Первые мгновения

Первый раз Гарри улыбается Снейпу, когда тот едва может держать глаза открытыми, а свою бренную душу в этом мире. В палате Мунго отвратительно, невыносимо светло, и никогда еще в его тяжелой и долгой жизни Снейпу так не хотелось вернуться в свои подземелья. Или хотя бы зарыться лицом в подушку, чтобы противный солнечный июльский свет так упорно не резал ему едва открывшиеся глаза. Поттер выглядит отвратительно живым для того, кто умирал дважды. Поттер выглядит слишком вписывающимся в эту палату с находящимся в ней пациентом. Он здесь не в первый, и, наверное, даже не в десятый раз, медсестры ни разу не заглянули к ним, на тумбочке возвышается небольшая стопка потертых книг, которые уж точно не принадлежат Северусу. Поттер выглядит так, будто находится на своем месте. Снейпу хочется запустить в него чем-нибудь, чтоб несносный мальчишка убрался с его глаз. К сожалению, он сейчас едва ли сильнее новорожденного котенка, которого еще и знатно потрепала огромная змея. - Врачи говорят, что яд будет выводиться из вашего организма еще несколько месяцев. Хотя я вообще не уверен, что они способны давать хоть какие-то прогнозы, учитывая, что Нагайна была той еще тварью. Во всех смыслах. - Они обещают вернуть вам голос. Я скучаю по вашему голосу, хотя вы никогда не говорили мне хоть что-то хорошее. Теперь я понимаю и даже благодарен за это. Должен же быть хоть кто-то, неподвластный влиянию героя. - Вас оправдали, профессор. И орден вручили, только вы ж без сознания были. Вот без вас и проводили церемонию. Вам бы все равно не понравилось – слишком много пафоса и журналистов. - Профессор МакГонагалл приходила к вам. Говорила, что вы скользкий слизеринский гад. Плакала, кажется. Прощения просила. Я не подслушивал, вы не думайте. Просто так получилось. - У вас метка пропала. Только шрам остался. Это ведь значит, что его теперь точно нет? У меня все получилось. - Простите меня. Поттер болтал без умолку, кажется, пытаясь запихнуть в свой рассказ историю, которая творилась за стенами палаты, пока ее пациент валялся без сознания и пытался не последовать за своими наставниками в бездну. Поттер одет в нелепый, на пару размеров больше свитер, неизвестно, на кой дементор нужный ему летом, сидит, упирается пяткой в сиденье стула, скинув ботинок. У него на голове привычное гнездо волос, на носу все те же нелепые очки. Только даже так Северус видит, как на самом деле потрепало этого еще совсем ребенка. Или это ему кажется от лекарств, накачанных в кровь под завязку, что и крови-то в венах уже почти не осталось – одни зелья да яд мерзкой змеи. Поттер болтает без умолку, водя взглядом по листьям дерева за окном, и вообще не замечает, что его сегодня слушают. Северус пытается понять, почему этот пацан сидит тут, а не развлекается где-нибудь с друзьями, дает интервью или крадет еще больше сердец глупых школьниц или замужних британок. Северус сам прекрасно знает, что герою эта слава к дементорам не сдалась, но пытается ворчать по привычке. Ворчать, правда приходится лишь про себя, иначе Поттер еще час назад заметил бы, что его благодарный слушатель впервые за почти два месяца слушает его. Но Поттер, видимо настолько привык к тому, что профессор в коме и не реагирует на его речи, что едва не падает со стула, когда все же замечает устремленный на него взгляд полуоткрытых глаз. Мальчишка по инерции, кажется, продолжает говорить про курсы аврората, которые начнутся через две недели, пока не замолкает на полуслове, наконец-то осознав, что видит перед собой. Северус бы даже посмеялся бы, будь у него хоть какие-то силы. Поттер едва не падает со стула, спотыкаясь о сброшенный им же ботинок, и как и был, с одной босой ногой вываливается в коридор, зовет медсестру, и Северусу по ушам режет его громким криком. Ему остается лишь прикрыть на секунду глаза, когда его окружает, мельтеша и вызывая приступ легкой тошноты, суетящийся персонал, взмахивая палочками, плетя мерцающее кружево диагностических чар. Его неокрепшему сознанию удается захватить лишь, как Поттер достает свой ботинок из-под кровати, куда его зашвырнули суетящиеся колдомедики. Последнее, что он видит, прежде чем закрыть глаза, это мальчишку, шепчущего ему что-то вроде: «Выздоравливайте». Гарри улыбается, и Снейпу кажется, что его приход в сознание не настолько весомый повод для столь счастливой улыбки. Хотя кто их, этих героев, знает.