Согласно Воинскому закону

— Ну как тебе там, хорошо сидится? Самое время вить гнездо! — Очень смешно, — проворчала Теплолапка, покрепче обвившись своим пушистым хвостом. Сегодня они с Мятликом отрабатывали командную охоту. Риск ударить лицом в грязь был довольно велик — особенно если учесть, что он до этого гораздо лучше проявил себя в качестве охотника, поэтому Теплолапка заранее нервничала. Однако все пошло совсем не так плохо. Они вдвоем выследили белку, и по неосторожности загнали ее на дерево…вместе с самой Теплолапкой. Белку она так и не поймала, зато вскарабкалась действительно красиво. Жаль, никто не объяснил ей, как нужно спускаться обратно. — Трусиха, —  неодобрительно покачал головой Мятлик. — Даже не отнекивайся, я все вижу — тебя так колотит, что все дерево в такт сотрясается. — Ничего подобного! Я просто так… отдыхаю, — соврала Теплолапка. Кора под ней угрожающе хрустнула, и ученица, вздрогнув от ужаса, отчаянно обхватила ветку всеми четырьмя лапами. В ответ на ее умоляющий взгляд Мятлик только простодушно пожал плечами. — И что прикажешь с тобой делать? — Спасать?.. Мятлик тяжело вздохнул, почесав ухо задней лапой. Хрустнул затекшей шеей и, сладко потянувшись, поднялся на ноги. — Ладно уж, сиди. Я приведу кого-нибудь на помощь, — он хитро сощурился и показал ей язык. — Может быть. Теплолапка резко вскочила, едва не позабыв покрепче уцепиться когтями за спасительную ветку. — Стой! — жалобно мяукнула она. — Не бросай меня! Но серый кончик хвоста Мятлика уже исчез в кустах. Ну вот. Теплолапка сокрушенно вздохнула и снова улеглась, бросая на землю опасливые взгляды. Разве она трусиха? — в конце-концов, Сумрачные коты просто-напросто плоховато лазают по деревьям. Умение прислушиваться к инстинкту самосохранения время от времени — признак большого ума, а не трусости. Видимо, остается только надеяться на Мятлика… Теплолапка не сомневалась в его добрых намерениях, но беспечный братец наверняка забудет о ней на полпути к лагерю, особенно если наткнется по дороге на свою обожаемую Гладколапку. Или на любые другие свободные уши. Теплолапка так глубоко ушла в свои раздумья, что аж вздрогнула от неожиданности, когда совсем рядом послышался шорох чьих-то шагов. Кошечка затаилась и насторожила уши, робко выглядывая из своего укрытия. В просветах между листьями мелькнула знакомая белоснежная шерсть. Она недоуменно моргнула, склонив голову к плечу. Светлолап? Что это он тут делает, интересно? Охотиться в этой части леса поручили младшим оруженосцам, ведь она как нельзя лучше для этого походила — здесь деревьев росло меньше, так что сложнее было напороться на какой-нибудь прутик и распугать дичь. А, впрочем, неважно — Теплолапке в голову пришла замечательная идея. Она тихонько тронула лапой ветку, проверяя ее на прочность и осторожно двинулась вперед, стараясь не терять старшего оруженосца из виду. Теплолапка довольно заулыбалась в усы в предвкушении скорой расправы. Засада! Котячество, конечно, но как здорово было бы застать Светлолапа врасплох! Когти замечтавшейся ученицы вдруг чиркнули по коре и застряли в какой-то трещине. Она испуганно дернулась, высвобождая лапу, и вся ветка под ней заходила ходуном. Несколько оторвавшихся листочков мягко приземлились в паре мышиных хвостов от Светлолапа. Ну вот. Плохая из нее получилась невидимка. Кошечка опасливо покосилась на белоснежного оруженосца, наблюдая за его реакцией. Трудно было не обратить внимания на весь этот шум, но он, к ее удивлению, и ухом не повел. Странно. Наверное, с земли треск сучьев не так слышен? А может он уже заметил ее и просто не подает виду? Хм. В таком случае получалось у него просто отлично. Белоснежная макушка сейчас была точнехонько под ее укрытием. Пора! Теплолапка прицелилась… и прыгнула. Жилистая спина Светлолапа сильно ударила ее по лапам — видимо забралась она, все-таки, выше, чем думала. Хорошо хоть и вовсе не раздавила его… Долго раздумывать над этим все равно не пришлось — внезапность нападения только на пару секунд сбила Светлолапа с толку, а уже в следующее мгновение он пришел в себя и яростно забился под лапами, стараясь сбросить ее. Каким-то чудом Теплолапке удалось удержаться — видимо, она была слишком легкая, пусть и дури в Светлолапе больше, чем в старом барсуке. В какой-то момент Светлолап странно напрягся в ее хватке, а его спина опасно накренилась. Теплолапка быстро смекнула — он собирался упасть на нее сверху и придавить своим весом! Прежде чем он успел осуществить задуманное, Теплолапка стрелой соскочила на землю. Светлолап не сразу понял, что опасность миновала — он попятился назад, пытаясь заглянуть себе за спину, и вдруг, споткнувшись о торчащий из земли изогнутый корень, с размаху влетел в притаившийся в тени куст терновника. Острые шипы сразу же хищно впились в шелковистые бока Светлолапа, отрезая путь назад. Это все произошло настолько быстро, что какое-то время Теплолапка просто сидела, разинув пасть и тупо уставившись на барахтающегося Светлолапа. Неужели сработало? Трудно было сдержать довольное мурлыканье, глядя как тот тщетно пытается выкарабкаться наружу. Выходит, не у нее одной бывают неудачные дни? Светлолап замер, втянув пастью воздух и резко распахнул глаза, изумленно воззрившись на Теплолапку. — А, это ты… — пробурчал он, заметно расслабившись и пригладив вздыбленный загривок. — Вот мышеголовая… Зачем же так пугать? Теплолапка приосанилась и выпятила грудку. — А я думала, что не должна поддаваться. — Все остришь? — мрачно спросил Светлолап. — Ну-ну. Теплолапка виновато захихикала, крайне довольная собой. Оруженосец снова завозился, пытаясь выбраться. Ой! — Сейчас, подожди, — кошечка торопливо поднялась с земли. -Я тебе помогу! Она вскарабкалась рядом и вытянула шею, чтобы было лучше видно. Самые крупные колючки впились в бока и спину Светлолапа, а возле самой грудки свалялся неопрятный колтун, внутри которого глубоко застрял шип, острый и изогнутый, как кошачий коготь. Теплолапка сочувственно поморщилась. Бедняга Светлолап. — Будет неприятно, — предупредила она. Светлолап в шутку зажмурился и затаил дыхание. Она вытащила несколько крупных колючек, и с этим, считай, было покончено. — Попробуй вылезти сейчас, — попросила она, неуверенно окидывая взглядом свою работу. Впрочем, дальнейших объяснений не потребовалось — Светлолап сам ощутил легкость своей шерсти и с остервенением дернулся, крепко уперевшись лапами в землю. Мгновение — и он уже сидел рядом с ней, принимаясь вылизывать свои многочисленные царапины. Теплолапка перевела озабоченный взгляд на злосчастный куст— то тут, то там сиротливо повисли белоснежные клочки Светлолаповой шерсти, напоминавшие комья подтаявшего снега — и ощутила острый укол вины. «Как это должно быть больно» — Выглядит скверно, — робко вздохнула она. — Может тебе стоит показаться Клеверу? Светлолап содрогнулся. — Может не стоит? — с сомнением протянул он. — Совсем не больно, само пройдет через пару дней. Теплолапка задумчиво склонила голову набок. Как бы потактичнее намекнуть приятелю, что он сейчас больше похож на освежеванную дичь, чем на кота?

