Echofell. Снова о них или о других?

      POV??? : Воспоминание — Блять! Как надоело, что они постоянно убегают! Я же ничего не делал! — кричал я, пиная клубки замершего снега, идя вдоль дороги в какую-то неизвестность. Никогда не ходил этой дорогой и, кажется этот мелкий сюда приходил, когда-то со своим братом. Вроде как, тут пропасть, да? Заинтересовавшись этой догадкой, ещё с гневом, бушевавшим в груди, пошёл исследовать новое место, но вместо этого, я заметил существо, что стояло на тонком бревне, проходя пропасть. И чего он идёт там? Совсем ебанутый? Но после, я заметил черты человеческого лица. Я единственный в подземелье с чертами человеческого лица, тогда это… — Человек? — спросил я идущего по деревяшке, тот откликнулся и посмотрел на меня бледным лицом, а дальше, его нога соскользнула, и он падал вниз. Благо, я среагировал и подхватил его магией. Протащив к обрыву и положив на снег, я тяжко вздохнул и подошёл к существу. Он был очень похож на тех детей, но куда… Взрослее? Неужели — это взрослая особь людей? Может забрать на исследования? Всего лишь пройти пару тестов. Исследовать совсем немного: кровь, анализы, немного плоти и частичку души. Если он будет подходить по всем параметрам, то это точно человек! А если и вправду окажется человеком? Да не-е-ет, с чего это вдруг? Возможно, он оставил этот объект в руинах и не хотел, чтоб кто-то знал о нём? Вполне возможно… Ну почему мне не достались воспоминания, а? Я поднял существо на руки, и он оказался очень лёгким. Точно же, после случившегося, он не мог ни чем питаться. Тогда, как он выжил? Обелившиеся кости, может он одичал?! Мне надо узнать об этом наверняка. Отправившись, домой, я не встретил никого из жильцов города, неужели опять рептилия патрулирует? Зайдя в дом и положив тело на диван, я осмотрел его. Тело дрожало, и он тяжело дышал. Ноги были красные и во многих местах, я заметил сползающую кожу. Кажется, именно так выглядит подгоревшая плоть. Как интересно! Ему наверно больно. Я невольно улыбнулся от этой мысли и посмотрел на его лицо. Бледное, корчующийся от боли выражение лица. Божественно. Ударив самого себя, я яростно замотал головой, отбрасывая мысли. Взяв его снова на руки, я пошёл на второй этаж и положил его себе на кровать. Он до сих пор дрожал. Отчего же? И тут я вспомнил, что в моём доме, чертовски холодно, как на улице. Совсем забыл, что органические тела чувствуют изменения в температуре. Именно так и умерла моя собака. Всё ровно бесполезная шавка, но он, интересное создание для меня. Я укрыл его одеялом и пошёл вниз. Найдя в погребе немного дров, затопил печь и начал отапливать дом. Я скелет и на температуру мне всё ровно, но я и вправду не хотел себя лишний раз напрягать. Через некоторое время, убедившись, что в моей комнате, тепло с помощью градусника, проверил псевдо-человека. Его тело немного перестало дрожать, но его тело заметно покраснело. Дыхание участилось, и ко мне пришла бредовая идея. Измерить его тело градусником. В записях, нормальная температура человека 36.6. У этого существа было 39.9. Это, плохо, да? Взбесившись от своего незнания, я слетал в библиотеку, что еле жила, и нашёл среди книг, пособие по уходу за домашними животными. Взяв её и пролистав несколько страниц, наткнулся на главу: «Уход за Догги №7. Что делать, если пёс заболел» и прочёл оттуда всё. Запомнив, чуть ли не каждую строку, вернулся в дом. В комнате было тепло. Градусник показывал +26. Это хорошо. Не жарко, не холодно. Я действовал по каждому пунктику в этой книжке, и приходилось иногда импровизировать. В течение нескольких дней, температура спала с существа. Дыхание и сердцебиение нормализовалось. Я уже убедился, что это человек. Будто я буду ждать разрешения человека, когда он вот так, лежит на кровати и не дёргается. Больше, в принципе, мне ничего не нужного от него. Маленькую частичку души, я поместил во флакончик, что весит на моей шее. Я достал из-под кофты маленькую, стеклянную бутылочку, овальной формы. Посмотрев на маленький осколок, переливавший цвета, который я никогда не видел в своей