеиный укус? (5)» — спросил Драко, бросив подозрительный взгляд на список коктейлей. — О, сам посмотришь, — ответил Поттер поднимаясь на ноги. — Во всех красках, вполне возможно, что еще и парочку лент пустишь. — Лент? — переспросил Малфой. — Рвать будет нещадно, — объяснил Поттер. — Прекрасно, — кивнул Малфой, поворачиваясь обратно к Поттеру, но тот уже ушел. — Как дела? — спросил Невилл, присев на свободное место рядом. Тот выглядел достаточно неплохо. Малфою даже не хотелось отворачиваться каждый раз, когда тот попадал в поле его зрения. Жизнь была просто безумной штукой. — Прекрасно. Собираюсь нажраться так, чтобы не вспомнить собственного имени, — проинформировал его Драко. — Вы с Гарри никак не поладите? — спросил Невилл, сочувственно сдвинув брови. — Он довольно импульсивный, но это из-за того, что в его жизни было слишком много дерьма. Он, знаешь, он особенный. — Невилл, Поттер не особенный. Поттер просто очкастый придурок с трагической предысторией. Уверен, что этом пабе найдется еще с полдесятка таких же Поттеров, — фыркнул Малфой, оглядывая помещение. — Только в маггловских версиях. Поттер не особенный, он просто…просто мальчик, который стал знаменитым чисто случайно. — Я не знаю, — ответил Невилл. — Я бы так не смог. — Не смог бы победить Темного Лорда еще младенцем? — рассмеялся Малфой, слегка закашлявшись дымом, стоявшем в воздухе. — Невилл, Поттер не родился чудо-ребенком. Определенно в этой истории было что-то еще. Или кто-то. Я не знаю, но он точно не может быть просто, ну бессмертным, что ли. — Кто бессмертный? — спросил Поттер, который появился также неожиданно, как и исчез. В руках у него был поднос с несколькими стаканами красной жидкости от которой шел легкий дымок. — Ты, — ответил Невилл. — О, можно я тоже попробую? — Поттер кивнул, молча передав Невиллу один из стаканов. Тот сразу взял его в руки, пополам с уверенностью и тревогой во взгляде. — У вас что, в Гриффиндоре все были в завязке этот год? Никогда не видел так много гриффиндорцев, у которых не было бы опыта в выблевывании собственных кишок после пьянок. — У нас старостой была Гермиона, если ты не забыл, — ответил Невилл, что на самом деле объясняло все. — Итак, ваши факультеты? — спросил Поттер. — Слизерин, Гриффиндор, Хаффлпафф и Рейвенкло. Это просто нонсенс, но они являются одной из самых важных классификаций во всем мире. Еще до того, как я сел на поезд, когда мне было одиннадцать, мой отец сказал, что он отречется от меня, если я не попаду в Слизерин, — ответил Драко, немного отпив из своего стакана. Коктейль был просто отвратительно сладким, и Драко знал, что если он выпьет его слишком быстро, то его унесет всего за пару минут. Это было просто превосходно. Он хотел, чтобы на завтра он не мог вспомнить как он выглядит. — Он сказал тогда что пошутил, но поверьте мне, он бы сделал это не задумываясь. Невилл серьезно кивнул, продолжив тему: — Каждый факультет что-то символизирует. Гриффиндор — смелость, Хаффлпафф — преданность, Рейвенкло — ум и Слизерин — хитрость. Все говорят, что хаффлпаффцы немного туповаты, а слизеринцы злые… — А гриффиндорцы — это бухущие деревенские автократы, а рейвенкловцы — асоциальные сумасшедшие фанатики. — Но это всего лишь стереотипы. В каждом есть какие-то общие черты, но… — Невилл пожал плечами. — Все мои родственники могли поклясться, что меня распределят в Хаффлпафф, но шляпа настояла на Гриффиндоре, так то. — Прости…шляпа? — переспросил Поттер, вздернув точеную бровь. — Просто прими это, Поттер. У нас есть драконы, оборотни и каждый год разговаривающая шляпа определяет судьбу каждого, приехавшего учиться в Хогвартс, первокурсника. Прими это и живи дальше. Поттер рассмеялся и снова потянулся за своим стаканом. Драко не знал почему, но в этот момент было очень важно следить за тем, как двигается кадык Поттера, пока он пьет. — Точно, итак, куда бы отправили меня? — В Гриффиндор, — в унисон ответили Невилл с Драко. — Извини, — добавил Малфой. — Я все же надеюсь, что это был бы Слизерин, но думаю, что в конце концов ты бы присоединился к бухой деревенщине. — Ты вроде сказал, что это всего лишь стереотипы. — Эти стереотипы существуют не просто так, Поттер, — разумно ответил Малфой, пока Невилл гулко рыгнул в стороне. — Видишь? Поттер покачал головой, слегка улыбнувшись своему стакану. На его щеке снова выступила трогательная ямочка. Драко пришлось срочно перевести свой взгляд на пойло, стоящее перед ним. Не такое оно было и отвратительное, хотя на вкус по-прежнему напоминало настойку.