***

Большую часть дороги домой они не разговаривали, однако Теплолапка все равно чувствовала какое-то странное напряжение, волнами исходившее от его шерсти. Он что, так боится Клевера? Почему? — Похоже, что его тут нет. Кошечка вытянула шею, заглядывая за полог из лишайника. Запах целителя был довольно слабым, будто он с самого утра не был в своей палатке. — Ты когда-нибудь задумывалась, куда он вечно пропадает? — спросил Светлолап, рассеянно пнув лапой какой-то камешек. Теплолапка рассеяно пожала плечами. Ее мысли сейчас были заняты другим. — Не помнишь, какие травы помогают от заражения ран? Мне кажется, нужны именно они.  — Ага, травы… — Светлолап быстро моргнул. — Стой. Зачем это? — Для твоих царапин, зачем же еще. Пытливый взгляд старшего оруженосца, казалось, мог прожечь в Теплолапке дыру. Она невольно зарделась, чувствуя себя шкодливым котенком рядом с этим снисходительно-понимающим взрослым Светлолапом и раздраженно подмела хвостом землю. Вечно он пялится! — Погоди-погоди. Я правильно понял? Ты собираешься сама лечить меня? — А у нас есть другие варианты? — хмуро пожала плечами Теплолапка. — Не зря же мы сюда пришли, в конце-концов. — Звучит как не самая лучшая идея, — Светлолап неодобрительно сощурился. — Если тебя застукают, это может плохо кончиться, понимаешь же? — … — Теплолапка? — Ага, испугался? — деланно беззаботно поддразнила Теплолапка, решительно направляясь внутрь. — Светлишка-трусишка! В глубине души она понимала, что царапины Светлолапа были всего лишь предлогом — пусть они и выглядели болезненными, смерть от заражения крови ему явно не грозила. Вряд ли что изменилось бы, дождись они Клевера. Ей не хотелось вслух признавать свою жажду еще раз окунуться в уютный полумрак пещеры и вдохнуть терпкий аромат сухих трав, несмотря на все запреты. Даже просто находясь в таинственной палатке Клевера она ощущала себя ближе к звездам, и ради того, чтобы снова испытать это необыкновенное чувство, она была готова смириться со (скорее всего) предстоящим наказанием. — О, великое Звездное племя! — вздохнул старший оруженосец и закатил глаза. — Так по-взрослому. Он постоял еще немного у входа, бросая нервные взгляды в сторону Теплолапки, потом выругался сквозь зубы и наконец пошел следом. — Надеюсь, ты довольна, — очень спокойно сказал он, поравнявшись с Теплолапкой, но подергивающийся кончик хвоста выдавал его недовольство. — И не говори потом, что я тебя не предупреждал. Та пренебрежительно фыркнула — все равно Светлолап не способен долго злиться. — Вот, смотри, — она остановилась возле склада пахучих трав и указала на них хвостом. — Может знаешь, что из этого нужно применить? Теплолапка знала, что старшие оруженосцы некоторое время обязаны были посещать палатку Клевера и заучивать разные целебные снадобья — таким образом они всегда могли помочь своим соплеменникам в критической ситуации. Правда, довольно скоро эти занятия пришлось отменить. Интересно почему? Это ведь была такая хорошая идея! Когда Теплолапка спрашивала об этом у Остроушки, та только ругала какого-то «некомпетентного в работе с молодняком мышеголового дурня». Светлолап смешно сморщился. — Узнаю несколько запахов, — смущенно признал он. — Если бы я еще хоть что-то помнил… Видимо, на его помощь рассчитывать бесполезно. «Труд целителя уготован лишь единицам» или как там Клевер говорил?.. Теплолапка растерянно оглядела бесчисленные кучки сложенных трав. И как тогда понять, что из этого использовать? Она задумчиво втянула пастью воздух и слегка взбодрилась, почувствовав смутно знакомый аромат. То, что нужно! Светлолап, заметив оживление подруги, предостерегающе кивнул в сторону выхода, но та только отмахнулась. Немного разворошив лапой сложенные в аккуратные стопки листья, она наконец нашла то, что искала — маленькие оранжевые цветы с толстыми сочными стеблями. Точно! Ноготки! Раненый Алохвост пах именно ими в тот злополучный день. Конечно, между пустяковыми болячками Светлолапа и страшной раной глашатая было мало общего, но все же… Она набрала полную пасть цветов и обернулась к Светлолапу с сияющей улыбкой. Тот взглянул на нее и усмехнулся. Его голубые глаза тускло блеснули в полумраке. — Считаешь себя плохой охотницей, а между тем наловила столько травы, — он аккуратно смахнул когтем приставший к ее щеке стебелек. — Ну и потешный же у тебя вид. Теплолапка смущенно отстранилась и принялась отряхивать шерстку. — Разве можно так несерьезно вести себя в столь священном месте? — Священное место? — усы Светлолапа смешливо задрожали. — В последний раз «священное место» было просто палаткой нашего напыщенного Клевера! — Очень приятно узнать твое мнение о себе. Оба оруженосца синхронно обернулись к выходу. Там стоял окруженный ореолом дневного света Клевер, отбрасывая внутрь длинную зловещую тень. Он выглядел неизменно раздраженным, однако в этот раз что-то явно было по-другому — с последней их встречи он осунулся и похудел, а скулы остро выступили на клиновидной морде. Потом он заметил Теплолапку и перевел взгляд на лекарство в ее пасти. — Это что? Теплолапка растерянно захлопала глазами, чувствуя, как лицо заливает краска стыда. Кажется, она совершенно забыла о своей главной проблеме — Клевер в очередной раз застал ее в своей палатке, да еще и в компании другого оруженосца! Прикинуться дурочкой не выйдет — целитель сам озаботился тем, чтобы доступно показать, насколько ей здесь не рады. Даже трудно представить, какого масштаба наказание ее ждет… — Ноготки… — (великое Звездное племя, какой стыд!) Клевер в упор посмотрел на нее. Сидящего рядом Светлолапа он совершенно игнорировал. — Да, ноготки. Я знаю, — сухо ответил он. — Почему ты их берешь? Теплолапка сглотнула. Сразу ответить не получилось — язык будто прилип к небу. — Светлолап сильно поцарапался, а тебя не было… Я растерялась. Она слегка замялась, ожидая выговора. (Интересно — просто отчитает или сразу отправит к Лунной Звезде?) Однако его не последовало. Вместо этого Клевер смерил ее каким-то странным испытующим взглядом, от которого ей стало не по себе. Он выпрямился, и свет упал на его лицо, только подчеркнув нездоровую худобу. — Ты запомнила запах? — Тихо и неожиданно заинтересованно спросил он. Теплолапка почувствовала, как Светлолап незаметно положил ей хвост на плечо в знак поддержки, и это придало ей уверенности. — Раны Алохвоста… Ты обрабатывал их при мне, — робко напомнила она. — Вот я и подумала… — Ноготки используют, чтобы предотвратить заражение, — мягко перебил Клевер и посмотрел на Светлолапа по-профессиональному задумчиво, как будто только сейчас заметив его. — В этом случае, скорее, нужна мазь из хвоща. Ты знаешь, как выглядит хвощ? Теплолапка моргнула, все еще немного сбитая с толку. К чему это он клонит? Почему решил вдруг устроить этот непонятный опрос? В ее положении, конечно, глупо жаловаться, ведь сейчас вместо милой беседы с целителем она бы могла уже вытряхивать колючки из третьей подстилки в палатке старейшин. — Кажется… — она наморщила лоб, судорожно роясь в памяти. — Немного похож на траву, с острыми листиками и шершавым стебельком? — Надо же… Похоже, что знаешь. Откуда? Еще бы не знать. Именно этот противный болотный хвощ так сильно цеплялся за ее шерсть и мешал охотиться. — Догадалась наверное, — невинно пискнула Теплолапка. — Интересно-интересно… Клевер резко вильнул хвостом и выпрямился. Вся странность вмиг испарилась, когда он вновь заговорил своим будничным ленивым тоном: — Это все, хорошо, конечно. Вот только ты, похоже, забыла, кто здесь целитель. Может, стоило дождаться меня, прежде чем без спроса рыться в травах и самостоятельно принимать такие решения? А если бы ты ошиблась? От твоей выходки Светлолап мог бы только сильнее пострадать. Повисло гнетущее молчание, прерываемое только смущенным сопением Теплолапки, ломающей голову в поисках убедительного оправдания. — Ей очень жаль! — торопливо вмешался Светлолап. — Она так больше не будет, честно-честно. Не