жизни, положил обратно. Человеческая душа настолько прекрасна и уничтожительная, что я даже предположить не мог, когда доставал её из него. Даже маленькому осколку получилось высосать всю мою силу души и подорвать половину здания, в котором работал. Альфис долго ругалась на меня… — Простите… Я не хотел… Не хотел… — пробубнил человек. Я не обратил внимания, так как он не первый раз, вот так, каяться в чём-то. В ответ, я лишь положил на его лоб горячего полотенца и он успокоился. Посмотрев на его ноги, бинты не слезли, но он постоянно, очень старательно пытается их снять пятками. Зачем? Это останется для меня загадкой. Я задрал его футболку и посмотрел на живот, дабы убедиться, что следов от машины не осталось. И тут, я засмотрелся на него. Когда он лежал, и выдыхал из себя воздух, я видел рёбра. Внутри людей скелет и это я знал, но… Почему мне так сильно хочется снять с него кожу и… Потрогать его кости. Пройтись по всему его скелету, прочерчивая фалангами каждую косточку. Кожа — хороший щит для его скелета. Наверно его скелет очень красивый, белоснежный, идеальный. Тут, я снова себя ударил, отбрасывая мысли и отправившись вниз, готовить ужин.       POV Джеймс Я сидел и дрожал. Холод пробирался до моих костей. Челюсть, не переставая продолжала стучать. Как бы крепко я не обнимал колени, они дрожали вместе с моим промёрзшим телом. Я не мог встать. Попытки были бесполезными. Я ослабел. — Ещё тут? — спросил меня голос того скелета. Посмотрев в сторону голоса, я увидел, как самодовольный скелет выглядывал из входной двери, сложив на своей груди руки. На нём была надета та самая, чёрная куртка. Я отвёл взгляд и проигнорировал. Тот только недовольно фыркнул и с лёгкостью поднял, перебросив меня на своё плечо. Я попытался сопротивляться, но силы исчезли. Пронеся меня в комнату, он усадил меня на диван и укрыл одеялом. Отправившись на кухню, он вернулся с горячим кофе. Я посмотрел на него щенячьими глазами, мол «это мне?». Положив в мои замёрзшие руки, тёплый стакан, я отпил немного. Горячая жидкость быстро прогрело моё тело, вернув меня к жизни. — Спасибо, — поблагодарил я, отпивая глоток за глотком. — Не торопись, обожжешься. Ожогов мало? — спросил он меня, останавливая жадные глотки. Я глянул в его глаза, и виновато улыбнулся. Тот дрогнул зрачком и сел рядом со мной. — Ты же понимаешь, что сделал верный выбор? — спросил он меня, повернувшись к моему лицу. — В каком месте, он правильный для МЕНЯ? — спросил я, удивлённо раскрыв глаза. — Ну как. Был второй вариант — если ты уйдёшь, но встретишься мне снова, автоматически переходишь к третьему варианту. — Подожди. Я этого совсем не помню. — А ты теперь не оправдывайся! Я говорил это, и возможно, ты даже не обратил внимание на этот пункт! — Я совершенно не помню этот пункт! — Стоп, стоп, стоп. Хочешь выйти за дверь снова? Опять споришь? — сказал он. Я смутился. И в правду, не хочется возвращаться. — А что там… В третьем варианте? — спросил я, выпивая уже всё содержимое кружки. Его загадочная улыбка снова налезла на его лицо. — Ты будешь моей собакой, — сказал он, теня мой ошейник в бок. — А-ай-ай! — воскликнул я, от резкого холода, который не согрелся на ошейнике и замке. — Человеческий щенок… — сказал он, уставившись в мои глаза, словно пытаясь что-то высмотреть в них, я же в свою очередь отвёл их от его зрачка. — Как… Как тебя зовут? — спросил я его, вспомнив, что так и не узнал имя, но он промолчал, опустив глаза. Будто, он пытался, что-то вспомнить. — Я не знаю, — сказал он, посмотрев с непониманием в мои глаза. — Меня зовут, то так, то так. В разных местах, разное имя, — будто пропел он свою грустную серенаду. Видимо, он и сам не понимает, кем является. — Меня зовут Джеймс, — сказал я, протянув руку. Он её пожал и грустно улыбнулся мне. — Но как-то же мне надо тебя называть, да? Как тебя чаще всего зовут? — спросил я его, тот только с омерзением фыркнул. — Мне не нравится мои имена, которые я ношу. Ощущение, что это какой-то номерок, — сказал он, сверкнув глазом. Его так легко вывести из себя. — Тогда, почему не придумаешь