***

Пускай она и не хотела признавать это вслух, но Гермиона действительно хорошо проводила время. Невилл, Гарри и Драко неподалеку спорили и подкалывали друг друга насчет факультетов Хогвартса, пока Луна что-то объясняла о зачарованных вомбатах Джинни. Гермиона изо всех сил себя сдерживала, чтобы не вмешиваться в это. Рон прожигал взглядом стоявшую на их столах выпивку с неприкрытой завистью. — Даже не думай, — пригрозила ему девушка. — Я могу думать об этом, Гермиона. А то, что я не могу это выпить, то это уже другой вопрос, — язвительно отметил Рон. — Я ведь сказал, что не буду пить, не так ли? Когда я нарушал данное слово? Гермиона могла припомнить ему парочку раз так точно, но дело в том, что эти примеры были трех-четырех годичной давности. — Я просто решила убедиться, — холодно ответила Грейнджер. — Пей свой сидр, — кивнул головой Рон на стоящий на столе бокал. — Если я не могу пить, то это не значит, что ты тоже не должна наслаждаться этим вечером. — Ты все-таки такой придурок иногда, — любовно усмехнулась Гермиона, отпив немного из своей кружки. Невилл и Луна уже сидели отдельно от остальных и теперь Джинни активно переманивала Гарри с Драко пересесть к ней за стол. Гермиона наблюдала за ними с искренним интересом. От ее взгляда не ускользнуло то, как Драко постоянно выискивал глазами Гарри в толпе. И то, что когда Гарри оборачивался в ответ, Малфой поспешно отводил взгляд, делая абсолютно незаинтересованный вид. — А вот это уже интересно, — прошептала она, кивнув на их удаляющиеся спины. — Интересно что? — спросил Рон, листая буклет с предложениями о работе, который кто-то забыл на столе. — Гарри и Драко. — В плане того, что они интересные личности или что? — не понял Рон. — Нет, я имела ввиду… Не бери в голову, — выдохнула Гермиона, переводя взгляд на листовку в руках парня. — И как тебе маггловская политика? — Ты знала, что есть такая вещь, как минимальная заработная плата? Как только мы покончим с этой маниакальной фашистской хренью, я думаю, что нам стоит узнать об этом побольше. Помимо дымчатого дурмана в воздухе было настолько много феромонов, что казалось их можно увидеть невооруженным глазом. Гермиона не смогла устоять, и взяла Рона за руку, глупо улыбаясь глядя на его красивое лицо. Он был действительно придурком, но он был просто превосходным парнем. Он старался изо всех сил, и всегда делал все, что было в его силах, он просто…просто был добрым от ушей до кончика его пальцев. У него в кармане лежало всего двенадцать кнатов, но он отдал бы все до последнего, просто чтобы помочь другим. — Что? — удивленно спросил Рон. — Ничего, — ответила Гермиона, чувствуя, что начинает краснеть. — Я просто счастлива, что ты у меня есть, вот и все. — Ох, Гермиона, — улыбнулся Рон целуя девушку в щеку. — Люблю подвыпившую Гермиону. Ты всегда становишься такой демонстративной. — А обычно нет? — нахмурилась Гермиона. Она всегда хотела знать наверняка, чувствует ли Рон надежно себя в их отношениях. Он всегда вызывал у нее такое чувство, но если она не внушала ему той же уверенности, то ей срочно нужно пересмотреть свое отношение к нему за последние годы. — Нет, нет, ты просто…перестань волноваться, — принялся успокаивать девушку Рон, слегка сжав ее плечо. — Ты просто становишься супер демонстративной. Это мило. Я ничего не имею против того, что обычно ты себя ведешь как большой лидер, как сильная и независимая девушка. Лично я считаю, что это чертовски сексуально. Но просто сейчас тебе не нужно быть главной и мне очень приятно видеть тебя такой. — В туалет, — шепнула Гермиона, похлопав Рона по щеке и встав из-за стола. Может быть Джинни действительно была права. Может быть Гермиона действительно