возражаешь, если мы вернемся к тренировке? Теплолапка метнула в его сторону сердитый взгляд, а Клевер скептически хмыкнул. — А, ты еще здесь? — небрежно заметил он. — Можешь идти, Златоглаз все равно собирался взять тебя в вечерний патруль. С Теплолапкой я еще не закончил. — Так мы же… — Ах, да, — Клевер быстро выудил из кладовой какой-то сверток и протянул Светлолапу несколько стебельков хвоща. — Надеюсь, разжевать-то ты сам сможешь? Очевидно было, что целитель почему-то не хотел, чтобы при их разговоре присутствовали посторонние, ведь едва не пинками выпроводил несчастного оруженосца. Озадаченный Светлолап коротко переглянулся с Теплолапкой и скрылся за пологом. Оставаться с Клевером наедине не очень хотелось — от него и в лучшие дни добра не жди, а сегодня… Что на него нашло вообще? Странно все это. Отмахнувшись от тревожных мыслей, Теплолапка тяжко вздохнула и обернулась к целителю, едва не столкнувшись с ним нос к носу. Взгляд напротив сильно напугал ее — усталое замученное выражение сменилось каким-то чуть ли не болезненно жадным интересом. От неожиданности она попятилась, едва не уперевшись спиной в стену. Когда только он успел подойти так близко? — А теперь приступим, — сказал он свистящим шепотом, стараясь, видимо, звучать успокаивающе, но не слишком в этом преуспевая. — Разговор не для чужих ушей. Я просто спрошу тебя кое о чем. Твоя задача — отвечать честно и без недомолвок. Теплолапка шумно сглотнула. Ей показалось, что даже Клевер услышал. — Что ты имеешь в виду? — Тебе снился сон. — терпеливо пояснил целитель. Его пронзительные оранжевые глаза пытливо обшаривали лицо Теплолапки, будто надеясь ответ на мучившие его вопросы. — «Странный». Теплолапка поскребла лапкой каменистый пол пещеры. Помнится, Клевер сам сказал, что ее дурацкий сон не имеет никакого значения! Почему бы это сейчас ему должно быть интересно? — Ну снился, — угрюмо подтвердила она. — И что с того? Захотелось послушать? Клевер сверкнул глазами. Ему явно не очень-то понравилась ее интонация. — Сейчас не время выяснять отношения. От того, что ты скажешь, может зависеть судьба племени, и я прошу тебя отнестись к этому серьезно. Пожалуйста, Теплолапка. Теплолапка сердито прижала уши. Он так поиздеваться над ней решил что ли? Может это и есть ее наказание? Однако странное поведение и помятый вид целителя говорили об искренности его слов. Интересно, что же такое произошло с Клевером, раз он настолько существенно изменил свое отношение к этому вопросу? Теплолапка с трудом подавила мстительное желание отказаться говорить и выйти из палатки, оставив Клевера ни с чем, но это было бы слишком эгоистично — вдруг от ее снов и правда зависела судьба племени? А целитель выглядел таким усталым и отчаявшимся, что его действительно трудно было не пожалеть — поэтому она, поколебавшись, все же послушно села перед ним и приготовилась слушать. Клевер, удовлетворенный ее рекцией, расслабленно прикрыл глаза. — Скажи мне, тебе хоть раз снился такой…жуткий черный лес? Так! А он-то откуда знает? Клевер, видимо, прочел ответ в ее вытаращенных от удивления глазах, потому что он тяжело вздохнул и сказал: — Так и знал, что наши с тобой сны как-то связаны. Теплолапка, опешив от такого поворота, растерянно открыла рот, но тут же снова закрыла — все равно она не знала, какой именно из сотни возникших вопросов задать, а Клевер явно еще не договорил. — Этот лес снится мне каждую ночь, на протяжении почти целой луны, — пояснил целитель. — Вот скажи, как я могу нормально есть и спать, если каждую ночь приходится видеть это? Клевер бессильно сгорбился. Его молодое лицо, изможденное недосыпом, выглядело сейчас гораздо старше. — Я, кажется, понял, что это за место, — сказал он. — Теплолапка, ты когда-нибудь слышала о Сумрачном лесе? — Туда попадают… злые коты после смерти? — уточнила Теплолапка, не сводя с Клевера взволнованного взгляда. — Кто-то из старейшин рассказывал, но я не думала, что он действительно существует. — Существует, — мрачно отрезал Клевер. — И теперь нужно понять, почему ты и я так зачастили к «злым котам» в гости. — …Наверняка это какой-то знак от Звездных предков. — неуверенно предположила Теплолапка. Клевер недовольно поморщился, будто отмахиваясь от ее слов. — Само-собой разумеется, гадать не надо. Я не возьму в толк, почему бы им понадобилось посылать меня… нас именно туда. С роду не получал настолько туманных знаков. Наверняка ясно лишь одно — тебе эти вещи снятся тоже не просто так. Целитель запнулся и с минуту молчал, явно о чем-то напряженно думая — его выдавал нервно подергивающийся кончик хвоста. — В твоих снах когда-нибудь появлялся трехцветный кот? Теплолапка недоуменно уставилась на целителя. Странно, она-то уже успела подумать, что им снились одни и те же вещи, а тут вдруг… Интересно, почему выражение лица Клевера так сильно переменилось, когда он об этом заговорил? — Трехцветный кот? — переспросила она растерянно. — Я…я не знаю. Может быть, но я наверное забыла. А в твоих появлялся? Кто этот кот? Клевер с пристальным вниманием посмотрел ей в глаза и разочарованно вздохнул. — Ты бы не забыла, увидев его, — он нахмурился и яростно потряс головой, будто отгоняя непрошеные воспоминания. — Впрочем ладно, не забивай этим голову. Я тебя понял. Теплолапка грозно распушилась — еще бы, только-только показалось, что Клевер наконец начал воспринимать ее всерьез, так теперь снова пытается что-то утаить. — Что ты хочешь этим сказать? Клевер ответил не сразу. Он успел отойти в дальний угол пещеры и теперь его палевая спина ярко светлела на фоне камней. — Мне надо о многом подумать. Поговорим позже. С этими словами целитель развернулся к ней хвостом и принялся разгребать какие-то травы, весьма недвусмысленно показывая, что беседовать с ней больше не намерен. Теплолапка раздраженно стиснула зубы. Ну как с ним можно нормально общаться? Сам ведь начал этот глупый разговор, но сразу решил отослать ее прочь, как только речь зашла о чем-то действительно важном. Проглотив обиду, она зашагала ко входу. — Хорошо, — сказала она, напоследок обернувшись к целителю. — Но потом ты мне все расскажешь. Клевер что-то неразборчиво пробурчал в ответ — Теплолапка вообще не была уверена, что тот ее слышал. Ну и ладно. Она хотела выйти наконец на улицу, но, отодвинув полог, чуть нос к носу не столкнулась с Березой. Та выглядела очень взволнованной, шерсть на ее загривке стояла дыбом. — Клевер здесь? — быстро спросила она, едва скользнув взглядом по оторопевшей Теплолапке. Отвечать ей не потребовалось, потому что целитель, заметив посетительницу, сам уже направлялся в их сторону. — Что такое? — нахмурился он, поравнявшись с Березой. — Опять раны Алохвоста? Только не это. Этот кретин скоро израсходует… Домашняя нервно взмахнула хвостом, прервав его, и мельком покосилась на Теплолапку. — Надо поговорить, — тихо сказала она. — Это, кажется, важно. Клевер невозмутимо поднял брови, явно не сильно обеспокоенный ее словами. Вряд ли бывшая игрушка Двуногих думает о чем-нибудь значительнее бабочек, цветочков, и того, что выберет себе из кучи с добычей на завтрак — так считала добрая половина племени, и Клевер наверняка придерживался того же мнения. Бедная Береза! Она явно заслуживала гораздо лучшего отношения к себе. — Ну, выкладывай. Береза нарочито громко кашлянула и бросила еще один красноречивый взгляд на золотистую ученицу. — Брысь, — сказал Теплолапке Клевер, еле заметно закатив глаза. — «Важный разговор» Береза облегченно вздохнула, видимо, благодарная ему за то, что не пришлось самой озвучивать свою просьбу. Не стоило так переживать — Теплолапка бы все равно не обиделась. Береза была куда милее грубого Клевера. Но, все-таки, дважды повторять не приходилось. Кошечка послушно вышла наружу, оставляя взрослых наедине. Интересно, чем таким важным домашняя хотела поделиться с целителем? Спохватившись, Теплолапка сердито одернула себя за «домашнюю» — она привыкла так