имя? — У меня не было времени думать над этой глупостью. — А мне казалось, что тебя это затрагивает, — после моих слов, он будто завис. Его глаза замерли и смотрели в неизвестное для меня пространство. Задел за живое, или как? — Ладно, зови меня… Джи, — сказал он, немного взбодрившись. — Хорошо, — ответил я, вставая с дивана и положив кружку на стол. Джи мгновенно встал следом и чуть ли не выхватил кружку из рук. Стремительно помчавшись на кухню, я за ним, так как мой ошейник тянул меня. Когда он успел взять поводок?! — Ай-йа. — вскрикнул я, но Джи проигнорировал мои крики и быстро помыл посуду, положив её к другой, чистой посуде. — Больно же! Сними эту штуку! — Ты когда-нибудь видел в нашем мире собаку без ошейника и поводка? — спросил он, дерзко улыбнувшись. Нормально же говорили, что стало то?! — Ну… — это он, про какой мир именно? Про их подземный или чей? — Во-о-от, не видел, а они ебанутые! — поднял он указательный палец, торжествуя правоту. — Так что будешь в этом, — он указал на ошейник, я нахмурился. Ладно, пускай веселится. Метель закончиться и я свалю отсюда. Джи посмотрел на улицу. Там стояла темень. Сложив руки на груди, тяжко вздохнул и посмотрел на меня. — Что? — спросил я, заметив его серьёзное лицо. В животе скрутился тугой комок, от того что Джи на меня так посмотрел. Попытавшись отбросить мысли, Джи отвлёк меня, тяня за поводок. — И куда мы? — Наверх. Спать. Ты человек, поэтому тебе нужен отдых, — сказал он, поднимаясь по лестнице. Я фыркнул от недовольства и шёл за ним, но после, я заразительно зевнул, чувствуя, как глаза слипаются. Пройдя до его комнаты, я всё думал. А что если, сон продолжается дальше? — А что если я скажу, что всё это ненастоящее? — спросил я Джи, неожиданно для себя. — Ты думаешь, что всё это, ненастоящее? — произнёс он, открыв дверь в свою комнату. Включив свет, он растерянно посмотрел на кровать. Видимо думал, где буду спать я. — Да. Это всё так странно. Попасть в подземелье, где есть снег, говорящие существа… Это не менее чем, странно, — сказал я, войдя в комнату. Он посмотрел в мои глаза, но его зрачок дрогнул. Что это? Почему он дёргается? — Где ты будешь спать? — спросил он меня, отведя взгляд и уклонившись от нашего разговора. Я пожал плечами. Он ходил по комнате, не отходя дальше, чем допускал поводок, я же стоял на месте и наблюдал за ним. — О! — воскликнул он, доставая из-под кровати, небольшую кроватку для собак. Ты серьёзно? — Я на этом спать не буду! — возмутился я, мотая головой. — Ну, ты же собака. Она мягкая, тёплая, но маленькая. Вместишься, — довольно улыбнулся он мне. — Нет! Я не буду на этой фигне спать! — возмутился я. Скелеты должны в гробу валяться! — Тогда на полу. — А на диване? — Я и предыдущую собаку не допускал к кровати, будто ты исключение? — Ну, я же… Человек, а не животное! — И что? Спи! — он кинул кроватку мне под ноги, а поводок обвязал вокруг руки, и крепко затянул. Он попытался сделать, что-то подобие, серьёзного лица, но он, видимо, не смог удержаться от своей издевательской ухмылки. Он прекрасно понимает, что я человек, но ему веселее думать, что я собака. Гад! Кто тебя вообще воспитывал! Таких родителей надо пороть, а тебя в первую очередь. Я мило улыбнулся ему и взял кроватку в руки, тот только издевательски хихикнул и подошёл к выключателю. Оказавшись в полной темноте, его зрачок, как и его грудь, начали гореть ярким, красным светом. Этот свет, еле освещал комнату и обворожительно, точно сердцебиению, то погасал, то снова озарялся. — Ты чего так на меня смотришь? — спросил он, заметив мой загипнотизированный взгляд на его глаз и грудь. — Просто… Это так красиво, — сказал я, продолжая смотреть. — А что это такое? — моё любопытство одержало верх, и я не стерпел открыть его грудь. Через его рёбра, мягко просачивался свет, который исходил от яркого сияния форме сердца. — Ч-что ты делаешь? — спросил Джи, не сопротивляясь. Я хотел коснуться до этого свечения, но меня остановил его глаз. Зрачок, что безумно дрожал и ярко светился. Тут я понял, что дрожь эта… Страх? Возможно, но почему он