ничего не замечала, кроме поставленной перед собой задачи, и действительно была чайником, который скоро просто выкипит. Им всем нужен был небольшой отдых, и видимо то время, когда они сидели возле палатки нельзя было считать нормальным отдыхом. Она думала, что в их футбольных и «квиддичных» матчах было достаточно веселья, но сейчас она понимала, что вполне возможно нужно добавить больше времени для развлечений в их расписании. Наверное, время, когда они ждали пока Оборотное зелье доварится, не считалось. Вполне возможно, что чувство настоящего отдыха приходило только после того, как они действительно чего-то добились. В таком случае все становилось намного сложнее, ведь у Гермионы вырисовывался пока что только один план действий. Кабинка в туалете была ожидаемо отвратительной, как для студенческого паба. Микробы девушку мало смущали, но парочку дезинфицирующих заклинаний она все равно применила, перед тем как сесть. Вся кабинка пестрила разноцветными надписями и граффити, и чтобы скоротать время Гермиона решила почитать некоторые из них. «Алиса — ШЛЮХА», «Принцесса Ди навсегда в наших ♥», «Здесь была Поппи». Над неоново-зеленой рекламой очередного ночного клуба Гермиона заметила еще одну надпись. Там была нарисована маленькая молния под которой шла беспорядочная подпись: «Поттер жив». Гермиона застыла на месте медленно переводя взгляд на свои ноги. Недолго поизучав блестящие носки своих туфель она посмотрела обратно, но граффити не изменилось — все тот же разряд молнии и маленькая подпись внизу. Она вымыла руки настолько быстро, что было не исключено, что она забыла про мыло, но ей уже было все равно. Гермиона бежала через толпу студентов, то и дело задевая кого-то на своем пути, но извиняться времени у нее не было. — Мы должны отсюда убираться, — выкрикнула Гермиона Рону, хватая того за свитер. — Кто-то из волшебников здесь, я не знаю где. — Что? — переспросил Рон, поднимаясь на ноги и оглядывая толпу. — Ты кого-то видела? — Нет, — ответила Гермиона и впопыхах рассказала Рону о граффити. — Хорошо, — спокойно ответил Рон. — Послушай, это будет действительно очень подозрительно, если мы все вместе сейчас сбежим сломя голову. Волшебница могла просто, ну знаешь, проходить мимо. К тому же, они не знают кто мы такие, а у Гарри на лбу столько маскировочных чар, что я действительно удивлен, как он еще не страдает от мигрени. — Наверное, — протянула Гермиона нахмурив брови, пытаясь вспомнить ближайшие университеты. — Разве здесь есть магический департамент? Я думала, что все они находятся в Шотландии, но вполне могут быть и исключения. Рон, но нам все равно лучше убираться и как можно скорее. Я не могу настолько рисковать. Если здесь есть магические отделения, то это значит, что и без Министерства здесь не обойдется. — Они все в Шотландии, но я согласен с тобой, — Рон залпом осушил остатки сидра и наклонил слегка голову, чтобы ему было легче найти остальных во всей этой толкотне. — Луна сидит в самом конце вместе с Невиллом и играет в дартс. Давай они закончат и мы пойдем искать остальных, хорошо? Гермиона кивнула, уставившись на дубовую столешницу, пытаясь успокоить выпрыгивающее из груди сердце. — Да, нам наверное не стоит сбегать. Это ведь просто граффити в туалете, да? — Очень интересное граффити, тем не менее, — вскинул рыжую бровь Рон. — Поттер жив, а? — Поттер жив, — повторила еще раз Гермиона начиная улыбаться. — Но это же не плохо, да? — Совсем нет, — ответил Рон тоже начиная улыбаться. Гермиона могла поклясться, что они сейчас думали об одном и том же. Они представляли кричащие заголовки, росписи по всей Диагон Аллее и тихие перешептывания повторяющие лишь одну фразу. Поттер жив.