называть Березу про себя, ведь к той редко обращались как-то по-другому: «домашняя», или «бывшая домашняя»… в лучшем случае «подружка Алохвоста». Правда, тут трудно было не согласиться с Клевером — отчасти Береза была виновата в этом сама. Она производила впечатление довольно закрытой особы, и друзей в племени завести не успела, хотя жила здесь уже довольно долго. А еще она постоянно спорила со старшими воителями по поводу и без, и отнюдь не благоговела перед Воинским законом, чем и вызывала столько негодования в свой адрес. А что если… Что если Звездное племя и Березе посылало те сны? Береза не такая, как все, и вряд ли кому разболтает — она ведь и не общается толком ни с кем, кроме, разве что, Алохвоста. На месте Звездных предков Теплолапка бы и мечтать не могла о лучшем гонце. Может, именно поэтому она так хотела поговорить с Клевером наедине? Теплолапка с сомнением покосилась в сторону пещеры целителя. Естественно, плотный полог не пропускал ни звука, но если подобраться поближе… Стоп. О чем она только думает? Подслушивать плохо. …Но с другой стороны, если ее догадка верна… Березе-то Клевер наверняка выложит все начистоту — она взрослая, с ней бесполезно сюсюкаться. Теплолапка в нерешительности замерла, разрываемая противоречивыми чувствами. А, впрочем, какая теперь разница? Она и так уже кругом виноватая — залезает в чужие палатки и всем хамит. Терять-то нечего, а другого шанса разобраться во всем может и не представиться. Эх, была не была. Теплолапка тихонько вернулась назад и прислонилась к камням у входа. Изнутри доносились приглушенные голоса — тихий и мелодичный — Березы, и низкий, хрипловатый — Клевера. — Я не вправе влезать в отношения между племенами. Алохвост — глашатай, пусть сам расхлебывает последствия своих поступков. — Ты же целитель! И вы, вроде как, дружите. — умоляющий лепет Березы. — Разве ты никак не можешь повлиять на него? Хриплый голос Клевера проворчал что-то невнятное. — Что говорит по этому поводу Лунная Звезда? — сказал он после небольшой заминки. — Уж если слово предводительницы не вправит ему мозги, то я здесь бессилен. — Ты что? — голос Березы опустился до свистящего шепота, и Теплолапка живо представила себе, как та панически озирается по сторонам. — Будто забыл, в каком она состоянии. Кстати говоря, законы позволяют править племенем в таком возрасте? А то… — Не забывайся, — прошипел Клевер, тоже понизив голос. — Ты вообще-то о предводительнице сейчас говоришь. — Да-да. Прости, но это сейчас не так важно, — с нажимом перебила его Береза. — Что насчет племени Ветра? Считаешь, будет война? — Откуда я знаю? Алохвост хочет войны? — Конечно нет! Он считает, что его вынуждают обстоятельства, — кошка нервно заходила из стороны в сторону, и до Теплолапки даже донеслось клацанье ее выпущенных когтей о каменный пол пещеры. — Поверить не могу… Это же не из-за того треклятого кролика? — Не из-за кролика. — вздохнул Клевер. — У Алохвоста вообще ссора с племенем Ветра длиною в жизнь. Береза кротко вздохнула. — Иначе и не скажешь. На мгновение голоса затихли. У Теплолапки почему-то создалось впечатление, что два кота обменялись понимающими взглядами, но она сама осталась в полном неведении относительно происходящего. О чем они таком говорят? Улыбчивый глашатай, и вдруг в ссоре с целым племенем? Как это вообще возможно? — Хорошо. Я сделаю все, что в моих силах, раз уж кроме меня все равно некому. Правда, не могу ничего гарантировать. Береза бросилась рассыпаться в благодарностях, и вскоре их разговор перешел в более спокойное русло, но Теплолапка уже не слушала. На негнущихся лапах она встала с земли и поплелась прочь от палатки целителя, переваривая услышанное. Вопросы роились в ее голове подобно стае надоедливых мух: Что за дела с Лунной Звездой? Почему Клевер с Березой так странно о ней отзывались? Алохвост? Война с племенем Ветра?.. Вот это да! Она-то пришла разузнать побольше о таинственном трехцветном коте, а тут такое… Выходит, Береза-то не так проста… Может ей и не снилось необъяснимых снов о жутких лесах, но все же — «глупая игрушка Двуногих», а о ситуации в племени знает куда больше рядового воителя. И с Клевером она разговаривала непривычно дружелюбно, совсем не как обычно. Как-то многовато странного для одного дня…

***

Лучше всего сейчас будет вернуться в палатку оруженосцев и дать буйным мыслям время улечься, рассудила Теплолапка. Если Вишнегрудка еще не забыла о ее существовании, то выговора за законченную раньше времени тренировку не избежать. Ух. Ну, а что Теплолапке оставалось делать — она же застряла на дереве! Великое Звездное племя… Хорошо, если Мятлик догадался принести добычу в лагерь… Сквозь ленивый поток ее мыслей вдруг стали просачиваться какие-то посторонние голоса:  —…Это просто несправедливо! Неужели Светлолап и правда станет воителем раньше нас? — Чем доверять глупым слухам, лучше бы делом занялась. Куча с добычей сама себя не наполнит, а тут обернуться не успеешь — и уже воительница. Теплолапка озадаченно поморгала, оглядывая развернувшуюся перед ней картину: в палатке оруженосцев сидели Гладколапка с Дымушкой и о чем-то жарко спорили. Она остановилась в нерешительности, не зная куда податься. Эй. Вообще-то еще два ученика не вписывались в ее планы Гладколапка с досадой причесала когтями землю. — Я не понимаю, чем мы с тобой хуже! — Всем?.. — беззаботно пожал плечами Дымушка. Переживания сестры его явно не тронули. — Может перестанешь, а? Тебе бы лишь бы попричитать, какая ты у нас, оказывается, несправедливо обделенная. Гладколапка хмуро уставилась на своего черствого брата и поджала губы. — Почему ты всегда такой злой? — неожиданно тоскливо вздохнула она. — Светлолап всегда может сказать что-нибудь хорошее! Почему ты не как Светлолап? — Такова жизнь, — сурово парировал Дымушка. — Честно, заканчивай с этим, мне уже становится неловко. Гладколапка сердито отмахнулась от него и опустилась на свою подстилку с самым несчастным видом. — Светлолап и правда охотится лучше чем я, так ведь? — прогнусавила она со слезами в голосе. — Наверняка он станет воителем… не знаю, прямо сегодня. Раньше нас. Гладколапка выглядела настолько расстроенной, что Теплолапка даже слегка растерялась. Еще бы — это ведь была сильная, дерзкая Гладколапка — ее мышами не корми, дай кого-нибудь разыграть и посмеяться, даже если шутка не удалась, и никому кроме нее не весело. Она в принципе не грустила. Ох. Что, опять? Хватит с Теплолапки на сегодня чужих личных разговоров. Она смущенно кашлянула, обращая на себя внимание обоих. Дымушка сузил желтые глаза и смерил гостью недоверчивым взглядом. Гладколапка тут же вскочила с места, отряхивая шерсть и разглаживая усы. — Теплолапка? Что это ты тут делаешь? Действительно, что это она делает в собственной палатке. — Да вот, просто мимо прохожу. — Если подслушивала, я тебе уши оторву! — пылко пообещала старшая ученица. — Я и не думала… Дымушка склонился к уху сестры и что-то ей зашептал, по-прежнему не сводя глаз с Теплолапки. Гладколапка недоуменно моргнула и тоже посмотрела на кошечку с подозрением. Пялиться на других котов у них семейное что ли? — Дымушка говорит, что ты какая-то нервная, — без промедлений сообщила черная кошечка. Теплолапка недоуменно сдвинула брови. Серьезно? Нервная? Будто что-то новое. — Вовсе нет. Ее слова будто совершенно пролетели мимо ушей Гладколапки, худенькая мордочка которой вдруг стала до смешного серьезной — Эй, что-то точно случилось, — заявила она. — Я же вижу. Дымушка вот тоже заметил, хотя ему вообще нет дела до чувств других. (Дымушка тяжко вздохнул и закатил глаза.) Теплолапка сглотнула. У нее что, на лбу написано: «я подслушала секретный разговор и теперь не знаю, что с этим делать»? Почему Гладколапка и Дымушка вдруг играют в обеспокоенных соседей? Чем она себя выдает? — Честно, все в порядке. — Точно? — Гладколапка прищурилась. — У меня, вообще-то, нюх на такие вещи. — Просто хочу спать! — поспешно отмахнулась