боится? — П-прости. Я не хотел вот так, набрасываться. Мне просто интересно, откуда был этот свет. — П-понимаю, л-любопытство. — сказал он, нервно и заикаясь, опуская свитер. Мы простояли так некоторое время в молчании. Неловкость переполняло эту комнату и становилось невыносимо. — Я согласен спать на этом, — сказал я, с импровизировав, что-то подобие обиды и злости, но получилось коряво. — Хорошо, — спокойно ответил он, подходя к своей ложе. Я же поплёлся за ним и положил кроватку рядом. Сев на неё, я со злостью посмотрел на Джи. Понимаю, что в студенческие годы и не в таком положении спать приходилось, но рядом же кровать, поделиться то можно. Он лёг на свою кровать, сложив руки на затылке. Продолжительно выдохнув, он цокнул. — Говоришь, странно находиться здесь? — Да, — сказал я, удобно уложившись на свою, своеобразную кровать. Моя голова и верхняя часть тела были на ней, другая же, находилась на полу. — Чего тут странного? Привыкнешь со временем. — Но мне надо выбра… — Я не понимаю, зачем? Ради матери? — перебил он меня. — Тебе не выжить здесь без меня. Пройдя и двух шагов от меня, и ты труп. — Почему? — спросил я, но он промолчал. — Останься со мной и всё будет окости-и-и-ительно — протянул он, будто спасает меня от главной ошибки моей жизни. — Хорошо, — сказал я, но я-то знаю, что сбегу от тебя. Меня начало клонить в сон. Хотелось ужасно спать и это удивительно. Я впервые чувствую сонность за долгое время. Бессонница прошла? — Правда? — удивлённо спросил он. Мои глаза закрылись. — Ага… — сонно и неосознанно произнёс я, проваливаясь в царство Морфея. — Ты обещал, слышишь?! Обещал! — Ага… POV Джи Я совру, что не был рад словам человеческим. Хотя почему, я должен радоваться? И то… что он сделал со мной в темноте. Осознавала ли это собака, что сделала? Он же… Он же, завёл меня! Если бы прикоснулся к свечению, я бы за себя не отвечал. — Хэй! Псина! — воскликнул я, в надежде спросить о том, какого цвета будет его миска, но ответа не последовало. — Псина? — спросил я снова, посмотрев на человека. Он спокойно сопел. Его футболка была немного приподнята, и я увидел кости его бёдер. Это меня настолько смутило, что я повернулся на другой бок. Чёрт, чёрт, чёрт, чёрт! Что же это такое! Эй-эй-эй, Джи, соберись! Я перевернулся к нему обратно, и потянул к нему руку, дабы опустить футболку вниз, но он повернулся ко мне, и моя рука случайно легла на его бок, который, ВОЛШЕБНЫМ ОБРАЗОМ стал ещё сильнее похож на бедро. Тут я совсем сварился. Будто голова лопнула от смущения. Я отдёрнул руку и продолжал смотреть на Джеймса. Он спал, будто ничего и не было. Чего это он так крепко спит? А он, достаточно крепко спит? Ну… Если подумать, то когда я брал всё для анализов, он ни разу не проснулся. Я не отрицаю, что так болезнь на него повлияла. Я встал с кровати и «случайно» задел его ногу своей ногой. Спит. Я легонько ударил его ногу. Спит. Дальше, я действовал на свой страх и риск. Если проснётся, то я от стыда, буду умирать у реки, к которой телепортируюсь. Я дотронулся до его щеки. Спит. Я потянул её. Ноль реакции. Его громом не разбудишь, я так понимаю?! Дальше я действовал, ТОЛЬКО РАДИ ИССЛЕДОВАНИЯ! Повалив его на спину, я обнажил его живот и грудь. Она медленно опускалась и поднималась. Мой зрачок светил, и спасибо ему, я мог спокойно пересчитать его рёбра. О… Ты назвал моё свечение, красивым, но оно уродливо, как и моё лицо, которое ненавидят. Я ненавижу это слияние, из-за которого я превратился в непонятно что. У меня даже имени нет. Я стал изгоем здесь. Все бояться меня, и избегают при любой встречи со мной, но ты… Хоть и кричал, но ты мягко относился ко мне. Спасибо за это, но я слышал, люди меняются. Не хотелось бы об этом думать, но я готов, если ты мне врёшь, ведя себя так. И если ты окажешься таким же, как и все, мне будет всё ровно и придётся тебя убить. Я сидел рядом и просто смотрел на него. Мне он казался красивым, но неожиданно, его рука дёрнулась и упала на ногу. Я от этого вздрогнул и поспешил отойти от него. Садясь обратно на кровать, я наблюдал за ним, пока сам не заснул.