***

Это была Джинни, кто украла сигареты, хотя это нельзя назвать полноценным воровством — скорее жестом щедрой души бухих в стельку пацанов из универа. Девушка всего напросто взмахнула волосами и мило похлопала ресничками, и вот уже через минуту на столе стояло несколько стаканов бесплатной выпивки и парочка сигарет для каждого. Гарри завязал с курением фактически так и не начав, бросив через три месяца, когда ему было пятнадцать. Во-первых, это удовольствие стало непозволительно дорогим, а во-вторых, было абсолютно бесполезным. Но тем не менее, когда вместо Гарри начинает говорить выпивка в нем, он становится очень легким на подъем. — Ты ведешь нас по прямой дорожке к раку легких, — проинформировал Гарри Джинни, пока она вытаскивала их с Драко на улицу. — У вас, кстати, есть какое-то лекарство от этого, или что-то в этом роде? Волшебные врачи? — Врачи? Пффф. Это просто неудачники с ножами, — фыркнула Джинни, подкуривая сигарету с помощью своей палочки, совсем не заботясь о восьми магглах, находящихся неподалеку. — У нас целители, приятель. — Не похожи на наши, — подозрительно выдохнул Малфой кольцо дыма. — Правда? — поинтересовался Гарри, исподтишка поджигая свою сигарету кончиком палочки. Ох, это никогда не надоест. Он действительно мог колдовать. — Я умею колдовать, — проинформировал он Малфоя. — Ага, а небо голубое, ты в курсе? — Сейчас достаточно облачно, — отметил Гарри, махнув рукой в сторону почти черных туч. — И это вы знали, что я умею колдовать, а я нет. До сегодняшнего момента. Так что… Каменную дорожку заливал теплый желтый свет. Неподалеку стоял мрачный заброшенный магазин, с полуразбитыми окнами, на котором сплошь и рядом были наклеены листовки. Мимо то и дело сновали курящие, изо рта которых вырывались то кольца сигаретного дыма, то небольшие облачка пара. На улице было холодно, а потом, после какого-то странного удара из-под земли, стало еще холоднее. — Вы чувствуете это? — Гарри обернулся налево, наблюдая за тем, как враз погасли уличные фонари. — Скачек напряжения? — Может быть, — напряженно ответил Малфой. — Ты думаешь это… — Джинни вытащила палочку из заднего кармана, изо всех сил вглядываясь в конец улицы. — Ты думаешь это могут быть… Гарри понял, что его всего трясет. Просто холодная ночь превратилась в ледяную. Глаза привыкли к темноте и в тусклом свете луны Гарри удалось разглядеть очертания высоток и неработающих фонарей, уходящих вниз по улице. Там, в самом конце что-то было. Мужчина в мантии — нет, фигура была слишком высокой для человека. Фигура в мантии, чье лицо полностью скрывал капюшон, сейчас направлялась прямо к ним, словно паря над землей. — Что за нахуй? — спросил Гарри слабым голосом. Грудь словно сковывало льдом. Он не мог двигаться. Ноги будто превратились в два тяжеленных кирпича. Фигура приближалась все ближе. Она была почти такой же высоты, как и бесполезные сейчас фонари. Из-под капюшона было слышно только хриплое нечеловеческое дыхание. — Черт, — выругалась Джинни с давно погасшей сигаретой у себя в руках. Она что-то прокричала, и бесформенное белое облачко сорвалось с кончика ее палочки. — Блять, Малфой, может поможешь? — Я пытаюсь, — сквозь зубы прошипел Малфой. С его палочки тоже сорвался странный сгусток тумана, и подплыл ближе к фигуре. Из-под плаща высунулась рука: лоснящаяся, сероватая, вся в слизи и струпьях, как у долго находившегося в воде утопленника. Одним небрежным движением она просто смахнула надоедливые сгустки света. Гарри почувствовал, как его пробирает сырой холод до самых костей, забираясь во-внутрь, пытаясь раскрошить их, как лед. Сердце билось все медленнее, наполняясь свинцовой тяжестью. — Гарри! Гарри, что за… Малфой, лови его! Он был таким тяжелым, он падал. Перед ним была сплошная темнота, которая поглощала его, пожирала заживо. А где-то очень далеко раздавался крик, полный отчаянной мольбы: «Только не Гарри, пожалуйста, не надо!» А за ним шел другой голос: почти нечеловеческий, смутно знакомый: «Отойди прочь, глупая девчонка… Прочь…» «Пожалуйста, только не Гарри… Убейте лучше меня, меня…» Высокий