Теплолапка. — Тяжелый день выдался. Я вообще-то на дереве застряла… и потом Клевер, племя Ветра. Все как обычно, знаешь. Ничего хорошего… — Что там было про племя Ветра? — невинно переспросила Гладколапка. Упс. На мгновение повисло неловкое молчание. Соседи по палатке смотрели на золотистую ученицу с нечитаемым выражением на мордах. — Пфф, племя Ветра?! — нервно рассмеялась Теплолапка. — Оно такое… ммм… Не повезло же нам быть соседями? Ненавижу вереск и кроликов! Каждый день об этом думаю. Гладколапка с Дымушкой искоса обменялись взглядами. — Невероятно, — чуть слышно заключил последний. — Ты настолько плохо врешь, это… исключительно. Теплолапка зарделась и, стушевавшись, уставилась на свои лапы. Гладколапка ласково сощурилась. — Ну что? Расскажешь, в чем на самом деле проблема? Кошечка в ответ только зажмурилась и помотала головой. — Я… Прости, вы меня просто неправильно поняли. Мне нечего рассказать. — Ну ладно, — Гладколапка встала с земли и потянулась. — Сама узнаю, если это важно. Теплолапка тихо застонала сквозь стиснутые зубы. Неужели так сложно было держать язык за зубами? Мало ли что успела напридумывать Гладколапка? — Ну Гладколапочка! — умоляюще пролепетала она. — Ты серьезно думаешь, что я могла бы скрывать что-то важное? Откуда у меня бы взялись тайны? Поверь, я просто оговорилась! Неуклюжая Теплолапка, так ведь? Ха-ха! Не нужно искать в моих словах подтекста! Молодая кошка пренебрежительно повела плечом. — Что я там ищу — уже не твоя забота, — она загадочно сверкнула синими глазами. — Поживем-увидим. — Но Теплолапка дело говорит, — протянул Дымушка. — Она же просто оруженосец, даже младше нас. Почему она должна знать что-то, чего не знаем мы? Теплолапка облегченно выдохнула. Даже если он раскусил ее неловкую ложь — хорошо что не встал на сторону своей сестры. Лучше не поддерживать Гладколапку в ее начинаниях. Просто… не делать этого. — Зануда ты, Дымушка, — фыркнула Гладколапка. — Зануда и дурак. Она с минуту подумала. — Знаешь, какие воинские имена самые лучшие? — она озорно заулыбалась, прямо как шкодливый котенок. — Полученные в честь великой битвы!

***

— Ты нигде не видела Гладколапку? Теплолапка оторвалась от своего тощего кролика и озадаченно моргнула. Перед ней стоял Мятлик и в нетерепении размахивал полосатым хвостом. — Гладколапку? — Ну да, Гладколапку! — Мятлик раздраженно цокнул языком. — Мы договаривались, что вечером будем вместе тренироваться в овраге. Почему брат вообще спросил это у нее? Странно, что сам не знал ответа на свой вопрос — Гладколапка все же была его лучшей подругой.  — Совсем недавно мы вместе с ней ходили за водой для Туманинки. — Уж не знаю, куда вы там ходили, но нигде в лагере ее нет. Как сквозь землю провалилась, — пожал плечами Мятлик. — Я разве что в палатке целителя не искал — ты же знаешь, она ненавидит Клевера. — Ну это же Гладколапка! — пожала плечами Теплолапка. — Наверняка она опять гоняет птичек в садах Двуногих… Она осеклась. Как раз перед своим исчезновением Гладколапка вела себя очень подозрительно — во многом именно из-за того, что Теплолапка чуть не проболталась. — А ты точно хорошо смотрел? Мятлик недовольно закатил свои ясные зеленые глаза, так похожие на ее собственные. — Поверь, хорошо! — он забавно сморщил нос. — Но даже ее запах в лагере довольно старый. Теплолапка вскочила со своего места и беспокойно заходила из стороны в сторону: ей не хотелось допускать мысли о том, что боевая Гладколапка решила воспринять ее слова как некий призыв к действию, но почему-то именно эта напрашивалась сама собой. — Давай вместе поищем? — предложила она, стараясь не терять самообладания. — Две головы лучше одной.

***

Как и ожидалось, Гладколапки не оказалось и в тренировочном овраге. Выйти на ее след было не так сложно — ученица даже не пыталась скрыть свой уход из лагеря. Теплолапке даже сначала показалось странным, что никто не заметил ее отсутствия — но, в конце-концов, взрослых воителей было не так много, и все они охотились, не покладая лап. Важно было сохранять племя сытым, а границы защищенными, но оруженосцы подрастали, и их было необходимо учить сражаться. Так что, когда дело касалось боевых тренировок, молодежь нередко была предоставлена сама себе — старшие практиковали изученное и по мере возможностей обучали младших (как Мятлик с Гладколапкой), в то время как их наставники в третий раз за день обходили границы. Неудобно конечно, но это вынужденные меры до наступления лучших времен — как-то так объясняла Вишнегрудка, когда пораженная нестройной организацией тренировок ученица усыпала ее вопросами. Теплолапка вкратце объяснила брату ситуацию (умолчав разве что о том, что подслушивала разговор Клевера с Березой вопреки запретам) и тот, в принципе, согласился с ней на том, что Гладколапку нужно срочно разыскать и остановить, прежде чем она успеет натворить глупостей. Наверное, разумнее было взять с собой кого-то из старших воителей, но тогда пришлось бы объяснять, откуда сама Теплолапка обо всем узнала… В общем, вряд ли бы это обернулось для нее чем-то хорошим. Выслеживать Гладколапку взялся Мятлик — это даже не обсуждалось, ведь он был неплохим охотником, а довольно скромные успехи Теплолапки в этом деле говорили сами за себя. Да и к тому же, она заметно нервничала из-за отсутствия Гладколапки — вряд ли в таком состоянии можно нормально сконцентрироваться на запахе. Они зашли уже довольно далеко в лес, а Мятлик все продолжал настороженно принюхиваться. Совсем не по себе стало, когда сосновый бор постепенно начал редеть, а жесткая трава под ногами все чаще стала сменяться душистыми соцветиями вереска. Теперь сомнений не было — след Гладколапки вел на территорию племени Ветра. — Вот и она! — Мятлик указал хвостом в сторону границы, но Теплолапка и сама уже заметила беглянку. Это было не трудно — ее одинокая фигурка кричащим черным пятном возвышалась над вересково-розовой пустошью, не защищенная тенью родных елей. Спрятаться ей было негде: на целую сотню лисьих хвостов вокруг не было ни одного захудалого деревца — только сплошное полотно вереска, на горизонте сливающееся с безоблачным закатным небом. При малейшем дуновении ветерка бескрайнее поле приходило в движение — вереск шелестел и колыхался под лапами как струящаяся кошачья шерсть. Теплолапка бы даже подумала, что это красиво, не сходи она с ума от страха. В этот момент их и заметила Гладколапка. — Вы что здесь делаете?! — прижав уши, зашипела она. — Гладколапка… — робко пропищала Теплолапка. — Пожалуйста, возвращайся в лагерь! Гладколапка сузила глаза, так, что они превратились в две злые голубые щелочки. — Нет, это вы возвращайтесь в лагерь! — зашипела она. — Даже не представляете, как мне влетит, если решат, что я потащила вас с собой! — Да тебе и так влетит, даже не сомневайся, — вставил Мятлик, но черная кошечка смерила его таким взглядом, что тот невольно отшатнулся. — Ну пожалуйста! — умоляюще пролепетала Теплолапка. — Гладколапочка, миленькая, тебя же сейчас учует Ветряной патруль! Гладколапка закатила глаза и тихо зарычала. — Я устрою засаду и нападу на кого-то из патрульных, — терпеливо объяснила она. — Это заставит их немного подумать о своем поведении, а Лунная Звезда поймет, что я заслужила воинское имя ничуть не меньше Светлолапа! Что же такое творится с Гладколапкой? Она всегда была упрямой и безрассудной, но не настолько же — даже она должна понимать, что ей не одолеть целый патруль обученных котов в одиночку! А как же последствия? Ни один предводитель не потерпит такого оскорбления, будь он хоть совсем дурак! Если до этого оставались какие-то сомнения, то теперь дело грозит и правда обернуться настоящей войной. — Как ты собираешься это провернуть? — в отчаянии воскликнула Теплолапка, окинув взглядом хрупкую фигурку ученицы. — Ты же совсем одна! Гладколапка небрежно дернула плечом. Похоже, это ее совершенно не заботило. — Ты меня недооцениваешь. Она задумчиво посмотрела на Мятлика, остановившись взглядом на его широких плечах и больших тяжелых лапах. — Да и к тому же, разве я одна? Раз уж вы здесь, может сделаете что-нибудь полезное? Например, поможете мне атаковать? — Ну уж нет! — возмущенно перебила ее Теплолапка. — Мы пришли забрать тебя домой! Она выразительно посмотрела на Мятлика, ожидая, что тот что-то скажет в ее поддержку, однако брат выглядел крепко задумавшимся. Он вообще вел себя как-то подозрительно тихо. Не к добру это. — А может она и права? Ветровые едва не убили Алохвоста в прошлый раз… — вслух рассудил он. — Наверняка теперь возомнили себя хозяевами леса, раз никто не спешит им мстить. Представь, если их побьет горстка оруженосцев? Это-то уж точно собьет с них спесь — того глядишь, забудут дорогу до нашей границы на пару-тройку лун! Вот это бахвальство… Неужели и он туда же? Такого предательства от родного брата Теплолапка, конечно, не ждала. Она беспомощно перевела взгляд с Мятлика на Гладколапку и обратно. Что же ей теперь делать с этими мышеголовыми? — Да послушайте же!.. И в этот момент сзади Гладколапки вдруг молниеносно пронеслась какая-то небольшая тень и подмяла ее под себя с оглушительным боевым кличем. — Блохастые пожиратели падали! Теплолапка похолодела от ужаса. Воздух вокруг вдруг в считанные минуты наполнился яростным визгом и шипением. Она увидела бегущих следом Ветровых котов. Вот мелькнула одна поджарая фигура, другая, третья… Сколько же их там?.. Они так увлеклись своим спором, что даже не почуяли приближения вражеского патруля! «Мы не хотим драться!» — хотелось крикнуть Теплолапке, но ее связки будто парализовало. Да и кто бы ей поверил? Сердце юной ученицы забилось так сильно, что она испугалась, как бы оно не выскочило из груди. Она вскочила на дрожащие лапы и угрожающе выгнула спину, хотя ей никогда на свете так сильно не хотелось оказаться в детской под боком матери. Стоящий рядом Мятлик грозно ощетинил шерсть и отчаянно зашипел, но храбрость не спасла его от расправы — какой-то здоровенный косматый ученик с порванными ушами схватил брата за загривок, потряс его как игрушку, и отшвырнул в сторону без особых усилий. Остро запахло кровью. Худшие опасения Теплолапки подтвердились — Ветровые коты не только сильно превосходили их числом, но и настроены были враждебнее некуда — никто и не собирался разбираться в ситуации, раз на них напали без промедлений. Несколько взрослых воителей стояли поодаль и с холодным интересом наблюдали за схваткой, даже не пытаясь разнять драчунов. Мятлик обессилено скорчился на земле, его темно-серая шубка припорошилась пылью; Гладколапка и сцепившийся с ней полосатый оруженосец сейчас больше напоминали яростный визжащий клубок, от которого клочья шерсти летели во все стороны. Теплолапка в панике прижала уши, не зная, куда податься: хотелось помочь, но в самый ответственный момент все боевые приемы начисто вылетели у нее из головы. Поджарая рыжая кошечка, еще ученица, вряд ли старше самой Теплолапки, угрожающе зашипев, двинулась в ее сторону. Рвано выдохнув от ужаса, непутевая нарушительница постаралась принять оборонительную стойку, но даже тут умудрилась споткнуться на полпути и неуклюже завалилась набок. Ветровая победоносно оскалилась Теплолапке в самую морду и, выбросив вперед лапу, отвесила ей ленивую оплеуху, даже не выпустив когтей. Видимо, она сразу почувствовала в ней не слишком серьезную для себя соперницу, и решила немного поиграться, прежде чем та, вконец обезумев от страха, убежит сама. Рыжая рановато расслабилась — краем глаза Теплолапка увидела, как Мятлик с усилием поднимается с земли, а уже через секунду он с визгом вцепился когтями в зазевавшуюся неприятельницу, отбрасывая ее прочь от сестры. — Сражайся, глупая! Перепуганная Теплолапка, спохватившись, в панике завертела головой, пытаясь определиться, в какую сторону броситься, кому помогать. Гладколапка теперь отбивалась сразу от двух оруженосцев, и не слишком в этом преуспевала. Лоб у нее был рассечен, кровь заливала ей глаза, мешая видеть, поэтому большинство ударов попадали мимо цели. — Теплолапка, помогай! — взвизгнула черная ученица, исчезая под вихрем шерсти своих оппонентов. Теплолапка нерешительно приподняла лапу, пытаясь собраться с мыслями. Мех ее стоял дыбом от страха, но как можно было просто бездействовать, пока враги терзали Мятлика и Гладколапку?! К счастью ей не пришлось принимать сложного решения. Издалека послышался дикий вой, и перед ее глазами вдруг пронесся ворох белоснежной шерсти, устремляясь прямо в гущу битвы. Дрожа от ликования, она узнала Светлолапа. Племя Теней пришло им на помощь! Пятногрив, наставник Мятлика, рыча от негодования, оторвал ветряного оруженосца от окровавленной Гладколапки и швырнул его на землю. Крапивница помогала запыхавшемуся Мятлику подняться, а Златоглаз уже выговаривал что-то сквозь зубы стоявшим поодаль воинам Ветра. Новоявленная воительница Колосок угрожающе помахивала хвостом, прислушиваясь к их беседе. — Вы не имеете никакого права! — яростно сплюнул уже знакомый косматый оруженосец. — Они забрались на нашу территорию! Все что мы делали — выпроваживали нарушителя, только и всего! Воители заворчали, соглашаясь со словами ученика. Они уже не выглядели такими спокойными, шерсть на их загривках угрожающе встопорщилась. — Но вам то что, племя Теней только и умеет что воровать добычу у соседей! — не унимался распалившийся ученик. — Может попробуете хоть раз воспользоваться своими вонючими болотами по назначению прежде чем лезть на пустошь? Светлолап, погнавший было рыжую ученицу вглубь территории, вдруг круто обернулся. — Что ты сказал, мышиный помет?! — Кому нужна ваша вонючая добыча? — завыла Гладколапка в поддержку брата. Один глаз у нее заплыл, вся морда была в крови. На быстро вздымающихся и опадающих от негодования боках недоставало шерсти. — Да на одном хвосте нашей земли… — Замолчи, Гладколапка! — свирепо оборвала ее Крапивница, приходившаяся той родной матерью. — Мне кажется, сегодня ты уже достаточно натворила. Гладколапка осеклась и покорно замолчала, уставившись в землю. Кончик ее хвоста подрагивал от сдерживаемой ярости. Косматый оруженосец самодовольно осклабился, а Светлолап презрительно поджал губы. — Не обращай внимания, Гладколапка, — прошипел он, скользнув небрежным взглядом по остро выпирающим ребрам косматого. — Они и сами едва сводят концы с концами. Сама посуди, кто в здравом уме посвятил бы эту тощую водяную крысу в оруженосцы? — Светлолап! — предупреждающе прикрикнул Златоглаз, делая шаг к своему ученику. Но было уже поздно. Ветряной оруженосец порывисто вскочил на ноги и протяжно зарычал. Взрослый вражеский воин — видимо, наставник воинственного ученика — еще пытался как-то воззвать к его благоразумию, но остался неуслышанным — котик с яростным воплем взвился с места с выпущенными когтями, явно намереваясь выцарапать Светлолапу глаза. Но куда ему было с ним тягаться! Тот без труда увернулся, и нападавший опрокинулся навзничь. Белоснежный ученик смерил поверженного неприятеля надменным взглядом и пригвоздил его к земле своими тяжелыми передними лапами — Что еще расскажешь про «вонючие болота»? — Достаточно! — взвыл воин Ветра. — Я не знаю, что вы хотели доказать этим наглым вторжением, да уже и не хочу знать… Если вы думаете, что подобные выходки сойдут вам с лап, то жестоко ошибаетесь. Блестящая Звезда обязательно примет меры по поводу вашей… ситуации. Убирайтесь восвояси, чтобы никому из нас не пришлось проливать кровь из-за проделки несмышленых оруженосцев. Тон говорившего был далеко не дружелюбным, но Теплолапка все равно невольно почувствовала, как ее накрыло волной облегчения. Это наконец закончилось! Светлолап послушно убрал когти, выпуская оруженосца из своей хватки. Тот, пользуясь случаем, мгновенно вскочил с земли, неприязненно посмотрел на своего обидчика, но не сказал ни слова. Вряд ли он так же обрадовался благоприятному исходу ситуации, судя по его