холодный смех и снова пронзительный крик женщины. Было холодно, очень холодно. А падать было так просто. Темнота услужливо принимала его в свои объятия. — Давай, Поттер, давай! Хлесткая пощечина опустилась Гарри прямо на щеку. Гарри заставил себя разомкнуть тяжелые веки. Прямо над ним застыло бледное взволнованное лицо Малфоя. В голове все плыло. На периферии зрения все еще было темно, а блеклый свет от снова горящих фонарей двоился в глазах, окружая нимбом светлые малфоевские волосы. — Что…что это было? — Дементор… Уизли, приведи Грейнджер. Нам нужно отсюда убираться прямо сейчас. — Малфой сжимал Гарри с своих руках настолько сильно, что, наверняка, у него потом останутся синяки от тонких аристократичных пальцев. — Уже иду, — крикнула Джинни. — Гребаный Патронус, — выдохнул Малфой, неуклюже поправляя съехавшие куда-то вбок очки Гарри. — Получилось только раза с четвертого, слава Мерлину, Уизли не выдохлась за пять минут, иначе сейчас от нас остались бы только бесполезные оболочки. Сейчас Гарри почти лежал у Малфоя на коленях. Он внимательно разглядывал его острый подбородок, мягко спадающие на лицо волосы. Теперь, когда фонари снова горели, можно было разглядеть, насколько платиновыми те были. — Я слышал крики, — вспомнил Гарри, нахмурившись. Он слегка приподнялся, пытаясь сфокусировать взгляд. — Я слышал, как кто-то кричит, Малфой, мы должны… — Я никого не слышал, — ответил Малфой, не дав Поттеру встать одним нетерпеливым рывком. Гарри все еще пробирал озноб. Он провел пальцами по лицу, собирая капли холодного пота. Он попытался вспомнить, что слышал. — Мы должны помочь. Я слышал… Женщину, она кричала… — Никто не кричал, Гарри. Гарри предпринял еще одну попытку встать, и снова грохнулся на что-то острое — малфоевские коленки. — Ты обычно не зовешь меня Гарри. Было чувство, что бледное острое лицо, застывшее почти прямо перед ним, отражало весь свет, который падал на светлую кожу. Малфой открыл было рот, чтобы что-то сказать, но не успел даже выдохнуть, как кто-то уже поднял Гарри на ноги. — Прости за это, приятель, — выдохнул Рон, и затащил его в круговорот аппарации. После пары просто ужасных секунд, Гарри снова почувствовал землю под ногами. Хотя, если быть точнее, то первыми почувствовали землю его колени и руки. На какую-то долю секунды ему показалось, что он в норме, но потом пришло осознание, что это была полнейшая ложь. Его вывернуло прямо на гладкие камни, валяющиеся неподалеку. Он заставил себя сесть, вытирая рот тыльной стороной ладони. Все тело прошивал холодный пот, ему никогда в жизни не было так плохо. Ни разу, даже тогда, когда в тринадцать лет он заболел гриппом, и Дурсли решили не обращать внимание на это до тех пор, пока он не перерос в пневмонию. Гарри перекатился на спину, уткнувшись лицом в сгиб локтя, пока остальные аппарировали и собирались вокруг него. — Что с ним? — кто-то спросил в панике. — Его же не поцеловали, правда? — Не неси херни, — ответил еще чей-то голос — Малфоя. — Я в порядке, — просипел Гарри, не убедив этим даже самого себя. — Просто дайте мне еще минуту. — Гарри, — это была Гермиона. Она стояла сзади него на коленях, мягко держа за руку. С конца ее палочки сорвалось заклинание, окутав их обоих белым свечением. — Гарри, сядь. Съешь это. Она что-то втиснула ему в ладонь. Гарри обнаружил, что это был батончик «Марс». — Серьезно? Да меня же только что вырвало. — Поверь мне, — ответила Гермиона и Гарри, к своему удивлению, действительно ей поверил. Он разорвал упаковку и осторожно надкусил батончик. Он жевал шоколад и буквально чувствовал, как по телу начинало разливаться тепло. — Видишь? Так-то лучше. Она была права — ему действительно стало немного лучше. Гарри вытер лицо дрожащей рукой, поднимая взгляд на остальных. — Что это было? — Дементор — темное существо. Раньше они были стражами в Азкабане — это тюрьма для волшебников. Правда сейчас у них более широкая деятельность, — ответила хмуро Гермиона. — Сам-Знаешь-Кто переманил их на свою сторону, и теперь разрешает им бродить по улицам и делать все, что захочется. Правда в