вздыбленному загривку. После этого обстановка вокруг стала куда менее напряженной: Раненая Гладколапка, оперевшись на плечо Крапивницы, тихонько захромала в сторону границы; Колосок побежала следом, контролируя процесс. Прежде чем пойти за ними, Пятногрив обернулся и коротко кивнул тому воину Ветра в знак уважения, и тот, хоть и не слишком охотно, суховато кивнул в ответ. Златоглаз снова о чем-то разговаривал с патрулем, но на этот раз чуточку дружелюбнее — видимо, извинялся за поведение своего оруженосца. Сама Теплолапка, спохватившись, подскочила к Мятлику и обеспокоенно обнюхала его. Шерсть брата сильно пахла кровью. — Откуда столько крови? Мятлик поморщился. Вместо ответа он задрал переднюю лапу, на которой не доставало когтя. Теплолапка ахнула и бросилась вылизывать ему рану, но брат только раздосадованно отдернулся и поспешно захромал за своим наставником. Кошечка разочарованно повесила нос. Если бы она просто держала язык за зубами, они втроем могли бы сейчас вместе обедать возле кучи с добычей или вылизывать друг другу шерсть. Ох, что-то их ждет по возвращению в лагерь… Ничего удивительного, что Мятлик не хочет с ней разговаривать. Она вдруг почувствовала, как бока коснулась чья-то мягкая шерсть. Шерсть Светлолапа — целого и невредимого. Теплолапка невольно вздрогнула — слишком уж жутко контрастировала его кроткая натура с неприкрытой враждебностью к Ветровым котам, которую он только что демонстрировал. Она никогда бы не подумала, что Светлолап так легко распаляется в битве. Насколько же сильна его любовь к родному племени? — Я оставил тебя всего на пять минут, а ты уже пытаешься захватить племя Ветра. — картинно вздохнул он. — За тобой глаз да глаз нужен, да? (Опять этот покровительственный тон!) — Не смешно! — угрюмо шикнула Теплолапка. Легко ему говорить! Это не его застали дерущимся на территории чужого племени. Хотя… как дерущимся — в голове снова всплыли воспоминания о ее позорных попытках постоять за себя, и она, чуть не зашипев в голос от бессильной злости, обреченно понурила голову. Светлолап удивленно на нее посмотрел. — Ты не ранена? — Цела, как видишь. Белоснежный оруженосец тихонько вздохнул и рассеяно потрепал ее хвостом между ушами. — Не унывай, Теплолапка. Лунная Звезда лает, но не кусает. Видимо, Светлолап подумал, что она так расстроилась из-за предстоящего наказания. Ну, пусть думает — не рассказывать же ему о том, что она трусиха, совершенно бесполезная в битве? — Да не может быть! — вдруг раздался позади них изумленный голос клокастого оруженосца. — Племя Теней уже посылает котят шпионить на чужую территорию? Плохи же ваши дела! Он говорит о ней — вдруг отчетливо поняла Теплолапка, чувствуя, как предательски вспыхнули уши. Еще бы — она здесь единственная, кого от земли почти не видно! — И вовсе я не котенок! — возмутилась она. — Я уже целую луну как оруженосец, чтоб ты знал. Светлолап недобро сощурился. — Хочешь продолжить? — фыркнул он. — Ты что, совсем дурак? Косматый проигнорировал его слова, только отмахнулся. Его насмешливо-изумленный взгляд был устремлен на Теплолапку. — Оруженосец, говоришь? — протянул он. — А сражаться-то ты умеешь? Теплолапке почему-то стало очень неприятно от того, как загорелись глаза вражеского ученика. — К-конечно умею! — выпалила она, непроизвольно выпустив когти. Усы оруженосца задрожали от смеха. — Надо же, как здорово! — оскалился он. — Я бы с удовольствием посмотрел. Светлолап поморщился, будто отмахиваясь от назойливого комара, и встал между ними. — Теплолапка, может пойдем, а? Теплолапке не слишком понравился покровительственный тон приятеля, но она и сама рада была наконец вернуться назад в лагерь — провести еще хоть минуту рядом с этим мерзким Ветряным выскочкой ей совсем не улыбалось. Она позволила Светлолапу обвить свои плечи хвостом и зашагала в сторону границы между территориями, где уже виднелись фигурки ждущих их соплеменников. …Все случилось настолько быстро, что Теплолапка даже не успела понять. Вот она услышала какой-то шорох за спиной и обернулась через плечо. …Почему-то в память врезались когти — длинные, изогнутые, как шипы тернового куста, покрытые засохшей кровью. Ветер всколыхнул ее шерсть, потом сверху вдруг промелькнула чья-то широкая тень, и земля ушла из-под ног. Будто сквозь густую шерсть она расслышала отдаленные крики своих соплеменников. В ушах ужасно гудело, а по морде, по шее, по груди текло что-то теплое — последнее, что она почувствовала, прежде чем провалиться в темноту.

***

— Вы хоть осознаете, что натворили?! Теплолапка угрюмо смотрела на свои лапки. Это был один из немногих раз, когда она видела Лунную Звезду так близко, не считая церемонии посвящения, — предводительница почти не выходила из своей палатки и вела довольно уединенный образ жизни, подпуская к себе разве что целителя и глашатая: ходили слухи, что она так и не отправилась до конца от Зеленого Кашля, унесшего жизни многих котов несколько сезонов тому назад. Внешне она не очень-то соответствовала своему высокому статусу — обычная кошка, маленькая и костлявая, особенно по сравнению со статным красавцем Алохвостом, но гордая посадка точеной головы и осознание собственного превосходства, звучавшее в каждом ее слове, выдавало в ней настоящую правительницу. Ее пылающий янтарный взгляд был устремлен на сидящую Гладколапку. Лица черной кошечки не было видно — она сидела спиной к остальным, но, судя по упрямо идеальной осанке, отчаянно пыталась вести себя достойно. — Как ты могла так подставить свое племя?! Мало того, что вышла из лагеря, не отпросившись у старших, — она перевела дух и впилась взглядом в съежившихся от страха Мятлика с Теплолапкой, — так еще и их с собой потащила! Они же совсем котята! Теплолапка покраснела настолько сильно, что из ушей чуть дым не повалил. — Гладколапка ни при чем! — воскликнула она, перебив предводительницу. — Мы сами за ней пошли… Мятлик пребольно пихнул ее локтем в бок, заставляя замолчать. Лунная Звезда удивленно посмотрела на Теплолапку. Та робко сжалась, прикусив язык — еще бы, очень глупо перечить разъяренной предводительнице. Однако в светлых янтарных глазах старой кошки застыло какое-то странное выражение, будто она не видела стоящей перед ней ученицы, отдавшись каким-то своим мыслям. — Похоже для нас настали тяжелые времена, да, Алохвост? — она вздохнула и сгорбилась, превратившись вдруг в беспомощную старуху. — Почему именно сейчас… Договорить ей не удалось — она вдруг поперхнулась и закашлялась, причем так жутко, как будто в груди у нее жило маленькое Чудище с Гремящей Тропы. Теплолапка в ужасе отшатнулась — ей еще не доводилось слышать такого кашля, а ведь буквально при ней болезнь в Голые Деревья унесла жизни нескольких соплеменников; сидящие рядом Мятлик с Гладколапкой обменялись озадаченными взглядами: каждый из них был перепуган не меньше нее. Между тем со старой кошкой творилось что-то совсем странное — она ощетинила шерсть на загривке, судорожно глотая ртом воздух; ее выпущенные когти конвульсивно заскребли по земле, оставляя в ней глубокие борозды, глаза закатились так, что стали видны белки. Глашатай вскочил на ноги и поспешно приблизился к Лунной Звезде, загораживая ее от чужих шокированных глаз. — Пойдем, Лунная Звезда, я отведу тебя обратно в палатку. — Алохвост обернулся к притихшим оруженосцам и смерил их сердитым взглядом. — Чего уставились? Не на что на тут смотреть. С вами разберутся чуть позже, не расслабляйтесь. Вы у меня из палатки старейшин просто не вылезете! Может научитесь думать о своем поведении. Он вдруг замолчал и болезненно поморщился, покосившись на боевые отметины, обильно украшавшие Мятлика и Гладколапку. Кому как не Алохвосту знать, чем может обернуться встреча с племенем Ветра? Безобразный шрам на боку останется ему пожизненным напоминанием об этом. — Вам бы явно не навредил визит в палатку целителя, — сказал он уже гораздо мягче. — Похоже, Клевера ждет та еще работенка, хех?

***

Что же за Зеленый Кашель такой мучает Лунную Звезду? Неужели именно об этом говорили Клевер с Березой? Теплолапка хмуро сидела в одиночестве перед палаткой оруженосцев, равнодушно уставясь на маленькую ящерицу, доставшуюся ей на ужин. В палатку целителя ее не стали вести — какой смысл, если она все равно не ранена? Есть совсем не хотелось. Настроение тоже было ни к черту. Немного поколебавшись, она взяла свою ящерку в зубы и направилась с ней в сторону пещеры Клевера. Все равно аппетита нет, а она чувствовала себе виноватой перед ним. Хотелось хотя бы этим скромным «подношением» сгладить неловкость. У входа сидели Дымушка с Гладколапкой, целиком перемазанной целебным соком. Судя по страдальческому выражению лица черной кошечки, разговор со снисходительно улыбающимся в духе «я же тебе говорил» братом дался ей куда труднее воспитательной беседы с Лунной Звездой. Поздоровавшись с товарищами по палатке, Теплолапка заглянула за полог и робко кашлянула, известив целителя о своем присутствии. Тот как раз колдовал над исцарапанными боками Мятлика. — А, Теплолапка? — он обернулся к ней и сонно моргнул. — Ты ранена? Теплолапка поморщилась от стыда, вспомнив, как в самый разгар битвы оцепенела от страха и даже с места не сдвинулась, пока ее соплеменники яростно сражались. Мало того — она еще и хлопнулась в обморок, едва почуяв запах крови, причем, даже не собственной, а Светлолапа, заслонившего ее собой в последний момент. Вот это воительница. Где же ей быть раненой, интересно? — Ни царапинки, — расстроено вздохнула она. — Я принесла тебе перекусить. — Спасибо, но это подождет, — вежливо кивнул Клевер. — Идем, поможешь мне обработать раны. Он пошел внутрь, растворяясь в глубине пещеры. Теплолапка, поколебавшись, положила ящерицу на видное место и робко засеменила за ним: все-таки это первый раз, когда она заходит сюда с разрешения. Довольно волнительно. Клевер остановился у самой дальней стены. Теплолапка, выглянув из-за плеча целителя, замерла в нерешительности. Неужели Светлолапа положили так далеко от входа, потому что его рана настолько страшна? — Не так уж все и плохо. Я уже сделал большую часть работы, — сказал Клевер, перехватив ее взгляд. — Осталось только мазь нанести и проследить, чтобы никакой заразы внутрь не попало. — Ух, хорошо… — кивнула Теплолапка. — Стой. Что я должна нанести? Клевер обернулся к ней с загадочной полулыбкой. — Ты знаешь, — подмигнул он. — Как раз и проверим, не ошиблось ли Звездное племя. С этими словами целитель ушел прочь, оставляя Теплолапку в замешательстве. Тем временем Светлолап зашевелился в своем гнездышке. — Как дела? Много я пропустил? — Только Гладколапкину казнь, — ответила ему кошечка. — Ты что, спал? В такой момент? — Тут тепло, — смущенно улыбнулся Светлолап в ответ, но тут же болезненно поморщился, потревожив рану. — Ой, я же пришла помочь! — торопливо воскликнула Теплолапка, беспокойно заозиравшись по сторонам. — Нанести мазь, нанести мазь… Она бросилась к кладовой и принялась лихорадочно рыться в запасах, в очередной раз нарушив наведенный Клевером идеальный порядок. Что же помогает от таких ран? …Ох, точно. Теплолапка замерла, поразившись собственной недогадливости. Ноготки. «Не ошиблось ли Звездное племя»? В смешанных чувствах она посмотрела на Клевера, лениво пожевывающего ее ящерицу у входа. — Эй, я еще здесь! — напомнил веселый голос Светлолапа за спиной. — Прости! — пискнула Теплолапка, отгоняя неуместные мысли: в конце-концов, у нее ответственное задание! — Только ты осторожнее! — сокрушенно посетовал белоснежный ученик, стоило ей приблизиться к нему. — Жжется сильнее лисьего укуса. Что у него за когти такие?! Это он сейчас говорит о когтях, предназначавшихся Теплолапке. Да уж… Не зря ей тогда показалось, что тот взъерошенный котик был не слишком доволен исходом стычки… Еще бы не жгло — когти-то у него были целиком в грязи, да еще и в крови Мятлика с Гладколапкой! Наверное, пошло какое-то заражение… И зачем только Светлолап ее загородил? Она сама виновата, вполне заслуживала… — Так больно? — несмело поинтересовалась она, виновато косясь на друга. — Да перестань ты вздыхать, — небрежно отмахнулся тот, нахмурившись. — Я что, перестану тебе нравиться из-за какой-то царапины? — Замолчи, мышеголовый! Светлолап прыснул и, не удержавшись, расхохотался. Теплолапка бросила на него робкий взгляд исподлобья. Выходит, он не сердится на нее за произошедшее?.. — Я посмотрю? — нерешительно начала она. — Обработать нужно… — Посмотри, — простодушно пожал плечами тот, смаргивая выступившие от смеха слезы. Теплолапка аккуратно разложила по двум сторонам шерсть на его лице, мокрую и слипшуюся от воды, и невольно поежилась. Рана Светлолапа глубоко пряталась в густом мехе, чисто вымытом Клевером от крови и пыли, поэтому до этих самых пор кошечка даже не осознавала, насколько она безобразная. Вся щека и нижняя челюсть были иссечены неаккуратными следами когтей, достававшими аж до самого лба и лишь чудом не задевшими правый глаз, а рваные края уже снова чернели запекшейся кровью. Светлолап, проследив за ее пристальным взглядом, с преувеличенной горделивостью задрал подбородок. — Отличный будет боевой шрам, согласись? — Выглядит довольно жутко! И почему только ты получаешь такие нелепые травмы? — Просто мне приходится постоянно вытаскивать тебя из неприятностей, — парировал Светлолап. — Вот все шишки и достаются мне. Он всмотрелся в свое отражение в луже на полу пещеры и негромко присвистнул. — Да уж… — глубокомысленно изрек он, рассматривая свою иссеченную морду под разными углами. — Тощий котишка, а такая зверюга, просто не верится. — Угу, — фыркнула Теплолапка, закатив глаза. — Помолчи секунду, я тут работать пытаюсь. Светлолап со вздохом закрыл глаза и покорно повернулся к ней лицом, сдаваясь судьбе. Теплолапка нанесла немного кашицы из ноготков на вымытые лапы, и принялась тонким слоем распределять по изодранной морде раненого, не обращая внимания на его протестующее шипение. Конечно, Теплолапке, пугливой и впечатлительной, нелегко и даже как-то боязно было причинять кому-то боль, пусть даже и связанную с нанесением лекарственной мази, но нельзя сравнить это с тем ужасом, который она испытала во время схватки с Ветровым патрулем. А ведь, судя по неутешительным словам того воина, подобное еще повторится, и не раз. Племени Теней сейчас как никогда нужны мужественные воины, такие как Светлолап… Неужели он заслужил страдать за ее ошибки? Как долго вообще она будет бесполезным балластом висеть на шее у тех, кто сильнее и храбрее нее?