газетах написано, что они должны разыскивать нежелательных лиц. — Оно искало нас? — Как одних из многих. В последнее время число нежелательных лиц возросло. С тех пор, как Сириус Блэк сбежал из тюрьмы — четыре года назад. Его, кстати, так и не нашли. Ешь, Гарри. Это действительно помогает. Гарри откусил еще немного «Марса», пережевывая его медленно, чтобы его желудок снова не захотел попрощаться со своим содержимым. — Нам действительно нужно поработать над заклинанием Патронуса, — стуча зубами произнес Малфой. Он тоже сейчас, как и Гарри, ел батончик, но Гарри так и не смог разглядеть выражение его лица в темноте. — Нам потребовалась целая вечность, чтобы призвать его более-менее правильно. — Зато они не смогут нас распознать, — Джинни плюхнулась на землю, зарываясь лицом в свои ладони. Рон тоже лежал на земле неподалеку, тяжело дыша. Гарри осознал, что ему пришлось аппарировать большинство из них, если не всех. — Хочешь немного «Марса», приятель? — Тебе нужно больше, — отмахнулся Рон. — Я в порядке, — упрямо заявил Гарри. — Нет, я так не думаю, — успокаивающе прошептала Луна. — Правда, — прошипел он, отламывая кусок от дебильного батончика. — Теперь я поняла почему ты говорил, что он явный гриффиндорец, — отстраненно заметила Луна, изучая его лицо. — Гарри, не бери на себя слишком много. Ты знаешь, что дементоры вообще делают? — Очевидно, что нет, — рявкнул Гарри. — Я, блять, вырос не в вашем мире, нет? — Они высасывают счастье из человека. Они забирают все самое светлое и хорошее, оставляя тебя наедине с твоими самыми страшными воспоминаниями. Например, когда я встречаю дементора, я всегда вижу смерть своей мамы. Она умерла прямо у меня на глазах. Мне было девять. — Ох, — выдохнул Гарри. — Мне… Мне очень жаль. — Все в порядке. Я говорю это не для того, чтобы меня пожалели. Это был просто пример. Гарри снова задумался о том, что он слышал. Крик. «Только не Гарри, пожалуйста. Убейте лучше меня». Эта женщина — это должна была быть его мать. Он слышал ее крики перед тем, как она умерла. Внутри снова резко похолодело. — Да, я думаю, что это было оно, — мягко ответила Луна. — Ты доел свой батончик, но у нас все еще куча «Jaffa Cakes». Наверное, их тоже уже пора съесть, пока Гермиона нам будет рассказывать о маггловской бюрократии и мы больше не будем думать о наших родителях и близких, которые умерли или остались инвалидами. — Луна, — шокировано выдохнула Гермиона. — Не твои конечно, Гермиона. Ты можешь мне передать «Jaffa Cakes», пожалуйста? Думаю, они где-то под рисом. Гарри подавился смешком. Было чувство, что он задыхается. — Ладно, Герм, давайте просто поставим палатку и выпьем все вместе по чашечке чая, хорошо? — Хорошо, — ответила Гермиона, находясь еще в полнейшей прострации, но тем не менее открывая свою сумочку. Никто не разрешил Гарри встать и помочь с палаткой, поэтому ему оставалось только сидеть с оберткой от «Марса», и смотреть, как в темноте расстилается палатка, над которой легким куполом начинают мерцать защитные заклинания. В ушах все еще стоял крик его мамы и высокий холодный смех. Он вспомнил, что Малфой говорил о Волдеморте. Что тот был больше не человеком. Чем-то большим и чем-то меньшим. Он думал о фотографии, которая по-прежнему надежно была спрятана у него в кармане: Джеймс и Лили Поттер, Годрикова Впадина, Январь 1980. Сильная рука ухватила его за предплечье и рывком подняла на ноги. — Пойдем, Поттер, — произнес Малфой без присущей ехидцы в его голосе. — Время для обид будет позже, когда мы все будем страдать от бессонницы. Сейчас по расписанию у нас чай. Малфой завел его в палатку, потом кто-то впихнул ему в руки кружку с ароматным чаем и они все вместе втиснулись за стол, уплетая бисквиты, и пытаясь убедить Гермиону, что это не из-за похода в паб на них напал дементор. Гарри почти не участвовал в общей беседе, но он чувствовал себя лучше, просто находясь рядом с этими людьми. Когда его сдавливало широкое плечо Невилла с одной стороны, лезли в рот длинные волосы Луны с другой, и раздавались мелодичные звуки их, уже теперь таких знакомых, голосов.